Тайны Далирана

Теплый прием

Приветствуя леди, благородному лорду следует с уважением и изяществом склонить голову и сделать утонченный, ни к чему не обязывающий комплимент.

Если вам кто-нибудь когда-нибудь скажет, что для настоящих эльфов не существует плохой погоды, можете презрительно рассмеяться ему в лицо. Этот кто-то не сидел несколько часов кряду на сундуках с вещами в чистом поле под моросящим осенним дождем. А вот мне пришлось: у кареты ужасно не вовремя треснула ось. И – сам Пресветлый свидетель – от того, чтобы расплакаться от холода и сырости, меня удерживало только нежелание выглядеть совсем уж жалкой в глазах собственных слуг. Хватит и того, что теперь вместо положенного высокородной леди чинного и степенного прибытия во владения ее жениха, мы вынуждены уныло ожидать, когда же вернется с подмогой наш кучер, отправленный верхом в Далиран. Ужасно унизительная ситуация. Я сдержала очередной горестный вздох.

– Вон! Вон, едут, ваша милость! – раздался голос Эрла – юркого постреленка, который давно уже занял наблюдательный пост и разглядывал окрестности в увеличительную трубу. – Только... эээ...

– Что? Что там? – я тут же подскочила к мальчишке, в очередной раз позабыв о том, что благородной эльфийской леди не пристало так суетиться. Эрл без единого слова передал мне трубу и поспешил отойти в сторонку. Это встревожило меня еще больше.

– Что такое, леди Марита? – забеспокоилась Рона – моя компаньонка и нянюшка в одном, слегка зеленоватом (благодаря вмешательству предков-гоблинов) лице.

Я напряженно всматривалась вдаль. Сначала взору моему предстали лошади – четверка крепких прекрасных вороных, которыми управлял наш кучер, Ривз. А потом я разглядела огромную черную повозку, до предела стиснула челюсти, пытаясь одновременно с тем глубоко дышать, и молча передала оптический прибор Роне.

– Это же... Да как они?.. – бедная нянюшка от возмущения чуть не лишилась дара речи. Очень жаль, что благородным дамам подобное непозволительно.

Доран и Морген — мои охранники – с беспокойством поглядывали то на меня, то на приближающееся недоразумение. Только головы при этом склоняли подозрительно низко и покашливали так, словно пыли наглотались. Я с досады притопнула ногой – если даже собственные слуги ко мне относятся безо всякого почтения, как к весьма недалекой девице, что уж об остальных-то говорить.

Вороные между тем подъехали ближе. Кучер, крикнув всем нам отойти подальше, совершил залихватских разворот, и мы имели возможность со всех сторон осмотреть лакированные бока – да, стоит называть вещи своими именами – катафалка. Золотые знаки смерти даже я разглядела очень четко.

Из недр этого чудовища вышло трое бравых молодцов с инструментами. Отвесив мне положенные поклоны и пробубнив приветствия, они тут же принялись осматривать карету, то и дело похохатывая и поглядывая в мою сторону.

– Как это все понимать? – поспешила я прояснить ситуацию у кучера. Голос так и звенел от едва сдерживаемой злости.

– Его Светлость рей Д'Оррэль распорядились отправить за вами, – с видом вышколенного болвана отчитался Ривз, делая вид, будто вызволять невест из затруднительных ситуаций с помощью катафалков – самое привычное дело в Эль-Астарии.

– А почему именно это, он вам не сообщил? – я закусила губу, чтобы не оскорбить слух Пресветлого непотребной руганью.

Кучер сделал неопределенное движение губами, возвел глаза к небу, прочистил горло и подозрительно ровным, чуть выше обычного, голосом произнес:

– Его Светлость не известил меня об этом, но обещал подобрать достойное его невесты средство передвижения с.. хм.. наилучшими от него пожеланиями, – и Ривз, странно дернув щекой, посмотрел в сторону гробовозки.

Я невольно проследила за его взглядом и заметила золотую вязь рун на черной блестящей поверхности. Сжав пальцы в кулаки и слегка помогая себе губами, я медленно, по слогам, прочла «покойся с миром», «в последний путь» и еще «нам будет тебя не хватать».

Что ж, намек прозрачней некуда.

О, Элле, даруй мне терпение! Я еще в глаза не видела своего жениха, а уже полна желания повернуть назад и бежать домой, сверкая пятками. Если бы не настоятельная просьба Его Величества...

Я прикрыла веки, пытаясь не замечать посмеивающихся мужчин, и попыталась представить себе, что бы сделала на моем месте блистательная леди Навия Таррэль, приходящаяся мне мачехой. Уж точно не стояла бы на месте, перетаптываясь с ноги на ногу.

– Неслыханно! Это настоящее оскорбление. Мы не сядем в эту ужасную телегу! – выражала свое недовольство нянюшка..

