Сводные враги

Глава 1

Ранее

— Это правда, что они расстались?

Я вздрагиваю и с трудом оторвав взгляд от мелькающих за окном кафе людей, спешащих куда-то по своим делам, гляжу на Инессу. Та хлопает ресница, вперившись в меня голодным взглядом, будто я должна сообщить ей какую-то особо важную информацию. Несколько раз моргнув, произношу:

— Что, прости?

— Опять в облаках витаешь?

Качаю головой, ругая себя. Я действительно выпадаю из реальности, то и дело проваливаясь в омут своих мыслей. И на то есть причина, разве что подруге, с которой мы дружим вот уже десять лет, об этом не стоит сообщать.

— Нет. Просто отвлеклась.

— Ну-ну, третий раз за полчаса.

— Ты считаешь? — Я усмехаюсь, пытаясь придать своему лицу расслабленное выражение. Даже откидываюсь на спинку диванчика, нежно покачивая в руках чашечку с остывшем латте.

— Ой, Лин, по тебе видно, что ты меня не слушаешь и о чем-то своем думаешь. Поделишься?

— Неа.

— Вредина. — Она ворчливо дует губки, но я-то знаю, что подруга на меня не обижается.

— Ладно, о чем ты там спрашивала?

Тут подруга приободряется, даже головой дергает, отчего ее рыжие локоны рассыпаются жидким золотом по плечам. Инесса тоже берет в руку чашку с кофе и, откинувшись на спинку стула, произносит:

— Я спросила: это правда, что они расстались?

Итак, кажется, я пропустила нечто большее, чем один вопрос. Хмурюсь в ответ, пытаясь собрать мысли в кучу. Инесса задорно смеется, поняв, что я не слушала ее щебет и теперь не знаю, как выкрутиться, чтобы не признаваться в том, что она была права. Я действительно мыслями нахожусь не здесь.

— Расслабься, Лин, не напрягай ты так извилины, — отмахивается подруга, продолжая заразительно хохотать. В ответ улыбаюсь, да вот только улыбка быстро сползает с моих губ, как только Инесса произносит: — Я про Яна и Валерию.

Теперь я не просто хмурюсь. Меня едва не перекашивает лишь при упоминании его имени, разве что я успеваю взять себя в руки и не выдать истинных чувств. То есть подруга знает, что со сводным братом у меня натянутые отношения, но ей неизвестно, насколько эти отношения паршивы.

Я стараюсь сохранить нейтральное выражение лица, но чувствую, как мое сердце начинает колотиться где-то в горле. Ян. Все мысли крутятся вокруг него, и эта новость, кажется, бьет как обухом по голове.

— Расстались? — выдавливаю я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более спокойно. — Откуда ты знаешь?

— Кто бы мог подумать, да? Они казались такой идеальной парой. — Инесса снисходительно смотрит на меня, ее глаза смеются.

— Надо же, — делаю вид, что мне это совершенно безразлично. — Не знала. Я как-то пропустила. И вообще, я не лезу в их отношения.

На самом деле, как бы я ни старалась, Ян — мой сводный брат, а значит, так или иначе мне приходится что-то да знать о его личной жизни. Против моей воли, честное слово! Будь у меня выбор, я бы стерла все воспоминания, все мысли о нем из своей головы. Увы. Выбора нет.

— Ой, Лин, ну ты даешь. Ты что, совсем не интересуешься жизнью брата? Об этом уже все наши общие знакомые гудят. Говорят, они расстались еще на прошлой неделе, но их видели позавчера на днюхи у Степана. Выглядели они так, будто готовы перегрызть друг другу глотки. То есть так выглядела Лера. А вот Ян, — Инесса поджимает губу, будто хочет сказать что-то жесткое, но не знает, как верно подобрать слова.

Догадываюсь, что именно хочет сказать подруга, и пока та не запуталась в выборе подходящих слов, произношу за нее:

— Выглядел так, будто ему плевать.

