Сюрприз. Новогодний

Пролог

- Вам нужна не я, вам нужен ребенок, - тихо проговорила Анна, останавливаясь у окна и крепко обхватывая себя руками за плечи. – Только для чего, не понимаю, - продолжал тихо звучать её голос. – Вы отказались от него еще до рождения. Вы даже не знали, что он появится на свет. И, когда появится.

Сложно спорить, черт возьми. Каждое слово – обвинение. Тихое. Спокойное. Никогда не думал, что до подобного однажды дойдет. Дошло. И это самое обвинение в лицо ему кидает… женщина. Которая… Которая не только сердце затронула, глаз одним своим присутствием радовала, но и в душе поселилась.

А вот оттуда, точно знал, не вытравить. Ничем. Вторая любовь в жизни. Сколько было мимолетных Попутных удобных. А вот с ней… Аня. Анечка. Анюта. Солнышко его в снежную вьюгу.

- Аня… - остановившись буквально в двух шагах, руку протянул, собираясь…

А, собственно, что собирался сделать? Коснуться? Обнять? Что у нее сейчас за «каша» в голове, даже предполагать не брался. С одной проблемой не до конца утряслось. Еще отголоски развода афтершоками налетают, выдохнуть не давая. А тут…

- Не трогайте, Сергей Валентинович, - резко в сторону подалась, стараясь избежать его прикосновений. – Артём мой сын, - продолжала негромко, но достаточно уверенно. – Даже если решите забрать его, кусаться буду. Понимаю, против вас практически никаких шансов нет выстоять.

Что несла? Какого подонка в нем видела? Неужели, в самом деле, до сих пор не поняла, что… Не только в ребенке причина, по которой… Впрочем, да, как-то неправильно всё изначально пошло. С самой первой минуты встречи. Знакомства.

- Ань, ты меня хорошо слышишь? – поинтересовался Сергей, стараясь взглядом удержать взгляд молоденькой женщины, так неожиданно вошедшей в его жизнь. – Не собирается вас никто разлучать. С вами обоими рядом хочу быть. Впервые подобное говорю женщине. Аня, я предложение тебе делаю. Ну, что мне сделать, чтобы поверила?

- Дайте мне уйти, - выдала совершенно неожиданно.

Слушала? Да. И, без сомнения, очень внимательно. Слышала? Само собой. Что держало в напряжении, понять не мог. Ладно бы с собственным поведением какие проблемы были. Тактичность максимальная. «Отлично» самому себе по всем фронтам выставлял. И вдруг вот такое неприятие…

Помедлив, кивнул, отступая в сторону.

- Не держу, - произнес вслух, а про себя добавил: «сегодня, сейчас, в данную конкретную. минуту».

Новогодний серпантин

Дорогие читатели!

Приглашаю вас в новогоднюю историю, которая пишется в рамках

"новогодний серпантин движ",

легко ищущийся по тегу.

Почти все книги уже стартовали. Последние появятся на Литнете сегодня, до 09:000 по московскому времени 27.12.2025.

Вас ждут более 20 историй самого разного жанра, с самыми невероятными сюжетами.

Объединяет их всех одно - Новый год, зима, ожидание чуда.

Заглядывайте в гости, уверены, скучно не будет.

Глава 1. Елов

- Это, что? – поинтересовался Елов, задерживая взгляд на кадровичке. – Оля, я просил пресс-релиз, а не сочинение на тему, где нам взять сотрудника, - добавил, швыряя лист на стол.

Каждый раз, когда требовалось подготовить информацию для СМИ или в какую официальную структуру, исполнение поставленной задачи выливалось в нешуточную проблему. Не умело нынешнее поколение излагать грамотно мысли. Ну, или, как вариант, это ему так «повезло» с сотрудниками.

- Но вы же сказали, подробно… - осторожно начала Дайнова.

С Еловым работала последние пять лет. Как пришла в компанию. Всегда был тактичен и корректен. Причем – максимально. А вот в последнее время, как подменили. Что с человеком вдруг произошло, понять никто не мог. Если только разрыв с почти невестой, то есть женой, так не повлиял на характер.

Он сказал – подробно. Да, он сказал – подробно. И отрицать того не собирался. Вот только подробно, подразумевало совсем не то, что минуту назад легло торжественно на стол.

- Значит так, уважаемые мои кадры в целом и вы, Ольга Викторовна, в частности, - не обращая внимания на попытку кадровички что-то возразить, продолжал, с трудом сдерживая раздражение, Елов. – Либо вы мне в конце концов находите пресс-секретаря. Образованного, желательно со стажем в данной конкретной профессии, либо я вас к чертовой матери уволю за профнепригодность.

Еще лучше. В канун-то Нового года. Ну, пусть не в самый канун. До данного события больше месяца. В любом случае, новой работы в конце года практически не найти. Остаться не у дел в наступившем… Так себе, подарочек.

- Сергей Валентинович, мы ищем, - попыталась оправдаться Ольга, сдерживая дрожь обиды в голосе. – Правда, ищем. Но требования, завышенные… - резко смолкнув под взглядом Елова, совсем тихо добавила, - Так все говорят, кто звонит. И на бирже…

Выматериться желание нестерпимое. Вот где удержаться следует. Не привык как-то в женском обществе знанием «французского» щеголять. Вырывалось иной раз, когда уж совсем допекали. Но в целом… И в семье не матерились, в которой рос. Да и окружение… А вот сам когда…

- Грамотность и умение правильно и четко излагать мысли – завышенное, - проговорил четко, едва ли не по слогам. – Тогда я уже не знаю, что у нас не завышенное, - добавил, откладывая в сторону лист. – Хорошо, посмотрю сам, - вынес вердикт принесенному опусу. - Идите, работайте, - добавил, поднимая взгляд на открывшуюся дверь кабинета.

