Та самая психолог

Глава 1 - Мой. Личный. Кабинет

г.Ростов-на-Дону.

2021 год, начало осени.

Психология не спасёт от всех проблем, но поможет выйти на правильные вопросы. А дальше всё предельно просто: не справился – сам виноват. Справился, значит – психолог хороший попался, который помог во всём разобраться.

Эта история началась с одной женщины в возрасте почти тридцати лет, которая хотела изменить мир. Пусть не весь, но хотя бы привнести свои светлые пятна в общую серую картину. Ведь с её навыками психотерапевта нет ничего проще. А если удастся и чёрные области закрасить, то вообще не зря родилась. Всё получится! Как иначе? Не зря же Кира Солнцева отдала себя изучению дикого психоанализа. Позади были годы обучения на психолога и курсы повышения квалификации. Это помимо «базы», тонны выслушанных лекций, гор прочитанного материала и диплома сексолога в кармане, покрасневшего вовсе не от стыда, а от лозунга: «хочу всё знать». Но главное было в том, что за всё время обучения Сол, (как её называли друзья), не потеряла желания помогать людям и желала разбираться даже в самых запутанных ситуациях.

Медленно шагая по мокрому асфальту главной улицы города, Кира подошла к выкрашенной в бордовый цвет двери. Здание, что прилегало к ней, выглядело именно так, будто не дверь принадлежит зданию, а само здание пристроено к двери.

Таков Ростов-папа!

В поисках корней данной фразы Кира даже знала, что ещё 19 веке Ростов-на-Дону стали называть «Ростов-папа», тогда как Одессу – «Одесса-мама». И связано это было с криминальной культурой девятнадцатого столетия, а вовсе не архитектурой и близкородственными отношениями по стране. Но здание – древнее. Строение ещё времён самого Петра Великого. Даже на глаз настолько старым оно казалось, что вот-вот из подворотни появится дворник с бородой-лопатой и начнёт говорить: «извольте, сударыня!», а к мужчинам будет обращаться не иначе как «сударь-с». Мол, «пройдите до аптеки, милейший. Уж больно у вас болезненный вид-с. Как бы не чахотка-с, сударь-с».

– Зато самый центр, самое «яблочко», – вздохнула уставшая от долгой пешей прогулки Солнцева и стала рыться в сумочке в поиске ключа, пока воображение не начало дорисовывать к названию «Аптека» твёрдый знак, чтобы образ был ярче.

«Апътека» и никаких гвоздей! Так подскажет желание разукрашивать серый мир. Но ещё, когда Кира нервничала, вперёд всегда лезла «Люба» со своими внутренними комментариями. Её особая «изюминка». Тёмная сторона. Ну или по-научному – Альтер-эго.

Как это лечить никто никогда не расскажет. Ведь сама Кира в этом никогда никому не признается. Это её «фишка» и всё тут. Так всегда было, так комфортней. А все остальные пусть завидуют, что нет у них ни воображаемых друзей, ни подруг, да и жизнь серая и безынтересная, без «придуринки».

На первом этаже настолько старинного здания располагалась помимо неё так же небольшая кофейня, кабинет мастера маникюра и уголок спортивного питания, где толстухи и дрищи появлялись чаще, чем породистые качки и фитоняшки. А вот чтобы разглядеть лестницу на второй этаж, надо было постараться. Она терялась за декорациями, вывесками и рекламой.

Но поднявшись по ней, и пройдя два лестничных прохода, Кира оказалась у двери своего кабинета.

Кабинет психотерапевта Киры Солнцевой – гласило название на чёрной табличке золотыми буквами. Хотя вполне могло быть написано и «психолог». Главное, что не «психиатр», это совсем другой профиль.

Она мельком взглянула на табличку и улыбнулась.

Первый рабочий день! Настоящий, без навязанной свободной практики. Оплачиваемый! И первый клиент уже назначен.

Но до него ещё десять минут. Успеет налить себе кофе и нацепить улыбку на всё время приёма, иначе клиент поймёт, какой хреновый вечер у неё был вчера.

Что было вчера? Третье свидание за эту неделю и полный провал.

«Тандыр», чтоб его! Приложение, где сидят одни неудачники, ищущие разовых встреч на одну ночь. А сначала немного попробуешь попытать счастья, а потом тоже мотайся по городу, как дура и ищи предлоги, чтобы уйти с заведомо провального свидания.

А это даже свиданием не назвать! Просто пришли поглядеть друг на друга перед сексом. Но ведь для положительного эффекта нужно чтобы образ хоть отдалённо походил на тот, что был на фотографии. А когда к тебе за стол подсаживается ожившее дерево с серой кожей в оспинах, поневоле почувствуешь, что магии очарования в мире много, но её используют лишь против тебя.

Кира поморщилась от своих мыслей. Ладно, сидят там не неудачники, а люди, знающие точно, чего хотят. И умеющие без стыда и совести говорить об этом прямо. Жаль, что не заранее в переписке, а на самом свидании. Столько времени потрачено впустую. Затем ещё эти бесячие фразы «расскажи о себе» и «чем увлекаешься?». Осталось добавить «любимый цвет и певец» и беседа превратилась бы в школьное анкетирование, где оба бы сидели с разноцветными фломастерами на свидании.

Скукота!

И сказать откровенно, то если бы она заранее знала, что надо совать партнёру палец в жопу, то лучше бы провела вечер в кресле за любимой книжкой.

Ну не готова она страпонить первого встречного! Что поделать? Душа больше за классический секс болела, без выкрутасов. «Плюс-минус» минет и кунилингус, чтобы совсем за ханжу не приняли. А вот уже на второе-третье «свидание» можно и тёмную сторону показать. Всё-таки не в институте благородных девиц училась, и у неё есть потребности.