— Ну, да.

— Он всегда такой был, — тихим голосом сообщаю я, вглядываясь в чашку, на дне которой все еще плещется латте.

— Эм, как-то нехорошо получилось у них.

— Думаю, они сами неплохо разберутся.

Отворачиваюсь, чтобы Инесса не видела, как меня корёжит. Вообще-то я рада, что они расстались. Наконец-то Лера поймет, что связалась с бесчувственным ублюдком, которому плевать на чувства остальных. Я знаю Яна десять лет, и уж кому как не мне понятна единственная вещь относительно него — у моего сводного братца нет сердца. Он как машина: выполняет заложенные в него функции, но совершенно не знает ничего о чувствах.

Отпиваю остывший кофе, ощущая, как горечь разливается по телу. Ненависть к Яну, привычная, въевшаяся в плоть и кровь, усиливает это чувство. Он причинил столько боли, столько страданий, и я ничего не могла сделать. Лишь наблюдать издалека, как он играет с чувствами девушек, как безжалостно разбивает их сердца.

— Жалко Лерку. Она думала, что у них всё серьезно, — заключает Инесса, отворачиваясь к окну. — Говорила, что летом полетят на Бали, а там он обязательно сделает ей предложение.

Меня вновь передергивает. Похоже, я немного ошиблась насчет Леры, моей теперь уже бывшей подруги, которая, воспользовавшись нашей дружбой, получила золотой билет в койку Самохина.

— А ты что думаешь? — нарушает мои размышления голос Инессы.

Глава 2

Я вновь разглядываю себя в отражении зеркала, словно пытаясь найти хотя бы какую-нибудь незначительную деталь, которая заставила бы меня задержаться в комнате еще на две минуты, но увы, мой образ для семейного ужина тщательно подобран, разве что сама я ни черта не собрана.

Голова трещит от мыслей. Шарахаюсь от каждого шороха, звука, и внимательно прислушиваюсь к доносящимся с первого этажа голосам.

Руслан и мама о чем-то громко беседуют и смеются. Кажется, у них отличное настроение, ведь в последние годы им все сложнее собрать нас за одним столом. У каждого все время находится какая-то причина пропустить семейную встречу или заглянуть на пару минут, а потом срочно покинуть родительский дом, сославшись на какое-нибудь важное дело.

Я ловлю себя на мысли, что опять что-то выдумываю, чтобы схватить сумочку и тренч, оставленные в моей старой детской спальне, и, извинившись перед родными, выскочить из дома, попутно вызывая такси, чтобы только не нарваться на новую встречу с Яном.

А ведь мне придется вскоре видеться с ним чуть ли не каждый день.

Как в добрые старые времена, да?

Я морщусь будто от зубной боли и отвожу взгляд от безупречно подобранного платья-футляра, тонкой цепочки с кулоном в виде капли на шее и собранных в пучок на затылке волос прядка к прядке. Этакая прилежная школьница-отличница, а не бунтарка, которой я была на протяжении последних лет.

— Да пошел ты, — шепчу под нос и твердым шагом направляюсь к двери. Рано или поздно мне придется покинуть убежище — единственное место, где сводный брат не мог меня достать, потому что вход в мою комнату ему был запрещен.

С тех пор прошло немало времени. Мы оба выросли, у каждого своя жизнь и даже крыша над головой, и все равно стоит мне подумать о нём, как каждая клеточка тела начинает вибрировать будто от боли.

Я спускаюсь по лестнице, стараясь ступать как можно тише, но деревянные ступеньки предательски поскрипывают под ногами. Голоса, доносящиеся из гостиной, становятся громче: мама рассказывает какую-то забавную историю из своей юности, а Руслан подхватывает, добавляя свои шутки. Их смех эхом разносится по дому, и на миг я замираю, чувствуя укол вины.

