Лера
Я несу поднос с напитками, стараясь не обращать внимания на липкие взгляды гостей. Москва за окнами ночного клуба пульсирует огнями, но здесь, внутри, всё кажется ещё ярче — и оттого ещё фальшивее. Я — Лера Нечаева, официантка в этом сверкающем аду, где каждый второй считает, что может позволить себе лишнее.
Вот и сейчас: потный взрослый мужик, развалившийся в кресле, вдруг резко хватает меня за задницу. Внутри всё закипает. Я резко оборачиваюсь, ставлю поднос на стол и, глядя ему прямо в глаза, цежу:
— Ещё одно такое движение, я сорву с вас галстук, и оставлю его себе в качестве сувенира.
Он смеется, явно не воспринимая всерьёз мои слова. Я, не раздумывая, беру со стола стакан с виски и выливаю его содержимое прямо на его лысую голову.
Мужчина вскакивает, брызжа слюной, а я лишь пожимаю плечами:
— Виски был невкусный.
Рядом с нами появляется директор клуба — красный, как помидор, с выпученными глазами.
— Нечаева! Ты что творишь?! Это же важный гость!
Я молчу, чувствуя, как внутри всё кипит. Он орёт, размахивает руками, а потом выносит приговор:
— Всё, свободна! Убирайся отсюда! И чтобы больше я тебя здесь не видел!
Меня выталкивают на улицу.
Одиннадцать вечера, Москва окутана темнотой, фонари отбрасывают тусклый свет на мокрый асфальт. Я иду к дому, сжимая кулаки, и пытаюсь унять дрожь в руках, и вдруг вижу во дворе знакомый силуэт. Влад. Мой парень, с которым мы живем в этом спальном районе. Он идёт быстро, с какой‑то спортивной сумкой в руке, и мило щебечет по телефону:
— Сегодняшнюю победу я посвящу тебе.
Что он произнес?
Какую еще победу? Кому он ее посвятит?
Влад занимается боксом, ходит в зал, но на соревнования никогда не ездил. Что происходит?
Я незаметно следую за ним. Метро, соседний вагон — я наблюдаю через стекло. Он выходит на станции, я — за ним. Дорога приводит к зданию в спальном районе: стены исписаны граффити, у входа толпится народ.
Я вижу, как Влад подходит к брюнетке в короткой юбке. Он целует её, а меня пронзает дикая боль. Мы два года вместе, у нас грандиозные планы на будущее, и все это рушится в одно мгновение…
Кто она? Откуда взялась?
У меня не было ни единого подозрения, что мой парень мне изменяет, но сейчас я своими глазами вижу его с другой.
Охранник без лишних вопросов пропускают их внутрь. Я жду, пока он отвлечётся, и проскальзываю следом. Внутри ринг, громкая тяжёлая музыка, толпа людей, возбуждённо переговаривающихся.
Я теряюсь в толпе, ищу Влада взглядом, внутри все кипит от обиды и злости. Вдруг на ринг выходит здоровяк и жестом просит всех замолчать.
— Дамы и господа! Добро пожаловать в ад… то есть на наш сегодняшний турнир! Я рад всех вас приветствовать — да, именно вас, тех, кто готов к настоящей буре эмоций! Сегодня будет жаркая ночь, поверьте мне. Кровь, пот, воля к победе — всё это ждёт нас прямо здесь, прямо сейчас! Открывают этот сумасшедший вечер боец, который успел завоевать вашу любовь и признание, Влад Белов, по прозвищу Дикий! — толпа ликует, приветствуя моего парня. Уже бывшего парня. — А в другом углу ринга — настоящая легенда, наш сюрприз для вас, тот, чьё имя снова заставит сердца биться чаще…
Он делает небольшую паузу и громко объявляет:
— Встречайте! Тор! Он снова здесь! Приехал сюда из солнечного города Сочи, чтобы показать, кто здесь главный. Вот это заявочка, да? Дамы и господа, приготовьтесь — бой начинается!
Этого Тора приветствуют как звезду, а у меня всё обрывается внутри. Я ещё не вижу его лица, но уже чувствую приближение бури.
Смотрю на его рельефную спину, и мое тело резко бросает в дрожь. Всё остальное перестаёт иметь значение: измена Влада, его новая девушка. Сейчас есть только он — Тор.
Он разворачивается. Чёрные, как смоль, глаза, от которых стынет кровь. Мрачные татуировки на груди и кубиках пресса. Я с ужасом понимаю: это он. Тот самый ублюдок, из‑за которого погиб мой брат Егор.
Перед глазами всё плывёт, и я мысленно переношусь в прошлое.
Мне три года, Егору — девять. Мать сдаёт нас в детский дом. Я еще совсем ребенок и не понимаю, почему она отказалась от нас. Позже Егор объяснил: мать была проституткой, над которой все время подшучивали во дворе: «Наша Любочка-любовь дарит всем свою любовь».
Ей некогда было заниматься нашим воспитанием, и она решила пойти легким путем — избавиться от нас.
Егор всегда заступался за меня в детском доме. Когда ему исполнилось восемнадцать, он выпустился, устроился на работу и позже забрал меня к себе — мне было двенадцать лет тогда. Мы жили в квартире, которую выделило ему государство. Она была ужасной, в криминальном районе. Именно там Егор и познакомился с парнями, которые предложили ему легкий заработок на боях без правил…
Я сжимаю кулаки, пытаясь прийти в себя. Музыка гремит, толпа ликует, а я стою, парализованная воспоминаниями и болью.
— Лер, — говорил тогда брат, поглаживая меня по голове, — не переживай. Это всего на пару раз. Получу хорошие бабки, а потом мы поедем с тобой на море, слышишь? Обещаю тебе!
Я помню, как он принес мне брелок с ракушкой. Не знаю, где он его взял и почему у ракушки был отколот кончик, об который я даже поцарапалась, но его слова запомнились навсегда: «Скоро у тебя будет много таких ракушек. Сама будешь собирать на море».
Его увлечение боями без правил слишком затянулось. Он стал пропадать по вечерам, возвращался с синяками, но упорно твердил, что всё в порядке.
А потом случился тот страшный вечер…
Перед глазами снова тот самый день — десять лет назад. Я вспоминаю, как следила за старшим братом, как сердце колотилось от любопытства и страха, когда шла за ним в этот проклятый спальный район.
Тогда я пробралась в заброшенное здание через узкую щель — едва пролезла, царапая локти. И увидела моего брата Егора на ринге. Напротив — здоровяк со жгучими чёрными глазами и волосами, чёрными как смоль. Трибуны ревели: «Тор, надери ему задницу! Покажи, кто главный на этом ринге!»