Татарочка в Рувд

Глава 1. Тест на выживание

Москва, осень 2000-го. Хрущёвка у РУВД Тверского района дышала сыростью и табаком «Ява». Алина Фатхутдинова, 23 года, татарка из Казани, стояла в приёмной отдела криминалистики, сжимая корочку выпускницы Казанского юрфака. Приехала покорять столицу с рюкзаком и одержимостью криминалистикой: Локард и Гросс были её библией, она могла по крошке почвы — по вкраплениям красной глины и шлака — назвать промышленную зону Москвы. Но в московской милицейской конуре диплом татарки-провинциалки значил меньше, чем связи и «правильная» славянская фамилия — её «чужость» уже шепталась в коридорах.

Секретарша Серова оценивала Алину ревностно. Грудастая блондинка Люба, явно глуповатая на вид, взяла телефон, угукнула и сказала:

— Виктор Брониславович ожидает вас.

Алина распахнула дверь кабинета, вошла маршем с уверенной осанкой.

— Товарищ подполковник, здравия желаю! — гордо произнесла она.

Виктор Серов рассмеялся.

— Ну присаживайся, татарочка…

Подполковник Виктор Брониславович Серов — 45 лет, широкие плечи, золотая цепь на волосатой груди, запах «Шипра» ударил в нос.

— Не будь такой серьёзной, Фатхутдинова. Улыбнись мне, я не кусаюсь.

Его глаза скользнули по фигуре: чёрная юбка-карандаш, белая блузка, тёмные волосы в строгий хвост, миндалевидные глаза с татарским разрезом. Алина села напротив, чувствуя, как он оценивает не резюме, а экзотическую «добычу».

— Виктор Брониславович, я очень хочу работать. Прошу вас, я не подведу, в декрет не собираюсь, мужа нет.

— Мужа нет — это хо-ро-шо, — облизав пальцы, он продолжил листать личное дело Алины. — Криминалистика — пятёрка, баллистика — пятёрка. Не кисло для бабы. Ну хорошо, я возьму тебя, а что ты можешь мне дать взамен? Придётся хорошенько поработать… Улыбайся, миленькая.

Алина замерла. Желудок сжался. В Москве 90-х милиция напоминала братву: постель решала больше ордеров, а «чурки» вроде неё — лёгкая мишень для сексизма и националки.

— Нет, — выдавила она, вставая. — Я по делу. Криминалистика — моя жизнь.

Серов рассмеялся:

— Посмотрим, Алина. Подпишу бумаги. Долг вернёшь. Казань далеко, здесь Москва — другая планета. С понедельника твой первый рабочий день, и пожалуй сразу на дежурство. Я всё устрою, никакой возни с бумагами. Хе-хе, татарочка, ну надо же.

В приёмной — враждебные взгляды: секретарша Люба и опероуполномоченный старший лейтенант Кунашир, который любит качаться в зале и напрочь потерял мозги в боксёрских боях.

— О, теперь татарва через постель? Серов совсем охренел, — прошипел Кунашир.

Алина прошла мимо, слыша шёпот «чурка в юбке». На выходе из отдела она столкнулась с майором Михаилом Рязановым — встреча была такой неожиданной, что папки с личным делом и оценками упали на пол, создавая неловкую ситуацию.

«Какая же я неуклюжая», — подумала Алина, судорожно извиняясь и собирая документы. Его сильная рука случайно коснулась её пальцев, когда оба потянулись за той же папкой — электрический разряд пробежал по коже, заставив её замереть. Михаил задержал касание на секунду дольше нужного, его взгляд волка впился в её глаза.

Михаил поднял открытую папку с личным делом и сказал:

— Алина, значит. Видимо, кандидат.

Майор Михаил Рязанов, зам Серова, начальник криминальной милиции. 35 лет, шрам на щеке, тату «ВДВ» под рукавом, взгляд волка.

— Новенькая татарка из Казани? Серовская экзотика? — бросил он, пролистывая папку и окидывая взглядом её смуглую кожу и глаза.

Алина выпрямилась:

— Фатхутдинова. Криминалист.

Он хмыкнул, вручая папку назад:

— Криминалистика на пятёрку. Назови виды папиллярных узоров пальцев рук — не ответишь, вылетишь на вокзал, обратно в Казань.

Татарка сморщила брови:

— Дуговой, петлевой, завитковый.

Рязанов прищурился, впервые глянув с уважением сквозь стереотипы.

— Интересно. Держись от Серова, татарка. Здесь не Волга, а Москва-река — глубже, грязнее и расистская.

Алина кивнула. Страх кольнул, но тут же отпустил. Долгожданная работа, мечта сбывалась. С Серовым разберётся потом.