Только ты

Сны

Промозглый и сырой тоннель, стены покрыты плесенью и паутиной. Далеко впереди виднеется выход, он как последний лучик надежды в этой кромешной тьме. Мне очень холодно! Оглядев себя, понимаю, что на мне одето лёгкое кремовое платье из фатина. Продвигаюсь вперёд к выходу, от стенок отражается хлюпающей звук моих шагов. За спиной начинает что-то шевелиться, слышится скрежет когтей по кирпичной кладке, и лёгкое рычание. Ускоряю свой шаг почти срываюсь на бег, и в тот самый момент слышу его голос. Мелодичный словно перезвон колокольчиков на ветру и манящий как первые лучи солнца на рассвете. С начала он едва ли различим, но с каждым моим шагом становится всё громче, отчётливей, ясней. Он молит о помощи, просит поторопиться и ни в коем случае не оглядываться назад. Срываясь не бег спеша добраться до обладателя этого голоса, а в спину уже доноситься горячие и смердящее дыхание монстра. Как бы я быстро ни бежала, понимаю, что не успеваю. С каждой секундой отчаянье, страх и тревога все увеличиваются. Я боюсь не за себя, не монстра за спиной, а за человека который всё громче просит поспешить и не смотреть назад. Его голос срывается на крики чуть не пропадает от очередной просьбы. Наконец-то я добегаю до арки, что так манила своим Светам. Вокруг меня разворачивается каньон, а небо над головой совсем неясное, как могло показаться из туннеля. Оно кишит крылатыми тварями, которые пикируя вниз обрыва и с душераздирающем криком взмывают вверх выпускают свои огромные когти. На краю этого обрыва стоит он, повёрнутый спиной ко мне. Голова его опущена, он смотрит вниз на тот ад, который наверняка там творится. Услышав моё приближение, он оборачивается. Почти всё лицо его было размыто, и только зелёные глаза были чётко видны, и служили ярким пятном, которое так умело пробралось в самую глубину моего подсознания, отпечатавшись на подкорке. Его густые, тёмные и кудрявые волосы трепет сильный ветер, создавая причёску «а-ля я только проснулся». Он заглядывает мне в глаза и протягивает сильные, покрытые набухшими венами руки. А я подхожу к нему ближе и пытаюсь взяться за них, но, как всегда, не успеваю.

 - Только ты можешь мне спасти!— говорит он касаясь моих пальцев своими и срывается с обрыва. Всё во мне обрывается при виде его тела стремительно летящего вниз, изо рта вырывается крик, от которого стынет кровь в жилах…

 Я просыпаюсь от своего крика, в холодном поту и со слезами на глазах, которые градом льются по щекам. Тот же сон мучает меня вот уже три года, я не могу из-за него выспаться. Приходится ходить как оживший труп с огромными мешками под глазами, бледной почти прозрачной кожей и настолько худой, что можно изучать по мне анатомию. Каждый раз я оказываюсь в том месте, каждый раз с тем же парнем и теми тварями, которые роятся у нас над головой. Но с каждым разом его лицо становится всё чётче и дразнит мой разу, который так отчаянно пытается его вспомнить. С момента пятого повторяющегося сна я начала вести дневник, в который записываю и зарисовываю новые детали. Может, хоть с помощью него удастся сложить чёткую картину происходящего. Я должна его вспомнить! У меня предчувствие, что от этого зависит что-то очень важное, без чего моя жизнь потеряет все краски и погрузиться во тьму, такую же, как тот туннель из которого я выбираюсь. Он появляется в моих снах, а на Яву стоит мне только прикрыть глаза на секунду, перед взором всплывают зелёные провалы глаз, в которые так и хочется нырнуть с головой. Я не знаю его имени, не могу вспомнить его лицо, но он завладел моими мыслями, чувствами, снами. Иной раз мне кажется, что я дышу, просыпаюсь. Да что уж там, живу для него! Это полнейший абсурд, помешательство, сумасшествие. Наверное, мне давно пора лечь в психушку, и я обязательно это сделаю, но с начала я хочу вспомнить. И эта странная фраза, что только я могу ему помочь, ещё больше заставляет разгораться желанию, разобраться в этом.