Когда я в последний раз просто сидела с ними за столом, не думая о побеге? Когда мы просто так общались, собираясь вместе? И я не опасалась, что какое-либо мое слово или действие запустит механизм обратного отсчета?..

Но мысль о Яне, сидящем напротив, как нож в спину — он наверняка уже здесь, с тем своим фирменным каменным выражением лица и надменной ухмылкой, которая скрывает столько яда.

Дверь в столовую приоткрыта, и я вижу мельком накрытый стол: фарфоровые тарелки, свечи, бутылка вина. Мама постаралась на славу, собираясь сделать этот, казалось бы, простой семейный ужин нечто бо́льшим. Будто сегодня какой-то праздник.

Ну да, мы же все в сборе, и пока еще не поубивали друг друга, — шепчет внутренний голос, пока я делаю глубокий вдох и толкаю дверь в гостиную, заставляя себя улыбнуться.

— Привет, вот и я, — говорю, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Мама оборачивается, ее лицо озаряется радостью.

— Наконец-то! Мы уже думали, ты уснула в своей комнате, — шутит она, обнимая меня.

Или сбежала, — тут же шепчет голос в моей голове.

Я сдерживаю кривую усмешку и оборачиваюсь, чтобы поприветствовать Руслана. Он кивает, но его взгляд скользит в сторону, и я понимаю: Ян уже пришел. Украдкой обвожу взглядом комнату. Ян стоит у окна, вполоборота ко мне, с бокалом в руке. Наши глаза встречаются на секунду, и в этой тишине я слышу эхо прошлого.

Сердце пропускает удар.

— Ох, как же я рада, что вы смогли приехать! — воодушевленно лепечет мама.

Я продолжаю улыбаться, пока она радуется, и стараюсь больше не смотреть в сторону Яна, но воздух густеет от напряжения.

— Не будем терять время. Идемте к столу.

Дельная мысль. Раньше сядем, раньше сбегу.

Воодушевившись, что время ужина получится удачно сократить, я подхватываю маму под руку и веду ее в столовую. Следом за нами из гостиной выходит Руслан, который полушепотом обращается к Яну. Увы, я не слышу их разговора, но могу поклясться: между лопаток неприятно жжет. Так может смотреть на меня только Ян.

Будь он проклят!

В столовой воздух пропитан ароматом жареного мяса и свежей зелени, но для меня это лишь фон для надвигающейся бури.

Я сажусь на свое привычное место, стараясь не смотреть на дверь, через которую вот-вот войдет Ян.

Мама суетится, разливая вино, ее глаза сияют от счастья. Руслан уже устроился напротив, болтая о своей работе, которая скоро станет и моей, но его слова тонут в шуме в голове. Я киваю, улыбаюсь, а внутри все сжимается в комок.

— Ой, а где Ян? — спрашивает мама, водружая на стол большую чашу, накрытую крышкой, от которой поднимается тот самый дурманящий аромат мяса и зелени.

У меня аж слюнки текут, стоит вспомнить мамину стряпню. Несмотря на тот факт, что она замужем за богатым человеком, который может позволить себе хоть целый батальон прислуги, мама любит стоять у плиты и заниматься уборкой. Однажды Руслан сказал ей, чтобы она прекратила мыть окна, и тогда мама заявила, что иначе она сойдет с ума. С тех пор Руслан больше не пытался убедить ее не заниматься домашними делами, а мама, воспользовавшись ситуацией, в итоге и вовсе разбила эко-огородик позади дома.

Глава 3

Наконец, десерт. Фрукты и крем прекрасно сочетаются на утончённых пирожных, который мама готовила с утра. Пожалуй, ради такого изысканного лакомства можно было потерпеть Яна и его привычку портить мне настроение.

— Ну как? — мама едва дышит, наблюдая за тем, как мы молча поглощаем десерт.

— Дорогая, ты превзошла саму себя! — восхищенно заявляет Руслан, и я поддерживаю его. Впервые мои слова за сегодняшний вечер звучат искренне.

