Таракашка в моей голове (часть 2)

Глава 1

Заканчивался май. Сережка возвращался домой с заказа. Открыл дверь, зашел в квартиру. Тихо скинул куртку, открыл свою комнату. На его диване, обнимая подушку, спала Тая. Серый смотрел на нее и с улыбкой вспоминал, как увидел ее такой три года назад. Усмехнулся: тогда его это взбесило. Сейчас он встал перед диваном на колени, потерся носом о Тайкину щеку:

– Тая… Таюш, вставай, пары проспишь, – провел рукой по волосам.

Тая улыбнулась, по-детски причмокнула губами и повернулась на другой бок. Сережка усмехнулся, посмотрел на часы. Ладно, можно дать ей еще десять минут поспать.

Ушел в ванную, открыл горячую воду. Терся мочалкой почти с ожесточением: очень хотелось избавиться от невидимых следов чужих прикосновений, чужих поцелуев.

Лешки дома не было. Значит, опять ночует у своей Татьяны. Эти отношения сильно напрягали Серого. Нет, он был, конечно, рад за Леху. Парень аж светился, но Тая… Тая все чаще поглядывала на Сережку задумчиво и с упреком.

Когда у Андрея появилась Ирина (1), это было совсем иначе. Это была трагедия. Сначала совершенно невменяемая продажа этой девочки, будто она вещь, а не выступающий хореограф, а потом… Потом было море боли и отчаяния, и конечно, у Таи и мысли не было «а почему это им можно, а нам нельзя». Все, что пережила эта пара, вызывало ужас, сочувствие, но никак не зависть.

С Лехой совсем по-другому (2). Тут – классический роман, с конфетками и букетиками. И его женщина не эскортница, не стриптизерша… Никому не придет в голову сказать, что они одинаковые, поэтому и вместе. Она, бля, успешная бизнес-вумен. И он за ней тянется. Выныривает. Серый чувствовал, что Лешка вот-вот бросит контору. Заколебался за ним заказы подбирать, чтобы парня на штраф не ставить. Леха сможет. Это все понимают. И Серый все чаще видит в глазах Таи вопрос: «Если он может, то почему ты – нет?»

Сережка растер полотенцем волосы, подошел к дивану, снова склонился над Таей, коснулся губами плеча, зная, что прикосновение мокрых волос разбудит ее. Так и вышло: она вздрогнула, перевернулась на спину, потянулась:

– А! Серенький, – ее руки опустились к нему на шею, она притянула его к себе и впилась жарким поцелуем.

– Тая, – попробовал отстраниться, – опоздаешь!

– Я чуть-чуть! – ее руки уже заскользили по его спине, затаскивая Сережку на диван.

Ночь у Серого была та еще. Совершенно неугомонная дамочка, кажется, просто решила перепробовать все позы, которые накануне вычитала в женском журнале. Серому даже пару раз пришлось сымитировать. Еле отцепилась под утро. Серега так от нее устал, что еще десять минут назад был уверен, что на секс будет сутки не способен. Но, блин! Это же Тайка. От одного ее голоса по спине побежали мурашки. От ощущения ее теплой кожи, ее мягких, но настойчивых губ, от ее нежного цветочного аромата что-то теплое разливалось по его телу, концентрируясь в паху.

А Тайка между тем совершенно бесцеремонно залезла к Серому в штаны, нащупала твердеющий член:

– М-м, как он мне нравится! – протянула еще сонно.

Сережка хохотнул:

– Ты ему тоже! – позволил ей расстегнуть джинсы, обхватить его мужское достоинство пальчиками.

– Иди ко мне! – она попробовала стянуть с него футболку.

– А как же учеба? – Серый уже целовал ее плечи, но все еще не терял надежды отправить ее вовремя на пары.

– А если быстро? – она лукаво посмотрела ему в глаза.

– М-м… Девушка захотела быстрого утреннего секса? – Сережка коварно прищурился, наклонился, нежно прикусил мочку уха.

– Ну один разик можно? – кокетливо захлопала ресничками.

– Давай попробуем…

Сережка сбросил одежду, достал резинку.

– Дай, – Тайка выхватила у него презерватив.

Улыбнулся, отдал. Это была старая игра. Еще с тех пор, как он учил ее пользоваться контрацептивами. Тая словно обиженно сложила губки, зажав между ними свободный кончик резинки, и прижалась ртом к его члену. Двинулась вперед, плотно прижимая латекс губами. Серый шумно вдохнул, а она, будто распробовав, снова вернулась к головке, и снова проглотила его почти целиком, удерживая член у основания рукой:

– Если не остановишься – это будет очень быстрый секс, – предупреждающе просипел Сережка.

Тайка отпустила его, с довольной усмешкой повалилась на диван, утягивая Серегу за собой.

– Ты сверху!

– Как скажешь! – шутливо кивнул, раздвинул коленом ее ноги и уперся в уже влажное лоно.

– Ах, – вырвалось у Таи, а Сережка надавил и медленно, очень медленно двинулся внутрь.

Тайка попробовала двинуться ему навстречу, но он придавил ее бедра к дивану:

– Не дергайся! – улыбки на губах уже нет, а в глазах тот самый огонек, который Тайка обожала.

Сережка медленно дошел до конца, глубоко, очень, вжался в нее. Тая вздохнула, закрыла глаза.

– Открой, – почти прорычал. Ему этот ритм тоже давался с трудом. – Смотри на меня.

Послушалась. Вглядывался в нее, ловил каждую эмоцию в ее взгляде и медленно, очень медленно вышел. Тая не отрывала взгляда, будто загипнотизированная. Сережка так же медленно двинулся вниз, ее рот раскрылся в немом крике, будто умоляя его о чем-то, так же медленно вверх, она закусила нижнюю губу в нетерпении. Снова медленно вниз. Возбуждение, наслаждение, сладкое ожидание… Когда к этим эмоциям стало добавляться еще и мучение, Серый резко двинулся вперед, сжав при этом ее грудь свободной рукой. Тайка вскрикнула, Сережка рванулся еще раз, уже не сбавляя ритм. Тая зажмурилась, на ее лице сейчас была сладкая мука.

– Да! Еще! Давай же!

Он сжимал ее сосок, двигался все быстрее. Тая выгнула шею, откинув голову, вся напряглась и…

– Ай!!! Сережка! – она дрожала в его руках, а он двинулся еще раз и тоже со стоном кончил.

Уткнулся носом в ее шею, шумно дыша. Тайка! Что она с ним делает? Приподнялся на локтях:

– Это был достаточно быстрый секс? – искривил одну бровь.

– Он был достаточно утренний, – она выгнулась, как довольная кошка.

Глава 2

– Это каких? – выглянула из комнаты в еще расстегнутых джинсах и бюстгальтере.

Блин! До чего же хороша! Сережка аж замер на секунду. Улыбнулся.

– Принесешь пятерку – колечко тебе куплю! – ответил, еле сдерживая похабную ухмылку.

– Что значит, колечко мне? – возмутилась. – Колечко – это тебе! Мне бусики!

Тут уж не выдержал, рассмеялся. Поиграться Тая любила. И говорили они сейчас не о ювелирных украшениях.

– Ты сначала пятерку принеси! – подошел к ней, провел пальцем по кружевному краю бюстгальтера, поймал ее губы.

– М-м, – простонала она. – Вот это самый лучший завтрак!

Сережка потянулся, взял со стула рубашку, надел на нее. Принялся застегивать. Медленно, глядя ей в глаза, как во время секса. Тайка залилась румянцем, чуть приоткрыла губы, задышала тяжело.

– А… – отступила, – сейчас вообще никуда не уйду!

– Я вообще-то тебя одеваю, – вскинул брови с ухмылкой, поцеловал. – Ненасытная! Кофе в термокружку перелить?

– Ага, в метро выпью, – обвила руками его шею, снова поцеловала. – Я приду вечером?

– Вечером Леха может дома быть. Хрен его знает, что у него там. Давай я тебя встречу?

– Давай, – прошептала, нырнула в комнату за сумкой.

Сережка перелил кофе с молоком в термос, подал ей.

– Беги! Хорошего дня! – открыл дверь.

– До вечера, – она чмокнула его в щеку, побежала вниз по лестнице.

Серый посмотрел ей вслед, закрыл квартиру.

Бусики.

Неужели его девочка не достойна хороших бусиков? Прикинул, где можно купить камушки в ее стиле. Что-то полудрагоценное, но изящное. Ехать в Измайлово на ярмарку не хотелось. Там на синей ветке один магазинчик был…

Серый подумал, что можно вздремнуть пару часов, а потом… Потом надо будет найти бусики. Серые, под цвет ее глаз.

***

Чисто серые ни одни не понравились. Купил двойную нитку из серого агата, перемешанного с яшмой и бирюзой. Получался очень красивый, почти градиентный перелив от серого к голубому. Ей пойдет.

В начале пятого уже стоял в привычном парке у памятника. Три года… Три года на этом месте он ждет свою пташку. Каменный мужик во фраке стал почти родным. Серый усмехнулся, разглядывая давно почившего литератора – свидетелем скольких свиданий ты был? Эту мысль ему не дал додумать шум из распахнутой двери. Закончились пары, выходили студенты.

Она выросла. Все они выросли за это время. Юля, Света, Марина. И его Тая. Они больше не вываливались хохочущей толпой, скорее вышагивали, со знанием дела демонстрируя себя. Еще шумели, еще громко смеялись, но уже изящно закидывали голову, хохоча, и кокетливо прикрывали рот ладошкой, когда смущались или удивлялись. Уже не девочки, уже молодые женщины.

Волна тепла и желания разлилась по Сережкиному телу, когда он увидел Таю, идущую к нему. Плавные движения бедер, красивый взмах рукой – обернулась, помахала подружкам. Те, снисходительно улыбнувшись, помахали ей и Сереге. Кивнул им головой, вернулся взглядом к своей девочке. Переходит дорогу, смотрит на него, довольно щурится, то ли от ожидания встречи, то ли от солнца. Сережка выбросил окурок, двинулся к ней, потянулся за сумкой, как всегда неимоверно тяжелой. И тут ее сзади нагнал какой-то придурок.

Глава 3

– Тая! – какой-то рябой парень в очках, впрочем, довольно симпатичный, нагнал ее, схватил за плечо.

– Фима?! – Тая ошарашенно оглянулась.

– Тая, привет! – парень, будто нехотя, оторвал взгляд от нее, обернулся на Серегу, стоящего рядом с ее сумкой, протянул ему руку. – Я – Ефим.

Серый кивнул, нехотя пожал руку:

– Сергей.

Сохранять ровный тон было очень трудно. Серый стиснул челюсти, сжал кулаки, но… Но разве не этого он от нее требовал? Задержал дыхание, отступил на шаг, оставляя этих двоих вроде как на едине.

– Сережа. Мой друг, – чуть напряженным голосом объяснила Тая. Его знала половина Тайкиной группы. Друг. И все. – Фима, – она обернулась на Сергея, – мой сокурсник.

– Тая, – начал было очкарик, – я хотел… Я… Ты сегодня занята?

– У нас были планы, – она оглянулась на Серегу, ища поддержки.

Да щас вот. Тот вскинул бровь:

– Можем отменить.

– Нет! – почти выкрикнула, обернулась к Фиме. – Прости, я долго этого ждала.

Серый отвернулся с ехидной улыбкой. Своими планами он с ней не делился.

– Ну, – разочарованно протянул парень, – может тогда завтра?

– Да! – излишне бодро кивнула Тайка. – Можно завтра, можно в выходные!

– Хорошо, – парень расцвел. – Тогда спишемся, – он наклонился и несмело клюнул ее в щеку.

Тайка ободряюще улыбнулась, пожала его ладонь и демонстративно отвернулась к Сереге. Тот уже почти успокоился. Он видел, что у очкарика шансов нет. Сейчас в Сером просыпалось скорее злорадное ехидство. Очень хотелось спросить ее, чего же она так долго ждала.

Мужчины попрощались кивком. Серый руку не протянул умышленно, а Фима был слишком поглощен Таей для эдаких политесов. Они медленно пошли к метро, а парень замер, провожая их взглядом.

Серый молчал, закусив губу. Тайка не выдержала первой:

– Слушай, вот он же сейчас меня явно клеил. С поцелуями лез, – спросила с вызовом. – Тебе как? Нормально?

– Я тебя с утра трахал, – откликнулся Сергей тем же тоном. – Ему как? Нормально?

Замерла, уставилась на него ошарашенно.

– Да блин! – пихнула его в бок.

Серый рассмеялся, оглянулся. Фимы уже не было видно. Достал из кармана свою покупку, зашел Тайке за спину.

– Постой секунду.

– Это что? – она вздрогнула от прикосновения прохладных камней к своей шее.

– Бусики, – Сережка вскинул бровь.

– Ах, – погладила их пальцами, попробовала рассмотреть, не снимая. – Красивые, – озорно на него посмотрела. – А я сегодня пятерок не заработала.

– Значит, потом отработаешь, – Серый стоял уже к ней лицом, меньше, чем в шаге, почти вплотную. Тон его был мягкий, загадочный.

Тайка закусила губу, посмотрела на него возбужденно. Серый решил, что сейчас самый лучший момент позабавиться.

– А ты мне можешь сказать, – спросил нежно, – чего ты так долго ждала? – расплылся в улыбке.

Распахнула глаза, не понимая, потом вспомнила, фыркнула, расхохоталась. Сережка улыбнулся ей в ответ.

– Да ну тебя! – отмахнулась от него. – Что угодно, лишь бы не идти никуда с этим! – кивнула головой в сторону института.

– Да ладно, – у Серого облегчение прохладной волной разливалось по телу. – Вроде нормальный парень.

– Его зовут Фима! – почти выплюнула имя несчастного очкарика. – Этим все сказано!

– Блин! – усмехнулся. – Что за дискриминация? Ты сама Робертовна!

– Ага! И мать у меня Ираида Львовна, но я сейчас не о национальности! Единственный вариант использования имени Фима, который всплывает у меня в голове, это старая еврейка, орущая на весь двор: «Фимочка, пора кушать!»

Оба рассмеялись. Серый покачал головой.

– Жестокая женщина.

– Да ну нафиг! – фыркнула. – Тем более, он совершенно точно не пройдет проверку Андреем!

– Проверку Андреем? – Серега нахмурился.

Была года полтора назад история, когда ее ухажеру морду набили. Серый честно пытался абстрагироваться и не лезть, но не вышло. Тайка на них тогда громко орала. Причем на всех троих. Сереге тоже досталось. Немного на другую тему, конечно. Но вроде больше случаев рукоприкладства Серый не знал.

– Он что, опять вмешивается?

– Он всегда вмешивается! Думает, что я не знаю, – закатила глаза. – Если я сходила с парнем в кино, то следующее свидание у этого несчастного будет с Андреем!

– Блин! – про себя Серый выругался гораздо жестче. А еще подумал, почему это к нему не лезут, раз такой контроль. – И что? Никто не выдерживает?

– Есессно, – смеясь, подтвердила Тая. – Сразу же растворяются.

– Надо будет с ним поговорить, – буркнул себе под нос.

– Не смей! Это же шикарный фильтр! – она вскинула бровь, пояснила ничего не понимающему Сереге: – Ты сколько добивался у этих двоих права просто общаться со мной?

– Ну да, – хмыкнул Серый. – Это был веселый год.

– Ну вот, – пожала плечами, – А эти все после первого же, – вскинула палец вверх, – аккуратного, – подчеркнула это слово, – разговора сливаются! Это что значит?

Серый промолчал, а она сама закончила свою мысль:

– Это значит, не очень-то им и хотелось, а посему, – взмахнула изящными ручками, будто пыль стряхивала, – пусть идут нафиг!

Вслушивался в ее голос. Нет, не в рассуждения, скорее в тон, которым она это все говорит. Беспечный, игривый. Ее такое положение дел вполне устраивает. И его условие соблюдает, и… Тайка! Усмехнулся про себя. И кошки сыты, и рыбки целы. Наплевав на близость к ее институту, обхватил ее за плечо, прижал к себе. Тая с удовольствием вжалась ему под мышку, довольно улыбнулась.

– Так куда пойдем?

– Пошли поедим? Я голодный.

– Нифига себе, а кому я готовлю?

– Мне, но когда это ты отказывалась от еды? – внимательно на нее посмотрел. – Ты не заболела?

– Нет! – фыркнула. – Пошли. Может, домой?

– Сейчас Леха дома. В ночь уйдет.

Серому было все сложнее оставаться с Тайкой при друзьях. Он старался этого избегать. Почти добился того, что их вместе никто не видел. Мужики просто постфактум замечали – ага, Тайка приходила. Или она зависала в их компании без него.

Глава 4

В доме престарелых перемен практически не было. Даже если администрация делала ремонт, они старались подобрать почти тот же оттенок краски, так же расставить мебель, оставляли на стенах те же картины. Особенно в том крыле, где каждая перемена могла довести больного человека до паники и истерики.

Сережка проводил бабушку в ее комнату и направился к административному крылу. Ему хотелось поговорить с главврачом. Возглавлял лечебное отделение опытный психиатр-герантолог Олег Иванович Зиманько. Его имя знали в столице. В своих кругах он был важным человеком. Поэтому, Серый даже удивился, когда врач сам нагнал его в коридоре.

– Сергей Юрьевич, Сергей Юрьевич, – высокий, полноватый мужчина в очках нагнал Серого и по-свойски взял его под руку, – Сергей Юрьевич, хорошо, что я вас встретил.

– Да я вообще-то сам к вам шел, – Серега смутился от такого внимания.

– Да? А по какому вопросу? – оживился Олег Иванович.

– Давайте вы первый, – улыбнулся Серый абсолютно мальчишеской улыбкой.

– Я хотел поговорить про курс лечения вашей бабушки, – Зиманько открыл кабинет, широким жестом пригласил Сергея войти. – Тут нам фармкомпании новый препарат анонсировали. И вы знаете, впечатляют результаты испытаний! От обычного сермиона эффекта уже практически нет, – Олег Иванович сморщил нос. – А тут как раз все под вашу картину болезни. И главное, с препаратами от давления хорошо сочетается, – главврач посмотрел на него поверх очков. – Только вот цена немного кусается…

Сережка замер на вдохе.

– Насколько кусается?

– Ну, вот… – Олег Иванович смущенно протянул ему упаковку с наклеенным ценником.

– А вы считаете, что оно может дать эффект?

– Вы понимаете, – геронтолог откинулся в кресле, – процессы, идущие в головном мозге вашей бабушки, уже необратимы. Мы не вернем ей ясность ума. Но мы можем затормозить распад личности!

– Если вы считаете, что оно поможет… – Серый смутился.

Опытный психиатр легко это считал:

– А у вас ко мне какой был вопрос?

– Я… – Сережка замялся, – я хотел спросить, какова будет ценовая политика вашего заведения в ближайшие, – снова помедлил, – допустим, лет пять? Не планируете ли вы значимо поднимать оплату?

– Простите… – Олег Иванович снял очки, подался вперед, рассматривая Сергея. – Простите… Вы знаете, – он отвел глаза, – основная часть стоимости пребывания здесь – это пансион и заработная плата сотрудникам. Зарплаты у нас индексируются раз в год согласно законодательству, не меньше, чем на процент официальной инфляции, но ценники на еду… И коммунальные… – главврач расстроенно развел руками. – Стараемся повышать, в общем, не более, чем на пять процентов. Но вы знаете, – вдруг с жаром произнес он, – мы же всегда можем перевести бабушку в пятиместный номер! Или немного подкорректировать ей меню… Она, например, совсем у вас не ест рыбу…

– Да нет, – Серый, кажется, даже покраснел, – нет! Вы меня неправильно поняли. У меня нет проблем с доходами, я просто планирую крупную покупку, – пожал плечами. – Кредит, проценты... Сами понимаете.

– А! – Зиманько кивнул с облегчением. – Да. Понимаю. Да.

– Нет, я никуда бы не хотел сейчас переводить бабушку. Мне кажется, – он внимательно посмотрел на врача, – ей это не пойдет на пользу.

– Хорошо, что вы это видите, – кивнул геронтолог. – Старики с деменцией… Они хуже детей, – вздохнул. – Вы простите, что я предположил… – отвел глаза. – У нас же тут… Вы знаете, у нас тут нет миллионеров! И сами мы отнюдь не богачи. Вот я раньше в государственном интернате работал, – тон его изменился, лицо помрачнело, – вы удивитесь, но там я дважды встречал родителей очень знаменитых и богатых людей.

– Всякое бывает, – кивнул Сережка. – Так что насчет нового препарата? Если вы считаете, что он лучше…

– Давайте сделаем знаете как? – Олег Иванович засуетился, листая бабушкину карту. – Я попрошу у фармкомпании три пачки на тестовый курс. Попробуем. Если будет эффект, то вот это и вот это, – он ткнул пальцем в лист назначений, – отменим, а новый препарат назначим. Выйдет не сильно дороже.

– Спасибо, – несмело улыбнулся Серый. – Давайте.

– Да, – задумчиво протянул Зиманько, разглядывая ее карту. – У нее же только вы?

– Да, – кивнул. – Только я. Она меня воспитала.

– Хорошо воспитала, – удовлетворенно кивнул главврач.

На это Серый ничего не ответил. Пожал врачу руку и откланялся. Шел через уже знакомый лес и думал: «Ничего не выйдет… Надолго накопить не получится, слишком большая сумма. И будет расти, – вздохнул. – Прости, Тайка».

***

Домой Серый пришел в пятницу утром. С четверга был заказ на вечер. Клиентка оставила его с собой на ночь и даже завтракать. То, чему он раньше был бы рад – все-таки оплата за сутки, – сейчас вызывало отвращение и раздражение. Не хотел он с ней завтракать. Да и ночевать с другими женщинами становилось все труднее. Сейчас у него было меньше половины дня, чтобы выспаться и подготовиться к новому заказу. После разговора с бабушкиным врачом он был жутко расстроен, а голодная во всех смыслах дамочка его утомила и выбесила. Вошел в квартиру и почти сразу же споткнулся о Тайкины кроссовки. Она здесь. Зачем?

– Привет! – вынырнула с кухни в одной футболке. Теплая, сонная, пахнущая кофе и почему-то ванилью.

– Привет, – улыбнулся ей.

Что бы ни творилось в его голове, тело было очень радо ее видеть.

Тайка шагнула к нему, обвила шею своими длинными изящными ручками, чуть коснулась щеки виском.

После заказа никаких поцелуев. Сначала душ. Это было его правило, которое она и не пыталась оспаривать.

Потерся о ее ушко кончиком носа, чуть обнял и вырвался в ванную. Сбросил в стирку одежду, встал под струю воды – безжалостно смывал с себя чужие запахи, чужие прикосновения. Понизил температуру. Пара минут под почти ледяным душем заставила проснуться. Натянул домашние джинсы с футболкой на влажное тело, вышел на кухню.

