Внезапно, мир взорвался. Громкий хлопок разорвал на части светскую беседу. Крики и паника заполнили зал. Люди бросились врассыпную, словно стадо испуганных животных. Я замерла, парализованная страхом. Глаза расширились, вокруг меня закружилась бешеная паника. Я увидела, как с потолка посыпалась штукатурка, как лопнули хрустальные люстры, как люди падали на пол, хватаясь за окровавленные раны.
Я видела это раньше, в кошмарах, которые преследовали меня после того, как мы подписали договор, но на этот раз это было реально. И я была в самом центре этого ада.
Инстинктивно я пригнулась, закрыв голову руками. Мне казалось, что пуля может прилететь в любой момент. Я молила, чтобы это скорее закончилось, чтобы я смогла выбраться из этого кошмара.
Вдруг, чьи-то сильные руки схватили меня, резко дернули в сторону. Я закричала от ужаса, но мой крик потонул в криках людей. Дэмиан.
Он прижал меня к себе, заслоняя своим телом от летящих осколков и пуль. Его лицо было искажено яростью, глаза горели огнем. Я никогда не видела его таким.
— Ракель, черт возьми, — прорычал он мне в ухо.
Не успела я опомниться, как он потащил меня к выходу, прокладывая себе путь сквозь толпу обезумевших людей. Его тело было твердым, решительным, он отпихивал, толкал, даже бил тех, кто вставал у него на пути. Мы мчались по коридорам, лавируя между падающими обломками и телами.
Внезапно, перед нами выросли два человека в черных костюмах, с оружием в руках. Они открыли огонь.
Дэмиан мгновенно отреагировал. Он повалил меня на пол, прикрыв своим телом. Пули свистели над головой, пробивая стены и мебель.
— Лежи! — заорал он.
Он выхватил из-под пиджака пистолет и открыл ответный огонь. Два коротких, точных выстрела. Оба нападавших рухнули на пол, не издав ни звука.
Я лежала на полу, дрожа всем телом. Страх сковал меня, лишив способности двигаться. Я чувствовала запах пороха, видела кровь.
Дэмиан поднялся на ноги и протянул мне руку.
— Вставай, — его голос был резким, властным. — Мы должны убираться отсюда.
Я посмотрела на него. В его глазах я увидела не только ярость, но и страх? Неужели Дэмиан боялся?
Ракель
Снова привычный будничный вечер. Я вышла из университета на улицу и сразу ощутила перемену в воздухе. Солнечное дневное небо постепенно затягивалось серой пеленой туч. Примерно двадцать минут назад начали падать первые капли дождя, робкие и нерешительные. Их тихий шорох наполнил пространство, принеся с собой освежающую прохладу и аромат надвигающейся грозы. Атмосфера вокруг наполнилась предвкушением и свежестью, словно природа готовилась к своему величественному представлению. Крупные капли стекали по моему лицу, создавая лужи и ручейки, которые бежали по улицам. Я ускорила шаг, чтобы не промокнуть окончательно, и свернула на улицу, которая показалась мне безлюдной и тёмной. Всё же есть в этом городе улицы, которые мне не сильно знакомы. Я прошла по заброшенным рельсам, где когда-то кипела жизнь, но сейчас это больше похоже на отшиб в черте Палермо. Уверена, что при дневном свете я увидела бы это место по-другому, с яркими граффити, полевыми цветами, разноцветным металлолом и заброшенными зданиями.
Я бы и дальше представляла эту интересную историю улицы, если бы не странное быстрое движение. Из-за угла полуразрушенного здания появился тёмный силуэт, словно призрак. Его движения были слишком точны и целенаправленны. Он появился и исчез.
Тем временем дождь начал усиливаться. Я постояла какое-то время, пытаясь найти разумное объяснение этой картине, но не смогла. Вместо этого в голове быстро промелькнула лишь одна мысль. Если здесь случится что-то ужасное, некому будет прийти на помощь. Но какова вероятность, что это не просто местные подростки, прячущиеся от старшего поколения? Думаю, что большая.
Мои глаза, расширенные от любопытства и немного страха, неотрывно следили за тем углом. Я затаила дыхание и ожидала, что загадочная фигура вот-вот появится вновь и раскроет тайну своего присутствия. Прошла секунда, две, три, десять. Тихий голос паранойи подсказывал мне, что лучше немедленно бежать домой, чтобы укрыться в безопасности и тепле, но ноги, словно обретя собственную волю, понесли меня к тому месту, где несколько мгновений назад мелькнула спина того самого тёмного силуэта.
