То, что я хочу скрыть

Глава 1 Введение в публичную жизнь славной столицы Эрдасса, а так же о тех, кто ими управляет

Чем публичные дома в элитных районах столицы Эрдасса – Эрты - отличаются от портовых? В первую очередь на входе в портовый бордель вас встречают ароматы далекие от запаха восточного дерева и шийских фруктов, что популярны сейчас среди знати.

В этой части порта не промышляли рыбной ловлей, в основном приставали торговые суда, но запах йода, потных мужских тел и кислого вина тоже вызывал у меня рвотный рефлекс первое время, как я стала посещать «Морскую искусницу».

Второе различие – вышибалы. В борделях классом выше никогда не станут выставлять напоказ охранников, чтобы не раздражать глаза высоких господ. Здесь же двое амбалов режутся в шахматы сразу слева от входа. И вид у них очень даже заметный, как раз чтобы местные любители утех не забывали об их присутствии.

Третье же (не буду упоминать различие антуража и размеры домов наслаждений), и, наверное, самое главное – разница в целях посещения. Нет, интимные услуги оказываются и там и тут, бесспорно. Но элитные публичные дома посещают лорды и, иногда, леди, не столько ради получения определенного рода внимания проживающих там (уж это они могут позволить себе и с вызовом на дом), сколько для важных переговоров, приятной атмосферы, приятной музыки и, конечно, ради того, что законным назвать можно только с натяжкой. Бордели высокого уровня и борделями назвать нельзя. Скорее клуб досуга. Да, досуг специфический иногда, но все же. Что до «Морской искусницы»…

Обменявшись кивками с Риком и Диком, так зовут местных охранников, я вошла в зал. Низкие потолки с перекладинами, обвешаны связками с пахучими травами, что должны бы немного разгонять спертый запах пота и кислятины, но с таким количеством народа им не справиться. Полумрак, разгоняющийся лишь вкрученными в крепкие дубовые столешницы подсвечниками с жировыми свечами, должен бы добавлять интимности обстановке (по словам бывшего хозяина), лишь добавлял мрачности. Светло было лишь у барной стойки, благодаря охранному кристаллу, на самой стойке сидел какой-то худющий мальчонка и бряцал на лютне что то невнятное. Лица посетителей было не разобрать, разве что когда кто то затягивался трубкой, угли ненадолго позволяли рассмотреть лицо курящего, но вглядываться было так же не вежливо, как смотреть ниже пояса человеку, справляющего нужду – не то место для любопытства.

Кое-где из полумрака раздавался хохот, бряцанье ремня, хлюпающие звуки или шепот. Это место, благодаря тому, что все местные «дамы» были глухими, пользовалось популярностью для заключения теневых сделок. А так и собеседника можно порадовать, подарив ему «сопровождение» на время обсуждения сделки и самому развлечься после завершения удачного дела. Желающие продолжить, поднимались на второй этаж, где были оборудованы пара комнат для отдыха гостей. За дополнительную плату, конечно.

Почти ничем непримечательный портовый бордель, так разительно отличающийся от дома увеселений «Ла Морэйн», которым управляю я.

Спустившись с небольшого возвышения у входной двери в зал, я прошла к стойке. Ни у кого из посетителей желания не возникло звать меня к себе для компании – я здесь личность не то, чтобы известная, конечно. А если и известна, то не среди мелких воришек и информаторов, коих здесь пруд пруди. Просто и внешность и фигура мои на любителя, даже если рассмотреть во мне женщину. Ну а если и рассмотрят, да еще и подумают, что в темноте все кошки серы, уворачиваться от пьяных рук за все эти года я научилась мастерски. Ну, или ломать их. Но это уже совсем в крайнем случае.

- У себя?

Уоррен, сын прошлого хозяина, выполняющий обязанности бармена, вздрогнул, а хилый бард, чуть не свалился со стойки. Да, голос у меня тоже не похож на щебет птиц, если что могу и им народ отпугивать.

- Да, госпожа, проходите, он Вас ждет, - голос Уоррена был тверд, как будто не он недавно чуть графин не выронил от неожиданности. Ну, хоть успокаивается быстро, а то попросила бы Аррэ его заменить уже. Второй десяток лет без движения в сторону «повышения».

Перемахнув через стойку, всю в жире и следах от темного пива, я отряхнула руки и направилась к двери за спиной Уоррена. Дверь была не сильно заметна на фоне бочек с вином и замызганных стен, чтобы не пробуждать любопытство у не слишком чистых помыслами посетителей. Закрывая за собой дверь, краем уха услышала, что бард все-таки свалился со стойки бара. Толи от моего прыжка, толи его еще до этого потрясло обращение ко мне «госпожа», а не «господин». Оба варианта меня позабавили. Что забыл здесь этот тщедушный впечатлительный малец?

Ну да к черту, я здесь по делам. За дверью был длинный коридор с множеством дверей. Здесь были комнаты для девушек, постоянно дежурил врач и слабый маг воздуха, для особых поручений, воздух был свежее, и я вдохнула полной грудью. Одно из «особых» поручений мага было проветривание помещений свободных от гостей.

Пройдя дальше по коридору, поздоровавшись с выскочившим на стук двери магом, я свернула за угол и уперлась в тяжелую дубовую дверь с вязью рун. Она разительно отличается от остальных, что и понятно – Халл Аррэ, хозяин этого притона, там держит не только золото, но и нечто более ценное.

Несколько раз пнув косяк двери, так же с ноги ее открыла. Одна из рун, расположенных на двери, считывает информацию о госте при его прикосновении к двери рукой. Всего лишь маленькая загогулина, среди остальной вязи на защиту от воров и магических ухищрений, но самая полезная – ее никто не замечает. Обезвредят остальные руны и откроют дверь, не заметив эту мелочь, а информация о вошедшем окажется на кристалле Аррэ. Моя разработка. Полезна не только от воров, но и вообще при общении с заказчиками.

Выйти из комнаты просто так тоже нельзя, так что, даже войдя, никто покинуть комнату без разрешения Халла или меня не сможет. Тут мы уже вместе старались.

Халл Аррэ был мужчиной около 20 лет на вид, голубоглазый, с длинными светлыми волосами, которые он никогда не заплетал и не отрезал, даже когда мы бродяжничали. Лицо потомственного аристократа было не раз бито во времена нашего бродяжничества, но благородных черт так и не утратило. С чем ему повезло и не повезло одновременно, так это с ростом. Для ремесла, с которого мы начинали, 9 пядей (около 160 см) рост самый подходящий, но чтобы зарекомендовать себя, как серьезного дельца в теневом мире, пришлось постараться. Что интересно, у дам он наоборот всегда больше пользовался интересом, чем другой наш товарищ – Хрящ, в мире – Энд.