Тайное желание

Глава 1

Глава 1

- И что хотят от меня лично? - Я встряхнула волосами. Меня нервировала эта поездка. При словах, что там будут «только лучшие», что нашли «что-то поистине интересное» мне хотелось уснуть мёртвым сном. Некоторые, даже найдя просто мусор, будут считать это сокровищем и расписывать так, словно нашли что-то уникальное, но зато пропустят что-то действительно важное. И Феликс, к моему величайшему сожалению, был определённо именно таким человеком. Они не разбирался ни в темной культуре, ни тем более в археологии, но сыпал умными словами так обильно, словно был профессионалам. И легко мог притащить на помойку, чтобы я подтвердила, что это «находка века». Ведь тогда его газетёнка разнесёт эту новость, словно сорока на хвосте. Там и там-то нашли что-то потрясающее, и ещё пара бессмысленных абзацев с использованием слов вроде «великолепный, очаровательный, ослепляющий». Покидается словами и на этом все.

Экипаж остановился, Феликс вышел и, подав мне руку, помог спуститься.

- А он что здесь делает? - Протянула я, заметив высокого мужчину недалеко от нас. Он разговаривал с незнакомым мне мужчиной. На мой голос он тут же обернулся.

Феликс подобострастно мне улыбнулся:

- Он один из лучших, ты же знаешь.

- Ну конечно...

- Да уж больше тебя знаю, - Марлон неприязненно покосился на меня.

- Даже не сомневаюсь в твоём самомнении.

Мой бывший муж собственной персоной вместе со мной на маленьком пятачке где-то в лесу, где толком и домов-то нет. Какая замечательная меня ждёт неделя. Учитывая, что мы с ним на дух друг друга не переносим. Точнее я его не переношу. Бывший учитель и ученица, наделав много шума, как в институте, так и в светских кругах, расстались и теперь часто были под перекрёстным огнём косых взглядом. Мужчина, сверливший сейчас меня своим взглядом ярко-синих, а порой почти черных глаз в обрамлении черных длинных ресниц, сводил ими с ума добрую часть студенток. И потом сам внезапно влюбился в свою студентку. А дальше семь лет как в тумане. Сначала пять лет моего института, совместные работы и поездки. Мы горели всем этим. Он научил меня всему, что знаю сейчас. Я вся состояла из его знаний и его самого, он вложил в меня столько, сколько никто бы никогда не смог в меня вложить. Сделал из меня профессора, уважаемого человека с несколькими глубокими работами по истории Темной культуры.

И если бы не тот досадный штрих, сломавший нашу семью, возможно мы бы и дальше были связаны гораздо большим, чем просто любовью, - страстью к своему делу.

Наверное, если бы он даже изменил мне, я отнеслась к этому с меньшим негодованием. Но книга! Это перебор.

- И что тут?

- Ты нам скажи, эксперт. – Марлон был не в духе. Он отошёл, показывая мне могильную плиту на окраине леса, прямо за ним начиналась непроходимая чаща. На плите были слова на тёмном, на старо-тёмном. Стандартный набор рун при захоронении, ибо я эту фразу встречала не раз, и даже не два.

- Сколько тел?

Я покосила на яму, около которой работали рабочие.

- Три.

Я поджала губы.

- И это все?

- Что значит «это все»? – Феликс заулыбался чуть нервно. – Мы давно не находили нечто подобного. Тёмное захоронение, не так ли? Или даже место поклонения. Или жертвоприношения.

- Слишком мало для места поклонения. И алтаря не видно.

По лицу Марлон я поняла, что он пришёл к таким же выводам, возможно это объясняет почему он тоже не в духе. Скорее всего, его тоже сюда вызывали по очень срочному делу, а оказалось… профанация.

- Там знак.

Я повернулась к Марлону.

- Знак?

- Старинный, металлический, во всей положенной атрибутикой. Явно зачарованный, так что никто его трогать не стал. Однако символы я не могу разобрать.

Марлон замолк, смотря в сторону. В других бы обстоятельствах, он попросил бы меня взглянуть, ведь он прекрасно осведомлён о моих знания рун, это практически моя специализация, но сейчас... Просто сообщил мне о наличии.

Я вздохнула:

- Не мог бы ты меня отвести?

- Идём, - он подал мне руку. Сама галантность. Я вложила свою в перчатке и проследовала за ним, обходя комья земли и кочки. Было жарко, да и солнце пекло нещадно, хотелось расстегнуть тёплое пальто и хоть немного охладиться. Но здесь слишком много мужчин. Подол платья с шуршанием чиркал по земле, которая показалась мне очень странной, слишком рыхлой, словно поле было перекопано совсем недавно, да и к моему удивлению, на ней не было ни кустов, ни деревьев, ни одного единого клочка травы. Огромное поле голой земли, окружённое по краям лесом и посреди всего этого стоит знак. Их знак. Тёмный. Его ни с чем не спутаешь, он всегда выглядит одинаково за исключением символов: он всегда из металла, скован очень тщательно из разных деталей и представляет собой некое подобие знака их веры. То, что они носят на шее или при себе, обычно более упрощённый вариант этого знака. Когда мы с Марлоном подошли ближе, я присела, рассматривая символы, выгравированные в самом металле. Это было что-то мне незнакомое и одновременно половину символов я знала, но их сочетания никак не складывались у меня в голове и понять смысл не удавалось. Я достала из сумки бумагу и начала их переписывать, затем занялась зарисовкой знака, чтобы в точности перенести как именно были расположены руны.

