Тебе кажется

Глава 1.

POV Ева Румянцева

21.01.2025 года, вторник.

Иногда я ловила себя на том, что знаю о нем слишком много. Вплоть до того, какие бренды одежды он носит и какой кофе покупает на маркетплейсах. Удивительно, сколько информации можно получить о человеке, если правильно поставить вопрос и найти нужного специалиста.

По утрам Данил Шереметьев заезжал на заправку Газпром, где приветливо улыбался молодой девушке в форменном жилете и покупал стаканчик крепкого кофе без сахара и молока. Записи с камер подтвердили, что такой ритуал он проделывает на постоянной основе, даже если у него полный бак. Он точно не из тех любителей дешевого кофе с отвратительным вкусом, который делают на заправке. Я знаю это, потому что судя по выпискам со счетов, его помощница закупает Kopi Luwak, один из самых дорогих сортов. Так что дело не в кофе, а в чем-то другом. В девушке.

О ней я знала куда меньше. Гришина Кристина Николаевна. Окончила колледж культуры и искусств по специальности архивоведение, но работать по ней не пошла. Выбрала работу на заправке. Вероятно, там просто платили больше. Из соцсетей — любит котиков, регулярно посещает приюты для животных, но домой питомца не берет; еще часто ходит в кино и на выставки. Ей двадцать три. Она овен. Он старше на десять лет. Его любимая разница в возрасте, если говорить о девушках помладше. Все его партнерши, отношения с которыми длились не более полугода, были не старше двадцати трех, чаще им едва исполнилось девятнадцать, когда в их жизни появлялся Данил Шереметьев.

Я не была его обожательницей и не искала отношений с ним, я хотела подобраться к нему, ведь он был последним, с кем близко общалась моя двоюродная сестра. После общения с ним Малика совершила самоубийство и ее тело нашли в ванной. Она вскрыла себе вены, предварительно приняв большую дозу снотворного. Следователь, который вел дело, не нашел причастности Шереметьева к тому, что случилось, но я не верила в это, как и в том, что Малика могла совершить такое добровольно. Ее заставили, довели или вынудили. Чтобы это ни было, к этому был причастен он. Уважаемый в городе психотерапевт, основатель собственной клиники и медийная персона. Днем он принимал пациентов, назначал лечение, а вечерами посещал подкасты блогеров, где рассказывал о важности психотерапии и особенностях течения некоторых расстройств.

— Вы будете что-то брать? — чавкая жвачкой, спросила меня Кристина Гришина, наблюдая за тем, как я рассматриваю огромный экран с ценами за ее спиной.

— Латте, два куска сахара. Сэндвич с индейкой, — вырываюсь из своих размышлений и выдавливаю из себя улыбку.

Понимаю, что идея так себе, но я приехала на эту самую заправку, где Данил бывает каждый день, словно в этом месте могли быть ответы на вопросы, которые уже три месяца не давали мне покоя. Они лишали меня сна, не позволяли сосредоточиться на работе, что злило моего начальника и я с плачевной регулярностью получала выговоры от Артура Быстрова — руководителя следственной группы, где я была стажером.

— С вас пятьсот двадцать, — сказала она, — заправляться будете? — кивает на мою старую Ауди, с царапиной на корпусе.

— Нет, — достаю из кармана карту и девушка активирует безналичный расчет. Раздается писк терминала и экран загорается зеленым.

— Удачного дня, — дежурно говорит она, поставив передо мной стаканчик с кофе и коробочку с сэндвичем. Так, сейчас момент, когда мне срочно нужно зацепиться и продолжить этот разговор. Я стояла у кассы, глядя на её руки — такие тонкие, с этим кольцом. Если он дарил ей что‑то, значит, она была для него важнее, чем казалось. Нужно было узнать больше. Сейчас. Другого варианта не будет.

— Красивое кольцо, — я замечаю его на ее правой руке. Тонкое, из белого золота, с небольшим зеленым камнем по центру. Готова поставить, что угодно, но украшение стоит, как пара ее месячных зарплат, — подходит вашим глазам, — вот оно, то самое, что работает всегда. Кристина меняется в лице. Улыбка становится шире, на худых щеках вспыхивает румянец.

— Спасибо, — неуверенно ответила она, спрятав руки за прилавок. Может испугалась, что я могу его попытаться отнять. Да ну, тут кругом камеры, — парень подарил, — невероятная откровенность, на которую я не могла рассчитывать, но раз рыба сама плывет ко мне, то нужно держать удочку крепче.

— Щедрый он у вас, — с ноткой наигранной зависти, отметила она, — давно вместе?

— Четыре месяца, — она расцвела, — скажу по секрету, но это просто невероятный человек, — шепчет Кристина, навалившись на прилавок, чтобы быть ближе ко мне, — еще никто не делал для меня столько, сколько он. Ну он сказал мне, что это просто подарок, — Кристина снова показала руку, — но знаете, мне кажется, — я вижу, как она волнуется, когда говорит об этом, — я думаю, что у нас все серьезно. Ну и что он, он сделает мне предложение.

— Ого! — я расплываюсь в широкой улыбке. Как девушка, я рада за нее, потому что найти действительно хорошего парня сравнимо с обнаружением единорога, но как следователь, тревожусь, ведь понимаю, кто может скрываться за маской этого самого парня, — тогда я очень рада за вас. Вам повезло.

— Это точно, — мечтательно сказала Кристина, она хотела сказать что-то еще, но в магазинчик зашел очередной покупатель, — ладно, — небрежно бросила она мне, — удачного дня.

— Вам тоже, — я торжественно подняла чашку с кофе и сунув сэндвич в карман куртки, покинула магазинчик.

Такие подарки в духе Данила Шереметьева. В его банковских выписках много чеков из ювелирных магазинов. Сам он, если верить многочисленным фотографиям и видеозаписям, носил только наручные часы. Так что покупал он явно что-то не для себя. Родственников у него нет, а друзьям не дарят настолько дорогие подарки, партнерам по бизнесу — тоже. А вот симпатичным девушкам, на десять лет младше тебя самого, вполне себе. Тут и демонстрация статуса, и серьезность намерений, и навязывание пресловутого чувства долга — это не просто так, я жду от тебя чего-то в ответ. Понятно, чего именно, но об этом я хотела думать меньше всего.

Я стояла около своей машины, несмотря на разбушевавшуюся метель, и пила кофе. Мужчина, который прервал наш с Кристиной разговор, покинул магазин, натягивая на голову капюшон куртки и подошел к заправщику — молодому парню в светоотражающем жилете. Я видела, как он сунул ему в руку купюру в качестве чаевых, а потом сел в свой внедорожник. Не то, что мое корыто. Ведро с гайками и рулем, так в шутку называл мою машину Витя — парень, живущий в соседней квартире.