Ян что-то буркает в ответ.

Он терпеть не может сладости, но порой уступает и делает вид, что ему тоже нравится. Не потому, что ему симпатична моя мама или желает угодить отцу. Просто он такой.

У него свои тараканы в голове.

И черт подери, хотелось бы мне забрать в его голову и понять, о чем он думает.

— Ах да! — Мама вдруг хлопает в ладоши, и я тут же перевожу взгляд на нее. — Насчет завтрашнего. Вы же точно идете? — Она смотрит на меня, а потом осторожно бросает взгляд на Яна.

— Да, как и договаривались, — выпаливаю я, стараясь не думать, что мне придется провести еще один вечер в непосредственной близости от сводного брата.

Обнадеживает разве что две вещи: во-первых, на юбилее делового партнера Руслана будет куча народа, и я легко затеряюсь в толпе и смогу улизнуть под шумок. Ну а во-вторых, воскресенье я проведу в полной тишине, буду набираться сил перед предстоящей новой схваткой.

— Отлично, — мама улыбается. Кажется, Ян также подтвердил, что будет на завтрашнем юбилее. Жаль. Хотелось бы услышать иной ответ. — Ян, а Лера тоже придет?

Кусочек пирожного от неожиданности устремляется не в то горло, и я откашливаюсь, переведя все внимание на себя.

— Простите, — кашляя, стучу себе по груди и, схватив стакан с водой, немедленно отправляю в себя половину.

— Нет. Я буду один. — Ян смотрит на меня так, будто я сделала что-то ужасное. — Мы расстались.

— О, — мама удивленно открывает рот, но так ничего и не произносит, потому что инициативу теперь берет на себя Руслан.

— И давно вы расстались? — его голос обеспокоен, ведь Валерия — дочка хорошего друга Руслана. И моя бывшая подруга.

— На прошлой неделе, — как ни в чем не бывало отвечает Ян.

— А нас предупредить?

— Не думал, что вас волнуют мои личные отношения.

— Еще как волнуют, — заявляет Руслан, и отчего-то мне кажется, что он не только удивлен, но и разозлен. Похоже, на этот союз Руслан делал ставку.

Интересненько получается...

— Нужно было предупредить, — он продолжает настаивать.

Я же украдкой поглядываю на Яна и замечаю, как его начинает злить реакция отца. Да, я не ошиблась. На Валерию делали ставки, ведь возможный брак мог бы укрепить дружбу двух семей. А теперь как Руслану в глаза друга смотреть, после того как Ян бросил Леру. В том, что инициатива исходила от него, никто не сомневается. Уж больно предсказуем в этом плане Самохин-младший.

— В следующий раз предупрежу, — цедит сквозь зубы Ян, отодвигая от себя тарелку, на которой осталось едва тронутое пирожное.

— Уж потрудись, — сухо отвечает ему отец.

Руслан, кажется, задет таким откровенным отказом от участия в жизни Яна. Его тон стал более жестким, в глазах мелькнуло недовольство.

Я тихонько отодвигаю свою тарелку, больше не в силах наслаждаться десертом. Да и какое может быть удовольствие, когда над столом нависает новая угроза.

Еще чуть-чуть и отец с сыном могут поругаться, хотя такое случалось на моей памяти лишь дважды. И лучше мне не вспоминать о тех событиях.

Мама, пытаясь разрядить обстановку, предложила всем еще по одному пирожному. Но никто не захотел. Тишина, которая повисла в воздухе, была более красноречивой, чем любые слова.

— Наверное, нам пора, — робко произношу, не рискуя глядеть ни на Руслана, который все еще зол, ни на маму, потому что она чувствует себя виноватой в произошедшем споре мужа и его сына.

Я же невольно гляжу на Яна, и он, к моему удивлению, встретился со мной взглядом. В его глазах замечаю не только раздражение, но и что-то еще, что-то, что заставило мое сердце сжаться.

