Тамерлан

Глава 1

Дождь шел, не переставая уже много часов. Такого ливня в этом году еще не случалось, казалось, небеса разверзлись и изливали на Землю все свое негодование, а мне посчастливилось оказаться на улице именно в его разгар. И под «оказаться на улице» я имела в виду остаться без крыши над головой вместе со своими немногочисленными пожитками, а не просто случайно оказаться там без зонтика.

Проклятый Довлатов.

- Ненавижу… гореть тебе в аду, - прошипела я, но ливень заглушил все мои проклятья.

Корень всех моих зол. Курносый, тощий, картавый очкарик с очень большими амбициями и огромным, непомерным эго. Сергей Иванович был преподавателем в моем ВУЗе и, казалось бы, не должен был принести такого количества проблем, однако, кто ж знал, что за очками и сединой, уже чуть тронувшей русые волосы, скрывается натура самого настоящего больного на всю голову упыря.

Довлатов вел у нас в университете начертательную геометрию и приставал ко мне с первых дней нового учебного года. Поначалу я не воспринимала это всерьез, думала, что у него просто такой стиль общения. Затем начала просто игнорировать в надежде, что Сергей Иванович рано или поздно поймет, что ему ничего не светит и оставит меня в покое. Не понял. Пришлось сначала намекнуть, затем сказать, а потом показать ему свои зубки. Опять же, не помогло.

Сергей Иванович понял, что я не шучу лишь после позорной пощечины в присутствии сразу нескольких студенток на одной из перемен. И этим я подписала себе приговор, который привел к отчислению из учебного заведения.

Мерзкий козел. Про него давно ходили слухи, что он пристает к студенткам и спит с ними, но никто его на этом не ловил, поэтому гад выходил сухим из воды. А со мной он и вовсе перешел все границы. Терроризировал меня целый год, пока я не вышла из себя, окончательно потеряв контроль.

Разумеется, он не оставил это просто так. Мало было самого неуда по его предмету, так он грозился на меня заявлением в суд, наговорил обо мне ужасов в деканате так, что меня никто не поддержал и, в конечном итоге, все это привело к тому, что я осталась и без учебы, и без жилья. Общежитие предоставлял университет, в котором я училась. В этом году должна была закончить бакалавра…

Заветный диплом теперь так и остался далекой, неосуществимой мечтой… Хотелось плакать, кричать, но что бы это дало? Все слезы я выплакала сначала в деканате, когда умоляла не выгонять меня, затем в общаге, где просила дать хотя бы неделю на поиски решения проблемы. Ни там, ни там меня не услышали.

 Черт, черт, черт! Это же надо было так глупо потерять все, над чем я столько лет вкалывала! Я ведь приложила столько усилий, чтобы вырваться из маленького городка, в котором жила, словно в кошмарном сне, и все ради столичного питерского диплома, ради того, чтобы жить достойной жизнью, заниматься любимым делом, называться человеком, а не повторять судьбу родителей.

Я прилежно училась, участвовала во всех конкурсах, мероприятиях, олимпиадах, все, чтобы получать стипендию и спокойно жить в общаге. И заветная корочка уже почти была у меня в руках! И хоть я не была лучшей на потоке, но входила в число лучших! Все это благодаря бессонным ночам и большим усилиям с моей стороны. Я действительно трудилась в поте лица, потому что понимала, что эта степень – мое будущее. И, либо я стараюсь и оно у меня есть, есть шанс выйти в люди, либо лажаю и остаюсь никем. И все оказалось слито в один день, потому что у кого-то неудачно встал на меня. Что самое обидное, не по моей вине. По вине урода, у которого стояло на девушек, которые были моложе него вдвое, и которые никогда бы не взглянули на него сами. 

Мужчины все были мерзкими. Все, как один, начиная с моего вечно пьяного отца, который постоянно избивал мать, таскал к нам любовниц, никого и ничего не стесняясь, а затем и вовсе ушел к одной из них, позабыв о том, что у него есть дочь. Поэтому я и сознательно, и подсознательно избегала их, не желая повторять путь несчастной и одинокой матери, которая опустила руки после предательства любимого человека.

Безысходность. Отчаяние. Два этих чувства захлестнули меня с такой силой, что я потеряла контроль над ситуацией. Я просто шла вперед по инерции, не разбирая дороги, погруженная в свои мысли, не отдавая себе отчет в том, что выхожу на проезжую полосу.

Из-за шума дождя я не услышала звук приближавшейся машины, из-за него же не сразу ее рассмотрела, и поняла, что многотонная махина в виде огромного черного внедорожника несется на меня с довольно приличной скоростью лишь в тот момент, когда свет ее фар практически полностью ослепил меня.

Я не успела даже вскрикнуть, не успела испугаться или хоть как-то отреагировать на ситуацию. Просто застыла, как вкопанная, а затем будто со стороны услышала приглушенный звук удара. Спустя несколько секунд я поняла, что лежу в лужи собственной крови, а тело, будто острой иглой насквозь пронзила боль.

Прежде, чем отключиться, я услышала звуки приближающихся шагов, а затем увидела лицо мужчины, склонившегося надо мной.

Глава 2

На следующий день проблемы мои никуда не делись. Не то, чтобы я рассчитывала на это, но ведь помечтать можно было? В особенности, когда просыпаешься в такой роскошной квартире, какую до этого видел только в фильмах… Жаль только, что задерживаться здесь было нельзя. Вчера мне дали понять, что мне очень даже пора.

В общем-то, выбор у меня все же был. Не ахти какой, но…

Вернуться домой. Однушка, пропитанная отчаянием сдавшегося человека, маленькая, неуютная. Дом, из которого я годами стремилась сбежать. И сбежала, дав себе слово, никогда больше туда не возвращаться. Теперь у меня почти что не было выбора.

Я собралась и ушла из квартиры Тамерлана еще затемно. И впустую потратила день. Сначала провела первую его половину в деканате, где безуспешно ждала главу факультета под сочувственные взгляды молоденькой девушки-секретарши, а затем, получив полный игнор декана, вынужденно ушла из университета. Завтра подумывала о том, чтобы отправиться прямиком к ректору, но понимала бессмысленность своих действий. Никто не собирался меня восстанавливать на факультете. Никто не собирался давать второго шанса.

Благо, что не выходе из корпуса я хотя бы встретила уже бывших одногруппниц, которые, услышав мою плачевную историю, согласилась пару дней дать погостить у себя на съемной квартире.

По итогу я ничего не исправила, но нашла крышу над головой, пускай и ненадолго.

Девочки приютили, накормили и вечером прожужжали уши о том, что надо идти к ректору, если надо, то и в полицию, и, вообще, оставлять это дело без огласки попросту нельзя. А они, если что, подтвердят, что гадский Довлатов лез ко мне, да еще и не раз.

Я воодушевилась этим разговором, у меня даже поднялось настроение. Ровно до следующего дня. Мало того, что в кабинет ректора меня даже близко не пустили, так на пороге приемной я еще и столкнулась ни с кем иным, как с треклятым Довлатовым. Сволочь издевательски улыбнулся, позлорадствовал, и я поняла, что он добился, чего хотел.

Из здания университета я вышла в подавленном состоянии, даже не подозревая, что меня ожидает дальше. Плюхнулась на ближайшую скамейку, которую нашла и закрыла лицо руками.

Дела были плохи. Настолько, насколько это вообще было возможно. Крыша над головой была очень зыбкой, квартира девочек была очень маленькой, а мое проживание в ней лишь временным. Все мои попытки кому-то что-то объяснить или доказать оставались незамеченными и не имели успеха. И вряд ли в будущем меня ждало обратное. Шанс получить диплом был упущен, образование спущено коту под хвост. И все потому, что очередной мужчина не мог сдержать свои животные позывы и усмирить член в штанах. Оставались только две вещи – ехать домой или искать работу здесь, в столице. Причем быстро, да такую, чтобы хватала на жилье и прочие нужды.

Не скажу, что я боялась работы или не желала ее, просто по приезду в столицу сразу впряглась в учебу, получала всевозможные стипендии, а за жилье и вовсе не нужно было беспокоиться. Тратила я всегда мало, поэтому мне хватало, все свое время я полностью посвящала учебе, а перед сессиями даже получалось подрабатывать написанием курсовых или рефератов для троечников. В общем… что ни говори, а жила я неплохо. До недавнего времени, когда один склизкий тип не решил залезть мне в трусы, будь он трижды проклят.

Пока я обдумывала о том, как несправедлив ко мне мир и какие мужики сволочи, очередной их представитель решил доказать, что я очень даже права в своих мыслях.

- Воровка, - прорычал кто-то над ухом, и я вынуждена была поднять голову. 

- Что? – Я не сразу поняла, кто это, потому что солнце светило прямо за спиной говорившего. Первое, что я узнала, это был голос. Мой новый знакомый? Как же так? Что он тут делал? И почему это вдруг воровка?

- А, ну, вставай, - грозно выдал Тамерлан, хватая меня за локоть, заставляя подняться с места. Сделал он это так резко, что я невольно влетела ему в грудь. Он там что, доспехи носил? Твердо-то как…

- Пустите, - прошипела, тут же пытаясь высвободиться из чужой хватки. Наконец, удалось разглядеть его лицо, и я почти сразу об этом пожалела. Красивые черты лица исказила гримаса ненависти вперемешку с брезгливостью. А глаза… боже мой, сколько в них было гнева… мне стало не по себе, страшно и неуютно и я снова дернула руку, да вот только без толку. Тамерлан вцепился в нее мертвой хваткой.

Черт, это было не к добру. Какая еще воровка, почему он так злился, как нашел меня вообще, и, самое главное, для чего?

- Отдай, просто отдай мне то, что взяла, - прошипел Тамерлан. Его лицо исказила очередная гримаса отвращения вкупе с гневном.