– Ты почему здесь? – спросил Таю, что-то листающую в телефоне.

Глава 5

– Хочу, – ее голос тоже вдруг стал глухим и тихим. – Хочу и жду, – процедила сквозь зубы.

– Чего ты хочешь? Хочешь приличной семьи, совместных обедов, прогулок под ручку по выходным? Хочешь, чтобы я на тебе женился? Тай? Да ради бога! Хоть завтра! Дорогая, я буду твой по вторникам и четвергам! Тебе подходит?

– Подходит, – прокричала и пулей вылетела из кухни в комнату.

Серый остался стоять около холодильника. Устало закрыл глаза, склонил голову на грудь, упер руки в бедра. Ждал. В голове крутились два вопроса: «Как сделать так, чтобы она захотела уйти?» и «Как это пережить?»

Минут через пять Тая снова выскочила в коридор. Одетая, с сумкой на плече.

– Жду приглашения в ЗАГС!

Хлопнула входная дверь.

Серега прислонился спиной к стене, уперся в нее затылком. Глаза так и не открыл.

***

Он не видел ее уже двенадцать дней. Двенадцать с половиной. Наверно, мог бы ответить и в часах, если б захотел. Чувствовал каждый из них: день, час, минуту. Каждую секунду, вытягивающую из него жилы, выворачивающую наизнанку, разрывающую тупой болью изнутри.

Он сам себя уговаривал, что это пройдет. Должно пройти, просто обязано. Прошла же Лерка, значит, пройдет и Тайка. Сначала утихнет боль, потом сотрутся мелкие детали, потом останется только образ, послевкусие. Звук ее смеха, жар ее прикосновения, запах ее кожи, сияние ее глаз.

Серый впервые радовался, что у Лехи есть Татьяна. Тот почти не бывал дома, и им удавалось не пересекаться. Сережка брал все заказы, какие мог, домой заходил только помыться, сменить вещи, да и то не каждый день. Это было похоже на бег – не дай бог, кто-то остановит. Не дай бог, кто-то что-то спросит.

В это утро вернулся домой поздно. Почти в одиннадцать. Леха сидел за столом, листал свои старые учебники и конспекты.

Черт! У Серого внутри все оборвалось – значит, будет восстанавливаться. Откуда-то поднялось злорадное: «Я говорил – не бросай!» – а потом… Потом он заставил себя не завидовать и порадоваться за друга. Хоть кто-то будет нормально жить. Выдохнул, скорчил морду лица попроще, зашел в кухню:

– О! Привет! Давно не виделись, – обрадовался Леха.

– Угу, графики не совпадают, – Серый отвернулся к чайнику.

Леха ничего не заметил, только усмехнулся.

– Слышь, а ты во вторник свободен? – почему-то спросил он.

– Пока да, но если что-то подвернется – возьму, – отозвался беспечно.

– Че эт ты? – друг поднял на него заинтересованный взгляд. – Без выходных, без проходных.

Серый промолчал. Леха снова уткнулся в тетради:

– Там Андрей собирает всех на даче.

Всех?! Ну нет! Этого Серый не выдержит.

– Слушай, не уверен, что смогу…

– Вообще, он в честь днюхи, – Леха снова внимательно посмотрел на друга. – Он собирался тебе позвонить сегодня - завтра. И это, – расплылся в застенчивой улыбке, – я Татьяну привезу.

Сука, бля! Только этого ему не хватало! Собраться в одной компании с Таей, да еще и Лешка свою пассию притащит. Вскинул брови, посмотрел в окно:

– О! Ну это многое меняет! – собрал всю волю в кулак, улыбнулся другу. – Такой шанс я не могу упустить!

Леха смущенно рассмеялся, и, как водится у влюбленных, ничего не заметил. А Серега залил кофе во френч-прессе кипятком и отправился в душ. Его аж тошнило от злости и обреченности.

Во вторник утром взяли машину напрокат, подобрали Рыжего и отправились к Татьяниному дому. Наверное, именно такой Сережка ее себе и представлял: красивая, спокойная женщина с очень умными глазами. Смущается из-за двусмысленных шуточек и смотрит на Леху влюбленно. А уж как он на нее смотрит, лучше вообще не говорить. С обожанием, восторгом, преклонением! И это еще не все эпитеты.

Серый очень хорошо его понимал.

Вел машину Леха. Серый водить умел, но прав не было. Рыжий, кажется, родился в автомастерской где-то между компрессором и подъемником, и права на все категории получил вместо свидетельства о рождении, но ему с утра приспичило пивка глотнуть.

Собственно, никто не был против – Леха классно водил. Татьяна села рядом с ним на переднее пассажирское, мужики сзади. Они тихо переговаривались между собой о ежедневной ерунде ровно до того момента, пока Татьяна, не отдавая себе отчета, взяла Леху за руку. Просто вложила свою ладонь в его. Серый замер на полуслове. Рыжий проследил за его взглядом и тоже вскинул брови. Это вам не показные нежности, ребята. Это что-то очень интимное. Оба на заднем сиденье замолчали, каждый задумался о своем, но уже никто не сомневался – у этих двоих все серьезно.

Таю Сергей увидел почти сразу. В смешной юбке в цветочек, ряд пуговок спереди, какие-то сандалии, короткий топ. Без лифчика, твою мать, как всегда. Видимо, замерзла, видны напрягшиеся соски. Закусил губу до боли, лицо исказила мучительная гримаса, и тут он встретился с ней взглядом. Замерла, широко распахнула глаза, приоткрыла рот и… отвернулась: ее окликнули – к женской компании подошел Андрей с Татьяной под руку.

Серый видел, что внимание приковано к новой гостье, сам подхватил одну из привезенных сумок, отнес ее к мангалу. Пока Андрей занят, можно тут постоять с умным видом.

Их с Ириной домик стоял на самом краю деревни, у пожарного пруда. Красивый, дощатый, с резными окладами. Иришка выкрасила дом в светло-голубой, а ажурные оклады окон и крыльца в белый. Смотрелось очень мило.

Под окнами была разбита миниатюрная клумба из многолетников, остальная часть двора была отдана под газон и беседку. Забор, который делил двор и пруд, убрали. Они прошлым летом все вместе немного расчистили берег и то, что смогли, по дну, и сейчас все выглядело просто потрясающе. В планах у Андрея было еще сделать дощатый помост. Ему очень нравилась близость к воде.

Серый с тоской осматривал двор. Он понимал, что если рвать с Тайкой, то ему придется уходить из этой компании, а они ему стали почти родными. Стоп! Что значит, если?! Обернулся на женский смех. Тайка смешно слизывала майонез с рук, девчата хохотали, разливая по бумажным стаканчикам вино. Черт! Серегино сознание тут же услужливо подсунуло ему парочку воспоминаний, когда она точно так же облизывала… Шумно выдохнул, отвернулся. Черт! Только утром с заказа! Мог бы и не реагировать! Но… Ничего не мог с собой поделать, что-то теплое и тугое уже ворочалось в районе поясницы.

Глава 6

Девчата накрывали под навесом стол, сновали туда-сюда по двору. Серый замер у огня, крепко стиснув зубы. Ему ни с кем не хотелось общаться. Просто стоял и смотрел на компанию.

Леха. Аж светится. Татьяну одобрили. И ей компания понравилась. По крайней мере, женщины. Ему приятно.

Андрей. Хозяин. Ему надо все проверить, все развести по нужным точкам, все продумать, все учесть. Он от этого кайфует. Да уж, если Серый правильно понял, Мотя его управляющим спортзала поставить хочет. Наверное, и не только спортзала. Андрею подойдет. Он там будет на своем месте. Серый усмехнулся – эта его привычка вечно все контролировать сослужит ему хорошую службу. Андрюха молодец. И Иришка у него хорошая.

Катя и Марк. Холеные, жеманные, лощеные и… такие беззащитные. Оба. Как два бездомных котенка, сбившихся клубком. Отлично дополняют друг друга.

Игорь. Звезда. Божественно красив, умен, обаятелен, играет на гитаре, танцует танго. Яркую женщину рядом с собой ни за что бы не потерпел. А вот серая мышка Настя – то, что ему нужно для душевного равновесия и полного счастья. Тая с ней дружит. И Андрей о ней хорошо отзывался. Нежная улыбка, теплый взгляд. Был у этой девочки в прошлом один глобальный пиздец. Удивительно, но после того, что с ней произошло, именно рядом с Игорем она чувствовала себя защищенной. Даже стала оттаивать, расцвела. Очки вот на линзы сменила. Хорошенькая.

Серый окинул критическим взглядом Настину водолазку и подумал, что в этом стиле одежды, наверное, больше здравомыслия, чем стеснительности.

Солнце то и дело пряталось за облаками, а если еще и поднимался ветерок, то… То на Тайку откровенно пялились. Как его зовут, этого татарина? Серый стиснул зубы. Тимур или Руслан? Нет. Тимур. Это были ребята из зала, Серый их плохо знал. Вот этот вот, расплывшийся громила – Саня. Он как-то недобро смотрит то на Леху, то на Таньку. И уже набрался. Добром это не кончится. Мордобой в своем гнездышке Андрей устраивать не позволит, но мужик схлопочет однозначно. А вот еще один спортсмен. Невысокий, но крупный, накачанный. Мусульманин, мать его так. Не пьет совсем. Уже в открытую с Тайкиных сисек глаз не сводит, чтоб тебя, скотина!

Тая вынесла с кухни тарелку с буррито – девчонки завернули в лаваш колбасу, помидоры, капусту. Если все это чуть обжарить на решетке, будет офигенно вкусно. Принесла к мангалу.

– Ой, как у вас тут хорошо! – она потерла себя ладошками по предплечьям.

– Приходите почаще, – осклабился Тимур.

Серый молча стащил с себя кофту, накинул ей на плечи. Тая вскинула на него удивленный взгляд.

– Мне у мангала жарко, – ответил, не глядя ей в глаза.

Поджала губы, но кофту не сняла, снова упорхнула к столам.

– Эх, такую красоту прикрыл, – разочарованно протянул татарин, когда Тайка отошла.

Серый из последних сил стиснул зубы. Дико хотелось вмазать этому козлу, но остатки здравого смысла и уважение к хозяину дома его останавливали. Перевернул решетку, обернулся к татарину:

– Нож подай, кажется, уже готово…

Шашлык выложили в большие миски, подали к столу. Как водится, звучали тосты, Игорь взял гитару, ребята смеялись, шумели. Андрей выглядел довольным. Серега жутко хотел напиться, но понимал, что тогда не сможет держаться.

Тая… Такая теплая, близкая, родная, красивая… Она совсем рядом. И то, как она смотрит на него… Что она ему крикнула, уходя? «Буду ждать приглашения в ЗАГС»? Ну да… Она-то ссориться не хотела.

Серега опрокинул в себя стопку чего-то крепкого и встал из-за стола:

– Послежу за мангалом.

Мяса было еще много. Если упустить угли, то заново придется раскладывать огонь.

Подкинул дров, дал прогореть. К Сереге подошли Андрей с Тимуром. Андрюха притащил из дома еще одну кастрюлю шашлыка:

– Че, еще рано выкладывать? – заглянул в мангал.

– Горят еще, – Серый подвинул бревнышки. – Минут десять дай.

– Угу, – Андрей поднял глаза на людей во дворе. – Таракашка в твоей кофте?

– Угу, – больше комментировать не стал.

– Я ж и говорю, – встрял не очень близкий им Тимур, – такую красоту закрыл!

Андрей посмотрел на него удивленно, вроде как даже ошарашенно, а Серега с трудом удержал злорадную ухмылку. Тимур, несмотря на то, что был трезв, подвоха не почувствовал. Может, потому что смотрел не на Андрея, а на Тайку.

– Интересно, а эти ее пуговки, – татарин указал взглядом на юбку, – расстегиваются? Или так? Для модели…

– Ну ты это, – Андрей приосанился, – если ловкий – проверь.

– И если смелый, – Серый затянулся сигаретой, чисто чтобы скрыть смешок.

– В смысле? – Тимур наконец-то обернулся, наткнулся на потемневший взгляд Андрея. – Я это, – парень смутился, – я думал, ты с… – непонимающе обернулся в сторону Ирины.

– Я с Ирой, – хохотнул Андрей. – Но Тайка мне тоже не чужая. Считай, сестра, – помедлил и уточнил: – Младшая.

Тимур побледнел.

– Не, если ты с серьезными намерениями… – спохватился Андрюха.

Тут уж Серега не смог сдержать смеха. Даже сигарета не спасла.

– Ты че ржешь? – обернулся на него друг.

– Да ниче… Сколько их было? С серьезными намерениями.

– Да хрен его знает, – невинно пожал плечами Андрюха. – Последний – Фима.

– Фима? – Серый нахмурился. – Он-то зачем?

– А ты его знаешь? – взгляд Андрея стал очень внимательным, а тон вкрадчивым.

– Да так, – пожал плечами Серый, – видел один раз. Но у него шансов было ноль. Честно.

– Мы тоже так решили, – согласно кивнул Андрюха.

– Короч, – Серый повернулся к Тимуру и наконец высказал ему то, что хотел: – Нехер на Тайку засматриваться. Себе дороже.

– Да я че, – ретировался тот, – я ниче.

– Не, – снова завел Андрей, – если ты всерьез… Мы так… Просто присматриваем.

– Ага, оно и видно, – нервно усмехнулся Тимур и отошел от мангала.

– Мясо давай, – с широкой улыбкой повернулся к Андрею Серега. – Готовы угли.

– Че-то я не подумал, что у нас тут не все из конторы, – посетовал вполголоса Андрей. – Надо было свободных девок пригласить.

Глава 7

Она сама, напротив, будто обмякла, вытянула шею ему навстречу, ее губы приоткрылись. Между ними было меньше шага, ни он, ни она не могли даже пошевелиться. Весь мир сжался до этого квадратного метра на холодной деревенской кухне. Пространство вокруг заполнял тихий звон, в который вплетались мягкие звуки снаружи. Он чуть наклонился, она подалась к нему.

– Тайка! Ты скоро? – Катин голос вмиг разбил их стеклянный шар.

Серый отпрянул, Тая нахмурилась, резко обернулась, подхватила со стола упаковку лаваша и выбежала во двор.

Серый остался стоять в доме, тяжело вздохнул, повернулся к столешнице, уперся в нее руками. Тайка. Тая. Тая!!!

Ему казалось, что день тянется бесконечно долго. Невыносимо длинный вторник. Когда стало смеркаться, вздохнул с облегчением – значит, скоро уезжать. Но, похоже, остальных все устраивало, и никто расходиться пока не собирался. Андрей торчал у мангала – Леха вынес ему последнюю порцию мяса, нашел взглядом Татьяну, стоявшую на берегу пруда, ушел к ней. Катя решила пожарить овощи на решетке. Девчата уселись за столом играть в какую-то примитивную настолку – самое то для нетрезвой компании. Игорь играл на гитаре, Марк сидел рядом с ним, разливая по рюмашкам коньячок.

Тая оторвалась от игры, оглянулась. Поднялась, ушла на садовые качели, уселась, подобрав под себя ноги. Конечно, ей в сандалях холодно! Серый выругался про себя, поискал глазами одеяла.

– Марк, дай плед, – окликнул друга Серега. – У тебя за спиной сумка.

– Че, замерз? – хохотнул тот.

– Я? Нет. Но есть тут у нас кое-кто в юбке…

Все обернулись на Таю, которая действительно зябко съежилась на качелях, натягивая Серегину кофту на колени.

– А че? – возмутилась таракашка. – Хорошая юбка!

– Шикарная! – съязвил Серега.

– Очень удобная, – добавил Игорь и сдавлено хохотнул. Он был в курсе разговора про пуговки.

Серый посмотрел на него укоризненно, а Тайка непонимающе.

– Вы о чем вообще? – она старательно куталась, игнорируя их замечания.

– Ни о чем, – Серый отвернулся, уходя.

– А ты сам не замерз… – она поправила на себе его кофту.

– Возьми его под одеялко! – хохотнул Игорь.

– А что? Иди! – Тайка откинула полу пледа, призывно смотрела на Серегу. – Я так быстрее согреюсь!

Серый смерил ее испытывающим взглядом, помолчал пару секунд, подумал и… подошел. Сел рядом, давая Тайке опереться спиной на его грудь. Она быстро устроилась у него под мышкой. Плевать на всех, им офигительно хорошо и удобно.

– О! – оглянулась от мангала Катя. – Вечер становится томным!

– А идите вы! – огрызнулась Тайка. – Я с него кофту стащила, хоть так погрею!

Компания засмеялась, впрочем, прощая им двусмысленность ситуации. Игорь заиграл громче, кто-то что-то стал напевать. Тая прислонилась к Сережке плотнее, потерлась затылком об его плечо. Он повернул голову, поймал губами ее волосы, вдохнул их аромат. Тайка почувствовала, что он стал дышать глубже. Повернулась, посмотрела в его глаза и увидела в них тот самый огонек, который ее дико заводил. Серому жутко надо было почувствовать, что она его. Только его. Он чуть закусил нижнюю губу, его грудь вздымалась от глубоких частых вдохов, его рука опустилась под одеяло, Тайке на бедро.

Отвернулся от нее, сделал вид, что очень заинтересован костром и Катей у мангала, а рука заскользила по ее ноге, ничуть не стесняемая тонким цветастым шифоном. Тайка перевела взгляд, сейчас она смотрела на гитару, но тело ее двинулось навстречу Сережкиной ладони, она согнула одну ногу в колене, делая так, чтобы никто не заметил его движений под пледом. Услышала, как Серый задержал дыхание, почувствовала, как его рука, расстегнув пару пуговиц на юбке, соскользнула внутрь.

Тайка боялась пошевелиться, замерла в ожидании. Сережка провел кончиками пальцев по внутренней стороне ее бедра. Сначала по тому, которое было опущено, потом тронул аккуратно поднятую ногу, а потом его рука остановилась между ними, накрыла ее трусики.

Тайка вздрогнула, он сильно прижал ее плечом к себе, повернулся к ней, поймал ее взгляд. Играет гитара, шумят вокруг ребята, шипит баклажан на мангале, а Сережка смотрит ей в глаза, будто спрашивает. Она медленно опустила ресницы: «Да».

Серый снова отвернулся, а его пальцы отодвинули край ее трусиков. Тайка вздрогнула, когда он коснулся ее губок. Сережка замер, но пальцы не убрал. Надавил, вошел глубже, провел средним пальцем от клитора к влагалищу и обратно. Тайка рвано охнула, впрочем, на это никто не обратил внимания, а Сережка замер. Дождался, пока она снова задышит ровно, и проделал тот же путь, только настойчивее, добавив еще один палец. Нырнул во влагалище, набрал немного смазки, вернулся к клитору. Тайка вжалась в его грудь всем телом. Чуть заерзала. Сережка снова замер. Она оглянулась. Он смотрел на костер, но на губах у него играла довольная, можно даже сказать, коварная улыбка. Увидел ее вопросительный взгляд. «Не дергайся», – прошептал еле слышно. Тайка закрыла глаза, снова отвернулась к гитаре, послушно замерла. Сережкины пальцы продолжили свою игру.

Вверх, к клитору, вокруг него, плавно вниз, до самого влагалища, чуть замерли, прижались, помассировали, и назад… Еще движение, большой палец на клитор, средний во влагалище. Большой просто прижал, а средний двинулся вглубь, вернулся назад, вынырнул, поднялся к клитору, круг вокруг него, еще один, прижал, еще раз. Тайка рвано вздохнула, дернулась, пальцы замерли. Она чувствовала, что Сережка тяжело дышит, музыку уже не слышала, только стук крови в своих ушах. Попробовала расслабиться, откинулась на него. Провела замутненным взглядом по лицам друзей. Никто не обращал на них внимания: девчата играли, кто-то разговаривал, кто-то просто слушал гитару, глядя на костер. Тайка сглотнула и двинула попой чуть навстречу Сережкиной руке. Продолжай.

Скорее почувствовала, чем увидела его улыбку. Рука задвигалась снова. Вверх, вниз, круг вокруг клитора, пальцы нырнули во влагалице, прижались к его передней стенке, вперед-назад, сильно, быстро, вернулись на клитор, круг, еще раз. Боже! Да!

Глава 8

Тайка покраснела, а все окружающие восприняли это как шутку и рассмеялись.

– Да нет! Серьезно, вкусно, – Тая подскочила к расстроившейся Кате. – Давай немного розмарина добавим. И соли.

Она посыпала чем-то тарелку, накрыла крышкой:

– Ща, специи раскроются! – обвела взглядом друзей.

Сережка наблюдал за ней с улыбкой, медленно откусывая от ломтика баклажана…

***

На следующее утро ему пришло сообщение в чате.

Тая: Поговорим?

Черт! Конечно, поговорим! А хотелось бы и больше. Леха ушел на собеседование. Неизвестно, куда и когда вернется, но Тайку жутко хочется видеть. Наедине.

Сергей: Встречу после пар?

Тая: Ок. Буду ждать.

Опять каменный мужик рядом, опять студенты вокруг, только в этот раз Серый ничего не видел и не слышал. Все нервировало, все раздражало. Посмотрел на часы: еще двадцать минут, еще двенадцать, семь…

Она вышла медленно, даже степенно. Папка с рисунками, прижатая к груди, опущенный подбородок. Нашла взглядом Серого, тут же отвела глаза. Вроде шла к нему, но ни намека на прежнюю легкость или радость от встречи.

– Привет, – подошла, замерла в шаге от него. Личико серьезное, бровки нахмурились.

– Привет, – у него голос сорвался на хрип. Смотрел на нее жадным взглядом и проклинал все условия, которые они сами себе придумали.

Стояли, смотрели друг другу в глаза, молчали, не отрывая взгляда.

– Тая, до завтра! – как взрыв, окрик сзади – кто-то окликнул ее, махнул рукой.

Она вздрогнула, дежурно улыбнулась, кивнула. Снова повернулась к Сереге, еще сильнее нахмурившись:

– Пойдем ко мне, – шагнула в сторону метро.

– К тебе? – переспросил.

– Мамы нет. Уехала, – шла медленно, смотрела себе под ноги.

– Хорошо.

Что ты задумала, девочка моя?

Сам он хотел снять номер. В каком-нибудь достаточно приличном отельчике. Да, пошло, да, мерзко, но планов Лехи он не знал, а прожить еще один день без Тайки просто не смог бы. Ему нужно было прижать ее к себе, войти в нее, снова стать с ней одним целым… Пригласила к себе? Тем лучше.

