Таверна "У курочки Рябы"

Пролог

Катя в очередной раз проверила документы в папке. Вроде все на месте. Все подписи проставлены. Разрешение на открытие кафе получено. Теперь надо обустроить кухню, подготовить зал и начать работу. На подготовку всего ушло полгода. Сначала они с Темой придумали рецепты, чтобы можно было быстро готовить. Затем, присмотрели помещение, чтобы было в людном месте, но не слишком дорогим по аренде. В конце оставалось самое сложное – получить кредит на открытие своего дела. Банки скептически относились к бизнес-проекту молодых людей, у которых не было стабильного дохода. Дело кончилось тем, что девушке пришлось согласиться сделать свою квартиру залогом для получения денег. Они рассчитывали, что смогут достаточно быстро выйти в плюс и выплатить банку все долги.

– Тема, смотри… – она открыла дверь в комнату и замерла. Ее Артем лежал в кровати с какой-то девицей. Они настолько были увлечены друг другом, что даже не заметили Катерину.

Девушка тихонько прикрыла дверь, потом так же тихо вышла из квартиры. Вот, значит, как. Она нужна для денег, а для всего остального есть другая? Оставалось порадоваться. Хорошо, что она успела все увидеть до того, как будет тратить полученные средства. Достав из сумки карточку с необходимой суммой и ключи, она со всей силы принялась царапать черную магнитную полоску. Только когда стало понятно, что кусок пластика непригоден к использованию, она бросила его на пол и побежала вниз по лестнице.

– Кажется, кто-то приходил, – задумчиво произнесла девушка, глядя на неплотно прикрытую дверь. Она помнила, что хорошо закрывала ее, когда они уединялись.

– Сквозняк, наверное, – Артем пожал плечами.

– Ой, – его любовница бросила взгляд на часы, – опаздываю. Мне племяшку надо из школы встретить. Сестра не может, а я вызвалась. Не думала, что так долго у тебя пробудем.

Она скрылась в ванной, и довольно быстро выскочила оттуда, уже собранная. Артем лениво оделся.

– Давай, подвезу.

Вдвоем вышли из квартиры.

– Кто-то карту потерял, – девушка увидела на полу яркий пластик. – Надо в отделение банка отнести, а то мало ли кто… Или уже никто ничего не оплатит

Она перевернула ее и увидела исцарапанную полосу.

– Ого, – ее спутник забрал карту, – ничего себе. Это ж кто так. Или банк по кредитке бешеные проценты потребовал…

Он перевернул карту лицевой стороной и замолчал, увидев имя и фамилию Катерины. Вряд ли совпадение.

– Она нас застала, – выдохнул он.

– Она – это кто?

– Катюха. Это ее карта. Ей кредит на кафе одобрили, она сегодня собиралась за деньгами. Черт, вот как я мог забыть, она же сразу из банка ко мне ехать хотела…

– Да, Тем, ты попал, – вздохнула девушка. – Ладно, я побежала, а ты со своей благоверной разбирайся. Может, помиритесь, а карту банк перевыпустит, не велика проблема.

Артем принялся набирать номер невесты и делового партнера, но гудки сменялись ответом автомата. Он уже потерял надежду, как вдруг раздался мужской голос.

– Сержант Михайлов слушает.

– А где хозяйка телефона? – дрожащим голосом спросил горе-жених.

– Кто ее спрашивает? – холодный тон не предвещал ничего хорошего.

– Я ее жених.

– Соболезную, – голос незнакомца немного потеплел. – Вашу невесту сбила машина. К сожалению, насмерть. Тело увезли в морг Н-ской больницы. Если будет возможность, сообщите ее семье.

Артем еще долго смотрел на телефон, который успел выключиться. Катя погибла. Ее больше нет. А все потому, что она застала его и Таську. Вот дернуло его именно в этот день назначить свидание. И почему он не потерпел немного. Да, его Катюха в постели пока еще не такая инициативная, но мог бы и перебиться. Увы, жалеть было поздно. Надо было решать, как быть, что говорить тетке погибшей, или стоит вообще собраться и на какое-то время уехать из города. Потому что иначе придется идти на похороны, а именно туда он собирался в самую последнюю очередь.

Глава 1

Солнце настойчиво светило в глаза, и даже сквозь закрытые веки было отчетливо видно его диск.

– Я же вижу, ты уже не спишь, – раздался под ухом чей-то голос.

Кате показалось – какой-то мультяшный. Обычно таким разговаривали различные звери, птицы и прочая живность. От неожиданности девушка приоткрыла глаза, но тут же зажмурилась, потому что солнце, словно специально дождавшись этого момента, всеми лучами принялось светить в лицо. Повторить попытку удалось, сначала немного отвернувшись. А в следующее мгновение пострадавшая сидела на кровати, подтянув повыше на груди простыню, которой до того была закрыта, и осматривала место, в которое попала.

Последнее, что она помнила, до того, как потеряла сознание – она бежала на остановку автобуса через проспект. Светофор был, кажется, а вот какой сигнал он показывал, память отказывалась воспроизводить. А вот то, что дальше последовала темнота, весьма откровенно намекало, что этот самый свет мог быть только и исключительно красным. И потеряла сознание Катерина Батьковна только и исключительно потому, что благополучно попала под едущую на скорости машину. И, надо полагать, в родном мире благополучно отправилась на встречу с почившими предками, согласно всем законами физики и биологии. Но до предков не добралась, видимо, согласно законам фентези, потому как иначе объяснить, что лежит она в бревенчатой избе. На столе, покрытом белой скатертью, стоит глиняная вазочка с полевыми цветами, какой-то кувшинчик и пара кружек. На окнах занавеси явно ручной работы, Катерина и сама изредка баловалась всяким вязанием, могла оценить качество. Кроме этого имелся какой-то шкаф, большой сундук, и на этом с мебелью в помещении было покончено.

– Ну что, оценила свои владения? – снова раздался тот же голос, и перед лицом Кати появилось то самое существо, которое с ней разговаривало.

– Т-ты к-кто? – с большим трудом сдержав визг, поинтересовалась девушка.

– Я, – существо зависло в воздухе, то и дело похлопывая крылышками, явно непригодными для удержания в воздухе такого тела, – я-то местный бог вкусной еды.

– Люблю повеселиться, особенно поесть, – немного озадаченно выдала попаданка.

– Да, точно, это как раз про меня, – пришло в восторг существо. – Особенно вкусно поесть люблю.

– По тебе не скажешь, – заметила девушка.

Размером божок был с котенка-подростка, да и тело большей частью напоминало кошачье. Во только уши достались ему скорее всего от летучей мыши, равно как и крылья, а покрытый шерсткой хвост явно намекал на наличие в роду ящериц.

– Ну, что делать, должен же я силы божественные брать откуда-то. Вот тебя спасти знаешь, сколько сил потребовалось. И не просто спасти, а чтобы ты в тело Катари попала, а не абы в кого. Вот и с чего бы мне расти?

