Сводный псих

Пролог

Дверь в комнату распахивается, и я замираю от удивления.

— Кирилл? — пищу, глядя на не совсем трезвого парня. — Что ты здесь делаешь? Как ты здесь?

— Мне просто необходимо было встретиться с тобой, — недобро усмехается.

— Ночью? — спрашиваю, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

Кирилл ведёт себя слишком непредсказуемо в последнее время, и я понятия не имею, чего от него ожидать.

— Что ты думаешь о союзе наших родителей? Ты ведь их поддерживаешь, не так ли? — медленно направляется ко мне, и я инстинктивно пячусь назад.

— Что я могу думать? — лихорадочно тараторю. — Они взрослые люди и заслуживают счастья…

— Мой отец был счастлив! — грубо перебивает меня. — Твоя мать позарилась на состояние моего отца!

Не сдерживаюсь и прохожусь по лицу Кирилла звонкой пощёчиной.

Как он смеет говорить так о моей маме?

Его голова дёргается в сторону, но он тут же возвращается в прежнее положение. Только теперь его взгляд полыхает яростью.

Он буквально выжигает все мои эмоции, оставляя только дрожь в теле.

— Может ты такая же? — спрашивает с какой-то дикой улыбкой. — Я наследник приличного состояния! Давай, покажи мне, на что ты способна, может я женюсь на тебе, и ты тоже станешь богата?

— Что? — пищу, словно напуганная до смерти мышь. — О чём ты?

— Не строй из себя дуру! — в одно мгновение Кирилл преодолевает расстояние между нами и толкает меня на кровать.

— Ты с ума сошёл? — кричу, когда он нависает надо мной и опускает губы на мою шею. — Кирилл! Остановись! — брыкаюсь, пытаясь оттолкнуть его от себя, но он словно с ума сошёл. — Кирилл! Приди в себя!

В какой-то момент мне удаётся перевернуться, но он быстро возвращает меня в прежнее положение.

Хватает мои запястья и прижимает их к кровати над моей головой.

Продолжает покрывать мою шею и ключицы поцелуями. Он не слышит меня. Игнорирует мои мольбы и крики.

— Прошу тебя, прекрати! — кричу надрывно, не сдерживая слёзы и всхлипы. — Кирилл! Приди в себя! — мои всхлипы превращаются в рыдания.

Внезапно Кирилл замирает.

Хватка на моих руках ослабевает, и я медленно поворачиваю голову.

Встречаюсь взглядом с карими глазами Кирилла и читаю в них что-то новое…

Испуг? Сожаление?

Он резко отстраняется и быстро покидает комнату общежития.

Принимаю позу эмбриона и продолжаю плакать. Кричать. Выть.

Выпускаю наружу всю свою боль, не боясь, что буду замеченной.

Глава 1

— Коротышка, ты едешь? — дверь в комнату распахивается.

— А-а-а! — кричу, хватая кофту с кровати и прикрываю грудь. — Ты с ума сошёл?

— Чё ты визжишь? — Кирилл демонстративно прочищает ухо. — Чё я там не видел?

— Ничего, — топаю ногой. — Ты не можешь вот так врываться в комнату! Да и вообще, не можешь находиться в женском общежитии!

— Не парься, — нагло заходит в комнату, подходит к моему столу, берёт шоколадную конфету и закидывает в рот. — Ты не в моём вкусе. Да и сисек у тебя нет.

— Хам! — не сдерживаю негодования. — Выйди! Мне нужно одеться!

— Одевайся, я не смотрю, — отворачивается к окну, и я быстро накидываю кофту.

Какой же он наглец!

Но такой красавчик…

— У нас гости? — в комнату заходит Алина, моя соседка и по совместительству подруга.

Кирилл одаривает её презрительным взглядом и обращается ко мне:

— Ты готова?

— Я поеду на автобусе, — подхожу к зеркалу, беру расчёску и собираю волосы в высокий хвост.