Глава 2

Глава 2

Смотреть на нее было истинным мучением и наслаждением. Она была красива, как картина или цветок. Как мелодия. Как произведение искусства. Такая ладная, милая и маленькая. Юная и свежая словно лепестки роз.

Я отпила из бокала. Перед глазами встал растерзанный белый букет. Его передали для меня неделю назад. Я сидела на ступеньках собственной усадьбы и по лепестку обрывала каждый цветок, я гладила лепестки до тех пор, пока они не протирались насквозь, а потом повторяла. Снова и снова. Я не могла бы объяснить ни себе, никому то ещё, зачем я это делала. Впрочем, за последнее вовремя я делала много странных вещей. Я вздохнула, но взгляд снова вернулся к ним. Красивая пара, ничего не скажешь, хотела бы я, как и все, просто желать им счастья. Она тонкая, звонкая, как тростинка, с бледной кожей, с огромными голубыми глазищами, светлые красивые волосы в локонах и маленькие губки бантиком. Рядом с ним таким большим выглядит такой миниатюрной. Была бы у меня когда-нибудь дочь, я хотела бы, чтобы она была такой же красивой.

Дочь.

Горечь накрыла меня своей едкой волной.

Я стою посреди зала, где все каждый знает, как мы были счастливы, как я ходила с ним под руку, как смеялась с ним, как слушала его шутки, и он мне целовал руку, а потом говорил, что я самая красивая женщина на свете. Возможно даже большая часть всех этих… присутствовала на нашей свадьбе. И вот. Проходит семь лет, и теперь перед ним совершенно иная леди, носящая его имя. И его ребёнка. И все всё знают опять же. Общество всезнающих.

Эти взгляды.

Следящие за каждым моим взглядом на них, моим вздохом и словом. Стоит мне её возненавидеть, покоситься не так или что-то сказать, это будет разнесено на хвостах цветастых платьев, и разрастётся словно плесень, и я уже не просто бывшая жадная жена, путана и скандалистка, а ещё и змея, что травит новую молодую жену. Ревнует, наверное. Я слышу эти шепотки у себя в голове, и они сводят меня с ума.

Сначала я хотела всем доказать. Доказать, что не такой уж и прекрасный он, этот иса Териан, что даже он в своей идеальности способен на гниль обман и ложь.

Наши взгляды пересеклись.

Я так хотела, чтобы его карьера была разрушена, чтобы он страдал. Но как ни странно, все мои слова делали его популярнее, а вот мою репутацию откровенно портили. Странное дело, в общем, дело. Пришлось остановиться. Иначе я могла полностью провалиться в этом. Хотя такие мысли меня посещали иногда. Я иногда думала, что достигла достаточно, и могу просто уйти, оставить ему все это. Хотел победы ценой всего, что у нас было? Так пусть наслаждается: своей славой, научными исследованиями и прочим. Сможет ли он это повторить без меня? Другой вопрос.

Кто-то, утешая мне сказал, что ему все вернётся сторицей за каждую мою слезу и обман. И кто это займётся правосудием?

Он отворачивается и целует её. Она смеётся. Я не злюсь на нее. Она его любит, ей сколько? Семнадцать? Или восемнадцать? Совсем ещё дитя, влюбившееся в синие глаза, и улыбку, и харизму. Ни она первая, ни она последняя. Стоит ли её осуждать за это?

Нисколько.

Рука дрогнула, когда перед лицом пролетели несколько кровожадным картин. Нет-нет, просто прочь.

- Потанцуем?

Его голос был словно манна небесная для моей души. Я обернулась, чувствуя, как губы сами собой расплываются в улыбке. Мой ангел-хранитель пришёл меня спасти.

- Ты…

- Ну вот другое дело, - его ладонь против всяких правил гладит меня по щеке. – Не думай о плохом.

Ах, если бы он знал… Как плохо я могу думать. Впрочем, даже хорошо, что не знает. Мне спокойнее. Он улыбается, и взгляд его глаз сводит меня с ума. Он не был красивым, как Марлон, но он пленил меня и не этим.

- Я так рада тебя видеть.

Слова звучали более, чем искренне. Его появление физически вытаскивает меня из тоски. Анжэ склоняется ко мне, приобнимая меня за талию.

- Потанцуем?

Я знала, что они смотрят.

Снова.

Обсуждают.

Снова.

Шепчутся.

Снова.

Он смотрит.

Снова.

Внимательно пытается разгадать, кто это.

Я смеюсь, ведь я и сама этого не знаю, кто он, откуда и кто он мне, так что ответить им не получится. Ведь даже это имя – Анжэ, я просто выдумала для него. Да и не хочу этого.

- Тебя давно не было.

- Дела знаешь ли.

Наш танец закончен, и он, взяв мне и себе бокал, отводит нас к креслам в нишах зала, чтобы мы могли уединиться и поговорить.

- Да... у меня тоже.

- Что-то не так?

Ему даже не нужно на меня смотреть, чтобы понять, что со мной что-то не так. Анжэ всегда появлялся неожиданно и также неожиданно пропадал. Но каждый раз это было неописуемо вовремя. Поэтому я и зову его ангелом-хранителем.

- Нашли какую-то находку на окраине Брамса, ну тот городок, где что-то постоянно случается, а население по пальцам можно пересчитать.