Телохранитель из бездны или пятьдесят оттенков тёмной магии

Глава 1. Кровь, пот и мёртвая микроволновка

— Всем привет, мои осознанные! С вами Катрин Астрал, и сегодня мы прикоснемся к тайнам, от которых у обычных смертных сводит челюсти, а у избранных — открываются чакры!

Я поправила накладную косу, которая немилосердно чесала шею. В кадре я выглядела как нечто среднее между эльфийской принцессой на минималках и городской сумасшедшей. На мне был полупрозрачный пеньюар, который я купила на распродаже специально для «магических» эфиров, и куча дешевых фенечек, которые звенели при каждом движении, создавая иллюзию бурной эзотерической деятельности.

На экране телефона лениво ползли комментарии.
User666: Опять эта гадалка инфоцыганит.
Магия_и_Котики: Катя, а когда будет расклад на бывшего?
Скептик2000: Сис... то есть, ауру покажи!

Пятнадцать зрителей... Из них трое — боты, которых я купила на последние сто рублей, и один — моя мама, которая зашла поболеть за дочь, но случайно нажала на дизлайк. Грустная статистика для будущего лидера мнений.

— Сегодня, — я понизила голос до таинственного шепота, — мы проведем уникальный ритуал призыва духа-защитника. Это древняя техника из дневника моего дедушки, который, как вы знаете, был великим медиумом... (На самом деле дедушка был завскладом, но записывал в блокнот рецепты настойки на мухоморах, которые звучали чертовски пафосно).

Я зажгла свечи из Икеи. Запах «Зимних ягод» смешался с ароматом подгоревшего тоста — моя старенькая микроволновка на кухне жила своей жизнью и иногда издавала звуки, похожие на предсмертные хрипы трансформера.

— Сосредоточьтесь на вибрациях, — я раскрыла блокнот на странице с надписью «Для укрепления духа и отгона нечисти». Текст был написан неразборчивым почерком, напоминающим кардиограмму эпилептика. — Экзартум... Малификум... Тенебрис... Контрактум...

Я махала руками так интенсивно, что едва не смахнула штатив. Внезапно в комнате стало очень тихо. Даже звуки вечной стройки за окном в моем неблагополучном районе Бутово замолкли.

— Смотрите, ребята! Энергия сгущается! — прикрикнула я в камеру, заметив, что количество зрителей подскочило до двадцати пяти.

И тут бахнуло.

Это не было похоже на хлопок петарды. Это был звук рвущейся реальности — так, наверное, звучит джинсовая ткань, если её решит примерить Халк. В центре моей малогабаритной однушки, прямо над ковром, который давно пора было сдать в чистку, разверзлась черная воронка. Из неё пахнуло озоном, грозой и — боже мой — жареным стейком с кровью.

— Ничего себе спецэффекты! — выдохнула я, забыв про роль. — Чат, вы это видите?!

Из воронки вывалилось ТЕЛО.

Оно не просто появилось, оно рухнуло, вминая паркет под собой. Двухметровая гора литых мышц, покрытая грязью, копотью и чем-то подозрительно красным. На мужчине были только кожаные штаны — настолько тугие и низко сидящие на бедрах, что я невольно затаила дыхание, ожидая, что гравитация вот-вот подарит мне (и моим зрителям) контент категории 18+. Его торс был исчерчен шрамами и странными светящимися татуировками, которые пульсировали фиолетовым светом. В правой руке он сжимал массивный, зазубренный клинок, с которого на мой ковер медленно стекала густая темная жидкость.

Мужчина поднял голову. Его глаза светились холодным, яростным пламенем.

— Где я?! — прорычал он. Голос был такой низкий, что у меня завибрировали пломбы в зубах. — Где некроманты Мал’Газара? Где моя армия?!

Я, дрожащими руками держа телефон, направила его на пришельца. Чат взорвался.

Ведьма_с_хвостиком: Ребята, только посмотрите какой грим! Какая детализация!
Скептик2000: Актёр просто ТОП! Десять из десяти! Вы слышите этот бас?!

Он медленно перевел взгляд на меня. Потом на телефон.

— Что это за магический артефакт в твоих руках, женщина? — он поднялся, и я поняла, что макушкой он почти задевает мою люстру. — Ты из культа ловцов душ? Ты пытаешься запереть мою сущность в это светящееся зеркало?!

— Эй, полегче, красавчик! Это iPhone 13, — я нервно хихикнула. — В кредит взят, между прочим. Не сломай реквизит...

Он не стал слушать. На кухне моя микроволновка решила в очередной раз «пшикнуть» и выдать искру. Маг среагировал мгновенно. Он не взмахнул мечом. Он просто посмотрел в сторону кухни, и его зрачки вспыхнули.

БДЫЩ!

Микроволновка взорвалась с таким грохотом, будто в неё засунули килограмм тротила. Дверца отлетела и вонзилась в холодильник. Кухню заволокло едким дымом.

— Угроза устранена, — сухо констатировал он, разворачиваясь ко мне. — Теперь ты. Говори, как ты сорвала меня с поля битвы в момент триумфа? Кровь моих врагов еще не остыла на моих руках, а я стою в этой... жалкой каморке, пахнущей дешевыми ягодами и страхом.

— Моя микроволновка... — я сползла по стенке, всё еще сжимая телефон. — Ты убил мою «Мидею»... Она еще два года на гарантии была...

— Женщина, ты призвала меня. Узы крови и древнего контракта теперь связывают нас. Я — Тайрон, Лорд Бездны и Пожиратель Звезд. И пока ритуал не завершится, я обязан защищать твою никчемную жизнь. Хотя, признаться, я бы предпочел скормить тебя своим гончим.