Да, может сесть на лицо. Но только своему, родному человечку. А таких пока в город не подвезли.

Кира вздохнула, понимая, что за время обучения кандидатов накопилось изрядно. Но и планка есть. Ну недостаточно ей «накатить пивка для рывка», чтобы оказаться в постели. Зачем только мама родила такую русую, сероглазую и принципиальную? Да, не высокая, но и не маленькая. Не толстая точно, но и не совсем худышка. С грудью достойной, но и не выдающейся. Словно там на небе, когда подкручивали ей регуляторы параметров, решили брать всё поближе к золотой середине. А по итогу страхолюдины с телевизоров рассказывают, как кувыркаются с утра до ночи и по дюжине детей рожают, а ей Малахову разве что про палец рассказать.

Глава 2 - Положить на всё, что не положено

До следующего клиента оставалось ещё какое-то время. Кира подошла к окну, одёрнула занавеску и подумала: «Может, я тоже лесбиянка»?

Ну бывает же в жизни огорчение. Хотела стать космонавтом, а стала такой же потерянной для общества, как женщина с монобровью, которую в научном мире называют «глабелла». Причём называют монобровь, а не потерянную женщину.

А с такой женщиной и так всё ясно! Сначала будет глупые политические лозунги с трибуны нести, потом расскажет, что работала гинекологом по зову души, а не для шалости. Ну и закончится всё тем, что сидя на пенсии у себя на лавочке во дворе, будет обзывать соседских девочек проститутками. Но с теплотой в голосе.

Кира уже поморщилась, даже не рассматривая такой вариант по жизни, но тут же на передний план вышла Люба с поварёшкой и в галстуке. Раздвинула руки во всю ширь и заявила своё категоричное НЕТ.

«Лесбиянкой? Ну уж нет! Не в мою смену! Какая ещё лесбиянка?! Ты как хочешь, а я люблю сосиски. А если попадутся сардельки – гони их всех на меня, Сол. Пусть даже в сыром виде, но я в любую с таким азартом вцеплюсь, и такое покажу, что у всех вокруг аппетит разыграется. Так что не надо мне тут про «вареники» рассказывать и про «все мужики-козлы». Может и козлы, но не все. Да и вареники я тоже люблю, но исключительно варёные и со сметаной, а не «это вот всё»! Поняла меня?

«Да-нет-наверное», – привычно ответила Кира, не желая точно расставлять запятых.

«Для начала неплохо», – кивнула Люба: «Что же касается моноброви, то художница Фрида Кало с ней неплохо жила и в ус не дула… Ну потому, что усов у неё все же не было! А монобровь была. Глабелла которая. А если не нравится, то пинцет в помощь, пара минут у зеркала и нет никакой лишней растительности. Делов то»!

– А как же мода? И запад, под который мы вскоре прогнёмся? – с сомнением в голосе добавила Кира: «Разве шерстяные лесбиянки сейчас не пик моды в Европе? Ну, с этими мохнатыми подмышками и зимним ковром на лобке с произвольными узорами».

«Плюнь ты на эту моду, дурёха. Если ты страшная, толстая, лысая или сексуально-припадочная в отдельное от работы время, это ещё не значит, что ты лесбиянка», – тут Люба сделала воображаемый голос потише: «Нам ли не знать, что от баб одни проблемы, Сол?»

– Это да, – тут же ответила Солнцева вслух, предпочитая всё же брить подмышки, которые в том же научном сообществе назывались уже – аксиллой. – А меж тем учёными было доказано, что именно запах от потовых желёз подмышками передают информацию о своём владельце обонятельным рецепторам потенциальных сексуальных партнёров. Так может лезбухи небритые просто того… хотят, чтобы точно понюхали?

«Кира, брей бобра везде, где торчит и не выделывайся! И давай лучше на мужиках сконцентрируйся. Свои-то всегда нужное унюхают!» – тут же посоветовало озадаченное Альтер-эго: «Мужики как-то попроще будут и перспективнее. А то что ни встреча, так у тебя коленки дрожат или профессиональная чуйка вылезает. Что ты за солдат любви такой, что на каждой встрече тут же психолога достаёшь? Не надо каждого локаторами своими проверять. Просто займись сексом, а утром уже и расспрашивай… если понравится».

– А что я могу поделать? – возмутилась Кира. – Да, коленки дрожат! Мне страшно и стеснительно приставать. Причём, сразу в интимной области. Я же не ты, чтобы сразу на колено и за шпагу хвататься! Мне привыкнуть нужно к человеку и перестать вздрагивать, когда он гогочет как конь.

«Фу, какая пошлятина!» – тут же возмутилась Люба: «Какая ещё шпага? Говори ясно – член! Тебя люби с первого раза понимать должны, а то второй раз не придут».

– Может лучше – пися?

«Поверь моему опыту, член лучше писи! Пися это что-то детское, нежное, облачное, волшебное. Как будто гномик бегает по травке без трусиков и хихикает. А член это огр с дубиной, который по тем гномикам каждое утро проходится, даже не замечая».

– Люба, угомонись. Я просто к тому веду, что обнять и поцеловать человека – это совсем другое дело. Ощутить прикосновения, поделиться теплом.

«Тактильная проба, короче».

– Да, тактильная. Это мне понятно и приятно. Но предположить при первой встрече нечто большее мне сложно. Сложно даже себе представить! Я, может, стихи хочу. И о звёздах разговаривать. А ты всё о письках думаешь… Изыди, бес! Дева распутная! Брысь!