– Сядем, Рона, – наконец, решилась я. – Мы не будем мерзнуть тут еще Элле знает сколько времени, рискуя заболеть. Мы отдадим должное гостеприимству Его Светлости и прославим его доброту на всю округу.

– Так-то оно так – проворчала та, – да как бы боком не вышло.

Вот с такими не слишком веселыми мыслями мы впятером расположились в громадной, совершенно неуютной повозке на все тех же сундуках (скамеек внутри катафалка, разумеется, предусмотрено не было). Ривз запрыгнул на козлы и мрачная махина достаточно медленно, чтобы вконец не растрясло ее пассажиров, двинулась к поместью моего добрейшего – в этом я уже не сомневалась – жениха.

Чтобы как-то отвлечься от тревожных мыслей, я крутила на руке обручальный браслет, который носила с самой аудиенции у Его Величества, чтобы не забывать о своем долге. Незаметно воспоминания обступили меня, позволяя хотя бы ненадолго вырваться из плена не слишком радостного настоящего.

А как все хорошо начиналось! День, когда отец получил послание от Его Величества Леррана с приглашением во дворец на мое имя, запомнился необычайным оживлением, волнением и ожиданием чего-то грандиозного.

Поднялась ужасная суматоха. Леди Навия тут же приказала явиться портнихам, и те с ног сбивались, отшивая нам платья по последней столичной моде, чтобы мы, не дай Пресветлый, не ударили перед местными красавицами в грязь лицом. Вокруг меня, конечно, суетились больше всего. Во-первых, именно меня возжелал видеть государь , а во-вторых, в моду, как раз вошли платья из легчайшего кружева с невообразимым количеством оборок, долженствующие подчеркнуть изящество и хрупкость высокородных дам. На мне же – широкоплечей и с более грубыми, чем того требуют приличия, формами – эти женственные одеяния выглядели совершенно неуместно, и мачеха всю голову сломала, придумывая, как бы так сделать, чтобы я и провинциалкой не казалась, и вульгарной при этом не выглядела.

Первая встреча

Приветствуя благородного лорда, воспитанная эльфийская леди опускает взгляд, приседает в легком книксене и с благодарностью принимает комплимент.

– Мы рады приветствовать вас в Далиране, леди Марита, – произнес с вежливым поклоном эльф в камзоле, когда мы вволю нагляделись друг на друга и дальнейшее молчание могло уже показаться неловким. – Надеюсь, дорога сюда была приятной.

«О, да, разрази тебя Темнейшая, всю жизнь мечтала, чтобы меня протащили по городу в катафалке».

Я мысленно отругала себя за неподабающие мысли и натянула на лицо светскую улыбку.

– Разумеется. Но где же Его Светлость? Мне не терпится поблагодарить его за помощь и столь теплую встречу!

– О, к сожалению, рэй Д'Орэлль в отъезде. Он заядлый охотник, а сейчас самый разгар сезона, – очень профессионально «расстроился» эльф.

– Какое неприятное совпадение, – едко заметила сухощавая дама, сжав губы куриной гузкой.

И, дайте угадаю, поохотиться Его Светлость возжелал сразу после того, как отправил явившейся невесте свои «пожелания».

Сзади тихо ахнула Рона. Да уж.. Это даже не насмешка, а полное пренебрежение.

– Ничего страшного, – удержала я улыбку. – Мы засвидетельствуем ему свое почтение сразу после того, как он вернется, любезный...

– Зелидан, леди, управляющий замком, – склонил голову эльф.

Я слегка кивнула и выжидающе посмотрела на неприятную даму.

– Позвольте мне представить вам нашу экономку, госпожу Велиру, – та изобразила столь небрежный книксен, что он скорее был похож на взбрык, а произнесенное ей «леди» так и сочилось отравленным медом, – госпожу Алетту, она управляет наемной прислугой, – красавица поприветствовала меня довольно изящно, янтарные глаза ее лучились любопытством, – госпожу и господина Шухров: наших кухарку и сторожа.

Прошу вас следовать за мной, ваши комнаты ждут вас, – любезно закончил Зелидан.

Все честная компания, разумеется, проследовала за нами.

Я тем временем слегка озадаченно разглядывала серую махину замка.

– А остальные? – спросила, когда мне надоело терзаться догадками. – Для такого большого дома вас слишком мало.

– О, еще у нас имеются прачки, поварята и горничные из числа местных жителей. Мы, как правило, отпускаем их вечером по домам, – пояснила Алетта.

Я бросила беглый взгляд на ее руки: не сказать, чтобы совсем нежные, но уж точно не раздавленные работой.

– Его Светлость не терпит в своем доме чужаков, – снова подала голос воблообразная госпожа Велира.

И вот тут я почувствовала, что начинаю злиться по-настоящему. Я сама и вся моя семья небезосновательно считали меня слишком мягкой и не очень умной. Но несколько часов ожидания под мерзким дождиком, торжественная поездка на катафалке да еще и оскорбления в придачу кого угодно из себя выведут.