- О чем Вы? Пустите, мне больно!

Глава 3

В самом деле, не каждый день мне предлагали миллионы за рождение ребенка, да еще и такие странные мужчины. Короче, что-то заставило меня остаться в его доме. Тогда я еще не знала, как сильно об этом пожалею после.

Тамерлан проводил меня сначала обратно в гардеробную, затем в комнату, к которой прилегала ванная. Стоило ли говорить о том, какой грандиозной и красивой она была? Настоящее произведение искусства с королевским размахом. А так как я любила поплескаться в душе и могла зависать там часами, в этот раз я не упустила представившейся мне возможности, понимая, что, вероятнее всего, это в первый и последний раз.

Короче говоря, выползла я оттуда ровно к ужину. Новый знакомый ждал меня как раз на кухне, куда я и вошла в новой, чистой одежде, благоухая всеми восточными маслами сразу. Я бы вообще подумала, что попала в рай, если бы не суровый хозяин этой квартиры. Сердце говорило бежать от него, а вот разум… разум тоже говорил бежать. И только любопытство, и желание восстановиться в университете держало меня здесь.

Я прошла в столовую и села туда, куда мне указали. Передо мной предстал красиво и богато накрытый стол. Кажется, итальянская еда. Завидев пасту с морепродуктами, я вспомнила, что ела почти сутки тому назад. Желудок жалобно заурчал и я, забив на все предрассудки, начала есть. Тамерлан пока что молчал, лишь поглощал еду, так же, как и я. В какой-то момент предложил мне бокал вина, но я отказалась.

- Почему?

- Я не пью. Вообще.

- Предысторию расскажешь?

- Нечего рассказывать, - я пожала плечами, наматывая спагетти на вилку. Это столовое серебро? У Тамерлана дома было хоть что-то… простое, из обычных магазинов? – Когда-то дала слово, что не возьму в рот ни капли и держу его. Какой вообще в этом смысл?

- В чем именно? – Тамерлан окинул меня заинтересованным взглядом, на некоторое время забывая о еде.

- В алкоголе. Он не решает проблемы, которые люди пытаются при помощи него заглушить. Стоит дорого. Организму вредит. Сознание затуманивает. Так в чем хоть какой-то плюс его потребления? Молчу про отвратительный запах и, наверное, не менее отвратительный вкус.

Тамерлан хмыкнул, помолчал какое-то время, а затем кивнул, словно соглашаясь со мной.

- Мне нравится твое отношение к выпивке.  

- Так… Вы объясните то, что обещали? Расскажите свою предысторию? – задала я интересовавший меня вопрос.

- Я хочу ребенка, это основное. – Тамерлан отпил из своего бокала и чуть расправил плечи, будто расслабляясь.

- Почему Вам не может родить та, чья одежда сейчас на мне? – Тамерлан тихо рассмеялся, но смех этот показался мне каким-то темным, злым.

- Эта… эта теперь вряд ли познает радость материнства.

- Как это понимать?

- На тебе вещи моей жены, - объяснил, наконец, Тамерлан. – Бывшей. 

- Давно разошлись?

- Чуть больше года.

- Почему она тогда еще не забрала свои вещи?

- Потому что это не ее вещи.

- Как это понимать?

- Они куплены на мои деньги. И с учетом того, как плохо мы расстались, ей не досталось ничего.

- Хочу подробности.

- Надо же, сколько любопытства… - он усмехнулся, делая еще один глоток вина. Зуб даю, ему понравился мой интерес к его персоне.

- Или так, или я не увижу полной картины. А без этого…

- Я понял, понял.

- Так почему Вы в разводе?

- Зарина была плохой женой.

- Это не ответ, - разочарованно выдохнула я, даже не пытаясь скрыть этого чувства.

- Она изменила мне, - сухо добавил Тамерлан. – И она знала, что за это будет.

- Что?

- Что поедет жить обратно в том дерьме, из которого я ее вытащил.

- Хочу подробности, - снова повторилась я, скрещивая руки на груди.

- Не слишком ли их будет много?

- А Вы требуете тоже не чашку кофе Вам сделать.

- И то верно.

- Так…

- Я женился на Зарине в сознательном возрасте. Нас свели вместе наши родственники и я предупреждал ее, что если она хоть раз в чем-то меня ослушается, я заставлю ее пожалеть. Она знала, что за измену она может лишиться всего, - на этих словах у меня по спине побежали мурашки. – И все равно сделала это. Я узнал.

- И?

- У нее хорошие братья. Они увезли ее раньше, чем я убил ее. Ей повезло с ними. Зато ее сестре не повезло с Зариной. С учетом того, что живут они далеко от столицы и нравы у нас там другие, повторно замуж ей уже вряд ли удастся выйти. Как и ее младшей сестре. Зарина уехала от меня ровно с тем, с чем приехала – одним небольшим чемоданом с личными вещами. Ничего из того, что было куплено за мои деньги, ей не досталось. Совместных детей за время брака с ней, у нас не родилось…

- Сколько лет вы жили вместе?

- Больше трех.

- И что же мешало обзавестись ребенком в течение этого времени?

- Она не хотела этого. Как выяснилось позже, пила таблетки, я был не в курсе.

- Без обид, но Вам не кажется, что если девушка изменяет Вам и не хочет от Вас детей, то Ваша вина в этом тоже есть… - глаза Тамерлана сверкнули опасным огнем, и я прикусила язык. Интерес интересом, а злить мужчину совершенно не хотелось. – Или нет… или нет…- поспешно добавила я.

- Зато мои деньги она очень даже любила.

- Вы поэтому считаете всех женщин падкими на деньги?

- Аврора, я так считаю, потому что не вчера родился и потому что так оно и есть. Но мы ушли от темы. Есть еще что-то, что ты хочешь узнать обо мне?

Глава 4

Чертовка. Она понравилась мне.

Необычная девушка с необычным именем. Аврора почти сразу приглянулась, стоило мне впервые взглянуть на нее. Знакомство у нас вышло такое себе, а продолжение и вовсе хуже, но что поделать? Впечатление я, может быть, произвел не очень хорошее, но теперь пытался исправиться.

Из всех тех девиц, что мне пока что предлагали на роль суррогатной матери, Аврора подходила лучше всех остальных. Красивая, умная, молодая, чистая. Надеюсь, еще и здоровая.

Ее вопросы были вполне ожидаемыми и даже логичными, я бы сказал. Многие задавались бы такими же.

Казалось бы, что мешает молодому, здоровому, состоятельному парню взять себе в жены такую же девушку и строгать с ней детей? Зачем заморачиваться, платить кому-то деньги, заключать договора и принципиально лишать будущего ребенка ни кого-нибудь, а родной матери?

Все просто – все женщины продажные шлюхи. Мой жизненный опыт лишь подтвердил теорию, которая продвигалась другими мужчинами… столетиями, если не дольше. И, нет, я не всегда был таким циничным. Просто жизнь расставила все по своим местам и открыло мне истинное лицо всего женского пола. Сначала в лице моей первой любви и невесты, затем в лице жены. Обжигаться в третий раз мне совершенно не хотелось. Не было смысла. Третья бы тоже предала. Они все думали лишь о своей выгоде, о том, как хорошо устроить свою жизнь.

Все женщины в моей жизни так или иначе причиняли мне страдания. Мать, которая всю жизнь была строга со мной и братьями так, будто мы были чужими. Рада, моя первая любовь, вскружившая голову и вонзившая нож в спину. В ту пору, когда мы повстречались, я был очень молод. Только поступил в университет и попал в поток с ней. Обворожительная, пленительной красоты Рада заполучила мое, а также десятки других мужских сердец. Я считал себя счастливчиком, когда на третьем курсе, она все же заметила меня, мои ухаживания, согласилась встречаться, а затем, спустя два года, стать моей женой.

К счастью или несчастью, свадьбы так и не случилось. Я отменил ее. Когда узнал, что она уже никакая не девочка, и что строила из себя правильную не со всеми. Я не знаю, сколько у нее было мужчин до меня, но факт оставался фактом – она успела с кем-то переспать, пока состояла в серьезных отношениях со мной. И, чтобы не возникало сомнений, я болтал о свадьбе с ней едва ли ни с первого свидания. То есть она прекрасно понимала, что ставит на кон. Понимала и все равно плюнула на меня.

Опозорила. О, Аллах, в какой ад она ввергла меня тогда! Вспоминая даже сейчас, не мог не содрогнуться. Кто-то смеялся надо мной, кто-то сочувствовал, но и то, и другое было одинаково унизительно. И все это сделала со мной женщина, за которую я готов был умереть. Которую полюбил больше жизни и с которой мечтал родить детей, состариться.

Наивный дурак.

Я со столькими тогда устроил разборки… В те времена я еще верил, что за женщину можно и нужно драться. С кем я только тогда не подрался… а толку? Рада уже не принадлежала мне. И как бы ее семья не просила меня не рвать помолвку сгоряча, как бы не извинялась сама Рада, заливаясь горькими слезами, я от своего слова не отступился. Мне не нужна была жена, к которой уже прикасались другие мужчины. Она уже не принадлежала бы мне.

Спустя время, я получил еще один нож в спину, хотя, был уверен, что этого больше никогда не случится. После Рады я долгое время не мог отойти. Ушел в себя и занялся семейным делом, отец ввел меня в курс всего как раз сразу по окончанию учебы. Более того, я был старшим сыном, основная ответственность за состояние заводов была на мне. Младшие в то время еще учились, и я решил полностью погрузиться в работу. Это привело к тому, что я больше не вступал в серьезные и долгосрочные отношения на протяжении многих лет.

А затем родители уговорили меня «хотя бы посмотреть на Зариночку», потому что, ну, вроде бы уже пора.