«Ну вот и хрен тебе тогда лысого, а не мушкетёра со шпагой!» – заржала в голос Люба: «Точнее, ни хрена, ни мушкетёра! А ты так и стой под звёздами и читай себе Есенина. Так как Маяковского она не учила… А-ха-ха! Дура бестолковая!»

– Как ты представляешь себе этот процесс иначе? – всё же поинтересовалась Солнцева. – Вот предположим, что подхожу я к парню на первом свидании. Ну или впервые подхожу к нему, вообще. Глаза у меня горят. Беру его за пуговицу и тяну в сторону? А там что? Справку о ЗППП просить? Или заверение под «честное пионерское», что ничем не болен? Так любой заверит, что мамой клянётся. Мужики ради секса на любые коварства способны. Даже в ресторан сводить.

«Да не надо ничего просить!» – возмутилась Люба: «Просто берёшь за локоть и тянешь в сторону кровати! Локоток-то надёжнее пуговицы будет. А там, застелив свежее бельё, дезодорантами его окуривай, духами и луговой свежестью. А пока дышит полной грудью, желательно сразу с вопросом приставать. Таким, чтобы любой мужик понял. В стиле «хочешь поебаться?». А пока спрашиваешь, а он думает, наклоняйся почаще, роняй что-нибудь. Сиську оголи при случае. Одни мужики глуховаты, больше зрению доверяют. С первого раза могут не расслышать, зато сразу заметят. Если не подслеповатые и очки не запотели. Но тогда на помощь хватательный рефлекс придёт. Протяни титьку гордо и скажи «проверь, товарищ, неужто не настоящая?». Дураки сразу поверят, а умные проверят. Лучше два-три подхода повторить для верности. И поближе подойти, самой дай потрогать. В общем, спровоцировать падение. А он нет-нет, да подхватит тебя под талию. Но лучше в сторону от него сразу падай. Мужики они такие. Любят конкретику, но и против уточнения ничего не имеют. А как скажешь «не желаете ли сексу?», сразу добавь «прямо пися в писю». Чтобы точно никакой двусмысленности не было. Ну а дальше трение, физика, и всё такое. Тут даже ты справишься.

Глава 3 - Приятный человек желает познакомиться

Выйдя на улицу, Кира замешкалась. Сообщение самое простое: «Привет, я Володар, познакомимся поближе?».

– Володька ты Дрищев, а не Володар, – прыснула Кира, вспоминая друга детства.

И тут же тяжело вздохнула. Куда вообще деваются по жизни друзья, с которыми и никаких денег не надо было, кроме как тех, что росли на деревьях? Нужно заплатить в какой-нибудь игре – пошла, нарвала и играй дальше, а не это вот всё с квитанциями, банковскими карточками и оплатой за свет с квитанциями через электронную почту.

«Всё же просто было, а сейчас какую-то взрослую жизнь придумали и поверили в неё. Вот рядом никого и не осталось. Отсеялись многочисленными системами фильтрации».

Печаль накрыла Киру внезапно, а вместе с тем – лёгкий интерес. Не к Вове, конечно. А к незнакомцу.

Признаться, её тянуло изучить профиль дерзнувшего написать самца. Ещё и рядом приятный молодой человек пробежал без верха с небритыми подмышками. Сразу пахнуло самцом. Крылья тут же немного расправились так, что никаких лесбиянок и рядом не стояло!

Но Солнцева тут же скривилась, глядя вслед. Причёска у него, правда, не самая удачная. Стрижка под горшок!

А что может испортить мужчину надежнее, чем неправильно отращённые волосы?

«Ха-ха-ха!» – развеселилась тут же Люба: «От понимания вкусов женщин этот самец так же далёк, как тракторист от БДСМ. Ну ничего, найдём поприличнее».

– Вот сучка, весь настрой сбила! – обронила Кира, снова тяжело вздохнула и до самой квартиры заставила себя забыть о приложении.

Лишь когда дверной замок щёлкнул, пальто повисло, а кеды легли на сушилку после мойки, позволила себе снова залезть в телефон.

«Ладно. Посмотрим, кто там нарисовался в поисках легкого доступного секса в этом порочном водовороте рынка из одиноких сердец», – подумала она и плюхнулась в кресло-мешок в общей комнате.

Квартира у Солнцевой была двухкомнатная. В одной комнате, (что побольше), спальня с большим телевизором и кроватью на двоих. В другой кабинет и кресло, без дивана, но с рабочим столом и большой библиотекой, чтобы работать, а не дремать.

По сути это долгое время и был её рабочий кабинет. С фикусом «Гошей» в качестве домашнего обитателя и единственного мужика в квартире, который, однако, из всех мужских качеств может только смотреть с укором.

Кира вытянула ноги на половичок прямо в грязных носках, не спеша в душ. Может себе позволить. Живёт всё-таки одна. Ни детей, ни животных. Съехала от родителей сначала в съёмную однушку, пока не помогли с первым взносом на своё жильё, за которое ещё платить десять лет и три месяца из пятнадцати исконных. Но что поделать, если в стране только один процент населения может позволит себе купить квартиру с ходу? На личные накопления. Ещё четыре-пять процентов берут ипотеку, чтобы, как и она тянуть лямку от десяти до двадцати лет, прежде чем стать гордыми обладателями жилья. А все остальные девяносто четыре процента это те, кто получит квартиру в наследство от родителей или бабушек-дедушек, которые по большей части раньше получили её от государства, где с социальной справедливостью было как-то получше и банки не наглели с процентной ставкой, хотя бы потому, что банк был один, да и тот – народный.

Глаза впились в строчки профилей. И снова – самцы.

«Ещё и альфачи, прости господи», – улыбнулась Кира и прочитала анкеты очередных претендентов, а потом просто начала читать первые строчки в профилях или статусы.