Не проходной двор. Стучаться сотрудники умели. А вот один человек мог и так, как говорят – с ноги.

- Занят?

Алексей Вершинин. Друг. Человек, однажды спасший жизнь. Давно. По юности еще. Но такое не забывается. Не было бы сейчас его, Сергея Елова. Вообще никакого, а не только владельца процветающей компании… И хоть Лёшка твердил без конца, что в расчете, не получалось… Считать так не получалось.

- Да уже свободен, - с тяжелым вздохом обронил Сергея, кивая другу, приглашая тем самым проходить в кабинет.

Настрой… Настрой в глаза бросался. Снова – необъяснимое раздражение, которое почти безуспешно пытается скрыть. В чем причина такового, понять не получалось. Если только… Несколько месяцев назад инцидент произошел в жизни. По крайней мере Алексей именно так называл разрыв другом отношений с…

- Ты чего опять сквозь зубы? – нарушая собственный ход мыслей, поинтересовался Вершинин, приближаясь к рабочему столу владельца кабинета. – Кадры снова статьи при увольнении перепутали? – в тот момент, когда подвигал для себя офисный стул, прозвучал вопрос с легким налетом иронии.

Случилось подобное недавно. Как могло произойти, так и не поняли. Ну, есть же Трудовой кодекс. Есть доступ к правовым сайтам, исправно оплачиваемые компанией. Не экономил Елов на комфорте сотрудников в плане доступа к коммуникациям и современным технологиям. Но умудрялись же напортачит!

- Пусть попробуют еще раз, точно поувольняю к чертям собачьим, - проворчал Сергей, передвигая по столу оставленный кадровичкой лист. – Читай, - предложил, откидываясь на спинку рабочего кресла.

Слегка изогнув бровь, Вершинин, дотянувшись до предложенного листа, пробежался тот глазами. Глянул на друга.

- И? – спросил коротко. – Не нравится, что?

В самом деле не понимал? Сомнительно. Зная Лёшку... Манера, эта иногда раздражала. Еще больше…

- То есть, вот такое мы можем отправить в СМИ, - кивнув чему-то, обронил Сергей. – Не боишься, что нас на смех поднимут? Ну, мне, что, самому садиться за написание релизов? – продолжал расходиться. – Хорошо, давай брошу к чертовой матери финансы и договора и займусь…

- Серёг, успокоиться тебе надо, - выдал совершенно неожиданно Алексей, возвращая лист на стол. – Сколько кандидаток приходило? С образованием, со стажем, как ты требуешь, - голос зазвучал достаточно жестко. А вот так в компании точно позволить себе разговаривать с Еловым мог только он, Алексей Вершинин. – Тебя же не одна не устроила. То стара, то с ребенком. Ты себе сотрудника ищешь, или любовницу, прости? Если смотрины неофициальные устроил, так, так и напиши в объявлении. Будем знать, кого тебе подбирать. А то девчонки с кадров, правда, с ног уже сбились, не зная, как твоей милости угодить.

Вот такой отповеди Сергей точно получить не ожидал. Наверно, впервые за последние несколько лет выслушал. А уж за месяцы – точно. Как-то даже друг старался не касаться его личной жизни.

Глава 2. Первая встреча

- Я к папе хочу!! – не обращая внимания на его появление в приемной, продолжал рыдать и голосить мальчуган лет четырех.

При этом не замечал его не только ребенок. Взрослые, ощущение, стеной невидимой оказались отгорожены. По крайней мере две дамы так точно – молоденькая совсем, что к нему спиной стояла. И заметно старше – вторая.

- Тёть Галь, ну я же просила вас просто за ним присмотреть, - едва не плача говорила та, что была помоложе. По крайней мере, как казалось со спины. – Всего несколько минут. Пока я решу вопрос с собеседованием.

Собеседование… Брови Елова медленно поползли вверх. То есть, имея вот такой довесок, эта, как её там… Закончить собственную мысль не успел. Малыш выдал очередной рёв, от которого уже уши начало закладывать. Незнакомка, так и не обернувшись, бросилась успокаивать свое, судя по всему, производное. А так называемая тетушка соизволила поднять на него взгляд. То есть, заметить. Первой, после секретарши. И…

- А, так вот, кто у нас папаша! – выдала громогласно. – Теперь понятно, на кого твой паразит похож! Не удивляюсь, что Сёмка бросил! На нормального мужика, нагулянного выродка повесить хотела! Совести ни грамма!

Кажется, ему выложили всю личную жизнь человека, которого, точнее, которую видел впервые в своей жизни. И при этом, до сих пор, исключительно со спины. Интересно. Ребенок. Так уверенно обвинение брошено в его сторону…

- Господи, - прошептала незнакомка, подхватывая малыша на руки и, наконец, оборачиваясь…

«Господи», - пронеслось на этот раз в голове Елова. Мальчуган… С ума сходит? Взгляд на девицу перевел. Впервые видел. Стопроцентно – впервые. Но мальчишка как две капли воды… Только что, светленький. Но, если вспомнить… На секунду даже зажмурился. Быть того не могло. Просто потому, что не-мог-ло, - по слогам повторил в голове. То есть, в мыслях.