Он шагнул ко мне. Шаг был хищным, бесшумным, несмотря на его габариты. Я попыталась встать, но запуталась в подоле пеньюара. В следующую секунду огромная рука, горячая как раскаленное железо, обхватила мое горло — не больно, но властно — и прижала меня к стене.

Телефон выпал из моих рук, но камера всё еще работала, снимая наши ноги и край его кожаных штанов. Количество зрителей перевалило за две тысячи и росло со скоростью света.

— От тебя пахнет... странно, — Тайрон склонился к моей шее, шумно втягивая воздух. — В тебе нет магии, только жалкие остатки чужих заклинаний. Но твоя кровь... она поет.

Я замерла. От него исходил жар, как от открытой духовки. Запах пота, металла и какой-то дикой, первобытной свежести кружил голову. Это не был запах актера после смены. Это был запах мужчины, который только что убивал и выжил. Его грудь, покрытая каплями пота и чужой крови, была так близко, что я чувствовала каждое содрогание его мышц.

Глава 2. Апокалипсис в ванной

Утро в Бутово обычно начинается со звуков прогревающегося «соляриса» под окном и криков чаек, которые в нашем районе почему-то ведут себя как стервятники. Это утро решило выбить комбо.

Я проснулась от яростного рыка и звука удара металла о пластик. Спросонья мне показалось, что в квартиру ворвался ОМОН, но реальность оказалась куда экзотичнее.

Посреди комнаты стоял Тайрон. За ночь он не стал меньше, не исчез как галлюцинация и — к моему показному сожалению и тайному восторгу — не оделся. На нем по-прежнему были те самые кожаные штаны, которые теперь сидели еще ниже, открывая вид на косые мышцы живота, уходящие в многообещающую бесконечность. В руках он сжимал свой зазубренный клинок, направив его острие на моего верного «Роби» — старенький робот-пылесос, который мирно выехал на плановую уборку.

— Сдавайся, бездушная тварь! — проревел Лорд Бездны. — Твое шуршание не обманет слух воина! Из какого измерения ты прибыл, ползучий лазутчик?!

Роби, не подозревая о своей скорой кончине, ткнулся бампером в сапог Тайрона, развернулся и поехал дальше.

— Он насмехается надо мной! — Тайрон замахнулся мечом.

— Стой! — я вылетела из-под одеяла, едва успев подхватить пеньюар. — Это не лазутчик! Это... это домашний зверь! Он ест пыль!

Маг замер, меч остановился в паре сантиметров от пластикового корпуса Роби. Тайрон медленно повернул голову ко мне. Его глаза в утреннем свете казались расплавленным янтарем. — Домашний зверь? Почему он плоский и воняет электричеством? В моем мире домашние звери имеют зубы и хотя бы три головы.

— У нас мир победившего минимализма, Тайрон. Убери оружие. Ты распугаешь всех тараканов, а они — единственные коренные жители этой квартиры, которых я уважаю.

Тайрон фыркнул, но клинок исчез в воздухе с тихим звоном, будто растворился в пространстве. Он подошел ко мне, и я снова почувствовала этот невыносимый жар. — Смертная, ты выглядишь... растрепанной. Твоя аура клочковатая, как старая шерсть варга. Тебе нужно очищение.

— Мне нужен кофе и душ, — буркнула я, пытаясь не смотреть на его идеальный пресс. — Кстати, о душе. Раз уж ты мой «телохранитель», запомни правило номер один: не ломай ничего, что связано с водой.

Я направилась в ванную, чувствуя на себе его тяжелый, изучающий взгляд. Тайрон последовал за мной.

— Куда ты идешь?

— Мой долг — следовать за подопечной. Враг может нанести удар в момент, когда ты наиболее уязвима. Например, когда ты снимаешь свои шелка.

— Это не шелка, это синтетика за пятьсот рублей! И нет, в ванную со мной нельзя! Это приватная зона!

— В моем мире нет слова «приватная», когда речь идет о контракте крови, — отрезал он, бесцеремонно заходя в тесную ванную комнату вслед за мной.

В ванной стало критически мало места. Тайрон занимал собой почти всё пространство, его плечи едва не касались стен, а голова нависала над зеркалом. Я оказалась зажата между раковиной и этой горой первобытной маскулинности.

— Слушай, Пожиратель Звезд, — я уперлась ладонями в его горячую грудь, пытаясь отодвинуть. — У нас так не принято. Ты... ты смущаешь мою чакру!

— Твоя чакра и так в плачевном состоянии, — он перехватил мои запястья. Его ладони были огромными, мозолистыми и пугающе нежными в обхвате. — Я чувствую, как твое сердце бьется. Быстро. Сбивчиво. Ты боишься?

— Я... я в шоке, — выдохнула я, глядя в его глаза. — И мне нужно умыться.

Я потянулась к крану, чтобы включить воду. Старая сантехника, видимо, тоже была в шоке от присутствия темного мага. Стоило мне повернуть ручку, как трубы издали звук, похожий на вопль раненого мамонта. Кран задрожал, из него вырвался сноп ржавой воды, а затем раздался оглушительный ХРЯСЬ.

Металлическая труба лопнула прямо у основания. Струя ледяной воды ударила в потолок, срикошетила от плитки и окатила нас обоих с ног до головы.

— Проклятие водного элементаля! — взревел Тайрон. — Он напал из засады!

— Нет, это просто износ сетей! Закрой его! — завизжала я, пытаясь прикрыть руками фонтан, который превращал мою ванную в филиал Титаника.

Тайрон не стал искать вентиль. Для него мир делился на «врагов» и «магию». — Отступи, женщина! Я применю Стазис Хаоса! Это остановит поток и заморозит время для этой жалкой железки!

— Нет, не смей... — начала я, но было поздно.