Я посмотрел. Около года мы были сосватаны, затем поженились. Не сказать, что она хотя бы понравилась мне, но мать прожужжала мне все уши о том, что она отличная партия. Что она из очень хорошей и порядочной, пускай и бедной семьи. Когда я спросил, не проще ли жениться на дочери какого-нибудь бизнес-партнера, в дело вступил отец и буквально запретил это. Мол, отношения этим очень легко испортить, а девушкой из бедной семьи, можно будет легко управлять. Вроде как такая должна радоваться, что покинула свою холупу и будет жить в богатстве. Возражать никогда не станет, будет покорной и радостной, что выбор пал именно на нее.

Мои родители очень хорошо заблуждались. Хотя, отдаю им должное, поначалу все было хорошо. Зарина показывала себя покорной, хорошей женой. Она была учтива со мной, делала все, что ей полагалось, но продлилось это недолго. Я расслабился. Ослабил вожжи, ослабил контроль.

Поначалу на траты супруги я не обращал внимания. Ну, какая женщина не любит красивой одежды и блестящих побрякушек? Они все видят в этом смысл своей жизни. Но чем дальше, тем траты усиливались. Вскоре в квартире пришлось делать перепланировку – расширять ее гардеробную. В какой-то момент она просто перестала вмещать туда то количество тряпья, которое Зарина ежедневно скупала.

Глава 5

Тамерлан свое слово сдержал. Во всем. За выходные, что я жила у него, он ко мне не лез, не приставал. Мы прожили их мирно, можно сказать, тихо. А на утро понедельника я пошла в университет, как он и велел. И, знаете, что? Как сказал, так и сделал. Я-то не верила до конца, прежде занятий отправилась в деканат, чтобы, если что, не выглядеть полной дурой. А там на меня покосились, покивали на все мои вопросы. Но самым примечательным был Довлатов, которого я встретила в коридоре на одной из перемен. Завидев меня, он как-то побледнел, а затем принялся закидывать меня извинениями. Заикаясь, он свалил от меня, куда подальше, только не перекрестившись напоследок.

Что это вообще было? Что Тамерлан с ним сделал и почему преподаватель, из-за которого меня выгнали меньше недели назад, теперь шарахался от меня, как от чумной?

Я пыталась найти ответы на эти вопросы весь день, попутно с этим отбиваясь от вопросов девчонок о том, каким чудесным образом оказалась зачислена обратно в университет с такой скоростью, когда, казалось бы, шансов на это практически не было…

В общаге тоже все оказалось хорошо. То есть, прежнего места мне, конечно, не дали, оно оказалось занято, зато для меня нашлась целая комната. Целая. Комната. Для меня. Одной. Самая хорошая комната на всем этаже, если не во всем корпусе. Со свежим ремонтом, новой мебелью. Даже пробковая доска оказалась на стене. Все, как в американских фильмах. И, самое удивительное, жить мне в ней предстояло одной. Без подселения.

Когда к вечеру я возвращалась в квартиру Тамерлана, чтобы забрать кое-какие из своих вещей, меня мучил только один вопрос – да кто он, к черту, такой? Как ему все это удалось, да еще и за столько краткий промежуток времени?

А еще, пока я шла пешком от метро до его дома, в голове крутилась странная мысль о том, что это приятно. Со мной такого никогда еще не случалось. Никто и никогда не проявлял обо мне заботу. Никто не решал мои проблемы легким щелчком пальцев, я всегда и все делала сама. Если нужно – трудилась, если надо – ждала. Но сегодня все само собой разрешилось, как будто при помощи чудо и это было так здорово, что в груди разливалось какое-то странное тепло, а на лице блуждала глупая улыбка.

Я ждала, что Тамерлан снова начнет говорить о суррагатном материнстве и заведет свою прежнюю шарманку, когда пришло время покидать его роскошный дом и расставаться, но, на удивление, этого не случилось. Он просто сунул мне свою визитку с номером телефона и сказал, что у меня примерно месяц-другой на обдумывание его предложения. Я хотела было ответить ему в своем духе, но он прервал меня властным жестом руки и недовольным лицом, мол, ничего нового не скажешь.

Я повздыхала, покивала и, поблагодарив за сдержанное обещание и восстановление в учебном заведении, покинула его квартиру. Я уже почти дошла до общаги, когда на телефон пришло уведомление. Смс  от банка, где у меня была карта для моей стипендии. Зачисление такой денежной суммы, которой я никогда в жизни и не видела-то. Наверное, у меня было такое глупое выражение лица в тот миг, но я ничего не могла с собой поделать. В прилагавшемся сообщение было написано: «возмещение морального ущерба за покоцанные коленки».

Конечно, я сразу поняла, кто это сделал. Несложно было догадаться в свете-то последних событий. Но зачем? Во-первых, Тамерлан был прав, он не был виноват в том несчастном случае, я сама полезла на дорогу, не глядя по сторонам. Во-вторых, со мной все было хорошо, даже сотрясения не случилось, только стесанные коленки, о которых говорилось в сообщение. Ну, а, в-третьих, он ведь сам кричал о том, что не даст ни рубля, что я мошенница, которая самолично бросилась под его внеземной внедорожник. Он не был похож на человека, который просто так раскидывается денежными средствами. Как и все богачи, он знал счет деньгам. 

Что же тогда это был за приступ щедрости? Причем, объяснять или даже комментировать его Тамерлан не посчитал нужным. На все мои звонки он не ответил, на сообщение тоже.

Так как функции отправить деньги обратно отправителю еще не было, а на часах был уже десятый час, я решила поспешить домой. Общежитие закрывалось в десять, и с этим у нас всегда было строго. Да и тащиться обратно к психованному, тратя на дорогу три часа было не вариант. Завтра нужно было рано вставать, дел было много, нужно было наверстывать пропущенное.

Правда договориться о встрече на следующий день или даже через следующий, мне так и не удалось. А телефон, который был указан на визитке, оказался непривязанным ни к какой банковской карте.

В общем, раздумав какое-то время я пришла к двум выводам. Во-первых, Тамерлан действительно меня сбил, а коленки болели до сих пор, поэтому, возможно, повторюсь, возможно, теоретически, он и должен был мне что-то. Ну, а во-вторых, я углядела в его жесте корыстные мотивы. Он словно хотел продемонстрировать мне, какого это – быть при деньгах. Уверена, он давно даже уже знал, из какой семьи я происхожу, хотя о моем финансовом состоянии и без того многое говорило.

И раз уж он так настаивал…

Глава 6

Всю ночь мне снился хозяин дома, в котором меня практически насильно оставили ночевать. Его черные глаза преследовали меня, не отпускали, куда бы я не повернула, в какую бы сторону не побежала. Он опережал меня, оказывался на несколько шагов впереди. Я так и не поняла, каким был этот сон – эротическим или кошмарным. И сам факт того, что я задавалась подобным вопросом, уже был ненормальным.

На утро я проснулась уставшей, разбитой, будто бы не отдыхала вовсе, а завтрак с Тамерланом и вовсе прошел в таком напряжении, что настроение, и без того, далеко не приподнятое, упало еще ниже.

Мысли, тяжелые, липкие, неприятные, терзали мою голову. Что будет с Ильей? Смогу ли я ему помочь? Почему беда обязательно должна была тронуть столь юную и светлую душу, как его? Как я смогу провести рядом с Тамерланом целых девять месяцев? Как потом отдам свою плоть и кровь на воспитание этому холодному, нет, ледяному человеку, у которого не наблюдалось сердца?

- Много думать вредно, - выдал Тамерлан, делая очередной глоток кофе и на несколько секунд отрываясь от чтения чего-то, видимо, крайней занимательного в своем планшете. Впрочем, когда он опустил его на стол я заметила только какую-то диаграмму.

- Ты тоже самое говоришь своим сестрам? – тут же ощетинилась я. Мне хватало дискриминации в университете, где каждый, кому не лень, начиная от профессоров, заканчивая обычными студентами мужского пола говорили мне о том, что я пришла не на тот факультет и место мне на каком-нибудь педагогическом.  

- У тебя острый язык, - процедил Тамерлан, а я тут же стушевалась под его жестким взглядом. Черт. Рядом с ним нужно было научиться контролировать эту свою верно подмеченную им особенность. Иначе, как пить дать, несдобровать.

- Просто обидно, когда тебя оценивают лишь по гендерному признаку.

- Люди так оценивают друг друга, потому что между женским и мужским полом существует большая разница.

Я промолчала, потому что поняла – если мы углубимся в эту тему, все точно плохо закончится. И еще сам собой напросился вывод – уважением к женщинам Тамерлан явно не славился. Мы для него были, не знаю, просто красивым предметом рядом? Тем, кто должен был производить наследников на свет? Но он точно не считал слабый пол за личность.

- Итак, сегодня я услышу от тебя ответ?

- Я… я не за этим здесь. То есть… - я нахмурилась, закусила губу, начиная теребить кончик лежавшей передо мной вилки. Напрашивался вопрос – а для чего тогда? И я была уверена, что Тамерлан его задаст. И, по сути, будет прав. Но ответа у меня не было. Да, в деньгах я остро нуждалась, если из родни мне и был кто-то дорог, то это младший брат, я вовсе не желала ему смерти, но то, что предлагал Тамерлан, то, как он себя вел…

- Аврора, мне начинают надоедать эти игры. Ты уже достаточно взрослая, чтобы принять решение и ответить мне либо да, либо нет. Я начинаю уставать от твоих неуместных ужимок.

- Нет… - едва слышно прошептала я, понимая, осознавая весь ужас ситуации.