– Чужих, – подчеркнула я голосом, – мы тоже недолюбливаем, так что в этом я полностью на стороне Его Светлости.

«Чтоб его Темнейшая головой в болото макнула».

Изнутри замок выглядел не так уж неприветливо. В холле и гостиной теплым живыми огнями горели свечи, в гостиной, к тому же, был хорошо растоплен камин. Серые каменные стены, в некоторых местах обшитые панелями из темного дерева, старые гобелены, изображающие батальные сцены и сцены охоты. Тяжелая резная мебель, обитая кожей и бархатом..

Мужчин и Эрла разместили внизу, в комнатах для прислуги. Добродушная повариха не преминула сразу же вручить мальчишке румяный пирожок. Госпожа Велира к моему глубочайшему облегчению отправилась распоряжаться на счет ужина.

Нас же с Роной Зелидан повел по главной лестнице на третий этаж, в комнаты для гостей. И чем выше мы поднимались, тем яснее становилось, что нам тут не просто не рады, а настроены весьма и весьма враждебно. Иначе зачем размещать новоприбывших гостей в совершенно запустелом, темном как ночь крыле, где нет ни души, пахнет пылью и явно никто не жил последние лет двадцать.

Еще и покои нам предоставили вовсе не смежные, как того требовали приличия, а удаленные друг от друга почти на всю длину коридора.

– Да как же так? – бушевала моя верная Рона. – Вдруг что-то случится с леди Маритой, я ведь даже не услышу!

– Прошу прощение за эту оплошность, – качал головой управляющий, – но Далиран совершенно отвык от гостей.

«И нас это более, чем устраивало» – продолжила я мысленно.

– Большинство покоев, к сожалению, в совершенно неподобающем виде. Разумеется, мы срочно начнем приводить их в порядок, но это может потребовать некоторого времени.

«Полгода, не меньше», – ехидничала я про себя.

– И тут такая темень, хоть глаз выколи! – продолжала возмущаться нянюшка.

– Магическое освещение в замке под запретом, но я прикажу принести свечей, – пообещал Зелидан таким скорбным тоном, будто стоимость этих свечей вычиталась из его кармана.

Внутренне убранство покоев оказалось вполне пристойным, хотя и несколько старомодным. Да и уборка тут очевидно делалась на скорую руку: постельное белье чистое и свежее, пол выметен, поверхность секретера сверкает. А вот стоило только потрясти немного тяжелый бархатный полог – и из него вылетело целое облачко пыли, да и по углам лучше, наверное, не смотреть на ночь глядя.

Комната для омовения тоже, в целом, была в порядке. А большая кадушка из ароматного дерева даже приятно удивила. Как и работающие удобства. А то закрадывались уже в мою голову разные опасения.

Ужинали мы с Роной вдвоем в столовой – в просторном зале с высокими потолками за длинным столом, за которым могли разместиться несколько десятков гостей и домочадцев. Госпожа Шухр, пожалуй, была единственным созданием, радующимся нашему прибытию: она с таким умилением забирала у нас пустые тарелки, что даже на душе потеплело. Еда оказалась вкусной, без изысков, но сытной и приятной – много дичи, солений, овощей, а еще согревающий пряный напиток из ягод.

Пока мне готовили воду для вечернего омовения, мы с нянюшкой разбирали мои вещи, благо шифоньер здесь оказался вместительным, хотя до того пропах пыльным деревом и сухой лавандой, что я всерьез опасалась, как бы этим запахом не пропитались ткани и я сама.

О выборе книг и ночных прогулках

Чтение – есть занятие, достойное самой высокородной эльфийской леди.

Пробуждение с утра вышло на редкость беспокойным. Не успела я открыть глаза, как за стенкой что-то загрохотало, застучало, заухало. Я подскочила, кое-как нацепила первое попавшееся платье и выглянула в коридор.

Там обнаружился донельзя довольный Зелидан, отдающий распоряжения работникам. В двоих из них я узнала тех самых мужчин, которые занимались починкой моей кареты.

– Ремонт, леди Марита, – пояснил он. – По вашему же требованию, – поспешил добавить он в сторону бегущей к моим покоям нянюшки.

– Но не в такую рань же! – сердилась она.

– Раньше начнем – раньше закончим, – философски заметил он. – Да, какое-то время здесь будет шумновато, зато особняк Его Светлости в Шаливаре...

Я втянула Рону в комнату и захлопнула дверь прямо перед носом управляющего, не желая снова выслушивать эти намеки.

«Шумновато»? Зелидан явно подобрал не то слово. Я успела только умыться, одеться и с помощью Роны привести в порядок прическу, а у меня уже начала болеть голова от грохота, шорканья и совсем уже мерзкого скрежета. Стало ясно, что спокойно посидеть в комнатах днем не выйдет.