- Вы, кто? – единственное, что смог выдать, переводя взгляд с мальчугана на девицу.

Охотница за состоянием? Черт, придется сильно постараться. Провалами в памяти точно не страдает. И…

- Аня, - перехватив его взгляд, заметно смутившись, поправила саму себя, - Простите, Анна Георгиевна Ловчая.

Фамилия за себя говорила. Взгляд снова на ребенке задержался. Ловчая? На сколько ловчая? Или, всё же, у него провалы? В памяти. Если мальчугану года четыре. Где он был четыре года назад? Да, всё здесь же. За место под небом бился. Точнее, под солнцем. Чтобы грело теплее. В финансовом плане.

- И, что хочет Анна Георгиевна Ловчая? – поинтересовался холодно, прерывая собственные размышления.

- Вам требуется пресс-секретарь. Грамотный. С высшим образованием. Со стажем, - выдала на одном дыхании Аня, пытаясь одновременно успокоить малыша.

Впрочем, тот и сам мгновенно успокоился, увидев его, Елова. И, как нарочно, давая себя отлично рассмотреть. Те же ямки знакомые на щечках ребетенка. Разрез глаз. Даже эта манера смотреть… улыбка. Улыбки не хватало, чтобы окончательно пригвоздить сейчас его, Елова, вот к этому самому полу, на котором стоял. Твердо. Пока.

- Нет, - сказал, как отрезал.

Резкий выпад друга привел в откровенное недоумение Вершинина. Пожалуй, впервые тот на столько нетактичен по отношению к даме. Обычно. Хотя бы, выслушивал. И боле тактично уже после посылал ко всем чертям. А тут буквально с ходу.

- Вы уже нашли кого-то? – выдала Аня.

- Нет, вы нам не подходите, - обронил Сергей, пояснив свой предыдущий ответ и развернувшись, собирался войти в кабинет, когда услышал в спину:

- Хотя бы объясните, почему. Вы меня даже не выслушали и не посмотрели резюме.

Дерзость. Неслыханная. Кажется, пока еще здесь хозяин – он. То есть, босс, шеф. Последнее нравилось больше. От «босса» каким-то криминалом попахивало.

- Я достаточно увидел, Анна Георгиевна, - вот имя-отчество запомнил с ходу, поразительно. – Так понимаю, ваше высшее образование – это не увенчавшаяся успехом попытка выйти удачно замуж. Диплом – свидетельство о разводе, а стаж – то, что у вас сейчас сидит на руках. Мне нужен спец, а не запутавшийся в личных проблемах экземпляр, - закончил, захлопывая за собой дверь кабинета.

Не видел, как Аня, обняв крепко сынишку, на мгновение зажмурилась. Энная по счету попытка. Сорвавшаяся. Из-за выходки тетки. Просила. Просто просила посидеть с Артемкой. Не о многом…

Слова сказать больше не успела. Дверь кабинета захлопнулась. С грохотом.

- Извините, - заговорил, задержавшийся в приемной Вершинин, - Подождите пару минут, думаю…

- Не стоит, я всё поняла, - выдала очаровательная блондиночка, спешно покидая приемную.

Смотря ей в след, пытался понять только что произошедшее. На Елова, по правде говоря, совершенно не похоже. Самого себя друг превзошел. И какая… Разобраться бы, только – как? Взвинчен, как…

Остановившись на пороге кабинета и плотно, максимально плотно прикрыв дверь, задержал на Елове взгляд. За столом. Локтями уперевшись в столешницу. Пальцы – в замок. Знакомая поза. Вопрос только, какие мысли сейчас в голове.

- Объяснить ничего не хочешь? – поинтересовался Алексей максимально спокойно. – Серега, извини, но что сейчас было в приемной? – продолжал, встречая в ответ демонстративное молчание.

Взгляд исподлобья. Значит, настроение – жесть.

- Ты видел его?

Короткий вопрос. О ком? Вершинин, оглянувшись на дверь у себя за спиной, внимательно посмотрел на владельца кабинета.

Глава 3. В родительском доме

Когда сын позвонил с вопросом:

- Мам, на ужин сегодня заеду? - Евгения Александровна только что трубку из рук не выронила.

Когда последний раз такое было, чтобы её единственная кровиночка без требований и угроз отца, появился в родительском доме? Припомнить не могла. Слишком занятым сын был в последнее время.

Конечно же, его ждали. Ждала. Всегда.

На кухне попросила приготовить именно то, что любит сын. Слишком редким гостем ставший в последнее время.

- Что-то сомневаюсь, что у твоего совесть вдруг взыграла, о родителях вспомнил, - обронил Валентин Адамович, выслушав радостную весть жены о предстоящем, внеплановом и совершенно неожидаемом визите наследника Еловых.

- Извини, напомню, он такой же мой, как и твой, - привычно резко отреагировала Евгения Александровна на слова супруга. - И характер у него, кстати, твой, паршивый.

На этом обмен колкостями на тот момент времени себя исчерпал.

Ужин… На протяжении всего ужина внимательно присматривалась к сыну. В общем-то, ничего необычного. Как всегда – достаточно разговорчив. Даже если и существовали проблемы, никогда не позволял себе те приносить в этот дом.

А когда отец из-за стола вышел, на телефонный звонок отвечая, вдруг спросил:

- Мам, а мои детские фотографии у тебя сохранились?

