Темный Властелин в Академии Магии

Пролог

Андар Годаан был окутан тьмой, она шептала ему что-то на ухо, а он согласно кивал. Напоследок тьма ласково очертила пальцами его волевой подбородок — и отступила, растворившись в безлунной ночи. Мужчина продолжал стоять у окна спальни, глядя на дремлющий вдалеке тёмный город. Лишь несколько огней мерцали на крыше сторожевой башни. Он был высок, широкоплеч и мускулист — как и подобает отличному боевику. Тёмные, ещё влажные после душа волосы были небрежно зачёсаны назад, открывая высокий лоб, перерезанный жёсткой складкой между бровей. Прямой нос, упрямо сжатые, но чувственные губы придавали ему облик "плохого парня" из дамских романов — того самого, в которого женщины так любят влюбляться, веря, что именно им суждено изменить его, отогреть холодную душу и превратить в надёжного спутника жизни.

Но тьма, поселившаяся в его некогда синих глазах, не оставляла ни единого шанса даже самой мечтательной романтичной девушке поверить, что в нём есть хоть крупица света. Женщины избегали его, страшась даже случайного взгляда. Почти все…

Так или иначе, плотские утехи были последним, что занимало сейчас Андара Годаана — правителя королевства Иктитар. С тех пор как он услышал пророчество, он забыл покой. Истинная… равная ему по силе… Это было то, чего он ждал всю свою жизнь. Найти её — как только девочка появится на свет. Спрятать ото всех. Дождаться, пока она достигнет брачного возраста. А затем — вознести её на алтарь Изначальной Тьмы и принести в жертву.

И тогда он получит своё. Дар. Дар вечной жизни и неведомой доселе силы. Он станет бессмертным. Он обретёт власть над всем миром. Он будет править вечно.

Зачем оставлять Истинную в живых? Или зачем ему её дети? Он не собирался делить власть. Ни с кем. Никогда.

На его лице появилась безумная улыбка.

Скоро… Совсем скоро. Тьма уже чувствует приближение её рождения.

***

— Скорее, скорее! — торопила ведунья, шепча обереги над кричащим свёртком. — Вы должны уходить! Он почувствовал её появление. Его стражи уже рыщут в поисках Избранной. Я успела скрыть её, но скоро морок рассеется, и аура засияет. Возьмите это, — она сунула что-то в руку отцу новорождённой. — Как только перейдёте, сразу наденьте амулет ей на шею и прочтите этот оберегающий заговор, — пергамент, скрученный трубочкой, перекочевал в другую руку мужчины.

Чёрные тени стремительно неслись по ночным степям, пересекали города и горные перевалы. Они просачивались в дома, сея ужас среди людей и животных. Воздух холодел при их приближении, сердца замирали. Это были жнецы смерти — верные слуги повелителя Иктитара. Они спешили исполнить волю хозяина: найти ту, кто откроет путь Изначальной Тьме и принесёт ему абсолютную власть.

Пара, закутанная в длинные тёмные мантии, и малышка, притихшая на руках у матери, прощались со своим миром. Вспышка портала — и все трое исчезли. В хижине осталась лишь ведунья, продолжая шептать заклинания и разбрасывать поглощающий магию порошок, заметая следы.

Андар Годаан, почувствовав исчезновение своей Истинной, взвыл от ярости. Он сокрушил зал до каменной крошки, уничтожив заодно всех, кто осмелился находиться поблизости. Он должен найти её. Где бы она ни была. И сделать это прежде, чем она отдаст себя другому мужчине. Иначе сокрытая в ней сила рассеется во Вселенной — и все его тщательно выстроенные планы обратятся в пепел и полетят в Огненную Бездну.

Глава 1

Глава 1

Двадцать три года спустя, городок Саар, Королевство Эолиар, мир Лаир

Колокольчик мелодично возвестил о появлении нового посетителя. Я подняла глаза от учетной книги, и посмотрела на вошедшего. Лицо его было мне незнакомо.

- Чем я могу вам помочь? – приветливо спросила я.

- Мне нужен защитный артефакт для дома, — еле слышно ответил посетитель.

Я вышла из-за прилавка и подошла к одной из деревянных панелей, встроенных в стену. Мужчина посторонился, давая мне дорогу. Он был высокий, худой и нескладный, на носу кривовато сидели круглые очки, делая глаза за очками еще больше. От его поношенной одежды шел легкий запах тлена, будто она пролежала десятилетия в каком-то сундуке. Я приложила руку к панели, система считала мою ауру и панель открылась, открывая ровные ряды артефактов под зачарованным стеклом.

- Какого спектра охрана вам нужна? – уточнила я, не спеша открывать стекло.