– Ясно, – выдохнула Катя, хотя ничего ясно как раз и не было. – А зовут тебя как?

– Никак, – расстроился божок. – Потому что обо мне почти никто не знает. А кто догадывается о моем существовании, не зовет. Только иногда вкусненького оставляет. Знаешь, как обидно.

– Ладно, раз уж я тут, и явно потому, что готовить люблю и умею, то буду первым твоим служителем. И потому нарекаю тебя… – она задумалась, вспоминая любимые мультики младшей племяшки, – Кусь-нямом.

– Кусь-ням, – задумался божок, потом перевернулся в воздухе, так что хвост повис перед носом. – Ну, вроде ничего звучит на первое время, а там видно будет.

Катя, пока неведома зверюшка крутилась в воздухе, примеряя на себя новое имя, продолжила осматриваться. Было понятно, что ничего не понятно. Если бы она не читала фентези, то уже орала бы, как ненормальная, щипала себя во всех местах, билась головой о стену, и творила еще кучу всякого, за что ее быстро объявили местной сумасшедшей или одержимой каким-нибудь демоном. А вот что было бы потом – оставалось вопросом. Почему-то первым на ум приходило сожжение на костре местной инквизицией. Потому оставалось быстро впитывать информацию и пытаться слиться с местным населением. Не факт, что получится, но мало ли приживется.

– О великий Кусь-ням, – обратилась она к богу, который крутил в воздухе сальто назад, так что его хвост, казалось бы, гнался за носом, – а что со мной случилось в моем мире.

– Ну, я точно сказать не могу, но, похоже, ты попала под местную повозку, – замер в воздухе вопрошаемый, – ну а потом дело техники. Вытащить твою душу, подселить сюда вместо Катари.

– Угу, – девушка задумалась.

Значит, Артем и девица в постели ей не привиделись. Равно как подтвердились догадки о собственной смерти. Хорошо, что не успела кредитом воспользоваться. Тете не придется потом думать, как закрывать долг племянницы. Квартира ей достанется, как родственнице. Может, она и шпыняла иной раз племянницу зря, но у нее и своих двое подрастало, и все в маленькой двушке ютились, плюс дядя и его мать. Понятно, когда шестеро друг на друге сидят, да еще кот и собака, довольным не будешь. Ну, хоть что-то им будет. Тетка умная, добром распорядиться сумеет.

Как ни странно, себя жалко не было. Обидно – да. И то за свою слепоту, что излишне доверяла Артему. Надо было думать, что у него будет еще кто-то, помимо нее. Ну да что уж теперь, надо усваивать уроки и думать, как жить дальше. А для этого надо другие вопросы прояснять.

– А что с этой Катари случилось?

– Катари, – божок завис в воздухе. – Головой она повредилась, после того, как жених ее бросил, да за седьмицу до свадьбы к другой ушел. Да, как оказалось, не просто ушел, а успел ее обрюхатить.

Глава 2

Весть о том, что дочь Витора Гарса пришла в себя быстро облетела их небольшой городок. Сначала Катя боялась, что люди будут специально бегать и смотреть на нее, как на какое-то чудо. Но ничего подобного не было. Да, когда мимо двора шли, поглядывали через забор, но ничего больше себе не позволяли.

Сама девушка старалась учиться, или, как она сказала отцу, вспомнить то, что успело забыть тело за время беспамятства. Оказалось, что ничего сложного нет. Особенно для бывшей официантки, таскавшей кучу подносов во время подработки, пока училась. Она примерно понимала, как поймать нужный баланс, а само тело помнило какие-то движения. Так что довольно быстро она начала сама готовить дома обеды следить за хозяйством. Постепенно нашла подход и к животным. Единственный, кто обходил ее стороной и шипел – соседский кот, словно чуявший чужака. Но никто не придавал этому значения, мало ли что в голове у дурной животины, которая обленилась настолько, что мышей не ловит, даже если эта мышь будет умываться перед самым его носом.

Кусь-ням был рядом, что-то подсказывал, показывал, попутно рассказывая историю страны, особенно останавливаясь на городе. Когда Катя спросила, зачем ему это надо, божок искренне удивился и заявил:

– Может, я твою таверну хочу лучшей во всем городе сделать, а то и во всей стране, и мне надо, чтобы ее управляющая была на высоте не только в кулинарии. Мы же мне почитателей привлекать должны.

От такого заявления да умильной морды, которую состроил божок попаданка не удержалась и почесала его за ухом. Как ни странно, противиться покровитель не стал, напротив, довольно заурчал, а потом вовсе развалился на ее коленях, словно самый настоящий кот, то и дело подставляя под пальцы то бока, то живот, то спину.

– Хорошо, – заявил он, когда Катерина думала, что пора бы ссаживать разомлевшего покровителя и приступать к приготовлению обеда. – Но смотри, такое обращение я только тебе разрешаю, своей первой жрице.

– Жрица – это от слова жрать? – не удержалась от подколки девушка.

– Ну тебя, – Кусь сделал вид, что обиделся, уселся на лавке спиной и принялся вылизывать заднюю лапу.

Попаданка только покачала головой и принялась за стряпню.

Отношения с новым отцом строились немного сложнее. Кате хотелось получить любовь и ласку от близкого человека, пусть и во взрослом возрасте, но какой-то противный внутренний голос постоянно говорил, что мужчина этот видит в ней свою Катари, а не девушку из другого мира, а ее родители давно погибли, и вообще надо хранить их память, а не ласкаться к чужим. Благо происходила внутренняя борьба, когда она оставалась одна в доме. Выслушавший ее бог сказал ни о чем не переживать, принимать Витора как родного отца и вообще радоваться, что у нее хоть какая-то семья появилась. И девушка старалась. Благо внутренний голос не додумался, будто она пытается найти в этом мужчине замену бросившего ее парня.

А через пару недель отец обрадовал ее тем, что берет дочь в таверну, где пригодится ее помощь.

– Но я же ничего в этом не понимаю, – попыталась отсрочить неизбежное Катя, но ее тут же принялись убеждать, что помочь повару нарезать пару салатов ее умений хватит.

Причем убеждал не только Витор. Когда мужчина замолкал, вступал невидимый посторонним Кусь-ням. А спорить с богом не хотелось, чтобы не решили, что головой она повредилась знатно. Решительным стал аргумент отца.

– Котенок, признаться, я устал. Столько лет я тащу на себе и дом, и таверну, и пытаюсь помогать соседям, которым еще труднее, чем нам. Мне нужен помощник. Брать чужого человека не хочется. Так почему моя дочь не может заняться нашим делом?

Найти возражений на такое не получилось. Особенно, когда так ласково называли ее котенком, как когда-то давно родители. Пусть в памяти это было уже как в тумане, но иногда пробивался яркий огонек, согревал своим теплом. А сейчас к нему добавилось тепло из вне.