Серый, как обычно, потянулся за сумкой. Отдала, даже не коснувшись его. Это было почему-то особенно мучительно. Ее спрятанные глаза, ее нервные пальцы, убегающие от его руки. Ему жутко не хватало близости с ней, хотелось схватить ее в охапку, зарыться носом в ее волосы и не отпускать, не отпускать, пока боль в груди не исчезнет.

Посмотрел на нее внимательно: нет, этого он сейчас не сделает. Ничего похожего не сделает. Они молча шли рядом, Тая старательно отводила взгляд. Серега не выдержал: аккуратно, кончиками пальцев коснулся ее ладошки. Дернулась, будто обожглась, обернулась. Смотрит ему в глаза. И он смотрит, взгляд не отводит. Руку не убрала, разрешила, тогда он скользнул ладонью вглубь, сжал ее кисть в своей. Позволь касаться тебя хотя бы так. Ее бровки нахмурились, губы задрожали, но она так ничего и не сказала, повернулась к метро, сделала еще два шага и, не выдержав, развернулась к Сережке, уткнулась носом в его плечо, засопела.

– Тая, – прошептал он, обнимая. Что он творит? Что он с ней делает? – Тая, – наплевав на все, обнял, провел рукой по волосам.

Она отпрянула:

– Пошли ко мне, – сама взяла его за ладонь. – Я соскучилась.

***

Просторный холл сталинки, мраморные ступени, облицованные стены. Зеркала напротив лифта и картины на площадке. Чувствовалось, что в доме живут люди состоятельные. Их мир не допускает беспорядка или неопрятности.

Старая деревянная дверь. Когда-то дорогая, теперь обшарпанная и неприглядная. Пустая квартира с затертыми обоями, ее детская комната, с узкой кроватью и ученическим столом. Мольберт, куча разбросанных то тут, то там рисунков, краски на окне и старый ковер на полу. Сережка посмотрел на этот ковер. Он был с ней. На нем. Почти два года назад. Тогда тоже выясняли отношения.

Нахлынули непрошенные воспоминания – об отеле, о ночи в ее квартире, об их дурацком уговоре. Этого нельзя было допускать. Это так хотелось вернуть.

Тая молчала. Присела на край стола и смотрела на Сережку, обхватив себя руками. Он несмело шагнул к ней.

– Ты мне объясни вот что! – начала резко, будто боялась, что он к ней приблизится. – Ты мне расскажи, как мне с тобой себя вести? Мы с тобой друг другу кто? – развела руки. – Ты то орешь на меня, что я к тебе домой пришла, жрать наготовила, то бесцеремонно лезешь ко мне в трусы. Мне вообще, как это все понимать? – расширила глаза, возмущаясь. – Мне к тебе приходить? Или не приходить? Пускать к себе в трусы? Не пускать? Объясни, пожалуйста!

– Тая… – опустил глаза и снова уперся взглядом в ковер, снова все всплыло в памяти. – Прости меня… Видеть тебя и не сметь прикоснуться… Это выше моих сил… – набрался смелости и все же посмотрел ей в глаза. – Прости… Ты не понимала, чем это все закончится, летела мотыльком на огонь. Я понимал, я не должен был...

– В смысле, закончится? – она спрыгнула со стола. – Что значит, закончится?

– Тая, я не смогу, – покачал головой. – Я не могу уйти из конторы.

– Черт! Почему?

– Деньги, – снова опустил взгляд.

– Да мне похер, сколько у тебя денег! – почти кричала.

– Дело не в тебе, малышка, – он, наоборот, еле слышно шептал.

– А в чем? – замерла. – У тебя долги?

– Можно сказать и так, – поморщился.

«Рассказать ей о своем прошлом, вывалить на нее весь этот кошмар? Ну нет…»

– Долг. Почти сто пятьдесят тысяч каждый месяц. Я не могу не отдать. И я не могу заработать их иначе, – развел руками. – У меня нет образования, никакого. Нет профессии… Тай… – снова покачал головой. – Я не смогу…

– Сережка, – она растерянно шагнула к кровати, села на край. Руки сложила на коленях, взгляд устремился куда-то в пустоту. – Неужели ничего нельзя придумать? Я не хочу тебя терять, – подняла глаза на него. – Пожалуйста!

– Господи, – опустился на колени перед ней, – и это ты мне говоришь «пожалуйста»? – прошептал с горькой усмешкой. – Тая, я на коленях перед тобой готов стоять, лишь бы ты не выдергивала свою руку из моей. А ты меня просишь… – коснулся кончиками пальцев ее щеки, провел по контуру ее лица. – Пожалуйста…

Глава 9

– Тая, – рассмеялся, – чудо ты мое, – уперся лбом в ее лоб. – Это же не выход.

– Так! Я запрещаю тебе диктовать, с кем мне спать, с кем мне жить! – отстранилась, посмотрела на него удивительно серьезно. – Запрещаю, слышишь?! Это мое решение! Я замуж пока не собираюсь! И я имею право сама решать за себя!

– Да? – Сережка нежно улыбнулся. – Выросла?

– Выросла, – кивнула. – И уже давно.

– Значит, хочешь все же быть со мной? – посмотрел ей в глаза.

– Хочу, – кивнула. – И готова это не скрывать.

Серый мотнул головой.

– Знаю, Андрей, Леха… Да... Проблем не оберешься.

– Дело даже не в них.

– Слушай, а что, за каждого, с кем спят, надо замуж выходить? – спросила с искренним возмущением. – Я что, не имею права с тобой просто трахаться?

– Не в их компании, – покачал головой.

– Уф, – закатила глаза. – Ну, значит, по-прежнему молчим, но, – строго наставила на него указательный палец, – чтобы больше никаких попыток сосватать меня какому-нибудь Фиме.

Серый рассмеялся:

– Не, не Фиме, это уж точно!

– В смысле? – нахмурилась.

– Спроси Андрея, – посмотрел в потолок.

– Бли-ин!!! – протянула. – Совсем обалдел! Ну чего он этого несчастного очкарика… – взмахнула рукой. – Так! – в ее глазах загорелась идея. – Мне нужен вибратор.

– В смысле? Что ты задумала?

– Только не такой, как дома, – она полностью проигнорировала вопрос. – Натуралистичный! Самый настоящий пластмассовый член, – развела руки на уровне груди. – Вот такой!!!

– А настоящий не подойдет? – Сережка смотрел на нее с вызовом.

– Прямо сейчас, – забралась на него верхом, – дай настоящий, – накрыла его рот поцелуем. – А потом купи искусственный, – оторвалась на секунду, – и побольше!

– Все, что хочешь, – его руки уже блуждали под ее футболкой, его губы заново изучали ее лицо. – Для тебя, – притянул ее к себе. Все тело трепетало от желания. Наконец-то он снова с ней, наконец-то он снова в ней.

***

Тая хотела устроить разборки только Андрюхе, но Леха тоже был у него. И Игорь с Настей. Мужчины что-то обсуждали, вроде тренерскую работу в клубе – Леха пытался спрыгнуть с заказов, а Андрей, по сути, уже полностью администрировал их спортзал. Сидели, перетирали, где можно индивидуалку взять, где в тренажерке подработать. После доходов элитного эскортника зарплаты помощника тренера катастрофически не хватало.

Зазвонил звонок, открыла Ира. Тая коротко кивнула – не бросилась на шею, не вывалила на нее тут же тонну ненужной информации, просто без комментариев направилась в комнату. Вошла, остановилась около стола. Андрей еще продолжал слушать Леху, но по ошарашенному Ириному взгляду понял: что-то не так. Тайка замерла, не здороваясь, не садясь.

Леха замолчал на полуслове, уставился на нее, нахмурившись. Она выглядела перевозбужденной: глаза блестят, дыхание сбито, губа закушена.

– Леш, прости, что прервала, – проговорила, не глядя на него. Полезла в свою объемную холщовую сумку. – Мужики, у меня к вам просьба! – словно бутылку долгожданного алкоголя, выставила в центр стола новенький упакованный вибратор. – Научите пользоваться!

Внимание всех присутствующих на секунду приковала к себе секс-игрушка. Так себе. Здоровенный натуралистичный член. На батарейках, скорее всего. Андрей медленно поднял взгляд на Тайку. И в этот момент понял, что произошло то, о чем он уже думал и чего боялся. Перед ним стояла не пигалица, не их таракашка. Перед ним стояла молодая женщина. Обиженная. Очень расстроенная.

– Тая, – начал он, но голос сорвался. Замолчал.

– Что «Тая»? – она, казалось, и не ждала продолжения. – Что «Тая»? Любой мужик, который рисковал ко мне приблизиться, сразу объявлялся козлом и мудаком, со всеми вытекающими. Артем, Борис, Витька, Николя, даже несчастный нежный Фимочка!!! Я же живой человек, – она снова указала на искусственный член. – Мне же надо как-то получать разрядку! Учите!

Андрей закрыл глаза. Все. Наигрались в дочь полка. Выросла.

– Тая, я… – начал и замолчал Андрей. Игорь, давясь от смеха, тихо выполз на кухню, Леха спрятал взгляд, а Андрей еще раз попытался оправдаться: – Ну, мы же их не запугивали! Честно! Раз слились, значит, сами козлы!

– Сами козлы? – Тайка заорала. – А этот ваш! Тимур на пикнике! Ты же его на свою днюху пригласил. Тоже козел?

– А он-то тут при чем? – откровенно не понял Андрей.

– Да при том! Он полдня мне глазки строил, а потом вдруг с тобой у мангала поболтал, задрожал весь, бедненький, и слился! Ну что за нах?

– Тай, – Андрей растерялся, – я… Я прошу у тебя прощения. И… Я обещаю, что больше этого не будет. Ни к одному мужику больше не полезем, – помедлил. – Если сама не попросишь. – Выставил перед собой ладони: – Клянусь!

Тайка удовлетворенно фыркнула, задрала подбородок и вышла из комнаты так же молча, как и вошла.

Хлопнула входная дверь. В комнате повисла тишина.

– Это что вообще было? – Ира так и стояла у входа в комнату с широко раскрытыми глазами.

– Это, похоже, мальчики заигрались, – тихо протянула Настя.

Андрей кусал губы, прятал взгляд. В конце концов подхватил стоявший на столе вибратор:

– Самотык никому не нужен? – почти прорычал.

Девчата скривились, Андрей встал, направился на кухню – к мусорке, надо думать. Леха вышел следом, мужики остались на кухне. Ира с Настей переглянулись.

– Слушай, – протянула Ира, – а у вас в институте никого порядочного нет?

– Блин, – выругалась Настя, – правильно Катька сказала: вы с ним, – махнула в сторону кухни, – из одного теста!

Настя фыркнула и тоже ушла на кухню. Ира постояла пару секунд в пустой комнате и ринулась за ней.

Мужики курили. Андрей был зол, Леха смущен, Игорь откровенно ржал.

– Я тут подумала, – все же вернулась к своей идее Ира. – А может, нам ее действительно с кем-то познакомить… Ну с тем, кого вы заранее считаете нормальным.

– Ир! – огрызнулась Настя. – Не чуди!

Глава 10

– Первая здравая мысль за сегодня, – тихо пробормотала Настя.

Андрей порывисто затянулся, заткнув сигаретой все, что хотел сказать, а Леха задумался. Была у него одна мысль по поводу этого таинственного кого-то…

***

– Ты знаешь, это так страшно – понимать, что в квартире никого, кроме тебя, нет, – клиентка прижималась к Серегиному плечу, обвивала его ногами и шептала-шептала.

Лида – постоянка, у которой когда-то мужа разбил инсульт. Этот упрямый старикашка протянул еще почти два года. Недавно умер. И вот его вдова в Серегиных объятьях.

– Я, наверное, в дом только потому и переехала, – сейчас они были как раз в ее загородном имении. – Тут хоть прислуга, собаки...

Сережка гладил ее по волосам и поражался глубине ее переживаний. Не осуждал. Очень хорошо знал эту женщину, чтобы понимать – она говорит искренне.

– А ты? – она приподнялась на локте. – Ты один живешь?

– М… – замялся. – Почти. На двоих с коллегой квартиру снимаем.

– Хоть кто-то живой за стенкой, – вздохнула клиентка.

– Нечасто, – усмехнулся Серый.

– А у тебя кто-нибудь есть? – она порывисто села на постели.

– В смысле? – нафиг такие вопросы! Срочно меняем тему!

– Ну в смысле девушка, женщина… – посмотрела на него с укором. – Ты же шикарный мужчина!

– Я эскортник, – усмехнулся. – Нам обычно клиенток хватает.

Лиду этот ответ не удовлетворил. Она продолжала его придирчиво рассматривать:

– Знаешь, я только сейчас поняла, что никогда не задумывалась, как ты живешь… – и сразу спросила: – Как ты живешь? – замялась. – Когда не у клиенток.

– М… – приподнялся на локте, погладил ее по руке. – А сейчас зачем задумалась?

– Нет, – всплеснула руками. – Ну ты же не вибратор, – махнула в сторону комода с игрушками, – которым попользовался и в шкаф убрал. Ты же что-то делаешь, когда не в постели. Я хочу знать, что?

Серега вздохнул, откинулся на подушку.

– Лида, – посмотрел на нее серьезно, – для тебя я как раз вибратор.

– Ну нет! – возразила с жаром. – Неправда, Серж, – помолчала, то ли сомневаясь, то ли подбирая слова. – Сереж, переезжай ко мне? Я назначу тебе ежемесячный пансион… Сколько тебе нужно? Любая цифра, – осеклась, – в пределах разумного.

– Лид, – нет, этот разговор надо заканчивать, – ты сейчас просто напугана, – погладил ее по волосам, по спине. – Не надо. Это пройдет. Ты просто боишься одиночества.

– Я никогда не была одна, – всхлипнула дама.

– Знаешь, человек приходит в этот мир один и уходит один. Одиночество – это то, чем надо уметь наслаждаться, а не бояться его, – он гладил ее по руке, перебирал пальчики. – У тебя есть друзья, у тебя есть внуки твоего мужа.

Своих детей Лида не хотела, с пасынком отношения были ужасные – он был не сильно ее старше и откровенно ненавидел, но вот его дети, как ни странно, Лиду любили. Дразнясь, вечно звали ее бабой, и обожали выходить в свет с ней под ручку. А недавно там появился еще и тот, кого Лида с большой натяжкой могла считать правнуком и в ком души не чаяла. Виделись, правда, редко.

– Они нечасто приезжают, – грустно вздохнула.

– Лида, вызови адвоката, разведи имущественные права. Это уберет все острые углы. Даже Михаилу будет не на что злиться. В конце концов, управляет семейным бизнесом он, – Серый знал о делах клиентки практически все.

– Вот поэтому он и считает, что ему должно принадлежать все!

– Так отдай ему это! Тебе же нужен дом и какой-то достойный доход в месяц. Ты, как мажоритарий, можешь себе его прописать, а имущество разделить между наследниками уже сейчас, – помолчал. – Чтобы он твоей смерти не сильно страстно ждал, свою часть наследства отпиши какому-нибудь фонду и сообщи об этом всей семье.

– Может, ты и прав, – женщина села на кровати, обхватив колени. – Посоветуюсь с адвокатами.

– Посоветуйся, – Серый потянулся к ее коленкам. – Твой муж умел подбирать хороших людей.

– Ты тоже хороший, – она запустила пальцы в его волосы. – Переезжай ко мне?

– Нет, – мотнул головой, улыбаясь.

– Почему? Все же женщина?

– Нет, – помолчал, обдумывая, стоит ли говорить искренне или лучше перевести все в шутку. – Я тебе наскучу за полгода. Потом вернуться в контору будет сложно – вся база будет потеряна. А ежемесячные траты у меня солидные.

– Почему ты так думаешь? Не наскучишь.

– Потому что я для тебя вибратор, – посмотрел ей прямо в глаза. – И это нормально. Это правильно. Так и должно быть. Ты встанешь с постели, закроешь игрушку на замок и вспомнишь о ней только следующей ночью. Или через ночь.

– Нет, почему? – нахмурилась. – Мы же сейчас сидим и разговариваем.

– Просто тебе сейчас сложно, – провел рукой по ее лицу. – Это пройдет. Ты сильная и умная женщина. Ты быстро станешь прежней. Сейчас тебе просто не хватает плеча, чтобы опереться, и теплых объятий.

Лида расправила плечи, подняла подбородок.

– Просто объятий?

– Ну, секс тебе сегодня явно не интересен, – усмехнулся.

– А сколько тебя стоит вызвать для теплый объятий? – клиентка стала в кошечку и игриво к нему потянулась.

– М! – Серый провел рукой по ее спине, соскользнул на грудь. – Если оптом, то можно сделать скидку, – рассмеялся.

Лида потянулась к его губам, желая наверстать упущенное.

Уже почти в полудреме, когда насытившаяся клиентка засыпала у Сереги на плече, к нему неожиданно пришла мысль: «Ее муж после инсульта прожил два года, а бабушка…»

Волна ужаса накрыла его, холодный пот выступил на висках. Нет! Сволочь! Скотина! Стиснул зубы. В кого ты превращаешься? Нет!

Глава 11

Наверное, именно из-за этой дикой, мерзкой мысли с утра поехал в пансионат. Забросил сумку в квартиру, переоделся и в Снегири.

– Сережа! – Александра Васильевна улыбалась своей светлой улыбкой. – А что это ты? Не четверг же!

Сережка ахнул от неожиданности, ком стал поперек горла, склонился, крепко обнял бабулю.

– Соскучился, ба!

– Да мой ты хороший, – старушка провела по его волосам. – Как дела? Что-то ты бледный…

Провел с ней два часа, не мог наговориться, улыбался и, к собственному удивлению, снова чувствовал себя ребенком. Проводив бабушку в столовую, нашел главврача:

– Здравствуйте, Олег Иванович!

– Здравствуйте, Сергей Юрьевич, – герантолог крепко пожал ему руку. – А я хотел завтра вас вылавливать!

– Я был у бабушки!

– Да? И как ваше впечатления?

– Она в сознании, – Серый развел руками. – Ну, то есть…

– Нет, вы все правильно сказали, – кивнул врач. – Сознание ясное. Она иногда начинает вспоминать события давно ушедших дней, и мне даже кажется, что снова проваливается в тот период своей жизни, но нет! Она отдает себе отчет, что это прошлое, воспоминания! Я очень доволен этим препаратом! Я даже не ожидал такого результата.

– Назначайте, – кивнул Сережка. – Я оплачу. Назначайте.

– Хорошо, – Олег Иванович снова взял его за руку. – Как ваша покупка?

– Отложу на годик, – скривился Сережка.

Главврач вздохнул, но комментировать не стал. Только еще раз кивнул.

Серый вернулся в столовую, проводил бабушку до комнаты.

– Ей лучше, – хитро подмигнула Сереге соседка.

– Что ты имеешь в виду, старая перечница? – проворчала бабушка.

Серый вскинул брови. Он никогда не замечал за ней склочности.

– Ой! Молчи уж, раритет! – фыркнула из своего современного инвалидного кресла Зинаида Степановна.

– Сама молчи, кошелка моторизированная! – бабушка скорчила гримасу, натянула на грудь плед.

– Ба?! – Сергей не выдержал, но и что сказать не знал.

– Ой, не переживай, – отмахнулась «кошелка» и рассмеялась. – Мы это в шутку!

Серега перевел взгляд на бабушку. Та прикрыла глаза и лежала с улыбкой Джоконды на лице.

– Что там у нас сегодня в кроссворде?

– Ой, – Зинаида Степановна отложила вязание, – Сереж, подай журнальчик.

Сергей взял со стола красочный журнал для детей. Он был развернут на странице с головоломками и примитивным, на десяток слов, кроссвордом.

– Это мы мозги тренируем, – улыбнулась ему сухонькая старушонка. – Так, – повернулась она к бабушке, – чему ты там детей учила? Географии?

– Писать и считать я их учила! Но географию получше твоего знаю!

– А вот посмотрим! «Персонаж мультфильма…»

Серый обалдело посмотрел на эту сцену еще с полминуты, а потом тихо вышел за дверь. В кои-то веки ему было не грустно, а тепло и даже радостно. Шел через знакомый лес и улыбался. Очень хотел эту радость разделить со своей девочкой.

Достал телефон:

Сергей: Малышка, какие планы на вечер? (поцелуйчик, сердечко, розочка)

Тая: Если ты спрашиваешь, то уже никаких! (танцующая фигурка)

Улыбнулся.

Сергей: Встречу?

Тая: Да! Только у нас сегодня одну пару отменили. Буду свободна через час.

Сергей: Хм. А ты подождешь меня? (хмурящийся смайл)

Тая: Ну не все же тебе меня ждать! (смеющиеся смайлы) Буду у памятника.

Сергей: (целующий смайл) Жди.

Тая: Тебя? Всегда!

Хотел одернуть ее, но… Да пошло оно все к черту! У бабушки все отлично, его девочка его ждет. Жизнь прекрасна! Сережка по-мальчишески подскочил, сорвал с дерева ветку и почти побежал в сторону платформы. Хотелось увидеть Таю поскорее.

________

Александра Васильевна Шумская

***

Тая ждала его в компании друзей. Юля, Марина, какой-то незнакомый пацан и Фима. Сережка подошел, поздоровался. Девчата его, конечно, знали. Фима уже тоже. Серый великодушно пожал ему руку, еле сдерживая улыбку.

– Все, мои хорошие, – Тайка весело послала друзьям воздушный поцелуй. – Я умчалась!

Сережка перехватил ее сумку, широко улыбнулся.

– Что мы будем делать? – спросила она, когда они чуть отошли.

– Не знаю, – мотнул головой. – Просто настроение хорошее! Хотел тебя увидеть!

– Прикольно! -- Тайка расплылась в улыбке, подтянулась на носках.

Эх, отойди они чуть дальше, обязательно поцеловала бы! Но она понимала, что друзья еще смотрят им вслед.

– Че за перец? – выпуская дым от сигареты, спросил незнакомый парень.

– Типа друг, – фыркнула Юлька.

– Типа? – перевел на нее взгляд Фима.