- От незаконного проникновения, включая обычный и магический взлом. С функцией считывания аур тех, кому разрешен вход.

- Есть артефакты с простым функционалом, они позволят вам внести до пяти человек в список. Если кто-то вне списка попытается войти в помещение, артефакт пускает сильный сонный газ, и подает сигнал тревоги. Более продвинутый вариант запускает газ, парализующее плетение, считывает ауры взломщиков и его можно напрямую связать с охранной фирмой или Дозором. Также они имеют функцию наблюдения в реальном времени. Можно наблюдать за помещением на домашнем трансляторе, например. Или на вашем наладоннике.

- Цена вопроса? – спросил он.

- Простой амулет стоит один крун (один крун = пять имперских динеров – прим. автора), продвинутый – три ария (один арий = десять имперских динеров – прим. автора).

- Мне продвинутый, пожалуйста, — собравшись с духом, решился покупатель.

- Хорошо, — улыбнулась я, доставая нужный артефакт из-под стекла.

Панель закрылась, а я направилась к стойке, оформлять покупку. Посетитель заполнил бланк покупки, я внесла нужные ему настройки в артефакт и упаковала его. Колокольчик снова звякнул, и в магазин вошла нарядно одетая дама, свысока оглядывая простой интерьер.

Мужчина поблагодарил меня, и торопливо вышел из магазина, старательно отворачиваясь от новой посетительницы. Странно. Обычно на такую, как она, мужчины любят смотреть. Изящная фигура, светлые волосы, яркие голубые глаза и сочные губы.

- Это и есть лучший артефакторный магазин в городе? – удивленно спросила она.

- Так и есть, — я не смогла скрыть гордости в голосе - я сама добилась этого звания, добилась, несмотря на то, что на обучение в престижной столичной академии не хватило денег. Учил меня старый Бромс, талантливый артефактор, настоящий мастер, некогда работавший при дворе. И теперь о моих защитных и бытовых артефактах даже в столице знали. Учитель передал мне мастерство и технологии создания артефактов - полезных, нужных, но достаточно простых. А я горела… горела созданием чего-нибудь грандиозного. Например, артефакта, способного запечатать или хотя бы укрепить Флёр – завесу, охраняющую наш мир Лаир от Изначальной тьмы и ее порождений. Но для получения лицензии, да и знаний, необходимых для работы над серьезными артефактами, нужен диплом Столичной Академии. Столичная Академия Магии и Артефакторики (САМА) являлась моей голубой мечтой, и я планомерно откладывала деньги, глядишь, еще успею поучиться, хоть получить Фундамент – двухгодичное обучение, дающее знания по общей магии и личной специализации. Это, конечно, не предел мечтаний, но курс помог бы структурировать и обогатить мои знания, которые я черпала из огромного количества книг. А главное, я смогла бы получить вожделенную лицензию и начать эксперименты по созданию более серьезных артефактов…

— На вид — не Свет весть что, — проговорила дама, оглядываясь. Я вынырнула из размышлений. Из-под прилавка послышалось недовольное шипение — Мэлу не понравился её тон. Я незаметно пнула вредину в бок, заставляя замолчать.

- Чем могу вам помочь? – прохладно поинтересовалась я.

- Мне сказали, что здесь можно изготовить артефакт на заказ, — после недолгого молчания, будто собравшись с духом, сказала незнакомка, переводя на меня взгляд холодных глаз.

- Смотря какой, — ответила я спокойно, — какой артефакт вам нужен?

- Я бы хотела обговорить это с самим артефактором, — с нажимом произнесла девушка, поморщившись.

- Я вас слушаю, — спокойно сказала я, снисходительно принимая ошарашенный взгляд. Местные ко мне уже привыкли, а вот новенькие каждый раз реагируют одинаково. Да, дар артефактора обычно проявляется у мужчин. Но вот такой я уникум.

В этот момент дверь вновь отворилась, и вошла энкела (энкела - обращение к замужней простолюдинке без магического дара – прим. автора) Ронье, местная фермерша и моя постоянная клиентка, видимо, зарядить сеть от вредителей. Девушка быстро проговорила:

- Давайте встретимся в ресторане Белый осьминог сегодня ровно посреди Часа Терны (середина Часа Терны =19:30 – прим. автора), меня зовут ларрэни д'Эмфилье (ларрэни – обращение к незамужней магически одаренной аристократке – прим. автора). Я буду вас ждать там. Пожалуйста, это вопрос жизни и смерти, и я щедро оплачу ваше время и услуги, — добавила она отчаянным шепотом, видя мой холодный взгляд.

- Хорошо, — согласилась я, сдаваясь. Девушка облегченно вздохнула, и покинула мой магазин.