Тайрон вскинул руки. Между его пальцев заплясали фиолетовые разряды. Он выкрикнул что-то на языке, от которого у меня заложило уши, и ударил ладонями по струе воды.

Произошло что-то странное. Вместо того чтобы замерзнуть, вода начала густеть. Прямо на глазах прозрачные струи превращались в вязкую, полупрозрачную субстанцию ярко-розового цвета с золотистыми искрами. Магия хаоса в условиях бутовской водопроводной воды дала неожиданный побочный эффект.

Через секунду вся ванная была заполнена... теплым, невероятно скользким гелем. Он пах амброй, мускусом и почему-то клубничной жвачкой.

— Что это?! — я попыталась сделать шаг, но мои ноги тут же разъехались на кафеле, обильно смазанном магическим лубрикантом. — Тайрон, ты что наделал?!

Я начала падать назад, прямо в ванную, уже заполненную этим розовым киселем. Но упасть мне не дали. Тайрон рванулся вперед. Его сапоги тоже скользили, но он устоял, впечатав меня спиной в холодную плитку душевой кабины и накрыв своим телом.

— Я... я изменил структуру материи, — тяжело дыша, произнес он. Его лицо было в паре сантиметров от моего. Гель стекал по его лицу, заставляя его кожу блестеть в свете тусклой лампочки. — Но хаос нестабилен. Он... адаптируется под твои скрытые желания, смертная.

— Мои желания не включают в себя утопление в розовых соплях! — выдохнула я, чувствуя, как его мокрая грудь прижимается к моим соскам сквозь тонкую, ставшую абсолютно прозрачной ткань пеньюара.

В ванной стало нестерпимо жарко. Пар от теплого геля окутал нас, создавая кокон, в котором существовали только мы двое. Я чувствовала каждое движение его мышц, когда он пытался удержать равновесие. Его руки, широкие и тяжелые, легли мне на талию, сминая ткань и обжигая кожу.

Глава 3. Скидки и жертвоприношения

— Если я не получу плоти в ближайший час, я начну потрошить того плешивого гуманоида за стеной, который уже три часа издает звуки, похожие на предсмертную агонию раненого вепря! — прорычал Тайрон, меряя шагами мою несчастную кухню.

«Гуманоид за стеной» — это был дядя Коля, который пытался петь в караоке «Рюмку водки на столе». Дядя Коля даже не подозревал, что его вокальные данные отделяет от расчленения только тонкая перегородка панельного дома и моё честное слово.

— Это не агония, это досуг, — вздохнула я, судорожно соображая, во что одеть это двухметровое бедствие. — И тебе нельзя никого потрошить. У нас за это дают путевку в места, где небо в клеточку, а друзья — в полосочку. Пойдем в «Пятерочку». Там плоти — завались. В нарезке, в вакууме и даже по акции.

Но была одна проблема... Выйти на улицу с Тайроном в его «парадных» штанах — это всё равно что вызвать наряд полиции с доставкой на дом. Пришлось порыться в шкафу. Единственное, что хоть как-то налезло на его плечи, — это моё оверсайз-худи размера XXL с надписью «I don’t need a prince, I need a coffee».

На Тайроне оно превратилось в обтягивающий кроп-топ, который едва доходил до середины его идеального пресса. Рукава трещали по швам при каждом движении, а капюшон он наотрез отказался надевать, заявив, что «воин не прячет свой лик от солнца, даже если оно такое жалкое». С его небрежной гривой темных волос и взглядом, обещающим геноцид, он выглядел как рок-звезда, которая только что вышла из трехмесячного запоя и немедленно решила устроить дебош.

— Идем, — я схватила его за локоть, — и помни: если кто-то на тебя посмотрит — это не вызов на дуэль, это вежливость. Если кто-то толкнет — это не попытка покушения, это теснота.

— Теснота порождает ярость, Катерина, — мрачно заметил он, сгибая руку так, что шов на худи жалобно хрустнул. — Но я буду сдержан, пока не увижу врага...

«Пятерочка» встретила нас привычным писком касс и запахом подгнивающего лука. Тайрон вошел в торговый зал так, будто это был тронный зал его заклятого врага. Люди инстинктивно расступались. Баба Зоя с тележкой, полной кефира, перекрестилась, а местный охранник, обычно дерзкий со школьниками, внезапно очень увлеченно начал изучать состав паштета.

— Что это за храм избыточности? — прошептал Тайрон, замирая перед рядами чипсов. — Зачем этим смертным столько хрустящей еды в ярких мешках? Это подношения богам ожирения?

— Почти. Идём, нам в мясной.

Когда мы достигли колбасного отдела, Тайрон замер. Его глаза расширились, а ноздри затрепетали. — Великая бездна... — выдохнул он, благоговейно проводя пальцем по витрине с «Докторской». — Это... это хранилище поверженных плотей? Вы отделяете кожу от мышц, измельчаете их и заключаете в синтетические коконы? Катерина, твой мир куда более жесток и прекрасен, чем я думал!

— Это просто колбаса, Тайрон. Не делай из неё эпос.

Мы набрали полную корзину: курица, говядина, сосиски «Папа может» (Тайрон оценил название, сочтя его признанием патриархальной власти) и пара пачек пельменей.

Проблемы начались на кассе. Очередь была длинной, как путь к просветлению. Впереди нас стояла женщина с горой продуктов, которая никак не могла найти в сумке кошелек.

— Эта смертная задерживает великий поход, — Тайрон начал медленно закипать. Его татуировки под тонкой тканью худи начали мерцать фиолетовым. — Я испепелю её прямо здесь. Её прах станет отличным удобрением для этих пластиковых цветов на выходе.