 Стирая ладонями дорожки слёз со щёк, я встаю с кровати и выпиваю две таблетки успокоительного. Вот ещё одно побочное влияние этого бреда, я стала, как чёртова наркоманка глотать таблетки горстями. Беру с прикроватной тумбы чёрную тетрадь с большими листами А4 и двумя белыми буквами «ОН». Открываю на предпоследней странице и дорисовываю прожилки, которые мне удалось сегодня разглядеть. Посмотрев на окончательный результат, по моему телу прошли мурашки, так реалистично удалось передать всю их привлекательность и манящею загадочность, которую так и хочется разгадать. Взглянув на время, поняла, что пора собираться на работу. Я аналитик в одной мелкой фирме, платят немного, но на жизнь хватает. В последнее время доходы фирмы очень упали и как можно судить по её плачевному состоянию в отделах, эта шарашкина контора скоро склеит ласты. А так как мне скоро нужно платить за квартиру, приходится откладывать каждую копеечку. Зачем я выбрала эту монотонную работу? С ранних лет я начала понимать, как важно выбрать прибыльную профессию и быть специалистом в своём деле. Моя мать была брокером, поначалу её дела шли в гору, а потом она села в лужу, из которой просто так не выбраться. Мы влезли в огромные долги, отец ушёл от нас, как только понял, что дела запахло жареным. А мать начала пить, от депрессии или от навалившихся проблем, не знаю! Служба опеки как-то прознавшее про наше плачевное состояние, грозилось забрать шестилетнюю меня. Нужно ли говорить, что о какой-то школе или гимназии не могла быть и речи. Я голодала, а мать в силу отсутствия хоть минимальных денег стала продавать своё тело таким же пьяницам за спиртное. И в один прекрасный день осознав свою ничтожность и ненужность, она повесилась на люстре в той халупе, в которой мы тогда жили. Меня забрали в детдом и, казалось бы, весь этот ад закончился, но стало только хуже. Дети что жили, нет, выживали в том жутком месте были жестоки и безжалостны. А воспитатели при любой возможности старались выместить своё зло и недовольства на них. В том жутком месте я не нашла своего защитника, друге, сторонника. По своей натуре я одиночка, а вся эта ситуация с родителями ещё усугубило ситуацию, я не могла никому доверять. К двенадцати годам я поняла, что нужно выбираться из всего этого дерьма. В седьмом классе я выбилась в круглые отличницы, а оскорбление дура сменилось на ботаника. По достижению восемнадцати выпустилась из детдома и мне выделили крохотную комнатушку в жутком загашнике. Окончила школу с золотой медалью и поступила в хороший вуз. Параллельно с учёбой подрабатывала промоутером и почтальоном. Прибыли было мало и я едва сводила концы с концами, но старалась откладывать по чуть-чуть на свою квартиру. И к последнему курсу почти у самого́ выпуска смогла снять маленькую квартирку в хорошем доме. И вот мне уже двадцать пять лет, живу на кре́дит в приличной двухкомнатной квартире в центре Челябинска. Того мизера, что мне платили в фирме, хватает на ежемесячные выплаты по кре́диту и за коммунальные услуги. В еде я стараюсь не шиковать, но иногда балую себя конфетками и колбасой. Но это не главное, как только я пришла работать в эту шарашку, меня умудрилась разговорить одна рыженькая непоседливая девушка. Её звали Виктория и она тоже недавно пришла в фирму, но уже почти со всеми там подружилась. У неё огненно рыжие волосы, небесно-голубые глаза, подтянутая фигурка и миниатюрный рост, всего метр пятьдесят четыре. Вика родом из Минска и приехала покарать новые горизонты. С того самого разговора мы лучшие подруги, она долго и старательно прививала мне любовь к жизни, оптимистический настрой и умение открываться людям. Нередко помогала мне и с деньгами, уже не могу и вспомнить сколько раз Вика давала мне деньги, не принимая их назад! Сколько с ней общаюсь, до сих пор не могу понять, как в таком маленьком тельце помещается столько оптимизма, добра и света! Она ушла из фирмы, как только начался сильный спад заработных плат. Процентные ставки с выполненных сделок и заказов с каждым месяцем становились всё меньше. Вика не захотела этого больше терпеть и ждать чуда, что наша фирма ещё встанет с колен. Она могла себе этого позволить. У неё не было кре́дитов и больших долгов, зато были небольшие сбережения на первое время. Как ни странно, на следующие же день она прошла собеседование в крупную фирму. Сейчас у нас хорошие аналитики нарасхват! Я очень за неё рада, у Вики очень хорошо идут дела. Но с моей занятостью и вечной усталостью от недосыпов мы стали редко встречаться. Так же как Вика поступило половина фирмы, а остались только те у кого не было такой желанной и разумной возможности, плюнуть на всё и уйти в никуда.