Сердце начало неистово биться, когда я шаг за шагом приближалась к тому углу. И тут я поняла, что вокруг темнота и множество заброшенных конструкций, а это не самое безопасное место для развлечений. Но жажда узнать, что происходит, оказалась сильнее других доводов. Снова затаив дыхание, я осторожно выглянула из-за угла и старалась как можно меньше привлечь внимания. Не то чтобы глубокий вечер и дождь мне мешали в этом, просто нужно было быть осторожнее. Там было так же темно, кроме маленького участка возле старого грузового вагона. В тусклом свете фонаря под ним я увидела одинокую фигуру, стоящую почти спиной ко мне. Его мускулистая фигура показалась мне неестественно неподвижной, словно он чего-то ожидал или всматривался вдаль. Из-за капюшона я не смогла увидеть даже профиль его лица, но он был один. Возможно, по этой улице он когда-то ходил, а сейчас решил вспомнить былое.
На мгновение я почувствовала облегчение. Ситуация не выглядела столь зловещей, как в криминальных фильмах, и я позволила взгляду немного расфокусироваться. Однако я насторожилась, когда в поле зрения появились ещё двое мужчин в той же самой одежде, которые что-то небрежно тащили. Когда они приблизились к незнакомцу, я в их руках разглядела мужчину средних лет, избитого и окровавленного. Моё дыхание участилось, и я чуть приблизилась к самому углу, пытаясь максимально слиться с ним. Это точно не просто подростки.
Бросив его к ногам ранее неподвижного человека, они отступили и заняли позиции позади тела. Тот самый парень снял капюшон и начал что-то говорить мужчине. Шум дождя и моё собственное биение сердца заглушали слова, но из-за маленьких просветов от фонаря я отчётливо разглядела жертву. Синяки разного цвета покрывали его лицо, глаза были окружены темными кругами, губы разбиты. Руки были за спиной, скорее всего связаны, а одежда испорчена. Он выглядел виноватым и только и делал, что слушал, кивал и изредка смотрел на него снизу вверх. Мне определённо нужно было покинуть это место.
Я медленно сделала шаг назад и тихо наступила в лужу. Хотела незаметно уйти, но не успела. Мужчина резко вскочил. Он что, увидел меня.
— Нет, прошу, не надо! Я не виноват, — громко закричал он.
Его резкий и хриплый голос ударил по моим ушам, а сам он начал кашлять.
Я остановилась, и на мгновение остановилось всё. Дыхание, сердце, время, дождь. Даже его кашель.
Из этого затишья меня вернуло движение руки той странной фигуры. Он сунул её в карман толстовки, и вдруг раздался тихий щелчок. Затем резко вытащил, и раздались три глухих хлопка, будто в стену бросили подушки. Мужчина содрогнулся и рухнул на пол, а его рваная рубашка начала краснеть. Всё произошло крайне быстро и практически бесшумно. Я даже не успела понять, что случилось.
Я ахнула от такой картины и сразу же закрыла рот рукой, но поняла, что это было слишком громко и поздно. Три силуэта тут же обернулись в моём направлении.
Мой испуганный взгляд наткнулся на холодные, темные глаза парня, державшего пистолет всё это время. Я ожидала выстрела, но вместо этого увидела нечто более страшное. Сначала в его ледяных глазах мелькнуло что-то неуловимое, не удивление, а скорее оцепенение. Но длилось это лишь мгновение. Затем его губы медленно расползлись в зловещей ухмылке, обнажив хищный оскал. В этой ухмылке не было простой злобы. В ней был расчет, интерес хищника, нашедшего новую, куда более интересную добычу, чем та, что уже лежала у его ног. Он что-то показал свободной рукой, и двое других уже скрылись в противоположном направлении, постепенно растворившись в ночной мгле. Он же пристально изучал моё лицо, искаженное страхом и непониманием. Неторопливо убрав оружие в карман, он начал приближаться ко мне размеренным, почти ленивым шагом, будто знал, что бежать бесполезно.
Я резко развернулась и бросилась бежать, отчаянно пытаясь увеличить расстояние между нами. Под ногами взрывались лужи, разбрасывая фонтаны брызг, а тяжёлое дыхание эхом отскакивало от стен пустых домов. Капли дождя хлестали в лицо, смешиваясь со слезами, которые я больше не пыталась сдерживать. Я не оглядывалась, но чувствовала, что дистанция между нами сокращается.