– Ну смотри, – девушка указала сигаретой на удаляющуюся пару. – Все ее краски, кисти, бумагу, пастель оплачивает он! Я как-то предлагала ей скинуться на холст в рулоне, а она говорит: «У меня денег нет, у меня в интернет-магазине Сережкина карта привязана», – девушка вскинула брови. В этой компании никому не надо было объяснять, о какой ежемесячной сумме идет речь. – Потом, все бусики, браслетики. Я не знаю, понимает ли она сама, но вот этот голубенький комплект, что на ней сейчас, стоит семнадцать с половиной тысяч, – скосила взгляд нового парня. – Мне он понравился, я приценивалась. И она в нем ходит. Просто! Каждый день! И вообще у нее бижутерии куча. Голубой комплект точно он дарил. Думаю, и все остальное тоже. Причем не на день рождения, ни на какой праздник, – опять мотнула сигаретой. – Просто так. То, что он ее выгуливает пару раз в неделю, это все знают. Вчера Тая была в этом клубе, а два дня назад в том ресторане... Тоже бабло. Так это же еще не все, – Юлька театрально вскинула брови. – У них есть традиция! – пригвоздила фразу интонацией. – На Таин день рождения они с Сережей куда-нибудь уезжают! В Амстердам, – наигранно равнодушно произнесла девушка, – в Барселону…

Глава 12

Сережка с Тайкой пошли в парк. Сначала было подумали съездить на ВДНХ, там, как обычно, можно было найти какую-нибудь необычную экспозицию, но потом решили просто пройтись. Им обоим не хватало близости и тишины. Помолчать рядом, держась за руки, или порассматривать бесцельно всякую чепуху.

Уехали в Сокольники. Тайка побаловалась в Планетарии.

– Смотри, я хожу по Луне!

С трудом прошли мимо аттракционов, Тая сплела-таки венок из клумбовых цветов, потом купили кофе и пончиков, устроились в Аллее Художников на парковом шезлонге. Она сидела у Сережки между ног, опираясь спиной на его грудь. Они пили ароматный горячий напиток с жареными плюшками и наблюдали за прохожими, толпящимися у картин. Люди рассматривали уличную мазню: кто с интересом, кто с пренебрежением, кто с усмешкой, а кто-то и с восторгом.

– Слушай, а это ж вот, – Серый указал картонным стаканом в сторону торговцев, хмуро сидящих у своих картин, – это ж не самая престижная тема? Да?

– Торговать на улице? – вскинула брови. – Ну да! Не айс! Хотя… Они, по крайней мере, зарабатывают на своем творчестве… Я пока на него только трачусь, – хитро оглянулась. – Точнее, ты!

– Будешь и зарабатывать, – Серый в ней совершенно не сомневался.

– Мне бы твою уверенность! – хмыкнула Тая. – Хоть половинку. Может, тогда и к Евгень Анатольевичу бы сходила.

– К кому? – Серый явно что-то пропустил и был недоволен. – Что еще за Евгений Анатольевич?

– Ой, не бери в голову, – отмахнулась. – Я не пойду.

– Ну окей, а кто это?

– Это старый друг отца. Маман недавно на какой-то тусовке встретила его жену, вцепилась в нее мертвой хваткой. «Вы меня помните? А помните, как мы раньше?» – Тая явно осуждала материно назойливое поведение. – Та чисто из вежливости спросила, как там дочь Роберта Максимовича поживает. А маман как давай ей в уши дуть, дескать, моя Таечка талантливая художница! – обернулась к Серому. – Она ни одной моей работы не видела! Вообще! Если только случайно, когда я паспарту клеила.

– Ну, я тоже считаю, что ты талантливая художница! – Сережка вскинул брови, стараясь сдержать улыбку.

– Ты со мной спишь! – буркнула категорично.

– Это что, лишает меня всякого авторитета в суждениях? – возмутился. – Ну спасибо!

– Да пожалуйста! – Тая утащила из пакета еще один пончик и отобрала у Сереги стакан. Ее уже был пуст.

– Ну так и что там дальше с Евгением Анатольевичем? – спросил аккуратно, смирившись с утратой кофе.

– Он, оказывается, последние шесть лет в каком-то издательстве работает, – она отпила из картонного стакана, поморщилась. – Как ты это пьешь?

Серый пил кофе исключительно черным и без сахара. А Тая – только с молоком и двойным сиропом.

– Обычно с удовольствием, – забрал свой кофе назад. – Купить тебе еще?

– Вставать лень, – улыбнулась кошачьей улыбкой. – Не хочу.

– Так что за издательство? – Серый упорно возвращался к интересующей его теме.

– Вот ты настырный! – фыркнула, увидела его довольный взгляд и продолжила: – Короче, он чисто по старой памяти позвал меня к ним с портфолио. Дескать, на детские книжки художники всегда нужны. Пусть приходит, тестовое задание отрисует. Хоть внештатником, но возьмем.

– И? – Серый аж приподнялся, посмотрел ей в глаза.

– Ну, – замялась, – я пока не ходила…

– Почему? – он аж возмутился.

– У них там все равно сейчас выставки, потом лето, – махнула рукой.

– Тая!

– Ну что Тая? Что Тая? Ты хуже мамы.

– Нет, я лучше!

Тайка не выдержала, рассмеялась. Обернулась его поцеловать.

– Да, ты лучше.

– Почему ты не сходишь?

– Серенький, в моих рисунках нет ничего особенного.

– Тай! У тебя потрясающие рисунки! И графика, и акварели! Осень в парке! Она же вся светится!

– Ой, подумаешь, – Тая смутилась. – Просто умею краски белилами не забивать.

– Тай…

– Серый, – фыркнула, раздражаясь, – знаешь анекдот про «мне много раз предлагали выйти замуж! Кто? Мама с папой!»

Серый откинулся на спинку шезлонга, замолчал.

– Вот ты сейчас делаешь то же самое! Кто хвалит мои рисунки? Мама, которая их никогда не видела, и мужчина, который со мной спит!

– Еще преподаватели!

– Да фигня это все!

– Ладно, – он опустил взгляд, но по лицу было понятно – что-то задумал.

– Что? – она хорошо его знала.

– Ничего, – вскинул бровь. – Пошли тебе кофе купим!

– Не хочу!

– Не вредничай, – пощекотал ее.

Тайка завизжала, спрыгнула на дорожку, чем привлекла к себе любопытные взгляды прохожих. Сережка догнал ее, притянул к себе под мышку, обнял, и они пошли по аллее вдоль уличных картин.

***

Сергей: Андрюх, привет. Не занят?

Андрей обалдело смотрел в смартфон. Предыдущее сообщение от Сереги в личном чате было датировано двумя годами ранее и относилось к периоду, когда ребята по очереди приходили дежурить у Иришки. Серый спрашивал, где в их квартире кофе.

Нет, они общались в общем чате и в одной компании всегда находили, о чем поговорить. Но вот чтобы так, лично… Один на один... Андрей нахмурился, ответил.

Андрей: Почти нет. Что случилось?

Сергей: Слушай, магарычевое дело. Давай Тайке выставку устроим?

Андрей: Не понял. Как?

Сергей: Ну ты же в спортзале рулишь? Можно в кофейне зала развесить ее работы? Или где-то в фойе. В идеале с каким-то минимальным ценником. Иначе она никакой обратной связи не получит.

Андрей: А это зачем?

Сергей: Ей друг отца предлагает работу. Внештатным иллюстратором. Она даже пробоваться не идет, потому что считает, что рисует фигню.

Андрей: Обалдела что ли? И почему я об этом не знаю?

Сергей: Уже знаешь.

Андрей: И ты считаешь, что ей нужна выставка, чтобы она в себя поверила.

Сергей: Точно. Мысль понял.

Андрей: А если никто не купит?

Глава 13

– Представляешь, семь картин просят, – Тайка казалась растерянной и взволнованной. – Светлых! – ее глаза блуждали по Серегиной комнате, в которой, в принципе, без всякой подготовки можно было устраивать выставку Тайкиных работ.

– Ну, – пожал плечами Серега, подошел, посмотрел на стену, – по-моему, набрать несложно.

– Дашь пруд? – посмотрела на него с робкой надеждой.

«Черт, продадут же!»-- почесал за ухом Серый, но Тайке ответил:

– Бери, конечно, – улыбнулся, пожал плечами. – Если что – другой нарисуешь!

– Да вернется он через неделю! – отмахнулась. – Приедут эти супер-пупер картины заказанные, и все вернется…

Серый молчал. Смотрел, как она растерянно перебирает свои эскизы, любовался движением ее пальчиков, мечтательным выражением ее глаз. Вот она завела короткую прядку за ухо, вот смешно почесала кончик носика. Бери, малышка. И пруд, и все остальное бери. Все твое. Все для тебя.

***

– Тай, – Настя, Ира и Катя сидели тесным кружочком на ее пустой и просторной кухне.

Девчата у нее собирались минимум пару раз в месяц, а то и чаще. Всегда было о чем поговорить, и Тайка вкусно пекла! Песочное печенье к чаю делала просто мимоходом. Еще извинялась, что не украшенное… Но сейчас девчонки сидели напряженные. Все трое. Чем жутко нервировали хозяйку.

– Тай, – снова начала Ира, – ты с этим вибратором, – опустила глаза, – серьезно, что ли?

Тайка не выдержала, прыснула со смеху.

– Девчат, вы че?

– Ну прикинь, – Катя расширила глаза, – Ира всерьез собралась тебя учить им пользоваться!

Тайка просто покатилась, а Иришка пошла пятнами.

– Да ничего я не собиралась! – огрызнулась она.

– Ир, – Тайка взяла ее за руку, потерлась виском о ее плечо, – ну что ты! Мур?

– Блин, – фыркнула женщина, оттаивая.

Все на кухне облегченно рассмеялись.

– Я вам говорила, и начинать не надо было, – буркнула Настя.

– Да ладно! – Катя с азартом разламывала единственное печенье на двадцать две части. – Интересно же! Колись давай!

– В смысле? – Тая округлила глаза.

– У тебя кто-то есть! – Катя внимательно смотрела на подругу.

– Девчат, – Тая замерла с серьезным лицом.

– Отстаньте от нее, а? – попробовала прикрыть таракашку своей худосочной грудью Настя.

Тая внимательно переводила взгляд с Иры на Катю, потом посмотрела на Настю.

– Мужикам не сольете? – она уперлась взглядом в Иру.

– Черт, – фыркнула та, – Настя права, да?

– Сможешь не сболтнуть? – продолжала допытываться Тая.

Ира вздохнула:

– Я смогу промолчать, если он не спросит, – потупила взгляд. – Если спросит напрямую – не знаю.

– Ну ладно, – вздохнула. – Есть, конечно, – опустила взгляд. – Но! – округлила глаза. – Замуж я за него не собираюсь! Вообще пока замуж не собираюсь! А поэтому…

– Да поняли мы все! – хохотнула Катя.

– Ну это ж было ясно, как божий день! – с облегчением фыркнула Настя.

– Ох, Тая, – притянула ее к себе Ира, обнимая. – Ну и достались тебе опекуны.

– Так, девчонки, – Тайка выставила указательный палец, предупреждая. – Только больше никаких подробностей не выпытывать! Мне проблемы не нужны.

– Да ладно тебе! – хохотнула Катя. – Интересно же! Чем он занимается, сколько зарабатывает, сколько ему лет?

– Катя, – угрожающе на нее посмотрела Тая.

– Вот блин! Партизанка!

– Отстаньте от ребенка! – опять встряла Настя, которая сейчас сама казалась младше Тайки. – Вам что, поговорить больше не о чем? Вот ты, – она строго посмотрел на Катю, – между прочим, уже второе печенье взяла!

– Блин! – Катя отшвырнула выпечку, как отраву. – С вами поведешься!

Девчата рассмеялись. Больше Таю о ее личной жизни никто не спрашивал.

***

Кажется, Серега впервые был по-настоящему рад тому, что у Лехи появилась Татьяна. Тот практически не ночевал дома. Нет, он и раньше выходил на заказы в ночь, но Серый же в эти дни тоже работал. А тут – нет и нет. Ни во вторник, ни в среду. Да он вообще не заходил в квартиру на этой неделе!

Они с Тайкой набрали ванную, взбили пену и валялись в пузырьках, расслабляясь и лаская друг друга. Это было не про секс, это было про близость и про нежность. Сережка массировал ей ножки, хищно кусал пальчики, ласкал пеной соски, целовал ушко. Давно им не было так хорошо и так спокойно вместе.

Сейчас Тая уселась у Серого за спиной и вела шершавой мочалкой по его плечам, по спине, аккуратно очерчивая каждую из тех мышц, что ее восхищали. Сережка чувствовал, как ее рука замирает, как она убирает мочалку и нежно касается его лопаток кончиками пальцев. Это безумно волновало.

Он подумал, что сейчас уже неплохо бы из ванной выйти – секс в воде ему не нравился. Но тут у Тайки зазвонил телефон.

– Андрей? – округлила глаза. – В такое время?

– Ответь, – пожал плечами, сам перевернулся в воде, уселся напротив.

– Да! – Тая приняла вызов. – В смысле, сколько? – она переменилась в лице, ее глаза расширились от удивления, показала Серому палец у губ и включила на громкую связь.

– Что значит, в смысле?! – Андрей говорил резко, торопливо. – Сколько стоит картина с голубой церковью?

– Ну… – растерялась Тая. – Я не знаю… Рублей пятьсот.

– Сколько?! – Андрей возмутился. – Ты издеваешься? Тут разбитая чашка больше стоит! Так, – похоже, он говорил кому-то в сторону, – за маленькую тыщу двести, за большую тысячу восемьсот. Это художнице! Свою наценку сами посчитайте! Да! Тая, – Андрей вернулся к ней, – а ты сможешь еще одну голубую церковь нарисовать?

– Написать, – поправила на автомате. – Не знаю, – ее голос дрогнул. – А что?

– Да тут два посетителя за нее драться готовы, аукцион устроили. Короче, еще одна голубая церковь нужна, и пруд желтый купили.

Серый, тихо слушавший этот разговор, нашел под водой Тайкину ножку и аккуратно ущипнул пальчики. Ему было жалко пруд. Тайка не ожидала, дернула ногой, устроив громкий плюх. Серый коварно улыбнулся.

Глава 14

– Вы понимаете, – некрупный мужчина средних лет поправил стильные очки в тонкой оправе, – тут место проходное, почти туристическое, сюда лучше городской пейзаж. В принципе, – он огляделся, – вы почти верно уловили цветовую гамму в первой подборке. Желтый, голубой, – он оглянулся на Тайку. Та стояла рядом с ним, судорожно сжимая в руках скетчбук и карандаш, и нервно кивала. – Да не переживайте вы так! Вы выбрали верную стратегию, поставив минимальную цену на рынке. Техника у вас более чем приличная, сюжеты традиционные, цена приятная! Все отлично! – мужчина отвернулся, поправил дорогую вязаную кофту. – Так вот, сюда лучше городские сюжеты, а в парковое кафе лучше природу! Я там видел у вас на одной из картин цветущую, – он замялся, – гортензию? Да?

– Да! – Тая кивнула. – У памятника.

– Ну вот, памятник можно опустить, а цветочки всякие… Еще знаете, что хорошо в парках уходит, – он с воодушевлением поднял палец. – Всякие типа старинные усадьбы! Даже иногда развалины. Вот… Таких нужно будет, – мужчина полистал планы, что-то беззвучно считая губами, – пять. Пять гвоздей мы вам отдадим, да. И пожалуйста! – он обернулся к Тае, будто вспомнил что-то важное. – Пишите сразу копии! Можно с минимальными отличиями, чтобы покупателю, если он придет во второй раз, не было обидно. Но что-то очень близкое… Что тут устроили из-за вашей голубой церкви – вспомнить смешно.

Тая бледнела, кивала, а Серега, ожидавший ее в стороне, мечтательно улыбался.

– Фууух, – подошла к нему, взволнованная, дрожащая. – Ты слышал? Нет, ты слышал?!

– Слышал, – кивнул. – Первым делом пруд пишешь!

– Блин! – подскочила Тая. – Да будет тебе твой пруд!

Сережка рассмеялся.

– Что, теперь, наверное, можно и издателю позвонить?

– Какому? – она об этом совсем забыла.

– Какому? – вскинул брови.

– А… Евгений Анатольевич, – остановилась как вкопанная. – Слушай! Это ты все устроил?

– Каким образом? – он округлил глаза.

– Не знаю, – она смотрела на него с непередаваемой нежностью. – Не знаю, – почти прошептала. – Но спасибо!

– Мне очень нравится твое спасибо, – он оглянулся на персонал ресторана, пожалел, что они не одни. – Но я тут ни при чем! – скосил на нее глаза. – Ну почти! – чуть улыбнулся в ответ на ее недоверчивый прищур. – К продажам я не имею никакого отношения, – выставил вперед руки, защищаясь от ее взгляда.

– Серый, – прошипела.

– Ну правда! – рассмеялся.

– Спасибо, – повторила еще раз. Уже без всяких прищуров или усмешек.

Он улыбнулся в ответ. Поднял руку, хотел коснуться ее лица, но вовремя сам себя одернул, замер.

– Позвони другу отца.

– Позвоню, – кивнула. – Он из отпуска вернется, и я позвоню.

***

– Слушай, ну я с ним поговорила! – ее голос возбужденно дрожал. – Это конечно... Блин! Мне так стремно было! Ну кто я такая! Здравствуйте, я Роберта Ливановского дочь! – Тайка тараторила, не ожидая ответа. – А он ниче, нормально, такой у него голос спокойный, приятный. Я его помню немного, в детстве видела… – она наконец поняла, что Серега ей не отвечает. – Сереж? Ты меня вообще слушаешь?

– Да.. Да… Прости, – нет, не слушал… Было не до того.

– Я не вовремя? – голос и взволнованный и обиженный. – Может, мне перезвонить?

– Малыш, да… – ответил почти шепотом, расстроенно. – Если можешь, давай попозже поговорим. Ты молодец, что позвонила в издательство. Расскажешь мне потом, ладно?

– Серый, – спросила она испуганно, – что случилось?

– Ничего… Нет… Тай… – блин, все равно же узнает, помолчал. – Лехе плохо…

– В смысле? Что значит, плохо? – закричала в трубку. – Я сейчас приеду.

– Нет! Тая, нет! – остановил ее. – Нет… Не надо приезжать.

– Почему? – она растерялась. – Что случилось?

– Тай, просто поверь, ему сейчас не до тебя.

– Серенький, – в ее голосе послышались слезы, – что случилось?

Сережка шумно выдохнул, долго молчал, потом все же решил сказать:

– Татьяна ушла.

– Как? – эта новость ошарашила, обескуражила. – Как? Что? Почему?

Серый опять молчал.

– Сереж, ты знаешь, почему? – Тая настаивала.

– Знаю, – голос напряжен.

– Ну я же все равно узнаю, ну!

Снова пауза, но… Она была права. Узнает.

– Он вышел на заказы, – ответил глухо. – Обещал ей завязать, но вышел. Она узнала.

Теперь молчала Тая. Долго. Сережка даже заволновался.

– Тай?

– Серенький, почему? – она смогла произнести это только шепотом. Дрожащим, надтреснутым шепотом.

– Деньги, Тай, – оба понимали, что говорят сейчас не только о Лехе, но и о себе самих.

– Он же устроился в зал, – она всхлипнула. – Он же…

– Это сложно, малыш, – теперь еле слышно шептал Серега. – Это очень сложно.

Она еще раз всхлипнула, заплакала.

– Таюш, – Серому очень хотелось быть с ней рядом, но сейчас он не мог оставить друга. И ближайшие пару дней не сможет. – Маленькая.

– Ему совсем херово? – спросила сквозь слезы.

– Совсем…

– Ты с ним?

– Да… Пока побуду рядом. Пару дней посижу дома.

– Пиши мне, ладно?

– Конечно, солнышко.

– Кто еще знает?

Понятно, спрашивает, с кем можно это обсудить.

– Наверное, уже все, – подумал. – Мужики знают все. Женам расскажут.

– Понятно, – всхлипнула. – Я хочу к тебе.

– Я тоже, – грустно усмехнулся. – Но придется подождать.

– Я знаю. Целую тебя.

– Все, моя хорошая, – пора заканчивать этот разговор, пока не наговорили друг другу лишнего. – Давай класть трубки.

– Да, – тоже молчит. О том, о чем они оба думают, молчит.

– Пока, пташка, – а хотелось сказать: «Мне не хватает тебя, я люблю тебя, ты мое все».

– Пока, Серенький, – а в мыслях при этом: «Только будь со мной, я люблю тебя, жить не смогу без тебя».

Серый отключил смартфон, посмотрел сквозь окно на мокрый от августовского дождя город. Пташка моя, пташка. Закрыл глаза. Они все верили, что Леха сможет.

Глава 15

Тая появилась в их квартире спустя неделю. Леха уже соскреб себя в кучу и даже снова вышел на работу в спортзал. Этим они и воспользовались. Таракашка сидела на диване в Сережкиных объятьях, и задумчивым, расстроенным взглядом смотрела в коридор через открытую дверь.

– И что он?

– Да вроде шевелится… Взгляд порой еще жуткий, но держится… По крайней мере, пытается…

– О ней ничего не слышно? – спрашивала, конечно, о Татьяне.

– У вас нет ее телефона? – ответил вопросом. – После Андреевой днюхи?

– Не-а… – пожала плечами. – Как-то не настолько быстро…

– Ну да… – вздохнул. – Нет. Пока ничего не знаем. Идти к ней надо.

– Кому? – подняла на Серого удивленные глаза.

– Ему, конечно! – стиснул зубы. – Сам накосячил, сам пусть и идет…

– Думаешь?.. – протянула с сомнением.

– Тай, ну ты же видела их вдвоем! Ты же видела, как они смотрели друг на друга!

– Если честно, на пикнике я больше смотрела кое на кого другого, – хитро хихикнула.

– М… – Серый расплылся в улыбке. – И на кого же?

– Ну, – игриво закатила глазки, – была там пара интересных мужчин, – вскинула пальчики. – Татарин этот, как его?..

– Тимур, – приподнял бровь Серый. – Да… Он постоянно пялился на твои соски! А ты?! – шлепнул ее по попе. – Хоть бы лифчик надела!

– Так как бы я тогда тебя завела? – Тая расхохоталась. – Если бы в лифчике была?

– Блин! – сжал ее, шутливо укусил. – Завела – это точно!

Тайка еще раз хохотнула, чуть сползла, прижалась к Сережкиной груди:

– Серенький, давай сейчас никуда не поедем? – близился ее день рождения, и у них уже даже были куплены билеты. В этот раз они собрались в Рим и, возможно, в Милан. – Потом… Когда уляжется.

Сережка потерся носом о ее макушку:

– Спасибо, что сама об этом говоришь.

– Вот глупый! – ткнулась в него лбом. – Много потеряем на сдаче билетов?

– Какой-то там сбор. Это ж регулярный рейс. Билеты возвратные. Был бы чартер – сгорели бы.

– Уф, – фыркнула, недовольная всеми этими сложностями.

Сережка усмехнулся, погладил ее по плечу:

– В Италию осенью даже лучше… Будет не так жарко… – подумал. – Или уже на Новый год в Европу. Дня на три на их ярмарки.

– На Новый год? – посмотрела на него с сомнением.