– Хорошо, – Катя попыталась улыбнуться, хотя такое простое действо и давалось сейчас с трудом. – Я попробую. Но я многого не знаю, не помню. Кажется, тебе придется учить меня всему с нуля.

– Ничего, – судя по оптимистичному настрою отца, проблем он не видел. – Ты всегда была умной девочкой. А таверна – это не так сложно, как может показаться.

– Ага, не сложно, – когда отец вышел за водой, выдохнула несостоявшаяся рестораторша. – А то я не знаю, что такое кафе открыть. Кучу бумаг собери, разрешения подпиши, поставщиков найди, бухгалтера, повара, официантов…

– Эй, Катари, – повис перед ее носом драконий хвостик, покрытый шерстью, – ты не путай. Это у вас там сначала все ноги по уши сотрешь, чтобы свое дело начать. А тут куда проще. Да и не надо тебе особо задумываться, ведь уже готовая таверна стоит. Правда, придется придумать, что с едой делать, потому что готовят там однообразно.

– Придумаем, – на этот раз улыбка получилась настоящей, девушка начала прикидывать, что она умеет готовить быстро. – Но, возможно, мне потребуется помощь одной божественной сущности.

– По мере сил и возможностей, – не стал спорить Кусь-ням, только намекнув, что сил у него пока не так много, как хотелось бы любителю поесть вкусно.

***

Таверна оказалась не такой, как представляла ее Катя. Девушка рисовала в воображении большой дом этажа в два, где на первом этаже собственно кухня, зал для посетителей, всевозможные хозяйственные помещения, вплоть до конюшни, а на втором этаже комнаты для постояльцев. Увы, ничего этого не было. Неказистый домик со скрипучей вывеской, изображение на котором разобрать было невозможно из-за следов копоти. Бревна, из которых было сложено здание, кое-где были обугленными, словно у рабочих не было сил повалить достаточное количество деревьев. Возможно, так оно и было, если вспомнить рассказы Кусь-няма и Витора.

Глава 3

Уже на следующий день посетителей в таверне стало еще больше. Работники таверны только то и дело возносили благодарности неведомому богу вкусной еды. Этот самый бог благополучно устроился на кухне на одном из шкафов и внимал всем словам с явным удовольствием. Катя сначала посматривала на него, но в какой-то момент стало некогда.

На плите кастрюли исходили паром. Нико бегал между сараюшкой с углем и дровами, кладовкой и кухней. Мальчика носил воду, мыл овощи, следил за огнем, уносил охлаждать сваренное на ледник, чтобы быстрее можно было резать. Роса и пришедшая с утра на помощь Стина только успевали мыть и вытирать посуду. Иной раз им на помощь приходил и Витор, если только его помощь не требовалась в зале. Марта сбивалась с ног, благо заказывали все примерно одно и тоже. И даже обычно лениво дремавший за стойкой бармен оказался в этот день при делах. Мужчины просили то пива, пришедшие женщины, некоторые из которых были с детьми, заказывали соки, горячие напитки, а то и вино. Приходилось поворачиваться, несколько раз спускаться за новыми бочонками.

А три повара и вовсе не видели минутки отдыха. Они с трудом успевали резать, раскладывать и отдавать. Казалось, весь город решил побывать в таверне Витора.

– Знаешь, хозяин, – в какой-то момент проговорил Якоб, – если так и дальше пойдет, маловато твое заведение станет. Надо будет и столы еще ставить, и пристройку делать, и людей искать.

– Не сглазь. А то приедятся им наши новинки, и не будет никого больше, – пропыхтел мужчина, выливая в большую кастрюлю с овощами ведро воды.

– Я новое придумаю, – поспешила обрадовать, или огорчить, Катарина. – У меня много разных рецептов в голове. Только все сразу нельзя людям отдавать. А если частями, и мы привыкнем, и они будут ходить хорошо.

– Там артель рабочих пришла, – вбежала Марта. – Просят Лучок и что можно быстро приготовить.

– Быстро, – Якоб задумался.

Новая порция картофеля еще не была готова, да и мясо подходило к концу.

– Много их? – не отвлекаясь от соуса спросила Катя.

– Да человек с десять будет, – всплеснула руками Марта.

– Нико, быстро, два десятка яиц с ледника, – скомандовала девушка. – И ветчины шмат. Якоб, ставь небольшие сковороды, две или три одинаковые. Кладешь по ломтю бекона, и два яйца разбиваешь. Сверху луком зеленым присыпать да присолить чутка. Ну, сам знаешь сколько.

Повар только кивнул. Были у него подходящие сковороды, только применения им все не находилось. С помощью Витора чуть передвинули кастрюли, благо плита позволяла – толстый лист железа над огнем нагревался примерно равномерно. Довольно быстро удалось отдать заказ, и мужчины только оттерли испарину.

– Вот и новое блюдо придумали, – заметил Витор, прикидывая, сколько за него брать с посетителей.

– Придумали, – подал голос Нико. – Ты, дядька Витор, завтра на рынок сходи, а то у нас скоро в кладовой можно будет все норы мышиные пересчитать.

– Схожу. Заодно еще людей посмотрю. Марте помощь нужна, да и вам сюда еще двоих минимум. Раз говорит дочка, что еще у нее есть идеи, значит, будут люди у нас.

Катя предпочла промолчать. Сама она понимала, что такие толпы к ним долго все равно не проходят. Городок маленький, после всех бедствий только отстраивается. Если проходит через него тракт торговый, или по рекам какие грузы идут, тогда отстроится обратно, придут новые люди на место прежних жителей. А если тут нет особо ничего, то и нынешнего состава потом хватать будет. Ну, разве еще одну помощницу Марте.

Улучив момент, когда стало чуть свободнее, девушка выскользнула из кухни во двор, вроде как остыть слегка.

– Кусь, – тихо позвала она божка.

– Да, – тут же раздалось над ухом. – Что ты хотела? Кажется, я готов потихоньку исполнять небольшие просьбы своих верующих.

– Пока не просьба. Хотя, от мешка муки мы бы не отказались. Я узнать хотела, а что в этом городе есть такого, чтобы людей сюда привлечь.

– Ну, – божок задумался. – Раньше тут карьер мраморный был, причем мрамор один из редких в стране, но как мор приключился, его закрыли, потому как работать стало некому. Потом уголь тут кое-где близко залегает, только начали его добывать, все свернуть пришлось. Вообще, места тут богатые. Поля рядом какие, сады опять же, лес не далеко… Большой город был, считай за десять тысяч, не считая детей. А после всего, что тут случилось, осталась пятая часть. Кто-то бежал, и куда сгинули, неизвестно, а кто-то в могилах лежит за стеной северной.

– Понятно, – Катя вздохнула. – Знаешь, у меня есть одно пожелание. Как только у тебя сил достаточно станет, внуши главе города, что надо бы снова всеми этими разработками заняться. Тогда сюда новые люди потянутся. А при условии, что этот город станет первым, откуда твой культ пойдет…

– Понял, понял, – замахал лапками и ушками Кусь. – Но это немного надо подождать. А муку, пожалуйста.