Каюсь, был у меня недостаток – любопытство. Любила я загадки, наверное, оттого, что в нашем уж чересчур спокойном городке, мало что происходило. Или отчаянный взгляд девушки произвел впечатление, будто дело, и, правда, было крайне важным. И обещание оплаты, не скрою, добавило веса – исполнение мечты учиться, будто приблизилось еще на рим (один рим = один сантиметр – рим. автора). «Схожу, выслушаю ее, если что, уйду», думала я, машинально вливая силу в сеть, и поддакивая певучей речи энкелы Ронье, которая привычно жаловалась на плохой урожай и засуху.

1.1

1.1

Остаток дня прошел вполне продуктивно. После обеда в лавку вернулась моя помощница, Хельга. С легким сердцем оставив девушку обслуживать клиентов, я удалилась в любимую мастерскую и отдалась процессу творчества. Создание артефактов требовало полной сосредоточенности и отдачи, нужно было знать, как собирать плетения, менять контуры в зависимости от цели артефакта и его силы. Контролировать вливание дара, где-то по капле, где-то потоком, чтобы наполнить контур и не дать ему разорваться. А еще создание артефактов помогало мне отвлечься от грустных навязчивых мыслей о родителях. Они пропали при переходе гор Алаваир две зимы назад, возвращаясь домой из торгового путешествия. Тела их так и не были найдены. Вся процессия из двадцати человек и нескольких обозов исчезла бесследно. Я так и не смирилась. Неизвестность – страшнее потери. Проклятое: «А что если?» временами просто не давало спокойно дышать. И я очень хотела получить лицензию академии, ведь я могла создать и использовать артефакт поиска, настроенный конкретно на моих родителей. А это уже сочетание артефакторики и магии крови. Не то, чтобы таких артефактов не существовало, но использование магии крови строго регулировалось – следовало доказать, что использование магии крови оправдано – а поиск пропавших, пусть уважаемых и магически одаренных, но простых купцов, имеет очень малый шанс получить одобрение. А на черном рынке цена готового артефакта могла легко посоревноваться со стоимостью неплохого баронства, так что я могла лишь только сама его собрать. Все же учеба обойдется мне дешевле.

За тридцать Искр(одна искра = 1 минута – прим. автора) до середины Часа Терны(т.е. в 19:00 – прим. автора) в мастерскую заглянула Хельга:

- Лана, — негромко произнесла девушка, но я все равно вздрогнула, от неожиданности разрывая плетение, отчего артефакт в моих руках издал обиженный писк и заискрил.

- Ой, прости – смутилась девушка, — но ты просила напомнить о деловой встрече. Тебе уже пора.

- О, дааау, — мяукнул голос Мэла, который был тут как тут – ему запрещено было заходить в мастерскую, что своевольного кота дико бесило, — и я пойду-мау, а то облапошит эта девица тебя, неразумнуау.

Фамильяру нравилось думать, что я без него даже до ванной не доберусь – начну сшибать косяки по дороге или заблужусь, не приведи Свет, без его, Мэла, чуткого руководства.

- Ты не пойдешь, — твердо сказала я, — с котом, каким бы гениальным он ни был, меня в лучший ресторан города просто не пустят – польстила его котейшеству, с облегчением наблюдая, как гаснет упрямый огонек в его огромных зеленых глазах.

Взглянув на часы, я поняла, что времени на то, чтобы переодеться, у меня просто нет. И честно сказать, меня это мало волновало, я вообще отличалась некоторым равнодушием к нарядам и драгоценностям. Если не считать драгоценных камней для создания артефактов, конечно. Многие драгоценные камни многократно усиливали артефакты… Так ладно, нужно торопиться, если я не хочу опоздать на встречу. Отдав быстрые распоряжения Хельге, и еще раз отказав фамильяру в сопровождении важной меня на встречу, я отправилась в "Белый осьминог", благо, что добираться до него было недалеко.

Я шла по шумной главной улице, с удовольствием глядя по сторонам. Здесь в этот час было по-праздничному шумно. Уличные торговцы громогласно продавали последний товар с прилавков, и рачительные хозяйки азартно торговались за каждый дайм. Где-то пел местный ансамбль, видно кто-то справлял день рождения. Закатное весеннее небо окрасилось всеми оттенками оранжевого и пламенеющего красного, а огромный горящий солнечный диск медленно скрывался за опушкой леса. Скоро город затихнет, и будет слышно лишь стрекотание ночных насекомых, а воздух наполнится ароматом магических Фаэльских (название лилий происходит от названия времени суток Сон Фаэля – с полуночи до трех утра – прим. автора) лилий – редких цветов, которые выращивались лишь в паре провинций нашего королевства, и цвели лишь во время властвования Сна Фаэля. А букет таких лилий стоил как дорогой глиммер-кар. Но зато эти цветы сохраняли свежесть долгое время, а когда время их жизни подходило к концу, обращались в чистейший горный хрусталь.

