Тени забытых королей - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Ольвия Филин (самиздат)

1 часть Пробуждение Теней Глава 1: Пепел и Серебро

Долина Гленхолла утопала в тумане. Утреннее солнце, словно робкий гость, пробивалось сквозь пелену, окрашивая крыши домов в бледное золото. Эйдан стоял на краю кузницы, вдыхая запах раскаленного железа и сосновой смолы. Его руки, покрытые шрамами от искр, привычно сжимали молот. Каждый удар по наковальне отзывался эхом в тишине — словно сама земля стучала в ответ.

Гленхолл был местом, где время текло медленнее реки Эльрин. Здесь знали каждого: старую Марту, торгующую травами; Гаррика, кузнеца с лицом, похожим на потрескавшийся камень; Лиру... Ее имя Эйдан повторял про себя, как молитву. Она приходила каждое утро за гвоздями для отцовского амбара, и ее смех, звонкий, как весенний ручей, заставлял его сердце биться чаще. Но сегодня ее не было.

— Снова витаешь в облаках? — Гаррик хлопнул его по плечу, оставив на рубахе сажевый отпечаток. — Подковы для лорда Даррена к полудню. И чтоб узоры были, как в прошлый раз.

Эйдан кивнул, пряча взгляд. Лорд Даррен, правитель Аркании, требовал совершенства даже в мелочах. Его герб — перекрещенные мечи на фоне пылающей звезды — красовался на каждом заказе. Говорили, что в его жилах течет кровь древних магов, тех, что когда-то заточили Тьму в Бездну. Но это были сказки. В Гленхолле верили только в то, что можно потрогать.

К полудню туман рассеялся, открыв тревожные детали: следы копыт на грязной дороге, обрывки черного шелка на колючем кусте. Чужие кони. Чужие цвета. Эйдан замер, вглядываясь в лесную опушку. Там, среди теней, стояли трое. Плащи цвета воронова крыла, лица, скрытые капюшонами. Они молча наблюдали за деревней, и в их позах была мертвая неподвижность стражей из легенд.

— Ищешь неприятностей? — Гаррик вырвал молот из его рук. — Это люди Ордена. Не встречайся с ними взглядом.

Орден Света. Хранители Равновесия. Те, кто следил, чтобы древние проклятия не вырвались из забытых склепов. Их редко видели в долинах — только в старых книгах и страшных сказках.

Ночью Эйдан проснулся от крика. Нечеловеческого, словно рвущего саму ткань ночи. Он выбежал на улицу и увидел: Гленхолл пылал. Пламя лизало стены домов, вырываясь из окон, как демоны из преисподней. На площади, где еще вчера танцевали на празднике Урожая, теперь стояли всадники в черном. Их мечи сверкали алым — не от огня, а от крови.

— Наследник... — шепот пронесся по ветру, обжигая ледяным дыханием.

Эйдан побежал. Ноги сами понесли его к лесу, к пещере за рекой, где в детстве они с Лирой прятались от дождя. Камни резали босые ступни, но боль терялась в грохоте сердца. Он споткнулся о корень, упал, и тогда увидел его — клинок, торчащий из груды камней. Лезвие, черное, как ночь без звезд, испещренное серебристыми рунами. Они светились, словно отвечая на зов крови.

— Возьми меня, — голос прозвучал не снаружи, а внутри, заполнив разум гулом тысячелетий. — Я ждал тебя, Вальтар.

Руна на рукояти вспыхнула, и Эйдан узнал ее. Тот же символ был вышит на знамени лорда Даррена. Тот же символ он видел сегодня на плащах Ордена.

Из леса донесся конский топот. Эйдан схватил клинок, и мир перевернулся. Руны ожили, вплетаясь в его мысли, как корни в землю. Он чувствовал тьму под ногами, слышал шепот забытых богов, видел...

— Беги,— приказал клинок, и его голос был полон боли. — Они близко.

Когда Эйдан выбрался на противоположный берег, деревни уже не существовало. Только столб дыма, поднимающийся к луне, как жертвенный дар. Лира... Гаррик... Даже слез не осталось. Только клинок в дрожащих руках и слова, выжженные в памяти:

— Ты — последний. Ты — ключ.

Глава 2: Шёпот Бездны

Эйдан шел три дня. Лес, некогда полный птичьих трелей и шепота листвы, теперь молчал. Даже ветер боялся нарушить тишину, затаившись между соснами. Клинок на спине жгёл кожу, словно напоминая: Ты несешь не оружие — ты несешь судьбу.

На четвертое утро он вышел к руинам. Каменные арки, поросшие плющом, тянулись к небу, как пальцы скелета. Здесь когда-то был храм — об этом говорили полустертые фрески на стенах. Боги в пламенных венцах, люди, склонившие колени, и между ними... существо. Его фигура была выбита так, будто каменотес старался стереть память о нем. Голова зверя, крылья дракона, когти, впивающиеся в землю.

— Тенегрыз, — голос клинка прозвучал в голове Эйдана, заставив его вздрогнуть. — Первый из детей Бездны. Тот, кто начал Войну Разлома.

— Почему ты показываешь мне это? — Эйдан коснулся холодного камня.

— Чтобы ты понял, с чем столкнулся. Орден не просто хочет тебя убить. Они хотят стереть правду.

Правда. Это слово жгло сильнее клинка. Эйдан повернулся, услышав шорох. Из тени вышла женщина. Ее плащ был сшит из ночи — черный, усыпанный серебряными звездами. Волосы цвета пепла, глаза — два лезвия.

— Ты опоздал, Вальтар, — сказала она. Голос звучал как скрежет стали. — Они уже здесь.

Эйдан выхватил клинок. Руны вспыхнули синим пламенем.

— Кто вы?

— Сигрид. Последняя из Хранителей Правды. — Она подняла руку, и между пальцами заплясали искры. — Орден уничтожил мой род, как уничтожил твой. Теперь они придут за нами обоими.

Из-за камней вышли трое. Все в черных плащах, все с мечами, на эфесах которых красовался знак Ордена — пылающая звезда.

— Отдай клинок, — произнес один из них. Его лицо было скрыто маской из полированной стали. — И мы позволим тебе умереть быстро.

Эйдан почувствовал, как тьма внутри клинка шевелится, как зверь на цепи. Дай мне войти, — прошептала она. Я защищу тебя.

— Нет! — выдохнул он, сжимая рукоять до боли.

Сигрид шагнула вперед. Ее посох ударил о землю, и каменная плита под ногами солдат треснула.

— Беги, — бросила она Эйдану. — Храм Аэлиона. Там ты найдешь ответы.

Он побежал, не оглядываясь. Крики, звон стали, грохот магии — всё смешалось в оглушающий рев. Лишь когда лес поглотил его, он позволил себе остановиться. Рука, державшая клинок, дрожала. На ладони горела руна — та самая, что была на лезвии.

— Что ты со мной делаешь? — прошептал он.

Клинок ответил воспоминанием.

...Лорд Даррен стоит на башне, его плащ развевается на ветру. Перед ним — юноша с лицом Эйдана, но глазами старика. "Ты предал нас, отец", — говорит юноша. Меч в его руках — тот самый черный клинок. Лорд смеется: "Я спасаю мир от вас".

Эйдан упал на колени. Видение исчезло, но боль осталась — чужая боль, вплетенная в его душу.

— Ты не первый, — сказал голос.

Он поднял голову. На камне сидела девушка. Ее кожа отливала перламутром, волосы были белыми, как снег в лунную ночь. На плече сидела сова с глазами цвета янтаря.

— Меня зовут Лирания, — она улыбнулась, и Эйдан понял — это не человек. Ничто живое не может так светиться изнутри. — Я — дух этого леса. Ты носишь Клинок Падшего. Он помнит всё. Даже то, что мир старается забыть.

— Падшего?

— Ардина Вальтара. Твоего предка. Того, кто открыл врата Бездны. — Она коснулась руны на его ладони. — Орден солгал. Это не они остановили Тьму. Это Вальтары пожертвовали собой, чтобы запечатать ее. А теперь... — Ее голос сорвался. — Теперь Разлом снова открывается. И только ты можешь его закрыть.

Эйдан сжал руку в кулак. Где-то вдали завыл ветер — долго, тоскливо, как плач потерянной души.

— Почему я?

— Потому что ты последний, кто помнит правду, — сова взмахнула крыльями, поднимаясь в воздух. — И потому что ты ненавидишь их достаточно, чтобы сражаться.

Когда она исчезла, Эйдан посмотрел на клинок. Руны светились ровным светом, и теперь он видел — это не просто символы. Это письмена. Приговор.

"Мы, осужденные за жертву, будем ждать тебя в Тени."

Глава 3: Камни Памяти

Храм Аэлиона возвышался на краю пропасти, где скалы обрывались в бездонную пустоту. Его стены, высеченные из черного базальта, были покрыты трещинами, словно время пыталось стереть память о тех, кто здесь молился. Эйдан стоял у подножия лестницы, ведущей к вратам, и смотрел на резные арки, украшенные ликами забытых богов. Их глаза, некогда инкрустированные самоцветами, теперь были пусты.

— Здесь началось всё, — прошептал клинок. — И здесь ты найдешь конец.

Эйдан сглотнул. Воздух пахнул грозой и пеплом, а где-то в глубине храма звучал гул — низкий, настойчивый, будто сердцебиение спящего гиганта. Он сделал шаг вперед, и камень под ногой засветился синим. Руны. Они вспыхивали одна за другой, рисуя путь сквозь полумрак.

Внутри храм был еще грандиознее. Колонны, уходящие ввысь, поддерживали купол, расписанный фресками. Эйдан замер, вглядываясь в изображения: армии людей и существ с крыльями сражались против теней, рвущихся из разлома в земле. В центре битвы — фигура с черным клинком. Ардин Вальтар. Его лицо было искажено яростью, а вокруг него плясали всполохи магии, похожие на молнии.

— Он не герой, — голос клинка дрогнул. — Он был одержим.

— Как и ты? — спросил Эйдан, касаясь руны на своей ладони.