Вопрос слегка озадачил. Как подрос, о своих детских фотоснимках и думать забыл. А если напоминала по какой причине, нервничать вдруг начинал. Ощущение, что стыдился чего. Понять правда, чего, Евгения Александровна не могла. Все фотографии так сказать – приличные. Даже младенцем, когда был, голышом не фотографировала. Не понимала этой привычки некоторых родителей.

- Сереж, у тебя всё хорошо? – вырвался вопрос, а во взгляде мелькнула настороженность.

- Да, просто…

Как объяснить матери, ситуацию, пока ни малейшего представления не имел. Самому бы для начала разобраться. Может, прав Лёха и просто мозг что-то там не то и не так рисует. Ведь, в самом деле, если ни разу не спал с женщиной… Не непорочное же зачатие у той! Да и будь ребенок его…

Что, у обоих разом амнезия? Девица явно его не узнавала. Если только не играла мастерски. А как слабые создания рода человеческого могу свои партии на бис исполнять, отлично знал. На собственном опыте, так сказать.

- Ну, вот, смотри, - Евгения Александровна положила перед сыном небольшой фотоальбом с детскими фотографиями. Теми самыми, дошкольными. Как там говорят, период, «когда под стол пешком ходил»…

Самые маленькие «отмел сразу», задержавшись лишь для вида на считанные секунды. А вот… В день рождения сделанный снимок. Ему как раз четыре годика. С фотокарточки на него смотрел светловолосый мальчуган с непривычным сине-зеленым цветом глаз. Ямочки на щеках от улыбки. Те же самые, что и…

Глаза прикрыл, вызывая в памяти образ пацаненка, сидящего на руках очередной соискательницы на должность пресс-секретаря его компании.

- Напомни, почему я по итогу жгучим брюнетом стал? – попросил, «запуская» свой телефон и открывая фото-приложение.

- На спор с мальчишками в семь лет себя под ноль постриг, - не пряча улыбки, произнесла Евгения Александровна. – Мы тогда в шоке с твоим отцом оказались. А ты у нас из блондина буквально за месяц превратился в брюнета. Слышала, что после стрижки с малышами такое бывает. Но вот, чтобы в семь лет…

О том, что сын был светленький когда-то, напоминали теперь только фотографии. А то бы никто и не поверил, скажи…

- Интересно, а здесь что за ностальжирование? – поинтересовался, вернувшийся в столовую глава семейства. – Ну-ка, - остановившись рядом с сыном, задержал взгляд на фотографии, которую, как раз в данный момент времени Сергей переснимал себе на телефон. – О, как, - продолжал, не без интереса задерживая взгляд на собственном отпрыске. - Что, попался в ловчие сети?

Заметил ли, как вздрогнул Елов-младший? Кто ж его знает. Свои эмоции Валентин Адамович всегда держал при себе. Такому жесткому самоконтролю только позавидовать и оставалось.

- Сережа, это так? – выдохнула Евгения Александровна, как-то уж слишком испуганно глянув на сына.

Нет, о внуках, как любая нормальная женщина, достигшая определенного возраста, мечтала. Но вот как-то по-другому тех хотелось заполучить. Не так, чтобы ее мальчика этими самыми внуками «прижали».

- А я что-то сейчас сказал о попадании в «сети»? – задал Сергей встречный вопрос, задерживая совершенно спокойный взгляд на отце. – Бать, честное слово, у меня ощущение, что ты сам однажды, мам прости, - попросил, бросив на мать короткий взгляд, - Попал в эти самые сети.

- Так, только давайте без конфликтов, - вмешалась тут же Евгения Александровна, задерживая на муже предупреждающий взгляд. – Сережа, - продолжала, обращаясь к сыну, - Если даже действительно так, мы примем малыша. Пожалуйста, только не отказывайся от него. Он точно не виноват в вашей с кем-то там, не знаю уж с кем, неосмотрительности. Он имеет право носить твое имя и…

- Мама, у меня нет ребенка, - остановил резко мать, тут же смолкнув, попросив, - Извини. Правда, нет. Но…

Взгляд отца. Колючий. Осуждающий. Всё для себя уже решил однозначно. Съездил, мать его, на ужин. Лучше бы разобраться сперва. С другой стороны… Ну, не хранил у себя детских фотографий. А без них и разбираться начинать смысла нет.

Глава 4. Небольшие семейные тайны

- Валя, такое может быть? – провожая из столового сына взглядом, поинтересовалась Евгения Александровна. – Чтобы не спать с женщиной и завести от нее ребенка? – добавила, глянув на мужа.

Какого ответа ждала? Валентин Адамович задержал дыхание. То, что рвалось с языка… Опасения имелись не безосновательные, что вечер завершится скандалом. Очередным. Последнее время те слишком частым явлением стали в их семье. И виновник…

Мог, конечно, все списать на склочный характер жены, да не получалось. На самом деле не так всё.

- А я должен точно знать? – поинтересовался глава семейства, задерживая на супруге слегка недоумевающий, отчасти наигранный, взгляд. – Это ты у сына спроси, - продолжал без намека на иронию. - Он тумана нагнал и исчез, зная, что…

- Пока у тебя дочь на стороне, не у него, - резко отреагировала Евгения Александровна, с плохо скрываемым раздражением швыряя на стол салфетку. – Так что спрашиваю у того, кто опытен в этих ваших исключительно мужских вопросах.

