Там, где молчаливый берег..

Глава 1

Далеко-далеко на севере, глубоко-глубоко в тайге есть небольшой поселок городского типа «Молчаливый берег», расположившийся на одном из сторон берега красавца Енисея. Почему и кто так назвал поселок - никто не знает. Ни те, кто родился еще при Царе Горохе, ни те, кто любит сочинять самые яркие и красивые небылицы и истории.

Поселок застрял наполовину в советском времени, благодаря «Гастроному», где молоко и яйца выдаются по талонам, поскольку своего молочного комбината нет; наполовину в современном прогрессе, где пункт ВБ и озон расположились между станцией моторных лодок и гаражом с единственным автобусом, что шел по маршруту номер 20.

Посередине этого поселка гордо стояла пятиэтажка-брежневка (расположившаяся на улице Ленина, дом один, корпус один, корпус два и корпус три), которая с высоты птичьего полета была похожа на букву «П». Об этом узнал как-то Васька Титов, которому отец подарил на день рождение квадрокоптер. И окружен был этот ЖК советского типа обычными многочисленными деревянными домами, которые каждую зиму создавали сказочное настроение за счет снежных крыш и дыма из труб, а каждое лето дарили миру ярких красок за счет цветочных клумб и фруктово-ягодных деревьев.

Жили в этом необычном месте все дружно, потому как деваться-то некуда… Поселок маленький, новых «залетных» жителей уже лет пятнадцать как не было, но и «старенькие» по какой-то таинственной причине не хотели уезжать. Единственной, кто уехала - была я. Меня зовут Руслана Ковалева. И сразу хочу сказать, что уезжала я по уважительной причине: учиться в колледже, в Красноярске. Туда нас, молодежь «Берега» отправляли по целевому назначению. Правда, родители отправляли меня учиться на технолога пищевого производства, чтобы потом работала в местном хлебокомбинате, но я всех обманула и поступила в промышленный колледж на «Дизайнера одежды». С детства я любила придумывать куклам наряды. Бабушки с мамой потом научили меня шить из подручных материалов этим же куклам одежду, ну а в старших классах мы все вместе шили костюмы для выступлений для поселковых мероприятий.

Мое пятилетнее обучение закончилось тем, что я осталась в городе, расстроив всю семью и многих жителей «Молчаливого берега», устроилась на работу в небольшое ателье и, кажется, готова уже выйти замуж. За доброго, заботливого и с удивительно яркой, можно даже сказать экзотической, внешностью Виктора Кочеткова. Айтишник, который работает в крупной нефтяной компании.

Познакомились мы с ним случайно, в автобусе. От усталости я не видела ничего вокруг и случайно села ему на колени.

- Ой! Простите! - Даже мои волосы вмиг превратились в красные.

- Ничего страшного. Присаживайтесь, пожалуйста, - он подал мне руку, помогая сесть. Я сидела, он стоял рядом, изредка бросая на меня взгляды.

Витя невысокого роста, чуть-чуть выше меня, немного худощав, но с широкими плечами. Прячет свои красивые, немного раскосые, как у настоящего корейского айдола, светло-карие глаза за очками, потому что привычка поправлять их, его успокаивает и отвлекает от лишних мыслей. Зато его прическа в стиле «корейская запятая» делает его похожим на городского интеллигента.

В тот вечер, когда мы познакомились, он проводил меня до двора, помогая донести пакеты с материалами. И с того момента, мы очень редко разлучались…

Первое свидание мы провели на набережной, поедая хот-доги и запивая все газировкой. Он рассказывал мне анекдоты, от которых я смеялась до боли животе, и показывал фокусы, от чего мои глаза округлялись от удивления.

Второе свидание мы провели в кинотеатре, но, случайно, выбрали не тот фильм, поэтому ужасы, которые шли на экране, мы не смотрели, а слушали через наушник музыку, глядя друг другу в глаза и хрустя карамельным поп-корном.

На третьем свидании мы катались, вечером, на речном трамвайчике и я позволила себя поцеловать. Ну как позволила, скорее, сама намекала на поцелуй.

А буквально через месяц я переехала жить в его однокомнатную квартиру, в которой, в один из вечеров, он сделал мне предложение стать его женой. Свое «ДА!!!» я кричала так громко, что соседи даже стучали по батарее.

И все было хорошо…

Пока мы не поехали знакомиться с его родителями.

Глава 2

- Простите, милочка, - его мама, Янина Юлиановна, сморщила свое красивое аристократическое лицо, будто объелась лимонов, смотря на меня, - откуда Вы родом? Я что-то не поняла.

- Поселок «Молчаливый берег», на берегу Енисея. Находится в самом сердце тайги.