— Что за бред? — раздражённо фыркает Кирилл. — Зачем ехать на автобусе, если я на тачке и еду туда же?

— Не знаю… — пожимаю плечами. — Может, ты будешь не один?

— Я буду один, — выглядывает в окно. — Готова?

— Почти, — поворачиваюсь к нему лицом. — Иди на улицу. Я выйду через пару минут, — Кирилл вопросительно смотрит на меня, и я продолжаю. — Слушай, я не хочу из-за тебя получить втык от комендантши. Не хватало ещё, чтобы она подумала, что я вожу парней в комнату.

— Ты? Парней? — внезапно он начинает хохотать.

— Всё, — разворачиваю Кирилла спиной к себе и выталкиваю из комнаты. — Жди на улице, — захлопываю дверь перед его носом.

— Как ты вообще можешь с ним общаться? — удивлённо спрашивает Алина. — Он наглый, грубый, ещё и психованный.

— У меня нет выхода, — закидываю в сумочку телефон и ключи от комнаты.

— Да-да, — дразнит Алина. — Ты по уши влюблена в него, и дело тут не в выборе.

— Тс-с! — быстро оказываюсь рядом с ней, и зажимаю её рот ладонью. — С ума сошла? А если он услышит?

— Не услышит, — хихикает, убирая мою ладонь. — Хорошо вам отдохнуть, — подмигивает.

Если бы она только знала, что нас ждёт.

Хотя я сама не знаю, чем закончится сегодняшний семейный ужин.

— Пока, — целую Алину в щёку, накидываю пуховик и покидаю комнату.

Спускаюсь на первый этаж, и к счастью, комендантша ничего не говорит.

— До свидания, — улыбаюсь ей, и она кивает в ответ.

На улице сильнейший снегопад, и так просто не увидишь, где стоит автомобиль Кирилла.

Вглядываюсь в машины, и всё-таки вижу нужную.

Быстро забираюсь внутрь и захлопываю дверь.

— Могла бы отряхнуться, — недовольно бросает Кирилл.

— Прости, — скованно отвечаю, потому что что-то делать уже поздно.

Пристёгиваюсь ремнём безопасности, и устраиваюсь на сиденье поудобнее.

— Не знаешь, что они задумали? — спрашивает, выезжая на дорогу. — В честь чего этот обед?

— Нет, — отвечаю слишком быстро. — Не знаю, — поправляю сама себя. — Мама просто позвонила и попросила приехать, — вру ему, потому что не имею права говорить правду.

— Странно, — задумчиво произносит Кирилл, не сводя взгляда с дороги.

На самом деле его отец и моя мама хотят официально признаться, что собираются пожениться.

И я безумно боюсь реакции Кирилла. И не только я.

Мы все знаем, что Кирилл слишком вспыльчивый.

Его реакция непредсказуема.

Он хорошо относится к моей маме, но исключительно как к домработнице. Боюсь, перспектива мамы стать его мачехой ему не очень понравится.

Мама работает в доме Королёвых уже пять лет. Жена дяди Славы умерла десять лет назад, и они с Кириллом остались одни.

Мама устроилась к ним домработницей и оживила атмосферу.

Я часто приходила к маме, так мы и познакомились с Кириллом.

Дядя Слава помог мне попасть в тот же университет, где уже учился Кирилл.

Два года назад между мамой и дядей Славой начали завязываться отношения. Никогда прежде я не видела маму такой счастливой. Да и дядя Слава изменился. В его глазах теперь горит огонь.

Они счастливы друг с другом, и я ничуть не против. А вот Кирилл… Он даже не знает о их отношениях, и о предстоящей свадьбе тем более.

Кирилл резко тормозит, и я сильно ударяюсь головой.

— Ай, — морщусь и тру место ушиба.

Не сразу понимаю, что нас подрезали.

Кирилл бросает на меня взгляд и в ярости выходит из машины.

Ну всё. Сейчас что-то будет.