Ужасный день

   Сегодня на работе был полный аврал, пришла проверяющая комиссия. Мои коллеги носились с документацией по всему офису и паниковали за каждый лист, который брал в руки инспектор. А я до сих пор не могу отойти от сна. В первый раз он коснулся моей руки, раньше я просто ловила воздух так и не успев поймать его за протянутую руку. Сегодня даже его глаза были более яркими, а голос более настойчивым. Это настоящий прогресс. Я так часто видела этот кошмар, что могу отличить любые мелкие изменения, сегодня даже обстановка на скале была другой. Тучи стали ещё темнее, летающих тварей ещё больше, а монстр за моей спиной, кажется, бежал быстрее обычного. Всё это наводит на печальные мысли, что я не успею разгадать эту тайну и страшная трагедия произойдёт с зеленоглазым. Как бы я себя ни заставляла сосредоточиться на тексте, у меня никак не выходило даже элементарное форматирование. Стоит только взглянуть на мелкие буквы на экране, перед мысленным взором снова всплываю два зелёных омута. С каждым днём я всё больше заболеваю им и мне кажется скоро начну терять связь с реальностью. Вот чёрт! Я запорола документ моей коллеги Инги, задумавшись нарисовав на полях набросок его глаза. Придётся теперь распечатывать новый, а возле принтера такая большая очередь. Инга меня убьёт! Попыталась стереть его ластиком, но только растёрла чернила по всему листку.

 - Андрейченко, где мои документы, которые я тебе приносила на проверку?— спрашивает подбежавшая и запыхавшиеся Инга.

 - Прости, я ещё не приступала к ним.— отвечаю спокойным голосом, а сама аккуратно прячу стопку бумаг под стол.

 - Давай быстрее, Цескаридзе меня уволит, если я не принесу их через десять минут! С этой проверкой всё пошло по жопе, я ничего не успеваю! Поторопись, пожалуйста, очень тебя прошу!— паникует она и нервно отстукивает пальцами по столешнице.

 - Ладно, я тебе их сама занесу. Беги, пока займись чем-нибудь другим. Не стой над душой!— пытаюсь её спровадить. И у меня это получается, цокнув языком и состроив недовольную мину, Инга поспешно уходит.