Клинок не ответил.

Эйдан двинулся дальше, пока не уперся в стену, испещренную текстами на древнем языке. Символы светились тускло, как угасающие звезды. Он протянул руку, и в тот же миг стена сдвинулась, открывая проход в подземелье. Холодный ветер, пахнущий сыростью и железом, ударил ему в лицо.

Лестница вела вниз, туда, где тьма сгущалась до физической тяжести. Эйдан зажег факел, содранный со стены, и огонь вспыхнул неестественно ярко, окрашивая стены в кровавые оттенки. На стенах — следы когтей. Глубокие, словно их оставил зверь размером с дом.

— Тенегрыз, — предупредил клинок. — Его дети всё еще бродят здесь.

Эйдан сжал рукоять. Он уже хотел повернуть назад, когда услышал скрежет камня. Из тени выползло нечто. Тело, словно слепленное из тьмы и обломков скал, шесть лап с когтями, как кинжалы, и пасть, усеянная кристаллами вместо зубов. Глаз у него не было — только пустые впадины, светящиеся зеленым.

— Страж, — прошипел клинок. — Он не позволит тебе пройти.

Чудовище рыкнуло, и звук ударил Эйдана в грудь, как молот. Он отскочил, едва избежав удара когтями, и взмахнул клинком. Руны вспыхнули, и лезвие разрезало воздух с шипением, оставляя за собой светящийся шлейф. Тварь взвыла, когда клинок вонзился в ее плечо, но не отступила.

— Сердце! — крикнул клинок. — Бей в сердце!

Эйдан едва увернулся от нового удара. Сердце... Но где оно? Существо было грудой камней и тьмы. Тогда он заметил — в центре груди мерцал зеленый кристалл, пульсирующий в такт гулу храма.

Он прыгнул вперед, клинок занесен над головой. Кристалл треснул от удара, и тварь рассыпалась в прах, оставив после себя лишь звон в ушах и запах гари.

— Ты учишься, — сказал клинок, и в его голосе прозвучало подобие гордости.

Эйдан тяжело дышал, опираясь на колено. Рука дрожала, а в груди горело. Он поднял взгляд и увидел его — саркофаг из черного мрамора в центре зала. На крышке была высечена фигура воина с клинком. Не Ардина. Другого.

— Моего первого носителя, — клинок зазвучал тише. — Элиона Вальтара. Того, кто запечатал Разлом.

Эйдан приблизился. Надпись на саркофаге гласила: «Правда — острие, рассекающее ложь. Даже если мир предпочтет тьму».

— Почему они ненавидят нас? — спросил Эйдан, проводя пальцем по буквам.

— Потому что мы напоминаем им о цене их спасения, — ответил клинок. — Ардин... он не был злодеем. Он хотел уничтожить Тьму, слившись с ней. Но она съела его разум. Орден стер историю, чтобы никто не повторил его путь.

Эйдан закрыл глаза. В голове всплыли обрывки видений: крики, пламя, клинок, рассекающий друзей и врагов. Его клинок.

— Что я должен сделать? — его голос дрожал.

— Найти Ядро Разлома, — прошептал клинок. — Там, где Ардин пал. И выбрать: уничтожить Тьму... или овладеть ею.

Снаружи донесся грохот. Эйдан обернулся. На ступенях храма стояли трое в плащах с пылающими звездами. Лицо предводителя было скрыто маской, но в руках он держал меч, от которого стыла кровь в жилах.

— Беги, — клинок стал ледяным. — Это не солдаты. Это Палачи Ордена.

Эйдан рванул в боковой проход, едва уклоняясь от удара, который расколол камень у его ног. Палачи шли за ним, безмолвные, как смерть. Он бежал, петляя между колонн, пока не наткнулся на стену с барельефом — карта, испещренная рунами.

— Запечатанные Врата, — клинок коснулся точки на карте. — Там Ядро. Но чтобы открыть путь... тебе понадобится кровь Вальтара.

Эйдан прижал окровавленную ладонь к камню. Стена вздрогнула, и проход открылся, поглотив его тьмой.

Позади остался храм, палачи и шепот клинка:

— Теперь ты часть игры, Эйдан. И ставка в ней — весь мир.

Глава 4: Слезы Элиона

Подземелье дышало. Каждый камень, каждый изгиб сводов словно пульсировал в такт невидимому сердцу. Эйдан шел, прижимаясь спиной к стене, где руны светились тусклым синим — единственным ориентиром в кромешной тьме. Воздух был густым, словно его соткали из праха веков. Клинок на его поясе жужжал, как встревоженная оса, а руна на ладони горела, словно уголь.

— Здесь, — прошептал клинок. — Он ждет.

«Он» оказался залом, застывшим во времени. В центре, на пьедестале из черного кварца, стояла статуя. Воин в доспехах, чьи черты были стерты веками, держал в руках меч — точную копию клинка Эйдана. У ног воина лежал скелет в одеждах, расшитых знаком Вальтаров. В костлявых пальцах — свиток, обернутый в кожу дракона.

Эйдан приблизился, и статуя повернула голову. Пустые глазницы вспыхнули голубым пламенем.

— Кровь Вальтара, — прогремел голос, заставив дрогнуть своды. — Или уйди.

Клинок впился в ладонь Эйдана, словно жаждая боли. Капля крови упала на пьедестал, и камень ожил — трещины затянулись, а статуя подняла меч, указывая на стену. Камни раздвинулись, открывая проход в пещеру, где висело… сердце.

Оно парило в воздухе, огромное, как луна, черное и мерцающее. От него расходились трещины, словно паутина, уходя в каменные стены. Каждая пульсация заставляла Эйдана содрогнуться — будто сама земля стонала под тяжестью зла.

— Ядро Разлома, — клинок дрожал. — Ардин пытался уничтожить его. Но он стал его частью.

Эйдан шагнул вперед, и тогда увидел их. Фигуры, застывшие в тенях. Люди в плащах с пылающими звездами, маги с посохами, даже дети — все с пустыми лицами и глазами, полными тьмы. Призраки тех, кого поглотил Разлом.

— Они — зеркало твоего выбора, — статуя говорила голосом Элиона. — Уничтожь Ядро — и умри, как герой. Возьми его силу — и стань новым Ардином.

За спиной Эйдана раздались шаги. Палачи Ордена вошли в зал, их мечи жаждали крови. Предводитель снял маску, и Эйдан узнал лицо — лорд Даррен. Его кожа была покрыта рунами, как у мертвеца из склепа.

— Сын предателя, — Даррен улыбнулся. — Ты принес мне ключ.

Клинок взвыл:

— Он использует тебя! Его душа продана Тьме!

Эйдан отпрыгнул, но было поздно. Даррен взмахнул рукой, и невидимые цепи сдавили его тело.

— Ты думал, Орден хочет уничтожить Тьму? — Даррен подошел к Ядру, касаясь его пальцами. — Мы хотим управлять ею. А твоя кровь… — Он посмотрел на Эйдана с голодом. — Она откроет врата.

Эйдан почувствовал, как клинок в его руке оживает. Руны вспыхнули алым, и цепи разорвались.

— Теперь! — закричал клинок.

Эйдан вонзил лезвие в Ядро. Мир взорвался светом.

Он очнулся в пещере, где не было ни Палачей, ни Ядра. Только статуя Элиона, держащая теперь его клинок. На земле лежал свиток из драконьей кожи. Последние слова Ардина:

«Прости меня. Я не смог убить ту часть себя, что жаждала силы.»

Клинок молчал. Но Эйдан знал — игра только началась.

Глава 5: Отголоски Безмолвия

После разрушения Ядра мир затаил дыхание. Небо над пещерой почернело, будто его залили чернилами, а воздух наполнился тишиной — густой, давящей, как предсмертный хрип. Эйдан стоял на коленях, сжимая клинок, чьи руны теперь светились не синим, а кроваво-алым. Его ладонь, где раньше горела руна, была покрыта трещинами, словно кожа превращалась в высохшую глину.

— Что ты наделал? — голос клинка звучал чужим, искаженным. — Ты не уничтожил Ядро… ты освободил его.

Эйдан поднял голову. Пещера, где минуту назад пылало сердце Разлома, теперь была пуста. Но в камнях зияли трещины, из которых сочился туман — черный, живой. Он обвивал ноги, цеплялся за одежду, шепча на языке, который Эйдан не понимал, но чувствовал.

— Где Даррен? — прошептал он, вставая.

— Мертв. Или стал чем-то большим, — клинок дрожал. — Ты разорвал печать. Теперь Бездна будет искать новые жертвы.

Эйдан вышел из пещеры. Лес, некогда полный шепота листьев, замер. Деревья стояли голые, будто зима выжгла их за мгновение. Ветра не было. Даже земля под ногами казалась безжизненной, как пепел.

Он шел часами, пока не наткнулся на деревню. Вернее, на то, что от нее осталось. Дома были раздавлены, словно гигантская рука смяла их в комок. Между обломками валялись тела — не расчлененные, а… пустые. Кожа серой пергаментной бумаги, глаза выжжены дотла.

— Они отдали души Бездне, — клинок говорил тихо, будто боялся, что его услышат. — Это начало.

Эйдан присел у колодца, чтобы напиться, но вода в нем была черной и густой, как смола. Он отшвырнул ведро, и оно разбилось о камень с хрустом костей.

— Эйдан Вальтар.

Он обернулся. На краю деревни стояла женщина в плаще из перьев ворона. Ее лицо скрывал капюшон, но даже в тени горели глаза — один золотой, как солнце, другой серебряный, как луна. За ее спиной вился дым, принимая формы зверей и чудовищ.

— Ты разбудил Спящего, — ее голос звенел, как колокол над могилой. — И теперь Бездна идет за тобой.

— Кто вы? — Эйдан вскинул клинок, но рука дрожала.

— Сильра. Последняя из Древних Стражей. — Она сбросила капюшон, открыв лицо, покрытое татуировками в виде созвездий. — Ты думал, что Вальтары — единственные, кто помнит правду? Мы наблюдали. Ждали. И теперь пришло время платить за ошибку Ардина.

