Тридевятье

Пролог

В полумраке лесной избушки было тепло. Дрова потрескивали в печке, догорая, но никто не торопился наполнить жадную пасть топки свежими поленьями. Двоим, что лежали на смятой постели после бурной сцены, было не до того. Тела истосковались по ласке, и не так уж было важно, придётся ли разжигать печь заново. Сейчас им и без того было хорошо, чтобы думать о таких мелочах.

Боислав лежал, заложив руки за голову, откровенно наслаждаясь. Здесь он всегда получал то, зачем приходил, и даже больше. Хозяйка лесной избушки была его давней подругой и любовницей, и была готова на всё, чтобы угодить другу детства. Она выполняла не только его насущные просьбы о лекарственных травах и оберегах, но и согревала в постели. О том, что женщина искренне любит его, он, без сомнения, знал. А потому пользовался этим без зазрения совести.

Ядвига, широко улыбаясь ему, склонилась над ним, требуя поцелуя. Её шикарная грудь могла пробудить в нём и дракона, такой горячей и сочной была. И он дал ей, чего она так настойчиво добивалась. Но в тот же миг ощутил боль в шее, точно его укололи иголкой.

- Ай! - схватился тот за ужаленное место, хоть и негоже было прославленному богатырю показывать слабость, тем более при женщине. Но слишком уж неожиданно это произошло.

- Прости, - виновато произнесла та и тут же приложила к его шее кусочек материи. – Видать, булавка от сарафана отстегнулась, я сейчас уберу…

Суета испортила волшебство момента, и Боислав принялся собираться, натягивая на себя штаны и рубаху.

- Пойду, - сухо бросил он женщине, направляясь к выходу.

В другой раз Ядвига попыталась бы его остановить, но сейчас ей не терпелось исполнить задуманное. И она только улыбнулась, проводив его до изгороди, а после спешно вернулась в избу. Боислав никогда не был с ней особо нежен, но сейчас она получила от него то, что намеревалась.

Кровь…

Колдунья воткнула булавку в заранее приготовленную соломенную куклу. И в ледяной тишине горницы зазвучали слова заклинания, плетущего судьбу из крови и неутолённой любви. Заклинания, что должно было призвать в этот мир того, кто ещё не был рождён.

- Приди же в сей мир тот, кто помечен кровью. И по воле моей шагни в мир иной, став орудием моим...

Глава 1

Ночью гремела гроза, и мне совсем не спалось. Хотя бессонница на новом, пусть и хорошо забытом старом месте, дело обычное.

Впервые за десять лет я решил вернуться в родные края, да и то лишь для того, чтобы залечь на дно. До этого я, будучи спортсменом, вечно откладывал поездку, ссылаясь на тренировки и соревнования. Хотя на самом деле это были лишь отговорки. Просто я не хотел возвращаться в эту глушь, где прошло практически всё моё детство, и где я потерял всех своих близких.

К утру бушевавший ливень стих, а я, так и не сомкнув глаз, вышел на улицу. Воздух после дождя был насыщен озоном и запахом природы. Он обжигал мои лёгкие холодной свежестью, словно очищая от городской пыли. Капли с деревьев падали тяжёлым звоном, а над землёй стелился лёгкий пар, будто сама природа дышала влажным, живительным теплом.

Постояв так несколько минут, я решил проверить невод, установленный мной накануне на местном деревенском озере. И захватил с собой старое дедовское ружьё. Вдруг попадётся дичь? И мне повезёт не только с уловом, но и с добычей.

Собрав необходимое снаряжение, я сел в машину и через несколько минут уже стоял на берегу большого водоёма. Зеркальную гладь воды окутывал густой белый туман, настолько плотный, что дальше собственной руки ничего не было видно. В нём чувствовалось что-то странное, почти мистическое, и по спине пробежал холодок.

Внезапно вокруг воцарилась такая мёртвая тишина, что даже ранние птицы перестали щебетать. Меня охватило дурное предчувствие, переходящее в первобытный страх. И тогда тишину разорвал жуткий рёв, от которого кровь буквально застыла в жилах.

Никогда прежде мне не доводилось слышать столь устрашающий вопль. Ведь, насколько мне было известно, ни одно таёжное животное не могло издавать таких устрашающих звуков.

Охваченный ужасом, я инстинктивно рванул к машине, схватил ружьё и снял с предохранителя. Меж тем рёв нарастал, становясь всё громче и ближе. Казалось, что-то огромное и неведомое приближается сквозь туман. Я же стоял наготове, прицелившись в белую пелену перед собой.

Вдруг что-то чёрное промелькнуло перед глазами, и я, охваченный паникой, нажал на курок. Раздался выстрел, вслед за которым нечто грузное с глухим звуком упало на землю. Я сделал пару шагов вперёд, и перед моими глазами появилось что-то непостижимое, то, что не могло поддаться логике.