   Сломя голову несусь к принтеру окольными путями обходя стол коллеги которой не хило так подгадила. На подходе к принтеру замечаю также двух спешащих коллег встать занять третье место в очереди. И срываюсь на бег, чуть толкнув плечом рядом сто́ящую девушку. Фух, успела! И не успев порадоваться вдоволь вижу, что первой в ряду стоит Тётя Зина. Сторожила нашего офиса, работает здесь с самого́ открытия фирмы. Ушлая старушка, только чересчур медленная. Не понимаю, почему её ещё не отправили на пенсию. Продуктивности от неё никакой, только зря ставку получает! Ох, чувствует моя пятая точка не успею за девять минут распечатать жалкий листок. Придётся сдаваться на милость Инге. И как бы её правда Цескарь ни турнул за простой документации. Отчаянно смотрю на медленные нажатия кнопок Тётей Зиной и нервно грызу ногти на руках. У меня от такого нервного напряжения сейчас волосы поседеют. Стрессоустойчивость впрочем у меня была только в резюме, в жизни же её не наблюдалось. Ну а что? Мне очень нужна была эта работа, пришлось приврать немного. Может ей там помочь? Хотя лучше не стоит, психанёт ещё разорётся на всё здание и прощай моя конспирация. Она женщина нервная, порой даже агрессивная, может ещё и главному на меня настучать! Поглядываю каждую секунду на наручные часы, их стрелка, как по закону подлости бежит быстро. Я уже пять минут здесь стою! Господи, ну за что мне всё это? И вот наконец-то она отходит от принтера и уступает место Галочке из информационного отдела.

 - Галочка, солнце ты моё ясное! Пропусти меня, пожалуйста, у меня всего лишь один листок, а я тебе потом твою любимую шоколадку дам!— молящим голосом прошу её и старательно пытаюсь состроить моську кота из Шрэка.

 - Что-то маленькая награда за такую щедрость, ты не находишь?- Галина наглеет на глазах, странная она сегодня какая-то. Обычно добрейшей души человек, а здесь такое заявление!

 - Хорошо, повышаем ставки. Две плитки шоколада и оформление квартального отчёта.— выдвигаю свои предложения и тихонько подступаю к так нужной мне сейчас машине.

 - Да шучу я, проходи, конечно!— посмеиваясь с моего ошарашенного взгляда пропускает Галя. Точно странная, никогда не слышала, чтобы она так подшучивала над кем-то!

 Трясущимися пальцами нажимаю заветные кнопки и слышу хара́ктерный жужжащий звук печати. И получаю горячей лист отчёта Инги. Перевожу дыхание и чинной походкой, пытаясь унять дрожь рук, иду к Инге.

 - Документ составлен правильно, но были некоторые ошибки в числовом сегменте. Я уже всё переделала и распечатала по новой, тебе осталось только отнести Цискарью.— говорю ей скучающем голосом, чуть позёвывая.

 - Спасибо, Алиса! Но нельзя было побыстрее? Я принесла тебе их целых тридцать минут назад, или ты постепенно становишься улиткой?— сарказмом отчитывает меня. Инга всегда была стервой, но так открыто мне ещё не хамила.

 - Скажи спасибо, что я за тебя исправила пол-отчёта! Да ещё и простояла в огромной очереди к принтеру. Так что гонор в голосе убавь и с тебя плитка шоколада!— лучшая защита — это нападение, за все годы в детдоме я хорошо научилась общаться с таким быдло. Если сразу на место не поставишь, потом будут наглеть и обзывать всегда.

 - Обойдёшься Андрейченко, это твоя прямая обязанность исправлять недочёты в отчётностях!— вот это поворот, что на третьем году работы узнаёшь свои прямые обязанности!

 - Так Громова, я обязана указывать на ошибки. Ну никак не исправлять их само́й! Да ещё, печатать документацию, не входит в мою процентную ставку. И если пошёл такой разговор, я была обязана год назад сообщить о немалой недостачи после твоей сделки. Поэтому губки свои силиконовые захлопни и иди дальше целовать зад начальнику— высказываю я ей ториду, стараясь не повышать голос.

 - Какой тебе шоколад Андрейченко?— пошла на попятную Громова. Со мной лучше дружить, я, конечно, прикрою, если что случиться. Но как только корона начнёт давить на мозг, обязательно припомню тот косяк.

Неизвестный

«ВНИМАНИЕ ! ПРОПАЛ ЧЕЛОВЕК!

Джон Рейнолдс

1990 года рождения, город Челябинск 

10.08.2015 вышел из паба Harat’s в районе 03:30 ч.