В воздухе вспыхнуло золотистое пламя, потом опало.

– Спасибо, великий бог Кусь-ням, – поблагодарила девушка.

– Учти, я не могу сотворить ничего с нуля. Эту муку я перенес из подвалов одного правителя, который скорее уничтожит еду, чем отдаст ее людям.

– Значит, мы не будем брать плату за то, что принес нам ты, – сообразила Катерина. – Если я испеку из нее хлеб, то стоить он будет гроши. Только потому, что туда надо еще добавлять что-то.

Глава 4

Новая вывеска вызвала в народе новое название. Если раньше все говорили, что идут в Погорелую, то теперь люди отправлялись к Курочке. Звучало это куда милее. И все больше среди посетителей стали появляться женщины с детьми. Увы, не всегда их поведение было идеальным, и часть деловых людей предпочли переносить свои переговоры в менее шумное место, даже если там и не было так вкусно.

– Надо с этим что-то делать, – переживал Витор, да и остальным сотрудникам не хотелось терять выгодных клиентов, поскольку больше всех заказывали как раз торговцы.

– Надо, – согласилась Катя. – Здание нам новое надо. Но пока такой возможности нет, давайте просто отгородим один угол где нет столиков, добавим туда еще один светильник, книжки, игрушки. Дети у вас почему бегают и шумят? Потому что им скучно.

А вместе с выделением угла они решили еще и разделить зоны, сделать несколько переговорных кабинетов. Ситуация выправилась. Если бы не угрюмые взгляды то и дело наведывавшегося перекусить глава гильдии кожевенников, его угрюмое лицу, зачастую отпугивающее других посетителей, все было бы прекрасно.

Кусь-ням, в отличии от Катари, терпеть такое поведение отказывался, и девушке все сложнее было призывать бога к спокойствию.

– Видеть не могу, как он на тебя смотрит, – как-то сообщил котяра. – Иногда мне кажется, что он не сыну жену искал, а себе любовницу. Чтобы его ублажала, кормила вкусно, лебезила всячески.

– А жена? – искренне удивилась девушка.

– А что жена, – последовало не менее искреннее удивление. – Ты что, не знаешь, у жены свои мужчины, у него свои женщины. Пока все это тихо и мирно, всех устраивает. Главное, без скандалов. Потому что скоро этот тип будет избираться на должность городского головы.

– И какие у него шансы? – насторожилась молодая жрица.

– Я буду стараться, но в целом приличные. А если он получит это место…

– Можешь не говорить, – вздохнула Катя. – Слушай, давай договоримся. Мне его не жалко, мне он тоже не нравится. Все, что происходит с этим шкурником за пару улиц от нашего заведения, меня не будет волновать ничуть.

Кусь промолчал, но судя по его хитрой мордочке, он понял, чего от него ждут.

Действительно, вскоре у главы гильдии кожевников начались неприятности. Не крупные, но от того не менее досадные. То у нового экипажа колесо отвалится, то конь потеряет подкову, то печать куда-то пропадет, когда надо документы подписывать, а найдется ближе к вечеру там, где и должна была лежать. Разумеется, все это сложно было спрятать от глаз народных. Да и как спрячешь, когда посреди городской площади у тебя вдруг все нитки на штанах расползутся, словно прогнили в один миг. А вслед за неприятностями и шуточки пошли. Тоже не сказать, что обидные, нет, люди меру знали. Но радости это не доставляло.

В то же время городской голова объявил, что хочет восстанавливать мраморный карьер и лесозаготовки. Спрос на древесину давно уже был приличным, да и от камня не откажутся не только отдельные жители города, но и в столице. Сначала все думали, что это шутка, но вскоре объявление о поиске рабочих появилось в столичной газете. И в город потянулись новые люди. Кто-то приезжал один, кто-то сразу с семьями. С удивлением среди прибывших обнаружили несколько семей, успевших уехать из города до начала бедствий. И всем им надо было где-то жить и что-то есть.

– Что, Витор, золотишко прибывает? – как-то невзначай поинтересовался Якоб, проверяя, как жарится на углях мясо.

– Это ты на что намекаешь? – хозяин заведения внутренне напрягся, все-таки недавно повысил людям жалование.

– Да смотрю я, рядом с нами два пустых участка стоит, и думаю, а не купить ли тебе их. Можно будет самим расшириться, дом постоялый открыть, да и само заведение расширить. А то прихватит кто, типа этого кожевенника, чтобы к дочке твоей ближе оказаться, и все, упустил возможность.

– А вы как думаете? – посмотрел мужчина на остальную команду.

Катя бросила взгляд на устроившегося над плитой среди самых ароматов Куся. Тот активно кивал головой.

– Я думаю, предложение стоящее, – поддержала повара девушка. – Думаю, уже нет вопросов, кто у нас и дальше городом управлять будет. Так что дальше можно ждать большего. И, пока есть такая возможность, занять себе место. А то пойдут караваны купеческие, и будут в других местах останавливаться.

– И я поддержу, – присоединился ко всем заглянувший на обед бармен. – Слышал я, что недалеко от нас пристань хотят делать и склады. Понятно, в самой той гуще нам не с руки находиться. Но там жить простые матросы да докеры станут. А вот сами купцы ищут заведения приличнее. Так что, Витор, даже не сомневайся. Сейчас землю купишь, а потом потихоньку, с помощью бога вкусной пищи, такое заведение отгрохаешь…

– Да не так много денег тех, – признался мужчина. – На вывеску ушло, на посуду новую, на мебель в зал. Вроде и не так оно все дорого, а ведь много всего брать приходится. В детскую часть то и дело что-то докупаем.

– Ну, придумаем что, – выдохнула Катари. – Можно, я сама с городским головой поговорю? Думаю, как-то решим этот вопрос.

Возражать никто не стал. Почему-то все были уверены, что именно госпожа Гарс сможет решить этот вопрос. Не без помощи своего бога.

***

Катя проводила взглядом удаляющуюся в сторону рынка повозку. Отец отправлялся за очередными пополнениями запасов. С этим им помогал сосед, в обмен на бесплатные обеды в таверне. Прикинув, что содержать собственный экипаж им пока обходилось бы дороже, Витор пошел на такую сделку. Благо сам сосед тоже не имел привычки наглеть, быстро обедал и возвращался к работе. Всех такой расклад устраивал.

Глава 5

Незаметно подошло к концу лето. Точнее, сама Катари не заметила бы, если бы не появление на рынках, а следом и в кладовых, свежих овощей и фруктов. Если бы ни отец, сама девушка так бы и сидела все время на кухне, покидая таверну только чтобы сходить переночевать. Как шутили остальные, если поставить в кладовке кровать, так и вовсе бы жила она на работе.