- А он на карте вообще есть? - Иван Григорьевич, чьей красивой копией был Виктор, достал из кармана своего фирменного пиджака телефон и начал набирать в нем что-то. - Вы простите нас, конечно, милая Руслана, но Вы знаете, как молодые девушки любят приезжать в крупные города и находить вот таких наивных парней, как наш Витька.

- Папа, прекрати! - Витя краснел и сжимал руки в кулаки, не скрывая своей злости.

А я, в моменты, когда Кочетковы-старшие смотрели на меня, умирала и снова возрождалась, надеясь, что это просто страшный сон. И вообще, просто люди после работы, они устали.

Иван Григорьевич нашел на карте мой родной поселок, посмеялся, с укором посмотрел на сына, который замолчал и смотрел в окно.

Я была не готова морально к такому исходу событий: к тому, что моя первая любовь разобьется, не подарив мне и шанса быть хорошей женой самому прекрасному и доброму мужчине.

- Мы все равно поженимся, Лана! - Витя ходил по квартире туда-сюда, злясь на всё и всех вокруг.

- Вить…

- Даже не начинай! Все, забыли! Не хотят нашей свадьбы и нашего счастья, значит, их просто не будет в нашей жизни. Съездим к твоим родителям, которые, я уверен, нас поддержат, - он держал меня за плечи, упрямо глядя мне в глаза.

- Вить… Через сколько ты меня возненавидешь, когда все твои знакомые будут тыкать на тебя пальцем и жалеть, приговаривая «у тебя женщина деревенщина», «может тебя приворожили?»

- Такого не будет, Лана! Я не позволю!

- Прости, Вить, но ты весь вечер молчал, смотря в окно.

Я не хотела делать ему больно и обвинять во всем. Но мы оба знаем, насколько он уязвим перед родителями. Стоит ему пойти наперекор, как из квартиры, которая записана на его маме, его быстро выставят. Его крутые компьютеры, которые стоят как половина этой же квартиры, тоже вмиг испарятся. Его должность в корпорации тоже уйдет «с молотка».

Разговор наш не закончился, спали мы отвернувшись друг от друга, но, каждый из нас, старался ловить тяжелые вздохи или всхлипы, чтобы был повод обнять и сказать, как сильна наша любовь.

***

Янина Юлиановна зашла в ателье за пару минут до его закрытия. Брезгливо перешагивая через деревянные порожки и морщась на потертый линолеум.

- Добрый вечер! Я забыла, как Вас зовут? - Мои коллеги замерли: кто-то ждал новостей, а кто-то готовился меня защищать. Женский коллектив непредсказуемый.

- Руслана.

- Руслана, мы можем поговорить наедине?

- Конечно, пройдемте, - коллега Марина спросила глазами о помощи, но я только грустно покачала головой.

- Не буду ходить вокруг да около, милочка, - женщина стояла с прямой спиной и злобно смотрела на меня, - Вам придется расстаться с Виктором. Вы нам не подходите. Не обижайтесь, но такая, как Вы ничего не сможет дать ему.

- Я его люблю…

- Одной любовью сыт не будешь. Если мы выставим Вас двоих на улицу, лишив всего, то вопрос: через сколько времени Вы начнете ненавидеть и винить друг друга? Давайте будем честны. Уезжайте домой. Виктор так воспитан, что не сможет бросить Вас, поскольку ответственен за свои действия. Вам проще. Вы ничем не обременены: ни беременностью, ни жилплощадью, ни нормальной работой, - и снова брезгливо осмотрела помещение, в котором мы были, - я готова Вам заплатить, - она потянулась к сумке, из которой достала пухлый конверт с деньгами.

- Уберите, пожалуйста, я не собираюсь «покупаться» за Ваши хотелки.

- Милочка, будьте внимательны и осторожны в своих словах. Я с Вами пришла по-хорошему поговорить.

- Вы мне угрожаете?

- Что вы? Я только предупреждаю.

Янина Юлиановна развернулась, оставляя за собой шлейф дорогих духов, и вышла из здания ателье.

Слезы быстро бежали по щекам, в груди все горело, а мысли уже строили планы на будущее.

- Ты в порядке? - В комнату зашла Марина и уборщица Валентина Иннокентьевна.

- Нет…, - прошептала я, - я совсем не в порядке.

- Что будешь делать?

- Как бы грустно не звучало, я вернусь домой.

Достав из ящика лист бумаги и ручку, я писала заявление на увольнение, сквозь слезы. А потом коллеги отпаивали меня ромашковым чаем.

Витя и я были тихими, боясь нарушить покой, что, итак, держался из последних сил в квартире.