Сразу после завтрака я снова пошла в библиотеку. Там в тишине я долго пыталась придумать достоверную причину, по которой так упорно не желаю покидать Далиран, не смотря на недостойное поведение его хозяина. В этом я не преуспела и решила отвлечься: нашла детские книги по истории и легендам Эль-Астарии. Слов здесь было мало, зато картинок так много, что книги эти больше походили на альбомы. То, что нужно для таких как я.

Я открыла первую страницу. На ней красиво и в подробностях изображены были Пресветлый Эллиан, покровитель эльфов, и Темнейшая Маахт, благоволящая оркам. Первый, сияющий, прекрасный, утонченный в белых одеяниях, с золотыми волосами до самых пят, держал в одной руке небольшой сноп с лекарственными травами, а в другой – меч, чтобы разить своих врагов. Вторая – темная лицом и с черными косами, уложенными на голове короной, в темно-синем, как вечернее небо, наряде, обладала не столько изящной, сколько чувственной фигурой. Ее правая рука сжимала тонкий серебристый серп, а левая ладонь служила опорой для горстки праха.

Два противостоящих друг другу начала – свет и тьма, день и ночь, жизнь и смерть.

По легенде Эллиан и Маахт вечно состязались друг с другом, выясняя, кто из них сильнее. И когда Темнейшая узнала, что ее заклятый соперник задумал сотворить созданий по образу и подобию своему, бросила ему вызов.

Пресветлый создал из ветви священного ясеня эльфов. Поэтому так строен и изящен наш народ, потому и обладает склонностью к природной магии, не каждый из нас, но многие. Я, например, могла слегка ускорить заживление раны или помочь проклюнуться ростку.

Маахт же сотворила из глины и праха орков (или оркханов как называют они себя сами) и даровала им способность слышать неживое. Некоторые из них до сих пор могут чуять руду или камни, некоторые – видят духов и могут говорить с умершими. В отличии от эльфов, черпающих свою магию из природы вокруг, из самой жизни, орки получают ее от смерти, поэтому множество ритуалов их шаманов кровавы.

Следующий рисунок, больше похожий на карикатуру, был посвящен созданию гоблинов. Легенды говорили об этом событии так: мелкие веточки и листья, которые остались у Светлейшего после сотворения его народа, упали на смесь глины и праха, которые Маахт приготовила для творения. Не заметила этого Темнейшая и стала творить свой народ. Только вышел он зеленоватый и магией не владеющий. Разгневалась Маахт и решила растоптать неудачную поделку. Некоторых в землю вдавила, а те, кто пошустрее, увернулись, только сплющились слегка. С тех пор гоблины такие и есть – невысокие, коренастые, зеленые, не имеющие магического благословения, зато пронырливые и очень расторопные.

Только я перешла к главе о первых эльфийских и оркских государствах и войнах между ними, как мое внимание привлекло оживление во дворе. Я сидела на широкой скамье, устроенной прямо на одном из подоконников. За тяжелой портьерой меня с улицы видно не было, а вот я могла спокойно наблюдать за тем, что происходит снаружи.

А происходило там ни больше ни меньше как возвращение Его загулявшей Светлости. Рэй д'Оррэль въехал во двор на статном светло-сером, почти серебристом жеребце. Этот факт меня несказанно удивил, мне почему-то казалось, что ему больше по вкусу вороные. Себе в масть, что ли, подобрал..

Пока я размышляла, лорд легко спрыгнул с коня, одобрительно похлопал того по грациозной шее, и бросил поводья подбежавшему к рэю .. Ривзу. Ах он, перебежчик!

Я с досады даже кулаком по скамье стукнула. Так все мои слуги, того и гляди, к д'Оррэлю перейдут, и останемся мы с нянюшкой вдвоем.

Я вскочила со своего уютного сидения, оставив на подоконнике альбомы, и поспешила встретить жениха как то пристало благородной эльфийской деве.

Как оказалось, не мне одной пришла эта замечательная мысль. Когда я вошла в гостиную, рэй стоял в окружении своих прислужников.

– ...купальню! – донесся до меня его низкий голос. Алетта тут же изобразила кокетливый книксен и поспешила исполнить распоряжение. А я, между прочим, еще вчера просила ее как следует прибрать в моих покоях – от нее только и толку, что «Да-да, конечно, будет исполнено».

– В относительном, Зел.. я как раз оттуда...

На этом месте Его Светлость заметил меня и прервал свою речь. Присутствующие здесь Зелидан и госпожа Велира так же молча повернули головы в мою сторону.

– Вы еще здесь? – вместо приветствия нахмурился д'Оррэль.

– Я тоже рада вас видеть в добром здравии, рэй, – ответила, стараясь сдерживать рвущееся наружу раздражение.