Я подошла к ресторации за пять Искр до назначенного времени. Ресторан считался лучшим в нашем небольшом городке, аристократы и богачи, которых в Саар, время от времени, заносила нелегкая, трапезничали именно здесь.

Я, наверное, могла бы себе позволить здесь отужинать и за свой счет, но такая трата кровно заработанных была бы крайне бессмысленной, а я любила считать себе девушкой разумной, так что сегодняшнее посещение данного заведения было для меня первым. Я на мгновение замерла недалеко от входа, затем расправила плечи и решительно двинулась к гостеприимно освещенному зданию. У двери неусыпно бдел Встречающий – высокий худой мужчина в ливрее, чья работа заключалась в сопровождении угодных гостей. А от неугодных, он заведение защищал, очевидно, собственной грудью. Мое платье было хоть и из хорошей тонкой шерсти, но было простого кроя, и не имело украшений, прическа не потрясала изысканностью, туфли были удобно-разношенными, а дамская сумка не сверкала от самоцветов - отделка сумок полудрагоценными и драгоценными камнями была последним писком моды в столице. Я неизменно ощущала кровожадный интерес при виде тех сумок – представить только, сколько артефактов можно было бы усилить, распотроши я пару таких сумочек! Встречающий смерил меня презрительным взглядом и тут же выпятил впалую грудь вперед – говорила ж, точно грудью защищает. Подавив неуместный смешок, я спокойно посмотрела на мужчину, и сказала:

- Меня ждут. Ларрэни д'Эмфилье назначила встречу ровно посередине Часа Терны, будьте любезны доложить о моем прибытии, – я протянула ему свой идентификатор на простом, но плотном белоснежном картоне, и добавила, — поторопитесь, любезный, будьте добры. Не имею привычки опаздывать на деловые встречи.

Встречающий подавился грубостью, которой собирался меня отвадить от сверкающей чистотой стеклянной двери, и закашлялся. Справившись с собой, он покинул свой пост, но уже через пару Искр, дверь вновь распахнулась, но теперь уже мужчина сиял гостеприимной улыбкой и пророкотал густым басом, что в сочетании с его худобой производил убойное впечатление:

1.2

Я прямо посмотрела в холодные голубые глаза ларрэни, и увидела в них торжество. Да, глупо было верить, что ларрэни Ансель не проговорится о своем «особом амулете» при определенных обстоятельствах. Но и я не лыком шита.

- Если вы думаете меня шантажировать, ларрэни, то подумайте о той информации, что передали мне о вашем брате. Вы выдадите мой секрет – я выдам ваш. Если это все, то благодарю вас за ужин, но время позднее – я вынуждена откланяться, — не глядя в потемневшее от боли лицо моей несостоявшейся нанимательницы, проговорила я, поднимаясь.

- Я оплачу ваше обучение в САМА, — выпалила девушка, а я так замерла на полусогнутых.

- Что? – почти прошептала я, совсем не изящно, плюхаясь обратно на стул.

- Я оплачу Полный круг обучения – все пять Природных Циклов(один Природный цикл или просто Цикл = один год), и даже выкуплю, на ваше имя, разумеется, вашу Лицензию без обязательной практики в два Цикла на благо Эолиара, если не захотите ее отрабатывать. Я знаю, что обучение в САМА откроет вам двери в большой мир! Я даже могу поспособствовать удачному замужеству, в моем окружении – множество благородных и состоятельных ларров и много знакомых достопочтенных дэрров, которые почтут за честь жениться на обученном сильном артефакторе. Знаете же, как ваш дар ценится в нашем Королевстве, — она все сыпала обещаниями, а в моих ушах грохотала кровь, и звучали слова – Полный круг обучения… уже через два Цикла, смогу попробовать создать артефакт поиска.

- Хорошо, — я прервала поток ее сладкой речи, — я согласна. Но, на условиях полной секретности. Опыт с ларрэни Ансель точно научил меня не доверять больше честному слову и простой магической клятве, оказалось, что ее легко обойти. Иначе вы бы не узнали об ее «премилой безделушке», — вернула я колкость ларрэни д'Эмфилье, отчего ее щеки окрасились румянцем.

- Я принесу кровную клятву, — твердо произнесла девушка, — об этом артефакте буду знать лишь я. Даже брату не назову вашего имени. Вы, в свою очередь, тоже поклянетесь никому не рассказывать о проведенной работе и имени заказчика и целевом объекте артефакта.

- Согласна, — помолчав пару минут, ответила я, и заказчица не сдержала облегченного вздоха.