— Да, пора, — вторит он и поднимается из-за стола.

Встаю, чтобы помочь убрать посуду, но Ян внезапно говорит:

— Я подброшу тебя до дома.

У меня едва челюсть на пол не падает от неожиданного предложения.

Не могу поверить своим ушам. Ян, который обычно сторонится меня, предлагает подвезти? Это неожиданно, поэтому не нахожу что ответить. Просто пялюсь на сводного брата, а тот, похоже, воспринимает мое молчание как согласие.

— Буду ждать тебя в машине, — бросает он, глядя на меня.

Я смотрю на него, пытаясь понять, что кроется за этим предложением, но в его глазах лишь привычная непроницаемость, украшенная легким оттенком чего-то нового, чего-то, что я не могу расшифровать. Ох, как же ненавижу загадки! А от Яна Самохина можно ожидать чего угодно!

— Спасибо, но я, наверное, вызову такси, — отвечаю, пытаясь скрыть свое замешательство. Мне совершенно не хочется оставаться с ним наедине.

Глава 4

«Как все прошло?»

Спустя минут двадцать после моего возвращения домой приходит сообщение от Инессы.

Я беру в руки телефон и строчу ей короткий ответ:

«Терпимо».

«Вот прямо так? Терпимо?»

«Да»

Жую печенье, расхаживая по комнате. Голова начинает трещать.

После того как Ян подвез меня до дома, и я наконец-то оказалась в своем убежище, не прошло и получаса, а меня все еще трясет. Не помню, когда в последний раз семейный ужин заставлял меня так волноваться, аж коленки подгибаются. Я присаживаюсь на стул и, проглотив последний кусочек печенья, роюсь в косметичке, когда телефон вновь издает короткую трель.

«И никто никого не прибил?»

Я грустно улыбаюсь. Инесса хорошо осведомлена о нашей семье, и прекрасно знает, что любой семейный ужин может закончиться не так хорошо, как бы хотелось.

«Почти. Самохины поцапались».

«Ого! Чего это они?»

Инесса, похоже, думала, что поцапаюсь я с Яном, потому что наши отношения со дня знакомства, которое состоялось десять лет назад, всегда были напряженными. Можно сказать, не прошло ни дня, чтобы мы не ненавидели друг друга.

Подруга так и сказала, когда увидела нашу очередную ссору: вы враги.

Заклятые враги, — добавила тогда я и поцарапала железкой новенький байк сводного братца. Если честно, я думала, что он прибьет меня тогда. Но нет, к моему удивлению, Ян предпочел промолчать и просто продолжать отравлять мне жизнь.

Впрочем, этим же и я занимаюсь все десять лет нашего знакомства.

«Валерия» — лаконично отвечаю я, будучи уверенной, что Инесса поймет.

Все-таки я была права — Руслан делал ставку на то, что его единственный сын образумится и женится на дочери хорошего друга, а в итоге все вышло так, как вышло.

А чего еще ожидать от него, да? — шепчет мой внутренний голос, пока я усердно оттираю с ресниц туш.

«Ожидаемо»

Я морщусь, вспоминая, как из-за одной девушки чуть не переругались отец и сын.

Мне вроде как всё равно. Но мама теперь будет корить себя, а Руслан будет разрываться между сыном, который помотал ему нервы, и женой, обвиняющей себя во всех грехах. И только Ян будет спать крепко сегодняшней ночью.

«Не думала, что они сцепятся из-за нее».

«У твоего отчима походу были планы»

Инесса очень хорошо осведомлена о жизни нашей семьи.

«Он никогда не будет играть по правилам отца» — тут же добавляет Инесса, и мне не остается ничего иного, как согласиться.

На несколько минут Инесса куда-то пропадает, а я тем временем заканчиваю с очищением от макияжа лицом и намереваюсь отправиться душ. Теплая вода должна помочь расслабиться и смыть с себя весь накопленный за день негатив, которого оказалось предостаточно.

