Вознесенский
— Мы уже закрываемся, — чирикает какая-то пигалица и загораживает нам проход в бар.
— Значит, заново откроетесь, — бросаю ей, и пацаны следом хмыкают. — С дороги.
Ноль реакции.
Наклоняю башку, почти складываюсь пополам, чтобы рассмотреть ту, которая по-русски не понимает и, видимо, страх потеряла, потому что не собирается валить с нашего пути. Стоит и наяривает шваброй у нас перед носом.
Глаза огромные — хлопает ими, уставившись на меня в ответ. Губки пухлые, носик маленький, вздернутый. Скольжу взглядом ниже: шары так себе, а вот бедра в этих облегающих джинсах довольно крутые.
Даже облизнулся, хотя малыха далека от моего вкуса. С этим дебильным пучком на голове и стремной водолазке... В любом случае, я здесь не для того, чтобы слюни на нее пускать, а пару стаканов опрокинуть с парнями и футбольный матч глянуть.
— Тут у кого-то проблемы со зрением и слухом? — дергаю бровью.
Ведь я какого-то хрена все еще стою снаружи с друзьями.
— А у кого-то с сообразительностью?.. — хмурится и выравнивается, складывая руки на груди.
Деваха, смотрю, боевая. Думает, вооружившись палкой и тряпкой вонючей, надает мне? Угораю.
— Полин, впусти парней! — доносится женский голос из помещения.
— Но, теть Оль, ты же сама сказала, пора закрываться! — кричит ей эта... Полина, охраняя вход, как сторожевой пес.
— Пора закрываться — это когда посетителей нет, милая, а у нас есть, — широко улыбаясь, появляется хозяйка бара.
Извиняясь и радостно вереща, она приглашает нашу компанию переступить порог своего убогого заведения, со словами «чувствуйте себя, как дома».
Нет уж, спасибо, до трусов я тут раздеваться не намерен.
— Проходите, проходите...
Ну че, съела? — бросаю ликующий взгляд на деваху, которая сразу скисла.
Знал бы, что тут такая шняга, проехал бы мимо. Но Вадик уболтал всех, пока, брызгая слюной, рассказывал о каких-то невероятно вкусных креветках с томатным соусом, которые подаются только в этой забегаловке, и стаканчике пенного.
Наконец-то двери бара раскрыты настежь. Пацаны тоже негодуют, прут мимо девчонки, нарочно задевая ее плечо собой.
— Че застыла? — обращаясь к ней, указываю в сторону бара подбородком. — Шуруй за стойку. И приготовься быть услужливой паинькой.
— Может, тебе еще красную ковровую дорожку постелить? — улыбается наигранно.
Скалюсь и тут же соглашаюсь.
— Как вариант, — снова мажу по ней горящим взглядом. — И тебя — голую, в одном переднике с кружкой пива.
— Еще чего!
Тихонько посмеиваюсь, пока бедняжка краснеет и заикается от моей прямолинейности.
К черту ходить вокруг да около. Говорю, что думаю. А думаю я, что эта поломойка не такая простая, как кажется на первый взгляд. И это даже... притягивает? Забавляет и?..
Да ну на фиг! — мысленно отвешиваю себе леща и переключаюсь на свою тусовку, вспоминая о долбаных креветках.
Пацаны уже стол облюбовали и пялятся в телек на стене. Кидаю задницу на свободный стул и повторяю за ними. Там футбол транслируется, какие-то инвалиды гоняют мяч, судя по вялой игре. Скукота. И жрачку нести нам тоже никто не спешит.
— Эй! — свищу, подзывая хоть кого-нибудь. Не видно ни хозяйки, ни этой... Ветром обеих сдуло.
Я-то уверен, что нарисуется та мелкая, с дерзким язычком. Никак не отпускает меня она. Привык, что передо мной либо заискивают, либо боятся. А тут на рожки напоролся. Ниче. Обломаю в два счета. Это ее последняя рабочая смена так-то.
Но вместо нее какой-то мужик вырастает незаметно, готовясь принять у нас заказ. И я уже приуныл.
— Наконец-то, — цокаю. — Че у вас там такого особенного, ради чего я должен был стоять на улице, как лох?
Заикаясь, принимается перечислять какие-то стремные названия блюд.
Мы ржем как кони. Постепенно становится забавно, и обстановка уже действует расслабляюще, а не раздражающе. Вадим делает мужику отмашку, мол, заканчивай и тащи креветки с кружками.
— А креветок нет, — объявляет тот, нервно шевеля усами.
— Как нет? — просыпается Вадим. Остальные тоже отрывают рожи от телека.
— Сегодня нет. Сегодня четверг. Креветки у нас по субботам, — еще смеет этот чел улыбаться.
— Значит, сделай так, чтобы сейчас была суббота. Сечешь? — закрываю хлопком меню.
— Вообще-то креветки у нас закончились, — продолжает он уже иначе.
— Закончились? — пялюсь на мужика.
Понимаю, что не врет, но мне уже самому забавно. Сначала не впускали в свою богадельню, теперь и дуля с маслом вместо креветок ждет.
— Как они могли закончиться? Мы же только что вошли?
Пацаны прыскают и принимаются хихикать гиенами.