— Тихо! — я вцепилась в его руку, чувствуя, как мышцы под пальцами стали твердыми, как гранит. — Смотри, у меня есть магия посильнее огня.

Я достала выручай-карту. — Видишь этот артефакт? Это древний знак накопления ресурсов. Он дает скидку. Если ты будешь терпелив, боги «Пятерочки» вернут нам часть золота в виде баллов.

Тайрон подозрительно прищурился, глядя на кусок пластика. — Баллы? Это души тех, кто не дождался очереди?

— Почти, Тайрон, почти...

Когда мы наконец расплатились (Тайрон едва не раздавил кассовый аппарат, когда пытался приложить к нему телефон), мы вернулись домой.

Дома атмосфера резко сменилась. Как только дверь захлопнулась, Тайрон рухнул в кресло, и я заметила, что его татуировки почти погасли, а кожа стала бледной.

— Что с тобой? — я подошла ближе, чувствуя внезапный укол тревоги.

— Моя сила... — он прикрыл глаза. — Этот мир... он пустой. В нем нет эфира, нет магии хаоса. Я трачу энергию на то, чтобы просто дышать вашим тяжелым воздухом и не раздавить этот дом своим присутствием. Я истощаюсь, Катерина.

— И что делать? Нужно какое-то заклинание? У меня есть дедушкин блокнот...

— Нет, — он резко открыл глаза и схватил меня за руку, притягивая к себе. Я оказалась между его коленей, глядя снизу вверх в его измученное, но всё еще невероятно красивое лицо. — В этом мире магия не разлита в воздухе. Она скрыта в живых существах. В эмоциях, в... обмене энергиями.

Его голос стал низким, вибрирующим прямо у меня в груди.
— Чтобы я мог защищать тебя, мне нужна подзарядка. Прямой контакт, глубокий.

— Ты хочешь сказать... — моё сердце пропустило удар.

— Нам не обязательно идти до конца, если ты не готова к слиянию аур, — его рука поднялась и медленно провела большим пальцем по моей нижней губе. — Но обмен... слюной, дыханием, жаром... Это даст мне резерв. Один долгий поцелуй, Катерина. Ради безопасности этого района. Ради того, чтобы я не превратился в прах прямо на твоем ковре.

Я посмотрела в его глаза и поняла: он не врет насчет магии, но он чертовски наслаждается моментом. Его губы были так близко, что я чувствовала их вкус — привкус озона и чего-то сладкого.

— Ради безопасности района, да? — прошептала я, чувствуя, как по телу разливается предвкушение.

— Исключительно, — подтвердил он, прежде чем его пальцы зарылись в мои волосы, притягивая мою голову к себе.

Когда он поцеловал меня, это не было похоже на человеческий поцелуй. Это был взрыв. Я почувствовала, как по моим венам побежал электрический ток. Всё вокруг — стены, запах колбасы из пакетов, шум машин за окном — перестало существовать. Был только Тайрон, его жадный, властный рот и невероятная волна силы, которая перетекала от него ко мне и обратно.

Глава 4. Соседские войны и тёмный этикет

Утро субботы в панельном доме — это не время для сна. Это время для священной войны.

Ровно в 7:00 над моей головой раздался звук, который мог бы послужить саундтреком к концу света: резкий, визжащий, сверлящий мозг насквозь. Это был Аркадий Петрович с пятого этажа. Аркадий Петрович обладал уникальным даром — он мог сверлить одну и ту же стену в течение десяти лет, и при этом стена до сих пор не рухнула.

— КРЯ-Я-Я-Я-ЗЗЗЗЗЗТЬ! — взвыл перфоратор.

Я подпрыгнула, едва не выбив себе глаз собственной косой. Рядом со мной на диване (который он занял целиком, заставив меня ютиться на самом краю) подскочил Тайрон. Если я выглядела как помятый эльф, то он выглядел как демон, которому в ад притащили неисправный котел.

Его глаза вспыхнули алым — верный признак того, что уровень его терпения пробил дно бездны.

— Осадные орудия! — прорычал он, материализуя свой клинок прямо из воздуха. — Вражеский некромант начал психологическую атаку ультразвуком! Катерина, ложись на пол, я обрушу своды этой жалкой крепости на его голову!

Тайрон вскинул руку, и по потолку побежали фиолетовые трещины. Люстра жалобно звякнула, а штукатурка начала осыпаться мне на подушку.

— Стой! Стой, безумный разрушитель миров! — я повисла у него на руке, что было примерно так же эффективно, как попытка остановить поезд зубочисткой. — Это не некромант! Это Аркадий Петрович! Он просто делает ремонт!

— Ремонт? — Тайрон замер, его мышцы бугрились от ярости под лопнувшим вчера худи. — Он вскрывает камень, чтобы выпустить духов предков? Или он строит алтарь для жертвоприношений в мою честь?

— Скорее всего он просто вешает полку для рассады, — простонала я, вытирая пыль со лба. — Послушай, у нас нельзя обрушивать потолки, это карается уголовным кодексом. Здесь нужна дипломатия.

— Дипломатия? — Тайрон брезгливо поморщился. — В моем мире дипломатия — это когда ты приносишь голову короля врагов на золотом блюде и вежливо спрашиваешь: «Теперь мы договорились?».

— Давай попробуем более лайтовый вариант. Ты просто... сходишь к нему. Поговоришь. Ну, знаешь, как сосед с соседом. Мужской разговор и всё такое. Только не убивай его! И не ешь! Пожалуйста.

Тайрон прищурился. — Хорошо. Я применю тёмный Этикет. Это искусство внушения воли без прямого кровопролития. Но если он предложит мне дары в виде этой вашей «рассады», я не ручаюсь за себя.