Снова. Вспомнилось прошлое. Глаза прикрыл старший Елов, пытаясь сохранить выдержку. Всё хорошо и спокойно в Датском королевстве. Пока… Пока прошлое самым неожиданным образом не выползает наружу. Как сегодня. Разговор о сыне, а…

- Женя, одна единственная ошибка… - начал осторожно Валентин Адамович, с надеждой смотря на супругу.

- Когда я попала в больницу со страшенным диагнозом, - выдохнулся мадам Елова, поднимаясь из-за стола. – Да, не мужик я, - продолжала едко, - Но как мужика. понимаю. Больная жена – ходячая проблема. Интересно, ты меня за борт своей жизни сразу планировал вышвырнуть, как только врачи сказали бы – не операбельна? Или милость бы проявил, дав спокойно умереть?

Одна единственная… Одна единственная ночь. Требовалось мозг отпустить. Просто мозг. О чем его Женя никогда не должна была узнать. Кто постарался и довел о случившемся перепихе, догадывался. Скандал раздувать не хотел. В том числе и из-за жены. И без того болезненно его короткую интрижку восприняла. А если еще… Да и сын… Условие поставил, чтоб его…

- Договорились… - процедил сквозь зубы глава семейства. – Женя, никто никого бросать не собирался. И не собирается, - попытался остановиться очередной раздувающийся «пожар». – Вы с Сергеем для меня всё в этой жизни. Как доказать, не знаю. Сама подумай, с чего с вами рядом до сих пор, а не там.

- А вашу мужскую логику не понять, - выдала Евгения, остановившись у окна столовой, за которым давно спустилась темнота зимнего вечера.

Не отстранилась от мужа, когда приблизился, приобняв за плечи. Давно не позволяла прикасаться к себе. Очень давно. Хотя и понимала, при таких отношениях новая измена мужа не за горами. Но… даже не простить, наверно – простила. Давно. Тоже. А вот… Принять факт…

У них – один единственный сын, Сергей. Со вторым малышом не получилось. Едва страшное не случилось. Врачи… Врачи настоятельную рекомендацию дали – от последующих попыток родить второго – воздержаться. И Валентин даже думать ей запретил о…

А потом, случайно, узнала о том, что на стороне растёт дочь… Его дочь…

- Женя, у нас здравомыслящий, нормальный, адекватный парень с тобой вырос, - спокойно зазвучал голос Валентина Адамовича. – Уверен, разберется, что к чему.

- Валь, может, это твой ребенок, а не его? – выдала совершенно неожиданно Евгения Александровна, оборачиваясь и поднимая на мужа взгляд. Правда, не стремясь избавиться от нехитрых объятий. – Скажи мне сразу правду. И мальчика давай успокоим, а то я же вижу, на сколько он в растерянности.

Вот лично он, Елов-старший, большой растерянности в сыне как-то не заметил. Или мужики иначе воспринимают информацию, правильно говорят? Ну, да, возможно слегка озадачен. Тоже в свое время в легком шоке оказался, узнав, что… Получилось с одного раза заделать…

- Женя, ну, что за выдумки?..

- А что, получилось с дочерью, почему не может на свет появиться ещё один ребенок? – не желала отступать от затронутой темы мадам Елова. - Тем более, сколько как с женой со мной не живешь? Я сейчас все пойму. Сама виновата. С Сергеем поговорю сама. Ты же понимаешь, что если он раскопает правду…

Вот сейчас и самому нестерпимое желание появилось взглянуть на того ребенка, из-за которого снова намечались нешуточные проблемы. Тут и к сыну вопросы появлялись. Ладно бы, шалопай был, баб менял. Нет же, точно знал, в выборе партнерши привередлив. Даже шлюхами не пользуется. Если, конечно, чего-то важного о собственном сыне не знает. В таком случае…

- Да виноват, по-моему, я, что без мужского внимания тебя на долго оставил, на поводу твоем бабском пойдя, - вслух проворчал Валентин, крепче обнимая жену. – Женя, давай дадим Сергею время. Уверен, он во всем разберется и, если ребенок там его… - перехватив снова полный сомнения взгляд жены, достаточно жестко добавил, - Не мой, клянусь.

Как убедить… Вот только еще на голову не хватало проблемы!

У самого практически непреодолимое желание появилось взглянуть на ребетёнка. На сколько похож на их породу? Хотя, если Серега примчался в родительский дом, куда не затащишь без скандала, и в свои детские фотографии полез… Ответ, как говорится, очевиден.

Спускаясь по лестнице родительского дома, садясь в автомобиль Сергей одновременно набирал своего начальника безопасности.

Глава 5. Неожиданный визит

- И сколько ты еще со своим довеском у меня на шее сидеть будешь? – направляясь из кухни в прихожую, поинтересовалась Галина Ивановна. При этом даже взглядом не удостаивая племянницу.

Вопрос, ответа на который… Не было! Второй месяц в активном поиске работы. Любой. Строчила резюме, бегала на собеседования. Но в одном месте отказ по причине слишком молодого возраста, в другом – отсутствие реального опыта, в третьем – наличие ребенка. Слишком маленький, а значит – будут больничные. Замкнутый круг. Требовался специалист не старше двадцати пяти (в идеале), со стажем как минимум лет десять (интересно, откуда?) и с ребенком не младше лет пятнадцати (фенита ля комедия!).

- Тёть Галь, ну можно при Артемке не заводить эту тему? – осторожно поинтересовалась Аня, отвлекая малыша игрушками. – Вы же знаете, я ищу.