– Ладно, с вами потом, – он в прямом смысле отмахнулся от меня рукой. – Обедать буду у себя, – сообщил он Велире и, развернувшись, отправился дальше к лестнице, ведущей в башню.

Зелидан поспешил за ним, о чем-то тихо не то расспрашивая, не то докладывая.

О чистоте и безопасности

Благородная эльфийская леди должна блюсти чистоту во всем: дома, одежды, речи и помыслов

Уснула я этой ночью далеко не сразу. Пережитые тревоги и целый ряд оставшихся без ответа вопросов не способствовали глубокому сну. Зато у меня оказалось предостаточно времени, чтобы продумать небольшой план действий на следующий день.

Его-то я и принялась воплощать в жизнь, едва забрезжил утренний свет. Пожалуй, я могла собой гордиться: не успели за стеной возобновиться шумные «ремонтные работы», а я уже была умыта и полностью одета. Роне осталось только собрать мои непослушные волосы в достойную леди прическу, подколов их порядочным количеством шпилек, и Моя крайне любопытная сегодня Милость могла совершенно спокойно выходить на прогулку.

Но первым делом я поймала Зелидана и слегка капризным тоном, прикладывая пальцы к вискам, спросила, не знает ли он, кто это это выл ночью и ужасно мешал спать.

– Волки, леди, – ответил управляющий и, очевидно, приняв мой выжидающий взгляд за недоумение, продолжил тоном идеально вышколенного слуги: – Это такие лесные хищники. Они... иногда воют.

С трудом удержалась от того, чтобы закатить глаза.

– Я знаю кто такие волки, – поспешила я его заверить, – неужели ничего нельзя с этим сделать? Вой так раздражает.

– Конечно, леди. При случае я попрошу их выть чуть-чуть потише, – смиренно поклонился он.

Вот же слуга своего господина. Я чуть зубами не скрипнула с досады и, развернувшись, проследовала дальше – во двор, а потом и на конюшню, где быстро обнаружились Эрл и Доран с Моргеном. Мальчишка как раз угощал сладкой морковкой серебристого жеребца и пытался погладить его по бархатистому носу. Конь морковку величественно принял, а вот гладиться не желал: фыркал презрительно, и руку с морды стряхивал. И этот весь в хозяина.

– Вы посмотрите, какой красавец, леди Марита! – глаза парнишки блестели от восторга, – На, Призрак, будешь еще?

– Призрак? Какая странная кличка... Но конь, и правда, загляденье, – вынуждена была признать я, – Кстати, как вы находите Далиран? Хорошо ли вас разместили?

– Все отлично, Ваша Милость, – заверил меня Морген, – развлечений тут, конечно, не густо, зато кормят как на убой.

– И девчонки тут, что надо, – поддакнул было Доран, но тут же получил тычок от напарника и быстренько умолк.

– А странного не замечали ничего? – как бы между делом поинтересовалась я. – Вчера вот выл кто-то...

– Странного? – поскреб затылок Доран, – Да тут, что ни возьми, все чудно.

– А по поводу «выл» : Далли, девчонка сельская, что в замке горничной работает, рассказывала, что водится у них тут по лесам кой-чего. Но если ночью в лес не соваться – то и проблем никаких.

– А управляющий говорил «волки», – нахмурилась я.

– Так может и они, – живо поддакнул Морген, – как холодать начинает, они и подходят ближе к жилью.

– Странно только, что в замке собак нет, – неожиданно подал голос Эрл. И у меня холодок по спине пробежал: а ведь верно, ни одной собаки я здесь не видела, ни цепной, ни охотничьей. А между тем Зелидан упоминал, что рэй любит охоту.

Разговоры такие меня не успокоили, только масла подлили в огонь разгорающегося беспокойства. Но я заставила себя временно выкинуть все эти мысли из головы: для завтрака они совершенно не подходили.

Пока мы с нянюшкой, не торопясь, трапезничали, я вспомнила еще об одном довольно важном деле: с самого момента приезда в мои покои не заходила ни одна горничная, а жить в пыли и грязи – недостойно леди. Поэтому сразу после завтрака пришлось разыскивать Алетту. Она с комфортом устроилась на кухне с чашкой кофейного напитка и развлекала болтовней госпожу Шухр. Повариха, слушая дивный щебет, так споро разделывала птицу к обеду, что огромный нож в ее пухлых ручках мелькал, как меч заправского фехтовальщика.

– Леди Марита, – Алетта вспорхнула со своего места с грацией павы и присела в легком книксене.

– О, весьма сожалею о доставленных неудобствах, – ответила она, выслушав мои претензии и так искренне вздохнула, что у меня сразу закрались подозрения, не берет ли она уроки по этой части у господина управляющего. – Вам, конечно, нужна бы собственная горничная, а лучше две, но Его Светлость не давал на этот счет никаких распоряжений, а нанять их по вашей просьбе я не могу, сами понимаете..