Он встал. Даже в своём нелепом одеянии и с босыми ногами Тайрон излучал такую ауру власти, что воздух вокруг него казался густым. Он вышел в коридор, и я услышала, как его тяжелые шаги удаляются в сторону лестницы.

Я затаила дыхание. Прошла минута. Сверление прекратилось на середине высокой ноты. Наступила тишина. Такая глубокая и пугающая, что я начала прикидывать, как буду объяснять полиции исчезновение пенсионера в «черной дыре».

Через пять минут Тайрон вернулся. В руках он держал огромный оранжевый чемоданчик с перфоратором и связку ключей.

— Что произошло? — выдохнула я. — Где Аркадий Петрович?

— Он осознал тщетность своего бытия, — холодно ответил маг, бросая перфоратор в угол. — Я просто зашел. Посмотрел ему в глаза. Совсем недолго — в течение десяти ударов его перепуганного сердца.

— И?

— И он сообщил, что его «мама в Сызрани» внезапно начала остро нуждаться в его присутствии. Он передал мне эти ключи в знак вассальной преданности и сказал, что я могу делать с его жильем всё, что пожелаю. Кажется, он даже всплакнул от счастья, когда я пообещал не вырывать его позвоночник через ухо.

Я приоткрыла дверь и выглянула в подъезд. Аркадий Петрович, в одном тапочке и с узлом из простыни, как раз заскакивал в лифт, крестясь на ходу и бормоча что-то про «качков-сатанистов».

— Поздравляю, — я закрыла дверь. — Теперь у нас на один этаж больше. Но нам не нужно два этажа!

— Это необходимо для создания цитадели, — Тайрон по-хозяйски оглядел мою однушку. — Раз уж я привязан к тебе, это место должно стать неприступным. Твои окна — это брешь. Твои стены — картон.

Он начал действовать. Если вчера я думала, что магия хаоса — это страшно, то сегодня я поняла, что магия хаоса в руках дизайнера-параноика — это катастрофа.

Тайрон взял мои запасные капроновые колготки, которые я сушила на батарее, и начал завязывать их в сложные узлы над окнами. — Это плети ловца, — пояснил он, вешая на узлы остатки вчерашних гирлянд с розовыми единорогами. — Если враг попытается проникнуть через стекло, единороги ослепят его своим нечестивым сиянием, а ткань затянется на его горле.

— Тайрон, это выглядит как логово фетишиста-наркомана! — вскрикнула я, видя, как он закрепляет мою любимую сковородку на входной двери с помощью скотча и магических пассов.

— Это звуковой отражатель! — отрезал он. — Катерина, ты ничего не смыслишь в фортификации. Твоя обитель теперь под защитой тёмного порядка.

Он подошел ко мне, его лицо было серьезным и сосредоточенным. — Я чувствую, как твои вибрации выравниваются. Ты начинаешь понимать вкус истинной власти.

Он положил руки мне на плечи, притягивая к себе. После «подзарядки» его кожа пахла не только грозой, но и моей туалетной водой с ароматом ванили. Странное и будоражащее сочетание.

— Твоя цитадель готова, — прошептал он, и его пальцы нежно коснулись моих ключиц. — Теперь никто не посмеет прервать наш покой, ни Аркадий, ни его перфоратор.

Я посмотрела на сковородку на двери, на колготки с единорогами и на этого невероятного, безумного мужчину, который всерьез считал, что моя квартира — центр обороны вселенной. И знаете что? Мне это начинало нравиться. В этом безумии было что-то... уютное.

— Знаешь, — я обняла его за талию, чувствуя, как он расслабляется под моим прикосновением, — дипломатия по-твоему — это очень эффективно. А за перфоратор отдельное спасибо, повесим на него мою следующую награду «Блогер года».

Тайрон усмехнулся, и в его взгляде мелькнуло что-то, что было гораздо опаснее любого перфоратора. — Награды подождут. У нас еще есть неосвоенные зоны в этой цитадели. Например... кровать. Я чувствую, что её оборона крайне слаба.

Глава 5. Источник

Время в Бутово течет странно, но когда в твоей квартире живет двухметровый лорд бездны, оно превращается в стремительный поток из страсти, пельменей и магических катастроф. Время договора истекало. Я чувствовала это кожей — воздух в однушке начал вибрировать, а гирлянды-ловушки на окнах испуганно замигали.

Тайрон стоял посреди комнаты, его татуировки пульсировали тревожным багровым светом. Он больше не пытался испепелить пылесос. Он просто смотрел на меня, и в этом взгляде было столько невысказанной ярости и... тоски, что у меня перехватило дыхание.

— Часы судьбы сочтены, Катерина, — его голос прозвучал как удар колокола. — Портал зовет меня. Мои воины гибнут на полях Мал’Газара, а мой клинок жаждет крови некромантов. Контракт завершен, ты в безопасности. Твоя цитадель неприступна, а сосед Аркадий Петрович вряд ли вернется из Сызрани в ближайшее десятилетие.

Прямо над моим вытертым ковром начала соткаться тьма. Это не было похоже на вчерашнюю воронку — теперь это была глубокая, холодная пропасть, из которой доносились крики сражений и лязг металла.

Я посмотрела на свою квартиру. На испепеленную микроволновку, на вмятину в полу от его сапога, на обломки моего айфона... И внезапно поняла, что если Тайрон сейчас шагнет в эту бездну, моя жизнь превратится в один бесконечный, скучный стрим с распаковкой масок для лица. Без его ворчания о «жалких смертных», без магических искр, от которых волосы встают дыбом, без его тяжелых, властных рук на моей талии... я просто исчезну.

— Тайрон, подожди! — я кинулась к нему, вцепляясь в его голые плечи. — Не уходи. Там война, там смерть. А здесь... здесь у нас акция на креветки в среду! И я еще не научила тебя пользоваться доставкой самокатом!