- Что? – Мне показалось, что Тамерлан даже дернулся. Он явно не ожидал такого ответа от меня. Что уж там говорить, я и сама от себя не ожидала ничего подобного. Но вдруг резко, именно в эту минуту, именно в это мгновение поняла, что не смогу. Не смогу лечь в постель со столь бездушным человеком. Не смогу рожать ребенка, понимая, что больше никогда не смогу увидеть его, обнять, приласкать. Не смогу отдать на воспитание своего кроху этой глыбе льда, лишь походящей на нас, людей. Страшно подумать, во что он превратит жизнь малыша. Я не могла такое допустить…

- Я не могу, извини. – Я буду бороться за жизнь брата, сделаю все, что смогу, но только не так. Я не могу менять одну жизнь на другую… - Просто не могу… Я бы хотела, но…

- Я понял, - резко прервал меня Тамерлан. Еще несколько секунд он пристально смотрел на меня, буравя тяжелым взглядом, а затем быстро поднялся, кивая мне. – Идем, я отвезу тебя в университет. Надо поторапливаться, у меня встреча, на которую нельзя опаздывать, - выдал он, как ни в чем не бывало.

Да, Тамерлан сохранил лицо, но его взгляд, его замешательство в самом начале, все сказало о том, что мой отказ его задел. А теперь он желал как можно скорее от меня избавиться.

- Да, конечно… - я и сама больше не желала оставаться здесь ни единой минуты. Как ни странно, но с окончательным отказом пришло и странное облегчение. Будто бы я освободилась от удавки, которая медленно, но верно стягивалась у меня на шее. – Идем.

Весь следующий месяц прошел в каком-то автономном режиме. Я сделала все, чтобы отключить чувства, оставив место лишь твердому и холодному разуму. Эмоции мне сейчас ничем не помогли бы, наоборот, только помешали бы.

Глава 7

- Что... кто... - Я обернулась, собираясь высказать все, что думаю наглецу, так нагло посмевшему меня облапать, но мне не дали такой возможности, впившись в губы требовательным поцелуем. Я замычала, забрыкалась в стальных объятиях, но без толку, меня лишь сильнее прижали к чужому телу.

- Какая сладкая киса, - пьяно промычал Аврамов, когда мне, наконец, удалось высвободить свои губы из его отвратительных ласк.

- Пусти!

- Строптивая... горячая... мне нравится... - пошло ухмыльнувшись, протянул Юрий.

- Идиот! - прорычала я, делая отчаянную попытку вырваться из его лап. К счастью, на этот раз удачную. - Какого черта ты себе позволяешь?!

- Что, не нравятся обычные пацаны? Течешь только на мужиков на геликах?

- Тебе какое дело?! - Я попыталась отступить назад, но Юра тут же перехватил мою руку, снова пытаясь прижать к себе. Несмотря на то, что он был пьян, ловкости и скорости ему было не занимать.

- Ты мне нравишься, не поняла еще что ли? - усмехнулся он.

- Нет, не поняла, - прорычала я, снова делая сильный рывок. Удалось освободиться и больше мешкать я не стала. Побежала, куда глаза глядели. Птицей слетела с лестницы, которая вела к воду  общагу и понеслась к воротам.

Зачем? Без понятия. Просто побежала туда на автомате, понимая, что преследователь тут же кинется за мной. Так и случилось, Юрий бросился за мной. В какой-то момент, у самой калитки он дотянулся до моей руки, схватил, но я рванула вперед с удвоенной силой. Бросила взгляд назад и поняла, что алкоголь сыграл с врагом злую шутку и, потеряв равновесие, Аврамов упал, но ненадолго. Он уже поднимался, когда я снова посмотрела вперед, перед собой, только оказалось уже поздно. Я выбежала за территорию общежития и оказалась на проезжей части. Где меня ждала встреча с очередным внедорожником, который с отвратительным визгом затормозил, но слишком поздно. Глухой удар был последним, что я услышала перед тем, как погрузиться в темноту.

Я пришла в себя на больничной койке. Медленно открыла глаза и поняла, что это уже совсем не смешно. Попасть под машину дважды за пару месяцев – это перебор. Такое могло случиться только с самым большим неудачником. А, может быть, меня просто кто-то проклял. А, что, Саша же таскала невесть что под мою дверь? Может, это и правда работало… иначе как, вот просто как можно было объяснить то, что меня дважды переехали?

Я издала звук, похожий на жалкий стон, который привлек ко мне человека. Оказывается, кто-то все это время находился в одной палате со мной. И уже через несколько мгновений я поняла, кто это.

- Тамерлан?

- Здравствуй, - он как-то смущенно улыбнулся. – Ну, вот мы и встретились опять.

- Так это ты снова сшиб меня?

- Я бы выразился иначе. Это ты снова бросилась под колеса моего автомобиля… - он нахмурился, призадумавшись. – Как ты?

- В порядке… вроде…

- Врачи сказали, что это просто шок и вроде бы ничего не сломано, не повреждено. Но тебя осмотрят еще раз. Я настоял.

- Нет, не нужно, я в порядке, - прошептала, медленно садясь на кровати. Вроде бы и впрямь нигде не чувствовалось острой боли. Тело ныло, голова тоже, во рту пересохло, а одна из ладоней была счесана, но на этом вроде бы все.

- Это решат врачи, - отрезал Тамерлан, останавливаясь совсем рядом, бросая на меня взгляд сверху вниз.

- Спасибо…

- Что? – Он посмотрел на меня удивленно.

- Ты спас меня… от… - я нахмурилась, вспоминания недавние события. Проклятье, на сколько далеко собирался зайти Юра? Что за бес в него вообще вселился, что он стал столь одержимым мной?

- Тот парень, да? – Лицо Тамерлана помрачнело, он словно бы сложил два и два. – Он навредил тебе? – строго спросил он.

- Я… нет… - заверила, покачав головой. – Он просто…

- Чего он хотел, Аврора?

Я закрыла лицо руками, так и не решившись на ответ. Ужас пережитого накрыл с головой, воображение стало рисовать жуткие картины того, что могло бы произойти.

Не прошло и нескольких мгновений, как я почувствовала сильные руки, которые притянули меня к себе. Неожиданно стало спокойно и даже хорошо, несмотря на боль в голове и теле. Паника стала потихоньку отступать.

Глава 8

Весь день я думала о том, что произошло на выходных в квартире Тамерлана. Думала, вспомнила и стыдилась, краснея прямо на занятиях под недоуменные взгляды профессоров. Сосредоточиться на учебе, хоть убей, не выходило, хотя надо было бы. Это был последний семестр, важный семестр, но мысли все равно сводились только к одному – к первой близости с мужчиной, которая случилась всего пару дней назад.

На утро после нее я сбежала. Позорно, трусливо сбежала, потому что не представляла, как буду заглядывать в глаза Тамерлану. Мне было стыдно, неудобно, неловко и все это можно было помножить на три.

А еще все было… хорошо, нет, просто здорово, но на следующий день я проснулась рядом все с тем же чужим, циничным и хладнокровным Тамерланом, который хотел от меня только одного – контракта. Останься я рядом и к чему бы мы пришли? А я вам скажу, к чему.

«Мое предложение все еще в силе. Подумай об этом». – Вот, какое сообщение мне пришло на ватсап сегодня в полдень, пока я обедала в столовке.

Вот, к чему мы бы пришли. Ровно к тому, от чего ушли.

Но, знаете, что самое примечательное? То, что больше всего внимания я обратила не на само сообщение и его содержание, а на аватарку. Открыла фотографию Тамерлана и так и осталась с протянутой вилкой у самого рта. Невольно нахмурившись, я вгляделась в девушку, что была рядом.

Какого черта? Кто это был? Бывшая жена? Нынешняя девушка? Почему у Тамерлана эта фотография красовалась на аве? И почему это он тогда спал со мной?

«Мой ответ всегда будет нет.» - Я со злостью нажала на кнопку «отправить» с каким-то злорадством отмечая, что две галочки почти сразу посинели.

«Почему? Что за глупое упрямство?»

«Потому что! Я… я вообще о тебе ничего не знаю! Сколько тебе лет, какая у тебя фамилия, кто твои родители, где и кем ты работаешь, что закончил, какую музыку любишь. Понимаешь, к чему я клоню? Нормальные женщины не рожают детей незнакомцам».

У меня даже аппетит пропал, но понимание того, что половина учебного дня еще впереди, а за обед уже заплачено, заставило меня и дальше давиться не очень вкусным бифштексом с пюре.

«Мне 33. Я уже говорил тебе об этом, просто ты невнимательно меня слушала. Ешев. Мои родители вместе почти 40 лет. Мать домохозяйка, отец – бизнесмен. Я унаследовал пару автомобильных заводов. Успешно ими руковожу. У меня несколько родных братьев. Я в разводе. Имею два образования: инженерно-техническое и юридическое. Говорю на четырех языках. Музыку предпочитаю классическую. Она развивает эстетический вкус и благотворно влияет на работу мозга. У меня коричневый пояс в каратэ, я люблю спорт. Моя любимая кухня – японская. Я дал достаточно информации о себе, все? Теперь я могу приехать к тебе с контрактом?»

«Ты серьезно? Мы столько раз проводили вместе время, а ты выдал мне о себе все это в чате? Мой ответ все равно нет».

«Ты не спрашивала меня до этого, а я не склонен болтать о себе, это женский удел».

«У тебя к нашему полу столько уважения! А если родится девочка?!»

«То есть мысленно ты уже допускаешь согласие на мое предложение?»

«А что, у тебя еще и диплом психолога есть???»

«Зачем ты поставила на конце три вопросительных знака?»

«Кто с тобой на фотографии? Она не может тебе родить?»

«Нет, не может. Если хочешь узнать больше, придется сегодня вечером встретиться со мной».

- Черт… - я отбросила вилку в сторону, привлекая к себе внимание сидевших за соседними столами студентов. А, и плевать. Почему-то то, как Тамерлан увильнул от заданного вопроса о девушке, меня разозлило. Ну, ведь были же у него варианты, чего он в меня вцепился и не давал ни одного дня прожить спокойно?! 