Понимаю, конечно. Невеста – не жена, ее слово весомостью хозяйского не обладает. Но что мешает этой красотке заняться уборкой собственноручно, вместо того, чтобы тут рассиживаться?

– Но вы знаете, леди, в шаливарском особняке Его Светлости нет проблем с горничными, – Алетта улыбнулась очень мило и лишь самую чуточку лукаво, – да и вообще, там довольно мило..

Если что и могло меня окончательно разозлить, так вот именно это. Любое упоминание Шаливара вызывало во мне необъяснимое желание глухо рычать..

– Где я могу найти сейчас Его Светлость? – спросила чуть помолчав.

– Должен быть в кабинете, – подумав, ответила Алетта и указала рукой в сторону гостиной, – Тут, внизу, они с Зелиданом занимаются текущими вопросами именно там.

Ответ ее меня почему-то удивил. Должно быть, я ожидала, что д'Оррэль запрется на весь день в башне или занеможет, или чего-то подобного. Еще больше меня поразило совершеннейшая заурядность открывшейся мне в кабинете картины: за просторным, очень основательным столом, по краям которого высились стопки бумаг и хозяйственных книг, восседал владелец Далирана с пером в руке и что-то писал на листе весьма размашистыми движениями. Управляющий стоял рядом с раскрытой книгой в руках.

– Вот, – передал рэй написанное Зелидану, – хватит с них и половины. Будут вопить – шли к ругхам или сразу ко мне.

– Они явно предпочтут первое, – хмыкнул тот, забирая послание.

– Мари? – д'Оррэль заметил меня первым, отложил перо и откинулся на спинку кресла, и не подумав подняться при моем появлении. – Чем обязан? Вы все еще горите желанием вернуть мне книгу?

О головах. Светлых и не очень.

Одна голова – хорошо, а две – лучше.

(Старая мудрость охотников на нежить)

Я не сразу ее увидела, поглощенная своими мыслями.

Этим утром я встала еще раньше, чем накануне. И даже смогла неплохо выспаться – в сон провалилась так быстро, что даже не слышала, выл кто-то этой ночью в лесу или нет. А проснувшись, принялась за сборы. Меня так захватила идея с библиотекой, так не терпелось побыстрее там оказаться, что я даже Рону ждать не стала – сама заплела волосы в косу и уложила ее на затылке, рассудив, что для раннего утра в захолустном замке такая прическа вполне сойдет. Я намеривалась постучаться в покои нянюшки, чтобы она меня не потеряла, найти Эрла и взяться побыстрее за дело.

Открывая дверь, в мыслях я уже шла между рядами стеллажей и водила пальцем по корешкам книг.. Поэтому чуть не задела ногой темный предмет, лежащий у двери. Испугалась, отпрыгнула, приняв поначалу это нечто за невесть откуда взявшуюся кошку или огромную крысу.

А потом стояла, не в силах отвести взгляд.. Взгляд мой быстро выхватывал на черно-белом мохнатом предмете желтые застывшие глаза, небольшие, загибающиеся назад рога, продолговатые уши, багровый мех у самого пола, а голова отказывалась верить в увиденное.

Осознание нахлынуло в один миг вместе с ощущением дурноты, и я бы, верно, заорала в голос, если бы вовремя не зажала рот ладонью. Быстро закрыла дверь и только тогда позволила себе впасть в небольшую панику. Я забегала по комнате, пытаясь сообразить, кто мог это устроить, и что мне теперь с этим делать.

Выводы напрашивались неутешительные: да кто угодно. Буквально любой из обитателей замка мог оставить мне это кровавое послание. «Уезжай, а то хуже будет», – наверное, так это следовало понимать. Меня явно хотели запугать. Что же, это им отлично удалось.

Я посмотрела на свои руки – они дрожали. Элле! А что случится с Роной, когда она это увидит, а ведь она скоро должна прийти ко мне. И тогда мне будет очень сложно объяснить ей свое упрямое желание оставаться в Далиране, где об меня только что ноги не вытирают, а теперь еще и запугивают. Но и спускать подобную выходку нельзя, совершенно нельзя...

Я отчаянно пыталась придумать, как же быть, но ничего достойного в голову не приходило. Только почему-то древние легенды о прекрасной воительнице, принесшей в дар своему супругу голову его врага. Тут меня и посетила новая мысль, весьма неприятная, но показавшаяся в тот момент вполне дельной, и я бросилась к кровати, скинула с нее одеяло и подушки и сдернула простыню. А потом подошла к выходу, осеняя себя знаками Пресветлого, набралась смелости, открыла дверь и, стараясь не смотреть вниз, набросила на козлиную голову полотно. Вот так. Я несмело перекатила голову ногой на бок и, присев и стиснув зубы от отвращения, подхватила ткань так, чтобы голова при этом оказалась внутри мешка. Мне это удалось, только на светлом фоне проступили уродливые багровые пятна.

