Я едва не роняю из рук фарфоровую чашку с золоченым ободком. Горячий чай жжет пальцы, а резкие слова – душу. Не могу поверить, что слышу это. Но как бы не заставляла себя сбросить наваждение, мираж не уходит.
Муж все так же сидит в кресле с красной обивкой и смотрит на меня исподлобья, спокойно уместив руки на подлокотники. Его поза не выдает ни беспокойства, ни нервозности. Только уверенность в его решении.
Я стою перед ним и не могу пошевелиться. Даже дыхание сперло. Но я все же заставляю себя спросить:
– Что ты имеешь в виду?
Мой дракон негромко вздыхает, и я вижу, как вздымается его мощная грудь, на которой до неприличия натянулась ткань иссиня-черного камзола, расшитого золотыми нитями. Он прикрывает веки лишь на мгновение, а затем снова смотрит на меня. И в его янтарных глазах с вертикальным зрачком плещется что-то похожее на… разочарование?
– Я имел в виду то, что сказал, – говорит он спокойно. – И ты все правильно поняла.
– Но почему? – почти шепотом вырываются слова.
– Потому что, – генерал драконов поднимается с кресла. Его черные волосы рассыпаются волнами по плечам. – Так нужно.
– Я все равно не понимаю, – мотаю головой, до боли стискивая в руках чашку, которая вот-вот треснет.
Рейден Дархель, мой законный муж, обходит меня по дуге справа, а я слежу за ним, слегка поворачивая голову.
За окном глубокая ночь. С неба сыпется мягкий снег, морозный воздух никак не может прорваться в теплое помещение гостиной, где царит полумрак – только несколько магических светильников сияют в дальних углах. Богатый интерьер вмиг перестает радовать глаз и уходит на второй план. Ни шикарная резная мебель с красной обивкой, ни маленький столик, ни зажженный камин – все это уже неважно. Важно только то, что сейчас происходит между мной и моим мужчиной. Или уже не моим?
– Что ты не понимаешь? – Рейден склоняет голову набок и, заведя руки за спину, останавливается.
– Почему ты требуешь развода? – слова начинают вырываться сами собой. Нет больше скованности. Сейчас мне хочется поддаться чувствам и нарочно разбить несчастную чашку.
– Я не требую, – качает муж головой. – Я ставлю тебя перед фактом. Мы разводимся.
– Ты не можешь! – протестую я вдруг. Получается громче, чем я планировала.
– Могу.
– Я твоя истинная!
– А какой толк? – вдруг переходит он в наступление. В прямом смысле делает ко мне несколько шагов.
От неожиданности я отшатываюсь и все-таки роняю чашку. Она почти бесшумно падает на мягчайший ковер, расплескивая подостывший чай. Плевать на дорогущий ковер! Плевать на все!
Я еще отхожу. Не хочу даже мысли допустить о том, чтобы этот подлец и предатель оказался возле меня. Но вскоре упираюсь лодыжками в край софы. Больше отступать некуда. Тем временем Рейден приближается. Он останавливается лишь на расстоянии вытянутой руки и смотрит сверху вниз не злобно, но настойчиво. Его глаза опасно сощурены, а зрачки словно две тоненькие вертикальные полосочки.
– Изольда, – произносит он мое имя своим мягким бархатистым баритоном, но этот звук больше не обволакивает. Только вызывает отвращение.
– Хватит! – прерываю я его. Чувствую, как трясутся руки, поэтому сжимаю их в кулаки. – Не говори мне ничего. Как ты можешь так со мной поступать?
– Ты винишь меня, – Рейден даже не дрогнул. Он говорит строго, прямо и уверенно. – На самом деле проблема далеко не во мне.
– А в ком же? Во мне? – я чуть ли не задыхаюсь от возмущения. Все еще не верю, что он делает такие заявления.
– Типа того, – кивает он. – Сколько мы в браке? Напомни-ка.
– Двенадцать лет, – отвечаю без особого энтузиазма.
– Двенадцать лет. – Кивает муж. – Муж и жена. Истинные. Только вот это все похоже больше на злую шутку, чем на судьбу.
Поднимаю взгляд на дракона и внимательно всматриваюсь в его лицо. Эти до боли знакомые резкие черты лица не кажутся больше привлекательными. Этот ровный нос, острые скулы, аккуратно оформленная щетина, волевой подбородок. Нет. Этот хищник теперь не защищает меня, а нападает. Предательство.
– Почему? – спрашиваю севшим голосом. Теперь-то я начинаю догадываться, к чему он клонит. Но все еще не хочу верить.
– Ты сама знаешь, – он словно играет со мной, заставляя сказать все за него. Издевается. Пытается уколоть побольнее. Хотя куда уж больнее.
– Говори, – шиплю в ответ.
– Только в истинных парах рождаются сыновья-драконы, – поясняет мне Рейден вполне очевидный факт. – Только за двенадцать лет я не увидел ни сыновей-драконов, ни дочерей.
– Мы столько раз пытались! – возникаю я, но тут же тушуюсь.
– Именно, – кивает муж, и глаза его вспыхивают опасным огнем – обжигающей ненавистью. – Конечно, я к тебе привык. Но мне мой род важнее, чем метка на твоей руке.
– А твой зверь? – пытаюсь использовать последний аргумент. – Что он скажет?
– Переживет, – уголок его губ чуть дергается – плохо скрытая усмешка.