- А я говорила – послушай Семёна, - не унималась тетка, чем-то погромыхивая в прихожей. Кажется, куда-то собираясь. – Сдала бы в детдом…

Ничего не менялась. Все два месяца, что развод прошел… До истерики иной раз доводила. Старалась Аня держаться, но не всегда получалось, до слез срывалась. Только малыш и удерживал от необдуманного шага.

- Может быть, хватит?! – сорвалась Анюта, малыша поднимая на руки. – Сказала, уйдем мы, потерпите немного! Верну всё, что задолжали! Некуда нам сейчас!

- И некуда будет, - зло бросила Галина Ивановна. – Головой надо было думать, когда от мужика нормального гульнуть решила! Или, что, считала богатого охмурила, крутить им будешь, имея смазливую рожу? Не того поля ягода Ульхерский, чтобы воспитывать чьих-то… - продолжала тётка, для чего-то в кухню возвращаясь.

Очередное оскорбление в адрес уже даже не её, а малыша прозвучать не успело. В дверь настойчиво позвонили. Причем ощущение, что кнопку дверного звонка с силой вдавили в паз. Кто бы там не стоял сейчас за порогом, Аня мысленно его поблагодарила. Может тетка хоть немного отвлечется и отстанет. А то малыш снова начинал капризничать.

- Ну, наконец-то, сподобился! – послышался снова голос хозяйки квартиры. – Совесть взыграла?!

Семён? Аня напрягла слух. Хотя, с Семеном тетка всегда заискивающе общалась. А тут практически те же громы и молнии, что и пару минут назад…

А вот гость, странно, почему-то молчал… Подхватив сынишку на руки, Аня все же не удержалась от желания выглянуть в прихожую. И почувствовала легкий шок. В дверях стоял… Тот самый мужик, который…

- Вы? – только и смогла произнести, с чего-то вдруг крепче обняв мальчугана.

Высокий. Спортивного телосложения (что даже под курткой было заметно). Жгучий брюнет. Пронзительный спокойный взгляд. Цвет рассмотреть не могла. Не получалось. Далековато стоял. По-прежнему – за порогом.

- Ты себе, что позволяешь, хам! – послышалось яростное возмущение тетки, когда нежданный гость вошел в квартиру. Только успела отскочить в сторону, чтобы не быть сбитой с ног.

Не произнося ни слова и сохраняя абсолютное спокойствие. Не сводя взгляда с неё, Анны Ловчей… Или – мальчугана? Не обращая совершенно никакого внимания на по-прежнему возмущающуюся за спиной тетку.

Следуя за медленно отступающей, с пацаненком на руках, молоденькой особой, Елов вошел в комнату. Окинув ту медленным, сканирующим взглядом, снова глянул на Аню. Аня… Имя красивое, - мелькнуло в голове. Впрочем, не о том сейчас. Понять бы еще, о чем. Для чего вообще появился на пороге данной квартирки…

- Что вы хотите? - тихо прозвучал вопрос Ловчей, перекрываемый тараторством хозяйки квартиры.

- Помнится, это вы хотели, чтобы я вас выслушал, как кандидатку на место пресс-секретаря «Топаза», - прозвучал всё так же спокойно ответ.

Адрес получил еще на кануне. Сутки потребовалось на… принятие решения, что ли… В самом себе разобраться. Из-за мальчишки интерес к девице? Или желание заполнить пустоту после… Может, прав друг и для начала следует в собственных проблемах разобраться? А потом уже…

- Вы ясно дали понять, что моя кандидатура вам не подходит, - по-прежнему негромко продолжала Аня.

- Так теперь это называется, - снова заявила о своем присутствии тетушка.

Аня, прикрыв глаза, постаралась сдержать негатив. И без того не могла понять происходящего. А тут еще госпожа Чубова со своими… Впрочем, там от «госпожи»… Только если исключительно в гротескном исполнении…

- Оставьте нас, - обронил коротко гость, даже не глянув в сторону тетки.

- То есть? Я в своей квартире и…

Явно тётушка надеялась оказаться в курсе того, что должно было произойти. А вот что… Аня постаралась в данный момент времени о том не думать. Вообще – ни о чем. Одно то, что сам генеральный появился на пороге их квартирки, приводило в шок и неприкрытое недоумение. В большей степени даже в недоумение.

- Я не ясно что-то сказал? – поинтересовался Елов, задерживая, вот сейчас, взгляд на Галине Ивановне. – Если вы – Анна Ловчая, собеседование проведу с вами. Но, предупреждаю, грамотность, знание английского, а желательно и китайского – обязательны. Готовы?

Какой «китайский», мелькнула у Ани мысль. Галина Ивановна и по-русски не то, что писала, говорила иной раз с серьезными ошибками. При этом человек, ладно бы где в народной республике родился и вырос. Нет же. Здесь, в тогдашней РСФСР, то есть – России. И школа русская была.

Глава 6. Неожиданные решения

- В смысле, служебная? – не понял Вершинин, внимательно выслушав главу компании.

Впрочем, Елов и самого себя не до конца понимал. Здравость рассудка пора бы включить. Есть такая функция в мозгу. Вместо этого несло в какую-то непонятную сторону. И где «остановка», пока неясно.

- В самом прямом – служебная, - повторил Сергей, откидываясь на высокую спинку рабочего кресла. – Сотрудник у нас будет новый, - продолжал совершенно спокойно, словно, в самом деле, просьба из разряда обыденных. – Анна Георгиевна Ловчая. Там серьезная проблема с жильем, надо помочь.