Я встала и пошла по коридору и дальше, по лестнице вниз, пытаясь нести свою ужасную ношу как можно дальше от себя.

Управляющего я увидела в зале и, все еще спускаясь, окликнула его.

– Зелида-а-ан, – в голосе прорезались игривые истеричные нотки.

Кажется, выглядела я устрашающе, потому что глаза эльфа, наблюдающего за моим шествием, округлились и он так странно заоглядывался по сторонам, будто искал на всякий случай пути отступления.

– Да, леди, – выжидающе ответил он.

– Извольте ответить, что вот это такое, – я замерла у подножия лестницы, вытянув спину в струну, и вытряхнула ему под ноги содержимое своего «мешка». Сделать это оказалось нелегко: содержимое цеплялось за ткань рогами, да и выкатилось в итоге совсем в другую сторону. Однако, нужный эффект был достигнут: Зелидан какое-то время молча смотрел вниз, даже, кажется, не моргая. То ли правда, был удивлен, то ли весьма талантливо делал вид.

– Это козлиная голова, леди, – ответил он наконец.

Я поняла, что толку от него никакого не добьюсь.

– Где Его Светлость? – спросила резковато.

– Во дворе, только вернулся с утренней прогулки..

Дальше я слушать не стала: прошла мимо управляющего, быстрыми шагами почти пересекла зал.

– Леди Марита, – донесся до меня озадаченный голос, – позвольте...

Я не позволила и буквально вылетела во двор.

Посреди него и обнаружился д'Оррэль, скармливающий лакомство Призраку, и вертящийся вокруг последнего Эрл. Краем глаза я заметила еще нескольких эльфов, но была слишком занята желанием получить сатисфакцию за устроенное мне с утра пораньше потрясение.

– Десмонд! – почти выкрикнула я. – Я требую объяснений!

Он повернулся в мою сторону и замер, почти повторив маневр Зелидана. Но мгновенно взял себя в руки, привычно прищурился и сделал шаг в мою сторону. Повисла тишина. Только фырканье Призрака и постукивание подков о брусчатку нарушали ее.

– Я, кажется, тоже, – ответил рэй не сводя взгляда с моей руки.

И только в этот момент я поняла, что все еще держу в ней злосчастный кусок материи.

– Что это? – странно-спокойно спросил д'Оррэль тем же тоном, каким учитель спрашивает нерадивого ученика «вы уверены?», явно предлагая подумать над ответом. И это совершенно меня обескуражило.

– П..простыня.. моя, – призналась как на духу, невольно пряча ее за спину.

Десмонд прикрыл глаза ладонью на пару мгновений, произнес вполголоса «Лучше бегите, Мари» и уже громко приказал кому -то: «Ждите здесь!» Я оглянулась по сторонам и поняла, что зря не сделала это сразу – кажется, во дворе в этот час собрались почти все, начиная с Алетты и пары работников и заканчивая Нютой и Уллой, которые пугливо поглядывали то на Его Светлость, то на меня.

Я не заставила себя упрашивать и ласточкой нырнула обратно в гостеприимно распахнутую дверь замка.

Сзади послышались тяжелые быстрые шаги.

– В кабинет, живо, – бросил рэй, проходя мимо меня, заметил стоящего в отдалении Зелидана, брезгливо держащего козлиную голову за один из рогов и добавил: – тебя это тоже касается.

Поспешный визит

Благородные эльфийские леди – искусные мастерицы. В рукоделии им нет равных.

Когда на следующее утро мы спустились с нянюшкой к завтраку, нас ожидало непредвиденное обстоятельство: д' Оррэль сидел за столом, воздавая должное кулинарному искусству госпожи Шухр. А та сегодня расстаралась на славу: яичница с ветчиной, холодная дичь, пирожки, варенье и фрукты в меду. Я поняла, что ужасно проголодалась.

– Доброе утро, Ваша Светлость, – вежливо, как того требовали приличия, начала разговор Рона.– Мы счастливы, что сегодня вы решили к нам присоединиться.

– Не решил, – хозяин замка и не подумал подняться, предоставив Зелидану помогать нам расположиться за столом. – Просто не успел отсюда убраться до вашего появления.

Сегодня он явно пребывал не в духе.

Повисло молчание. Рэя оно совершенно не смущало, зато нянюшка совсем извелась от неловкости положения. Я решила ей помочь.

– Десмонд, как ваша рука? – задала вполне уместный вопрос.

– Вашими молитвами, Мари, – ответил он сдержано, но прозвучало это как совет не совать нос не в свое дело.

Д'Оррэль продолжил завтракать, я же почувствовала, что снова начинаю злиться: ну что ему стоит проявить хотя бы толику уважения и вежливости.

