Сводные узы

Глава 1. Чужой в доме

Я помню тот день до мелочей. Даже сейчас, закрывая глаза, я вижу, как отец стоит в дверях гостиной, неловко переминаясь с ноги на ногу, а рядом с ним — она. Новая жена. Её улыбка кажется слишком широкой, слишком натянутой, словно она боится, что я вот-вот закричу или заплачу. Я не стала. Просто молча смотрела на них, чувствуя, как внутри всё сжимается от обиды и непонимания.

— Милая, это Лилия. Теперь она будет жить с нами, — сказал отец, и его голос звучал виновато.

Я кивнула, не в силах выдавить ни слова. В голове крутились тысячи вопросов: почему именно сейчас? почему она? почему всё должно было измениться именно тогда, когда я только начала привыкать к жизни без мамы? Но вслух я произнесла только сухое «привет» и ушла к себе в комнату, сославшись на уроки.

Вечером за ужином всё было ещё хуже. Мы сидели за одним столом, но казалось, что между нами — пропасть. Лилия пыталась завести разговор, спрашивала о школе, о моих друзьях, но я отвечала односложно, глядя исключительно в тарелку. Отец делал вид, что всё в порядке, но я видела, как он украдкой бросает на меня тревожные взгляды.

А потом он вошёл.

Я не слышала, как открылась входная дверь. Просто подняла голову и увидела его. Высокий, широкоплечий, с тёмными, чуть взъерошенными волосами и взглядом, от которого по спине пробежал холодок. Он был старше меня на пару лет, и в его глазах читалась смесь скуки и едва заметного презрения.

— Это мой сын, Сэм, — представила его Лилия. В её голосе звучала гордость.

Сэм окинул меня быстрым, оценивающим взглядом. Его губы дрогнули в усмешке — не злой, скорее насмешливой.

— Значит, ты моя сводная сестра? — протянул он, даже не пытаясь скрыть иронию.

Я почувствовала, как щёки заливает румянец. В его голосе было столько снисходительности, будто я — какая-то досадная помеха на его пути.

— Выходит, так, — ответила я как можно спокойнее, хотя внутри всё кипело.

Он пожал плечами и сел за стол напротив меня. Весь ужин я ощущала на себе его взгляд — тяжёлый, изучающий. Он не говорил со мной напрямую, но я слышала его короткие реплики отцу и матери, видела его ухмылку каждый раз, когда разговор заходил обо мне. Он не пытался быть грубым при взрослых, но я понимала: мы не станем друзьями. Никогда.

Когда ужин закончился, я первая выскочила из-за стола и убежала к себе. Прислонившись спиной к двери своей комнаты, я закрыла глаза и попыталась отдышаться. В груди теснило от обиды и бессилия. Мой мир рухнул в один день: сначала мама ушла из жизни, потом отец привёл в дом чужую женщину, а теперь этот... Сэм. Он был последним штрихом в картине моего нового, чужого дома.

Я подошла к окну и прижалась лбом к холодному стеклу. Во дворе уже зажглись фонари. Я знала: это только начало. Впереди — месяцы или даже годы жизни под одной крышей с человеком, который с первой же встречи дал понять: он меня не примет. И почему-то от этой мысли было больнее всего