«Я буду свободна не раньше семи…»

«Отлично, буду к восьми».

Вот так всегда и получалось. За все время знакомства с Тамерланом я поняла только одно – от своего он не оступался, и если сказал, что что-то сделает, то обязательно делал. И неважно, что там думали другие.

- И кто еще после этого упрямый, - пробубнила я, сгребая недоеденный обед на поднос и поднимаясь со своего места.

Надолго забыть о Тамерлане не удалось, несмотря на то, что архитектурная графика и объемная пространственная композиция очень даже пытались. Апогеем стала встреча с Юрой в деканате. Точнее, я как раз шла туда, чтобы отдать кое-какие бумаги в конце дня, когда мой злейший враг выскочил оттуда, словно ошпаренный. Натолкнулся на меня, а затем оцепенел, будто я была настоящей Горгоной.

Глава 9

- Все в порядке? – обеспокоенно поинтересовался Тамерлан, укладывая руку на мое плечо, пытаясь привлечь к себе внимание.

- Нет… - с ужасом прошептала я, откладывая телефон в сторону. Закрыв лицо руками я расплакалась. Никогда прежде не позволяла себе ничего подобного перед чужими людьми, предпочитая горевать в одиночестве, но сейчас чувства зашкаливали. Отец написал, что у Ильи осталось очень мало времени. Кажется, он разговаривал с врачами и те дали неутешительные прогнозы. Просил еще раз пообщаться с матерью, чтобы она дала добро на продажу квартиры, только я, в отличие от него, понимала, что это не даст никаких результатов.

- Расскажешь мне, что тебя расстроило? – мягко поинтересовался Ешев, продолжая удерживать руку на моем плече. Я только отрицательно покачала головой в ответ. – Почему?

Почему? Потому что я понимала, что и это ничего не даст. Тамерлан уже дал мне выбор, и я не решилась, не смогла подписать отказ на собственного ребенка, на первенца. Даже в тот момент, когда на кону стояла жизнь моего младшего брата, совсем еще ребенка.

- Ладно, тогда я сам. – Тамерлан схватил мой телефон, не дожидаясь разрешения, а я не смогла воспротивиться. То есть, краем сознания я была возмущена этим поступком и, находясь в чуть менее убийственном состоянии, обязательно бы возмутилась и прочитала лекцию на тему того, что нужно уважать чужие границы, но сейчас мне было совершенно не до этого.

Сорвавшись с места, я глубоко плюнула на телефон и побежала в сторону ванной. Захлопнула за собой дверь, открыла холодную воду и плеснула себе в лицо. Раз, другой, третий. Не помогло. Слезы не прекращали литься, чувство вины сдавливало все сильнее. Я была виновата в том, что мой брат умирал без единого шанса на выживание. Я была виновата потому, что могла это предотвратить, стоило мне только наступить на горло своим принципам. И ведь никто не просил меня бросать ребенка, отдавать его в детдом или обрекать на ужасное существование. Наоборот. Этот ребенок купался бы в роскоши и заботе, но нет. Я не смогла, и поэтому Илья умирал в одиночестве и мучениях, которых не заслуживал. И ведь я даже не могла быть рядом, потому что у меня была учеба, бросить которую сейчас означало поставить крест на четырех годах труда. Я не могла обнять и утешить брата, не могла пообещать ему, что все будет хорошо.

Не знаю, сколько я просидела на мраморном полу ванной, захлебываясь в слезах. Наверное, прошло много времени, потому что в какой-то момент я перестала чувствовать ноги, они затекли из-за неудобной позы, а холод стал пробираться под кожу.

Я была благодарна Тамерлану за то, что он не стал дергать меня, стучаться в дверь и пытаться вытащить меня отсюда. Проревев, вероятнее всего, с полчаса, я смогла, наконец, взять себя в руки и подняться на ноги. Взглянув на себя в зеркало, ужаснулась, попыталась умыться еще раз, но лучше не стало.

Махнув, в конечном итоге, на свое отражение, я закрыла воду и потянула ручку двери на себя, делая шаг вперед. Нужно было ехать домой.

- Ты в порядке? – услышала я почти сразу. Тамерлан дожидался меня у входа в гостиную, в руках вертел мой телефон.

- Я поеду к себе, ладно? Не пойми меня неправильно, просто сейчас я хочу побыть одна, мне нужно сосредоточиться на мыслях…

- Нет необходимости, - спокойно, почти равнодушно выдал Ешев, беря меня за руку. Я безвольно последовала за ним, не имея сил сопротивляться ему.

- Мне правда нужно домой… - снова попыталась возразить я, пока меня усаживали на кожаный диван.

- Тебе нужно успокоиться и прийти в себя, - выдал Тамерлан.

- Я в порядке…

- На тебе лица нет.

- Ну, извини…

- Не переживай, Аврора, - неожиданно серьезно выдал Тамерлан, присаживаясь передо мной на корточки, заключая мои ладони в свои. Только сейчас я поняла, как мне было холодно. Мои руки были ледяными в сравнении с горячими руками Тамерлана. – Я обо всем позаботился, все будет хорошо.

- Что? – Я нахмурилась, забывая обо всех неудобствах, заглядывая в черные глаза напротив. – О чем ты…

- Твой брат будет в порядке.

- Не понимаю…

- Я сделал несколько звонков. Уже на этой неделе его перевезут в столицу, а там, если все будет хорошо, то сделают операцию уже на следующей. Тебе и твоей семье не придется ни за что платить.

- Все равно… я не понимаю… - глупо выдала я. Но я и впрямь не понимала. Как так? Почему?

- Ты переживаешь, плачешь, это твой брат. Что мне нужно было делать? – Тамерлан нахмурился, привстал, сел рядом. Потеряв тепло его ладоней, я тут же ощутила, что мне снова холодно. Стало неуютно.

Глава 10

Я проплакала два или три дня. Не знаю, сколько точно. Все они слились в одно единое целое, и я перестала их отличать друг от друга.

Я не ела, не спала, из комнаты практически не выходила. Только лежала на кровати и думала, глядя на потолок. А когда становилось совсем невыносимо больно, то начинала горько плакать, надеясь, что вместе со слезами уйдут и все чувства к Тамерлану. Не прошли, конечно.

Он так легко вычеркнул меня из своей жизни, так легко и просто попросил меня уйти навсегда и больше никогда не возвращаться. И, самое страшное, что я не могла его даже винить за это. Он с первых дней предупреждал, что это просто контракт, что ему нужен только ребенок.

А я влюбилась. Начала ревновать. Претендовать на то, что мне никогда не принадлежало, и не будет принадлежать.

Почему? Почему именно он? Не знаю. Наверное, потому, что он был первым мужчиной в моей жизни, который обо мне заботился. Пусть и недолго. Спросите любого психолога, и он ответит вам, что девочки, росшие без отцов, нуждаются в подобных проявлениях чувств. А, может быть, дело было в том, что подсознательно я искала того, кто будет сильнее, кто сумеет защитить, уберечь от всего мира? Практически каждая женщина искала себе такого мужчину в спутники жизни. А, может быть, дело было в глазах, таких черных, будто бы сама ночь смотрела тебе в душу. Или улыбке, такой очаровательной и трогательной с этими его ямочками на щеках, будто бы тебе улыбалось само солнце… Кто мог ответить точно, почему один человек влюбляется в другого? Можно было верить в сказки про родственные души, когда-то давно разделенные и ищущие друг друга сквозь года. Можно было верить в подсознание, которое выбирало идеального именно для него партнера. Можно было верить в судьбу. Или не верить ни во что из перечисленного. Сути это не меняло. Сердце все равно билось быстрее нужного и рвалось к тому, кто его пленил. И, не находя выхода, не находя ласковых рук и нежных поцелуев, начинало ныть.

Тоска совсем затопила бы меня с головой, если бы не… понедельник. «Чудесный» понедельник, который люди десятки лет проклинали. Для меня он стал почти что спасением.

Семестр почти подошел к концу и до сессии оставалось рукой подать. А еще сегодня мне позвонили с больницы, в которой лежал Илья и сообщили о том, что брата перевели в обычную палату. Теперь его можно было навещать.

Поэтому, отсидев на парах, я бегом отправилась в ближайший магазин, набрала гору фруктов, купила большого плюшевого медведя и отправилась к брату.

И тоска совсем немного, совсем ненадолго, но все же отступила.

Так и завертелась жизнь. Как я и говорила, сессия подоспела очень быстро. Защита диплома отставать не стала. А еще неожиданно настало лето, о котором я и думать забыла, несмотря на то, что это всегда было любимым временем года.

Этот год выдался настолько напряженным, что я успела проморгать все на свете. Но и винить себя в этом не могла… последний курс, первая любовь, болезнь брата. Все навалилось разом, но теперь я постепенно выбиралась из этого дремучего, мрачного леса. Впереди забрезжил свет.

Сегодня был теплый, солнечный день и я решила надеть платье, купленное со скидкой еще в те времена, когда Тамерлан играл в мать Терезу. Красивое, приталенное вверху, пышное снизу, украшенное цветочным узором. Оно открывало часть спины, образовывало небольшое декольте и открывало доступ к ногам, но, по сути, ничего не нужного не оголяло, поэтому, повертевшись перед зеркалом, я пошла обувать кеды и собирать рюкзак.

Нужно было выдвигаться в больницу к брату сейчас, если я хотела миновать пробок и оказаться там к часам посещения. А вечером мне еще нужно было уделить время кое-каких решающим правкам в своей дипломной. В общем, не стоило терять ни минуты, поэтому я закрыла за собой дверь комнаты и поспешила вниз. Миновала охрану, оказалась на улице. Прикрыла глаза, подставляя лицо теплому, летнему ветерку, который приносил с собой запахи цветов. Вдохнула поглубже, наслаждаясь секундами уединения. Однако уже очень скоро его прервали. И, спросите, кто? Человек, которого я, наверное, хотела видеть меньше всего на свете…

- Юра? Что тебе от меня нужно? – Я дернулась назад, когда он тронул меня за руку.