«Приятный носитель тестостерона приглашает приятную носительницу эстрогена для совместного выделения эндорфинов», «Все мои бывшие после расставания со мной быстро вышли замуж, смекаешь?», «Вызываю сильнейшую зависимость», «Я не мусульманин, докажу при личной встрече, доказательство при мне».

Кира сделала жест «рука-лицо».

«Обозначил себя как альфа-самец, а ведёт себя как альфа-пиздец», – пробурчала Люба.

Антон Павлович Чехов как-то сказал «холостяки обычно умирают сумасшедшими, женатые же умирают так и не успев сойти с ума». Так вот некоторым жениться просто не грозит. К примеру, Володару. Он, конечно милый, судя по фотографии, но слишком уверен в себе. Даже самоуверен. А от таких хорошего не жди.

Назло ему, Кира тут же залезла в поиск. Но от всех просмотренных новых анкет и прочитанных описаний лишь почувствовала, что сходит с ума. Ну ладно она придурковатая порой. Но люди вокруг уже давно сошли с ума, а это гораздо обиднее!

«Что за жизнь. Что в головах этих мужчин?» – вздохнула Солнцева, стянула носки и пошла в душ, сожалея о потерянных минутах в поисках, тогда как могла умную книгу почитать эти минуты или прочитать от корки до корки разумно-пошлые истории, где не только кого-нибудь соблазняют, но и делают это красиво и… хотя бы через раз.

Ведь когда всё сразу доступно, это тоже не интересно.

«А анекдот рассказать? А глазки построить? Это же не доставка еды на дом!» – прикинула Кира и задумалась: «А мужчины ли это, вообще? И что за женщины, у которых возникает желание ответить этим мудакам»?

Контрастный душ – это для утра, чтобы взбодриться. Но сейчас после рабочих часов она хотела просто расслабиться. Конечно, это не нормально, что по графику пока забиты не все часы. Два человека на день – это мало, пока не выплачена ипотека. Надо довести хотя бы до пяти. Но что имела, то и имела. Главное работать, не останавливаться, а дальше будет лучше.

«Ну, давай! Напиши тестостерону!» – прошептала Люба, словно проявившись прямо на лейке душа маленькой феей и как давай ей фотографии показывать, какие помнила по профилю. – «Ну он написал же первый! Чего тебе ещё надо? Может, наконец-сексом займешься? Смотри, какой чернявый! В глазах ещё бесовщина, а губы пухлые, просто мёд! Этот точно за патриархальные отношения. Всё, как ты любишь, зая!»

Стоило отдать Любе должное, она пока ещё не разговаривала с ней вслух через посторонние предметы, только мысленно. Но чёртово воображение уже до того разошлось от домашнего одиночества, что дорисовывало собеседницу повсюду. Например, отражением в плитке.

Глава 4 - Приятный человек желает познакомиться-2

Жизнь познаётся в сравнении. И по сравнению с жизнью в Африке дела у Киры обстояли неплохо, но были свои нюансы. Так Солнцева и вспомнила случай, который рассказал в институте профессор…

Однажды один антрополог предложил детям африканского племени сыграть в игру. Он поставил рядом с деревом корзину со вкусными фруктами и сказал им: «Первый, кто добежит до дерева, получит корзину». И когда дал сигнал для старта, белый человек был удивлен тем, что дети шли все вместе, держась за руки. Так они вместе и добежали до дерева, затем просто поделили фрукты поровну. А когда антрополог спросил у детей, почему они так поступили, (ведь каждый из них мог получить всю корзину в одиночку), то дети с удивлением ответили: «Убунту!»

Термин «убyнту» в их цивилизации означает: «Я есть, потому что есть МЫ».

То есть они ответили: «Как мы можем быть счастливыми, пока остальные несчастны»?

Это племя знает секрет счастья, потерянный во всех обществах, которые считают себя цивилизованными. А её белое племя, которое в целом можно называть «цивилизацией», походу, заблудилось в поиске счастья.

И Кира с унылым видом начала писать подруге сообщение с просьбой занять денег. А чтобы не посчитали за мошенника или не подумали, что телефон взломан, подписала: «и да, я всё ещё помню, как ты припустила в пятом классе на уроке истории, потому что молодой учитель тебе так понравился, что постеснялась отпроситься».

«Сучка!» – тут же пришёл ответ от Ирки Черепановой по вполне ожидаемой кличке "Череп" и чуть позднее: «Сейчас скину, Сол. Сама там не ссы в трусы»!

Пришло пополнение на карту. Кира оплатила счёт и с унылыми видом покинула заведение. Это сражение она проиграла. Настроение было испорчено. Денег не осталось, а ещё существовал кот, которого нужно кормить… пока он будет отчитывать её за все провалы.

А ведь он обязательно будет, так как побед у неё пока – кот наплакал.

Разозлившись на себя, Солнцева пошла домой быстрее обычного. Но вино ударило в голову и вскоре напала сонливость. Захотелось присесть. Сражаясь с этим ощущением расслабленности, кожа стала влажной, пульс зашкаливал, а дыхания вскоре не хватало, пришлось сбавить темп, но всё равно старалась как можно быстрее попасть домой.

«Вдох – на две секунды, выдох – на четыре, дыши!» – тут же посоветовала Люба, которая очевидно не желала помирать вместе с ней.

Хозяйка молчала, прокручивая в голове лишь сцену унижения в кафе. И до того увлеклась, что напрочь потеряла ощущения самосохранения. Сначала перестала обращать внимание на дорогу, затем на всё, что происходит вокруг.

«Так недолго и под колёса попасть», – промелькнуло в голове.

