Тотал: Два зверя для Лилии

Глава 1

В которой объявляются кредиторы, на горизонте маячат призрак бывшего парня и вполне телесный дух постылой разлучницы, долги множатся, как грибы после дождя, мать донимает звонками, а вишенкой на торте служит рычащий голос незнакомца

Сообщение во ВКонтакте:

«Уважаемый клиент,

Обращаем ваше внимание, что по вашему кредитному договору № 785432 от 12.05.2025 г. образовалась задолженность в размере 284 650 ₽.

Последний платёж был внесён 15.01.2026. Просрочка составляет 45 дней.

⚠️ Уведомляем: в случае непогашения задолженности в течение 10 дней с момента получения данного сообщения, информация может быть передана в службу взыскания.

Для уточнения деталей и погашения задолженности перейдите в личный кабинет: [ссылка на сайт банка]

Отдел сопровождения клиентов – Банк «Созвездие»

Какое добренькое утро! Удаляю письмо, даже не пролистав до конца. Хочется выть от безысходности.

Не успеваю погасить экран на телефоне, как всплывает уведомление от Госуслуг. Обожаю эру цифровизации и добровольного рабства.

«Уведомление от кредитной организации

Получено: 22.03.2026, 08:32

Отправитель: ПАО «Банк Созвездие»

Получатель: Ефремова Лилия Вадимовна, СНИЛС: 123-456-789 01

На основании договора потребительского кредита...»

И далее по списку. Эти, прости господи, госуслуги, не гнушаются напомнить, что согласно ст. 314 и ст. 819 Гражданского кодекса РФ, я должна исполнить обязательства по возврату кредита и уплате процентов. А ещё рекомендуют погасить задолженность до 01.04.2026 включительно, чтобы избежать передачи дела в службу взыскания и возможного обращения в суд.

На следующее сообщение в мессенджере я уже рычу.

«Банк «Созвездие» — Важное уведомление

Приветствуем, Лилия!

У вас есть непогашённый кредит: (без сопливых – скользко!)

💳 Сумма задолженности: 284 650 ₽

📅 Просрочка...»

Чувствую, что если вездесущий банк пришлёт мне ещё хотя бы одно упоминание, к долгу под три сотни тысяч целковых добавится энная сумма на покупку нового телефона – этот я к чертям пошинкую в шредере.

Но разве неприятности приходят по одиночке? Нет, разумеется, нет. Они таскаются целыми табунами!

Вот сейчас, например, мимо моего стола дефилирует цаца из отдела маркетинга. Кремовый костюмчик, узенькая юбочка, фигурка скрипочка, мордочка курносая, губки наливные, волосики блестят – цокает каблучками, а у меня левое веко подёргивается конвульсивно. Потому что Алечка, курва этакая, пару месяцев назад увела у меня мужика!

Я застукала их прямо на рабочем месте, в миленьком кабинетике нашей офисной фифочки. Скандал, само собой, я устроила грандиозный. Навела падкой до чужих парней крале марафет в лакированных лохмах, расколошматила ей монитор. Хотела её слащавой рожей принтер отполировать, но горе-любовничек – ага, который у нас оказался один на двоих, – не вовремя вмешался.

Ему, гаду из семейства всюду яйцекладущих, пришлось оттаскивать меня от Алечки. Честь и хвала многостаночнику, потому как он умудрялся это делать одной рукой, а второй придерживал спадающие портки.

На счастье, наш генеральный, тот ещё эстет, кстати, украсил стены офиса диковинными штуковинами: на втором этаже можно встретить маски племенных африканцев, обеденная зона оформлена гирляндами из искусственных цветов в духе гавайских ожерелий, а рядом с царством маркетинга у нас выставочная стена с доской для сёрфинга. Вот оттуда я и сорвала огромное двухметровое весло, да как втемяшила в голову ухажёру, что отныне он переведён в ранг бывших...

Короче, в тот памятный день я всласть отвела душу. Спроецировала злость и агрессию на всех виновников.

Жаль, мой запал довольно быстро иссяк. Со Стасиком мы разбежались. Он прихватил с собой свои манатки, моё истерзанное самолюбие и кредит на автомобиль. Последний, конечно же, улетучился вместе с новеньким китайским кроссовером. А мне достались оголённые нервы, попранная гордость и «новорождённый» кредит, который мы брали для оплаты двух путёвок в ОАЭ.