- Ну, здравствуй, красотка, - улыбнулся он мне в ответ.

- Не подходи ко мне, - затравленно прошипела я, делая шаг назад, готовая снова броситься бежать от этого монстра.

- Нет-нет, погоди, - Юра тоже отступил назад, поднял руки наверх, показывая, что не собирается больше касаться меня, мол, безоружен, не опасен.

- Что тебе от меня нужно?!

- Я… я пришел извиниться. – Казалось, слова эти дались ему с трудом, но, набрав в легкие побольше воздуха, он тяжело вздохнул и, будто бы решился.

Глава 11

Я проснулась за полдень. Не знаю, что меня так вымотало: неудавшийся секс, разборки с бывшим, который бывшим и не был или все это вместе взятое. Наши отношения с Тамерланом никуда не двигались. Мы находились будто на качелях, и Ешев не знал, в какую сторону повернуть. Одно я поняла точно, даже без его слов, равнодушной я его не оставляла. Иначе, зачем было устраивать этот цирк вчера вечером?

Потянувшись, я поняла, что солнце заливает комнату, а рядом никого нет и, наспех умывшись, накинув на себя чужую рубашку, я отправилась на поиски хозяина квартиры.

Все же, лучше было раз и навсегда выяснить, что нас с ним связывало. Отношения? Если да, то я хотела понимать, какие именно, и что они значили для Тамерлана. А если нет, то… я собиралась много чего сказать Ешеву. А еще дала себе слово, что в этом случае я в последний раз поддаюсь на его манипуляции и уловки. Больше покупаться на что-то подобное я была не согласна. Хватит мной играться и манипулировать. В конце концов, если он не готов был отвечать мне симпатией, то уж уважать меня обязан был.

Я улыбнулась, увидев Тамерлана. Ешев что-то читал на своем планшете, хмурился и при этом выглядел таким деловитым и милым одновременно, что обратное было просто невозможно. Я бы могла любоваться им часами, будь такая возможность. Уверена, мне бы не надоело. 

- Привет, - тихо поздоровалась я, давая о себе знать. Он поднял на меня взгляд, не одарив ответной улыбкой и в сердце тут же поселилась тревога. Внутри что-то натянулось, подобно стреле.

Я подошла ближе, села рядом и положила руку на чужое плечо.

- Все хорошо?

- Конечно, - сухо ответили мне. Судя по тону, это было далеко от правды.

- В чем дело?

- Ни в чем.

Я же вижу, что это не так... Тамерлан, не веди себя, как ребенок. Если тебе что-то не нравится, просто скажи мне об этом. - В самом деле, это было ребяческим поведением, обижаться невесть на что и невесть почему. Как я должна была догадываться, что именно не устроило Ешева на этот раз? И, вообще, он не хотел узнать, устраивает ли все меня? Потому что меня вот не устраивало.

Да, я понимала, что дело в том, что вчера я была с Юрой и он это заметил. Там были и улыбка, и цветы, и даже объятия. Да, мне и самой не нравилось то, что Тамерлан стал свидетелем этой сцены, хотя я не понимала, почему. Но, с другой стороны, разве он имел право что-то предъявлять мне? 

- А что мне должно нравиться? - резко поинтересовался он. 

- Не поняла...

- Ты шляешься с этим убогим так, будто это норма, будто он не гнался за тобой, словно животное. Ты ему это простила? Если да, то это недалекость, а я был лучшего мнения о тебе. Ну и апогей — это конечно то, что через месяц признания в любви уже сидишь в обнимку с другим на свидании!

Я задохнулась от злости. Вот так всегда. Тамерлан раскидывался обвинениями, даже ничего не уточнив, лишь единожды взглянув на ситуацию или человека.

- Ты, считай, меня послал... 

- Да не в этом дел! Сам факт того, что любишь, якобы, одного, а в койку прыгаешь к другому уже о многом говорит!

- Я не прыгала к Юре в постель!

- Да, конечно! Даже если и нет, то это случилось бы со дня на день!

- Да как ты можешь вообще...

- Тем более, сейчас, - продолжил Тамерлан, будто не слыша меня. - Когда тебя уже распечатали и ты больше не девочка. Все, пошло-поехало, теперь мужики будут проходить через тебя, как на очереди в кассу за...

Я не стала его больше слушать. Не смогла. Но то, что я сделала дальше, это вышло случайно. Не было запланировано, не было обдумано. Если бы я успела все подумать прежде, чем отреагировать, то просто встала бы и ушла. Но нет. Я взмахнула рукой и отвесила Ешеву звонкую и сильную пощечину. Так, что у самой рука заныла. 

Мгновенье. Второе. Третье. Время поло как в замедленной съемке. Когда Тамерлан снова взглянул на меня, его глаза горели огнем.

- Я... - Инстинкты вопили встать и бежать, но страх парализовал. Его взгляд парализовал. Я была как испуганный кролик перед огромным и злым удавом. Я не знала, что говорить и делать.

- Если это повторится еще хоть раз, я за себя не отвечаю, - прошипел Ешев, хватая меня за руку. - Ты меня поняла?! - Я усиленно закивала, желая только одного — не разозлить своего партнера еще сильнее. Кто его знал? Тамерлан был вспыльчивым, и как далеко он может зайти я и понятия не имела. Собственно говоря, выяснять тоже не особо горела желанием.

Глава 12

- Господи, брат, тебя жизнь ничему не учит!

- Да перестань ты...

- Нет, ну я серьезно! Ты что, не видишь, что она такая же?!

- Откуда ты знаешь какая она? Как ты можешь что-то подобное утверждать?

- А что, сложно догадаться?

- Я сказал — не надо!

Я резко выдохнула, прижимая к груди бумажный пакет с круассанами и два стакана кофе. Вот уже месяц, как мы с Тамерланом жили вместе. Мой переезд совпал с началом летних каникул , а сейчас шел разгар августа, в конце которого мы с Ешев собирались на море. Я настаивала на родном, Черном, а Тамерлан выбирал между Мальдивами и Сейшелами.

Сегодня был хороший день. Относительно прохладный, поэтому я и решила оставить рыться в книжках и сходить купить вкусняшек. Неподалеку от дома Тамерлана обнаружилась очень вкусная кофейня с приветливым персоналом и потрясающей выпечкой. Туда-то я и наведалась. И совершенно не была готова к тому, что, вернувшись, обнаружу дома рано вернувшегося Ешева с чужим мужчиной.

Друзей своего избранника я почти не знала, но он все время обещал меня с ними познакомить. Я терпеливо ждала этого момента и не торопила Тамерлана, не видя в этом никакой необходимости. Знала только, что у него была пара близких друзей. Видимо, это было один из них.

- Ладно, как хочешь. Не желаешь слушать старого друга, пожалуйста, наступай на одни и те же грабли, пока не состаришься! А состаришься ты такими темпами в одиночестве! - Я подкралась к гостиной и замерла, стараясь слиться со стеной. Даже дышать стала тише.

- Ты же сам говорил, что моя затея с суррогатной матерью — идиотизм! - ощетинился Ешев.

- Идиотизм, конечно! Но даже эта идея была адекватнее, чем то, что ты творишь сейчас! - На несколько емких предложений говоривший перешел на чужой язык, поэтому я ничего не поняла. - Ты думаешь, ей нужен ты? Провинциальной девчонке, которая почти в два раза моложе тебя? Серьезно?! Включи голову, думай мозгами, а не членом! Где же такое видано, а? Думаешь, обойдешь всех тех мужиков, что как и ты повелся на возраст, деланную наивность и красивое личико? Очнись, мужик, ей бабки твои нужны, ровно как и предыдущим! А то, что она хорошая актриса говорит лишь о том, что тебе придется в этот раз намного сложнее!

- Откуда ты вообще можешь знать, актриса она или нет?! - тон Тамерлана стал больше походить на рык.

- Просто у меня не стоит от одного вида на нее. Кстати, весьма посредственная девка, я тебе скажу. Видали и покраше.

- Руслан...

- Что, Руслан?!

- Ты ее не знаешь...

- Из твоих рассказов я знаю то, что она уже не раз воспользовалась твоими связями и деньгами. И это за какое время знакомства? - Я не видела лиц говоривших, но поняла, что некто по имени Руслан ухмыльнулся.

- Она не просила о помощи...

- Ну, да, святая такая, с нимбом ходит над головой твоя Аврора, не так ли?

- Она нравится мне, Руслан, - серьезно произнес Тамерлан. К величайшему сожалению он тоже перешел на родной язык и часть сказанного так и осталась для меня загадкой. - Неужели ты думаешь, что воспитывать ребенка одному и впрямь будет проще? Я постараюсь создать с ней семью. Полноценную. Крепкую. Как у тебя с Заремой. Мне не так повезло с женщинами, как тебе...

- Да это не повезло. Это потому что я украл ее сразу, как только понял, что она моя единственная, - в голосе говорившего проскользнула улыбка. - А ты, как всегда, тянешь.

- В этот раз не собираюсь.

- Этот раз — как раз не тот раз, когда вообще стоит делать хоть что-то!

- Потому что она не наша, да? Была у меня уже наша!

- Нет. Не в этом дело, меня смущает...

- Что?

- Она из низов. - На мгновенье мое сердце будто замерло, остановилось. Болезненный укол пронзил его в следующее мгновенье. Ну, да, я всегда это понимала и сама. Только вот никто этого никогда не говорил мне в лицо, открыто. Сейчас же это было сравни плевку в лицо, я совершено не была готова к подобному. В глазах защипало, но я по-прежнему стояла на месте. Заставила себя, потому что мне было важно знать, что думает обо мне лучший друг Тамерлана.