И восстановив дыхание, Кира продолжила движение по улице, шагая уже плавно и размеренно. Переходя дорогу, она, однако, услышала резкий свист тормозов. Какой-то внедорожник резко развернулся через две сплошные и практически перекрыл ей движение, явно нарушая правила дорожного движения.

«Придурок», – подумала про себя Кира и продолжила путь.

Но внедорожник продолжал ехать параллельно, подстроившись под её темп.

Кира на миг обернулась. Вполне вероятно, что человек за рулем большой машины просто искал место для парковки.

«Или нет»?

Послышался сигнал, ещё один, а за ним ещё два коротких сигнала и Кира обернулась снова, остановилась.

Явно же, не отстанет!

– Девушка, ну постойте уже! – сказал мужской голос из внедорожника через опущенное окно со стороны водительского сидения.

Автомобиль остановился, и мужчина вышел из машины. Кира застыла на месте в недоумении, не зная, как реагировать. Бежать и кричать, отступая? Или идти в атаку и требовать, чтобы отвалил? Напор порой сбивает насильников с толку, но как же всё это сейчас было неуместно с перепугу.

– Не бойтесь, я не причиню вам вреда, – тут уверил мужчина, как и положено маньяку. – Просто ехал домой. Вот буквально пол часа назад прилетел с командировки с Дубая, забрал автомобиль со стоянки. А тут… Вы!

– Что вам от меня нужно? – спросила строго Солнцева, глядя прямо в глаза, но держа руки поближе к сумочке на всякий случай.

Успеет ли выхватить газовый баллончик? Вопрос спорный… Но не для неё.

Сама Кира знала, что – нет, не успеет. Как всегда, баллончик лежит на дне сумочки. Чтобы резко извлечь, нужно попросить паузу, затем вытряхивать содержимое на асфальт и просить потенциального насильника подсветить фарами.

«Умнее нужно быть сразу, а не потом», – тут же включила воспитательницу Люба: «Достать баллончик нужно было ещё у столика. А ты сразу пёхом пошла. В темноту, надеясь на придорожные фонари. А могла бы ещё занять и такси заказать, чтобы безопасно домой попасть. Ну не дура ли? Дура!»

– Дело в том, что я был недавно у кинезиолога, – тем временем объяснил мужчина. – И он посоветовал мне искать женщину по телу. Вы уж не подумайте ничего дурного, но ваш вид сзади заставил дать по тормозам. А перед оказался ещё прекраснее, чем зад. А мой шаман всегда говорил, что главное в женщине то, что позади неё. Это же он про зад имел ввиду, да?

– Это что, комплимент? – даже удивилась психолог, вспоминая, что она не только красивая, но и умная, а ещё дипломированный специалист и может залезть под черепушку кому угодно. Просто нужно сосредоточиться.

– Да! – рассмеялся мужчина. – В смысле, я хотел сказать, что вы «красивая». Я бы так просто не останавливался. Честное слово!

Люба разинула рот, заулыбалась во все тридцать два и как давай подталкивать к развитию диалога: «Это твой шанс, детка! Смотри! Он же на крутом внедорожнике, а не дешёвом паркетнике. И судя по заходу, не готов продать тебя за бутылку. Да такой ещё и сам нальёт! Бери!».

– Благодарю, но я спешу, – сказала Кира, разворачивая корпус тела пятой точкой к собеседнику, чтобы ещё раз полюбовался.

Так все получат своё. Этот – полюбуется. А она спокойно уйдёт, прекрасно понимая, что подворотня – не лучшее место для знакомства с прекрасными принцами. Только с бандитами и бомжами, но против первых она всё-таки достанет злосчастный баллончик, а против вторых достаточно громко крикнуть «атас, менты!» и дать по тапкам, пока пациенты поймают когнитивный диссонанс.

Глава 5 - Работа есть работа

Утро следующего дня началось поздно. Почесав писольду, (как Кира всегда называла свою часть тела, когда находилась в обществе Черепановой), она лениво открыла глаза и сонно потянулась к электронным часам в изголовье.

Простое действие, чтобы проверить время. Как вдруг поняла, что те спешат…

– Обмануть меня вздумали? – буркнула мозгоправ. – Суки такие.

Тогда пришлось лезть в телефон, опаляя сонные глаза подсветкой.

– Чёрт возьми, у меня же клиент! – тут же подскочила Солнцева с кровати, следом осознав спросонья, что не часы спешат, а она опаздывает.

И грянул бой с Хроносом! Началась погоня за временем.

В том вечном сражении бытовых нужд и утреннего моциона с ней – одинокой, красивой женщиной, которая покемарила лишний часик, вместо того чтобы гордо и величаво смотреть в окно на улицу с чашкой кофе в двух пальчиках, в ожидании принцев на белых конях, которые вот-вот должны были подъехать, пришлось изображать торнадо, бегая по комнатам то туда, то сюда.

В то же время жизненный опыт тоже никуда не делся. Вся жизнь – уроки. Один из них, выученные, например, ясно говорил, что если не завивать волосы перед выходом или не выпрямлять кудряшки, то можно успеть больше.

Потому волосы в пучок и – готово!

С осознанием этой простой истины уже спустя полчаса с кружкой кофе в руке, (что далеко не элегантная чашечка, а почти суповая бадья с надписью «вы что забыли, кто тут главный?»), Солнцева терпеливо ожидала стук в дверь своего кабинета.

Должна была прийти девушка. Её случай был одновременно простой и сложный. Простой в том плане, что специалисту были понятны процессы и мотивы поведения клиентки, а сложный – в организации трансформаций.