— Я не он, — прошипел Эйдан.

— Нет. Ты хуже. — Сильра подняла руку, и дым вокруг нее сгустился в фигуру дракона с глазами из черных звезд. — Ардин хотел власти. Ты же уничтожил последний щит. Теперь Тенегрыз пробудится. И его дети уже идут.

Земля затряслась. Из леса вырвался рёв, от которого Эйдан упал на колени. Деревья ломались, как тростинки, а из-за горизонта выползло оно. Существо, выше башен, с кожей из сплавленной стали и пастью, из которой капала тьма. Его когти оставляли на земле трещины, и каждая из них дышала черным туманом.

— Дитя Тенегрыза,— клинок завыл. — Беги!

Но Эйдан не сдвинулся с места. Он чувствовал, как ярость поднимается из глубин — не его, а клинка. Ардин… Его предок… Его проклятие. Руны на лезвии вспыхнули, и трещины на руке Эйдана ожили, поползли вверх по руке, как корни.

— Отдайся мне, — прошептал клинок. — И я дам силу остановить его.

Эйдан зарычал, вонзив клинок в землю. Руна на ладони взорвалась светом, и волна энергии ударила в чудовище, отбросив его на сотню шагов.

— Не стану тобой, — прошептал он. — Никогда.

Сильра наблюдала, не двигаясь. Ее дымовой дракон рассыпался, и в глазах Стражницы мелькнуло что-то вроде уважения.

— Ты сильнее, чем кажешься, — сказала она. — Но силы недостаточно. Тебе нужны союзники.

— Почему вы не остановили это раньше? — Эйдан вырвал клинок из земли.

— Потому что мы — не герои. Мы — зеркало. — Она указала на небо, где начали вспыхивать зеленые звезды. — Иди на север. Там, где пал Элион, ты найдешь Круг Изгнанников. Они помогут… если ты выживешь.

Чудовище поднялось, и его рёв сотряс землю. Эйдан повернулся к нему, клинок в руке, трещины на коже пульсирующие.

— Ты уверен? — спросил клинок.

— Нет, — ответил Эйдан. — Но это не важно.

Он бросился в бой, и мир взорвался тенями и светом.

Глава 6: Кровь и Звезды

Путь на север был отмечен следами Бездны. Реки текли вспять, небо мерцало ядовито-зелеными сполохами, а деревья скрючивались, словно в предсмертной агонии. Эйдан шел, не останавливаясь, чувствуя, как трещины на его руке пульсируют в такт шагам. Клинок молчал, но его присутствие стало тяжелее — будто дух Ардина притаился в каждом отблеске лезвия.

Сильра сказала идти к Горам Скорби. Там, за перевалом Вечного Ветра, лежал Разбитый Алтарь — место, где Элион Вальтар в последний раз вдохнул воздух этого мира. Эйдан вспомнил слова из свитка: «Мы, осужденные за жертву, будем ждать тебя в Тени». Круг Изгнанников. Те, кого Орден объявил еретиками. Те, кто помнил.

На третий день пути он наткнулся на караван. Повозки, обтянутые шкурами мамонтов, костры из синих языков пламени, и люди… если их можно было назвать людьми. Их кожа была покрыта чешуей, глаза светились, как угли, а вместо пальцев — когти, вьющиеся, как корни.

— Вальтар, — произнесла женщина, выйдя вперед. Ее голос звучал, как скрип льда под ногами. — Мы видели твой след в звездах.

— Вы… Круг Изгнанников? — Эйдан сжал рукоять клинка, но не выхватил его.

— Нет. Мы — Дети Бездны, — она улыбнулась, обнажив зубы-шипы. — И мы пришли за твоей кровью.

Караван ожил. Люди-тени бросились к нему, их когти свистели в воздухе. Эйдан взмахнул клинком, и руны вспыхнули, отсекая конечности, но раны затягивались мгновенно.

— Они не живые! — закричал клинок. — Это марионетки Бездны!

Эйдан отступил, чувствуя, как трещины на руке пылают. Он вспомнил слова Сильры: «Сила — это не меч. Это выбор». Собрав волю, он ударил клинком в землю. Энергия взорвалась волной, сметая тварей в прах, но женщина лишь рассмеялась.

— Ты не понимаешь, — она растворилась в дыму и возникла за его спиной. — Мы — часть тебя.

Ее коготь впился в плечо, и Эйдан закричал. Боль была не физической — она выжигала душу. Но в ответ клинок зарычал: «Довольно!»

Трещины на руке Эйдана вспыхнули золотом. Он повернулся, схватил женщину за горло, и ее плоть начала рассыпаться, как песок.

— Ты… не можешь… — ее голос стих, превратившись в шепот ветра.

Караван исчез, оставив лишь запах серы и пепел. Эйдан упал на колени, дрожа. Клинок снова заговорил, но теперь его голос смешался с другим — низким, древним:

— Ты начинаешь видеть, дитя. Но путь только начался.

Горы Скорби встретили его бураном. Снег резал лицо, словно тысячи игл, а тропа вела вверх, к перевалу, где висел колокол из черного льда. Сильра сказала: «Ударь в него, и тебя услышат».

Эйдан ударил. Звук разнесся, разрывая шторм. Камни задрожали, и из снега поднялись фигуры — семеро в плащах, сотканных из полярного сияния. Их лица скрывали маски, но глаза… Глаза были как у Сильры — один золотой, другой серебряный.

— Эйдан Вальтар, — произнес центральный из них. Его маска была украшена рунами, светящимися голубым. — Ты принес с собой Бурю.

— Я пришел за правдой, — Эйдан выдохнул, едва стоя на ногах.

— Правда — это не дар. Это лезвие, — женщина из Круга сняла маску. Ее лицо было покрыто шрамами, как карта сражений. — Я — Лираэль. Мои предки сражались рядом с Элионом. Мы знаем, что ты сделал.

— Тогда вы знаете, что я не Ардин, — Эйдан поднял клинок. — Я не стану им.

Лираэль приблизилась, коснувшись трещин на его руке. Ее пальцы были холодными, как смерть.

— Эти отметины — не проклятие. Это ключ. Ардин пытался подавить Бездну силой. Элион — запечатать ее жертвой. Но есть третий путь…

— Слияние, — клинок загудел, и голос Ардина прорвался сквозь него. — Она говорит о безумии!

Лираэль не обратила внимания.

— Бездна — это не враг. Это голод мира, его тень. Чтобы остановить Тенегрыза, ты должен не уничтожить ее, а… понять.

— Как? — Эйдан отступил.

— Пройди Испытание Звезд, — она указала на небо, где зеленые огни сплелись в спираль. — Но знай: если ты падёшь, твоя душа станет частью Бездны.

Круг Изгнанников окружил его. Их посохи ударили о землю, и мир растворился в свете.

Эйдан стоял в пустоте. Перед ним плыли образы: Ардин, ломающий печати; Элион, умирающий у Алтаря; Даррен, чьи глаза стали воротами для Тьмы. А затем — он сам. С трещинами, пожирающими тело, и клинком, который смеялся его голосом.

— Выбор за тобой, — прозвучало со всех сторон. — Стать мостом… или стеной.

Эйдан закрыл глаза. Вспомнил Лиру, чей смех он больше не услышит. Гаррика, превратившегося в пепел. Деревню, где даже смерть молчала.

— Я не мост и не стена, — прошептал он. — Я — клинок. И я перережу ваши цепи.

Пустота взорвалась светом. Когда Эйдан открыл глаза, он стоял у Разбитого Алтаря. Круг Изгнанников склонил головы.

— Теперь ты видишь, — Лираэль протянула ему кинжал из черного звездного камня. — Это — Осколок Элиона. Он проведет тебя к Тенегрызу. Но помни: чтобы убить бога, нужно стать чем-то большим, чем человек.

Клинок на поясе Эйдана взвыл, но на этот раз — от страха.

Глава 7: Песня Бездны

Логово Тенегрыза лежало за Пределом Мира — там, где земля обрывалась в пустоту, а небо сливалось с бездной в вечном танце тьмы и звезд. Эйдан шел по мосту из окаменевшего света, который вибрировал под каждым шагом, словно живой нерв. Клинок на его поясе молчал, но трещины на руке горели, как раскаленные угли. Осколок Элиона, зажатый в кулаке, пульсировал в такт его сердцу — холодный, неумолимый, как приговор.

Круг Изгнанников остался позади. Лираэль сказала, что дальше он должен идти один. «Боги не терпят свидетелей», — прошептала она, и в ее глазах мелькнуло что-то, что Эйдан не смог расшифровать. Страх? Надежду?

Мост привел его к вратам, высеченным из кости древнего дракона. Каждая створка была выше башни, украшена барельефами битв, которых никогда не было в летописях. Здесь Вальтары сражались не с Тьмой, а за нее. Ардин, Элион, десятки других — их лица искажены яростью, клинки в руках сливались с тенями.

— Ложь, — клинок дрогнул. — Орден стер правду.

— Или вы сами ее переписали, — ответил Эйдан, толкая врата.

Они открылись беззвучно, и перед ним предстал Тенегрыз.

Он спал.

Громадный, как гора, покрытый чешуей, которая поглощала свет. Его крылья, сложенные за спиной, напоминали паруса корабля мертвых, а из полуоткрытой пасти струился дым, формируя фигуры — люди, эльфы, маги… Они кричали беззвучно, их лица искажались в немом ужасе.

— Он пожирает души, — клинок зашептал. — Он — голод мира. Ты не сможешь его убить.

Эйдан поднял Осколок Элиона. Камень вспыхнул, и свет пронзил дым, заставив Тенегрыза дрогнуть. Чудовище открыло глаза. Два черных солнца, в которых горели зеленые зрачки-щели.

«Маленький Вальтар… Ты принес мне подарок.»

Голос ударил Эйдана в грудь, выбивая воздух. Он упал на колени, но поднял Осколок выше.

— Я принес конец, — выдохнул он.