Кусь-ням начал периодически отлучаться в храм, где ему было выделено место среди прочих богов. Возвращался он оттуда довольный, но словно чем-то встревоженный. Обеспокоенной жрице он сказал, что все нормально, эти вопросы может решить только он сам. Видимо, это были какие-то дела божественной дипломатии, потому что ну не мог мелкий божок вдруг резко начать возвышение.

Понятно, что с этим помочь Катари не могла, но она решила избрать другой способ улучшить положение друга. В один из дней девушка пришла в храм.

– Госпожа Гарс, – приветствовал ее священник. – Вот уж кого не ожидал увидеть. Я так понимаю, место вашего служения – кухня.

– Да, обычно это так, – улыбнулась Катя, – но не всем богам можно послужить там. Признаться, я слишком затянула с визитом, надо было в первые дни после болезни прийти и отблагодарить их за свое исцеление.

Над ухом раздалось фырканье Куся, но она проигнорировала его.

– Я думаю, ничего страшного не произошло. Вы узнавали новую реальность, ведь столько всего случилось за время вашей болезни. Потом с головой окунулись в работу.

– И все равно это непростительно с моей стороны. Да, я знаю, что отец сделал щедрое пожертвование, но этого недостаточно. Потому я и решила прийти лично, чтобы выразить свою благодарность.

Жрец только улыбнулся и отступил в сторону. Катари приобрела в лавке подношения, после чего пошла вдоль алтарей.

– Благодарю, что разрешили остаться в этом мире, – тихо произносила девушка, оставляя подношение на алтаре. – Благодарю, что не выгнали обратно, что позволили жить и делать то, что мне нравиться. И благодарю, что позволили Кусь-няму помогать мне. Прошу вас, примите его в свой круг, а я обещаю, что буду присматривать за этим котиком-проглотиком.

– Да ладно, никакой я не проглотик, – раздалось недовольное ворчание над ухом.

– Еще какой, – услышала Катари смеющийся женский голос. – Благодарю тебя, пришелица из другого мира. Я богиня жизни этого мира. Мой питомец, находясь в божественных чертогах, со временем приобрел наши способности, стал если не равным нам, великим богам этого мира, то подобен младшим нашим. Он не должен был приносить сюда чужеземицу, и будь твое тело живо, я бы вернула тебя обратно. Но сложилось, как сложилось. Потому живи, мы не будем гнать тебя. Ну и спасибо, что не отвернулась от Куся. Боги, от которых отворачиваются, могут натворить бед. Изучай нашу историю, наши обычаи, наши нормы. А я позабочусь, чтобы тебе встретился достойный тебя мужчина.

– Благодарю, великая, – вырвалось у девушки прежде, чем она поняла, как ответила.

– Кусь, если я узнаю, что ты покушаешься не что-то кроме вкусной еды, то не буду больше покрывать тебя перед советом богов, – выговор не укрылся от жрицы, но она старательно делала вид, что не слышит этих слов. – Запомни, где твоя вотчина, и не пытайся двигать других мелких богов. Иначе я сама найду, кто подвинет тебя, а ты вернешься в свою корзинку.

– Да, великая, – выдохнул смутившийся котик.

Катя прошла мимо остальных алтарей, повторив ту же самую фразу. Больше никто с ней не заговаривал, но девушке было это не нужно. Она знала, ее приняли, ее услышали. У Куся тоже не должно быть проблем, ну, если только он сам не захочет новых приключений на пушистый хвост.

После храма Катари решила немного пройтись. Она начала немного ориентироваться в городе, и постепенно открывала для себя красоту этого места. После мира, в котором она родилась, это место казалось воплощением тишины и покоя.

На этот раз местом прогулки девушка выбрала набережную. Она помнила, что можно пройти вдоль реки до небольшого садика, в котором стоял памятник, а потом свернуть на улицу, которая выведет к таверне. Светило солнышко, Катя купила у торговки кулек ягод и шла, наслаждаясь свободным временем, хорошей погодой и вкусной едой. Хотелось придумать новый рецепт с этими фруктами, но вместо этого в голове крутились фрагменты песенок из прошлой жизни. Решив, что иногда надо и отдохнуть, попаданка улыбнулась.

Легкий ветерок поднимал небольшие волны. Наверное, было бы хорошо поплавать немного по реке, желательно в приятной компании. Возможно, просто друзей, таких, какими стали ей Якоб, Риса, Нико, Марта, другие сотрудники таверны. Может быть с молодым человеком, если такой появится. По реке медленно плыли баржи с лесом. Судя по направлению, господин Банфи распорядился отправить материалы для восстановления мраморного карьера по реке. С другой стороны по воде на веслах поднималось небольшое судно, судя по всему, пассажирское. Катя облокотилась на парапет и принялась наблюдать, как эти суда будут расходиться.

– Ой, – раздалось возле ее уха. – Быть того не может.

– Что такое, Кусь? – насторожилась девушка.

– Никого не хочу пугать, но, если я не ошибаюсь, а в этих вопросах великая не давала мне спуску, в город приплыл не абы кто, а один из королевских финансовых проверяющих.

– Это плохо? – почему-то возникли ассоциации с проверками одновременно налоговыми, пожарной охраны и роспотребнадзора.

Глава 6

– Госпожа Гарс, госпожа Гарс… – Катари обреченно вздохнула, и повернулась к рабочим, требовавшим ее внимания.

Казалось бы, еще недавно она выговаривала проверяющему, что из-за его визита и активной деятельности приостановились их работы. Ох, лучше бы она этого не делала. Энергия господина Бушара не знала пределов. Уже через несколько дней на одном из соседних участков появились рабочие. За считанные дни были разобраны остовы некогда бывших там домов, распилены и сложены в поленницы, чтобы использовать в качестве дров, была выкорчевана почти вся растительность, за исключением кустов и деревьев, которые не мешали строительству. Ими занялся уже сам Витор вместе со знакомым садовником. Мужчина решил, что собственные ягоды и яблоки не будут лишними для их таверны, после чего Якоб вовсе предложил приобрести какой-нибудь заброшенный сад. Кусь-ням посмеивался, что рано или поздно такое случиться, а его жрица молилась уже Великой богине а также богам достатка и процветания, чтобы та удержала отца от подобных действий хотя бы, пока новое здание не окупится и не начнет приносить стабильную прибыть.

Вот теперь рабочие готовили котлован для начала новой стройки. Планировалось, что будет сделано большое подвальное помещение, где разместят кладовые и ледник. А Кусь обещал лично зачаровать все, потому что колдовство магов со временем сходит на нет, а вот божественное вмешательство позволит сохраняться всему как новенькому, пока не вмешается другой бог. Но для этого надо, чтобы он за что-то разгневался на хозяина заведения. Но, если такое случиться, ни магия, ни силы покровителя не спасут. Только много бубнов и раскаяния.

– Смотрите, госпожа Гарс, – подошел к ней главный, прораб, как мысленно звала его Катя. – Мы сейчас выкопали котлован такой, что я руку вверх поднимаю, и едва края достаю. Надо еще углубляться, или достаточно?