Всё дело в РПП. То есть – расстройстве пищевого поведения. Девушка жаловалась на постоянное переедание и ночные атаки на холодильник. Звали её Агата. И как по виду, это была вполне себе обычная девушка, разве что немного лишнего веса.

– У меня пищевая зависимость, помогите с ней справиться, – попросила она и Кира тут же прониклась сочувствием.

Всё-таки встать в ночи, чтобы посикать, а затем вернуться не к кровати, а к холодильнику, чтобы перехватить бутера с кефиром – это классика жанра. Но тут дело в размере бутерброда и интенсивности пробуждений. Ведь зависимость, это когда ты делаешь что-то, вместо того, чтобы делать то, что ты на самом деле хочешь делать.

Когда мы живем так, как нам не нравится, в нашем теле возникает напряжение, которое необходимо снять, а самый простой способ сделать это – съесть шоколадку, получив эндорфины через сладкое. Или заказать что-то на площадке электронных магазинов, чтобы получить их же через желаемое. Слабые духом могут покурить или хорошо выпить. Тогда само тело напомнит, что отравляя себя, оно в какой-то степени тоже получает удовольствие. Точнее, получало ранее, был такой опыт, а вместе с ним накопилась и память о приятной расслабленности, которая и засела в голове. И чтобы её перебить, нужен часто повторяющийся негативный опыт. Отсюда все эти «всё, я больше не пью»!

– Что ж, найдём источник напряжения – починим ваше РПП! – заявила Кира едва та появилась на пороше и тут же заговорщицки подмигнула. – У Вас есть парень? Ну, мужчина?

– Причём здесь парень? – тут же восприняла Агата в штыки, несмотря на то, что была довольно мила собой, хоть и набрала пару лишних килограмм на боках. – Я же не про личную жизнь пришла говорить! – возмутилась клиентка и сложила руки в замок, что точно знак отторжения и защиты.

– Постарайтесь всё-таки ответить на вопрос, – посоветовала Солнцева, понимая, что проблема глубже, чем кажется.

«Если пилотка заросла, то дело труба», – тут же появилась рядом Люба: «Но мы то знаем, что не у неё одной… Правда, Кира? Неудачница!»

Солнцева стянула губы в линию, тут же посуровев. Да уж, свидание провалилось. И лишь интерес мужчины на внедорожнике к её особе вызывал лёгкую ухмылку. Но из природной вредности она ему даже телефона не оставила. А по памяти вряд ли будет искать в социальных сетях.

«Хрень это всё собачья с фотографической памятью», – подумала она и сама загрустила: «Учёные её так и не смогли доказать».

Но хуже того, самой захотелось напасть на холодильник. Причём, немедленно.

Её изменившиеся выражение морды-лица клиентка тут же восприняла на свой счёт. И тут же разомкнув ладони, сказала:

– Ладно! У меня был парень… два года назад, – призналась с явной неохотой Агата. – Но больше отношений я не хочу. Одни проблемы из-за них! Один раз «мышиный глазик» почешут, а потом забот не оберёшься!

Люба тут же взобралась на стол и станцевала победный танец, а затем показал Кире средний палец и исчезла.

– Вы про любовь? – спросила Солнцева, опустив взгляд от потолка на клиентку.

– Ага, любовь. Вот ещё! – воскликнула та и снова сложила руки в замок, а ещё губки надула, как пятилетняя девочка, у которой мальчики лошадку поиграть взяли, но так и не отдали. – Я больше никогда никого любить не буду! Не для того моя рыжая шарлотка росла!

Кира от подобных деталей и сравнений только рот приоткрыла. Всё-таки умирают в людях поэты и жизнь так бездарно расстреливает из крупнокалиберных прозаиков.

– Тогда придётся продолжать любить еду, – сказала психолог, потомку как «психологиня» звучало бы так же коряво, как английский у Мутко.

Подумав над этим, Кира тут же доиграла роль человека, который ничем не сможет помочь:

– А что? Наберёте десяток килограмм, потом двадцаток, а поток кто их вообще считать будет? Так и опомнитесь, когда ноги в коленях не смогут сгибаться, потому что ляхи настолько плотными стали, что даже присесть посрать проблематично будет. А ещё унитаз нужно будет особый ставить… двухместный! Спецзаказ, а это довольно дорого. Плюс в самолётах и автобусах по два места придётся брать. Потому что у всего есть предел. Даже харя когда-нибудь треснет.

В глазах клиентки тут же заметались огоньки лёгкой паники. Воображение заработало.

Глава 6 - Добрый друг лучше ста родственников

Из французского языка в русский попало не только много заимствованных слов, но и целые выражения. Закинув ноги на стол, Кира с упоением листала пожелтевшие листики старой книги с фразами вроде: «другу в долг давать – недруга приобретать» или «друг всем – ничей друг», что со временем трансформировалось в «кто всем угодлив, никому не пригодлив». А ещё были выражения «друзья познаются в беде», «скажи мне, кто твой друг и скажу, кто ты» и «лучше быть одному, чем в плохой компании». Не говоря уже о «не в службу, а в дружбу», что звучало бы в оригинале как – фет моа ламити де (Faites-moi l’amitié de) и переводилось бы дословно как «пожалуйста, сделайте мне одолжение».

Интересным был французский язык для Солнцевой. Не зря же преподавали в школе в качестве второго иностранного. Даже ходила на дополнительные курсы к репетитору, чтобы точно запомнить слова типа лё солей (солнце) или лё бато (лодка). А ещё с удивлением для себя обнаружила, что французы называли метательное копьё – болид. От латинского bolide, которое в свою очередь произошло ещё ранее из древнегреческого βολίς или βολίδος.