– Помнится, вы обещали узнать, кому из ваших приближенных мы обязаны вчерашним.. досадным происшествием, – я скосила глаза в сторону Роны. Заговаривать при ней за завтраком о козлиной голове, наверное, не стоило.

– Раз обещал – значит, узнал, – рэй, посмотрел на меня поверх чашки с кофейным напитком. – Свое слово я привык держать.

– И кто же это?

– А вот о том, чтобы отчитываться перед вами, речи не шло, – отрезал он. – Могу лишь заверить вас, что это не повторится. И раз уж мы так мило с вами беседуем... Вы уже решили, когда покинете Далиран? Управляющий особняка в Шаливаре заверил меня, что там уже все готово к вашему приезду.

– В конце этой недели, Ваша Светлость, леди Марите так нравится здешний воздух, – нянюшка была сама любезность, но небольшое недовольство в ее тоне я все-таки уловила: она готова была отбыть хоть сегодня, и мое упрямство изрядно ее удивляло.

Десмонд снова внимательно на меня посмотрел, будто пытался понять, что же я задумала. Стало даже неловко, что пока ничего.

– Значит, прощаться не будем, – он отставил в сторону чашку с блюдцем и неожиданно изящным, отточенным движением положил на край стола полотняную салфетку. Поморщился. И только сейчас я заметила, что повязка на его левой руке наложена уже не только на ладонь: она белоснежным наручем охватывает запястье и уходит выше, под рукав его рубашки.

– Вы куда-то уезжаете? – поинтересовалась Рона.

– На охоту, так что день-другой меня здесь не будет, – он встал из-за стола, – и вы сможете насладиться здешним воздухом в полной мере, – я не знаю, как в легкий полупоклон можно было вложить столько насмешки, но д'Оррэлю это удалось. Почему-то подумалось, что придворные острословы в свое время вполне могли поломать о него зубы.

И все же, охота.. В памяти всплыл домик в лесу, гора пустых бутылок, лекарственный дух и жуткий беспорядок. «На кого же это он там охотится? – я передернула плечами, пытаясь отогнать совсем уже неприятные мысли, – и что с его рукой?»

Мысли мои были прерваны звуком шагов.

– Ваша Милость, – в столовую заглянул Морген. – Вы кушайте, кушайте, я вас тут подожду.

– Что случилось? – нахмурилась я.

– Да вчера, когда в Рейтар ездил – ну, городок, что неподалеку – передали мне письмо для вас, а я и забыл вам его отдать.

– Кто передал? – сразу насторожилась моя бдительная компаньонка.

– Посыльный местного градоправителя. Спросил не я ли служу у лейны Таррэль, а узнав, что именно так дело обстоит, вручил письмо от его господина и наказал отдать вам.

– Положи на стол, – указала я место рядом с собой, – потом посмотрю.

Морген осторожно пристроил рядом с моей рукой запечатанный сургучом белый прямоугольник и с чувством исполненного долга вышел из комнаты.

– Лейне Марите Таррэль от вира Анселя Рафлера, градоправителя, – с трудом зачитала я надпись на конверте. Понять из прочитанного имени можно было только то, что вир градоправитель принадлежит к младшей дворянской ветви и титул свой получил за особые заслуги.

Если бы я была за столом одна, тотчас же сломала бы печать и, как смогла, прочитала послание, но, увы, любопытство не поощрялось компаньонками высокородных леди, и пришлось сначала заканчивать завтрак, а потом, подхватив письмо следовать в гостиную.

Там я вручила его Роне и приготовилась слушать.

Со всем возможным почтением приветствую Вас, лейна Марита. С великой радостью я узнал, что вы сейчас гостите у рэя д'Оррэля, и все еще не оставляю надежды видеть вас в Рейтаре, хотя все приглашения, отправленные мною на имя вашего жениха, остались без ответа.

Надеюсь, мое желание встретиться с вами лично извинит некоторую дерзость, с которым написано это приглашение.

Ваш покорный слуга, Ансель Рафлер

– Действительно, дерзко, но в пределах дозволенного, – огласила свой вердикт нянюшка.

Я же думала совершенно о другом.

– Получается, вир Рафлер уже присылал приглашения, но мне о них ничего не известно. Думаю, стоит потребовать объяснений.

Рэя найти я не смогла. Зато по пути встретила Зелидана и адресовала ему весьма неловкий вопрос. Раз он тут еще и обязанности секретаря Его Светлости исполняет, то должен хоть что-то об этом знать.

– Такое вполне возможно, – с привычным уже вежливым поклоном ответил управляющий, – лорд д'Оррэль получает много приглашений, но не слишком настроен вести светскую жизнь. Поэтому.. – Зелидан замолчал и выжидающе посмотрел на меня, ну же, мол, догадайтесь сами, леди.

– Выбрасывает их, не читая? – охнула я.

– Боюсь, что так, – подтвердил он. – Вы собираетесь в Рейтар?