Глава 13

Август выдался насыщенным. То есть, пока я отдыхала июль месяц, позволяя себе ничего не делать, время быстро прошло. А материал, который по моему собственному плану мне следовало изучить еще до поступления в магистратуру, так и остался нетронутым, теперь поражая своим размахом. В общем-то, преподаватели хвалили меня, называли способной и усердной, но не сказать, что выбранное дело давалось мне легко. Скорее, наоборот, приходилось прилагать немало усилий, чтобы не отставать.

Вместе с этим возникли и трудности с родителями. Выздоровевшего Илью приехали забирать его родители, которых мне как никогда сильно захотелось убить. Отец приехал пьяным, и мне пришлось вертеться как ужу на сковородке, лишь бы не дать ему встретиться с Ешевым. Умереть от стыда не входило в мои планы. Мне хватило разговора с его другом, после которого, как ни странно, я все еще приходила в себя.

Отдавать Илью нетрезвому родителю и едва отличавшейся от него матери не хотелось, но и иного пути не было. Вообще, я подумывала о школе-интернате в Москве, так мне было бы спокойнее, он был бы под присмотром и, главное, вдалеке от неадекватных родителей, но сначала это нужно было обговорить с Тамерланом. Да и до учебного года пока что оставалось совсем немного времени. Почему-то я боялась его мнения по этому поводу, поэтому тянула до последнего. Тамерлан и так многое сделал для меня и брата, не хотелось переходить границ и оправдывать опасения его друга.

В стороне не осталась и мать. Отец взболтнул ей лишнего, и она узнала, что я «сожительствую» с мужчиной. Причем не русским. Причем прилично старше. Пришлось очень много выслушать и так сказать, узнать много нового о себе.

- Ты совсем рехнулась, девочка! Ты что творишь?! С каким мужиком ты там решила жить?!

- Мам, не ори, пожалуйста...

- Как это не ори?! Как это не ори?! - повторилась она, наверняка брызжа слюной.

- Мам, это моя жизнь, не твоя... - Столько бы рвения, да во времена, когда я училась. Но, нет, мать всегда предпочитала думать о себе и годами взращивать свое горе и начала прессовать меня своим странным, непомерным контролем после моего переезда в Москву. Словно очнувшись после многолетнего сна, она вспомнила, что у нее есть ребенок, которого нужно было воспитывать.

- Он обрюхатит тебя и выбросит, дурная ты! Ты с ним уже спишь?! Конечно, спишь, зачем я спрашиваю! Когда ты начала шляться по мужикам?! - Родительница перешла на ультразвук, заставляя меня поморщиться, а затем устало прикрыть глаза.

- Да с каких пор тебе интересна моя жизнь?! Ты же только о себе всегда и думала, все разговоры были о том, какая ты бедная-несчастная и какой сволочь отец, что бросил тебя, не оценив того, какая ты замечательная!

- Я волнуюсь за тебя!

- Поздновато очухалась!

- Ты думаешь, взрослому мужику от тебя что нужно? Брак, да любовь? Он попользует тебя и бросит, наивная идиотка! Думаешь, твой крутой кавказец на тебе женится?! Обесчестит и пошлет, куда подальше! Женятся они всегда на своих, запомни это раз и навсегда! Он просто играется с тобой!

- Ты все сказала?!

- Нет! Твой отец уже приезжал за своим драгоценным отпрыском в столицу?

- Отпрыска зовут Илья, и он ребенок, я уже устала тебе об этом напоминать. Более того, он мой брат!

- Опять защищаешь его?!

- Мам, чего ты хочешь? - Я потерла висок свободной рукой. Прошла на кухню и открыла верхний ящик стола. Нужно было найти ромашкоый чай. Он всегда успокаивал меня. А еще аспирин, потому что крики родительницы меня в конец достали и у меня началась мигрень.

Я взглянула на встроенные часы и поняла, что до прихода Ешева чуть больше часа. За это время нужно было успокоиться и приготовить ему ужин. Я не желала ныть и расстраивать Тамерлана своими проблемами. Чем меньше он о них знал, тем лучше. Достаточно с меня было позора. Уставший мужчина после работы явно ожидает иных вещей.

- Если это все, то я занята...

- Не хочу, чтобы ты осталась в дурочках, как я! Все мужчины думают только о себе, а это, в свою очередь, сводится к удовлетворению самых низменных потребностей! Им от нас больше ничего не нужно! Они потребители и эгоисты, не покупайся на их красивые слова!

- Если у тебя неудачный брак, это не значит, что все мужчины мира — сволочи.

- Поживи с мое и посмотрим, как ты заговоришь!

- Пока, мам...

Глава 14

Это было закономерно, что в какой-то момент, уже почти к самому концу августа, Ешев решил познакомить меня со своими друзьями. Его ближайшее окружение состояло из трех парней и их супруг. По словам Тамерлана, с этими ребятами он был знаком с самого детства, все учились в одной школе, в одном классе. Их родители всю жизнь знали друг друга, с некоторыми даже были соседями. Короче, их связывали самые, что ни на есть, тесные взаимоотношения.

Двое из них были женаты, а именно, Руслан, которого я видела, и Вячеслав. Неженатый был один и звали его Тимур. Собственно говоря, по объяснениям Ешева, именно поэтому его имя никогда не сокращали подобным образом, чтобы не создавать путаницу.

Он рассказал много баек из их школьной жизни, довольно емко описал характер каждого из них. И все это с какой-то странной надеждой в глазах.

Черт. Ему было важно. Действительно важно, чтобы я понравилась его друзьям. От этого многое зависело. По крайней мере, я так поняла.

- Хватит, пожалуйста, - огрызнулась я, уворачиваясь от поцелуя.

- Не злись…

- Тогда прекрати мне внушать чушь вроде «будь собой и ты им понравишься», мы оба прекрасно знаем, что это не так!

Я со злостью отшвырнула от себя бумажный пакет, из которого никак не желали вылезать листья салата.

Следующая после похода по магазинам пятница ознаменовалась снятым загородным коттеджем и выходными, которые мы должны были провести с друзьями Ешева. Я нервничала как перед вступительными экзаменами в университет, потому что понимала – от этого зависит моя судьба. Впрочем, сейчас ситуация была примерно такой же. Из головы не хотела уходить мысль, что друзья Тамерлана будут решающим фактором в будущем для наших отношениях. И что-то мне говорило, что речь о свадьбе не заходила как раз потому, что он пока еще не знал их мнения. Окончательного.

Господи, мне будто бы предстоял суд, где судьями должны были выступать люди с предвзятым мнением, как у того самого Руслана, который уже бывал у нас в гостях. И ведь с их мнением мне было не поспорить. С ними Тамерлан рос, учился, попадал в неприятности, выпутывался из них. Они были вместе плюс минус тридцать лет. Это было дольше, чем вся моя жизнь…

- Черт… - Я схватилась за голову, когда вспомнила, что в пакет с овощами, на самое дно укладывала яйца. Судя по всему, им пришел конец, потому что пакет с зеленью валялся на полу.

- Ну, ты чего? – На удивление голос Ешева был тихим. Он подошел и мягко обнял меня. Погладил по плечам, поцеловал в макушку. – Все ведь хорошо, в самом деле, - он отстранился и заглянул мне в глаза.- Тебе нужно не быть собой, а просто успокоиться.

- Ладно… ты прав… конечно, ты прав… - пробубнила я, утыкаясь ему в грудь. Нужно было собраться и взять себя в руки.

Тамерлан арендовал загородный коттедж для того, чтобы познакомить меня со своими друзьями. Планировались шашлыки, вкусная еда, уютные разговоры о прошлом и полное игнорирование мобильников. Планировалось. Это было ключевым словом, потому что, как по мне, это было чем угодно, не не дружеской сходкой. Два дня, в течение которых меня собирались рассматривать под лупой, а то и микроскопом, оценивать мои качества, будто я была заводской кобылой.

- Прости меня… - выдохнула я, поднимая голову.

- Все нормально, - Тамерлан поцеловал меня в лоб. – Я скоро вернусь. Съезжу и куплю новое, - он кивнул на уроненный мной пакет.

- Тебе придется ехать минимум полчаса…

- Ничего страшного. Я скоро буду. Ты пока располагайся, а едой займемся завтра с утра, хорошо? Отдыхай.

- Ладно… - Я вынужденно согласилась и проводила Ешева до двери. Вернулась на кухню, отправила испорченные продукты в мусорное ведро. Следом забрала вещи из гостиной и поднялась на второй этаж. Там должно было располагаться две спальни, если я не ошибаюсь. Принципиальности в этом вопросе не было, поэтому я заняла ту, что первая попалась под руку.  

Не став терять времени, я сходила в душ, привела себя в порядок и начала разгружать взятые с собой вещи. Завтра нужно было выглядеть максимально хорошо. Впрочем, наверняка, было неважно, как я буду выглядеть, мнение Руслана, к примеру, уже было вполне себе четким и оформленным. Вряд ли его переубедил бы скромный наряд, или красивый наряд, или изысканный наряд. Он все равно не изменил бы моего происхождения, не изменил бы имеющуюся данность.

Сознание резко пронзила мысль – что бы я ни делала, вероятнее всего, шансов понравиться элитной тусовке Тамерлана у меня попросту нет.

Чтобы хоть как-то прийти в себя и успокоиться, я оставила выбор одежды на завтра и спустилась вниз. Немного осмотрелась и отметила, что несмотря на то, что коттедж был большим, внутри оказалось очень уютно. Сделанный из дерева, внутри он был оформлен в светлых, бежевых тонах и приятно радовал глаз. Не спеша я прошла на кухню, где разложила купленную заранее еду по полкам и холодильник, а затем вышла осмотреть окружавшую дом местность.