Он горько усмехнулся, коснувшись моей щеки своей огромной ладонью.
— Смертная, ты — самое странное и прекрасное видение, которое даровала мне судьба, но я привязан к бездне. Я — защитник по праву крови. Без цели я увяну здесь, как твой кактус на подоконнике. Моя магия требует источника.

— Источника? — в моей голове что-то щелкнуло.

Я бросилась к дедушкиному блокноту. Страницы мелькали: «Настойка на мухоморах», «Как заговорить грыжу», «Призыв духа-защитника». Вот оно! В самом конце, мелкими буквами, было приписано: «Ежели дух мил сердцу станет, можно узы вечные сотворить, но цена велика — станешь ты для него и домом, и хлебом, и искрой божьей».

— Тайрон, если я дам тебе цель? Если я дам тебе магию?

— О чем ты, Катерина? В тебе нет и капли эфира.

— Возможно, но ты сам говорил, что во мне есть свет!

Я схватила ручку и прямо поверх дедушкиных рецептов начала перечеркивать руны. Я не знала, что делаю, я просто чувствовала, как слова сами ложатся на бумагу, подпитываемые моим отчаянием и желанием.

— Я, Катерина, добровольно отказываюсь от статуса «охраняемого объекта»! — выкрикнула я, и комната озарилась ослепительным светом. — Отныне и во веки веков я объявляю себя Твоим Источником! Твоим сердцем хаоса!

Тайрон вскрикнул, когда между нами протянулась золотая нить, прошивая пространство и время. Портал в бездну взревел в последний раз и... схлопнулся с тихим звуком, оставив после себя лишь легкий запах озона и подпаленного ковра.

Тайрон упал на колени, тяжело дыша. Его татуировки вспыхнули нежно-голубым, и я почувствовала, как между нами установилась связь — невидимая, но прочная, как стальной канат. Теперь я чувствовала его голод, его силу, его желание, а он чувствовал моё... всё.

— Ты... что ты наделала... — он поднял на меня взгляд, полный шока. — Ты связала себя со мной навсегда, Катерина. Ты теперь мой единственный якорь в этом мире. Если я уйду слишком далеко, я погибну. Если ты перестанешь верить — я исчезну.

— Значит, тебе придется очень стараться, чтобы я верила, — я улыбнулась, протягивая ему руку. — И начни с того, чтобы пожарить мне яичницу. Мечом. Это очень заходит подписчикам.

Спустя час я запустила очередной стрим.

— Всем привет, мои осознанные! С вами вновь Катрин Астрал, и сегодня у нас необычный эфир: «Кулинария хаоса или как выжить с лордом бездны в однушке»!

Я поправила камеру нового телефона, купленного на донаты за прошлый стрим. На заднем плане, в моей крошечной кухне, Тайрон — в одних фартуке на голое тело — виртуозно подбрасывал блины на лезвии своего огромного клинка. При каждом взмахе меча по кухне разлетались фиолетовые искры, которые тут же превращались в съедобные сахарные звездочки.

User_Top: Господи, это лучший косплей в истории!
Masha_Love: Девочки, посмотрите на эти бицепсы... Катя, где ты его нашла?!
Skeptic: Да это нейросеть, сто пудов!

— Это не нейросеть, котики, — я подмигнула в камеру. — Это магия. И да, Тайрон, не забудь: после завтрака мы идем в «Пятерочку». Там сегодня двойные баллы за покупку протеина.

Тайрон обернулся, его глаза сверкнули первобытной страстью.
— Двойные баллы? — прорычал он, вонзая меч в разделочную доску. — Боги коммерции сегодня милостивы к нам. Но сначала, мой Источник... иди сюда. Мне нужно немного «подзарядиться» перед походом за добычей.

Я выключила камеру под восторженный визг чата. В конце концов, некоторые ритуалы должны оставаться за кадром. Даже в Бутово.

Глава 6. Магия брендов

— Эти лохмотья... они оскорбляют мою сущность, Катерина. Они пахнут поражением, дешевым мылом и слабостью этого измерения!

Тайрон стоял перед зеркалом в прихожей, с отвращением оттягивая край того самого худи «I don’t need a prince», которое теперь окончательно превратилось в набор половых тряпок, едва скрепленных магией и моим упрямством. Его плечи, казалось, стали еще шире с тех пор, как он «подзарядился» вчера вечером, и ткань жалобно трещала при каждом его вздохе.

— Это не слабость, Тайрон, это масс-маркет, — вздохнула я, закидывая в сумку кошелек и баллончик со святой водой (на случай, если он решит проклясть эскалатор). — Нам нужно во что-то тебя одеть, прежде чем нас арестует полиция моды или обычный патруль за нарушение общественного порядка. Мы едем в «Мегу».

— Мега... — Тайрон попробовал слово на вкус. — Звучит как имя титана, пожирающего миры. Надеюсь, там найдется достойная броня.

«Бронёй» в моем понимании были джинсы со стрейчем и пара футболок размера 4XL, но у Тайрона были свои планы.

Торговый центр встретил нас гулом толпы, запахом парфюма и искусственным светом, который отражался в глазах мага яростными искрами. Тайрон шёл сквозь толпу как ледокол сквозь рыхлый снег. Люди инстинктивно вжимались в витрины, а дети тыкали пальцами, принимая его за очень дорогого актера из Marvel.

— Почему эти смертные так суетятся? — прорычал он, подозрительно оглядывая манекенов. — Зачем эти безголовые истуканы застыли в позах мольбы? Это ваши застывшие божества?

— Почти. Это тотемы тому, на что мы тратим все свои деньги, — я тянула его в сторону мужского отдела, но тут Тайрон резко замер.