В настоящее время его местоположение неизвестно.

Приметы: Рост 187 см, светлая кожа, цвет глаз зелёный, имеет родимые пятна на лице и шее, тёмно-каштановые волосы.

Был одет: чёрная кожаная куртка, белая футболка без надписей, чёрные джинсы и белые кроссовки, на руке золотые часы.

Всех, кто обладает информацией о пропавшем, просьба сообщить по телефону: 8-942-785-39-26 или 102

НУЖНА ПОМОЩЬ ДОБРОВОЛЬЦЕВ! »

С фотографии на меня смотрел симпатичный парень с чётко очерченными скулами, прямым чуть широким кончиком носом, пухлой нижней и тонкой верхней чувственными губами, густыми тёмными и прямыми бровями. На правой и левой щеке имеются маленькие родинки. Я не видела его лица во сне, но на триста процентов уверенна, что это он!

— Джон, почему же ты приходишь ко мне во снах? Какого чёрта тебе от меня надо?!— как только я произношу его имя по моему телу, проходит табун мурашек и тепло разливается в груди. На последнем вопросе чуть повышаю голос, верно я совсем уже поехала головой, что разговариваю с экраном телефона!

Я хочу знать о нём всё, до мельчайших деталей. Нужно будет попросить Ваню собрать на него информацию. Ну или предоставить её мне, ведь наверняка он уже это сделал, раз ищет Джона три недели. Но это завтра, а сейчас мне нужно отдохнуть! Закрываю все вкладки в браузере и залезаю под одеяло.

****

Опять этот тоннель, те же стены и светлый проход в конце, на мне то же платье и за спиной уже начал шевелится монстр. В этот раз я не медлю и сразу бегу к выходу, в этот раз я должна успеть! Приходится бежать почти на ощупь, эта часть тоннеля особенно тёмная, и я спотыкаюсь на каждом шагу. На середине пути меня начинает звать Джон и я стараюсь ещё больше ускорить свой шаг. В этот раз его голос был ещё более тревожный и надрывный.

— Поторопись Элисон, поторопись. Только не оборачивайся назад, не надо! Ещё немного Лис, ну же, давай!— кричит Дон, а я уже почти на выходе.

— Джон, не надо, не прыгай!— кричу в ответ. До него осталось добежать совсем чуть-чуть и я уверенна он меня услышит, даже за шумом летающих чудишь. И как только я произнесла эту фразу, монстр за мной легко царапает мою спину. Рана неглубокая, но достаточно длинная. Не обращая на это внимание, выбегаю из тоннеля и поражаюсь той картине, которая мне открывается. Небо полностью чистое и покрыто яркими лучами заката. А Джон, точнее, то существо которое было на его месте стояло на краю пропасти. Он, как всегда, стоял ко мне спиной и мне открывался просто замечательный вид на белые как молоко крылья. Их перья были усеяны багровыми каплями, которые постепенно стекали по лощённой поверхности. Джон был одет в тёмные штаны и белую рубашку, ноги были босыми обильно покрытыми мелкими шрамами.

-Джон....— дрожащим и запыхавшимся голосом заву его. Подхожу к нему маленькими шажками и сразу протягиваю руки, чтобы при первой возможности схватить. Но не дойдя несколько метров, натыкаюсь на прозрачную стену.

В этот момент Джон оборачивается, рубашка на нём была полностью расстёгнута и развивалась на ветру, а лицо было искажено гримасой боли.

— Тебе нужно вспомнить Элисон, ты должна это сделать. Просто присмотрись к моему лицу и вспомни!— говорить он тихо и пятиться спиной к пропасти.

— Я не понимаю тебя, Джон!— отвечаю и руками пытаюсь продавить прозрачное нечто, чтобы остановить его от этого безрассудного шага.

— Просто присмотрись Лис, просто присмотрись. Я люблю тебя!— последнее, что он говорит перед тем, как упасть.