Звонок сотового возвращает меня в реальность.

— Да, Ин?

В динамики врывается приглушенный звук музыки.

— Приветик! Не поздно?

— Ты в клубе, что ли?

— Ага! Где ж мне еще быть в пятницу вечером, — хохочет подруга. — Так не отвлекаю?

— Нет. Говори. Я пока в душ собираюсь.

— Мм, ну ладно. Так че там случилось-то?

Я прижимаю к уху телефон и направляюсь в ванную комнату, чтобы приготовить полотенце и халат, попутно пересказав, как поссорились Ян и его отец. Инесса слушает меня молча, разве что в динамиках приглушенно звучит музыка и доносятся чьи-то голоса.

— Блин! Я так и знала, что там дело нечисто. Не зря же Лера ходит, как собака злющая.

Я молча усмехаюсь, а потом ловлю себя на мысли, что не должна перемывать косточки сводному брату и его очередной брошенной подружке, но что-то темное, тягучее, таящееся внутри, подстегивает меня ответить:

— Жаль, что расстались. Они же были такой идеальной парой. Стерва крашенная и машина бесчувственная.

Инесса хохочет в трубку, а я сглатываю подступивший к горлу комок. Пытаюсь улыбнуться, но губы деревенеют, стоит услышать следующий вопрос подруги:

— Сильно ругались? Не так, как тогда?

Я знаю, о чем она спрашивает. О каком моменте из прошлого напоминает.

Мне становится так неуютно, что я обхватываю себя руками, продолжая прижимать плечом к уху телефон. Медленно опускаюсь на банкетку в коридоре и закрываю глаза, на миг возвращаясь в прошлое.

Мне тринадцать лет. Мама четыре месяца назад вышла замуж. Она счастлива, летает на крыльях любви и не замечает, как ее дочь-подросток бунтует против правил, тихо ненавидит новую семью и никак не может найти себе место в чужом мире.

Я не пыталась тогда завести друзей или полюбить отчима, вовсе сторонилась сводного брата, которого во всем ставили в пример. Моя жизнь тогда будто замерла, и я ждала момент, когда мы с мамой вернемся в наш дом и будем жить как прежде. Сложный этап выпал на не менее сложный возраст, когда я буквально всё и всех воспринимала в штыки.

Глава 5

Лучше бы я пошла с Инессой на вечеринку к Максу или в клуб (не помню, куда она меня звала), чем весь вечер торчать на унылом сборище. Но увы, у меня нет выбора. Раз уж приняла приглашение, то придется потерпеть.

Я улыбаюсь сквозь зубы, медленно прохаживаясь между гостей, которых собрал в своем огромном загородном доме лучший друг нашей семьи и по совместительству деловой партнер Руслана. Меня обязывает долг налаживать новые связи, ведь мы то и дело будем сталкиваться на общих собраниях. Так что я на своем месте.

Пытаюсь, по крайней мере, выглядеть так, будто я не — белая ворона.

Но я такая, — вновь шепчет противный голосок в моей голове.

Отправляю залпом остатки шампанского в себя и возвращаю бокал проходящему мимо официанту. За второй бокал не хватаюсь — сегодня мне нужна трезвая и думающая голова. И на то, чтобы оставаться во всеоружии, у меня есть пара веских причин.

Первую из них я только что приметила: Лера и ее родители прибыли на празднование юбилея несколько минут назад. Лера держится хорошо. На ней темно-серебристое платье, подчеркивающее каждый изгиб. Каштановые локоны тяжелыми волнами опускаются на изящные обнаженные плечи. Шпильки, алая помада, клатч — каждая деталь выгодно подчёркивает ее безупречный образ. И не знай я причин, решила бы, что Лера перестаралась малость, но я то знаю, что именно так выглядит ее платье мести.

Хмыкаю, едва качнув головой.

Моя бывшая подружка хочет произвести на моего сводного братца впечатление. Мол, пусть поглядит, кого он потерял. Глупец.