– Поставлю стоп по заказам, – пожал плечами. Хотя и он, и она понимали, что эти праздники месячный заработок шлюхам делают. – Потом решим, когда эти двое отношения выяснят.

– Серенький, ты думаешь у него получится помириться? – спросила шепотом.

– Тай, она так смотрела на него… Шансы есть, – тоже очень тихо ответил ей. – Кроме того… – уже в голос, – бля, пусть пробует! Пусть напряжется! Он же уже почти прорвался! За институт бабки отнес, Андрей ему в зале смен накидал, считай, уже вырвался! – Сережка закрыл глаза, шумно вздохнул. – Сейчас у него стимул отбери, с него станется все похерить и тупо назад в контору вернуться… – и снова шепотом: – Пусть пробует.

Тайка только сильнее прижалась к Сергею. Он был прав, и от этого становилось страшно. Сережка провел рукой по ее волосам, по спине, и тут они услышали поворот ключа в замочной скважине.

Она почти отпрыгнула. Устроилась в противоположном конце дивана, подобрав ноги, как обычно.

– О! – Леха скинул кроссовки, заглянул к ним. – Какие люди!

– Ага, – Серый поднялся, пожал другу руку. – Смотрит, чего бы еще у меня стянуть на продажу.

В этой шутке была только доля шутки. Картины продавались быстрее, чем Тая успевала их писать. Рестораны даже повысили цены, чтобы пустые гвозди не держать. А один из пейзажей, Тая его условно назвала «Графские развалины», вообще побил все рекорды по копиям. Управляющий кафе в парке не выдержал и предложил ей написать его в формате А3, чтобы можно было без зазрения совести продавать дороже остальных. Так что пара эскизов с Сережкиной стены действительно доработалась и ушла.

– Блин! – фыркнула Тая в ответ на его реплику. – Да напишу я тебе твой пруд! Ну?

Леха грустно улыбнулся, пошел на кухню. Тая вопросительно посмотрела на Сережку. Тот в ответ кивнул. «Да, иди». Подскочила, как обычно, своей танцующей походкой сорвалась следом за другом.

– Давай я тебя покормлю? – услышал Серый.

Леха что-то буркнул в ответ. А она спросила следом:

– Леш, ты не против, я тут переночую? Сережка в ночь уйдет…

«Сережка в ночь уйдет». Серый закрыл глаза, сдавил пальцами переносицу… «Сережка в ночь уйдет». Черт! Он хотя бы ей не врал.

***

Песец подкрался незаметно. Вроде все было нормально, Леха ходил на работу, готовился к пересдаче, начал есть и даже разговаривать… И тут… Снова этот жуткий стеклянный взгляд, снова молчание. Не лежит лицом в стену, сидит за компьютером, но от этого не легче…

– Че, решил освоить новый способ знакомств? – Сережка стоял у соседа за спиной и видел, как тот листает женские профили в соцсетях.

– Почти… – он открыл следующую страницу.

– Ты хочешь ей написать?

Все страницы принадлежали Смирновым Татьянам. Несколько сотен Татьян.

– Если найду, – закрыл и этот профиль. Тоже не она.

– Ты хочешь сказать… – в голосе у Сереги прозвучала паника.

– Сменила телефон, – надтреснуто начал рассказывать Леха, – уволилась, продала квартиру.

– Твою ж мать! – у Серого глаза округлились, зашумело в ушах. – Вот нахуя, Лех? Нахуя ты это сделал?!

Леха не дернулся. Замер на секунду, закрыл глаза, потом снова открыл и с тем же выражением лица вернулся к своему занятию.

«Пиздец, – тряхнул головой Серый. – Надо к ребятам идти. Андрей наверняка сможет помочь в поисках. То ли Игорь, то ли Марк говорил, что у него в постоянных есть кто-то из органов. Бля, надо искать!»

Серый достал телефон. После истории с Тайкиной выставкой их с Андреем переписка была полна очень свежих, а иногда и очень длинных сообщений.

Андрей: Да нихера не я их покупаю! За синюю церковь реально чуть не подрались.

Глава 16

Серый прокрутил несколько последних сообщений, усмехнулся. Набрал в чат.

Сергей: Андрей, ты дома? Нужно поговорить.

Андрей: Не, у Тайки сидим всей тусовкой. Днюху ее обсуждаем.

Сергей: Ща приду.

Андрей: Ок. Мы пока тут.

Тая открыла после первого же звонка. Ждала. Сразу все поняла по его лицу, распахнула от ужаса глаза. Сережка кивнул на комнату. Пойдем, мол, всем сразу расскажу. Ираиды Львовны дома не было, поэтому ребята спокойно расположились в зале – большой комнате с высокими потолками, в которой из-за отсутствия мебели гуляло самое настоящее эхо.

Журнальным столом служила перевернутая коробка, раскрашенная акриловыми красками в стиле Гауди. Серый аж вздрогнул, вспомнив их прогулку по парку Гуэль. Тайке нужно было сфотографировать или зарисовать, кажется, все, а у него после часа пребывания там начала кружиться голова из-за неправильных форм и плавных линий. А может, из-за жары. Все же в августе в Барселоне было еще жарко.

На этом самом арт-объекте стояли еще теплые кексы, чашки с горячим чаем. Катя сидела в единственном в комнате кресле и что-то листала в телефоне. Андрей, Марк и Рыжий устроились на полу и раскинули карты, Ира крутилась на кухне, а Тая замерла в проходе, пропустив Сережку вперед.

– О! Серый! – Андрей, как всегда, был бодр и весел. – Че один? Где наш Ромео?

Серый зашел в комнату и остановился. Лицо сосредоточенное, а взгляд растерянный. Он не знал, с чего начать. Компания тоже затихла. Он обвел их взглядом:

– Мужики, Танюха пропала.

– В смысле, пропала? – Рыжий отвлекся от карт.

– В самом прямом. Уволилась, квартиру продала, номер телефона сбросила. Все, с концами, – и добавил тише: – Найти надо.

– Леха че? – первым делом спросил Андрей.

– Не спрашивай, – Серый безумно боялся, что Леха снова ляжет на диван лицом к стенке, хотя и этот его стеклянный взгляд в монитор тоже не радовал.

– Бля… – многозначительно протянул Рыжий.

Все молчали, но думали примерно то же самое.

– Мужики, – шепотом проговорила Катя, – надо найти.

– Я могу у братвы спросить, – пожал плечами Андрей. – Но, по ходу, не та история.

– Да… Не та… – покивал Марк. – У меня есть одна клиентка… Из постоянных. Она какой-то чин в МВД… То ли кадры, то ли что-то такое…

В комнату тихо вошла Ира.

– А что МВД пробьет? – не понял Рыжий.

– Ну, движения по карте там! Она же пользуется картой? – развел руками Марк.

– А откуда ты номер ее карты знаешь?

– Можно в конторе выцепить, – задумчиво протянул Сергей.

– В конторе? – повисла пауза.

– Не смотрите на меня так. Первый раз она Леху купила.

Кто-то присвистнул.

– Это не ко мне, – Серый выставил ладони в защитном жесте. – Это к ним.

Взгляд сам собой уперся в Таю. Та покраснела, опустила глаза, закусив губу. «О да, малышка. Не только ты такая умная!»

– Да ну, нам не похер ли? – возмутился Андрюха. – Но с Моти номер стрясти нереально. Если только он кому из нас должен.

Андрей обвел компанию взглядом. Все молчали.

– А у меня есть друг хакер, – встрепенулась Тая. Тут же поймала кучу удивленных взглядов. И даже один почти возмущенный. – Чего вы смотрите? – говорила Андрею, но упорно косилась на Серегу. – Просто друг! Я попрошу его. Может, что придумает.

– Блин, – вскочил Рыжий. – Да похер, друг или не друг, – его, как самого молодого в компании, больше всех раздражала тема Тайкиных женихов. – Давай съездим.

«Ага! Щаз!» – уперся в него взглядом Серый.

– Давай я с ней съезжу, – сказал вслух. – А то в квартире рядом с Лехой я скоро сам на стенку полезу.

– Ну ок, – с гораздо меньшим энтузиазмом отозвался Илья. – Тогда я поеду к Лехе почилю…

– Отлично, – кивнул Серый. – Он был за компом. Ты его хоть раз в полчаса спрашивай о чем-нибудь.

– Заметано, – буркнул Рыжий, выходя из комнаты.

Серый посмотрел на Таю вопросительно. Для всех окружающих его взгляд значил: «Когда поедем?» – но она-то понимала, что сейчас будет в подробностях рассказывать, что за друг.

– Так, ну ладно, – поднялась Катя. – Давайте тогда кто куда…

– Серый, ты мне потом звякнешь? – пристально посмотрел на него Андрей, перевел взгляд на Тайку. – Ну или ты.

– Ага, – кивнула таракашка.

– Конечно, позвоню, – отозвался Сергей.

Она закрыла за друзьями дверь.

– Я сейчас, – нырнула в свою комнату. – Переоденусь.

Сережка шумно выдохнул, пошел за ней. Тая успела скинуть домашнее платье, взяла в руки джинсы. Он обнял ее сзади.

– Не спеши, – забрал джинсы из ее рук.

– А… – обернулась, во взгляде беспокойство.

– Да к черту. Полчаса погоды не сделают, – повернул ее к себе лицом, накрыл ее губы поцелуем. – Соскучился по тебе дико.

Тайка хмыкнула, расплылась в довольной улыбке и обвила его шею руками. Сережкины пальцы ласкали ее обнаженное тело, щекотали ребра, поглаживали грудь, нежно щипали соски. Он действительно по ней очень сильно соскучился.

***

Серый вернулся домой поздно вечером. Этот ее программист – прыщавый мальчишка, мнивший себя начинающим властелином вселенной, реально справился, хотя у них почти не было входных данных.

– Блин, был бы хоть номер телефона, – морщил нос паренек. – Можно было бы паспортные данные снять.

– Я тебе могу назвать ее старый адрес и фамилию, имя, отчество. Этого мало? – Серый сидел на стуле рядом с ним, уперев локти в колени. – Телефона у нее сейчас нет – сбросила. И с работы уволилась.

– О! – парень аж подпрыгнул. – Раз уволилась, значит, должна новую искать?

– Наверное, – нахмурился Серый.

– Данила, – раздался скрипучий голос из коридора, парень еще жил с родителями. Тех не было дома, но по квартире тихо шаркала полная старушка. – Ты ужинать будешь?

– Бля, ба, отвали, – прошипел подросток себе под нос.

– Не груби бабушке, – одернул Серый. – Пойди поешь, я покурю пока.

Глава 17

За компьютер вернулись минут через двадцать, утащив с кухни здоровенную чашку чая и пакет печенек. Парень открыл сайт по поиску работы якобы от лица работодателя, вбил данные Татьяны… Смирновых там тоже было много, к счастью, почти все с фотографиями. Серый вглядывался до рези в глазах.

– Нет, – покачал головой. – Ее не вижу.

– Погоди, – азартно поерзал мальчишка, – я ща закрытые посмотрю.

Что и как он вводил, Серый не понял, но уже через несколько минут на экране пополз новый список Смирновых.

– Вот эта! – Серый ткнул в третью сверху фотографию. – Точно она.

– Ага, – парень аж потер ладони. – Ща!

Открыл резюме, что-то куда-то вбил, открыл какую-то дополнительную программку, перезагрузил сайт поиска работы.

– Вот! Короче! – он близоруко всматривался в экран. – Это ее телефон и адрес, – скопировал, вынес на лист блокнота. – А это… – накидал туда же список компаний, – те, кто дал ей положительный отклик. – Парень довольно откинулся в кресле. – Всего пять компаний, и она закрыла резюме!

– Давай данные! Телефон есть – это самое главное!

В качестве оплаты мальчишка попросил наличные. Дескать, никаких электронных следов. То ли параноик, то ли гений. Даже Татьянины данные не в мессенджер переслал, а на бумаге распечатал.

Сережка сначала отвез Таю домой. В этот раз задерживаться у нее не стал, хотя, конечно, хотелось остаться в пустой сталинке с любимой девочкой, а не тащиться к сходящему с ума Лехе, но…

Рыжий уже ушел. У него были заказы. Он написал Серому, убедился, что тот скоро приедет, и уехал. Сережка зашел в тихую темную квартиру. Сначала стало жутко. Потом увидел неяркий свет на кухне – Леха по старой привычке разложил учебники на обеденном столе, притащил из комнаты настольную лампу. Хрен его знает, читал или нет, но смотрел в книги. Серый тихо подошел, положил листы с распечаткой на край.

– Что это? – Леха недоуменно посмотрел на друга.

– Мы ее профиль на сайте по поиску работы взломали, – ткнул пальцем в списки. – Это компании, куда она отправляла резюме, а это те, кто ей ответил. Резюме она закрыла. Значит, кто-то из них ее взял. Ну, и там есть ее телефон, – Серёга многозначительно посмотрел на друга.

У Лехи задрожали руки, перехватило горло.

– Серый… Как?!

– Кверху каком! Ты учи давай, а то придется не за один год, а за два платить. Теперь ее красивыми сиськами не возьмешь.

Леха подорвался со стула и сжал друга в объятьях. У них разница в одежде была размеров шесть.

– Задушишь, бля, – захрипел Серый, – поставь, где взял!

А Леха смеялся. Впервые за этот месяц смеялся.

***

– Слушай, неужели нельзя на несколько дней слинять? – Серый хмурился. – Ну хотя бы три дня?

– Серенький, блин, – Тая уткнулась носом в сложенные ладошки, наморщила лобик. – Мне очень хочется, очень-очень, правда! Но!!! Ты сам меня гнал в это издательство! И вот все! Тестовое им понравилось, – развела руками. – Я теперь работаю! И еще и учусь! Последний год, дипломный проект, между прочим!

– Черт, – проворчал раздраженно, притянул ее к себе, – вот засада!

Стоял еще довольно теплый и приятный октябрь. Еще выглядывало днем солнце, еще желтела листва под ногами и кое-где на деревьях. Они не спеша шли по тихой аллее от ее учебного корпуса к метро, и он уговаривал ее все же слетать в маленький отпуск.

Леха почти выкарабкался. Нет, он не помчался к Татьяне мириться, вопреки ожиданиям всей компании. Но он выяснил, где она работает, где купила новую квартиру, на какой машине ездит… По крупицам собирал информацию о ее новой жизни, будто приноравливался, к чему-то готовился.

– Чего он тянет? – спрашивала почему-то Серого удивленная Тайка.

– Я не знаю! Он с ней встречался, ему виднее.

– Я думала, он сразу к ней помчится, – протянула задумчиво.

– Я тоже, – пожал плечами. – Я бы больше двух недель без тебя прожить не смог.

Тая расплылась в победоносной улыбке, которую, впрочем, тут же спрятала, уткнувшись носом в его плечо.

– Получается, – фыркнула, продолжая обсуждать Леху. – все зря.

– Ну нет! – Серый знал, что говорил. – У него есть цель! Пусть он молчит, но он, во-первых, учится, во-вторых, работает, а в-третьих, ты бы видела, как у него иногда глаза горят! Он совершенно точно что-то задумал.

– Ну ладно, – вздохнула Тая. – Вернулся к жизни – уже хорошо!

– В общем, да. Мы, кстати, тоже можем попробовать вернуться к нашей привычной жизни.

– Ты о чем? – несмотря на все происходящее, они все равно находили время побыть наедине.

– В Италию поедем? – Серый вопросительно вскинул бровь. – Еще не поздно!

И вот тут-то оказалось, что мало того, что у нее пар черт-те сколько в день поставлено, потому что учебный план расписан только до марта, так еще и издательство! Ее портфолио показалось интересным, и ее включили в команду на маленькую серию книг для девочек-подростков. Не сказать, что работы было слишком много, но Тая жутко нервничала. Диджитал был ей в новинку. Да и… сам графический планшет! Она пробовала эту приблуду у Маринки еще год назад. Той родители купили простенький, без монитора. Тая решила тогда, что ей пока кистей и красок хватит… Но не тут-то было! В издательстве ей во временное пользование выдали навороченный гаджет со специфическими программами и кучей возможностей! Тая чувствовала себя сейчас скорее айтишником-недоучкой, чем художником. Все это отбирало кучу времени и сил.

А Серый чувствовал себя брошенным и от этого психовал.

Глава 18

Он привык быть рядом с ней, привык к тому, что его идеи ее восхищают и радуют… И вдруг… Девочка растет? Меняется? Он понимал, что это естественно, что этому надо радоваться, но ничего не мог с собой поделать.

– Хорошо, – почти прорычал. – Хотя бы один день. Пятницу, – посмотрел на нее многозначительно, даже с укором. – Ты можешь прогулять одну пятницу в октябре?

– А ты уедешь на выходные? – она широко раскрыла глаза от удивления.

– Уеду, – ему чертовски хотелось провести хотя бы несколько ночей с ней в одной постели. Хотя бы несколько дней не оглядываться, и не отдергивать руку при звуке открывающейся двери.

– Блин, Серый, – она расплылась в улыбке. За все те годы, что она крутилась среди этих ребят, она знала цену освобожденным выходным. – Ну да! Тогда да! Даже, наверное, полчетверга, – закатила глаза, подумала: – Да! У нас в четверг в двенадцать рисунок, а потом методика, с нее я могу слинять.

– Значит, в четверг, с полвторого ты свободна, – он прищурился, считая. – То есть, мы вполне можем улететь часов в шесть, и ужинать уже в Риме.

– А! – она аж подпрыгнула от восторга. – Серый!

– Или в Париже?

– Да! В Париже, – выдохнула, прижимаясь к нему. – Серый, какое ты у меня чудо.

– Это ты чудо! Замечательное, но вредное чудо! – достал смартфон. – Если получится, куплю билеты на эту неделю.

Он листал расписание авиарейсов и думал о том, что к бабушке тогда надо будет заскочить чуть пораньше. И, наверное, уже с сумкой.

***

Зимовать в Москве – маленький подвиг. Серость, ветра, снегодождь, дождеснег, потом за одну ночь сугробы по пояс, а через два дня оттепель. Семь солнечных дней на все пять месяцев зимы, и те с морозом минус тридцать.

Выходить никуда не хотелось, даже с клиентками. В первую очередь с клиентками. Как сохранять представительный вид, когда на улице слякоть и ледяной ветер?

Масло в огонь добавляло то, что Тайка теперь постоянно была занята. Андрей тихо снял ценники с ее картин и объявил их постоянной экспозицией. По крайней мере, до лета.

С самого их возвращения из Парижа они виделись едва ли десять раз. Тяжело было после сказочных золотых дней на берегу Сены возвращаться в тот мир, в котором нельзя ее обнимать на ветру, подсаживать на парапет набережной и впиваться в нее губами. Мир, в котором нельзя зависать в мелкой кафешке у подножья старинного Собора и пить кирш, а вечером – теплый глинтвейн. Мир, в котором надо спать порознь. Мир, в котором надо просыпаться порознь.

Расписание у нее в институте было очень плотным и совершенно дурацким. Если она не оставалась работать с дипломным проектом, то неслась в издательство – что-то спросить или что-то сдавать. Работать удаленно у нее не получалось, она занималась фонами и должна была постоянно быть в контакте с остальной группой иллюстраторов.

Нервничала, часто расстраивалась, злилась сама на себя, а иногда даже на Сережку и на маму, что они ее в это втравили. Но не бросала. Не уходила. Ей очень нравилось погружаться в историю и пробовать передать настроение красками, оттенками.

– Понимаешь, тут он расстроенный, – рассказывала она про какого-то своего персонажа, демонстрируя планшет Сереге, сидящему у нее за спиной. – Тут цвета те же, но чуть более приглушенные. Это та же улица! Те же дома! Те же деревья! Но он их видит по-другому! Ему же грустно…

Серый понимал. Прекрасно понимал. Прижимал ее к своей груди, вдыхал запах ее волос и радовался, что она может быть с ним хотя бы так. Хоть эти скромные часы, пока Леха в зале, а он не на заказах.

На Новый год Тае подарили ноут. Хороший, с мощной видюхой и процессором. Скидывались все трое. Хотя практически двое. Леха материально сейчас был вне игры.

Зато морально он был на подъеме – у Татьяны в отделе появилась вакансия. И Леха с некоторой натяжкой туда проходил. Ему это казалось классной идеей – устроиться к ней в отдел. У Сереги было свое мнение на этот счет, но он помалкивал. В конце концов, может, и выгорит. Что-что, а работать Лешка умеет. Если у него получится стать для нее незаменимым…

Стоял январь. Закончились праздники, но еще никому не хотелось возвращаться к будням. У Тайки перенесли пары в связи с какой-то международной выставкой, а в издательство ей надо было к пяти.

Тая: Серенький, ты дома?

Серый спал. Еле услышал сквозь сон сигнал телефона. Почти убедил себя, что ему приснилось, но все же потянулся, взял трубку и тут же проснулся. Широко открыл глаза, тряхнул головой.

Сергей: Да, малыш. Что-то случилось?

Тая: Ага! У нас две пары отменили. Могу приехать.

Сергей: Да!

Сергей: ДА! ДА! ДА!

Тая: (много смеющихся смайликов). Буду через сорок минут.

Сережка повернулся на бок, полежал еще несколько минут с блаженной улыбкой на лице и рывком поднялся… Хотелось сходить в душ, собрать диван… И выпить кофе.

Уже через полчаса раздался настойчивый звонок в дверь. Серый подорвался открывать почти бегом.

– Лешки нет? – выдохнула вместо «здравствуй».

– Не-а, – мотнул головой, улыбаясь.

Она шагнула вперед, прямо в его объятья, без лишних разговоров впилась в его губы, прижалась к его груди. Сережка, не глядя, захлопнул дверь, притянул Таю к себе, судорожно расстегивая ее пуховик, стаскивая шарф. Тая спустила с плеча тяжелую сумку с папкой, книгами и ноутом. Оставила ее там, где стояла, скинула обувь. Сережка повесил ее пуховик на вешалку, обернулся. Оба рассмеялись. Разгоряченные, возбужденные, истосковавшиеся друг по другу.

Ни о чем не договариваясь, ушли в комнату. Тая впереди, Сережка следом. Догнал, обнял ее, прижался губами к ее шее, вдохнул аромат ее кожи, почувствовал ее вкус на губах. Тая раскрылась, откинулась назад, позволяя ласкать свою грудь, целовать свои виски, повернулась, поймала своими губами его, заскользила тонкими пальцами по его футболке, нырнула под нее, аккуратно взялась на пояс его джинсов. Спешила, жаждала, изнывала.

Глава 19

Замерли, ошарашенно друг на друга посмотрели. Черт! Сережка забыл закрыть внутренний замок!