Тенегрыз засмеялся. Звук разорвал мост, и Эйдан едва удержался на обломке камня, нависавшем над бездной.

«Ты принес себя. Ардин пытался стать мной. Элион — запереть меня. Но ты… ты просто марионетка.»

Из тени за спиной Эйдана вышла фигура. Лорд Даррен. Его тело было сшито из тьмы и звездной пыли, а в руках он держал меч, от которого слезились глаза.

— Ты думал, смерть остановит меня? — Даррен улыбнулся. — Я стал сильнее. Благодаря тебе.

Эйдан вскочил на ноги, клинок в одной руке, Осколок — в другой. Трещины на его коже расширялись, добираясь до сердца.

— Не используй Осколок! — закричал клинок. — Он уничтожит нас обоих!

— Доверься мне, — прошептал Эйдан.

Он бросился в атаку. Клинок Ардина встретил меч Даррена, и взрыв магии снес остатки моста. Эйдан парил над бездной, цепляясь за магию Осколка, пока Даррен атаковал, каждым ударом вырывая куски его души.

— Ты слаб, — рычал Даррен. — Ты всего лишь человек!

— Человек, — Эйдан перехватил удар, — это и есть сила.

Он вогнал Осколок Элиона себе в грудь.

Боль была невыносимой. Трещины вспыхнули золотом, сжигая плоть, но Эйдан не отпустил клинок. Ардин закричал внутри него, смешавшись с его собственным голосом. Свет Осколка пронзил Тенегрыза, и чудовище взревело.

«НЕТ!»

Бездна содрогнулась. Даррен рассыпался в прах, а Тенегрыз начал рушиться, его плоть таяла, как воск. Эйдан падал сквозь пустоту, чувствуя, как Осколок и клинок сливаются в его груди.

— Прости, — сказал голос Ардина. — Ты был сильнее.

Когда тьма поглотила его, последнее, что он услышал, был смех Лиры. Настоящий, живой.

Он очнулся на краю мира. Мост восстановился, небо очистилось, а на месте логова Тенегрыза цвел сад из хрустальных деревьев. Лираэль стояла рядом, ее маска треснула, открывая лицо, изуродованное слезами.

— Ты сделал это, — прошептала она. — Ты стал мостом.

Эйдан посмотрел на свои руки. Трещины исчезли, но в груди горел холод — Осколок и клинок стали частью его.

— Что теперь? — спросил он.

— Теперь, — Лираэль коснулась его лба, — ты будешь помнить.

Она исчезла, как сон. Эйдан остался один, с ветром, который шептал забытые имена, и с небом, где зеленые звезды гасли одна за другой.

Глава 8: Тени Аркании

Аркания, некогда блистающая столица магов, лежала в руинах. Башни, устремленные в небо, были сломаны, как кости великана. Улицы, вымощенные мрамором, покрыты трещинами, из которых сочился черный дым. Эйдан стоял на площади, где когда-то возвышалась статуя Элиона, и смотрел на толпу беженцев. Их глаза, полные ужаса, встречались с его взглядом, и он видел в них вопрос: «Ты спас нас или погубил?»

Сильвия нашла его на закате. Ее плащ был в пыли, а в руках она сжимала свиток с печатью Ордена Света.

— Они идут, — сказала она, не тратя слов на приветствия. — Палачи собрали новую армию. Говорят, ты выпустил Тьму, и теперь они «очистят» мир от скверны.

— А ты веришь этому? — Эйдан не оторвал взгляда от статуи, чье лицо теперь напоминало череп.

— Я верю только в то, что вижу. — Она развернула свиток. На пергаменте был изображен артефакт — кристалл в форме слезы, заключенный в железные цепи. — Это Сердце Аэлиона. Последний ключ к печати Разлома. Орден спрятал его в Храме Вечности.

— Зачем он им? — Эйдан повернулся, замечая, как руна на его ладони мерцает в ответ на имя артефакта.

— Чтобы контролировать то, что осталось от Тьмы. — Сильвия свернула свиток. — Если они активируют его, все, кто связан с Вальтарами, умрут. Включая тебя.

Ночью они двинулись к Храму. Дорога пролегала через Мертвые Топи, где вода бурлила, словно кипящая смола, а деревья шептали проклятия на забытом языке. Клинок на поясе Эйдана вибрировал, предупреждая об опасности, но он глушил его голос. После слияния с Осколком Элиона клинок стал тише, как будто боялся того, что теперь жило в груди Эйдана.

— Ты изменился, — Сильвия нарушила молчание, когда они остановились у каменного моста. — Раньше ты бежал от своей судьбы. Теперь…

— Теперь я вижу, что бегство — это тоже выбор, — перебил Эйдан. — Но я устал выбирать между смертями.

Она хотела что-то сказать, когда земля дрогнула. Из трясины вырвались тени — гибриды людей и рептилий, с чешуей, покрытой слизью, и глазами, полными безумия.

— Дети Тенегрыза! — Сильвия выхватила посох. — Они ищут тебя!

Эйдан вскинул клинок, но существа не атаковали. Они встали на колени, уткнув лбы в грязь. Одно из них, с обломком короны на голове, заговорило хриплым шепотом:

— Повелитель… Ты освободил нас от цепи… Теперь мы служим тебе.

— Что? — Эйдан отступил.

— Бездна признала тебя, — прошептала Сильвия. — Ты стал ее частью.

Он сжал рукоять клинка, чувствуя, как холод Осколка пульсирует в такт его сердцу. Эти твари… Они были такими же жертвами, как он.

— Уходите, — сказал он. — Я не ваш повелитель.

Существо с короной подняло голову. Его глаза вспыхнули зеленым.

— Тогда ты наш враг.

Их спас колокольный звон. Звук, чистый и пронзительный, разорвал чары болот, и твари рассыпались в прах. На другом берегу стояла фигура в белых одеждах — человек с посохом, увенчанным кристаллом.

— Следуйте за мной, — сказал он, не представляясь. — Если хотите выжить.

Храм Вечности оказался не зданием, а древним деревом, чьи корни уходили в саму Бездну. Его ветви пронзали облака, а на листьях мерцали руны, созданные задолго до Вальтаров. Странник в белом привел их к алтарю, где в лучах лунного света парил артефакт — Сердце Аэлиона.

— Почему вы помогаете нам? — спросила Сильвия, не скрывая подозрения.

— Потому что Орден солгал, — ответил он, снимая капюшон. Его лицо было молодо, но глаза принадлежали старику. — Я — Каэл, последний жрец Аэлиона. Мы хранили правду, пока Орден не объявил нас еретиками. Сердце — не ключ. Это зеркало. Оно показывает то, что скрыто даже от богов.

Эйдан приблизился к артефакту. Кристалл отразил не его лицо, а тень — фигуру с клинком и трещинами, пожирающими тело.

— Ты видишь правду, — прошептал Каэл. — Ты носишь в себе и Тьму, и Свет. Но чтобы остановить войну, тебе придется пожертвовать одним.

Сильвия схватила Эйдана за руку:

— Не слушай его. Ты не должен выбирать!

— Должен, — Каэл коснулся Сердца. Кристалл засиял, и стены Храма растворились, открывая вид на поле битвы. Армия Палачей Ордена маршировала к Аркании, а в небе кружили драконы из черного пламени. — Они придут на рассвете. И решат твою судьбу за тебя.

Эйдан посмотрел на Сильвию. В ее глазах он увидел страх — не за себя, а за него.

— Что бы ты выбрала? — спросил он.

— Я бы сожгла Сердце и заставила их сражаться с настоящим врагом, — она сжала посох. — Орден боится только одного — правды.

Каэл рассмеялся:

— Тогда готовься. Потому что правда — это и есть война.

Глава 9: Хрупкий Альянс

Аркания, даже в руинах, дышала сопротивлением. Жители, уцелевшие после падения Тенегрыза, собирали камни разбитых башен, превращая обломки в баррикады. Дети таскали воду из колодцев, женщины плели сети из магических нитей, а старики вырезали руны защиты на каждом камне. Эйдан стоял на стене, вглядываясь в горизонт, где пыль от марширующей армии Ордена уже застилала солнце.

Сильвия поднялась к нему, ее плащ развевался на холодном ветру.

— Каэл говорит, что Сердце Аэлиона можно использовать для создания щита. Но для этого нужен ритуал.

— Ритуал? — Эйдан не отрывал взгляда от приближающейся тучи пыли.

— Жертва. — Она положила руку на его плечо. — Магия всегда требует платы.

Внизу, у ворот, появился Каэл. Его белые одежды выделялись среди серых камней, как свеча в темноте. Он махнул рукой, и группа жрецов вынесла из храма массивный кристалл — тот самый, что они нашли в Храме Вечности.

— Сердце Аэлиона пробудится на закате, — прокричал Каэл. — Но оно впитает жизнь того, кто его активирует!

Толпа замерла. Эйдан сжал рукоять клинка, чувствуя, как холод Осколка в его груди отзывается на слова жреца.

— Я сделаю это, — сказал он тихо.

— Нет! — Сильвия схватила его за рукав. — Ты и так на грани. Если Осколок сольется с Сердцем…

— Если я не сделаю этого, Орден сотрет Арканию с лица земли. — Он повернулся к ней, и в его глазах горела решимость.

К вечеру небо окрасилось в багровые тона. Сердце Аэлиона установили в центре города, на площади, где когда-то стояла статуя Элиона. Каэл и жрецы окружили его, напевая древний гимн на языке, который Эйдан слышал лишь в видениях.

— Готовься, — Сильвия стояла рядом, ее пальцы сжимали посох так, что костяшки побелели. — Орден уже у ворот.

Эйдан подошел к кристаллу. Руна на его ладони засветилась, и Сердце ответило голубым сиянием. Он протянул руку, но в этот момент раздался грохот. Ворота города рухнули, и первая волна Палачей ворвалась внутрь.

— Защищайте площадь! — закричал Каэл.

Хаос охватил Арканию. Маги Круга Изгнанников метали молнии в ряды врагов, но Палачи были не одни. С ними шли твари Бездны — гибриды теней и плоти, рожденные из остатков Тенегрыза. Эйдан увидел, как один из них, с клыками, как у волка, вцепился в ребенка.

