Теория хаоса

1. Война по правилам.(ИЛИ НЕТ)

9:55. Студенческое общежитие, комната на двоих, больше похожая на берлогу современного искусства.

Звонок будильника на айфоне был установлен на 9:00. Он прозвенел, утих, прозвенел снова и был отправлен в небытие ударом ладони. Алиса Соколова зарылась лицом в подушку, пахнущую дорогими духами и вчерашним дымом. Сквозь веки пробивался раздражающий свет.

Ее телефон лежал где-то рядом и вибрировал, как раненый шершень. Она нащупала его и, не глядя, сбросила вызов. Через секунду — новая вибрация. Сообщение.

Брат: «Алис, папа ждёт отчёт по загрузке номера «Люкс» в Сочи за прошлый квартал. Ты же обещала вчера. Он не в восторге. Опять».

Алиса скривила губы. Дима. Идеальный сводный брат. Дипломат, карьерист, папина гордость. Она сунула телефон под матрас. Пусть вибрирует там.

Она поднялась с кровати, глядя на хаос вокруг: книги по философии, валяющиеся рядом с пустыми банками краски, скетчбуки с угловатыми рисунками, дорогая дизайнерская куртка, брошенная на стопку грязной посуды. Ее мир был антитезой порядку. Порядок — это тюрьма. Хаос — это свобода. Пока что.

Она натянула черные рваные джинсы и огромную белую рубашку, явно мужскую, от кого-то из прошлой жизни. В зеркале отразилось бледное лицо с темными кругами под глазами и взъерошенными волосами цвета алого пламени. Хорошо. Пусть видят то, что хотят видеть. Циничную стерву, испорченную богатую наследницу, которой всё наскучило. Так было проще.

На лекцию Кравцова она опоздала на двадцать минут, проскользнув в аудиторию с заднего входа. Профессор, не прерывая монолога о диверсификации рисков, бросил на нее усталый взгляд. Она поймала его и ответила ленивой ухмылкой. Села в последнем ряду, достала блокнот и начала рисовать. Не конспект, а карикатуру: Кравцов в виде доисторической птицы, читающей лекцию стае каменных идолов. Один из идолов был очень похож на Волкова с его безупречным пробором и каменным лицом.

Когда Кравцов объявил о парных проектах и на экране появились списки, Алиса даже не вздрогнула. Она ждала подвоха. И вот он.

«Волков М.С. – Соколова А.Д.»

Рядом кто-то фыркнул. Кто-то прошептал: «Волков гений, а эта...». Алиса была полностью согласна со всем шёпотом. Особенно не с самым лестным. Она медленно подняла глаза и встретилась взглядом с ним. Он сидел в первом ряду, выпрямив спину. Его взгляд был не злым. Он был… технологичным. Как будто он сканировал ее, оценивал процент брака, вычислял, насколько она снизит эффективность процесса.

— Отлично, робот, — тихо произнесла Алиса, чувствуя знакомый прилив эмоций. Ее захватывал интерес. Схемы Волкова не переживут настоящее землетрясение.

Она нарисовала на полях маленький динамит рядом с каменным идолом.

☆☆☆

6:30 утра. Будильник не звонил. Марк Волков открыл глаза за секунду до того, как тонкий вибрационный сигнал умных часов должен был коснуться кожи. Тишина.

Его мир был алгоритмом. Пробежка ровно 45 минут вдоль спящей Москвы-реки. Контрастный душ, где температура воды менялась по заданному протоколу. Костюм — темно-серый, без намёка на индивидуальность, только безупречный крой. Завтрак: овсянка с чиа, зеленый смузи, стакан ледяной воды. На столе, параллельно краю, лежал iPad Pro. Он ел левой рукой, а правой скользил по экрану, поглощая сводки с азиатских бирж, отчеты Forbes и свежий анализ рынка коммерческой недвижимости Лондона.

На экране всплыло сообщение.
Отец: «Совещание у гендира «КвантПрорыв» перенесли на 17:00. Будь готов презентовать наш медиа-кейс. Не подведи. И не забудь про твой учебный проект. Это последний рывок перед практикой. Покажи, на что способен. Без компромиссов».

Марк отпил воды. «Без компромиссов». В его мире компромиссы были синонимом слабости.

Он отправил короткий ответ: «Всё будет сделано». Ни «доброго утра», ни «спасибо». Факты. Эффективность.

В 8:15 он вышел из подъезда. Его «мерседес» S-класса черного матового цвета ждал, не нарушая тишины. Водитель — немолодой, в белых перчатках – кивнул. По дороге Марк просматривал план на день, составленный с погрешностью до пяти минут. 10:00 – лекция Сидорченко. 11:40 – встреча с аналитиком из BCG. 14:00 –... И тут он увидел ее. Заметку в календаре, выделенную не его цветом. 15:00 – Первая встреча по курсовому проекту. Партнёр: Соколова А.Д.

Его челюсть непроизвольно сжалась. Соколова. Дочь того самого отельного магната. Девушка, которая два месяца назад на семинаре по корпоративной этике заявила, что «этика — это оправдание для слабаков, которые не могут позволить себе быть аморальными». Она говорила это с таким вызовом, с такой ядовитой усмешкой, что даже профессор смутился. Она ходила в дорогих, но нарочито мятых вещах, и ее академическая успеваемость балансировала на грани отчисления. Двоечница по призванию. Хамка по убеждению.

Было противно само ее существование. Это был живой, дышащий хаос. И теперь он был прикован к нему на ближайшие четыре месяца. Кравцов, старый циник, явно делал это назло. «Научить друг друга чему-то полезному». Чему он мог научиться у нее? Искусству саботажа?

Машина остановилась у главного корпуса. Марк откинул планшет. Сегодня алгоритм даст сбой. Но он был готов. Он всегда был готов к войне.

☆☆☆

15:03. Переговорная №4, стеклянный аквариум на третьем.

Марк сидел ровно, положив перед собой планшет и папку с распечатками. На столе лежал составленный им план проекта на три месяца вперед, с цветными метками, графиками и распределением обязанностей. Он ждал ровно три минуты. Его часы тикали неслышно, но внутри него отсчёт шёл с точностью хронометра.

Дверь распахнулась. Она вошла не как человек, а как атмосферное явление – с вихрем запаха сигарет, кофе и чего-то горько-сладкого. На ней были те же рваные джинсы и рубашка, наброшенная на черный топ. Волосы были завязаны в несуразные косички, из которых выбивались пряди.

— Привет, — бросила Алиса, плюхнувшись на стул напротив. Ее сумка упала на пол с глухим стуком. — Начальник лагеря уже готов?