Тая соскользнула на пол, Серый отступил на полшага назад. Скривился, пытаясь застегнуть ширинку. Тая подхватила свои лосины, встряхнула. Трусики выпали, но с ними возиться было некогда. Их подхватил Сережка, засунул себе в карман. Тая поправила свитер ровно в тот момент, когда дверь хлопнула, закрываясь.

Она вышла из комнаты первой, смущенно поправляя свитер, приглаживая волосы. Сережка остановился в дверях своей комнаты, оперся плечом на косяк.

– Блин! Тайка, какого черта! – Лешка злобно выругался, споткнувшись о ее сумку, которую она бросила прямо у дверей.

Тая уже рванулась вперед убрать свои вещи, когда услышала за своей спиной:

– Эй, Лех, полегче, – мужчины пересеклись взглядами. – Что бы у тебя ни творилось, она не виновата, – продолжил Серый.

Лешка смутился, нахмурился, сам нагнулся за сумкой, подал ее Тае.

– Извини, – буркнул, собрался уйти в свою комнату.

– Что стряслось, чего ты так рано? – продолжил допрос Серега.

– Клиент индивидуалку отменил! Вернусь в зал к восьми, – от их дома до зала было двадцать минут пешком. Понятно, почему Леха решил зайти домой. – А ты чего тут? – обернулся к Тае.

– Та же фигня, – пожала она плечами. – Пару сняли, а на работу к пяти.

– А... – Леху вполне устроило это объяснение. – Сделай кофе, пожалуйста, – после Серегиного наезда он старался быть вежливым.

Тайка юркнула на кухню, а Серый подошел к Лехиной двери, испытывающе на него посмотрел:

– Что стряслось?

– Да из отдела кадров Татьяниного молчат! – вспыхнул Леха. – Я уже и написал туда сам, и позвонил! – взъерошил себе волосы, сделал круг по комнате. – Молчат, суки!

Серый скривился. Он с самого начала считал идею дурацкой, но…

– Тай! – громко позвал он ее из коридора. – Тай, а к Даниле можно еще раз обратиться?

– Да можно, конечно, – растерянно выглянула с кухни. – Что за вопрос? Он только рад будет!

– Напиши ему, спроси время? – Серый смотрел на Таю, ничего не объясняя Лехе.

– Че за Данила? Че за фигня? – Леха хмурился, он ничего не понимал.

– Пишет, сегодня после пяти можно, – Тая подняла расстроенный взгляд. Ей же к пяти на работу.

– Мы без тебя сходим? – вопросительно поднял бровь Серый.

Она что-то набрала в телефоне. Почти сразу ответила.

– Да, норм…

– Перешли тогда мне его контакт, пожалуйста.

Леха уже вышел в кухню и недоуменно смотрел на друзей.

– Хакер ее, – кивнул Серый Лешке, Тая на него при этом укоризненно посмотрела. – Пойдем к нему, подумаем, что еще сделать можно.

Лешка с недоверием посмотрел на Серого, несмело улыбнулся.

– Твой кофе, – протянула ему чашку Тая. – Может, пообедаешь?

– Не, я чуть позже, – вернулся в свою комнату. – Я позанимаюсь чуть. Завтра первой парой семинар.

– Ну окей, – протянула Тайка, вернулась к плите.

Лешка скрылся у себя, дверь, впрочем, не закрывал. В их квартире это было не принято. Серый, косясь на его комнату, зашел на кухню, и еле скрывая озорную улыбку, посмотрел на Таю. Та сдавленно фыркнула. Сережка не выдержал, шагнул к ней, взял ее лицо в ладони и быстро и нежно поцеловал. Тая ахнула, подняла на него сияющие глаза. Он хитро прищурился и вложил ей в ладонь трусики. Таракашка хихикнула и рванула в туалет. Серый остался в кухне, зажмурил глаза, как от боли, стиснул зубы, мотнул головой. «Твою мать! – выругался беззвучно. – Чтоб его!»

Тайка понимала, что домой вернется поздно, поэтому решила поесть. Серый, как обычно, составил ей компанию. На запах еды вынырнул из комнаты и Леха. Тая подвинулась за столом, так, чтобы касаться Серого коленом, и усиленно делала вид, что ничего не происходит. У Серого внутри все ныло. Его дико взбесило незапланированное Лехино появление, но злиться в этой ситуации он мог только на себя.

За столом обсуждали Данилу. Тая, хохоча, подсказала ребятам купить ему коньяку. Только бабушке не показывать.

– Блин, он же пацан еще, – фыркнул Серый.

– Так в том-то и дело, – улыбнулась Тая. – Он сам купить не может!

– Серый, – изумился Леха, – ты че, спиртное строго после восемнадцати употреблять начал?

Серега опустил глаза. О том, что в его жизни творилось с пятнадцати до восемнадцати, рассказывать не хотелось. Картинно вздохнул, чем рассмешил друзей.

– Ладно, коньяк так коньяк.

Из квартиры вышли все вместе. Тая на работу, парни – к Даниле. Тайка картинно чмокнула их обоих в щечку на прощание. Серый не выдержал. Уже расставшись, достал телефон:

Сергей: Безумно по тебе скучаю, солнышко мое.

Тая: грустный смайлик. смайлик с поцелуем, смайлик с сердечком.

Серега: (улыбающийся смайлик.) Хорошего тебе рабочего вечера.

Тая: Вам тоже удачно все решить! Может, тогда Леха реже будет торчать дома! (смайлик, закатывающий глаза).

***

В этот раз Данила дома был один. Ни сестры, ни родителей, ни бабушки. Леха поразился, что его проблемы решает семнадцатилетний мальчишка с хронически немытой головой. Несмотря на свой юный возраст, хакер смотрел на них, как на салаг, которые ничего не понимают в жизни:

– Не, сделать так, чтобы они только его резюме видели, я не могу, – парнишка многозначительно посмотрел на Леху с Серегой. – Могу всем, кто им пишет, якобы от их имени дать отбой, и ото всех, кому они пишут, от адресата дать отказ, – парень странно жестикулировал, показывая пальцами друг на друга, выписывая ими круги, будто общался с идиотами. Неуверенно посмотрел на мужчин: – Ну, то есть, вроде как те этим отказывают, а эти тем… Поняли?

– Да поняли, поняли, – Леха еле сдерживал смех, видя самоуверенность этого прыщавого подростка, а Серый откровенно злился. – Давай! Делай!

Мальчишка обернулся к компьютеру, но тут же снова посмотрел на Серегу – он именно его счел главным:

– Но это только на сайте. Если кто позвонит или на почту напишет… – он многозначительно замолчал. – И еще… У них могут возникнуть подозрения, что откликов нет и все такое… Они ж не будут видеть этих… – он указал на свой монитор. – Так вот, если они напишут запрос администрации сайта, – программист поморщился, всем своим видам давая понять, что будет неприятно.

Глава 20

Развлекались как могли, всей компанией. Андрей, проявив недюжинный актерский талант и понизив голос до шаляпинского баса, спрашивал кадровичку, толерантны ли в их компании к меньшинствам. Катя потребовала уточнить в меню столовой КБЖУ и энергетическую ценность предлагаемых блюд, Ира подтянула почти всех своих танцовщиц, и те, абсолютно не понимая, куда и зачем звонят, то усиленно «шокали», спрашивая всякую ерунду, то делали сексуальный голос с хрипотцой и уточняли, не штрафуют ли в их фирме за неуставные отношения внутри коллектива. В общем, все вспомнили свои детские выходки и телефонное хулиганство. Помогло. После одного из таких звонков девочка Маша, непрофессионально выругавшись, бросила трубку и перезвонила Лехе.

Тот прыгал от радости, кричал что-то несвязное и готов был расцеловать всех, кто был рядом. Дело было в спортивном зале, поэтому досталось в основном Ирине. Тренеры и завсегдатаи, которым Андрей давным-давно качественно объяснил, что это его женщина, смотрели на Леху, как на самоубийцу, а Ира смеялась до слез. «Ну пацан! Влюбленный пацан!»

***

Серый тоже не мог за него не радоваться. Правда, к искренней радости за друга примешивался еще и совершенно корыстный интерес. Он хотел видеть Леху реже. Как можно реже. А Тайку чаще.

После прерванного секса в квартире они увиделись только спустя неделю. Серый уже рычал и чуть на стены не лез. Вспомнил свою полушутливую фразу о том, что «я больше двух недель без тебя прожить не в состоянии!» Каких две? Неделю вынести бы!

Переписывались, конечно, каждый день. Много, долго, часто. Она слала ему голосовые – руки были вечно заняты то планшетом, то кистями. Серый обожал ее слушать. Некоторые записи сохранял себе и переслушивал в те моменты, когда было особенно херово.

Вот, например, как сейчас. Он ехал в метро на заказ, и в наушниках звучал ее смех. Был разговор, который закончился их интимной шуткой про «не получилось открыть с первого раза». Тайка расхохоталась, ввернула ему что-то про «пальчики оближешь». Это были двадцать секунд его личного счастья. Ее смех, ее голос, их шутки, которых никто не поймет.

Вдруг телефон пиликнул. Чат с ней, и снова голосовое:

Тая: Слушай… Я только сейчас поняла, что маман куда-то свалила. Хочешь ко мне?

Бля! Бля! Бля! Да хоть бы ты на двадцать минут раньше написала, он бы нашел, на кого перекинуть заказ… Сейчас уже почти на месте, и штраф ему совсем не нужен.

Сцепил зубы, ответил.

Сергей: Освобожусь только после двух.

Поймет же, где он. Не хотел этого, но…

Тая: Норм! У меня работы вагон. До часу точно рисую!

Выдохнул, удивленно уставился на телефон. Почему он ей отказывает в праве по нему скучать? Она тоже хочет его видеть? Готова ждать от клиентки?

Сергей: Приеду, малышка.

Тая: Моя очередь делать тебе ключи! (смеющийся смайлик)

Расплылся в улыбке. Охренеть, куда зашли их отношения. Надо что-то менять. Невозможно больше шифроваться.

Клиентка готова была продлить заказанное время. Выпрашивала хотя бы час. Серый опускал взгляд, делал виноватое лицо, целовал ее кончики пальцев и не знал, как свалить. В Тайкину дверь тихо постучал в начале третьего. Конечно, сначала написал в чат.

Сергей: Еще не спишь, пташка?

Тая: Блин! Даже еще не разделась! Сижу над планшетом.

Сергей: Ну, раздеться я тебе помогу. Скоро буду.

Тая: много улыбок и кивающих смайлов.

Дверь открыла почти сразу. Действительно в трениках и футболке. Лицо уставшее, глаза красные, волосы всклокочены. Сделал шаг в коридор, обнял ее, поцеловал в висок, прижал к себе. А она свернулась у него на груди, кажется, совсем без сил.

– М… Только сейчас поняла, что спина уже болит, – потерлась носом о его плечо.

– Ты закончила, что хотела? – провел ладонью у нее между лопаток чуть с нажимом. Она довольно выгнулась.

– Да… Почти… – Тайка еле стояла на ногах.

– Тогда в я в душ, и пойдем спать, – коснулся ее кончика носа своим.

Тайка вернулась в комнату выключать планшет, разбирать кровать. Он ушел в душ. Не мог по-другому. После заказа надо было вымыться.

В постель легли почти в три утра. Она прижималась к нему всем телом, целовала его грудь, но Сережка чувствовал, что его девочка смертельно устала. Гладил ее по спине, обнимая, убаюкивал.

– Спи, малышка. Утром наверстаем. Сейчас спи.

Она действительно очень быстро задремала в его объятьях. Он почувствовал, как ее дыхание стало глубже, как расслабились мышцы. Волна нежности, умиротворения и чего-то еще накатила на него. Член реагировал на ее тело, но, черт возьми, ни за что на свете не стал бы ее сейчас будить. Настолько сладко было чувствовать это доверие, эту близость.

Сам лег на спину, ее уложил к себе на плечо. Тая повернулась во сне и закинула ногу ему на бедро. Сережка хмыкнул, поерзал, устраиваясь удобнее, и тоже уснул.

Утром проснулся раньше будильника. Попробовал потянуться, не смог. Его ноги были спутаны с ее ногами, на животе лежала ее ладонь, на груди ее голова. Черт! Какой кайф. Серый улыбнулся мечтательной улыбкой влюбленного, потянулся к телефону, посмотреть время. Восемь. Пять часов сна. Блин, как его девочка продержится? Ей ко второй паре, будильник заведен на восемь тридцать.

Погладил ее по волосам. Она отозвалась, выгнулась навстречу его руке.

– М… С добрым утром, – проворковала, потягиваясь.

– С добрым, – повернулся на бок, поймал ее губы поцелуем.

– А… – поерзала, вырываясь. – Пусти в туалет!

– Уверена? – хохотнул. Считалось, что полный мочевой усиливает ощущения женщины.

– Уверена! – Тайка этого не любила. Уж лучше игрушки.

Выскользнула из-под одеяла буквально на минуту. Вернулась, прижалась к нему, Сережка приподнялся на локте и накрыл ее своим телом. Ему очень важно сейчас было ею обладать. Именно так и никак иначе. Контролировать ее движения, ее ритм. Он очень хотел, чтобы она сейчас была его.

Глава 21

Молчала, многозначительно смотрела. Не на Таю, нет. Эта молодая особа ее не интересовала. Ираида Львовна смотрела на Серегу. Оценивающе, заинтересованно. Серый очень хорошо знал этот взгляд, моментально его считал. Чертыхнулся сквозь зубы, закатил глаза.

– Доброе утро, мама, – Тая первой пришла в себя. – Ты помнишь Сергея?

Ираида Львовна молча сделала глоток из чашки.

– Доброе утро, – поздоровался Серый, стараясь не смотреть ей в глаза, но все равно поймал это движение бровей, этот взмах ресниц.

«Черт! Лишь бы Тая не поняла, что происходит», – перевел на нее взгляд. Побледнела, глаза расширены. Поняла.

– Мам, ты не против? Мы себе кофе сделаем и уйдем, – протараторила Тайка излишне поспешно. – Мы спешим.

– Да, да, – женщина плавно двинулась, чуть замедлилась около Сереги. – Конечно, завтракайте.

– Тай, – Сережка окликнул ее, когда Ираида Львовна вышла, – Тай, иди сюда.

Сгреб ее в охапку, провел рукой по волосам, поцеловал. Сначала макушку, потом нашел губы.

– Тай, плевать на все, – проговорил уверенно.

– Мне не стоило так орать, – процедила Тайка сквозь зубы.

Серый попробовал обернуть все в шутку:

– Думаешь, она завидовала?

– Уверена! – Тая не шутила.

– Ну… Если мое мнение играет хоть какую-то роль, – повернулся, включил чайник, – то у меня есть ты, – чуть прищурился.

– Да? – дернула подбородком в сторону коридора. – Вроде твой любимый возраст.

Серый замер, зажмурился на секунду, как от удара, убрал от Таи руки. Когда он снова открыл глаза, на нее смотрел совсем другой человек. Тот, с которым она однажды встретилась в отеле пару лет назад.

– У нее, – чуть прищурившись, кивнул в сторону Тайкиной матери, – на меня денег не хватит.

Развернулся, ушел из кухни в комнату.

– Черт! Серый! – Тайка рванула за ним следом. – Прости, пожалуйста.

– Забей, – он уже оделся. – Сделай себе завтрак, тебе на пары выходить.

– Сереж? – Тая едва сдерживала слезы.

Вздохнул, подошел к ней, поцеловал в носик.

– Тай, все нормально. Одевайся. Время.

***

Серый практически добился своего: Леха дома теперь бывал крайне редко. Парень устроился-таки на работу к своей Татьяне. Офис был черт-те где, почти два часа дороги от их квартиры, несколько раз в неделю Леха старался попасть в институт на пары, да еще и сохранил кое-что в спортзале. Теперь Серый изредка видел Леху спящим в своей комнате. Если возвращался от клиенток до шести утра. А то, бывало, и этого не видел. Мужики сутками не встречались.

Только вот Таи в его жизни тоже больше не стало. Близилась сдача госов, начинались рядовые зачеты. После той сцены на кухне свиданий не было достаточно долго. Она писала, он отвечал, но… Но встреч избегал. Зато все чаще ставил себе в плеере ее голос и ее смех, сознательно превращая ее в недосягаемый идол, далекий идеал.

Снова они увиделись случайно и на людях: Леха с утра забыл ключи от квартиры, и так как у Серого был заказ с вечера и на сутки, то он попросил Сережку забросить его комплект Андрею. Сам Андрей был на работе, но в квартире зависали девчата. Судя по блестящим глазам и заговорщическому виду, придумывали что-то невероятное на двадцать третье февраля.

– О, привет, – дверь ему открыла Настя. – Заходи.

– Да я только ключи отдать, – Серый шагнул в коридор, увидел в квартире Иру, Катю и… Таю.

Она пыталась поймать его взгляд, но он упорно смотрел на Иришку.

– Держи, – протянул ей комплект ключей. – Леха зайдет вечером.

– Ага, Андрей писал, – кивнула Ира.

– А мы тут думаем, – лениво протянула Катя, потягиваясь на диване, – что вам на праздник подарить? Можно баньку с девочками снять, можно стриптиз заказать.

Ира с Таей сдавленно хихикнули, Настя покраснела, как умела только она.

– Катя! – рявкнула на нее с укоризной.

Сережка не мог сдержать улыбки. Их идеи его позабавили.

– Можно баньку без девочек, – весело ответил он.

Девчонки в ответ рассмеялись. Даже Настя.

– Ну ладно, девчат, не буду вам мешать, – Серый развернулся ко входной двери.

– Я тебя провожу, – сорвалась из глубины комнаты Тая, хотя Настя стояла рядом с Серым в коридоре.

Опа… Тая, это не мужики. Это женщины. Считай, уже себя сдала.

– Всем пока, – постарался не выдать своих эмоций, отошел к двери.

А Настя как нарочно исчезла из коридора.

На пороге встретились взглядом. Ее – растерянный, вопросительный, взволнованный. И его… Какой? Он и сам не знал, только Тайка нахмурилась.

Одними губами сказал «пока» и вышел. Получил сообщение почти сразу.

Тая: Значит, мне не показалось. Значит, ты меня избегаешь.

Очень хотелось ответить на это какую-нибудь гадость вроде «жду, когда ты достигнешь моего любимого возраста» или что-то похожее, но сдержался. Тут или не отвечать ничего, или нежно. Издеваться ни к чему.

Серый: Показалось. Просто все заняты.

Тая: Но сейчас-то ты свободен. Почему не написал?

Сережка остановился посреди обледеневшей улицы. Мимо спешили люди, кто-то задел его локтем, обернулся, в спешке извинился. Написать, не написать? А черт с тобой. Ты сама это начала.

Сергей: Не свободен. Через час уезжаю на сутки.

Никогда он ей об этом не говорил. За все те годы, что они общались, ни разу не заявлял прямо, что он на заказах. Всегда говорил просто «сегодня могу увидеться». А если не мог, то молчал, а она не спрашивала.

Тая: Удачной ночи.

Черт! Даже их внутриконторское пожелание знает… Серый раздосадовано хмыкнул, убрал телефон. Но тот судорожно дернулся в кармане еще раз.

Тая: Пожалуйста, напиши мне, когда будешь свободен.

Зачем, девочка, зачем? Но ответил.

Сергей: Ок.

Пролистнул беседу. Ни одного смайла, ни одной нежности. Ну да. Наверное, так и надо.

Глава 22

– Сереженька, на тебе лица нет, родной мой. Что случилось? – сейчас бабушка держала его за руку. Он, как обычно, сидел на пуфике около ее ног.

– Да нет, ба, все хорошо. Погода просто противная, – улыбнулся как можно искреннее.

– Ты ж мой хороший, за что тебе все? – Александра Васильевна погладила его по волосам, а у него вдруг навернулись слезы. Почувствовал себя снова мальчишкой, уткнулся в ее колени.

– Ба, – просипел, сглатывая слезы, – как хорошо, что ты есть.

Больная беззащитная старушка потянула его за плечи и прижала к себе. Сережка молча обнимал ее, крепко зажмурившись.

***

– Вы знаете, – главврач медленно шел рядом с ним по коридору, – она, конечно, не может жить самостоятельно. Ей надо помогать, – Зиманько покрутил руками, – совершать гигиенические процедуры, иногда помогать кушать. Бывают дни, когда она чем-то взволнована, и тогда снова наблюдается спутанность сознания. Но, в общем и целом, сейчас она понимает, кто вы, – Олег Иванович удовлетворенно кивал головой, – кто я, где она находится.

– В общем, продолжать то же лечение и не волновать, – откашлялся Сергей. Ему стало стыдно за свои эмоции, которые он показал бабушке.

– Скорее всего, да, – полноватый мужчина внимательно на него посмотрел поверх очков. – У вас что-то случилось? Простите, но вы не важно выглядите…

Серый хотел отмахнуться, соврать, но потом вспомнил, с кем говорит:

– Неприятности в личной жизни, – ответил максимально обтекаемо.

– Сочувствую, – психиатр-геронтолог медленно кивнул.

– У бабушки таким лучше не появляться, да? – Серый понял, к чему клонит Олег Иванович.

– И да, и нет, – пожал тот плечами. – Если вы вдруг перестанете приезжать, она расстроится еще сильнее.

Сережка понимающе кивнул, пожал доктору руку.

– Я постараюсь к следующему четвергу быть в норме, – грустно улыбнулся.

Главврач неожиданно крепко пожал его руку, похлопал второй ладонью сверху, кивнул и ушел, больше ничего не сказав.

***

Серый по привычке шел через лес. Изменял себе только в осенние дожди, в любое другое время шел по едва видной тропинке между могучими разлапистыми соснами и думал… О себе, о бабушке, о Тае. Так нельзя. Он не прав. Хуже нет – просто замолчать. Достал телефон.

Сергей: Я свободен.

В ответ тишина. Достаточно долго, он уже успел убрать гаджет назад в карман, когда тот тихо загудел.

Тая: Встретишь после пар?

Улыбнулся. Давно они не гуляли вместе. Забытое ощущение наполнило грудь, пробежало мурашками по спине.

Сергей: В четыре тридцать?

Тая: Угу. У памятника.

Сергей: Встречу.

***

Она вышла из дверей корпуса последней. С непокрытой головой, по самый нос замотанная в шарф. Сережка вспомнил ее вязаную шапку с косичками и улыбнулся. Стало тепло и немного грустно.

– Привет, – подошла к нему вплотную, поднялась на цыпочки, быстро поцеловала.

Ух ты. Что-то новенькое!

– Привет, – улыбнулся в ответ, провел пальцами по ее щеке, будто изучая, поправил прядку волос.

Тая посмотрела ему в глаза и тоже улыбнулась. Увидела в его взгляде что-то такое, что ее очень обрадовало.

– Куда пойдем? – спросила, беря его под руку.

