Тайна Зимнего дворца

Пролог

Зимний дворец всегда дышал иначе по ночам.
Днём он сиял золотом, хрусталём и гулом придворных голосов, отражал холодное северное солнце в зеркалах и мраморе. Но ночью… ночью стены становились свидетелями. Они слушали. Запоминали. И шептали тем, кто умел слышать.
Баронесса Корф стояла у высокого окна, за которым Нева тонула в синеватом тумане. Лёд уже начал схватываться у берегов, и ветер скользил по воде, как осторожная рука по шёлку. Петербург засыпал, но дворец — никогда.Её отражение в стекле казалось чуть бледнее обычного. Тёмные волосы были убраны строго, как того требовал этикет фрейлины императрицы, платье цвета приглушённой лаванды едва касалось паркета. Она выглядела безупречно — как и подобало служительнице двора Александра Третьего.
Но сердце её билось слишком ровно для спокойной женщины.
Она слышала дворец.Слышала его дыхание.
Это началось ещё в детстве, когда мать впервые привела её в дом Романовых и прошептала:
«Помни, дитя. Наш род не служит. Мы оберегаем».
С тех пор баронесса знала: в её крови — не просто верность, а древний дар. Невидимая нить, связывающая её с династией. Она чувствовала трещины прежде, чем они становились разломами. Чувствовала опасность до того, как она обретала лицо.
Сегодня дворец звучал иначе...Тише...Глубже...Как перед грозой.
Она закрыла глаза — и позволила магии коснуться её.
Не заклинание. Не жест. Лишь лёгкое прикосновение к тому, что всегда было внутри. Мир вокруг словно истончился. Золочёные карнизы потемнели, воздух стал плотнее, как вода. Вдалеке, в одном из коридоров, вспыхнула тень — не человеческая, не полностью.
Баронесса резко открыла глаза.
Тень исчезла.Но тревога осталась.
Император Александр Третий в этот час находился в своём кабинете. Императрица — в покоях, где гасили последние свечи. Всё было спокойно. Всё — как всегда...И всё же не так.
Её дар никогда не ошибался.
Она медленно провела ладонью по холодному стеклу. На секунду ей показалось, что за её отражением стоит кто-то ещё. Высокая фигура в темноте. Не придворный. Не стража.
Наблюдатель.
Баронесса не обернулась.
— Я вижу тебя, — тихо произнесла она, не зная, лжёт ли.
Стекло дрогнуло от ветра. Или от ответа.
В ту ночь Зимний дворец впервые заговорил с ней словами, которые она не хотела понимать.
И баронесса Корф ещё не знала, что её дар, предназначенный оберегать Романовых, вскоре потребует от неё выбора.
Между долгом.
И тем, кого она полюбит.

Глава 1.Под сводами зимнего света

Зима в Петербурге не наступала — она утверждалась.

В тот мартовский день 1881— года Зимний дворец был залит ровным, почти белым светом. Снег отражал небо так ярко, что казалось, будто весь город вырезан из холодного фарфора. По Неве медленно двигались льдины, и редкие прохожие торопливо пересекали Дворцовую площадь, кутаясь в меха.

Во внутренних залах царил порядок.Император Александр III не любил излишней суеты. После трагедии 1 марта 1881 года, унёсшей жизнь его отца, меры безопасности стали не просто усиленными — они стали образом жизни. Каждое перемещение, каждая аудиенция, каждый незнакомый человек проверялись тщательно.

Поэтому Анна Корф знала: если кто-то появился при дворе — он появился не случайно.Она стояла в Малой гостиной, где императрица Мария Фёдоровна принимала нескольких приближённых дам. В воздухе витал аромат воска и сухих цветов. Разговор касался благотворительного комитета — госпиталей, школ, нужд провинций.

Анна слушала внимательно, но не вмешивалась.Фрейлина — это не голос. Это присутствие.Её руки были сложены перед собой, спина прямая, взгляд мягко опущен. Она знала своё место и исполняла его безукоризненно.Но под спокойствием скрывалось иное.

Иногда ей казалось, что сам воздух вокруг Романовых имеет плотность. Как если бы история, судьба, воля предков — всё это сгущалось вокруг династии невидимым кольцом. И она, Анна, ощущала малейшие колебания этого кольца.

Дар не был зрелищным. Он не вызывал огня и не останавливал пули.Он предупреждал.Словно лёгкий холодок в висках. Словно внезапная тишина среди шума.Сегодня тишина была слишком глубокой.