И всё бы ничего, если бы сразу после расставания на меня не свалилась новая напасть. В ходе недавней проверки вскрылась теневая схема одного из моих сослуживцев, а на документах стояла моя подпись.

В начале осени, примерно полгода назад, коллега Славик передал мне документы по страховому случаю: пожар в квартире. Я обнаружила в них массу несостыковок. Фото повреждений оказались с другого объекта, акт о причинах возгорания, составленный МЧС, был оформлен с ошибками и ещё кое-какие мелкие огрехи.

Славик, когда я указала ему на неточности, лишь отмахнулся.

– Лиль, да это обычное дело! Там выплата копеечная, самый дешёвый тариф взяли, скупердяи. Отдавай убыточникам (т.е. в отдел урегулирования убытков, которые занимаются выплатами по страховым случаям) и не заморачивайся!

А вот и герои

Лилия

_____________________________________

Кай

_______________________________

Аш

Делитесь коммами, как вам мои красавчики?)

Глава 2

В которой в телефоне появляются новые голосовые от хищного незнакомца, а в полночь объявляется говорящая лиса по имени Хренснег и требует свою порцию виски со льдом

Над смыслом загадочных голосовых посланий голову ломать не приходится. Итак ясно, что это отрывок из какой-то фэнтезийной истории об оборотнях. Но прочитано великолепно, с душой и той порцией харизмы, что заставляет переслушивать снова и снова. Чем я и занимаюсь, пока на скорую руку готовлю для себя ужин.

Перед сном заглядываю в телефон, чтобы поставить будильник, и обнаруживаю ещё три скачанных файла с именами «voice» и хаотичной нумерацией 017, 097 и 107. Немного удивляет, что на конце везде семёрки.

Нажимаю воспроизвести:

– Кто посмел запечатать её воспоминания?! Кто посмел отрезать её от стаи?! – надрывает лужёную глотку всё тот же порыкивающий баритон. – Я знаю, кто это сделал. Я чувствую его запах. Шаман, старый предатель, он думает, что спасает нас. Он думает, что она – опасность.

А я скажу тебе, Аш, кто на самом деле таит в себе угрозу. Мы с тобой.

Мы для неё опасность. И если к рассвету её память не вернётся…

Я вырву твой поганый язык, голыми руками выдеру из груди сердце и брошу их в костёр. Пусть сгорят вместе с твоими тупыми эмоциями.

От звуков следующего послания меня пробрало до мурашек:

– Слушай, где бы ты ни была. Я знаю, что ты слышишь. Ты чувствуешь это как зуд под кожей. Как тень в углу. Как голос, который не даёт уснуть.

Это – я. И я не отстану. Ты думаешь, что в безопасности? В своей душной клетке, в своей жалкой, серой жизни – как бы не так! Я разрушу всё. Я приду. Я найду тебя. И ты вспомнишь, кто ты. Даже если для этого мне придётся выгрызть твою человеческую память клыками. Полнолуние близко. Испугалась? Хорошо. Значит, скоро мы увидимся вновь.

Холодок струится вдоль позвоночника от интимности этого обращения. В нём нет имен, но всё же воспринимается оно очень личным, словно действительно адресовано мне.

С трудом заставляю себя дослушать записи.

– Если ваша тень остаётся на стене, когда вы уходите – не паникуйте. Не бейте её. Не пытайтесь смыть. Просто скажите: «Я – твой хозяин». И дайте ей кусок мяса. Сырого. Без соли.

Невольно вырывается смех. Ну точно отрывок из какого-то чудного произведения. На этой разудалой ноте заворачиваюсь в одеяло и с улыбкой закрываю глаза.

Вот бы в жизни повстречать кого-то, кто умеет так же порабощать голосом!

Последняя мысль «Надо поискать эту книгу в интернете» мелькает с яркостью молнии. Соглашаюсь и засыпаю.

Очухиваюсь будто через пару минут. В спальне кромешная тьма. На кухне что-то гремит и слышен странно хрипловатый женский голос. Слов не разобрать, напоминает причитания или свирепую отповедь – не могу разобрать.

– Бу-бу-бу, – и звон стекла.

Потом:

– Кхех, бу-бу-бу, совсем уже! – и на линолеум падает что-то тяжёлое.

Сердце пускается вскачь. В квартире грабители! Одна из них женщина, забулдыга, если верить низким шипящим интонациям.

Хватаю с зарядки телефон и пытаюсь набрать «102», когда слышу:

– Вконец охамела, дрянь подзаборная! Ни грамма алкашки, зато молока насовала! Я, что, должна опохмеляться этим пойлом для Барсиков?! Никакого уважения к почтенным рыжинам!