– Тебе нужно сегодня на работу? – забрал ее сумку.

– На работу нет, но немного поработать, – посмотрела на него, словно что-то выпрашивая. – Ты верни меня домой не позже одиннадцати, ладно?

Сережка рассмеялся.

– Ух ты, то есть, у нас есть целых шесть часов? – округлил глаза. – Подряд!

– Блин, – толкнула его локтем в бок, что, впрочем, через зимние куртки совсем не чувствовалось. – Сам виноват.

– Это да! – протянул удовлетворенно. – Я знаю. – И уже другим тоном: – Чем сейчас занимаешься?

– Слушай, там такой мега-интересный проект начинается! – начала с восторгом в голосе, тут же осеклась.

– Ну? – удивленно на нее посмотрел. – Чего замолчала?

– А тебе правда интересно? – спросила вдруг тихо, а глазки почти испуганные.

– Ты это сейчас серьезно спрашиваешь? – Сережка нахмурился. – Правда ли мне интересно, чем ты живешь?

– Серый, – уткнулась ему в грудь, обхватила его руками, – почему-то все вдруг стало так сложно!

– Добро пожаловать во взрослую жизнь, моя девочка, – грустно усмехнулся Серега. – Только лишних сложностей не выдумывай, их и так достаточно, – коснулся кончика ее носа губами. – Мне правда интересно. Что рисуешь?

– Там совершенно крутая тема – подростковая фантастика! Серия из десяти книг. Повести! Главный герой – двенадцатилетний мальчишка! – озорно посмотрела на Сережку.

– Должно быть круто! – вскинул брови тот.

– Реально круто, – кивнула. – Интересная вселенная, прикольные герои, диалоги с юмором. Мне понравилось!

– Да? – шутливо нахмурился. – То есть, тебе вполне заходит подростковое чтиво?

– Да ну тебя, – снова пихнула его, захохотала.

Сережка притянул ее к себе, обнял, как смог, поверх объемной куртки. Ничего приятнее звука ее смеха не знал. Хотелось смешить ее почаще.

***

А на двадцать третье девчата действительно сняли баню. Где-то за городом, отдельно стоящий домик с просторным предбанником и бассейном на улице. Были Андрей, Леха, Игорь, Серый, Марк и Рыжий. Девочек, конечно, не заказали.

Пришли сами. Обмотались простынями, вооружились вениками. Катерина пару раз взмахнула своим, словно плеткой, чем вызвала хохот и улюлюканье. Наигранно удивилась, наивно уставилась на друзей:

– А что, не так надо, да?

– Короче, – хмыкнул Андрей, – Кате и Марку надо было отдельный номер.

Опять дружный хохот.

Конечно, внимание друзей было приковано в основном к Лехе. Многие, особенно девчата, не видели его больше месяца. Спрашивали, как Татьяна.

– Ну, рассказывай! – не унималась Катя. – Ты хоть глазки-то ей строишь?

– Да, блин! – рявкнул тот. – Угомонись!

Глава 23

Маленькая, укуталась в простыню не по грудь, а по шею, как в плед. Мокрые от пара волосы смешно торчат в разные стороны. Пташка, воробьишка, солнышко. Уже взрослый, но еще озорной взгляд, красивые алые губы, которые так хочется целовать, хрупкое тело, которое хочется сгрести в охапку, накрыть, ото всех спрятать. Тая…

В какой-то момент не выдержал и вроде бы случайно сел рядом с ней. На ту же лавку, с другого края плюхнулся Рыжий, заставив Таю подвинуться почти вплотную к Сережке. О большем эти двое и не мечтали. Прижались друг к другу почти обнаженными телами, скользкими от воды и пота, горячими от жара камней. Она повернулась, посмотрела ему в глаза, увидела в его взгляде тот самый огонь, что восхищал и возбуждал ее, отвернулась, но прижалась плотнее. Выдержат эту сладкую пытку? Или нет? Тут точно не будет возможности уединиться.

В какой-то момент от пара стало трудно дышать. Ребята распахнули двери, вывалились в предбанник, а потом и в бассейн. Андрей, Рыжий, Катя…

Сережка нашел Таину ладонь, задержал ее. Из парилки выскочила Ира, и они остались наедине. На секунду, на одно мгновение, в которое оба кинулись в объятья друг к другу, слились в жарком поцелуе, вжались друг в друга, вдохнули друг друга. Секунда, не больше. Это все, что у них было в тот вечер. Это все, что им было нужно в тот вечер, чтобы понять, что они все еще не могут друг без друга жить.

***

– Слушай, ты не представляешь, как мне нравится работать с этой серией.

Тайка сидела на полу в комнате Серого, склонившись над планшетом. Она смешно закусывала губу, ее глаза блестели. На ней была одна из его рубашек. И все. Красивое, обнаженное тело и распахнутая рубашка поверх. Серый не мог налюбоваться этим зрелищем. Сидел напротив с чашкой кофе и улыбался.

– Чего смеешься? – она оторвала взгляд от планшета.

– Ничего, – улыбнулся еще шире, качнул головой. – Тобой любуюсь. Что за серия?

– Я же тебе рассказывала, подростковые книги… – взмахнула рукой с зажатым в пальцах стилусом.

– Про двенадцатилетнего мальчишку? – кивнул.

– Ага! Там очень веселая вселенная! Мне кажется, книга хорошо пойдет, – опустила нос в планшет. – А что мне нравится больше всего, – подняла хитрый взгляд, – так это то, что там большинство иллюстраций черно-белые! На всю книгу только пять цветных разворотов. Остальное, – расплылась в широкой улыбке, – моя любимая графика!

Серый улыбнулся, подвинулся к ней ближе.

– Можно? – посмотрел в монитор планшета.

– Конечно! – смущенно усмехнулась. – Только до нормального рисунка еще далеко.

На экране были видны контуры, точки, определяющие, видимо, фоновые предметы или других персонажей. Сейчас Тая рисовала какого-то зверька, по виду напоминающего гибрид кошки и попугая. Это было далеко от того, что Серега называл творчеством. Ее пруды и городские пейзажи нравились ему гораздо больше. Цифровая графика была скорее про мастерство, набитую руку, знание вектора. Но наблюдать за сотворяющей мир Тайкой ему нравилось.

– Серенький, – подняла на него неуверенный взгляд, – а Леха во сколько придет?

– Часов в девять, скорее всего. У них там какой-то проект, он задерживается постоянно. Один раз вообще всю ночь сидел работал, – нахмурился Серега. – А что?

– А ты во сколько уйдешь? – снова спросила еле слышно.

– В одиннадцать, – удивленно посмотрел на нее.

– И до? – скривилась, вроде как упрашивая.

– И до четырех, наверное, – нахмурился.

– А можно я у тебя останусь? – похлопала ресничками.

– Да без проблем, – удивленно пожал плечами. – Если тебе так удобно.

– Удобно, – опустила взгляд в планшет. – Все нужные книги с собой, ноут тоже. Жутко не хочется домой тащиться, – поморщилась. – К тому же Ираида там.

Ух ты. Ираида, не мама. Нет, у Таи никогда не было теплых отношений с матерью, но раньше с таким отвращением в голосе она о ней не говорила. Серый опустил глаза в пол. Похоже, они дома крупно поскандалили. И Серега боялся, что причиной был он.

– Разложи мне матрас на полу, – поднял он на нее взгляд. – А то Леха не поймет, если я в пять утра к тебе на диван спать завалюсь.

Тайка расплылась в широкой улыбке:

– В пять утра? Мне ко второй, – прищурилась. – Будильник на восемь.

Сережка понимающе улыбнулся, потянулся к ней, поцеловал.

– Оставайся, малышка…

***

Апрель словно включился, накалился и рассыпался солнечными зайчиками, акварельными пейзажами, светлыми вечерами. Хотелось дышать этим новым весенним воздухом, перепрыгивать через прозрачное небо, почему-то растекшееся по асфальту, слушать оголтелых воробьев и есть на улице мороженое.

Именно это Тайка и делала. Плотно обхватывала губами холодный шоколадный цилиндр на палочке, втягивая его в себя, а потом возвращала назад, бросая при этом призывные взгляды на Серегу. Тот смотрел на нее со снисходительной улыбкой человека, знающего, что он все равно получит свое.

– Точно не хочешь мороженого? – невинно похлопала глазками.

– М, – коснулся ее губ языком, слизывая потеки сливочного шоколада. – Мне и твоего хватит. Всю бы тебя в этом мороженом измазал, – в доказательство облизнул ее подбородок, тоже шоколадный, уголок рта, поцеловал щеку, шею.

– Ай, – возбужденно и возмущенно воскликнула Тая. – Неужели там тоже мороженое?

– Еще нет, – отстранился, посмотрел на нее призывно. – Но ты же это сейчас исправишь?

– Прямо на улице? – захохотала.

– А это на твой выбор, – игриво вскинул бровь, потянулся к эскимо, которое она держала на уровне лица, провел по нему кончиком языка, снизу вверх, с нажимом, оставляя неглубокую бороздку.

Глава 24

– Оу, – произнесла, выдыхая. Ее воображение живо нарисовало этот язык в другом месте, но… Озорно улыбнулась, вывернулась. – Давай еще немного погуляем.

– Да сколько угодно, – притянул ее ладонь к низу своего живота, показывая возбуждение, тут же отпустил.

– Ну нифига себе, – ошарашенно распахнула глаза. – Это же всего лишь мороженое!

– Ну да, ну да, – усмехнулся.

Тайка довольно рассмеялась, взяла его под руку:

– Пошли через парк пройдемся, на той стороне в метро спустимся.

– Ты сегодня до сколька свободна? – если расписание ее консультаций и зачетов он уже знал, то выходы на работу были непредсказуемы.

– Сегодня на работу вроде не надо, – пожала плечами. – Даже рисовать уже не надо. Я отправила все координатору группы.

– Хорошо, – притянул ее к себе под мышку. – Значит, пара часов наедине у нас есть?

– Есть, – кивнула с готовностью.

Сережка перехватил поудобнее ее сумку, направился к северному выходу, как вдруг у нее в куртке зазвонил телефон.

– Да, Валь? – вынырнула из его объятий, остановилась рядом. – Ну да! Нет, погоди, нужна же была наивная мордочка? – она нахмурилась. – Ну это же иллюстрация к тому эпизоду, где их космолет терпит крушение… Там, где он на деревьях! Разве нет? – чувствовалась, что она нервничает. Повернулась к Серому спиной, запустила пальцы в волосы. – Ну да! Идея же была показать… Черт! – нахмурилась, беззвучно выругалась. – Да, да, я поняла, – весь энтузиазм пропал из голоса. – Да, Валь, я прикину несколько вариантов эмоций. Да… Да… Сегодня, конечно… Да, давай. Созвонимся.

Отключила телефон, подняла на Серегу расстроенный, виноватый взгляд.

– Не получится, – поставила бровки домиком.

– Я уже понял, – улыбнулся, поправил ее взлохмаченные волосы. – Ты планшет с собой не брала?

– Не-а, – мотнула головой. – Я же думала, что все отрисовала.

– Ладно, малыш. Это работа. Справимся, – погладил ее по щеке. – Что-нибудь придумаем.

На самом деле он давно придумал. В их ситуации идеально было бы жить вместе. Только это никак не вязалось с их идеей неразглашения. От чего-то одного надо было отказываться. Или от шпионских игр, или от совместного будущего. Он все откладывал это сложное решение. Никак не мог найти в себе силы либо все же втянуть Тайку в свой образ жизни, либо расстаться с ней.

Она притихла, шла рядом. Серьезная, сосредоточенная, немного расстроенная.

– Четко на летучке говорили, что аборигены должны быть любопытные и у них должны быть наивные лица! – повернулась к нему, возмущаясь.

Серый ей улыбнулся:

– А что за история?

– Там мальчишки угоняют с крейсера космолет, естественно, не справляются с управлением и терпят крушение на планете с подходящей атмосферой и условно разумными аборигенами.

– М… И ты должна изобразить аборигенов?

– Ну да, – Тая вздохнула. – Там такая фигня типа лемурчиков с перьями.

Сережка хохотнул:

– Птичья цивилизация? Неразумно с точки зрения эволюции. Но ладно. Представь, что тебе на голову сейчас падает космический корабль! Вот прям тут и прямо сейчас. Идешь по парку, издеваешься над своим любовником…

– Я мороженое ем, – возмутилась почти всерьез.

– Ага! – Сережка тона не изменил. – И тут на голову космический корабль. Какие у нас будут лица?

– Там немного другое! Там они примерно на уровне неандертальцев развиты.

– Тем более… Вряд ли они будут испытывать любопытство. – Тая задумалась, внимательно глядя на Серого. – Страх, агрессия, желание спрятать детей и женщин, преклонение перед потенциальными богами, – пожал плечами Сережка. – Но последнее вряд ли годится для детской книжки.

– Хм… Я почему-то в первую очередь думала как раз о наивном любопытстве. Аудитория же – мальчишки-подростки! Они же бесстрашные все, как один! – воскликнула себе в оправдание.

– Ну… Тогда пусть будет опасливое любопытство, – протянул Серега. – Автор что, не описал эмоции?

– Описал, но…

– Но плохо! – осудил текст Серый.

– Да нет, – расплылась в улыбке Тая. – Хорошо описал! Валька, он вообще хороший.

Опа! Серый напрягся. Валька – это, оказывается, он… И он еще и хороший! Промолчал. Покосился на Таю.

– Ладно, – она потерлась об его плечо. – Набросаю несколько вариантов. Опасливого любопытства! – многозначительно улыбнулась Сергею, вздохнула. – Жалко, что планшет не с собой.

– Жалко, – кивнул.

Снова в голову пришла мысль о том, что были бы все ее вещи в его квартире… Интересно, когда Леха съедет?

– Уф, – кисло посмотрела на палочку из-под эскимо. – Только мороженое зря переводила!

Сережка, совершенно не ожидавший такого заявления, в голос рассмеялся.

– Вот так, значит, да?

Тая кокетливо улыбнулась.

– Ладно, – коварно прищурился он, – устроим тебе игры с мороженым.

Она восторженно округлила глаза, выбросила пустую палочку и взяла его за руку. До метро оставалась пара шагов.

***

Тая: Надо чаще с тобой сюжеты обсуждать. Почти сразу обновленные мордочки приняли.

Сергей: Согласен. Только если с мороженым. (подмигивающий смайл).

Тая: краснеющие смайлы, хохочущие смайлы, целующиеся смайлы.

Сережка улыбнулся, посмотрел на часы. Почти час ночи. Значит, она все это время рисовала и только что сдала работу. Чертыхнулся. Хоть бы учеба уже быстрее закончилась.

Сам как раз выезжал на заказ. Дама из постоянных. Брала его на выходные или на полную ночь среди недели. Только вот ее ночь начиналась достаточно поздно. Серый знал, что освободится завтра не раньше обеда. У Таи утром зачет, потом в два консультация. Дурацкое расписание. Нормальный ВУЗ в день зачета ничего не ставит.

Вздохнул. Если ее завтра опять выдернут на работу, то они опять не увидятся. Надо будет попробовать хотя бы с ней пообедать.

***

Сергей: Привет. Как прошел зачет?

Тая: Привет. Еще жду. Перенесли.

Глава 25

Яркий апрель принес оглушительную новость: Танюха попала в аварию. На весь общий чат пронеслась Лехина истерика. Уже через два часа пришло более спокойное сообщение: жива, почти цела. Повреждены связки, разбита машина.

Серый это просто проигнорил. Даже наоборот, слегка обрадовался. Он отлично понимал, что Леха и так был близок к тому, чтобы стать для нее незаменимым. Сейчас у него попросту карт-бланш. Вперед, парень.

Рыжий, который заскучал без Лешкиных лекций, с радостью окунулся в возню с восстановлением машины и всем подробно описывал Татьяну, ее реакцию на Леху и их друзей в автосервисе, рассказал, как они обедали. Смешные, как дети, ей богу. Ну краснеет, ну смущается, ну глаз с него не сводит. А что вы хотели? Любит же.

Для Серого в этой ситуации было важно только одно – как быстро теперь освободится квартира. Когда-то он предлагал Рыжему переехать к нему вместо Лехи. Сейчас, игнорируя здравый смысл, хотел поселить с собой Таю. Не знал, что скажет друзьям, не знал даже, что скажет ей. Только очень хотел, чтобы Леха уехал. Быстрее.

У нее начинались ГОСы. Всего их должно было быть три. Два в апреле, один в мае. Потом диплом. Тихо смеясь в кулачок, она взяла дипломом книжную иллюстрацию. Писать теорию, работая на практике в издательстве, было забавно. Даже Серый, ничего не понимая в мире искусства, видел, насколько учебники устарели. Нет, конечно, оставались общие принципы, какие-то правила. Но… Никто уже не рисовал вручную. Планшеты, стилусы, текстуры, наборы кистей… Это все было цифровым. Так что работа не то, что не помогала, а даже немного мешала написанию теории.

Практической частью она тоже сдавала акварельную иллюстрацию, только Серому ее не показывала. Собственно, у него было мало шансов ее увидеть. За этот год в ее квартире он был всего раз, и тот вспоминать не хотелось.

Пытался выловить ее в последнюю неделю апреля раз пять. Получилось только один – после первого ГОСа Тая с облегчением вылетела из института, прямо в Сережкины объятья. Они провели вместе остаток дня и вечер. Но уже на следующее утро Тайка должна была ехать в издательство. Сроки сдачи книги перенесли на первое июня – кто-то из маркетологов предложил сделать большую презентацию ко Дню защиты детей. Теперь команда работала практически круглосуточно. Отправить в печать надо было не позднее двадцатого мая. Сроки не то, что поджимали – душили. Им оставалось общаться только в чате.

Сергей: Знаешь, что…

Тая: Что?

Сергей: Ври в издательстве, что хочешь, но как только сдашь проект – куда-нибудь уедем.

Тая: А диплом? (много улыбающихся смайлов)

Сергей: А на какое защиту поставили?

Тая: Еще не поставили, но, скорее всего, на начало-середину июня.

Сергей: Значит, в начале июля сматываемся из Москвы. На неделю минимум.

Тая: Таких строгих ультиматумов мне еще не выдвигали! (много хохочущих смайлов).

Сергей: Привыкай.

Тая: Я только за!

А в последний четверг апреля случилось неожиданное. Или, наоборот, долгожданное. С какой стороны посмотреть.

Леха: Серый, я домой не приеду.

Сергей: В смысле? Ночевать?

Леха: Ну да! Останусь у Татьяны. Буду завтра к вечеру. С работы.

Сергей: Ну поздравляю!

Леха: Да рано еще (улыбающиеся смайлы), спим в разных комнатах. Просто поздно. Отсюда выезжать неудобно.

Сергей: Ага, ага… Я так сразу и подумал.

Леха: много смеющихся смайлов. Зато я на майские с ней. По приказу тетки. Вот если на майские ничего не получится…

Твою мать! Он мог раньше сказать? Как сейчас от заказов избавиться?

Сергей: Получится. И никаких «если».

Сукин сын! Просто не взять заказы – это одно, а на штраф налетать! Черт! Ладно, подумаем об этом позже. Тайка!

Сергей: Малышка, как дела?

А в ответ тишина. Минут семь тишина.

Тая: Привет. Рисую (много грустных смайлов)

Сергей: Во сколько освободишься?

Пауза на полторы минуты.

Тая: Не знаю. Наверное, еще час. Может, полтора… Ну, от силы два… Все хотят домой.

Сергей: Я встречу тебя.

Тая: Не надо! Неизвестно, когда выйду. И я жутко устала. (несколько грустных смайлов)

Черт! Нет, я так не могу…

Серега натянул свитер, куртку, бросил в карманы сигареты, телефон. Ну не захочет ко мне ехать, так хоть домой её провожу. Поздно, в конце концов.

***

Он стоял напротив издательства минут через сорок. Оно располагалось в большом бизнес-центре – старое НИИ в центре Москвы, сейчас все розданное под субаренду. В здании действительно горели разные группы окон. Три на втором этаже, два на четвертом. Блок из семи окон на шестом, несколько одиноких светящихся квадратиков не девятом и двенадцатом. «Интересно, за каким из них моя девочка?»

На улице было зябко, моросил противный дождь. Сережка замерзал. Нашел кофейню на этой же улице, купил себе горячий американо на вынос, закурил. С момента их разговора прошел почти час. То и дело расползались стеклянные двери, и на массивное мраморное крыльцо выходили люди. Иногда по двое, чаще по одному. Ежились, кутались в куртки, бежали к машинам или ко входу в метро.

Парковка перед офисами была практически пуста. Серый насчитал чуть больше десятка машин. Белый немец масс-класса, несколько кроссоверов, в основном китайских, пара черных японцев с претензией на стильность, одна грустная, явно случайная лада и три внедорожника разной степени навороченности.

Сережкин кофе закончился, усилился дождь. Серый отошел под навес остановки, снова закурил, стараясь не мешать поздним пассажирам. Погасло одно окно на девятом, два из трех на втором. Время близилось к десяти вечера. Поздно для работы. Очень поздно.

Полностью погасли окна на шестом этаже и одно на четвертом. Стеклянные двери нехотя выплюнули несколько сильно помятых людей. Уехал дешевый белый немец, уехал кроссовер, один из внедорожников. Еще один завелся на прогрев мотора. Выбежала низенькая полная женщина, прикрываясь сумкой, завела грустную ладу, и вот…

Глава 26

Вот так, Серый… Ты добился, чего хотел… Тебе наставили рога.

Сережка вздрогнул от внезапной боли. Сигарета дотлела до пальцев, обожгла. Выбросил окурок, зажмурился, попятился, медленно осел на лавку в павильоне остановки, упер руки локтями в колени, уронил на них голову.

Солидный, состоятельный, наверное, порядочный… Ты такого ей мужика хотел? Какого ж черта так больно? Так обжигающе больно…

***

Серый сидел на полу своей комнаты и курил… Хотелось напиться, первый раз в жизни хотелось до беспамятства напиться… Нет. Второй. Но в пятницу выходить на заказы. Не мог себе этого позволить. Его клиентка сразу поймет, что мужик бухал. А зрелым женщинам это ой как не нравится. По крайней мере, его зрелым женщинам. Сидел, курил. До тошноты. До омерзения. А отчего мерзко? От табака ли? Закрывал глаза, морщился, до боли тянул пальцами волосы.

Что ты хотел? Что хотел? Ты сам вбил ей это в голову. Раз сорок повторил за все эти годы. У нее должен быть нормальный мужик. Ты ей не пара! Все! Точка!