Его взгляд приковала витрина бутика женского белья «Secret Desire». В центре, на подставке из черного бархата, красовались кружевные стринги, расшитые алыми камнями и едва приметными цепочками.

— Клянусь бездной... — Тайрон подошел к стеклу, и его дыхание оставило мутное пятно на витрине. — Катерина, посмотри на это. Ваши инквизиторы — настоящие мастера.

— О чем ты? — я покраснела, пытаясь увлечь его дальше.

— Эти пыточные оковы! — он указал на стринги. — Тонкие нити, созданные, чтобы впиваться в плоть и ограничивать движение... Эти цепочки для захвата пленных... Я чувствую в них тёмную, подавляющую энергию. Смертная, ты должна немедленно это примерить!

— Что?! Тайрон, это не оковы, это... это для красоты!

— Не лги мне! — он обернулся, и его голос заставил задрожать вешалки с платьями неподалеку. — Я знаю толк в инструментах контроля! Я должен оценить степень опасности этого артефакта на тебе. Если он начнет высасывать твою жизнь, я уничтожу это заведение и всех его прислужников в розовых фартуках!

Прежде чем я успела возразить, Тайрон решительно вошел в бутик. Продавщица, хрупкая девушка с идеальным каре, побледнела и выронила ценник.

— Нам... — Тайрон окинул зал взглядом завоевателя, — ...нужны те красные цепи для моей подопечной. Живо!

Пока я, сгорая от стыда, забирала из рук дрожащей девушки комплект, Тайрон решил провести «разведку». Его внимание привлек охранник, который уже пять минут медленно приближался к нам, сжимая рацию.

— Молодой человек, — начал охранник, пытаясь придать голосу уверенности. — У нас в торговом центре нельзя находиться... э-э... в таком виде. И что это у вас на поясе? Это холодное оружие? Пройдемте на выход.

Тайрон медленно повернулся. Его глаза вспыхнули фиолетовым, а рука сама собой легла на рукоять клинка, который он (конечно же!) не оставил дома, просто сделав его «малозаметным» для обывателей. Меч постепенно начал материализоваться во всей своей зазубренной красе.

— Ты смеешь указывать воину бездны, где ему находиться, страж пластмассовых сокровищ?! — клинок со звоном покинул невидимые ножны.

— Твою мать! — охранник схватился за рацию. — У него настоящий тесак! Тревога!

Покупатели начали вскрикивать. Ситуация пахла срочной депортацией — в лучшем случае в местное ОВД, в худшем — обратно в бездну.

— Тайрон, нет! — я поняла, что слова не помогут. Нужно действовать методами этого мира. — А-ах! Моё сердце! Воздуха!

Я картинно закатила глаза и начала медленно сползать на пол прямо в руки Тайрона.

Маг среагировал мгновенно. Меч исчез так же быстро, как и появился. Он подхватил меня, прижимая к своей груди с такой силой, что у меня действительно перехватило дыхание. — Катерина! Твой источник... он угасает?! Проклятый страж, ты убил её своими жалкими вибрациями!

Охранник, увидев «обморок» девушки, впал в ступор. — Я... я не... вызовите скорую!

— Уйди с дороги, червь! — Тайрон, не отпуская меня, буквально перешагнул через стойку с бельем и направился к примерочным. — Я сам реанимирую свою подопечную!

Он ворвался в кабинку, задернул тяжелую штору и припечатал меня к зеркалу. — Смертная, очнись! Твоя аура... — он замолчал, увидев, как я приоткрыла один глаз и хитро улыбнулась.

— Это был маневр отвлечения, — прошептала я. — Нас бы сейчас повязали.

Тайрон на мгновение замер, его лицо было в сантиметре от моего. Его ярость внезапно сменилась чем-то другим — горячим, густым и гораздо более опасным. — Ты... ты обманула воина? — его голос стал хриплым. — Дерзкая девчонка. Но раз уж мы здесь, и ты «чудесным образом» исцелилась... примеряй эти оковы. Сейчас же. Я должен убедиться, что они не причинят тебе вреда.

В тесной примерочной было жарко. Пахло духами, новой тканью и этим непереносимым мужским ароматом грозы, который исходил от его кожи. Тайрон не вышел. Он остался стоять, заслоняя собой выход, его мощная фигура занимала почти всё пространство.

Дрожащими пальцами я начала расстегивать пуговицы на платье. Тайрон наблюдал за каждым моим движением. Через пару минут я была в том самом красном кружеве, которое он назвал «пыточными оковами».

— Клянусь хаосом... — выдохнул он. Его взгляд буквально обжигал кожу, скользя по изгибам бедер, которые едва прикрывали тонкие полоски кружева и золотистые цепочки. — Это... это хитроумнее, чем я думал. Эти цепи... они подчеркивают каждую линию твоей плоти, Катерина.

Глава 7. Курьер смерти и пицца хаоса

Вечер в Бутово накрывал город серым саваном, но в моей однушке было светлее, чем в операционной. Всё потому, что Тайрон, наконец-то облаченный в новые джинсы, решил провести ревизию моих запасов провизии. После «битвы в торговом центре» и покупки «пыточных оков», мой защитник был зверски голоден.

— Катерина, запасы твоей вяленой плоти в этом белом ящике истощились! — провозгласил он, захлопывая дверцу холодильника так, что на ней звякнули все магнитики из Геленджика. — Мой внутренний огонь требует жертвы. Или мы идем охотиться на того жирного голубя за окном, или ты открываешь портал в мир еды.

— Портал открывается через приложение, Тайрон. И нет, голубя мы есть не будем — у него, скорее всего, инфекций больше, чем у тебя боевых шрамов. Мы закажем пиццу.