Всё ещё хуже, чем показалось вначале: в мой дом пробрались маргиналы!

От удивления забываю нажать кнопку вызова, подношу смартфон к уху, жду гудки и на подгибающихся ногах крадусь к кухне. Увиденное поражает настолько, что замираю столбом прямо в дверном проёме.

Пол усеян барханами из круп и макарон. Гречка вперемешку с манкой и перловкой рассыпаны вокруг стола. У раковины горстка спагетти. Сахарница опрокинута, дверца холодильника раззявлена и изнутри торчит пушистый чёрно-рыжий хвост. Белка? Собака? Куница?

Животина недовольно фыркает, спрыгивает на пол и поворачивает ко мне узкую мордочку. Большие треугольные уши с тёмными кисточками на концах стоят торчком. Янтарно-золотые глаза с вертикальными зрачками смотрят с укоризной. Она открывает заострённую пасть и выдаёт тем самым прокуренным голосом:

– Ну ты и бесстыжая, Лилька!

Аут. Неужели шампиньоны, которые я ела накануне, оказались ядовитыми, да ещё галлюциногенными?

– Чего вылупилась? – хамит рыжая тварь и манерно переставляет тонкие лапки в чёрных «носочках», подбираясь ближе ко мне.

Задним умом приходит понимание, что передо мной лиса. Говорящая. И приходится смириться с выводом, что я основательно тронулась кукухой.

– Где мой виски, мадемуазель? – язвительно спрашивает зверюга, подлезает под стул, по-кошачьи трётся об ножки и зыркает на меня с ненавистью. – Думала, я навеки останусь невидимой? Вот и хренушки! С тебя компенсация за все причинённые неудобства.

Она приближается на расстояние прыжка. Сверлит во мне сквозные дыры тяжёлым обвиняющим взглядом. Усаживается на задние лапы, передними поправляет хвост, заставляя его обвиться вокруг туловища – понятия не имею, как у неё выходит держать равновесие. Это не лиса в привычном понимании. Тварюга скорее напоминает помесь белки со своевольной кошкой.

Глава 3

В которой безумие набирает обороты, лисица наглеет сверхмеры, облик начинает меняться, а на месте офисного здания возникает бар «Тотал». Да, и ещё нас ждёт мимолётное знакомство с Каем

Просыпаюсь я раньше будильника. Лениво поглядываю одним глазом на занавешенное окно, смачно потягиваюсь, переворачиваюсь на другой бок и тут же натыкаюсь на жаровню с двумя угольками глаз.

– Ты безбожно храпишь, – укоряет лиса и в раздражении лупит хвостом по моей подушке.

– А ты всё так же воняешь, – парирую с лёгким сожалением.

Галюны за ночь не развеялись, что вселяет едкую нотку страха. Где бы раздобыть номер психиатра?

И тут меня осеняет! Если Хреновина всего лишь плод моей бредовой фантазии, то её вряд ли могут видеть другие люди.

Напяливаю халат и несусь на лестничную клетку.

Янка открывает спустя пару минут. В руке телефон, рот набит до отказа. Она жадно работает челюстями и смотрит на меня с недоумением.

– Доброе утро! Слушай, ты не могла бы заскочить ко мне на секунду? Нужен один совет.

Соседка кивает и, дожёвывая на ходу, идёт следом. Мы заходим в спальню, и меня косит от ярости. Наглая рыжая морда свернулась калачиком на моих подушках и сладко посапывает. Остренький чёрный нос подёргивается, пахучая шкурка пропитывает своим мускусным смрадом мой любимый комплект белья.

Охота схватить Хреню за шкирку и выдворить на балкон, но вначале узнаем, так ли она реальна.

– Ну, что видишь? – громко спрашиваю я, указывая рукой на рыжую негодяйку.

– Новое бельё? – неуверенно переспрашивает Яна. – И ты гирлянду на подголовник повесила. Миленько.

– То есть ты её не видишь? – уточняю с беспокойством.

– Кого?

– Да эту вот...

– Лилька, лахудра, скройся, – бурчит плутовка и глубже зарывается харей в мою наволочку. – Мешаешь спать. Я почти год по лесам бродяжничала и под соснами спала. Дай отдохнуть по-человечески!

– Эту вот... что? – бестолково таращится на меня соседка.

– Эту вот тумбочку, – нахожусь я с ответом, тычу пальцем в облупленную мебель и игнорирую хамские речи скотины.