Но почему она промолчала? Почему попросту не сказала честно – Серый, у меня есть другой, отойди в сторонку. Почему врала? А врала ли? Может, он просто домой ее подвез? Ну да! Конечно! Просто домой! Погода была плохая, ага… Видел он их… Он их видел. И ее… Самое главное, он видел ее. Она заигрывала, она улыбалась и кокетничала. Это была не обычная вежливость. Он знает свою девочку.

Свою? Бля…

Сережка медленно повалился на пол, скрючился в позе эмбриона, уперся лбом в холодный ламинат, глухо застонал, почти завыл. Да что ж так больно-то? Тая, Тая, ТАЯ!!!!

Ударил кулаком по полу, зарычал, на глазах выступили слезы. Тая… Замер, отдышался. Лежал на полу долго… Полчаса… А может и больше… Понял, что может подняться, как раз тогда, когда подумал о времени. Который час?

Было почти пять утра… Боль не отступила. Вся осталась внутри, но теперь не резала и не рвала, просто улеглась чуть повыше желудка тяжелым комом, мешающим есть и дышать.

Сережка поднялся, открыл настежь окно, впустил в комнату свежий воздух. Задумчиво посмотрел вниз, опершись на подоконник. К черту. Нет. Даже не мечтай. Бабушка еще жива. Развернулся, ушел в ванную. Лехи целый день не будет. Можно спать.

***

День начался с ее сообщения. Проснулся, потянулся за телефоном, посмотреть время, а там от нее непрочитанное.

Тая: Серенький, а ты все праздники работаешь?

Отвернулся от экрана, уткнулся носом в подушку, выдохнул. Повернулся к смартфону.

Сергей: Да.

Тут же нажал «изменить».

Сергей: Да, малышка.

Это была правда. Уезжал на все три дня за город. Только еще вчера он собирался этот заказ сбросить. Любой ценой хотел его сбросить.

Тая: Жалко, эх… (грустный смайлик)

Сергей: Погоду обещают хорошую, погуляй с подружками по паркам.

Или не с подружками. Или не погуляй. Делай, что хочешь, твою мать!

Тая: Не, я лучше к Андрюхе тогда поеду. Они поедут участок после зимы прибирать. Надо ему намекнуть, чтобы он меня пригласил (хохочущие смайлы). Хоть шашлыка наемся. У них на даче все норм с интернетом. Возьму с собой планшет и ноут.

Серый закрыл глаза, несмело улыбнулся. К Андрюхе поедет? Может, он все же ошибся? Ведь было темно. Он замерз, перенервничал, вот и увидел то, чего не было? Может, все было не так? Приподнялся на локте, посмотрел в смартфон.

Сергей: Хочешь, оставлю тебе карту, метнись куда-нибудь в поездку? Три дня… В Питер? В Казань?

Тая: Ты с ума сошел?! (хохочущие смайлы) Сейчас не будет ни билетов, ни гостиниц. К тому же (краснеющий смайлик) какой мне смысл без тебя уезжать?

Серый закрыл глаза, упал на спину. Вдохнул, выдохнул, посмотрел в потолок. Он что, действительно себе все придумал? Зажмурился, сглотнул. Ладно… Наверное, пока можно не делать резких движений. Попробовать проверить… Или поверить.

Тая: А сегодня вечером ты со сколька занят?

Серега посмотрел на часы. Черт! Вот прям с сейчас и занят.

Сергей: Уже (грустный смайлик)

Тая: Блин (несколько грустных смайлов). Ну ладно! Хоть высплюсь! Вчера охренеть как поздно закончили. Зато сделали! Кстати, твоя идея с испугом всем понравилось. И с благоговением.

Сергей: С благоговением?

Тая: Ну ты говорил, что они могут принять пришельцев за богов, только это не для детской книжки.

Сергей: Ну да… Не для детской. Это Стругацкие (улыбка)

Тая: Ой (смущенный смайл)… Надо почитать (улыбка). Но я все равно нарисовала такой испуганный восторг… Всем понравилось. Хоть Валька про это и не писал, сам же сказал, что эмоции персов в точку.

Сергей: Я рад, что был тебе полезен (смущенные смайлики)

Тая: С ума сошел? Был полезен! Фррр. Покусаю!

Сергей: Обязательно. Я даже подскажу где.

Тая: Так! Отключайся, а то сейчас ни на какой заказ не поедешь!

Серега уронил на диван руку с телефоном, хохотнул. Что? Вот что между ними происходит? К черту все… Как только Леха съедет, позову Тайку к себе жить.

Сергей: Обожаю тебя. И твои зубки.

Это же почти люблю, да?

Тая: Только зубки? А язычок?

Сергей: Сейчас точно никуда не поеду!

Тая: много смеющихся смайлов, потом много поцелуев. Целая куча анимированных поцелуев.

«Люблю тебя, моя девочка», – прошептал Серега, а в мессенджере отправил кота, обнимающего кошечку. Вокруг этих двух пушистиков рассыпались сердечки.

Все. Пора подниматься! Лехи на праздники не будет. Скорее всего, после них он свалит. Погнали в душ. Жизнь продолжается!

Глава 27

Работать было забавно. Серый не мог скрыть своего довольного вида, чем очень забавлял клиентку. Она читала восторг и затаенное счастье в его глазах, прекрасно понимала, что причина не в ней, но, тем не менее, радовалась, как девочка. Хохотала, пыталась что-то угадать, от некоторых своих же версий краснела. Серый, надо сказать, узнал о своей постоянной дамочке за эти праздники много нового.

Домой летел, как на крыльях. Ждал увидеть Леху, пакующего чемоданы. Ну или не ждал его увидеть совсем. С того станется вообще про вещи забыть, но… Уже на пороге квартиры понял, что все пошло не по плану. Ну, по крайней мере, не по его, Серегиному, плану.

Леха был дома. Сказать, что он был мрачный – ничего не сказать. Его будто убили, а потом подняли труп и заставили ходить. Вот он и бродил между кухней и комнатой. На плите засвистел чайник, Леха вышел, буркнул Серому неразборчивое «привет», выключил плиту и, ничего себе не налив, вернулся в комнату.

Серый разулся, скинул ветровку, подошел к Лехиной двери. Тот сидел на диване, смотрел в стену. Ноут выключен, в квартире тишина. Херово.

– Как дела, не спрашиваю, – начал Серый. – Могу чем помочь?

Леха отрицательно покачал головой.

Серому вдруг стало стыдно за свое счастье, за свое настроение. Подумал, что если вот сейчас он к этому убитому Лехе приведет пташку, то это будет просто последним гвоздем в крышку его гроба.

– Захочешь поговорить – я у себя…

Серый демонстративно оставил дверь комнаты открытой. Сходил в душ, запустил стиралку, залез в холодильник, достал сырную нарезку…

Леха молча зашел в его комнату, сел на диван. Уставился на стену с Тайкиными рисунками.

– А осенний пруд она тебе так и не нарисовала, да? – пустое место бросалось в глаза. Любимая Серегина картина когда-то висела по центру.

– Нарисует. Сейчас сдаст свой проект, потом диплом.

– Сейчас… – повторил Леха, грустно усмехнулся. – Или потом… Если оно будет, это потом. – поднял на Серого вопросительный взгляд: – Вот ты знаешь, чего она хочет сейчас?

Серый напрягся. Леха говорил о своей Татьяне, но почему примером взял его и Тайку? А не один ли хер? Он же собрался ее к себе звать жить. Значит, пошли к черту все эти тайны.

– Я могу ее спросить, – пожал плечами. – И ты, в принципе, можешь.

– Я спросил, – Леха усмехнулся, потер лицо ладонями. – Я спросил…

Серый сел рядом.

– Выпить хочешь? – знал, что Леха не пьет, но…

– Нет, – мотнул головой тот. – Нет… Пойду в зал… Серый, – обернулся к другу, вставая. – Спасибо тебе за все! За то, что меня поднимал, за то, что ее искал… Ты же искал, я знаю… И как на работу устроиться… – Леха запнулся, но Серега и так все понял.

– Только оно было не нужно, да?

– Нужно, – выкрикнул резко с диким блеском в глазах. – Нужно! Даже ради, вашу мать, этих трех дней! Пусть были только они, все равно было нужно, – парень тряхнул головой, сглатывая слезы. – Спасибо, Серый, – закончил шепотом, хлопнул Серегу по плечу, будто постеснявшись обнять, и вышел.

Минут через десять хлопнула дверь Лехиной комнаты.

– Я в зал, – повторил он из коридора.

Закрылась входная дверь.

Серый сокрушенно вздохнул, взлохматил волосы. Твою мать! Ну что за вынос мозга! Эти двое когда-нибудь смогут договориться? Вот какого хера Ира с Андреем живут и живут себе спокойно! В конце концов, они с Тайкой… Вздохнул... Они с Тайкой… Три года… И, если бы не вот эта тема с тем, что он ей не пара, наверное, тоже бы жили без всяких трагедий. Или нашли бы о чем ругаться?

Сережка улыбнулся. Ему очень хотелось это проверить. Но как, если Леха в таком состоянии? Сюда ее не приведешь, ему сказать, что Серый съезжает… Это вообще подлянка. Если он с Татьяной разругался, то, скорее всего, и с работы уволился. Или уволится. Он же сейчас тупо не сможет снять себе хату. Подождать, пока снова наберет смен себе в зале? Месяц, два… Серый обреченно застонал. Да что за подстава?!

Достал телефон, открыл чат.

Сергей: Ты где, малышка?

У нее пятого последний ГОС. Умудрились же поставить между праздниками.

Тая: Привет. На консультации! Преподы садисты!

Сергей: Встретить тебя после?

Тая: ДА!!!!!!! (танцующие смайлы, прыгающие колобки). Тут еще минут на сорок.

Сережка бросил недопитый кофе на столе, переоделся, подхватил ключи. Ну хоть немного счастья ему можно? Всего на пол денёчка…

***

Тая расстроилась, когда узнала, что у Лехи опять что-то не ладится. Сильно расстроилась. Они шли по аллее парка в обнимку, в кои-то веки, не думая ни о ее одногруппниках, вообще ни о ком. Соскучились. Оба. Серый как обнял ее при встрече, так и не мог отпустить.

– Слушай, он же писал, что у них все классно! – наморщила лоб. – Фотки вот постил… Они там где-то на кораблике катались.

Тая открыла Лехину страницу в соцсетях… Там действительно была куча фотографий с реки. Живописные берега, затопленная колокольня, чье-то смешное дите, повисшее на ограждении борта с высунутым языком, потом цветы, зеленые скульптуры. Много портретов Татьяны. Там еще были какие-то комменты, но Серый в них не вчитывался. Было понятно, что все выходные Леха провел с Татьяной. И им было вместе хорошо. Что же случилось после?

Серый прижал к себе Таю, задумчиво поцеловал в макушку.

– А он сейчас дома? – тихо спросила она, прижимаясь к Сережке.

Тот вздохнул, близость ее тела одновременно возбуждала и умиротворяла. Как же хочется никогда с тобой не расставаться, пташка моя.

– Мы почти одновременно ушли, но он в зале, – покачал головой Серый. – В любой момент вернется.

– М, – протянула Тайка, ведя носиком по Серегиной ключице. – Жаль.

– Пошли в гостиницу? – ему тоже было безумно жаль.

Глава 28

– В гостиницу? – даже отпрянула от него от удивления.

– А что? Один раз мы там были, – улыбнулся, закусив губу и вскинув бровь. Это были пикантные воспоминания. Хотя, наверное, и не во всем приятные.

– Не хочу в гостиницу, – сморщила нос. – Прости…

– Вот только не «прости», – нахмурился. – Нет, так нет… Еще успеется.

– Ираида после праздников надолго сваливает, – хитро прищурилась Тайка. – После вторых. Десятого мая у нее самолет, она отхватила себе какой-то тур на Бали по бросовой цене, – явно передразнивая мать, произнесла Тайка. – Что-то с ее школой йоги.

– М… – понятливо кивнул Серый. – На май заказов не брать?

Тая рассмеялась:

– Ну если только чуть-чуть, – свела указательный и большой пальцы, показывая это самое «чуть-чуть». – Мне тоже еще проект закончить надо. Сдача на семнадцатое. Там три дня координатору на сборку и согласование.

– Понятно, – улыбнулся Серый. – Оба ночами будем работать.

Тая снова расхохоталась:

– Вроде того!

Он снова притянул ее к себе, прижал очень крепко и подумал действительно сбросить всех, кроме постоянных, в мае.

– А, да! – встрепенулась Тая. – На девятое Андрюха всех звал. Уже компанией.

– Да, он мне писал.

Девятое у эскортников было непопулярной датой. То ли из-за трагичности праздника, то ли из-за того, что в этом году получались короткие выходные среди недели. В общем, освободить один день проблемой не было, и Серый согласился. Как, впрочем, и все остальные, кто еще оставался в конторе.

– Хорошо, – Тая прижалась к Сережке, они снова пошли вдоль аллеи. – Я поеду часов в пять домой, ладно? – подняла на него просящий взгляд.

– Что за вопрос? Конечно, нет! – нахмурился.

Она рассмеялась, потерлась виском о его грудь:

– Не все закончили рисовать. Надо поработать, – устало вздохнула.

– Скоро сдашь, – погладил ее по волосам. – Ты умничка.

– Знаешь, а мне нравится! – воскликнула, взмахнув рукой. – У нас команда классная, так здорово, когда собираемся! И поржать есть о чем, и поучиться. И вообще, – выскочила перед ним, пошла спиной вперед. – Создавать мир – это так здорово! Нет, понятно, что это все же писатель создает, а мы его воплощаем!

Ее глаза загорелись, щеки заалели, и Серый даже прогнал промелькнувшую было у него мысль про «классную команду», с которой она рисует. Точнее, про одного ее члена. Выяснить бы, кто он…

***

Экзамен начинался в десять. Без двух минут написал ей.

Сергей: Ни пуха ни пера!

Получил в ответ стикер в виде трясущейся от страха вишенки. «Все ты сдашь, пташка, – улыбнулся. – Ты умничка!». А написал:

Сергей: Ну не сдашь и не сдашь. (улыбка) Этот диплом вообще ничего уже не решает. Твои картины продаются, ты работаешь.

Тая: Ага. Скажи это Андрею.

Улыбнулся. Да не вопрос!

Сергей: Если просишь – скажу.

Тая: Не надо (смеющиеся смайлы). Все! Ушла. Вызвали.

Сергей: целующийся смайл, подмигивающий смайл, обнимающий смайл.

Конечно, сдала! Конечно, утащил ее в ресторан! Гуляли до ночи, обнимались, целовались, болтали о всевозможной ерунде и пили за Тайкино будущее. Серый очень надеялся, что за их совместное. Это был приятный вечер. В честь ГОСа ее не дергали с работы, и Тайка на пару часов из занятой и деловой дамы снова стала смешливой, озорной и беззаботной девчонкой. Наслаждался каждой секундой. Тем более, что ближайшие два дня ей предстояло безвылазно торчать в издательстве.

А через день позвонил Рыжий.

– Серый! Как там Леха?

– А в чем вопрос? – по молчанию в чате Серега понял, что на общее обсуждение Лешка ситуацию не вынес. Его право.

– Татьяна в спортзал приходила, – наигранно безразличным тоном проговорил Илья. – К Андрюхе.

– Фигасе! И че?

– Да че, блин! Заколебали эти двое! – Рыжий выругался от души. – Испугалась она чего-то, наговорила гадостей… Хрен их знает.

– А мы при чем? – пока что Серый понимал одно: от планов съехаться с Тайкой можно не отказываться.

– Просит помирить, – вздохнул Илья. – Андрюха увезет ее на тусовку, а с нас – привезти Леху. Вот я и звоню спросить: как он вообще?

– Да херово, если честно. Молчит, я и не лезу. Шевелится вроде… Но лица на нем нет.

– Но шевелится?

– Ну да! Даже в зал пару раз выбирался.

– Вот блин! Хоть бы намекнул.

– Да тяжко ему, Илья.

– Да ясно… Черт… Короче! С тебя отследить, чтобы он восьмого с утра никуда не делся, а с меня – завалиться к вам пьяным и потребовать отвезти к Андрюхе.

Серый шумно выдохнул:

– Бля, Илья!

– Ну, у меня других идей нет! Как его еще туда везти? Силком, что ли? А так вроде логично. Ты без прав, я пьяный… Только он.

Серый снова подумал о Тае, еще раз вздохнул.

– Ладно, попробую…

Отбил звонок и улыбнулся. А может, и получится?!

***

Сказать, что Леху было нелегко уломать – ничего не сказать. Отнекивался, как мог. «Андрюха поймет!», «Мужики, плохо себя чувствую!», «У меня сегодня дела, к диплому готовиться собирался!» …

Серый его понимал. Ему просто неудобно было появиться перед всей компанией, которая впряглась ради него и его Татьяны. Сказать, что все и так в курсе – язык не поворачивался.

В конце концов Рыжий внаглую вытянулся у него на диване в обнимку с бутылкой пива:

– Ну тогда закажи мне такси, что ли?

– Бля, сам себе закажи! Илья, какого хера?

– Слышь, че орешь? Тебе впадлу другу помочь?

– Да не впадлу! – Леха схватился за волосы. – Ладно, хер с вами, поехали, – подхватил документы, вылетел из квартиры.

Рыжий уставился на Серого, зверски выпучив глаза.

– А я че? – вскинул брови Серый. – Вообще не моя идея!

– Бля! Заколебали, – прошипел Рыжий и вышел из квартиры следом за Лехой.

Серый усмехнулся, закрыл входную дверь и спустился за ними.

***

Глава 29

Леха хмурился, смотрел в основном себе под ноги, прятал ото всех глаза. Андрей без лишних расспросов всучил ему пакет со жратвой, сказал отнести к столу. Конечно, к тому, у которого стояла Татьяна. Девчонки, крутившиеся там же, вмиг растворились. Серый тоже отвернулся. Пусть эти двое выясняют отношения как хотят. У него на сегодня планы поинтереснее.

Нашел взглядом Тайку, она стояла около клумбы между Ирой и Настей, тоже какая-то расстроенная. И тоже бледная. Опять до полуночи рисовала, что ли? Попробовал поймать ее взгляд – не вышло. Ладно. Успеется.

Подошел, поздоровался с мужиками. Рыжий с Андреем внаглую пялились в сторону Лехи и делали ставки, как долго им спокойно жить. Серый скривился, отвернулся. Где Тая, черт возьми? Почему он не может ее найти?

Они едва успели разложить мясо, как Леха, совершенно сияющий, подошел к компании. Татьяна, смущенная собственными слезами, пряталась у него под мышкой.

– Ребят, – начал Леха, обернулся к женской половине, – и девчат, – галантно поклонился. – Я хочу вам сказать большое спасибо. За все! – нашел глазами Сергея, Андрюху. – Правда! Словами не передать, как я благодарен за поддержку и ваше участие.

– Че-то больно пафосная фраза, – откашлялся Андрей.

– Ну, – Леха вскинул брови, – да! Только чур не смеяться, – обвел всех взглядом. – Мы решили пожениться.

Девчата завизжали от восторга и захлопали. Ребята все же засмеялись, кто-то, правда, попросту выругался. Татьяна покраснела до корней волос и еще сильнее вжалась в Лехину грудь. А он был счастлив. Сукин сын, просто светился! Серый не выдержал, расплылся в улыбке. Да уж… Развлекли компанию эти двое знатно.

Кто-то достал бутылку шампанского, хлопнула пробка. Сережка поискал глазами Таю. Она стояла на берегу пруда, смотрела на воду. Обхватила себя руками, ото всех отвернулась.

Серый нахмурился. Что с ней? Черт. Самое время выяснить. И для другого разговора самое время. Идеальный момент, чтобы забрать ее к себе жить. Лехе не до чужих отношений, а с одним Андреем он как-нибудь справится.

Сережка тихо подошел к ней сзади. Она украдкой утирала слезы и тихо всхлипывала.

– Тай? – он нахмурился.

– Сереж, почему с некоторыми женщинами можно жить открыто, а с некоторыми нет? – у нее дрогнули плечи. А у Сережки все оборвалось в груди. Малышка, вот прямо сейчас и будет открыто.

– Тай, я…

Он хотел сказать, что просит ее жить с ним, что тоже уже от всего этого устал, что просит его простить за эти три года дурацких тайн и секретов. Но… Тайка его не слушала… У нее начиналась истерика…

– Что Тай, что? Надоело уже! Я так больше не могу… Слышишь, Серый, не могу, – она повысила голос, взмахнула рукой. – Серый, а может дело не в женщинах, может, дело в мужчинах? Может, мне просто мужчину поменять надо?

Он онемел на мгновение:

– Может, – кивнул, сцепил зубы. – Есть на кого?

– А если есть? – она уставилась на него с вызовом.

У Сережки в ушах зазвенело, мир завращался вокруг с дикой скоростью.

– Хорошо, – с трудом выдавил из себя. – Это он тебя от издательства домой подвозит?

– Ты что, следил за мной? – она возмущенно вскинула брови.

– Хотел с работы встретить… – Серый покачал головой. – Он очень мило нес твою сумку к машине.

–Ты, да ты…

– Тай, если и правда есть другой, иди к нему. Чего, действительно, за меня держаться? – мир лопался, рассыпался на части, утягивая Серого куда-то вниз. Только бы удержаться на ногах, только бы выстоять…

– Да? – отпрянула, дернулась. – Хорошо! Пойду. К другому… Ты же этого хотел?

– Я тебя об этом просил, – ответил едва слышно. – Только не надо было обманывать, – больно, дико больно, смертельно больно. – Сказала бы сразу, я бы ушел. С рогами, знаешь, жить неудобно.

Тайка распахнула глаза, отпрянула, замахнулась. Он сначала услышал звук – звонкий шлепок, а потом уже загорелась щека.

Вот так… Вот и все. Все…

Зажмурился, отвернулся к воде. Она, судорожно пытаясь вдохнуть, убежала в дом.

***

Совершенно счастливый Леха стоял рядом с мангалом. Он не мог сейчас сказать ничего вразумительного, только облегченно улыбался.

Татьяну оттеснили от него женщины, поздравляли, что-то спрашивали.

Андрюха толкнул его в бок локтем:

– Надеюсь, мы не зря все это? – кивнул неопределенно в сторону женщин.

– Нет, – Леха опять засиял от счастья. – Нет! Спасибо тебе. Тебе и Серому.

– Где он, кстати?

Мужчины обвели глазами двор и, конечно, увидели их на берегу. Серого и Таю. И по их разговору было совершенно ясно, что они ругаются. Ругаются, как любовники.

– Как ты там говорил? – не отрывая взгляда от сладкой парочки, тихо спросил Андрей. – Ничего криминального между ними нет?

– Подожди, – Леха хмурился. – Надо понять…

И тут Тайка со всего размаху влепила Серому пощечину.

– Опа…