Глубокое молчание. Точнее – глубочайшая тишина. Кажется, Вершинин пытался сложить в голове какой-то нескладывающийся паззл.

- Так понимаю, по адресу ты все же попёрся, - констатировал, наконец, вслух. – Серёг, а не торопишься? – продолжал осторожно, пытаясь понять истинный настрой друга. – Может сперва, как к сотруднику, присмотримся? А потом, если уж там так серьезно, подумаем, чем помочь.

- На, присматривайся, - обронил Сергей, бросая другу через стол, исписанный красивым женским почерком лист. – На всё про всё: от поставленной задачи до выдачи материала – четверть часа. Исключительно по существу, четко, грамотно. Так что могут выдохнуть твои подопечные, за них работу выполнил, - не удержался от легкой язвительности в адрес девчонок-кадровичек.

Был еще один момент… Вершинин, прочитав несколько раз текст, перевел взгляд на друга. Отлично помнил все требования, предъявляемые к новому сотруднику. Ладно, согласен с грамотностью и способностью славливать, что говорится налету. Но вот один момент точно никуда… Ни в какие…

- То есть, так понимаю, вот это – перевесило самое главное требование – отсутствие ребенка детсадовского возраста, - не удержался всё-таки от реплики вслух. – Место в детсаду, одновременно с квартиркой подыскать не надо?

Язвил. Беззлобно. Даже с налетом иронии. Нескрываемой. Елов и сам усмехнулся, выдерживая взгляд собеседника. Догадывался, к чему клонит.

- С местом пока повременим, - заверил, отрицательно качнув головой и потянувшись к телефону внутренней связи. – Немного другая идея есть, - продолжал, одновременно давая другу знак помолчать, - Ирина Васильевна, до конца обеденного перерыва сегодня подготовьте мне список сотрудниц, у кого дети не устроены в сады. И какого возраста каждый.

Бровь Вершинина слегка изогнулась в недоумении. Что еще могло прийти в голову Генерального даже предполагать не брался. Одно радовало, из ступора вышел. Несостоявшаяся мадам Елова, она же Инга Кусуева, на второй, а то и третий план отошла.

- Озвучить не хочешь очередной, так понимаю, грандиозный проект? - осторожно поинтересовался, когда телефонный разговор был завершен. – Надеюсь, детский сад мы не открываем?

- Идея неплохая, но затратная по времени, - отрицательно качнул головой Елов, уверенно продолжая, - Хотя, как проект на будущее можно и рассмотреть. Думаю, детская комната при офисе нам не помешает.

А вот тут Вершинин, сделавший глоток остывшего кофе, поперхнулся. Еще одна новость. Вот уж точно, ни в какие ворота… Сколько прошло с момента первой встречи Елова с последней кандидаткой на должность пресс-секретаря? Суток двое? Трое? Метаморфозы с человеком произошли самые настоящие. На сколько необратимые?

- Серег, тебя, прости, точно ничем не опоили?

- Там, где я был за последние полтора суток, только если ядом накормят. В том числе и у дорогих любимых родителей, - проворчал Елов, поднимаясь из-за рабочего стола. – Просто как-то не задумываешься о том, как люди могут жить, когда у самого всё отлично, - продолжал, неторопливо перемещаясь к окну.

Тема для размышления? Понять бы. Вообще разобраться бы в состоянии друга. Что-то того в последние месяцы, про дни уже вообще молчал, из крайности в крайность. Во что на столько резкие перепады в настрое, для компании вылиться может – вопрос.

- Несет тебя конкретно, - не удержался-таки от замечания Алексей. – Может всё же возьмешь хоть какие пару недель передышки? – высказал осторожно уже звучавшую как-то рекомендацию. - Тут новогодние намечаются. Сам отдохнешь и…

А вот сейчас едва лишнего не вырвалось. Точнее, не совсем лишнее. Нормально всё. Если, конечно не учитывать настрой самого Генерального. Вполне может «взорваться», как та пороховая бочка.

- Заканчивай давай, - не сдерживая слегка мрачноватой усмешки, предложил Елов. – Для всех монстром кажусь? Или остался шанс реабилитироваться?

Не в джунглях жил. Чувствовал перемену к себе среди сотрудников. Панибратства никогда не допускал. Дистанция существовала. Но до последнего как-то старался прислушиваться к тому, чем коллектив дышит. А вот в последнее время… Как у самого черная полоса началась…

- Да все всё понимают, - сделал Вершинин попытку заверить друга в нормальном к тому отношении со стороны сотрудников.

Хотя, да. Не все гладко. Напряжение буквально осязаемо было. В воздухе, как там говорят, густым туманом висело. А стоило Елову появиться… А ведь монстром никогда не был. Только личное оказалось серьезным перевесом. Как подменили человека. Или, в самом деле, усталость сказывалась. И физическая и, не в последнюю очередь, психологическая.

- Все всё понимают, а… - не закончив, какое-то время всматривался вдаль. Семнадцатый этаж. Что там можно вообще увидеть… - Ладно, будем пытаться восстановить нормальную атмосферу, - продолжал, определенно придя к какому-то решению. – С корпоративом вопрос решен, на сколько понял из доклада кадров. С подарками для детей определились?

Глава 7. Неожиданности продолжаются...

Дверь в приемную приоткрыта. На часах – половина девятого утра. Уже потянувшись к дверной ручке, собираясь войти, Елов приостановившись, невольно прислушался. На подступах к его рабочему кабинету шло обсуждение определенного животрепещущей темы. Какой только…

- Слышала, Генеральный себе списки сотрудников с детьми запросил, - донесся голос одной из сотрудниц. - У кого в сад не пристроены. Не в курсе, для чего?