Приходится признать, что крышу у меня сорвало, и фляга засвистела. Досадный факт, но необходимости явиться на работу вовремя он не отменяет.

Поэтому я выпроваживаю Яночку, улыбаюсь на её странный комментарий:

– Клёвая причёска, тебе идёт! – и плетусь кипятить чайник.

Кухня являет собой кормушку зажравшегося хорька. Убираться нет времени, так что я смеха ради пишу записку лисе: «Прибери за собой!», магнитом прилепляю её на дверцу холодильника и в приподнятом настроении иду в ванную.

Живо вспоминается, как давеча Рыжая нахваливала глубокомысленное творческое Достоевского, и...

Окончание мысли вылетает из головы вместе с душераздирающим криком, что рвётся изо рта.

Округлившимися глазами смотрю на своё отражение в зеркале и фигею.

Хай с ней, с ехидной лисицей. В выдумку собственного подсознания я ещё готова поверить, но это! ЭТО!

За ночь мои жиденькие волосёнки цвета горького шоколада обрели объём, блеск и завернулись в тугие локоны. Как такое возможно?

Проверки ради хватаю у подбородка прядь, оттягиваю до болезненного натяжения у корней и резко отпускаю. Она заново скручивается в кукольную кудряшку. Ну чума просто!

Новая порция изумлений поджидает меня на работе. Добираюсь до офиса привычной дорогой: двадцать минут на маршрутке, ещё пять – резвой ходьбы, сворачиваю за угол и натурально визжать хочется.

На месте высотки с фасадом из синего стекла стоит приземистое двухэтажное здание, выкрашенное в кирпично-красный цвет. Окна забраны металлическими ставнями, крыльцо покрыто выщерблинами. Обе урны возле главного входа под завязку набиты пустыми пивными бутылками, мятыми жестянками и окурками. На козырьке красуется надпись «Бар Total». Чего, мать вашу?!

Кипя негодованием (перемены в таком количестве, знаете ли, способны расшатать даже самую неколебимую нервную систему), бросаюсь к входной двери и дёргаю ручку. Та с лёгкостью поддаётся.

Внутри меня встречает полумрак, тяжёлый дух хлебных дрожжей, сизое марево табака и холостяцкий антураж.

Слева вдоль стены выстроилась шеренга хлипких столиков. Стулья перевёрнуты и вверх тормашками водружены на столешницы. По полу из темно-серой плитки деловито снуёт робот-пылесос, а за ним тянется неопрятный влажный след.

Бар находится справа. Там за стойкой орудует тощий нескладный мальчишка в светящихся наушниках. Он увлечённо елозит тряпкой по прилавку и громко бубнит что-то наподобие рэпа. Матюки перемежаются с диковинными словечками:

– Я в айфоне, но душа – вейп-бум,

Кликаю трек, а в голове – сёрфинг в нулинке с трендом в зуме.

У современной молодёжи в головах сплошные нулики, мысленно брюзжу я по-старчески, вскарабкиваюсь на высокий стул и хлёстко бью рукой по стойке. Парень продолжает махать патлатой гривой в такт басам. Меня не замечает.

Глава 4

В которой прошлое Лили начинает постепенно складываться, в настоящем объявляется Аш с извинениями, а подхалимка Хренснег обзаводится бутылкой вискаря

Мне срочно нужно на свежий воздух. Сонм мыслей распирает голову изнутри. Я похожа на книжную полку, до отказа набитую старинными фолиантами – попытайся вытащить хотя бы один, и вся конструкция обрушится вниз.

Если ощущения меня не обманывают, голос этого странного типа с белёсыми патлами я и слышала на записях. А ещё внутреннее чутьё подсказывало, будто он и есть Кай, вожак стаи. Или правильнее называть мои ощущения не интуицией, а отрывочными воспоминаниями?

Допустим, я когда-то была кем-то другим. Потом на меня напал разъярённый тигр, я хорошенько приложилась головой, после чего...

Вот же бредятина! Оборотни, ага, как же! Они не более реальны, чем спящая в моей кровати говорящая лисица.

А могло такое произойти, получи я на самом деле травму головы? Скажем, на днях поскользнулась на льду, тюкнулась затылком и прощевай, душевное здравие! Сплошь и рядом ведь такое.

Ноги сами приносят меня обратно домой. Едва переступаю порог и сбрасываю обувь, из гостиной появляется очередной сюрприз.