Глава 15

Я проплакала все воскресенье.

Я плакала, пока убиралась на кухне, при этом успев порезаться острым осколком разбитого бокала. Плакала, пока в одиночестве обрабатывала рану. Плакала, пока принимала душ. Плакала, пока ждала, когда Тамерлан вернется оттуда, куда молча уехал, ничего мне не сказав.

Я успокоилась лишь к вечеру. Заварила себе крепкий зеленый чай и вышла вместе с ним на улицу. На заднем дворе мое внимание привлекла красивая, ажурная беседка, обвитая плющом. Расположившись там, я сделала несколько глотков горячего напитка и тут же почувствовала, как становится легче. Крепко задумавшись о том, что произошло вчера и сегодня, упустила момент, когда на улицу опустились сумерки и стало прохладно. Я пропустила и тихие шаги Ешева, который подкрался совсем незаметно.

Я вздрогнула, когда он опустился рядом со мной, а затем напряглась. Он сразу это заметил и только покачал головой, бережно прижимая к себе. Облегченно выдохнув, я смиренно устроилась у него под боком, еле сдерживая новую порцию слез. Уткнулась носом в сладко пахнувшую смуглую шею, прикрыв глаза.

Я переборщила, я знала об этом. Мы оба были хороши.

Не думала, что наша поездка закончится подобным образом, что оставит после себя столько грязи и негатива.

- Я был слишком груб с тобой, Аврора, - вздохнув и, словно смирившись с чем-то, выдал Ешев. – Мне жаль.

Я промолчала в ответ, только обвила чужую шею руками.

- Они родные мне. Пускай не по крови, но по жизни. Они ближе, чем семья.

- Почему? – Я отстранилась от своего избранника, серьезно заглядывая ему в глаза. – Расскажи… расскажи мне хоть что-нибудь, Тамерлан, потому что я совершено тебя не знаю…

Ешев снова тяжело вздохнул, посмотрел куда-то вдаль, пораздумывал с минуту. Затем кивнул.

- Мы с ребятами дружим около тридцати лет. Плюс-минус.

- Это я поняла…

- Дружим со времен детского сада и через многое вместе прошли.

- Например? – Он замолчал и я была вынуждена спросить.

- Славик меня поддерживал, когда не стало Сати. Не отходил от меня неделями. Руслан вставал на мою сторону и защищал от гнева родителей каждый раз, когда я его заслуживал. Иногда, когда этого не получалось, и моя провинность была слишком тяжелой, я мог жить у него месяцами. Если бы не Руслан отец не передал бы управление основными филиалами мне. Тимур однажды спас мне жизнь, рискуя своей. Я не могу просто взять и закрыть на все это глаза, вычеркнуть их, забыть, просто потому, что вы не поладили. Они слишком много для меня значат. Таких друзей ищут всю жизнь и не могут найти, а мне даровали их свыше, и я буду держаться за них. Потому что ближе никого нет. С семьей я в холодных отношениях, жены и девушки меня предавали, а они ребятам, всегда со мной. Именно поэтому мне так важно, чтобы ты постаралась понравиться им, подружиться с ними. Потому что ты очень понравилась мне, Аврора.

Я замолчала. В одном небольшом монологе было столько информации и чувств, сколько я не получала от Ешева месяцами. Это было важно и это было дорого мне, но я не знала, с чего начать.

- Кто такая Сати? – само собой соскользнуло с языка. Тамерлан закрыл глаза, нахмурился, нервно сжал правую ладонь, словно что-то ища, но затем быстро взял себя в руки.

- Давай не сейчас…

- А когда?

- Потом. Позже. Позже я все расскажу, ладно? Сегодня очень устал. Неприятные выдались выходные, как ни крути. Не такие, как я рассчитывал. – Я кивнула, понимая, что возражать глупо.

- Почему у тебя холодные отношения с семьей? Вы не ладите? – Этот вопрос оказался менее травматичным, нежели первый. По крайней мере, я так поняла, исходя из выражения лица Ешева.

- Не знаю. Просто так вышло. Отец всегда был занят делами, все, что его когда-либо интересовало – это деньги. Нами, то есть мной и остальными всегда занималась мать. А она, воспитанная в строгости и суровости своих родителей, считала, что нужно вести себя со своими детьми точно так же. Никто из нас не помнит от нее ласки или похвалы. Такая уж она, тут ничего не поделаешь. Мама неплохая, просто… мы всегда хотим того, чего не имеем и не можем иметь.

- Мне жаль…Я не знала… То есть, я думала, что у тебя все было…

- А ты думала, у меня какая-то идеальная семья или идеальное детство?

Глава 16

Инцидент с близостью довольно быстро забылся. Я пообижалась с полдня, но на этом, не выдержав, махнула рукой. По сути, насилием это не было… так, неприятный момент во время интима. К слову к неприятным моментам с Ешевым я постепенно, потихоньку начинала привыкать.

Мы вернулись домой и постепенно все вошло в норму. Я перестала думать о неудачном вечере знакомства с друзьями Тамерлана, а он не напоминал. В гости их не водил, если и встречался, то либо у них, либо где-то еще. Я не настаивала на том, чтобы они приводил их к нам. С одной стороны боялась повторения той ситуации, а с другой все еще ломала голову над тем, как же им «понравиться». Мой избранник говорил о том, как для него это важно, как сильно он хочет, чтобы мы поладили, но я ума не могла приложить, что смогу предложить его друзьям во вторую встречу, чего не было на первой. Я не смогла в одночасье стать другим человеком. Я все равно оставалась безродным выходцем с низов, без богатого приданного и имени в обществе. Что можно было здесь изменить?

В подобных размышлениях, а так же учебе, прошел остаток августа. Если быть точнее, то пролетел. Тепло быстро ушло, и на смену теплой погоде пришла туманная осень с ее частыми дождями и красивыми листопадами.

Уже в начале учебного года я вспомнила о том, что вообще-то у меня нет нормального рюкзака и спортивного костюма. Нет, физкультуры у меня в университете уже не было, зато на днях я записалась в фитнес-клуб, что был расположен буквально через один дом от нашего, и уже оплатила членскую карточку. Оставалось запастись необходимыми атрибутами для занятиями спорта и можно было смело к ним приступать.

Сегодня был относительно теплый день. В университете ничего еще толком не происходило, студенты, как, собственно, и преподаватели, больше напоминали сонных мух, которых оторвали от отдыха, и требовалась неделя, может, другая, чтобы все вошло в свое русло и вновь стало налаженным механизмом.

Я показалась там с утра, но, поняв, что никто не будет сегодня мной заниматься, ретировалась. Заглянула в продуктовый, набрала свежей еды для ужина, вернулась домой. Но, поняв, что до вечера еще далеко, а Тамерлан раньше восьми-девяти домой не вернется, обнаружила у себя достаточно времени для небольшого шопинга. Мысль пришла в голову сама собой, буквально напросилась, когда я бросила взгляд на старый рюкзак, который соскользнул у меня с плеча, когда я переступила порог квартиры.

А что? Карта, которую дал мне Ешев все еще была у меня. Я никогда с нее ничего не тратила, разве что расплачивалась ею в продуктовых магазинах. Наверное, не случится ничего ужасного, если я куплю себе что-нибудь к новому учебному году…

Порешив на этом, я отправилась в ближайший торговый центр, собираясь провести там от силы час.

Конечно, по законам маркетинга, это затянулось в разы дольше. Я с интересом бродила по магазинам, покупая интересные мне вещи, с удовольствием отмечая, что в первые в жизни могу купить все, абсолютно все, что мне нравится.

В конечном итоге я купила себе несколько платьев, два рюкзака и уйму одежды в спортивном магазине. К слову, как это произошло, я так и не поняла, но, возможно, дело было в подтянутой девушке-консультанте, глядя на которую мечтаешь стать такой же. Короче, я и сама не поняла, когда вдруг успела стать таким ценителем спорта, но факт оставался фактом. 

После спортивного я совершила набег на книжный и тут уже поняла, что время близится к шести вечера и мне срочно нужно домой. Да и усталость начала давать о себе знать. Наручные часы выдали запредельную для меня цифру сделанных шагов, поэтому, решив побаловать себя молочным коктейлем на выходе, я со спокойной совестью вызвала такси и отправилась домой.

Я совершенно не ожидала той реакции Тамерлана на то, что потратила сегодня весьма внушительную сумму. Он улыбнулся на мои попытки заведомо оправдаться, притянул к себе и чмокнул в макушку. А затем заверил, что это нормально и, нам, девочкам, всегда что-нибудь, да нужно и он понимает. И оправдываться мне не за чем.

Обрадованная его словами я успокоилась и принялась за готовку ужина, а после него мы, по обыкновению, устроились в гостиной, чтобы провести немного времени вместе, посмотреть что-нибудь веселое, обсудить, как прошел день. Обычно в такое время Ешев уже был чертовски уставшим и засыпал на ходу, либо был преисполнен игривости и утаскивал меня в постель, но сегодня он явно был настроен на разговор.

- Покажешь, что купила?

- Конечно, - улыбнувшись, я закивала, совершенно не подозревая ни в чем подвоха. Предполагалось, что мой мужчина просто хочет увидеть меня в обновках, однако все оказалось иначе. Впереди меня ждал весьма интересный и, надо заметить, неожиданный разговор.

- Красиво… - улыбнулся Тамерлан, в очередной раз обводя меня восхищенным взглядом. – Тебе очень идут платья…

- Спасибо… - Я покрутилась еще разок, можно сказать, напоследок. На мне было красивое цветочное платье. Плессированая ткань юбки уходила в пол, красивый пояс подчеркивал талию, а небольшой вырез оставлял простор фантазии.