Вот только Яну будет наплевать, как бы вон из кожи ни лезла его бывшая подружка.

Он — бесчувственная машина, о чем не забывает то и дело напоминать.

А еще, похоже, братец решил прогулять сегодняшнее мероприятие.

Внутри меня поднимается волна раздражения. Какой смысл в этом показе мод, если Ян даже не явился? Ему, очевидно, абсолютно все равно, как выглядит Лера и на какие жертвы она идет, чтобы привлечь его внимание. Для него она не более чем тень прошлого, нечто, что не стоит и секунды его драгоценного времени.

Интересно, где он сейчас?

Возможно, с той девушкой, с которой он провел вчерашний вечер?

Сердце болезненно сжимается при этой мысли.

Я осматриваю зал, пытаясь найти хоть одно знакомое или дружелюбное лицо. Но все гости кажутся чужими, погруженными в свои беседы, в свои блестящие, но пустые миры. В каждой улыбке – расчет, в каждом взгляде – оценивающий интерес. Я чувствую себя здесь лишней, неуместной, словно ошибкой в безупречном узоре этого вечера.

Спустя даже десять лет я так и не смогла влиться в новый для себя мир.

Инесса, конечно, была права. Ей я точно не отказала бы, если бы знала, что меня ждет здесь. Теперь же приходится довольствоваться этим унылым зрелищем. Однако я помню, зачем я здесь.

Но не успеваю даже подумать, куда бы примкнуть или где затеряться, как вдруг замечаю, что Лера, сказав что-то родным, отходит от них и берет курс прямиком на меня.

Под ложечкой неприятно сосет. Уж не про Яна ли она решила поинтересоваться у меня?

— Привет, — мягко произносит бывшая подруга, покачивая в ладони бокал.

— Привет, — холодно отвечаю я, задумываясь: а бы ли мы подругами вообще? Или мы изображали дружбу ради родных?

— Как дела?

— Хорошо, — все тем же сухим голосом отвечаю я. На самом деле мне нечего сказать Лере. С тех пор как она и Ян переспали после одной из вечеринок, устроенных общим другом, между мной и девушкой будто черная кошка пробежала.

Впрочем, я не жалею. У меня есть Инесса — мой настоящий друг, а остальные лишь сборище лицемеров.

— А у тебя как?

Разговор что-то не клеится, но и послать ее не могу. Мы ж цивилизованные люди все-таки, а не дикари. Тем более Руслан не поймет моей агрессии, если я поступлю точно так же как и его сын: пошлю дочку его лучшего друга на все четыре стороны.

— Замечательно.

— Вот и отлично, — бурчу под нос, и, к сожалению, она все слышит.

Лера кивает, ее губы слегка искривляются в невидимой усмешке, но тут же вновь принимают нейтральное выражение. Она делает глоток из бокала, ее взгляд скользит по моему наряду. Мои волосы собраны в низкий хвост, платье простого, но элегантного кроя, без излишних украшений. Ничего выделяющегося, ничего, что могло бы привлечь чье-либо внимание. Это мой сознательный выбор. Мне не нужна демонстрация, я здесь не собираюсь производить на кого-либо впечатление.

— Красивое платье, — произносит она, и в ее голосе проскальзывает нотка, которую я не могу точно определить. Может быть, наигранный комплимент, а может быть, и нет. С Лерой никогда не знаешь наверняка.

— Спасибо, — отвечаю, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. Я не хочу показывать, как меня нервирует ее присутствие.

— Михаил сегодня в ударе, дом просто шикарный, — продолжает Лера, обводя взглядом просторный зал, уставленный столиками с закусками и цветами. — Ты, наверное, привыкла к таким приемам?

В ее словах чувствуется издевка. Она знает, что я не всегда была частью этого мира, и что я скорее предпочту тихие вечера шумным сборищам. И она этим пользуется, стараясь подчеркнуть мое одиночество.