То есть «летит», значит – «болид»! Никакой путаницы. Но с падением Челябинского метеорита журналисты всё перебрали на слух: болид, метеорит, метеор, астероид... об одном и том же явлении звучали самые разные определения. Какое-нибудь, да зайдёт на слух.

Но во всём должен быть порядок. И если бы Кире пришлось объяснять простыми словами, то определения были бы такими…

Если неведомая каменная хрень прилетела из космоса и разбилась о поверхность планеты, то – это «метеорит». Если название не прижилось с Челябинским примером, то был один повесомее, посетивший планету около 70 миллионов лет назад и уничтоживший динозавров. А заодно почти весь биом. Этот такой «бабах», взрыв и землетрясение, которое ни с чем не перепутать. Потому что метеорит врезался в землю, а не лё бато на воду упала.

А вот если каменная неведомая хрень не долетела до земли и сгорела в атмосфере – то это уже «метеор». Обычно вся разница между ними ещё и в размерах. То, что маленькое – обязательно сгорит при входе в атмосферу и распадётся, на прощание одарив яркими вспышками. Что побольше - долетит, ударит, ещё и с ног собьёт, (если не хуже).

А вот если каменная неведома хрень осталась в космосе и не кошмарит, то это уже – «астероид».

Всё!

А что такое «болид» Международный Астрономический Союз вообще договориться до сих пор не может.

Определение по светимости? Нет. Ведь изначально так называлось как раз копьё. Правда, потом так называли любой пущенный снаряд, вроде зажжённой стрелы или камень, политый горючей смесью и запущенный из катапульты с подложки. Отсюда вся зацепка за светимость – типа летит, горит, значит точно – болид!).

Но катапульты в век просвещения неожиданно закончились. Люди посмотрели друг на друга и сказали что-то вроде: «не, ну а чё? Хорошее же слово! Пригодится!» и стали этой фразой называть гоночные автомобили.

Болиды!

Они хоть и не горят при езде, но любое пущенное копьё обгонят. И тоже неплохую скорость набирают, хоть и не скорость света. Яркий пример – болиды Формулы-1.

Вот и получается, что если знаешь язык, копаешься в его корнях, то автоматом познаёшь целую историю вопроса. Правда, оценят это только те самые учёные, которые скажут уже что-то вроде: «не, ну мы же хотели «болид» застолбить! Почему сразу гонщикам досталось»?

А их только по плечу похлопают и ответят – спортсменам нужнее. А вы со своими тёмными дырами сами знаете куда идти. Потому что время такое. Шоу всегда впереди науки.

Вздохнут учёные. Но ничего не поделаешь. Раз такие умные, то сами себе ещё чего-нибудь придумать могут. В отличие от профессиональных спортсменов, которым думать некогда. Действовать надо!

Кира покачала головой. Порой она даже не знала в кого влюбиться – в умного учёного, которому до Нобелевской премии один шаг или в хорошенько накачанного спортсмена, который готов её тестостеронить с утра до ночи? Конечно, «если завтра не на тренировку». Но как правило, «завтра же на тренировку»!

С этой мыслью психолог вздохнула и отложила книгу. Увы, ныне французский стал практический совсем бесполезен. Колонии Франция теряла одну за другой, как и своё влияние в Африке и в целом за рубежом, где всё чаще сами французы предпочитали в деловых речах переходить на английский, пока их избранцы переходили на что пожёстче. И совсем не бодяженное.

Держался в орбите влияния на мировое сообщество разве-что Париж, как город, куда всё ещё приезжало больше всего туристов в мире. Но у той же Эйфелевой башни всё чаще звучал китайский, сенегальский и арабский. Порой даже чаще, чем французский.

Меняется мир стремительно! И всё же французский язык всё ещё входил в десятку наиболее часто используемых в мире языков и имел свой шарм, потому Кира и учила его, потому и читала на нём, а чаще просто – умничала «по-француски».

– Ле зами де но ами сон ноз ами, – с заметным трудом пробормотала вслух новое для себя выражение Кира, от усердия опустив ноги в мягких домашних тапочках с рабочего стола. Фраза всего лишь означала: «друзья наших друзей – наши друзья».

Это была самая логичная фраза в мире, от которой уже пошли искажения в виде «враги наших врагов – наши друзья».

Человеку свойственно всё искажать, потому художники – пишут, в театре – служат, а корабли по морю – ходят.

«Это всё понято и принято обществом, главное только на иностранцев не вываливать эту информацию», – подумала Кира, отмечая, что и иностранцы тоже чудить умеют.

Взять тех же французов. Так некоторые буквы во французском языке нужно было просто опускать, игнорируя, а то и читать по одной вместо трёх. так «EAU» они почему-то читали как «О», а согласные просто игнорировали, если те стояли с края слова. В то же время для полноты звуков согласные можно было брать с соседнего слова, чтобы лучше звучало, но говорить следовало так сильно в нос, словно ты гайморитный больной.

Глава 7 - Физкульт, пока!

Кира жила по принципу – всё или ничего. Так, если последний из трёх поставленных будильник на телефоне не давал ей ещё пять минуточек поваляться в пограничном состоянии среди двух миров, тиская Бреда Анатольевича Пита за сосочек, будучи в постели, то зачем тогда вообще жить?

– Сон и еда – два лучших лекарства жизни, которые нужно принимать ежедневно, – пробормотала Кира, зевая.

«Конечно, если ипотека позволяет», – тут же пробурчала спросонья и Люба.

Солнцева любила поспать подольше. Понять можно. Ведь самые последние минуты сна – самые сладкие. Там всегда сниться что-то цветное, мелькающее, веселящее. Либо романтическо-прекрасное, где все в конце женились и выходили замуж, либо активное, где она всегда куда-то бежала, летела, плыла или лазила по отвесным скалам, как Лариса Крофтовна.