Его руки сжаты в кулаки, и не нужно быть особо умным, чтобы понимать, что он разгневан.

Я с ужасом наблюдаю за происходящим через окно. Кирилл как разъяренный бык несется к машине, которая чуть не стала виновницей аварии, что-то крича водителю.

Тот, судя по жестам, пытается оправдаться, но Кирилла это только больше злит. Кажется, еще немного, и он полезет драться.

Он открывает дверь, хватает водителя за грудки и выдёргивает из машины.

Вокруг начинают собираться люди, и я понимаю, что должна что-то сделать.

Выскакиваю из машины и бегу к Кириллу.

— Остановись! — кричу ему. — Отпусти его! Ничего ведь не случилось! — Кирилл поворачивается ко мне. — Мы торопимся, — продолжаю, пытаясь его вразумить. — Пожалуйста.

Кирилл шумно вздыхает и отталкивает мужчину от себя.

Разворачивается и возвращается в машину.

Торопливо следую за ним, забираюсь в машину, и Кирилл давит на газ.

Вжимаюсь в сиденье и не произношу не звука, чтобы не разозлить его ещё больше.

Дорогие мои!

Приветствую Вас в новой истории! Обещаю, будет интересно! И конечно, буду признательна поддержке лайками и комментариями)

Глава 2

— Какого чёрта вылезла из машины? — грубо спрашивает Кирилл после нескольких минут молчания. — Если бы за рулём той тачки был псих? Что, если бы у него был травмат, например?

— Если честно, — отвечаю с обидой. — В этой ситуации на психа был похож только ты…

— Серьёзно? — вспыхивает парень. — Считаешь, что я был неправ?

— Считаю, что выходить из машины и доводить бедолагу до сердечного приступа было лишним.

— Ты нормальная? Мы из-за него могли сейчас в кювете валяться!

— Послушай, — пытаюсь говорить как можно спокойнее. — Всё ведь уже в прошлом, и не стоит спорить из-за этого инцидента. Ты всё-таки ведёшь машину, и я хочу добраться до дома твоего отца живой. Просто попробуй успокоиться.

— Охрененно, — злобно произносит Кирилл и сосредотачивается на дороге.

Всем он хорош. Не обделён чувством юмора, внешностью. Первый парень в университете. Нет отбоя от девчонок. От улыбки Кирилла тают даже взрослые женщины. Но его гнев, который он не умеет контролировать, портит всё.

Вот и сейчас он не может взять себя в руки.

Смотрит на дорогу, и другой человек бы не понял, что с ним происходит…

Но я вижу, что его челюсть сжата. Руки чуть ли не впиваются в руль. А в глазах леденящий холод.

И от этого мне становится ещё страшнее.

Была надежда, что он отнесётся к новости о наших родителях терпимо, если будет в приподнятом настроении. Но теперь точно всё пропало.

Засматриваюсь на Кирилла дольше положенного, и резко беру себя в руки, когда он бросает на меня короткий взгляд.

— Что? — возвращает его на дорогу. — Презираешь меня?

— С чего бы? — отворачиваюсь к окну, чтобы спрятать румянец, выступающий на щеках. — Я знаю тебя довольно давно, и… Всё хорошо, — пытаюсь как можно скорее закрыть тему.

К счастью, Кирилл тоже больше не произносит ни слова, и мы доезжаем до дома его отца в полной тишине.

Почти все дома в коттеджном посёлке, где живут Королёвы, украшены к Новому году.

На улице темнеет, и благодаря этому отчётливо видны огни новогодних гирлянд.

Замечаю несколько снеговиков, и на лице самопроизвольно растягивается улыбка.

Наверное, единственное, чего я не одобряю в выборе родителей, это то, что они выбрали предпраздничные дни для посвящения Кирилла в свои отношения и предстоящую свадьбу.

Можно было подождать до января.

Но это их выбор, и я не могу их осуждать.

Выходим из машины и проходим к крыльцу.