— Нет! — Он рванул вперед, клинок рассек воздух, и тварь рассыпалась в прах.

— Эйдан! — Сильвия подбежала к нему, ее лицо было в крови. — Ритуал! Сейчас или никогда!

Он кивнул и вернулся к Сердцу. Положив руку на кристалл, он закрыл глаза.

— Помни, Вальтар, — прошептал голос Каэла. — Ты несешь в себе как разрушение, так и спасение.

Энергия хлынула через него. Осколок Элиона в груди вспыхнул, сливаясь с силой Сердца. Эйдан закричал, чувствуя, как магия выжигает его изнутри. Руны на клинке загорелись, и волна света ударила из кристалла, накрывая город куполом.

Палачи и твари взвыли, касаясь щита. Их тела рассыпались в пепел.

— Это… работает… — Эйдан упал на колени, кровь текла из носа.

Сильвия бросилась к нему, но Каэл остановил ее.

— Не трогай его! Связь с Сердцем нестабильна!

Щит мерцал. Где-то в толпе раздался смех. Эйдан поднял голову и увидел его — человека в маске с пылающей звездой. Лидер Палачей.

— Ты думал, спас их? — Голос лидера звучал знакомо. Он снял маску.

Эйдан замер. Перед ним стоял Гаррик. Его наставник. Его первый друг.

— Ты… мёртв… — прошептал Эйдан.

— Орден дал мне новую жизнь, — Гаррик улыбнулся, и его глаза вспыхнули зеленым. — Как и тебе, мальчик. Ты просто не хочешь это признать.

Клинок выпал из рук Эйдана. Щит дрогнул.

— Не слушай его! — закричал клинок. — Он лжет!

Но Эйдан не слышал. Он видел только лицо Гаррика — того, кто когда-то учил его ковать сталь. Того, кто теперь стал оружием Ордена.

— Прости… — Эйдан схватил клинок и вонзил его в Сердце Аэлиона.

Взрыв света поглотил всё.

Глава 10: Пепел и Откровения

Взрыв Сердца Аэлиона оставил после себя тишину. Город Аркания, некогда объятый защитным куполом, теперь лежал под пеплом, словно погребальный саван. Воздух звенел от остаточной магии, а руины башен напоминали сломанные зубы чудовища. Эйдан очнулся в подземном склепе, где Сильвия перевязывала его раны. Ее пальцы дрожали.

— Ты едва не умер, — прошептала она. — Щит поглотил большую часть удара, но… — Она замолчала, глядя на его грудь. Там, где раньше пульсировал Осколок Элиона, теперь зияла черная метка — как ожог от звезды.

Эйдан сел, игнорируя боль. Воспоминания нахлынули: Гаррик в маске Палача, зеленые глаза, полные презрения… Он жив. Орден воскресил его.

— Где Каэл? — спросил Эйдан, замечая, что жреца нет среди выживших.

Сильвия сжала губы:

— Исчез. После взрыва. Думаю, он знал, что Сердце разрушится.

Эйдан встал, опираясь на стену. Его клинок, лежавший в углу, замерцал, будто почувствовав ярость хозяина.

— Орден использовал его. Каэл был их шпионом.

— Нет, — из тени вышел старик с лицом, изуродованным ожогами. Это был Лорак, один из магов Круга Изгнанников. — Каэл служил не Ордену. Он служил Тенегрызу.

Лорак привел их в потайную библиотеку под руинами Храма Вечности. Свитки, пылящиеся на полках, рассказывали историю, которую Орден пытался стереть.

— Тенегрыз не был богом, — Лорак развернул древний манускрипт, где изображался человек в доспехах Вальтаров, сливающийся с тенью. — Он был первым, кто попытался объединить магию света и тьмы. Но что-то пошло не так…

— Ардин, — прошептал Эйдан, узнавая черты лица на рисунке. — Он стал Тенегрызом.

Лорак кивнул:

— Орден — не защитники. Они наследники Ардина. Их цель — завершить его работу.

Сильвия схватила Эйдана за руку:

— Значит, Гаррик…

— Не жертва. Союзник, — закончил Эйдан. — Орден хочет, чтобы я стал новым сосудом для Тенегрыза.

Ночью Эйдан поднялся на остатки городской стены. Вдалеке, за рекой Эльрин, горели костры лагеря Ордена. Там был Гаррик. Там был ответ.

— Ты не пойдешь один, — Сильвия встала рядом, ее посох светился тусклым голубым.

— Это моя война, — ответил он.

— Нет. Это наша, — она тронула его руку. — Ты не Ардин. И я не позволю тебе им стать.

Их пальцы сплелись. Впервые Эйдан почувствовал не боль, а тепло.

Лагерь Ордена охраняли твари Бездны — гибриды теней и металла, созданные из обломков клинков Вальтаров. Эйдан и Сильвия прокрались через дренажный туннель, используя маскировочные чары. В центре лагеря, под черным шатром, пылал костер из синих языков пламени. Гаррик сидел у огня, его лицо было спокойным, как у учителя, объясняющего урок.

— Я знал, что ты придешь, — он не поднял глаз. — Ты всегда был упрямым.

— Почему? — Эйдан выступил вперед, клинок дрожал в его руке. — Ты же видел, что они делают!

Гаррик встал. Его глаза, зеленые и бездонные, отражали пламя.

— Орден — не зло, мальчик. Мы — эволюция. Ардин понял, что только объединив тьму и свет, можно спасти мир от себя самого.

— Спасти? — Сильвия заслонила Эйдана. — Вы убили тысячи!

— Жертвы ради вечности, — Гаррик взмахнул рукой, и тени сгустились вокруг него. — Присоединяйся к нам, Эйдан. Ты можешь стать больше, чем Вальтар. Ты можешь стать богом.

Эйдан взглянул на Сильвию. Она кивнула.

— Я уже сделал выбор, — он поднял клинок. Руны вспыхнули золотым. — Я останусь человеком.

Гаррик рассмеялся. Тени обрушились на них.

Глава 11: Последний Вальтар

Битва бушевала в самом сердце лагеря Ордена. Тени, призванные Гарриком, сплетались с магией Сильвии, создавая смертельный танец света и тьмы. Эйдан сражался, как одержимый, клинок в его руках чертил в воздухе руны, от которых трескалась земля. Каждый удар по теням отзывался болью в его груди, где Осколок Элиона пульсировал, будто пытаясь вырваться наружу.

— Ты слаб, мальчик! — Гаррик парил над полем боя, его голос гудел, как набат. — Ты все еще цепляешься за человечность, как за детское одеяло!

Сильвия метнула в него сгусток магии, но тени поглотили удар. Она упала на колени, ее силы иссякали.

— Эйдан! — крикнула она. — Сердце… Воспользуйся Осколком!

Он понял. Осколок Элиона — последний ключ. Не для уничтожения, а для перерождения.

— Нет! — клинок в его руке взревел голосом Ардина. — Ты погубишь нас всех!

Эйдан закрыл глаза. Вспомнил Лиру, Гленхолл, Сильвию… Ее слова: «Ты не Ардин».

— Прости, — прошептал он клинку и вонзил его в собственную грудь.

Боль была всепоглощающей. Осколок Элиона вспыхнул, сливаясь с силой клинка, и волна света прокатилась по полю боя. Тени рассыпались, как стекло. Гаррик закричал, его тело начало распадаться на частицы золотой пыли.

— Невозможно… — прошипел он. — Ты… что ты сделал?..

— Я выбрал правду, — Эйдан упал на колени, чувствуя, как жизнь утекает из него.

Сильвия подбежала, обняла его. Ее слезы падали на его лицо, смешиваясь с кровью.

— Ты должен жить… — ее голос дрожал.

— Нет, — он слабо улыбнулся. — Это… конец Вальтаров.

Он коснулся ее лица, и Осколок в его груди вспыхнул в последний раз. Энергия хлынула в Сильвию, затягивая раны, наполняя ее силой.

— Эйдан! — она попыталась удержать его, но его тело уже рассыпалось в светящиеся искры.

Когда рассвет окрасил небо в алые тона, Ордена не стало. Его солдаты бежали, а твари Бездны обратились в прах. Сильвия стояла на пепелище, сжимая в руках клинок Эйдана. Руны на лезвии потухли, но в ее груди горел Осколок — его последний дар.

Глава 12: Рассвет Теней

Год спустя Аркания возрождалась. Хрустальные деревья, посаженные у стен, тянулись к солнцу, а на площади, где когда-то стоял Элион, теперь рос сад из белых роз. Сильвия, ставшая Хранительницей Правды, наблюдала за детьми, игравшими среди цветов.

— Говорят, он стал звездой, — сказал мальчик, указывая на небо. — Вон там, видишь?

Сильвия улыбнулась. В созвездии Пробуждения мерцала новая звезда.

— Да, — прошептала она. — Он нашел свой путь.

Клинок Эйдана, висевший у ее пояса, дрогнул, будто отвечая. Где-то вдалеке запел ветер, неся запах весны и надежды.

В тени Храма Вечности, среди руин, Каэл стоял над древним алтарем. В его руках мерцал осколок Сердца Аэлиона.

— Ты проиграл, Ардин, — прошептал он. — Но Бездна не забывает.

Тень за его спиной зашевелилась, принимая форму человека с клинком.

— Начнем сначала, — сказал голос из тьмы.

Каэл улыбнулся.

2 часть Путь к истине Глава 13: Пепельный Ветер

Тьма поглотила его. Последнее, что он помнил — это вспышку света, когда Осколок Элиона в его груди высвободил свою силу. Мир рассыпался, а он вместе с ним. Он ожидал пустоты, забвения, но вместо этого пришла боль.

Эйдан открыл глаза. Легкие обожгло, как будто он вдохнул ледяной воздух после пожара. Его тело дрожало, будто от лихорадки, а перед глазами плыл мрак. Он был не мертв, но и не жив.