То есть, информация ушла в массы. Черт бы побрал это сарафанное радио. Снова собрался войти, как прозвучал ответ:

- Скорее всего увольнения последуют, - высказалось секретарем уверенное предположение. – После визита той, с ненормально орущим, недоволен ходит. Тут и безопасники чего-то носами рыть стали.

Одно с другим связали. Ну, женская логика, будь она неладна! Это ж какая параллель проведена??

- Блин, и что делать? – выдал самый первый голос, который и заставил Елова «притормозить». - Перед новым годом без работы? – чуть не паника в голосе. - Сейчас вообще фиг найдешь, а тут еще…

Ну, в общем-то отчасти понятно становилось, с чего вдруг сотрудники на протяжении всего вчерашнего дня косо в его сторону посматривать стали и при приближении разговоры прекращали. Во хотел бы выяснить, кто подобные умозаключения выдает. Впрочем, тут два варианта – либо кадры, либо секретарь. Взгреть бы оба отдела, чтобы ересь всякую не выдумывали.

- Утро доброе, - произнес громогласно, заявляя всё же о своем присутствии. – Светлана Яковлевна, ко мне? – направляясь к двери кабинета, поинтересовался у той, второй, что с утра пораньше заглянула в приемную.

От неожиданности буквально подпрыгнули – обе. Сдержал усмешку. Отчитать бы, как следует. Да как-то и самому настроение портить, и сотрудникам – желание напрочь отсутствовало. Новый год не за горами…

- Узнать зашла, как на Новый год работаем, то есть, тридцать первого декабря, - выдала похоже первое, что на ум пришло та сама Светлана.

Очаровательная шатеночка. Если не ошибался, тридцати пяти лет отроду. Двое малышей. Муж. Всё в жизни удачно складывается. Кстати, карьеру от простого клерка до старшего специалиста отдела качества и контроля в его «Топазе» прошла сама, без всяких преференций.

- Тридцать первого декабря? – переспросил, в недоумении оглянувшись, Елов. Бросив взгляд на дату на часах, задержал взгляд на обеих леди. – А давайте мы хотя бы до середины декабря доживем, - предложил, добавив, - У нас еще три дня ноября. Обещаю, в ночь никто работать не будет. И, да, - обернулся уже переступив порог кабинета, - В девять соберите весь коллектив в конференц-зале, - попросил, глянув на секретаршу.

Слухи… Вот слухи пресечь требовалось. На корню. Пока сотрудники не решили заблаговременно в бега отправиться. Совсем не хотелось ко всем возникшим проблемам, включая в личном, добавить текучесть кадров. Причем – достаточно сильного состава. Собираемого ни один год.

Оглянувшись на звук открывшейся двери в первое мгновение оказался в полной растерянности. Отец. Собственной персоной. Последний раз уже и забыл, когда переступал порог данного кабинета.

Хотя. Нет. Вот тут лгал самому себе. И сильно. Каждый раз как снег на голову сваливался, если больше месяца не появлялся в так называемом родительском доме.

Вот только с раннего утра визитов старший Елов никогда не наносил. Настроение друг другу предпочитали портить под завершение рабочего дня. Обычно. Чтобы сотрудники не слишком страдали от дурного настроя руководства.

- Какого черта? – вырвалось прежде, чем вообще какая мысль на данный счет в голове появилась. – Позавчера был, - добавил Сергей, поясняя собственную реакцию на появление родителя.

- Да уж был, - кивнув, подтвердил Валентин Адамович. – Мать ночь не спала из-за твоего визита. А теперь вбила себе в голову, что своего ребенка тебе подсовываю.

Секундная пауза. Слегка приподняв брови в откровенном недоумении, задержал на отце взгляд. Не проронив ни слова, дошел до рабочего стола, к которому, собственно изначально и направлялся. Снова обернулся.

- А это мысль, - произнес вслух. – Как-то сразу не подумалось, - добавил, задерживая задумчивый взгляд на мониторе. – Пришел для чего? Сказать мне об этом? Или собираешься убедить в том, что она – не права?

Не получалось общения. Как не пытался принят и понять. Как там отец говорит – как мужик мужика. вот только…

- Не права, - кивнув в знак подтверждения последней фразы сына, уверенно произнес Елов-старший. – Нет у меня на стороне…

- Давай не будем! – резко остановил Сергей отца. – Дочь не из воздуха появилась. И если бы не случай…

Предательство… Точнее – производное, последствие предательства отцом матери. Предательства в тот момент времени, когда больше всего нуждалась в его внимании. Простом, человеческом внимании. До сих пор простить не получалось.

- Единственный случай, о котором никто никогда не должен был узнать, - миллионный раз за последние несколько лет прозвучала фраза-напоминание Валентина Адамовича. – Рад, поверь, что у тебя вот такого срыва не случалось. И, очень надеюсь, не случится. Не оправдывает он мужика. Проблема наша в том, что в себе всё носим, перевариваем. А потом и получаем вот такие бесконтрольные…

- То есть, я тебе посочувствовать должен, - не сумев удержаться от соблазна съязвить, обронил Сергей. – Не получается. Мать к аппаратам подключена была, а ты… - пауза. – Ладно, оставим. Из пустого в порожнее, - прервал самого себя хозяин кабинета. – Если еще что-то есть, выкладывай, мне работать надо.