Дверь в гостиную открылась без стука — но не дерзко, а по праву службы.Вошёл подполковник Павел Ливен.Высокий, сдержанный, в тёмно-зелёной форме лейб-гвардии. Лицо его было спокойным, но в этом спокойствии чувствовалась привычка видеть больше, чем дозволено. Он поклонился императрице строго по уставу.

— Ваше Величество.

Мария Фёдоровна кивнула.

— Князь Ливен. Всё ли спокойно?

— В пределах столицы — да, государыня. Усилены караулы у Аничкова дворца и на подступах к Адмиралтейству. Новых донесений от Третьего отделения нет.

Он говорил ровно, без лишних слов. Человек, который не склонен к драме.Анна подняла взгляд — всего на мгновение.И в тот же миг её дар отозвался.

Не тревогой.Несоответствием.Будто в ткани пространства появилась едва заметная складка.

Она не смотрела на Ливена как женщина на мужчину. Она смотрела как хранитель на стража. И впервые почувствовала, что он — не просто защитник императора.В нём было что-то ещё.

Он ощущал её взгляд.И медленно повернул голову.Их глаза встретились.Секунда — и ничего более.В его взгляде не было любопытства. Лишь внимание. Осторожное, выверенное. Как если бы он оценивал не фрейлину, а фактор.

Анна спокойно опустила ресницы.Но внутри всё сжалось.Ливен не обладал магией. В этом она была уверена.И всё же рядом с ним её дар звучал иначе. Чище. Словно его присутствие либо усиливало её способности… либо мешало им.

Императрица поднялась, давая понять, что аудиенция окончена.Дамы склонились в реверансе. Ливен отступил к двери.Анна последовала за государыней по коридору, где высокие окна выпускали внутрь зимний свет.И именно там, среди белизны и мрамора, она почувствовала это ясно.

Не угрозу...Не заговор...А движение судьбы...

Медленное....Неотвратимое...

И впервые за долгое время её дар не предупреждал о враге.Он… ожидал.

Анна Корф не знала, что именно в эти дни в столице уже зреют разговоры, которые спустя годы приведут к событиям, изменившим империю.

* * *

Служебные коридоры Зимнего дворца были лишены парадного блеска. Здесь не отражались люстры, не шуршали шёлка. Здесь пахло камнем, воском и холодом.

Анна шла быстро, но без суеты.

Она знала, где именно находится переход между северным крылом и служебной галереей — тот самый участок, который уже дважды «проваливался» в её ощущениях. Дар не указывал пальцем. Он просто создавал ощущение пустого места, словно кусок ткани вырезали из общего полотна.

У поворота стоял караульный....Не тот, что вчера.

Анна задержалась лишь на мгновение, достаточно, чтобы заметить — пуговицы начищены, ремень подтянут слишком туго, взгляд напряжён. ....Новичок....

— Баронесса, — раздался спокойный голос позади.

Она обернулась.Подполковник Павел Ливен стоял в нескольких шагах от неё. Без сопровождения. Без лишней демонстрации власти.

— Князь Ливен.

Он приблизился, коротко кивнув караульному. Тот вытянулся ещё сильнее.

— Вы уже второй раз за утро проходите этим маршрутом, — заметил Ливен. — Совпадение?

Анна не ответила сразу.

— А вы уже второй раз наблюдаете за мной, — мягко произнесла она.

В его глазах мелькнуло не раздражение — интерес.

— Я наблюдаю за всем, что касается безопасности императора.

— Тогда вы уже заметили.

— Что именно?

Она посмотрела на переход. Каменные своды. Узкие окна под потолком. Ничего необычного.

— Здесь есть пустота.

Ливен перевёл взгляд на караульного, затем снова на неё.

— Поясните.

— Вчера в это же время пост сменился на две минуты раньше, чем указано в журнале.

— Откуда вам это известно?

— Я шла по галерее.

Он выдержал паузу.

— Это не объясняет, почему вы называете это пустотой.

Анна сделала шаг ближе к арке.

— Когда оба караульных считают, что другой уже занял место, возникает промежуток. Две минуты. Никто не контролирует проход.

Ливен не перебивал.

— Вы проверили журнал? — спросил он наконец.

— Нет.

— Тогда вы предполагаете.

— Я чувствую.

Слово повисло между ними.

Караульный нервно переместил вес с ноги на ногу.

Ливен медленно подошёл к стене, провёл пальцами по холодному камню, словно проверяя его на прочность.