Вокруг — зола. Она лежала на земле толстым слоем, скрывая под собой разрушенный город. Аркания… Или то, что от неё осталось. Он с трудом поднялся, чувствуя, как слабость сковывает каждую мышцу. Его рука нащупала грудь — там, где был Осколок, остался лишь странный шрам, пульсирующий ледяным светом.

— Как… — голос сорвался, как высохший лист. — Я должен был умереть.

— И ты умер, — ответил голос, слишком знакомый, слишком холодный.

Эйдан резко обернулся. Фигура в плаще из пепла стояла на руинах здания, наблюдая за ним. Лицо скрывала маска из темного металла, но Эйдан знал этот голос.

— Каэл, — прошептал он. — Ты… жив?

— Я никогда не умирал, — спокойно ответил тот. — В отличие от тебя.

Эйдан сжал кулаки, чувствуя, как пальцы немеют. Он не понимал, что происходит. Как он мог вернуться? Что сделал Каэл? И почему его тело казалось чужим?

— Что ты сделал со мной? — тихо спросил он.

Каэл молчал, а затем шагнул ближе. В его руке сверкнул осколок — не тот, что был в груди Эйдана, но похожий. Тот же свет, та же древняя сила.

— Я не дал тебе исчезнуть, — сказал он. — Но ты больше не тот, кем был. Ты стал чем-то иным.

Эйдан сделал шаг назад. Он чувствовал это. Его сердце билось иначе, магия внутри него больше не откликалась, как прежде. Что-то изменилось.

Каэл смотрел на него долго, прежде чем заговорить:

— Добро пожаловать в новый мир, Эйдан Вальтар. Ты вернулся. Но теперь тебе предстоит узнать, во что ты вернулся… и какую цену заплатил за это.

Эйдан шагнул вперёд, но мир вокруг дрогнул, словно зыбкий песок. Его тело казалось чужим, будто кожа больше не принадлежала ему. Магия, что прежде откликалась на его зов, молчала.

— Что ты сделал со мной? — повторил он, сжимая кулаки.

Каэл медленно убрал осколок в складки плаща и шагнул ближе.

— Ты был мёртв, Эйдан. Твоё тело сгорело вместе с Сердцем Аэлиона, а душа… — Он замолчал, изучая его взглядом, — Ты больше не человек.

Эйдан невольно выдохнул. Он ожидал чего угодно, но не этого.

— Что ты несёшь?

Каэл усмехнулся и провёл ладонью по воздуху, создавая слабую, мерцающую завесу.

— Посмотри.

Перед Эйданом возник его собственный облик. Точнее, то, чем он теперь стал. Его кожа потемнела, словно пепел проник в неё, глаза светились тусклым синим светом, а по шраму в груди тянулись тёмные линии, пульсирующие слабым сиянием.

— Я… — голос сорвался.

Каэл наклонил голову.

— Ты стал сосудом. Теперь в тебе течёт сама тьма.

Эйдан судорожно вдохнул. В этот момент он почувствовал, как что-то холодное ворочается внутри него. Голод. Он не чувствовал усталости, но внутри разгоралось нечто первобытное, неотступное.

Каэл наблюдал за ним, словно ждал реакции.

— Если ты не научишься управлять этим, оно поглотит тебя.

Эйдан сглотнул. В голове проносились сотни мыслей, но одна была яснее других: он больше не тот, кем был раньше.

— Значит, мне нужен учитель, — выдавил он.

Каэл улыбнулся.

— Именно.

Каэл повернулся и пошел сквозь руины, не оглядываясь.

— Ты ведь не собираешься просто уйти? — Эйдан сделал шаг следом, и мир снова качнулся, будто земля под ногами не была стабильной.

— Если хочешь жить — иди за мной, — бросил Каэл.

Эйдан стиснул зубы и двинулся вперед. Каждый шаг давался ему с трудом, будто тело сопротивлялось самому существованию. Голод внутри разгорался, напоминая о себе тупой, давящей пустотой.

— Что это? — прохрипел он.

Каэл не замедлил шаг.

— Тьма в тебе жива. Она — не просто магия, не просто сила. Это нечто древнее, что жило задолго до Теневых Королей. И оно хочет питаться.

Эйдан остановился.

— Питаться чем?

Каэл посмотрел на него через плечо, и в его взгляде было что-то похожее на сочувствие.

— Жизнью.

В груди Эйдана все сжалось. Он резко перевел взгляд на свои руки. Теперь он понимал, почему тело казалось чужим. Оно было чужим. Оно принадлежало не только ему.

— Значит, я… монстр?

Каэл повернулся к нему лицом и нахмурился.

— Пока нет. Но если не научишься контролировать голод, станешь им. И тогда ты уже не будешь Эйданом Вальтаром.

Глава 14: Ледяной взгляд

Каждый шаг по каменистой тропе отдавался эхом в ушах. Ветер хлестал по лицу, будто напоминая, что он должен был остаться в забытых тенях. Но Эйдан шёл дальше, пока не оказался на границе лагеря.

Тени вокруг костров замерли. Несколько человек в плащах повернулись, всматриваясь в его силуэт. Никто не двигался, словно перед ними возник призрак.

— Кто идёт? — раздался голос.

Эйдан открыл рот, но в этот момент одна из фигур шагнула вперёд.

Сильвия.

Её глаза встретились с его. Сначала в них мелькнуло недоверие, затем — узнавание, и наконец… гнев.

— Нет… — прошептала она.

В следующее мгновение её рука взметнулась, и в воздухе засверкали синие искры.

Эйдан едва успел отшатнуться, когда вспышка магии ударила в землю у его ног. Камни разлетелись, а вокруг поднялась пыль.

— Сильвия! — крикнул он, вскидывая руки.

— Не смей говорить моё имя, мёртвый! — её голос дрожал, но не от страха. От ярости.

Он знал, что этот момент будет трудным. Он знал, что она не примет его с распростёртыми объятиями. Но видеть эту ненависть в её глазах… было больно.

— Я не знаю, как, но я жив, — сказал он, стараясь не двигаться, чтобы не провоцировать её на новый удар. — Я не враг.

— Ложь! — Она сделала шаг ближе, её пальцы дрожали, но в глазах плескалась решимость. — Я сожгла твоё тело, Эйдан! Я держала твой клинок, когда твой свет угас! А теперь ты стоишь передо мной и говоришь, что вернулся? Это не чудо. Это осквернение.

Он видел, как за её спиной собираются другие маги. Они ждали её приказа, но пока не нападали.

— Я не знаю, что со мной произошло, — Эйдан стиснул зубы. — Но если бы я был твоим врагом, ты думаешь, я бы пришёл сюда?

Сильвия не ответила. Она смотрела на него, её дыхание было неровным.

— Дай мне шанс, — тихо сказал он.

Несколько долгих секунд тянулись, словно вечность. Потом Сильвия опустила ладонь, но её взгляд остался холодным.

— Один шанс, — прошептала она. — Один. И если я увижу в тебе хоть тень того, что уничтожило Арканию… я закончу то, что не смогла год назад.

Эйдан кивнул.

— Справедливо.

Она развернулась и пошла в лагерь.

— Идёшь или нет?

Он сглотнул и двинулся за ней, зная, что самое сложное только начинается.

Лагерь встретил его напряжённой тишиной. Каждый взгляд, каждое движение словно давило на Эйдана грузом недоверия. Люди здесь знали его, но для них он был мёртв.

Сильвия провела его мимо костров, не говоря ни слова. Её спина оставалась прямой, но он видел, как сжимались её кулаки. Ещё немного — и она развернётся, воткнёт кинжал ему в горло, и никто не станет её останавливать.

Они добрались до самого большого шатра в центре лагеря. Там, под слабым светом фонарей, за грубо сколоченным столом сидело несколько человек.

— Кто-то хочет объяснить, что здесь делает мертвец? — голос принадлежал высокому мужчине с густой седой бородой. Он был одет в боевые доспехи, на плаще сияли символы Круга Изгнанников.

— Именно это я и собираюсь выяснить, — жёстко ответила Сильвия, бросая взгляд на Эйдана.

Все в шатре уставились на него.

— Я не знаю, как вернулся, — сказал он прямо. — Последнее, что я помню, — это свет, разрывающий меня изнутри, когда я сломал Сердце Аэлиона.

— Ты не просто вернулся, — прорычал мужчина. — Мы чувствуем, что ты изменился.

Эйдан сжал кулаки.

— Если бы я был врагом, то давно бы напал.

— Ты мог стать чем угодно, — вмешалась женщина с тёмными волосами и шрамом на щеке. — Возможно, даже тем, против чего мы боремся.

Сильвия тяжело вздохнула и повернулась к нему.

— Мы не можем тебе доверять. Если хочешь остаться, ты пройдёшь испытание.

Эйдан поднял голову.

— Какое?

Сильвия подошла ближе, заглянула ему в глаза и произнесла:

— Ты войдёшь в Предел Теней. Один.

В шатре воцарилось молчание.

— Это безумие, — прошептал кто-то.

Эйдан понятия не имел, что такое Предел Теней, но, судя по напряжённым лицам, ничего хорошего его там не ждало.

— Либо ты пройдёшь его и докажешь, что всё ещё человек… либо Предел разорвёт тебя.

Он посмотрел на неё.

— Я справлюсь.

В глазах Сильвии мелькнуло что-то похожее на печаль, но она лишь кивнула.

— Посмотрим.

Ночь опустилась на лагерь, когда Эйдан стоял перед входом в Предел Теней.

Перед ним возвышалась арка из чёрного камня, испещрённого древними рунами. От неё веяло холодом, но не тем, что чувствуется кожей, а тем, что пробирает до костей.

Глава 15: Предел Теней

Мир дрогнул.

Воздух стал густым, словно пропитанным смолой. Шаги Эйдана отдавались странным эхом, и он почувствовал, что оказался в месте, которое не подчиняется обычным законам.

Вокруг него растянулись тени — не просто темнота, а живая, движущаяся материя.

— Ты вернулся, — раздался голос.

Эйдан обернулся и замер.

Перед ним стоял… он сам.