Мы обсудили детали нашего договора, я написала список реагентов, металлов, драгоценных камней, и субстанций, как физических, так и энергетических, необходимых мне от ларра д'Эмфилье.

- Жду вас в День Зелёных Долин в моем магазине, только входите со двора, а не с главной улицы, — напутствовала я девушку, — Вы успеете собрать все необходимое? Нам понадобится вся помощь, которую мы сможем получить. А в этот день Великий Светлый Бог, Эль-Арин, не оставляет своей милостью просящий о его помощи.

- Я успею, — твердо сказала девушка, сжимая побледневшие губы.

- До встречи, когда Мгла Немира полностью вступит в свои права (примерно 11 часов вечера – прим. автора). Не забудьте отправлять мне материалы сразу, по мере того, как будете их находить. Я создам основу артефакта до нашей с вами следующей встречи. Активная Ночь Зеленых Долин – коротка, мы должны успеть замкнуть контур и создать плетение, пока ночное светило не покинет небосвод. Мне нужно будет присутствие вашего брата, это не обычный артефакт – каплей крови и слепком ауры не ограничишься. Мне нужно учитывать поведение магии смерти, и ее колебании от близости артефакта. Я приглашу верного мне человека, он поможет с транспортировкой. Поэтому не забудьте дать брату сильное сонное зелье, действие его должно быть непрерывным минимум в течение двадцати часов – ему нужно быть без сознания, пока артефакт будет сливаться с аурой.

- Я все поняла.

- Хорошо. До скорой встречи.

- До скорой встречи, — эхом отозвалась ларрэни д'Эмфилье.

Глава 2

Следующие дни я совсем забросила магазин, оставив его на Хельгу. А вот Мэла пришлось пустить в мастерскую под очень-очень честное, просто наичестнейшее слово его котейшества, что он не будет совать свою усатую морду, куда не просят. Присутствие фамильяра помогало удерживать магические потоки и стабилизировать их, а самое главное, Мэл, будучи гениальным и очень сильным существом – скрывал те магические потоки от мощных материалов, реагентов, камней которые нельзя было выпускать за пределы мастерской, просто поглощая их. Любые скрывающие приспособления, включая самые совершенные артефакты, могли сбоить и их можно было обойти, а мой фамильяр подчищал все эманации полностью, перерабатывал их, и мог потом подпитывать меня уже моей родной магией без примесей. Еще и урчал от удовольствия, обжора мохнатый. Работа над блокирующим артефактом требовала просто-таки нечеловеческой осторожности и сосредоточенности. Даже создание основы под такую мощь грозило снести взрывом пару кварталов, сделай я хоть одно неловкое движение.

Если бы не осторожный стук Хельги в дверь мастерской примерно раз в пять часов, вырывающий меня из полностью сосредоточенного состояния, я бы даже поесть забывала. Хотя нет, Мэл, хоть в обычной еде не особо нуждался, но поесть любил, так что если не Хельга, так мой обожаемый обжора о еде б напомнил. Но рассиживаться за столом, наслаждаясь трапезой, не было никакой возможности. Время поджимало. Уже завтра, завтра все случится. И значит, что Ветер Цветения (Середина апреля – прим. Автора) я уже встречу в Академии. Как раз успею оформить заявку, подать документы перед новым набором. Неужели так скоро я стану эспаром САМА?! (Эспары – студенты академии САМА – Значение слова - те, кто ищет суть вещей, законов магии, своего дара – прим. Автора). Даже не верится.

В День Зеленых Долин я проснулась засветло, после пары часов тревожного сна на кушетке в мастерской. Я слишком нервничала, чтобы спать. Быстро приняв душ, оделась, и пока расчесывала подсушенные магией рыжие волосы, и заплетала их в простую косу, пыталась одновременно запихнуть в себя бутерброд: копченая буженина, сыр, овощи на моем любимом темном хлебе, что пекла Хельга. И, конечно, подавилась.

- Лана, - укоризненно проговорила Хельга, подавая мне чашку с бодрящим отваром, чтобы помочь мне протолкнуть злосчастный хлеб в пищевод, - осторожнее. Ты ведь понимаешь, что мир не упадет на землю, если ты спокойно поешь?

Я лишь отмахнулась, продолжая возню с волосами. Моя подруга лишь вздохнула, и усадила меня лицом к зеркалу и принялась переплетать неряшливую косу. Я смотрела на свое отражение, удивляясь, что за пару дней, моя и так бледная кожа приобрела какой-то сероватый оттенок – очевидно, от недосыпа. И зеленые глаза, горящие лихорадочным возбуждением, в сочетании с темными кругами, расцветшими под глазами, делали меня похожей на свежевосставшего лича.