– Еще на пару футов, – выслушав указание Кусь-няма, сказала она. – Что-то еще?

– Да, а с основным зданием будем соединять?

– Будем, – девушка помнила примерные планы, – но это вы уже к моему отцу обращайтесь. Все чертежи у него. Я только знаю, что надо будет углубить пространство под нашим строением, но делать это придется очень аккуратно, потому что таверна закрываться не будет. То есть, вы будете работать внизу, а мы будем наверху готовить еду, обслуживать клиентов, делать все, что и обычно.

– А и не надо вам закрываться, куда же мы ходить обедать тогда будем, – рассмеялся прораб. – Эти ваши рулеты сытные прелесть что за дело. Пару штук съел, и до вечера можно лопатой махать, а потом и топором, и прочими работами заниматься. А то, что вы их в бумагу заворачиваете, так вообще хорошо. Мы с собой берем, и тут прямо и едим, а то внутри душно, шумно, а на воздухе оно куда лучше отдыхается.

– Спасибо, рада, что вам нравится, – улыбнулась Катя. – Ну, пойду я, а то и у вас работа есть, и у меня на кухне достаточно дел.

Но не успела она войти, как услышала голос отца.

– Катари, это ты пришла, подойди, пожалуйста.

Девушка поспешила подняться в комнату к отцу. Там уже расположился за столом господин проверяющий собственной персоной. Мысленно помянув лихо, которое лучше не будить, Катя попыталась мило улыбнуться.

– Добрый день, господин Бушар. Немного непривычно видеть вас здесь, а не в зале.

– Добрый день, госпожа Гарс, – он поспешил подняться. – Я рад вас видеть. Дело в том, что у меня возникли некоторые вопросы, которые можете разрешить вы.

– Да, слушаю, – девушка поспешила присесть рядом с отцом, потому что дело явно касалось бумаг.

– Понимаете, я несколько удивлен. Буквально вчера я обедал у вас в заведении, и среди прочих блюд видел абсолютно точно изделия из муки, а именно хлеб, который подавался к супу, и после булочка, которая шла к паштету. Но нигде в ваших бумагах нет указания на закупки такого количества муки, равно как нет бумаг о том, что вы продаете изделия из нее, что несколько обескураживает.

– Скажите, господин Бушар, вы слышали о боге вкусной еды? – в свою очередь поспешила спросить девушка.

– Да, но кроме этого города я нигде не встречался с упоминанием оной сущности.

– Да, все верно. Божество это появилось не так давно, еще не набрало достаточно сил, чтобы помогать всем людям, потому оно сначала закрепляется своим культом в одном месте, и, когда обретает достаточное количество верующих, то начинает распространять знания о себе дальше. Думаю, куда лучше вам это объяснит наш городской жрец.

– Непременно обращусь к нему, – согласно закивал мужчина. – Но как это связано с моим вопросом.

– Очень просто, – улыбнулась Катари. – Когда мы покупаем продукты, из которых готовим еду, то вносим ее в стоимость готовых блюд. Но когда продукты посланы нам богом вкусной еды, мы не можем брать за них плату. Более того, мы, именем этого бога, помогаем тем людям, кто не имеет возможность покупать достаточно продуктов. Можете спросить в городе, наша таверна помогает нескольким семьям. А теперь скажите, как можно отражать в документах факт божественного появления продукта?

– Признаться, мне сложно ответить на этот вопрос, потому что я вообще не представляю, как что-то может появиться вдруг внезапно из ничего… – принялся рассуждать проверяющий, но вынужден был замолчать. Прямо перед ним, на разложенных бумагах, вдруг появился большой мешок. – Это что?

Глава 7

Кусь-ням удобно устроился на крыше дома возле гильдии кожевенников и наблюдал за разворачивающимися там событиями. Подле него примостился бог, покровительствующий мастеровым. Разговаривать им было не о чем, уже давно, в чертогах Великой, спор был решен большинством голосов в пользу молодого божка. И теперь старший пришел проследить, чтобы не пострадали те, кто исправно молился ему и делал подношения.

Кроме двух богов были и другие зрители. Жители соседних домов выглядывали в окна, а остальные зеваки старательно тянули шеи, чтобы разглядеть хоть что-то из-за забора. Мальчишки с комфортом устроились на ветках деревьев, и видно им было примерно также хорошо, как и невидимым зрителям на крыше.

А посмотреть было на что. Посреди двора стоял господин Бушар с какими-то бумагами, и что-то в них отмечал. Возле крыльца расположился на скамейке для клиентов градоправитель, господин Банфи. А по двору и зданиям сновали стражники, вынося и раскладывая на расстеленном на земле холсте выделанные кожи, готовые изделия, чуть в стороне складывали необработанные шкуры. Все это сверялось с официальными бумагами, предоставленными писарем гильдии, а на отдельном листе записывали то, что не было внесено ни в какие бумаги. И список этот все увеличивался.

– Нет, я знаю, что подмастерья обрезки забирают, потом делают из них разное: украшения там какие, талисманы, детям игрушки. Но чтобы столько всего проходило мимо писаря, – пробормотал Кусь-ням, озадаченно глядя на несколько седел, отложенных к вещам, произведенным по отдельному заказу за плату мимо общей кассы. – и ведь твоим-то почитателям с этого ни монетки не перепадет.

– Заварил ты кашу, Кусь, – покачал головой Ремесленник. – Вот смотрю я на эту ревизию и не знаю, ругать тебя, или благодарить. Вроде и прижучил этого Кларка, а с другой стороны, как люди потом будут без него.

– Как будут, так и будут, из мастеров нового главу выберут, а ты сам присмотришь, чтобы достойные могли на это место претендовать, – муркнул Кусь. – Или тебе нравится, что тот, кто когда-то ни дня без молитвы тебе ни проводил, постепенно осмелел, и бояться перестал и власти, и богов?

– Не нравится, – бог посмотрел на бывшего верующего, который только стоял в стороне, и пытался что-то говорить.

Увы, стражи не мастеровые, слушать его не думали, а присутствие городского главы и вовсе заставляло их бодро осматривать помещение за помещением, простукивать стены и половицы. После третьего схрона сами рабочие начали косо смотреть на своего начальника, а тот все больше бледнел и втягивал голову в плечи, хотя и пытался еще оправдываться.

– Кажись, все, господин проверяющий, – наконец сообщил один из стражей. – Вроде как больше тайников не нашли. Ну да если где что и упустили, знать, хорошо все господин Кларк припрятал, но больше ему это не потребуется.

– Да как же это, – сокрушался упомянутый господин, – это же грабеж, форменный грабеж, и не сказать иначе. Да мы же за каждую кожу отчитались, за каждую шкуру, все налоги до последнего медяка.

– Ага, и сверх того, дорогой мой Томас, припрятали еще на такую же сумму, – усмехнулся градоправитель. – И кому ты это все сбывал? Дай угадаю, до мора приходил в город караван торговцев, и они у тебя покупали продукцию, которую потом по деревням да поселкам и развозили. А с той выручки ни монетки в казну уже не шло.