Только этот Эйдан был другим — его глаза светились холодным синим, тёмные линии на коже пульсировали живым светом.

— Кто ты?

Тень улыбнулась.

— Ты знаешь, кто я. Я — ты. Я тот, кем ты должен был стать.

Эйдан сжал кулаки.

— Я не ты.

— Нет? — Тень склонила голову. — А разве ты не чувствуешь это? Голод. Силу, что хочет вырваться. Разве ты не знаешь, что с каждым шагом ты всё дальше уходишь от человечности?

Эйдан замер.

Он чувствовал.

Голод, пустота внутри него становились сильнее.

— Ты боишься, — прошептала Тень. — Но рано или поздно страх уйдёт. Останется только мы.

Она шагнула вперёд.

— Доверься мне, — голос был почти ласковым. — Прими меня… и ты станешь тем, кем должен быть.

Эйдан смотрел в её глаза, и его тело замирало, словно соглашаясь.

Но затем он вспомнил.

Голос Сильвии. Её взгляд, полный гнева, но не ненависти.

Каэла, который дал ему шанс понять, во что он превратился.

Гаррика, чей смех давно стерся из памяти, но чей голос всё ещё отзывался эхом в душе.

Он стиснул зубы.

— Нет.

Тень моргнула.

— Что?

— Я не ты.

Эйдан сжал кулак, и что-то в его груди вспыхнуло.

Свет.

Он не знал, откуда он взялся. Может, это была последняя искра того, кем он был.

Может, это была вера.

Тень отступила.

— Ты ошибаешься… — прошипела она, исчезая в темноте.

Эйдан остался один.

А затем Предел исчез.

Он очнулся перед аркой, на коленях, с холодным потом на лбу.

Лагерь был рядом.

Сильвия стояла перед ним.

Она смотрела на него, и её глаза были уже не такими холодными.

— Ты вернулся, — тихо сказала она.

Эйдан поднял голову и кивнул.

— Я вернулся.

Эйдан поднялся на ноги. Мир вокруг снова казался реальным — шум костров, разговоры вдалеке, порывы холодного ветра. Но что-то внутри него изменилось.

Сильвия не сводила с него взгляда.

— Что ты видел? — спросила она.

Эйдан медлил с ответом. В глубине души он всё ещё чувствовал тот голос, ту тень, что предлагала силу. Она не исчезла. Она просто затаилась.

— Себя, — ответил он наконец.

Сильвия прищурилась.

— И?

Эйдан сжал кулаки.

— Я отказался.

Она смотрела на него ещё пару секунд, потом кивнула.

— Хороший ответ.

Лордан хмыкнул, скрестив руки на груди.

— Немногие выходят из Предела без изменений. Возможно, ты не так уж и потерян.

— Возможно, — ответил Эйдан, но даже сам не был уверен.

Внезапно его накрыла волна слабости. Он пошатнулся, и Сильвия шагнула вперёд, но не стала его поддерживать.

— У тебя нет магии, — сказала она. — Ты её потерял, верно?

Эйдан сглотнул.

— Я… не знаю.

Он чувствовал пустоту там, где раньше пульсировала энергия. Вместо неё было что-то другое — не магия, а инстинкт. Как будто теперь он не использовал силу, а был частью чего-то большего.

Каэл предупреждал его.

"Ты больше не человек."

Сильвия отвернулась, жестом показывая ему следовать за ней.

— Пойдём. Тебе нужно отдохнуть.

— Отдохнуть? — хрипло усмехнулся Эйдан. — А что потом?

Она остановилась у входа в шатёр и обернулась.

— Потом мы решим, стоит ли тебе доверять.

Эйдан понял: испытание ещё не окончено.

Глава 16: Обуздание тьмы

Прошло несколько недель.

Эйдан жил в лагере Изгнанников, обучаясь контролировать тьму. Сильвия взяла на себя роль наставницы, и хотя её взгляд всё ещё был холодным, в нём больше не было прежней ненависти.

— Ещё раз, — сказала она, стоя напротив него в круге, выложенном из камней.

Эйдан сжал кулаки.

Внутри него, под тонким слоем привычного человеческого облика, бурлила чуждая сила. Она звала, требовала выхода.

— Контролируй дыхание, — напомнила Сильвия. — Ты не просто подавляешь тьму. Ты направляешь её.

Он вдохнул. Глубже. Глубже.

Сила внутри завибрировала, но он не дал ей вырваться. Вместо этого он позволил ей течь, словно реке, которая сама выбирает своё русло.

Тёмные линии на коже начали тускнеть. Его черты становились мягче, привычнее.

Наконец, он поднял голову.

— Получилось?

Сильвия шагнула ближе. Она вгляделась в его лицо, в руки. Провела пальцами по его запястью, где раньше выступали тёмные отметины. Теперь они исчезли.

— Ты снова выглядишь, как человек, — признала она.

Эйдан выдохнул.

— Но я им не являюсь.

Сильвия помолчала, затем отвела взгляд.

— Ты ближе, чем был раньше.

Они стояли в тишине, пока Сильвия не сказала:

— Завтра ты покинешь лагерь.

Эйдан удивился.

— Куда?

— В Арканию, — ответила она. — Я узнала, что Орден снова движется. Они собирают силы. Если ты хочешь доказать, что контролируешь себя — тебе пора увидеть этот мир таким, каким он стал без тебя.

Эйдан посмотрел в ночное небо.

— Тогда мне пора в дорогу.

Глава 17: Город, где правят тени

Город встретил их тишиной.

Эйдан и Сильвия шли по узким улочкам, скрытые капюшонами. Здесь, в нижних кварталах Аркании, власть принадлежала не королям, не магам и даже не Ордена Света. Здесь правила улица.

Таверна «Гнилой якорь» находилась в самом сердце трущоб. Громкая, переполненная, она напоминала логово зверей, где каждый пил за счёт другого и следил, чтобы не оказаться с ножом в спине.

— Ты уверена, что здесь нас ждёт что-то полезное? — спросил Эйдан, оглядываясь.

— Это место принадлежит клану Рувен, — тихо ответила Сильвия. — Они торгуют информацией. Если кто-то знает, что творится в городе, это они.

Эйдан скептически посмотрел на неё.

— И что им с того, что мы пришли?

Сильвия улыбнулась, склонив голову.

— Ты слишком привык к враждебности. Иногда достаточно просто вести себя правильно.

Он не был так уверен.

Они вошли внутрь, и сразу же несколько пар глаз повернулись в их сторону. Здесь все знали друг друга, а двое чужаков, скрывающих лица, привлекали внимание.

Сильвия первым делом направилась к стойке.

— Два эля, — сказала она бармену, облокотившись на грубо сколоченное дерево.

Эйдан опёрся рядом, наблюдая за посетителями. В дальнем углу, за массивным дубовым столом, сидела группа людей. Судя по одежде и кинжалам на поясах, это и был клан Рувен.

Бармен, грузный мужчина лет пятидесяти, поставил перед ними две глиняные кружки.

— Вы не местные, — пробормотал он.

— Странники, — сладко улыбнулась Сильвия.

Бармен не впечатлился.

— Странники в таком месте долго не живут.

Эйдан взял кружку, но пить не стал.

— Нам нужна информация, — сказал он.

Бармен лениво вытер стойку тряпкой.

— Всё имеет цену.

— Тогда давай поторгуемся, — Сильвия слегка наклонилась вперёд, скользя взглядом по мужчине.

Эйдан заметил, как он чуть замедлил движения. Она играла с ним, и это работало.

— Нам нужен тот, кто знает, что происходит в городе, — продолжила она. — Особенно то, что касается Ордена Света.

Бармен фыркнул.

— Орден не имеет здесь власти.

— Тогда кто их сюда привёл? — спросил Эйдан.

Бармен медленно поднял на него взгляд.

— Вы ищете неприятностей.

— Нет, — ответил Эйдан. — Я ищу правду.

Тишина.

Наконец бармен кивнул в сторону дальнего стола.

— Вам нужен Марко. Он ведёт дела с… нужными людьми.

Эйдан и Сильвия переглянулись.

— Благодарю, — сказала она, оставляя на стойке несколько серебряных монет.

Бармен ухмыльнулся.

— Если хотите дожить до утра, будьте осторожны.

Они направились к столу, где сидел Марко.

Высокий, широкоплечий, он выглядел как человек, который редко слышит слово «нет».

Когда они приблизились, двое его людей напряглись.

— Говорите быстро, — пробасил Марко, даже не взглянув на них.

— Нам нужна информация о связях Ордена Света, — сказал Эйдан.

Марко откинулся на спинку кресла, наконец, глядя на него внимательно.

— И кто же вы такие, что ищете это?

Сильвия улыбнулась и села напротив.

— Те, кому она нужна.

Марко усмехнулся.

— Смелая девчонка. Твой друг такой же?

Сильвия скосила на Эйдана лукавый взгляд.

— Он бывает суровым, но на самом деле милый.

Эйдан почувствовал, как внутри всё сжалось. Она флиртовала с ним? Сейчас?

Марко приподнял бровь.

— Тогда скажи мне, милый, зачем тебе Орден?

Эйдан глубоко вдохнул, прежде чем ответить.

— У нас есть незавершённые дела.

Марко посмотрел на него долгим взглядом, потом кивнул своим людям.

Один из них поставил на стол свиток, перевязанный чёрной лентой.

— Орден не работает в этом городе напрямую. Они делают это через клан Нордан. Тех, кто держит северные доки.

Сильвия потянулась за свитком, но Марко прикрыл его рукой.

— И что я с этого получу?

Сильвия ухмыльнулась.

— Если эта информация окажется правдой, мы не забудем твоего гостеприимства.

Марко задумался, потом отдёрнул руку.

Глава 18: Знакомство с Гаретом

Северные доки Аркании жили своей жизнью.

Каменные улицы, пропахшие солью и гарью, узкие переулки, где в тенях скрывались самые разные люди: контрабандисты, торговцы, наёмники. Здесь закон заканчивался там, где начинался интерес.

