Таня

Таня

Так, "Поморин" я не люблю. Он очень горький. А вот тюбик Мятной зубной пасты точно мой. Зубную щетку хватаю автоматически и уже потом понимаю, что раз выбрал именно эту, значит, эта и есть моя. Зубов полон рот! Они не такие белые и красивые, как у меня в будущем, но эти воспоминания потащили за собой из памяти сумму, которую я заплатил стоматологу, и я нынешний сразу отбросил эти фантазии, потому что не могут зубы стоить дороже Жигулей.

Душ принимать каждое утро еще не вошло в привычку, но сегодня ополоснусь. Если бабушка спросит, чего это я в душ полез - пошучу, что на свидание собрался.

Как это пошучу? Сегодня у Тани день рождения.

«Кто такая Таня?»

– А ты кто такой?

«Я – это ты, только немного взрослый и поэтому зовут меня Роман Григорьевич».

Я уже был готов услышать что-то подобное, а поэтому особо не удивился. Даже почувствовал облегчение и захотел подерзить, как настоящий подросток, который думает, что таким образом покажет свою значимость.

– Ну, тогда не тупи Роман Григорьевич. Ты и так все должен знать.

Танечка – девушка, с которой я пару месяцев назад познакомился в автобусе. Мы несколько раз подряд вместе ехали в переполненном шестьдесят втором, и я всегда пялился на яркую девушку, выглядевшую в автобусной толчее, как ягодка, спрятавшаяся в крапиве. Долго не решался подойти к красавице, пока однажды не набрался храбрости и не вышел за ней на остановке.

Я шел за ней и делал вид, что с интересом разглядываю обшарпанные дома, пока Таня не обернулась, и засмеявшись, не сказала:

– Ну, догоняй тогда, не плетись сзади.

Таня на несколько лет старше, можно даже сказать, что она - взрослая. Таня всегда ярко накрашена и шикарно прикинута. Она невысокая, очень красивая, и у нее мальчиковая стрижка, как у моделей в Бурда моден.

– Ромка! Свой день рождения я буду праздновать только с тобой! Приходи в шесть, – сказала Таня позавчера. Мы, как обычно, были в квартире какой-то Таниной подруги. У Тани были ключи, и мы пару раз в неделю встречались здесь. Я еще валялся на диване, когда она вышла из ванны уже одетая, накрашенная, готовая бежать дальше по жизни.

– А дома праздновать не будешь?

– А с мужем и родителями будем праздновать в субботу. Может придешь? Я буду только рада. – смеется Таня.

Воспоминания о будущем, мысли в прошедшем времени, о том, что будет в будущем, то есть о том, чего еще не было, но уже произошло, перешли в приступ головной боли. Вспомнить будущее - как-то это неправильно. Да и ладно. Не буду забивать себе голову. Этого еще не случилось, а может, и вообще не случится.

Резкая головная боль быстро прошла, но оставила после себя четкое понимание, что она связана с мыслями о будущем.

Молодой растущий организм настойчиво требовал еду и, выкинув из головы ненужные мысли, я побежал на кухню.

Пока плескался в ванной и пытался вспомнить будущее, бабушка уже ушла в молочный магазин. Магазин «Молоко» рядом, через две панельных пятиэтажки, но пока она не обсудит с соседками проклятых империалистов, которые обижают Кубу и Афганистан, бабушка не придет.

На стене, около радио висел отрывной календарь. Бабушка называла его численник. Верхний листочек на шестое июля.

На столе, на деревянной разделочной доске, стояла сковородка с яичницей, из которой выглядывали обжаренные края крупно нарезанной колбасы. Чашечка чая, именно чашка, а не кружка, стояла рядом. Хлеб в хлебнице на холодильнике - вспомнил я сам.

Так вкусно я не завтракал лет тридцать. Что за бред вертится в голове? Тридцать лет не ел яйца с колбасой? Да я их почти каждый день ем, перед тем как идти в институт. О! Точно! Картинка сложилась. Институт. Второй курс. И самое главное – Каникулы!

После обильного завтрака снова прилег на диван. По телевизору шел «Сельский час» про битву колхозников за урожай. По радио тоже рассказывали, как хорошо в стране советской жить. Это не то, что хочется слушать семнадцатилетнему подростку, считающему себя абсолютно взрослым человеком.

На тумбочке рядом с диваном лежала открытая потрепанная книга. «Похождения бравого солдата Швейка». Неужели я это читал в юности?

«А че не читать-то? Юморная книга».

Начал читать книгу с развернутого места и втянулся. Блин, как же похоже на мое время. На то время, которое мне приснилось, или в котором я реально жил. Живу сейчас. Неважно. Очень похоже на те двадцатые годы следующего столетия, которые потихоньку стирались сейчас из моей головы.

Раздалась громкая, давно забытая трель домашнего телефона. С каким-то умилением поднял с рычажков гладкую трубку чехословацкого телефона красного цвета.

Позвонила подруга бабушки и сказала, что бабушка попросила дозвониться до меня и передать, что у неё приболела подруженька и она пойдет к ней, будет ухаживать, может, даже на ночь останется.

Жалко, конечно, больную бабульку, но так, может, и лучше. Не готов я пока спокойно с бабушкой общаться. Она меня практически одна вырастила, знает меня как облупленного и сразу заподозрит, что со мной творится что-то неладное.

Мама всё время в командировках. Вот и сейчас она в Хабаровск на месяц уехала. Откуда я это знаю? Не дури. Она сама мне сказала, когда уезжала.

Как и просила мне передать бабушка, пообедал остатками супа в холодильнике. Время уже пять. Пора собираться к Тане.

«Цветы, шампанское, костюм?»

Да что за глупости в голову лезут?

Привычно одел обтрепанные кеды и пошел в сторону центра. На улице все как всегда, но иногда взгляд словно спотыкается обо что-то. Бабушки в платочках около подъезда. Бочка кваса на перекрестке. Мало машин, а те, что есть модели 90-х годов.

– А ты что хотел увидеть? Космический корабль на гравицапе?

«Рома, давай не будем ругаться!»

Пока дошел до нужного дома в голове всё уложилось. Воспоминания о будущем остались, но я их сложил в отдельный сундук в дальней кладовке головы. Теперь, пока я их сам не доставал, воспоминания не лезли в мозг с криками, что всё не так, как должно быть.