Дверь перед нами открывается, и на пороге нас встречает дядя Слава.

Кирилл прищуривается в сомнении, но ничего не говорит.

— Здравствуй, отец, — пожимает его ладонь. — Почему ты сам открыл? Где Татьяна?

— Она заканчивает с обедом, — обнимает сына и хлопает его по плечу.

— Здравствуйте, дядя Слава, — киваю ему с улыбкой.

— Привет, Анют, заходите.

Мы проходим в дом, разуваемся и уже через несколько секунд оказываемся в просторной гостиной.

Большой стол накрыт на четыре персоны, но наготовила мама куда больше, чем на четверых человек.

— У меня почти всё готово, — мама ставит на стол запечённую индейку.

— Татьяна, — усмехается Кирилл. — Вы явно перестарались.

— Не соглашусь с тобой, — скованно улыбается мама.

Глядя на неё, понимаю, что напряжение чувствую не только я.

Дядя Слава более спокоен.

— Что ж, — произносит дядя Слава. — Давайте садиться за стол.

Мы с Кириллом размещаемся друг напротив друга, а мама и дядя Слава по разные стороны от нас.

Мужчина наполняет наши бокалы вином. Мама нервно проверяет, у всех ли есть столовые приборы, но на самом деле я знаю, что это лишь для отвода глаз.

Она просто тянет время.

И я понимаю её нервозность.

— Так что за повод? — разрывает тишину Кирилл.

— Повод есть, — уверенно отвечает Вячеслав. — Большой повод.

— Мы ждём, — Кирилл бросает на меня короткий взгляд и возвращает его к отцу.

— Сын, — начинает мужчина, держа в руках бокал с вином. — Татьяна работает в нашем доме очень давно, — набирает полную грудь воздуха и это не остаётся незамеченным. — За это время мы стали очень близки. Что говорить, даже вы с Аней стали почти братом и сестрой.

Кирилл снова поворачивается ко мне, и я вижу, как заостряются черты его лица.

Взгляд наполняется леденящим холодом, а рука, лежащая на столе, сжимается в кулак.

Всё.

Он всё понял.

— Продолжай, — хрипло произносит Кирилл.

— Мы с Таней любим друг друга и решили пожениться, — выпаливает ключевую фразу дядя Слава, и могу поклясться, что время останавливается.

Никто не произносит ни слова.

В гостиной воцаряется гробовая тишина, и кажется, что даже на улице всё стихает.

— Ты сейчас серьёзно? — с презрением спрашивает Кирилл, глядя отцу прямо в глаза. — Женишься на уборщице?

Вижу, как глаза мамы наполняются слезами, но она сдерживает их.

— Прояви уважение и следи за языком, — строго произносит дядя Слава.

— Следить за языком? — рычит Кирилл с дикой злобой. — А ты следишь за чем-то? Какого хрена, отец? Тебе баб вокруг мало, и ты решил выбрать ту, что долгое время моет унитазы в твоём доме?

— Заткнись! — со злостью произносит дядя Слава. — Не смей осуждать мой выбор!

— Прости отец, но твой выбор… — бросает на маму полный презрения взгляд и переводит его на меня. — Ты знала? — громко орёт, и я вздрагиваю от страха.

Отвожу взгляд в сторону, потому что врать ему бессмысленно. Он всё понимает и начинает смеяться в голос. Только вот смех этот совсем недобрый.

Внезапно он замолкает и изо всей силы ударяет по столу. Бутылка вина падает на белую скатерть, и её содержимое растекается по столу.

— Кирилл! — рычит дядя Слава. — Какого чёрта ты себе позволяешь?

— Какого чёрта я себе позволяю? — его брови поднимаются вверх. — Не так много, как позволяешь себе ты!

— Дата свадьбы определена! Это не изменится!

— Поздравляю вас, мать вашу! — одним махом Кирилл хватает скатерть, дёргает её, и всё содержимое со звоном и грохотом падает на пол.