Эйдан и Сильвия шли через толпу, стараясь не привлекать внимания. После их визита в таверну стало ясно, что Орден Света действовал через клан Нордан, а если кто-то и мог знать больше, то только те, кто работал в их тени.

— Ты уверена, что он согласится говорить? — спросил Эйдан, оглядываясь.

— Гарет всегда говорил, если цена была правильной, — ответила Сильвия с лёгкой улыбкой.

— Ты его знаешь?

— Когда-то.

Эйдану не понравилось, как прозвучали её слова.

Они остановились у склада, на дверях которого был вырезан знак — три скрещённых меча. Отличительный символ наёмников, продающих свою службу тому, кто предложит больше.

Сильвия постучала.

Прошло несколько мгновений, прежде чем дверь открылась, и перед ними предстал высокий мужчина с растрёпанными тёмными волосами, в кожаных доспехах и с мечом на поясе. Он лениво облокотился о косяк, осматривая их с лёгкой усмешкой.

— Кто это у нас тут? — произнёс он, затем его взгляд задержался на Сильвии. — А я-то думал, ты меня забыла.

— Как я могу забыть тебя, Гарет? — она улыбнулась, наклоняя голову.

Эйдан сжал зубы.

Гарет фыркнул, переводя взгляд на него.

— А это кто? Новый приятель?

— Эйдан, — коротко ответил тот.

Гарет кивнул, потом ухмыльнулся.

— Ладно. Что вам нужно?

Сильвия сложила руки на груди.

— Мы знаем, что Орден Света использует клан Нордан, чтобы действовать в городе. Ты работаешь с ними?

Гарет вздохнул, огляделся и махнул им следовать за собой внутрь.

Склад оказался просторным, но заваленным ящиками. В углу горел фонарь, отбрасывая тени на стены.

Гарет сел на один из ящиков и достал флягу.

— Я работаю не с Нордан, а с теми, кто работает на них. Так что кое-что слышал.

— Поделишься? — спросила Сильвия.

— Зависит от того, что я получу взамен, — Гарет ухмыльнулся.

— Долю от добычи, — ответил Эйдан, прежде чем Сильвия успела сказать что-то ещё.

Гарет приподнял бровь.

— Быстро соображаешь, парень.

— Мы здесь не ради пустых разговоров. Что ты знаешь?

Гарет на секунду задумался, потом наклонился вперёд.

— Ордену нужен кто-то, кто знает про Теневых Королей. Они ищут ответы, и похоже, их не устраивает то, что они находят.

Эйдан нахмурился.

— О чём ты?

— Они ищут последнее упоминание о династии. Документы, артефакты. Но есть одно «но»… — Гарет сделал паузу, наблюдая за их реакцией.

Сильвия оперлась на стол, глядя ему прямо в глаза.

— Говори уже.

Гарет усмехнулся, но продолжил:

— В последний раз, когда я видел их людей, они говорили о… наследнике.

Эйдан напрягся.

— О ком?

Гарет медленно перевёл взгляд на него.

— О тебе.

Наступила тишина.

Эйдан сжал кулаки.

— Они знают, что я жив?

Гарет покачал головой.

— Пока нет. Но если ты продолжишь шляться по городу, это изменится.

Эйдан глубоко вдохнул. Всё становилось сложнее.

Гарет тем временем потянулся, затем широко улыбнулся.

— Ну, а теперь, когда я ответил на ваши вопросы… может, ты, Сильвия, расскажешь, как у тебя дела? — он склонил голову, ухмыляясь.

Эйдан почувствовал, как что-то внутри кольнуло.

Сильвия рассмеялась.

— Всё так же, как всегда.

— Значит, ты всё ещё красива и всё так же опасна?

— Возможно.

Эйдан тяжело выдохнул.

— Нам пора.

Гарет ухмыльнулся ещё шире.

— Что, не нравится, когда кто-то обращает на неё внимание?

Эйдан промолчал, но взгляд его говорил сам за себя.

— Ладно, ладно, — Гарет поднял руки. — Я с вами. Но если в конце не окажется клада или чего-то, что можно продать, я буду очень разочарован.

— Будешь первым, кто это узнает, — буркнул Эйдан.

Они вышли из дома.

Теперь их стало трое.

Глава 19: Подземелья старого замка

Они добрались до замка на закате.

Сквозь густые облака пробивались последние лучи солнца, окрашивая руины в багряные оттенки. Высокие стены, некогда величественные, теперь напоминали зубцы сломанной короны.

— Это и есть твой дом? — усмехнулся Гарет, оглядываясь.

— Был когда-то моих предков, — тихо ответил Эйдан.

Он не помнил этих стен, но чувствовал, что здесь когда-то жили его предки. Тени прошлого накрывали его, словно холодный плащ.

Сильвия осматривала камни, проводя ладонью по выцветшим символам.

— Здесь есть магические печати, — сказала она. — Но они древние. Похоже, замок защищали не только стены.

Эйдан шагнул вперёд.

— Нам нужно внутрь.

Гарет скептически покачал головой.

— Ты уверен, что там есть что-то полезное?

— Нам нужен артефакт, — твёрдо ответил Эйдан.

Сильвия кивнула и вытащила кинжал.

— Держитесь рядом. Если печати ещё работают, они могут реагировать на нас.

Они вошли в замок через пробитую часть стены. Внутри было темно, лишь слабый свет луны пробивался сквозь трещины.

Пол усыпали обломки, старые гобелены висели клочьями. В воздухе витал запах сырости и пепла.

— Где искать подземелья? — спросил Гарет.

Эйдан остановился, прислушиваясь к внутреннему ощущению.

— В центре замка. Там должен быть проход вниз.

Они осторожно двинулись дальше, избегая осыпавшихся лестниц. Вскоре они вышли в большой зал, где стоял трон.

Эйдан замер.

Трон был разрушен, но на его спинке виднелись выгравированные символы династии Теневых Королей.

Сильвия положила руку ему на плечо.

— Ты в порядке?

Он глубоко вдохнул.

— Да. Пойдём.

Вскоре они нашли старую каменную плиту с рунами.

— Это и есть вход, — пробормотала Сильвия.

Эйдан провёл рукой по камню.

— Здесь есть замок, но он магический.

Сильвия наклонилась ближе, читая руны.

— Ключ — кровь наследника.

Эйдан переглянулся с ней.

— У нас есть только один способ проверить.

Он достал кинжал, сделал надрез на ладони и капнул кровь на центр плиты.

Раздался глухой скрежет, и плита начала раздвигаться, открывая лестницу вниз.

— Впечатляюще, — пробормотал Гарет. — И зловеще.

Эйдан первым шагнул вниз.

Темнота поглотила их.

Подземелье оказалось огромным.

Стены покрывали древние символы, на полу лежала пыль веков. Вдоль стен тянулись полки с книгами и свитками.

Сильвия зажгла факел.

— Здесь могут быть записи о Теневых Королях, — сказала она.

Эйдан подошёл к каменному пьедесталу в центре комнаты.

На нём лежал артефакт — круглый диск, украшенный теневыми узорами.

— Печать Теней, — прошептал он.

Сильвия осторожно провела пальцами по его поверхности.

— Она всё ещё полна силы.

Гарет подошёл к полкам, вытащил свиток и развернул его.

— Эйдан… Ты должен это увидеть.

Эйдан взял свиток и начал читать.

"День падения. Замок предан. Тьма пришла не снаружи, а изнутри. Один из нас открыл ворота."

Он похолодел.

— Кто-то предал мою семью.

Сильвия нахмурилась.

— Ты знаешь, кто?

Эйдан медленно перечитал строки. Имя предателя было размыто временем, но одно слово сохранилось: Вестник.

— Нет, но я узнаю.

Гарет вздохнул.

— Ну, это многое объясняет. Орден Света не уничтожил Теневых Королей. Они просто воспользовались предательством.

Эйдан сжал кулаки.

— Я должен узнать правду.

Сильвия посмотрела на него долгим взглядом.

— Ты изменился.

Он повернулся к ней.

— В каком смысле?

Она приблизилась.

— Ты не просто хочешь выжить. Ты хочешь мести.

Он отвёл взгляд.

— Я хочу справедливости.

Сильвия подошла ближе.

— Иногда граница между справедливостью и местью тоньше, чем кажется.

Глава 20: Письмо из прошлого

Они выбрались из подземелий, когда ночь уже окутала руины замка. Лагерь разбили в тени древних стен, скрываясь от лишних глаз.

Эйдан сидел у костра, грея в руках древний свиток. Найденное письмо его матери не давало покоя. Оно могло стать ключом к разгадке их прошлого… и будущего.

Сильвия заметила его задумчивость и подошла ближе.

— Ты читаешь его уже пятый раз, — сказала она, опускаясь рядом.

— Потому что не могу понять. — Эйдан развернул свиток и пробежал глазами по знакомым строкам.

"Мой дорогой Эйдан. Если ты читаешь это письмо, значит, ты уже знаешь, кто ты есть. Но есть вещи, о которых тебе не рассказывали. Тень всегда рядом. Она прячется в зеркалах, в шёпоте ветра. Она ждёт момента, чтобы разорвать всё, что тебе дорого. Но ты можешь её остановить. Найди Три Ключа Судьбы, и тогда правда откроется тебе."

Эйдан глубоко вздохнул.

— Тень… Она говорит о том, что уничтожило мою семью?

Сильвия взглянула на письмо, пробежав его глазами.

— Или о чём-то более личном. Что если речь не просто о враге, а о чём-то внутри тебя?

Эйдан нахмурился.

— О моей силе?

— Возможно. Или о том, что ты можешь стать тем, кого пытаешься остановить.

Эйдан молчал, чувствуя, как в груди нарастает тревога.

— Но что такое Ключи Судьбы? — пробормотал он. — Почему она говорит, что правда откроется мне только после их нахождения?

Сильвия задумалась.

— Это явно не просто метафора. Возможно, это реальные артефакты, разбросанные по миру.

Эйдан провёл рукой по краю письма, чувствуя под пальцами шероховатую бумагу.