– Да, господин Банфи, – покачал головой Пабло, – если сравнить то, что мы нашли, и то, что официально записано и как изготовлено, и как брак, то получается, что две трети брака вот они, готовые к продаже лежат. И вот теперь передо мной стоит большой вопрос, как поступить. Разумеется, господин Кларк больше не может не только управлять гильдией, но и заниматься ремеслом ближайшие два года. Остальное уже на усмотрение суда. Ну да вы мужчина не бедный, даже когда штраф заплатите, у вас останется на безбедную старость.

– Суд, – побледнел бывший глава гильдии кожевенников. – Да за что?

– Как это за что? – усмехнулся господин Бушар, – за подлог. Или вы не знаете законов нашего королевства, господин Кларк?

– Да я тебя, – побагровевший от гнева кожевенник бросился на проверяющего, но его вовремя перехватили стражники.

– А вот за такое, – усмехнулся господин Банфи, – да еще в присутствии представителей власти, можно и срок получить. Я прошу нашего писца отметить попытку нападения на представителя короля.

Кожевенник что-то прошипел и сплюнул в песок.

– А ведь по молодости таким талантом был, любое изделие получалось, самые тонкие кожи обрабатывал, – вздохнул невидимый смертным Ремесленник. – Мог бы до столицы добраться, при дворе лучшие заказы получать, шить перчатки дамам. Но люди сами свою судьбу выбирают, вот и этот выбрал. Ты что-то там про его сундук говорил, уже сотворил что-то?

– Нет, зачем, – махнул лапкой Кусь-ням. – У нашего господина Кларка есть еще и госпожа Кларк, которая знает, где этот сундучок закопан. Так что это уже их семейное дело.

Старший бог посмотрел на котообразного товарища и рассмеялся.

– Не то обличие ты себе выбрал, тебе лисом надо было становиться, – заметил тот.

– Мне и котом хорошо, – довольно мурлыкнул Кусь. – Кто, как ни коты, знают толк во вкусной еде.

Возразить на это было нечего. Собственно, в интригах коты тоже толк знали, и отомстить хозяевам умели.

Глава 8

Такое событие, как совет богов, происходило не часто. Хотя, собирались там далеко не все, кому бы стоило присутствовать, зато постоянно набегали те, кто имел право голоса только если являлся чем-то свидетелем или против него выдвигали обвинения. Кусь-ням и рад был бы пропустить этот совет, но как раз его-то и должны были судить.

– Ну что, Кошак, допрыгался, – хмыкнул, награждая его презрительным взглядом, бог темных дел. – А я сразу говорил, что от тебя никакого толку не будет. Ну, какой толк от тех, кто только жрать да спать умеет?

Кусь молчал. Прежде всего, потому, что он вообще не понимал причин, по которым на него резко ополчились даже те, с кем он не портил отношения. И он вспомнил, как Катари ему говорила, если не понимаешь что-то, лучше промолчать, понаблюдать, тогда куда больше шансов, что все неприятности получится разрешить без лишних ссор. И именно к этой тактике он решил прибегнуть, потому просто проигнорировал слова Темного. Обидно, но он как-нибудь перетерпит. Куда меньше ему нравился взгляд Великой, полный упрека и разочарования. Но и тут божок предпочитал успокаивать себя тем, что довольно скоро он докажет, что ни в чем не виноват. Вряд ли его будут осуждать за порванные штаны господина Кларка.

– Ну что, все собрались? – оглядел собрание старший из богов, коего за глаза называли сыном создателя, а в лицо не обращались иначе, как Почтенный. – Как всегда, не все, но достаточно, чтобы разобраться с возникшей неприятностью. Итак, Темный, мы все тебя внимательно слушаем.

– Благодарю, Почтенный, – бог темных ремесел поднялся со своего места и вышел на середину зала. – Как известно всем присутствующим, десять лет назад пророчица Равинна предсказала одному мальчику, что в будущем он найдет свое счастье с девушкой из иного мира. Спустя несколько месяцев был собран совет, который решил, что предсказательница эта в какой-то момент может стать угрозой, ибо все, что она изрекала, сбывается, а потому стоит сделать так, чтобы именно это ее предсказание не могло сбыться. Текст его был запечатан на свитке запрещения, дабы ни один смертный, кроме нее самой и того, кому предсказание было сделано, не могли о нем узнать, а сам свиток был размещен в хранилище Истин. Шли годы, о предсказании никто и не вспоминал. Но недавно вот этот недокот притащил из иного мира душу девушки вместо покинувшей свое тело девицы. А не так давно эта вот девка встретила того, кому было сделано предсказание. И все потому, что именно этот Кошак нарушил запрет и распечатал…

– Чего? – услышав обвинения, Кусь-ням понял, что молчать он не сможет. В первую очередь потому, что он вообще не знал не то, что о каком-то там пророчестве, а даже о таком месте, как хранилище Истин. – Темный, а тебе не приснилось, что это я был? Может, ты каких экспериментальных настоек напился, и тебе что не то привиделось? Да я вообще не понимаю, что за свиток, какое хранилище. Знать о них до сегодняшнего дня не знал. А уж о каких-то там предсказаниях невесть сколько лет назад сделанных, да от мира запечатанных и вовсе знать не могу, мне по меркам этого мира чуть больше года, то есть все это уже давно от смертных, а значит, и от меня, спрятано было.

Бог уставился на него так, словно не просто увидел нечто неприятное, но и это неприятное смело утверждать, что это личные проблемы того, кто там думает, а на самом деле оно весьма даже нужное и полезное. Руки его сжались в кулаки, глаза потемнели, а вокруг начала сгущаться тьма.

– Темный? – нахмурился председательствующий бог, – а, в самом деле, откуда Кусь-ням мог знать об этом свитке?

– Ну, мало ли куда великая своего питомца таскала, – попытался он уклониться от ответа. – А он потом залез да и прочитал.

– То есть, теперь ты и меня еще обвиняешь? – нахмурилась богиня. – Между прочим, это ты своих миньонов за питомцев постоянно за собой волочешь куда можно и нельзя. Кусь до обретения божественного сознания не покидал моих покоев, а после предпочитал находиться среди смертных, где вкусной пищи куда больше, чем у нас тут. Но, раз затронуто мое имя, я прошу вас, Почтенный, проверить лично, приближался ли взятый мною на поруки Кусь-ням к хранилищу, не говорят о том, чтобы проникать внутрь.

Бог кивнул и призвал всех к тишине. По его жесту на площадке перед креслами заблестел огненный свет, после чего стали проступать лики богов, кои так или иначе проходили мимо хранилища. Чаще всего всплывал лик Темного или его подчиненных, а вот Кусь-няма и еще нескольких богов рядом никто не обнаружил.