Даже не вздрагиваю при виде огромного лохматого мужика. Удивлялка всё ещё пребывает в шоке от поцелуя блондина.

Только незваный гость оказывается хуже ехидной плутовки и страстных лобызаний с незнакомцем. Он налетает на меня ураганом, сгребает в охапку огромными ручищами и тычет меня носом в свою грудь.

– Лилан, прости! Я бесконечно виноват перед тобой. Не стоило тогда так бурно реагировать, – начинает оправдываться он, и меня обуревают сомнения.

А голос-то похож! Те же рычащие согласные, певучие гласные, плавность речи. Он будто не говорит – убаюкивает, усмиряет, подчиняет себе. И пахнет от него, м-м-м, чудесно. Капелька свежего пота, терпкий аромат дорогой туалетной воды с нотками морского бриза и что-то сладкое. Это скорее ваниль или корица. Мой желудок жалобно напоминает, что близится время обеда, а ему не досталось даже завтрака.

– Ты Аш, правильно? – предполагаю на свой страх и риск.

– Ты меня помнишь? – безмерно удивляется парень и отстраняется самую малость, чтобы посмотреть в глаза.

А он ничего такой. Лицо гораздо мягче, чем у предыдущего мужика. Черты выверенные, классические, складываются в очень приятную картину. Глаза так и вовсе завораживают. Они у него вроде как карие, но с жёлтым напылением. Что-то вроде золотой пыльцы кружится вокруг зрачка, гипнотизируя, привлекая внимание, зацикливая на себе.

– Ты меня помнишь? – повторяет он вопрос и с мольбой смотрит в глаза.

Вместо меня отвечает Хренснег.

– Если бы меня трахнули с такой силой по башке, я б запомнила того, кто это сделал. Лишь для того, чтобы отомстить. Так что, Лиль, не стесняйся. Можешь прямо на моих глазах его угондошить. Обещаю унести эту тайну с собой в могилу.

Я выглядываю из-за плеча. Злопыхательница лежит на диване в обнимку с початой бутылью вискаря. Янтарные глазки осоловелые. Она хищно скалится и подсматривает за нами с нескрываемым интересом. Предложить ей ведёрко с попкорном, что ли? А лучше алкозельцер. И где эта прохиндейка умудрилась раздобыть выпивку?

– Нет, я тебя не знаю, – осторожно выпутываюсь из объятий виноватого брюнета и отступаю на шаг. – Скажи, а ты тоже её видишь? – кивком головы указываю на воображаемую пьянчужку.

– Кого? Харю? Конечно!

– Но-но-но, я бы попросила! – тут же ерепенится лиса. – За вискарик, конечно, спасибо, но я ещё не пересмотрела наши с тобой взима... взаимно... взаимоотношения, вот! В конце концов, ты бессердечный ублюдок, который лишил меня крова над головой! И я много чего могу припомнить, если вдуматься...

– Хорошо, Хренснег, я уяснил.

Он даже не оборачивается к шантажистке. Скрещивает руки на весьма развитой груди, склоняет голову чуть набок и рассматривает меня с придирчивостью оценщика.

Я под этим тягучим взглядом теряюсь. Неловко переступаю с ноги на ногу. Аура у этого Аша, конечно, ну чисто атомный реактор. Чувствую себя какой-то песчинкой у подножья великих египетских пирамид, а он поглощает всё вокруг: пространство, воздух, даже моё неверие в происходящее куда-то улетучивается.

Рядом с таким понимаешь, он точно не человек. Слишком хорош собой, хотя одет достаточно просто: тёмная футболка, узкие джинсы, из которых выглядывают босые ступни. Вижу его кожаную куртку на вешалке и фирменные кеды с логотипом бумеранга на коврике у двери.

– Как он тебя нашёл?

– Как ты меня нашёл?

Спрашиваем одновременно и тут же замолкаем.

– Твоя лиса меня призвала.

– А как ответить на твой вопрос, я понятия не имею. Под «ним» ты подразумеваешь Кая?

– Да, как именно он тебя отыскал?

Мы перемещаемся на кухню, где по-прежнему царит наведённый выпивохой бардак. Утренняя записка так и осталась висеть на холодильнике бесполезным клочком бумаги. Я приношу из ванной веник с совком и попутно принимаюсь за уборку.

Свой рассказ начинаю, как говорится, от печки, с того вчерашнего сообщения, прилетевшего на мой телефон. Аш устраивается на стуле, внимательно слушает, затем просит воспроизвести аудиозаписи.