После короткого утреннего ритуала, я вернулась к работе. Состояние было взбудораженное, нервы на пределе, но, несмотря на усталость и нервное напряжение, мыслила я, как никогда, ясно. Конечно, помогала подпитка Мэла. Только бы все прошло, как надо! Я впервые создавала блокирующий артефакт высшего порядка, и хоть с теорией была знакома, как и с плетениями, и работой с материалами, все же волновалась. Очень. Скорее всего, после того как все кончится, я попаду под мощный откат и проведу пару дней в постели. Но оно того стоило.

2.1

Я успела создать основу. И только Мгла Немира вступила в свои права, в заднюю дверь тихо постучали, встрепенувшись, я поспешила на стук. Я открыла дверь и увидела – ничего. Я молча посторонилась. Закрыв дверь, я обернулась, и передо мной, сбросив полог невидимости, уже стояла ларрэни д'Эмфилье. Вернее, я увидела тонкую женскую фигуру в дорогом платье, чье лицо было скрыто густой вуалью. Позади нее возвыщался Жак, мой доверенный человек – муж Хельги, они оба были связаны со мной кровной клятвой верности, и пользовались моим безграничным доверием. На крепких руках мужчины лежал спящий юноша. На его лице была маска, скрывающая лицо. Для меня это значения не имело, я бы сразу узнала его по ауре и магии, если бы нам довелось встретиться еще раз, но осторожность ларрэни мне понравилась.

Я пошла вперед, приглашая их следовать за мной. Мы прошли в мастерскую, где все уже было подготовлено для обряда. В середине комнаты стоял алтарь, для принесения даров, на котором сейчас покоился будущий Блокирующий артефакт, наполняясь магией великого дня. Рядом с алтарем стоял мой рабочий стол, сейчас, впервые за последние годы, он был девственно чист. Я положила небольшую подушку и указала Жаку на стол. Он бережно положил юношу на стол. Ларрэни стояла, выпрямив спину до хруста, и хоть я и не видела ее лица, мне казалось, что она не сводит напряженного взгляда с алтаря.

- Жак, спасибо, оставь нас, пожалуйста, — отпустила я помощника. Он коротко поклонился, и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

- Ларрэни, — обратилась я к девушке, — у нас не так много времени, поэтому я предлагаю покончить с формальностями, чтобы я могла приступить к работе.

Она кивнула и откинула вуаль с белого, словно редчайший люмий (Чистейший люмий может растворять чары любой природы – прим. Автора), лица. Кажется, ларрэни д'Эмфилье нервничала еще сильнее меня, и сейчас держалась на чистом упрямстве.

Сначала мы обе проставили магические печати на документах, удостоверяющих причитающуюся мне оплату и обязанности сторон. Осталось принести кровную магическую клятву и можно приступать к обряду с артефактом.

Юноша оставался в состоянии глубокого забытья. Лишь магические потоки выдавали борьбу, беспрерывно происходящую в его худом, немного нескладном теле. Кожа была бледной, под веками подрагивали зрачки, будто он видел какой-то тревожный сон.

Артефакт был готов — медальон из сплава бронзы и серебра, покрытый редкой алмазной крошкой, добытой в долинах Т'Карара, земель великих драконов, что усиливала плетения в разы, с вкраплением праха из Долины Ясеней из земель Рагмура, где обитали воинственные тролли, и каплей чистого эфира, который создали Темные Фейри Нуарвельда.

Я вошла в подготовленный заранее рунический круг, прихватит ритуальный нож - шайар, чёрную ленту и пустую чашу для крови.

Ларрэни д’Эмфилье вошла в круг молча. Лицо у неё было спокойное, только едва заметная дрожь выдавала напряжение. Я взглянула ей в глаза. Ни страха, ни сомнений — лишь решимость.

Мэл спрыгнул со стеллажа, прошёл по полу, очертил хвостом восьмёрку и устроился между нами. Это был знак: можно начинать.

— Готова? — спросила я.

— Да, — ответила она. Голос не дрогнул.

Я подала ей шайар. Она надрезала ладонь, передала его мне и я повторила ее движение — кровь закапала в чашу, смешиваясь и напитываясь силой.

Я подняла ритуальную ленту, она скользнула по нашим рукам, связывая левые ладони вместе.

— Повторяйте за мной, — сказала я, — спокойно и чётко.

Она кивнула.

— Я, Ларрэни д’Эмфилье, клянусь своей кровью и жизнью,
— Я, Ларрэни д’Эмфилье, клянусь своей кровью и жизнью,
— не называть имени той, кто создала артефакт,
— не называть имени той, кто создала артефакт,
— ни словом, ни намёком, ни шёпотом — ни во сне, ни наяву.
— ни словом, ни намёком, ни шёпотом — ни во сне, ни наяву.
— Пока артефакт цел — клятва держится.
— Пока артефакт цел — клятва держится.
— Нарушу — пусть кровь моя обратится в пепел.
— Нарушу — пусть кровь моя обратится в пепел.