Через двадцать минут в домофон позвонили. Тайрон мгновенно оказался у двери, выхватив клинок с таким видом, будто за порогом стояла армия нежити, а не курьер из «Додо».

— Стой, воин! — я перехватила его руку. — Это курьер. Он несет еду, он друг.

Мы вышли в подъезд. Перед лифтом стоял парень в ярко-оранжевой куртке, с огромным термокоробом за спиной. Рядом с ним стоял его верный скакун — электровелосипед, который тихо попискивал и подмигивал фарой.

Тайрон замер, его глаза расширились. — Великая Бездна... Катерина, берегись! Это всадник апокалипсиса! Посмотри на его жужжащего зверя — он питается молниями и железными колесами! А этот оранжевый панцирь на спине... там наверняка хранятся души тех, кто не платил оброк!

— Мужчина, вы чего? — курьер попятился, прижимая к себе коробку с «четырьмя сырами». — Просто доставка. С вас тысяча триста пятьдесят рублей.

Тайрон шагнул вперед, нависая над парнем как грозовая туча.

— Оплата? Ты требуешь презренный металл за этот дар? У меня нет вашего золота, пришелец, но я могу предложить тебе нечто более ценное.

Он сделал пасс рукой, и между его пальцев забился крошечный, серый сгусток энергии.

— Вот. Душа первого встречного таракана, которого я поймал в твоей крепости, Катерина. Она чиста, незапятнанна и обеспечит этому парню удачу в ловле блох на семь поколений вперед! Бери, оранжевый всадник, и убирайся на своем искрящем скакуне!

Курьер посмотрел на серый сгусток, потом на безумные глаза Тайрона, затем на мой новый телефон в моих руках.

— Девушка, я... я полицию вызову. Какая душа таракана? Наличкой или картой?!

Я быстро отодвинула Тайрона плечом. — Извините, он... он из театрального. Репетирует роль безумного короля. Тайрон, уймись! Смотри, как делают цивилизованные маги.

Я поднесла свой телефон к терминалу курьера. Тихий писк — и оплата прошла. Парень, схватив чек, буквально скатился по лестнице вместе с велосипедом, крестясь на ходу.

Тайрон стоял, ошарашенно глядя на мой смартфон.

— Что ты сделала, ведьма? Ты просто приложила этот кусок светящегося стекла к его черной коробочке, и он отдал нам сокровище? Без крови? Без клятв на костях?

— Это Apple Pay, Тайрон. Технологии.

— Нет, — он взял мой телефон двумя пальцами, рассматривая его как опасный артефакт. — Это чернейшая магия, Катерина. Даже в моем мире мы не могли менять свет на хлеб одним касанием. Ты — величайший алхимик этого измерения, если твой карманный артефакт может порабощать курьеров на жужжащих зверях!

Мы вернулись в квартиру, и Тайрон с подозрением съел первый кусок пиццы.

— Хм... Плоть сыра неплоха, но этот «пепперони»... он напоминает мне глаза моих врагов. Вкусно.

После ужина я решила, что пора познакомить моего лорда с культурным наследием Земли. Мы устроились на диване перед телевизором.

— Сейчас будем смотреть Netflix, — объявила я. — Это как твой портал в бездну, только там показывают истории.

Я выбрала один из новых хорроров про дом с привидениями. Тайрон сидел, скрестив свои мощные руки на груди, и с недоверием наблюдал, как группа подростков входит в заброшенный особняк.

— Почему они кричат? — спросил он, когда на экране мелькнула тень. — Там всего лишь мелкий дух низшего круга.

Через десять минут, когда героиня фильма в полной темноте спустилась в подвал на звук капающей крови, Тайрон не выдержал. Он вскочил, едва не пробив головой потолок.

— Почему?! Почему эти идиоты бегут в подвал?! У неё в руке кусок дерева, а там — эфирная сущность! Она должна была начертить руну развоплощения на стене и вырвать призраку сердце! Я бы лично съел его эссенцию, чтобы она не портила воздух своим нытьем!

— Тайрон, это фильм ужасов! — хихикнула я, хотя сцена в подвале была действительно жутковатой. — Смысл в том, чтобы бояться. Ой... посмотри! Что это за дверью?!

Я притворилась, что мне очень страшно, и с тихим писком зарылась лицом в его плечо, обхватив его за талию. Тайрон замер. Его ярость мгновенно сменилась защитным инстинктом, который в нем был прописан на уровне ДНК.

— Не бойся, маленькая ведьма, — его голос стал низким, как рокот приближающейся бури. Он обнял меня, прижимая к себе так крепко, что я почувствовала каждый рельеф его мышц под футболкой. — Пока я здесь, ни один призрак, ни один «режиссер» не коснется тебя. Я уничтожу этот ящик, если он продолжит пугать тебя своими лживыми картинками.

Он обхватил моё лицо своими огромными ладонями, заставляя меня посмотреть на него. В темноте комнаты его глаза мерцали фиолетовым, отражая свет экрана. Пахло пиццей, адреналином и тем самым пьянящим ароматом его кожи, от которого у меня кружилась голова.

— Твое сердце... оно опять бьется слишком быстро, — прошептал он, и его взгляд переместился на мои губы. — Это тоже от страха? Или твой источник требует новой синхронизации?

— Наверное... и то, и другое, — выдохнула я, чувствуя, как его рука скользит вниз, по моей спине, останавливаясь на пояснице и притягивая меня еще ближе, так что между нами не осталось даже молекулы воздуха.

— Тогда забудь про этот подвал, — рыкнул он, наклоняясь к моему лицу. — В этой крепости есть только один хозяин. И сегодня он будет охотиться на твой страх, пока от него не останется ничего, кроме стонов.