В общем, вела себя как русская версия подвида «женщина обыкновенная, но спешащая, поэтому на пути лучше не попадаться».

Во сне же как? Нечто вдохновляющее, бывает, приснится. Полёт, крылья, а то и пачка крупных купюр или золотые слитки на расстоянии протянутой руки. Смотришь на них и как-то спокойнее становится. Так подбодрит, что крылья за спиной расправляются. Или, напротив, настолько обламывающее порой привидится, что пару минут в себя приходишь. Вроде только последний платёж по ипотеке отправил, а на телефоне уведомление: «вам открыт ипотечный счёт под триста процентов годовых на тридцать лет… привет внукам».

От такого рода снов подскакиваешь в холодном поту! Такие ужасы снятся, что вурдалаки и рядом не стояли: пеня, штрафы, потерянные платёжки, которые в следующем месяце всё равно оплачивать. Ужасы взрослой жизни, от которых жить не хочется, пока не скажешь в форточку заветное: «куда ночь, туда и сон»!

Но что значит абстрактный сон? Например, когда перед тобой кот стоит в камуфляже и махнув рукой, резко прыгает в торнадо? А затем надпись на всё небо возникает: «Прости нас, Юра, мы всё проморгали!».

Залюбуешься иной раз на эту абстракцию мозга, по полочкам разобрать пытаешься, а не выходит. Но – интересно. Мозг такую феерию выдаёт, что глаз не отвести. Он никогда не спит, и всегда интересное придумывает, а потом подсовывает неожиданно, когда не ждёшь. А ты смотри… Бесплатно и пока без подписки.

Ещё Кира точно знала, что будни – рабочее зло. Тогда как воскресенье – благо для человечества. В предвкушении выходного дня девушка со злорадным смехом удаляла все будильники. Заранее, в субботу. Как будто давила на кнопки с детонаторами. И спала в воскресенье ровно столько, сколько в неё влезало сна. Психолог называла это перезагрузкой мозга. И всё лишнее, что тот накопил за рабочую неделю, в эти дополнительные часы сна уходило в глубины подсознания, где Люба сама со всем разберётся. Это ей нужно запомнить все эти пошлые истории с откровениями клиентов, от которых снятся мокрые сны, пока что-то внутри теребит душу. А самой Кире, такой чистой, одухотворённой и изначально прекрасной, хватит и драм с мелодрамами. Чтобы мозг сам додумал, а заодно решил и во всём разобрался. И как раз во сне показал решение вместо ироничных детективов на ночь, но с тем же обязательным счастливым концом, и чтобы все в финале поженились.

Вот чтобы не коротнуло от потока лишней для её жизни информации, Кире как раз и требовалось как следует высыпаться. Это в «мягком» варианте если брать. В «жёстком» всегда можно было дёрнуть по бокальчику с Черепановой. Так обычно и проходила их типичная «суббота подружаек», плавно переходящая в подозрительно-укороченное воскресенье. Но вчера подруга смотрела сериалы, так как сама Кира вдруг проигнорировала посиделки по той простой причине, что… натолкнулась на прошлое.

Тут следовало сделать небольшое отступление и немного перемотать назад. Ведь одним из последних пожеланий куратора в их психологической группе перед выпуском была рекомендация «обязательно завести максимально серый и неприметный аккаунт в сети, но набрать в нём максимальное количество подписчиков». Сведя на нет личное общение, психолог должен был погрузиться в океан информации, в котором плескалось общество. Всё-таки не в лесу живут.

И Кира погружалась. Её сначала подрывало с откровений, расплёсканных на просторах личных страниц. От яжматерей до фанатов абстрактного бога с их кастрюлями на головах и поклонении культу Всемирной Макаронине. Но затем она перестала обращать внимание на крайние моменты представителей социума и научилась концентрироваться на общих тенденциях, развивая аналитику и проверяя общую «температурную шкалу» общества. Порой она кипела, порой охлаждалась. Но прочитав с десяток первых попавшихся постов на ночь глядя, Кира всегда мола понять, что больше всего интересует общество в данный момент. Слово «токсичный», например.

Казалось бы, только-только прошёл ковидный год и все эксперты по вакцинации плавно забывали про «жидких терминаторов» и мировые заговоры. Люди вновь радовались таким мелочам, как ходить без маски и посещать общественные заведения, где – о, боже! – успели прибраться. А ещё отдохнула природа. Как оказалось, ей без человека вообще хорошо живётся, и популяция дельфинов начала подплывать к берегам чаще, и цветы расти там, где их давно затоптали. А ещё Ванга предсказывала, что мода на штаны с подворотами приведёт к гибели человечества. Ну или все выживут, если не пересядут на самокаты. Благо, вариаций тех же предсказаний было столько, что хоть ложкой жуй. Мозгу все по вкусу.

Пока Солнцева по привычке фильтровала проблемы общества, её-то как раз прошлое и настигло. Сначала неожиданно появилось сообщение, которые она обычно игнорировала. Но за ним другое-третье и, наконец, человек прислал подарочек с подписью «Кира, это Вовка!»

Не Вольдемар, не Владеющий миром, не Владимир Владимирович, и даже не Володя, а просто Вовка. Он же Вован, Вовчик. И на крайняк – Вовик. То есть свой в доску человек.

Естественно, Кира перешла в профиль и распознала в настойчивом объекте человека, с которым провела половину детства в одной сибирской деревушке, куда родители сплавляли её каждое лето с конца мая по конец августа, чтобы «провела время на свежем воздухе и помогла бабушке с дедушкой».