— Джон, нет!— отчаянно молочу кулаками в стенку разбивая руки в кровь и иступлено кричу я.

****

Слёзы опять льются градом, и тело колотит, но просыпаюсь я как будто от сильного толчка. За окном ярко светит солнце, поют птицы и шумят проезжающие машины. Не поняла! Слетаю с кровати и ношусь по комнате ища свой телефон. Блин, я же его на тумбочке оставляла! На дисплее высветилось полпервого. Ну ничего себе, я не спала так долго все эти три года с начала первого сна. Выпиваю таблетки и берусь за дневник. Как странно, сегодня всё было по-другому, даже небо было ясным, не говоря уже о крыльях Джона! Это вообще нормально? Какой странный плод моей больной фантазии. Сегодня он впервые произнёс слова любви в мою сторону. Как же странно и приятно одновременно. И что он имел в виду этой фразой, присмотрись к лицу? С каждым разом всё страннее и запутаннее! Взяв телефон и смотрю на скриншот объявления о пропаже, приблизив фотографию Джона ещё раз, пробегаюсь глазами по чертам лица. Какой же всё-таки он красивый!

— А что это?— произношу вслух. В левом глазу отражалась какая-то доска, не понимаю, как я её вообще заметила, она была еле видна!

Странный разговор

Водитель моего такси всю дорогу гнал как на пожар, мне даже стало немного страшно, когда мы в очередной раз чуть не врезались в фуру. Ему нужно работать водителем маршрутного такси, вот там он впишется в коллектив, что, кстати ,я ему предложила в конце поездки и благополучно была послана далеко и надолго! Зашла в кафе и меня одолели воспоминания, здесь мы часто сидели с Викой, здесь же прошло моё первое свидание с одногруппником и стало самым провальными за всю историю человечества. Узнать Стефана было нетрудно, он вальяжно развалился на диванчики и попивал кофе, на него пялилась вся женская половина посетительниц и как с Джоном он мне показался очень знакомым. У него квадратная форма лица и чётко очерченные скулы, немного широкий нос, пухлые ярко выраженные губы, глаза миндалевидной формы и на тон темнее моих, а над ними тонкие прямые брови светло-русого цвета, впрочем, как и волосы, которые на данный момент стояли ёжиком и по своему предавали ему сексуальность. Подойдя к его столику, с размаху плюхаюсь напротив.

 - Я так понимаю ты Стефан?— спрашиваю и жестом подзываю официанта.

 - Да, а ты Лис смотрю, с каждым разом не меняешься!— растягивая каждое слово, как я понимаю в присущей ему манере, отвечает Стеф.

 - Мне капучино с шоколадным сиропом и кусочек «Красного бархата»— делаю заказ подошедшему официанту, следующая же фраза адресована кареглазому.- В каком смысле «с каждым разом», мне кто-нибудь вообще объяснит какого чёрта со мной происходит?!

 - Ну первый вопрос ты задала не по адресу, не мне тебе это рассказывать. Так, стоп! С тобой что-то происходит?— в начале фразы он говорил также тягуче и расслабленно. Но к концу посерьёзнел и даже сел ровнее.

 - Спасибо.— благодарю принёсшего мой заказ официанта и подождав, когда он отойдёт на приличное расстояние, продолжаю.- Да, чёрт возьми со мной, что-то происходит. Мне уже сраных три года сниться Джон и просит ему помочь. За это время я посадила всю нервную систему, да ещё бонусом получила трёхлетний недосып! Ты посмотри на меня, я же выгляжу как ходячий труп! И ты ещё спрашиваешь, что со мной происходит?!

 - Эли, успокойся! Я же не знал, что дело в этом. Джон мне говорил, что тебе трудно живётся, денег почти нет, вот я и списал твой внешний вид на это. Расскажи мне подробнее про сны, все детали даже самые мельчайшие и не значительные.— обеспокоенным голосом говорит Стефан, а в его глазах можно разглядеть панику и тревогу.