Мэл слегка поводил ушами. В воздухе сгустилась магия — плотная, как пар над кипящей водой.

— Теперь моя очередь, — сказала я.

— Повторяйте, — кивнула она.

— Я, Лана Корн, клянусь своей кровью и жизнью,
— Я, Лана Корн, клянусь своей кровью и жизнью,
— не называть имени заказчика и носителя артефакта,
— не называть имени заказчика и носителя артефакта,
— ни словом, ни взглядом, ни в слабости, ни в силе.
— ни словом, ни взглядом, ни в слабости, ни в силе.
— Пока артефакт цел — клятва держится.
— Пока артефакт цел — клятва держится.
— Нарушу — пусть мои руки утратят доступ к магии.
— Нарушу — пусть мои руки утратят доступ к магии.

Белый огонь вспыхнул в чаше, и наша смешанная кровь зашипела, испаряясь, оставляя на аурах одинаковую метку клятвы.

2.2

Пришло время для самого ритуала. Убрала ненужные уже атрибуты для принесения кровной клятвы. Подошла к юноше и неторопливо просканировала его магические каналы, не пропуская ни керна (1 керн = 1 мм, прим. автора). Сделала детальный слепок ауры, удерживая внимание, перенесла слепок к алтарю, и, вливая силу по капле, концентрируясь на потоках магии смерти, постепенно вплавляла слепок в артефакт. Артефакт наливался обсидианово-черным светом, лишь алмазная крошка блестела в свете магических светильников. Так, теперь кровь – я взяла шайар, который уже самоочистился после предыдущего ритуала – и ткнула ларра в указательный палец, несколько капель крови собрались на кончике ножа, я спокойно перенесла кровь к алтарю, и осторожно влила каждую каплю в артефакт. Он окрасился красным на мгновение, и вновь почернел.

Почти все. Я взяла еще одну каплю крови у ларра, и быстро, но вдумчиво добавляла ингредиенты в ритуальную чашу и бормотала:

«Капля крови получателя — двойственная суть.

Срез живого корня мир-цвета — символ зарождающейся жизни.

Пепел теневого мха — знак отмирания и забвения.

Нить из шерсти Мэла, освящённая на рассвете – канал стабилизации.

Пыль лепестков анариэлы — для усиления плетения.

Кристалл светокрови —сокрытие от всякого ока и магии»

Мэл подошёл к юноше, ткнулся лбом в его грудь. Я опустила артефакт в ритуальную чашу и произнесла активационное заклятье - «Ai’nira ellar ven solari, ai’nira vorn sha’mar.»
(Да будет сокрыта сущность сия, да падёт завеса на тьму его.)

Последний штрих - приложила артефакт к груди ларра – и он исчез. Я следила за тем, как его энергетическая сигнатура растворяется и распространяется по каналам юноши, запирая темную энергию смерти, скрывая ее, не давая ей прорваться. Все, артефакт слился с его аурой, полностью. Вернее, сольется примерно через десять-пятнадцать пламён(одно пламя=1 час - прим. автора) . Тогда его ни одна проверка не обнаружит. Разве что камень Лаэрии сорвет блокировку, но ларрэни заверила меня, что найдет способ обойти подобную проверку, если будет необходимость – так что артефакт должен быть в порядке.

— Всё, — тихо сказала я, еще не веря, что провела свой первый блокирующий обряд, причем успешно. И тайно. И незаконно. — Завершено. Он будет жить, и сможет развивать основной дар Огня. С магией жизни я бы была осторожна. Ее усиление может спровоцировать всплеск конфликтующего дара.

Ларрэни лишь кивнула, не сводя глаз с уже спокойно спящего брата, в голубых глазах застыли слезы. Я не спрашивала, о чём она думает. Это уже не моё дело.

Мэл снова забрался на кушетку и улёгся, как будто всё происходившее — лишь ещё один рабочий вечер.

Я начала убирать инструменты. Ночь Зеленых Долин почти завершилась, нужно успеть убрать все следы использования запретной магии, пока меня не накрыл откат.

Глава 3

Я раньше никогда не бывала в Элиантаре, столице нашего Королевства. Только слушала истории о дворцовых интригах и пышных балах старого Бромса – моего учителя артефакторики. Жаль, что он ушел следом за моими родителями, по нему я тосковала ничуть не меньше, чем по родственникам. Он бы сейчас мной гордился. Мысленно, я перенеслась на три недели назад, когда читала-перечитывала и никак не могла поверить в то, что вижу перед собой официальное письмо из САМА с подтверждением моего зачисления на Первую ступень обучения Факультета Артефакторики.