– Думаю, у нас нет поводов и дальше обвинять нашего молодого друга в преступлении, – убедившись, что божок не виноват, изрек Почтенный. – Более того, я вижу, что свиток по-прежнему запечатан. Так что можно смело утверждать, что все произошедшее – лишь цепь случайностей, которые приводят к исполнению пророчества. А что с предсказательницей?

– Скончалась в годы мора, – сухо сообщил бог Смерти, сообщив перед смертью, что взору ее отныне ничто не мешает видеть будущее, но сообщать о нем она не станет. С тем ее душа рассталась с телом.

– Точно больше ничего не сказала? – нахмурился Темный.

– Если тебе так интересно, отправляйся в столицу, – буркнула Великая. – Там даже в твоем храме храниться самый полный перечень предсказаний, сделанный госпожой Равинной от обретения дара до безвременной кончины. Ознакомишься, потом расскажешь, что интересного обнаружил.

– Ладно, что уж, – пробурчал бог. – Кошак, ты это, не серчай. Мир что ли?

– Да уж худой мир лучше доброй ссоры, – не стал спорить Кусь-ням. А ты в таверну Катари рыбки подбрось, дабы кошаку, как ты меня величать изволишь, вкусно было. Во искренность извинений, что ли.

Глава 9

Кусь-ням сидел в покоях Великой и задумчиво рассматривал свой хвост.

– Если тебе что-то не нравится, ты всегда можешь это изменить, – заметила богиня, особо не присматриваясь к бывшему питомцу, – если хочешь, можешь шерсть заменить чешуей, или сделать хвост кошачьим.

– Да я бы еще рога отрастил, – буркнул божок, понимая, что на его слова никто не обратит внимания.

Так и было. Великая продолжала задумчиво что-то высматривать в небольшом зеркальце, а сидевший в той же комнате Ремесленник, просто расслабился в кресле, словно обычный смертный после долгой работы.

– Рога тебе не пойдут, – наконец, лениво произнес он.

– Ну почему же, лапшу на них вешать удобнее. Вам тоже порекомендую. Ведь обставил вас темный, вот просто на раз-два всех сделал. Думаете, почему он так меня придумал обвинить? Ведь знал прекрасно и то, что я не так давно появился на свет, что не мог ничего знать ни о каких пророчествах многолетней давности. Ему просто надо было увидеть вход в хранилище, ну и как оно охраняется. Вот и увидел.

– Кусь, ну не трави ты душу, – взмолилась богиня. – Поняли мы уже, что Темный все это не просто так затеял. Вопрос в другом, что именно ему удалось оттуда заполучить. Вроде как все основные артефакты на месте. Но что же тогда, и как это скажется на мире смертных.

– А я и думать не хочу, кто и что тут задумал, – буркнул драконообразный кот, – но Катари создам защиту, и как хотите. В любом случае это моя первая жрица, и я имею полное право защищать ее. В прошлый раз ополоумевший Кларк чуть не бросился, теперь даже думать не хочу, что может ждать.

– Хорошо, – легко согласилась Великая. – Защищать своих жрецов – наша прямая обязанность. Уже придумал, как будет выглядеть оберег?

– Разумеется, – божок продемонстрировал небольшую, с мизинец ребенка ложечку из светлого сплава. – Это люминий, такой в мире Катари водится. Я буду их раздавать только тем, кто сам согласится стать моим жрецом. А уже тем, кто будет получать символы от наших, обычное серебро.

Ремесленник внимательно изучил талисман и довольно кивнул. Зато богине что-то явно не понравилось.

– Кусь-ням, а ты совесть свою нигде не терял? Мало того, что девицу из другого мира приволок, так еще и ложки оттуда таскать решил?

– Нет, ложки местные, – возразил божок.

То ли уверенность, с какой он это заявил, то ли наглость мелкого недокота заставили ремесленника рассмеяться.

– А тебе-то что веселиться? – нахмурилась Великая. – Тут в пору если не рвать и метать, то плакать и стенать, а им весело.

– Просто люминий этот действительно из нашего мира, – попытался успокоить богиню Ремесленник. – Кусь смог протащить оттуда такой крошечный кусочек, что его бы не хватило даже на крошечное зернышко для украшений. Но я смог обнаружить подобный металл у нас, а дальше уже мелочи. Или я не бог ремесел.

Великая покачала головой, но промолчала. Даже если ее товарищ и соратник в противостоянии с Темным просто покрывает мелкого хулигана, она ничего не сможет доказать. И не хочет, если на то пошло. И какая ей разница, откуда кошак берет эти свои обереги. Куда важнее выяснить, что именно утащили миньоны ее противника из хранилища истин. Богиня могла поспорить на что угодно – это не предсказание Равинны. Так или иначе, предсказательницы давно нет в мире живых. Да и в мире мертвых искать ее будет проблематично даже богу Смерти.

– А что говорит Почтенный, – поспешил сменить тему бог ремесел.

– Да ничего, – вздохнула Великая. – Что он скажет? Он же видит только то, что просиходит вне хранилища. Внутренние чертоги недоступны его взору. Вот он и говорит, что несколько миньонов Темного вбежали внутрь, а сам их хозяин оставался снаружи. Потом они вернулись, и ему показалось, что эти создания что-то передали своему господину. Но точно он не может ничего сказать, потому что аура хранилища не позволяет разглядеть что-либо четко.

– То ли стащили, то ли нет, то ли дождик, то ли снег, – пробурчал Кусь-ням. Старшие боги предпочли промолчать, но мысленно были полностью согласны с котом. – И что вы предлагаете делать после столь оптимистичных заявлений?

– Признаться, сначала я хотела отправиться к Темному и поговорить с ним лично, – вздохнула богиня. – Но потом поняла, что это не лучший вариант. Несколько моих миньонов тихонько приглядят за ним, а я попробую сама посетить хранилище. Может, я смогу понять, что именно утащили миньоны.

– Не выйдет, – покачал головой Ремесленник. – Прежде чем отправиться к тебе, я был там. Увы, хранилище полностью запечатано. Ни боги, ни миньоны не смогут попасть внутрь, не важно, древний это бог, или совсем молодой, как наш Кусь.

Но не успела Великая возмутиться, как двери в ее покои распахнулись, и на пороге возник Темный собственной персоной.

– Беда, – выдохнул он, – из Хранилища истин исчезла корона миров.

Великая и Ремесленник дружно выругались, да так, что им бы позавидовали портовые рабочие в любом крупном городе. А Кусь-ням предпочел промолчать, только уши выдавали, что летающему коту было весьма любопытно, что же это за ценный экспонат, и почему бог темных искусств решил явиться е Великой, чтобы сообщить об этом.

***

На полочке отчетливо ощущался запах рыбы. Кусь уже слопал свой кусочек с соусом, облизал мордочку, и теперь задумчиво изучал хвост, словно там можно было найти ответы на все интересовавшие его вопросы. К слову, сам по себе хвост божка устраивал полностью, только иногда он задумывался, не сменить ли шерсть на чешую, но пока необходимости в том не возникало.