Глава 3

Поезд «Владивосток - Москва» вез меня в город Томск, где мне нужно было пересесть на самолет до Нижневартовска, а оттуда, на вертолете до райцентра, откуда, прямиком на автобусе, попаду в свое родное гнездо, где буду каяться и плакать.

Вещи собрала быстро, их у меня было не так много, а на столе оставила записку: «Я тебя люблю! Прости меня!».

В плацкарте было, как всегда весело: кто-то пел песни под гитару, кто-то рассказывал громко истории из жизни, а кто-то вкусно чавкал курицей да вареными яйцами, отчего у всех вокруг урчало в животах.

Я смотрела в вечернее небо, где мечтала увидеть хоть одну комету, что могла исполнить мое желание. «Я просто хочу любить и быть любима». Мне больше ничего не нужно. У моих бабушек и дедушек ничего не было, кроме, любви. И каждые построили дома и репутацию в поселке. У моих родителей тоже, кроме, любви ничего не было, а потом появилась я и квартира. Иногда были тяжелые времена, иногда счастливые, в такие моменты мама писала про такие жизненные моменты стихи.

А у меня, вроде как, были сразу и любовь, и место, где можно жить, и возможность строить свою репутацию и карьеру. И все обрушилось вмиг, оставив руины и боль.

Спала я ужасно. Мне снилось, как Витя бежит за поездом и падает, бежит и падает, оставляя на своем теле кровавые следы. Потом он кричал и падал куда-то в обрыв. Поэтому, когда поезд остановился на станции города Томск, я ощущала себя побитой собакой.

Делала я все медленно, будто тащила за собой груз прожитых долгих лет.

Аэропорт Томска был шумен и темноват. Купив жутко сухой сэндвич с растворимым кофе из автомата, я думала, что скажу родителям о причине своего наглого появления, спустя почти шесть лет отсутствия и редких звонков.

***

Я так сильно переживала и волновалась. Причем одновременно и об Викторе, и о встрече с семьей, что все делала на автомате, не запоминая и не видя, что вокруг происходит.

В тайге уже во всю лежал снег по колено, который был виден с вертолетной высоты, и это только на начало декабря месяца. Дальше будет еще сильнее. Морозы с каждым днем будут крепчать, а снег - сильнее засыпать все вокруг, только успевай лопатой работать.

Когда вертолет приземлился, и все пассажиры потихоньку начали выбираться, я накрутила свою нервную систему до отметки «Не трогай! Взорвется!». В моем случае, расплачется и упадет без чувств.

Я брела со своими пожитками до остановки, которая довезет меня до «Молчаливого берега».

- Руська, ты что ли? - Ко мне подошла высокая щекастая женщина в шубе. - Не узнаешь, что ли? Это я, Кристина Половникова.

- Ой, Кристя, привет! - Мы обнимались, как старые друзья, которые не виделись кучу лет, хотя, по факту, мы вообще не общались. Я училась в «А» классе с уклоном на русский язык и литературу, Кристина - в «Б» с уклоном на математику. Гуманитарий и технарь.

- Вернулась что ли?

- Угу, вернулась.

- А что так? - Она щурилась, смотря на меня, будто пытаясь поймать на лжи, словно детектор.

- Так получилось…

- Понятно, неудачная любовь.

- Пусть будет так.

- Хорошо, что вернулась, - она потрясла меня за плечи, будто пытаясь подбодрить, отчего моментально захотелось заплакать, - а вот и наш автобус. Ну поехали, подруга.

Кристина, как трещотка, болтала без остановки, но не раздражала этим. Наверно, потому что я боялась остаться со своими мыслями наедине.

- Так что вот. Работаю бухгалтером на нашем хлебокомбинате и, иногда, помогаю Артуру с отчетами в его грузоперевозках. Вчера договорилась с нашей математичкой, у нее сестра в налоговой в райцентре работает. Десять минут и вот я еду обратно домой.

- Ничего себе. Получается дольше ехала, чем сдавала.

- Не говори, - Кристина хохотнула, - чем планируешь заниматься? Ты же на технолога поступала.

- Нуууу, - я покраснела, ведь я так никому и не сказала, на кого я выучилась, - я не поступила на технолога. Я поступила на дизайнера одежды. Швея, короче говоря.

- Ну а что? Тоже неплохо. У нас вон, все жалуются, что на вб и на озоне нет приличной одежды, а другие маркетплейсы к нам не привозят вещи. Либо свое ателье откроешь, либо можешь пойти работать в ателье к Никифоровой. У нее правда ателье, как место на кладбище, два на полтора.

Автобусная остановка, где сейчас стоял двадцатый автобус, был как красная тряпка. Назад пути нет. Еще чуть-чуть и, буду дома, где я не знаю, что меня ждет.

Кристина помогла мне с вещами, занося в автобус.