 - Каждый сон я оказываюсь в одном и том же грязном тоннеле, из которого бегу к выходу на голос какого-то парня, за моей спиной злобный монстр, который каждый раз пытается меня поймать. Стоит только выбраться и перед моим взглядом открывается вид на каньон, где над пропастью стоит незнакомец, а в небе над нашими головами летают какие-то твари похожие на гарпий. Почти все его лицо было размыто, за исключением глаз. Каждый сон парень умоляет меня спасти его и говорит, что только я могу это сделать. в конце концов спрыгивает в про́пасть, а я просыпалась от собственного крика и в сильной истерике!— в течение моего рассказа постепенно мои глаза наполнялись слезами. И чтобы хоть как-то успокоится, беру кружку кофе и выпеваю половину содержимого залпом.

 - Опиши монстра за спиной!— говорит Стеф и понижает голос, оглядываясь по сторонам.

 - Я ни разу не оборачивалась, у меня ещё мозгов хватает, чтобы понять, мне крышка, если хоть на секунду промедлю и обернусь! Тем более Джон меня очень убедительно просит этого не делать. А сегодня вообще это чудище успело меня поцарапать! — отвечаю, округлив глаза от возмущения. Я что, по его мнению, похожа на самоубийцу?

 - Ты же говорила, что твои сны не меняются! А сейчас заявляешь, что монстр тебе ранил и вообще как ты узнала в парне Джона, если его лицо размыто?!— говорит, смотря на меня вопросительно и чуть с прищуром.

 - Вчера я увидела объявление о пропаже парня и сразу в нём узнала Джона. Думаю, из-за этого мой сон изменился! Монстр стал бежать быстрее и успел зацепить спину когтями, а Джон начал звать меня Элисон. Даже небо над каньоном прояснилось и твари исчезли. Ещё у Джона были белоснежные крылья, с которых капала кровь. В этот раз он не молил о спасении, а просил, что-то вспомнить и дал подсказку.— отвечаю на его вопрос я.

 Замечательно, что я сейчас делаю? Рассказываю свои сумасшедшие сны странному парню, которого не видела до сегодняшнего дня ни разу! В какой момента своей жизни я свернула не туда?

 - Эли, солнышко! Ты давно была у врача? Никакого объявления о пропажи нет, его просто некому подавать!— говорит Стефан и смотрит на меня как на сумасшедшую.

 - Сколько раз мне повторить, чтобы твоя тупая башка запомнила, что зовут меня Алиса! Не Элисон, не Эли и уж тем более не Лис!! И не смотри на меня как на идиотку, вот это объявление!— шиплю на него и тыкаю в лицо скриншот того объявления.

 - Что за …..— а дальше пошёл наш русский и отборный мат. Да, даже сапожники позавидуют его познанию ругательств.- Похоже, эти п….. решили разыскать Джона любым способом!

 - А кто эти п., хм, нехорошие люди?— спрашиваю Стефа, я не смогла произнести мат, на нас смотрело всё заведение, включая и детей, привлечённое криками русоволосого.

 - Это тебе тоже необязательно знать! Так, слушай сейчас план действий, записываешь на листочек все свои сны в мельчайших подробностях, если что-то с тобой случается срочно звонишь мне и по возможности не выходи из дома, даже на работу. Понятно?— он вообще нормальный?

 - Какого лешего я должна это делать? И вообще ты мне объяснишь хоть, что не будь?!— окончательно теряю терпение и запускаю в него ложкой.

 - Не бузи! Всему своё время, как оно придёт, я тебе обязательно всё расскажу! А пока, встретимся через три дня, адрес сообщу так же. Мне пора валить и тебе тоже мы привлекли слишком много внимания. Наверняка они уже близко!— говорит он и кинув на стол тысячу, поднимает меня за локоть и поспешно ведёт в сторону выхода. Как только мы до него дошли, он вытолкал меня за дверь и прошмыгнув рядом растворился в толпе.