- Мэл, — прошептала я, — ущипни меня, я хочу проверить то, что это не сон.

И это вредная скотина взяла и укусила меня за лодыжку. Взвыв, я уронила письмо и еще пять минут бегала по всему дому за ухмыляющейся наглой мордой. И только угроза быть посаженным на диету, заставила его котейшество признать собственные ошибки.

Ларрэни д'Эмфилье быстро выполнила свои обязательства, оплатив все пять циклов моего обучения вперед. Я порхала по дому, собирая вещи, и свои, и котейшества. Сделала, насколько хватило времени, большой запас артефактов на продажу, и зарядила накопители для зарядки артефактов. Должно хватить до середины цикла – летнего двухнедельного перерыва в учебе, тогда я вернусь домой и пополню запасы. Хельга, хоть и рада была за меня, но все же прятала красные от слез глаза, да и Жак выглядел непривычно подавленным. Я тоже буду по ним скучать, но я смотрела в будущее с оптимизмом и надеждой, и не могла дождаться начала учебы.

И вот теперь, после длительного, и оттого утомительного перехода порталами, я стояла в центре Элиантара, и с любопытством оглядывалась по сторонам. Рядом пыхтел какой-то парень, пристраивая свои тяжелые сумки, которые все норовили завалиться и упасть на землю, утягивая незадачливого путешественника за собой. Я придержала его хлипкую конструкцию с одной стороны, заслужив благодарную улыбку. Но как же все-таки хорошо быть талантливым артефактором – хоть я и не владела техникой построения пространственного кармана с помощью чистой магии – я создала артефакт, обладающий подобным функционалом, и вуаля – все вещи уместились в медальон, уютно устроившийся под дорожным костюмом. Поэтому я могла по-настоящему насладиться своим первым посещением столицы.

- Спасибо, — отдуваясь, проговорил мой сосед, чьи сумки я по-прежнему придерживала, — ты местная?

- Нет, — ответила я, даже не заметив фамильярного обращения, — я сегодня впервые в столице. Я эспар Первой ступени САМА, — с удовольствием поделилась я этим фактом с незнакомцем.

- Правда?! – он смешно вытаращил на меня глаза, отчего стал похож на удивленного совенка, — я тоже направляюсь туда, и тоже эспар Первой ступени. На каком ты факультете?

- Артефакторика, а ты? - Ответила я, приглядываясь к будущему коллеге-эспару. Он был немного выше меня, примерно тейр и три лира (1 тейр=1метр, 1 лир=25 см – прим. автора), худой, длинные руки, и ноги, огненно-рыжие волосы, зеленовато-карие глаза, молочно-белая кожа, покрытая милыми веснушками.

- Я стихийник – специализация – огонь, — с гордостью ответил он, — у тебя один дар, или есть вспомогательный? У меня еще есть способности к стихии ветра, но очень слабые.

- У меня только один дар, — покачала я головой, — но мне и его хватает.

- Глиммер - кар вызывали? – прервал наш разговор потусторонний голос. Мы синхронно повернули головы, и увидели парящую в воздухе повозку, сотканную из эфириальных и энергетических нитей, сверкающих в солнечном свете, под управлением духа-извозчика. Это был премиальный способ передвижения в столице. Глиммер – кары перемещались на большие расстояния почти мгновенно, и могли увеличиваться в размере для вмещения до 20 человек(существ) одновременно, и были способны перевозить до четырех анкаров(1 анкар = 500кг – прим. автора) грузов. А коллега-то мой не бедствует похоже.

- Да, — оживился парень, — помогите загрузить мой багаж, — пока дух левитировал сумки в кар, юноша спросил - хочешь, поедем в Академию вместе?

- Спасибо, но у меня еще есть дела, — жизнерадостно отозвалась я, — сама доберусь чуть позже.

- Давай хоть багаж твой заберу, — он начал оглядываться, — а где твой багаж? – обескуражено спросил он.

- Здесь, — я продемонстрировала амулет.

- Ооооо, — протянул тот, разглядывая артефакт, — артефакт типа пространственный карман, впечатляет!

- Сама собрала, — похвасталась я, не удержавшись, и удостоилась восхищенного и одновременно неверящего взгляда.

- Багаж загружен. Можем отправляться, — бесстрастно проговорил дух, занимая свое место и опуская кар, чтобы юноше было удобнее забраться на борт.

- До встречи, — я помахала новому знакомому рукой. Через мгновение глиммер – кар поднялся в воздух и словно растворился в солнечных лучах, оставляя после себя лишь легкий светящийся след, медленно опадающий сотнями сверкающих искорок на мостовую.