Полуразложившийся мертвец, чей скелет был обтянут серой, похожей на пергамент, кожей, навзничь распластался на земле, не издавая ни единого звука. Его живот был раздут и выглядел так, словно накануне он хорошенько подкрепился. На пальцах рук и ног мертвеца виднелись длинные острые когти, похожие на звериные, перемазанные землёй и запёкшейся кровью. Там, где в его бытность человека имелись губы, теперь были лишь рваные края такой же серой кожи, обрамляющие гнилые зубы, зловеще выступающие вперёд.

Я ткнул его в грязный бок дулом ружья, чтобы убедиться, что паршивец мёртв. Но в тот самый миг он распахнул веки и в мгновение ока набросился на меня, повалив на землю. Ружьё отлетело в сторону и оказалось вне моей досягаемости.

Не ожидая такой скорости от ожившего мертвеца, я откровенно растерялся. Мерзкая безгубая пасть, распахнувшаяся над моим лицом, дыхнула тошнотворным смрадом, от которого я едва не потерял сознание. Вязкие слюни потекли мне на щеки и лоб, я сжался в пружину, намереваясь скинуть с себя эту тварь, но он был словно вылит из железа.

«Ну, вот и всё, пришёл мой бесславный конец» - пронеслась в голове предательская мысль, но в тот же миг я почувствовал, что хватка мертвеца ослабла. А ещё через миг его мерзкая голова, отделившись от тела, словно футбольный мяч, отлетела в сторону. А на меня шлёпнулась тушка, из горловины которой фонтанировала чёрная нечеловеческая кровь.

В порыве брезгливости, я отшвырнул от себя эту гадость, но радоваться было рано. Ведь я не знал, чего ожидать от того, кто так легко расправился с напавшим на меня монстром. Возможно, я был просто следующим.

Однако этого не произошло. И я спешно поднялся на ноги, пытаясь рассмотреть своего спасителя. И вот тогда из плотного тумана вышел настоящий древнерусский богатырь, являя моему взору свою могучую фигуру!

Признаюсь честно, до этого я видел таких только на страницах учебников истории и детских сказок, но этот человек поразил моё воображение размахом широких плеч и исполинским ростом. Косматая борода и свободно ниспадающие на плечи светлые волосы, выглядывающие из-под остроконечного шлема, добавляли образу мужчины древней свирепости. А тяжёлая кольчуга выглядела настолько правдоподобно, что сомневаться в её подлинности не приходилось. В руках богатырь держал громоздкий меч, с которого стекала грязная кровь ожившего мертвеца. Миг, и острие этого оружия направилось на меня, а грозный голос, произнёс:

- Ты кто таков будешь?!

Глава 2

Я продолжал хлопать глазами, не веря в происходящее, и тогда богатырь вновь потребовал ответа, глядя на меня непримиримо острым, как и само лезвие меча, прищуром.

- Коль ты не нечисть поганая, отвечай немедля! Кто таков будешь?! – рявкнул на меня суровый воитель. – Учти, в третий раз повторять не стану!

- Меня зовут Даниэль, - опомнившись, спешно представился я, подняв руки вверх. В тот миг я боялся, что этот великан отсечёт мне голову, точно так же, как и тому ожившему мертвецу. Но после того как я представился, богатырь, хмыкнув, всё же соизволил убрать свой меч, направленный в мою сторону.

- Так ты всё-таки человек…

- Конечно, я человек! – опешил я.

- Ну, а чего молчал-то? Я уж было подумал, что ты тоже один из этих… гнусных вурдалаков. Чуть было к праотцам тебя не отправил.

«Он что, и правда думал, что я какая-то нечисть?!» - мысленно возмутился я, но, вспомнив ту тварь, что напала на меня, всё же решил поблагодарить его.

- Спасибо, что спасли меня.

- Не стоит! – громогласно ответил богатырь. – Лучше скажи, откуда путь держишь, странник? По одёжке видно, не из местных ты, да и имя у тебя чудное… Получается ты один из заморских купцов, что прибыли к нам по морю?!

«Какие ещё купцы? Какое море? Он что, совсем чудной, что озеро от моря отличить не может?» - подумал я, но, обернувшись, узрел перед собой самое что ни на есть настоящее море. А вовсе не то озеро, где я совсем недавно рыбачил.

И тут я окончательно запутался, потеряв нить происходящего.

Пока я стоял в ступоре, не понимая что тут происходит, богатырь, хлопнув меня по плечу, сказал:

- Понимаю! Ты ещё не отошёл от недавнего нападения. У нас тут бывает такое. Но ничего, скоро свыкнешься.

- А-га… - пробубнил я, всё ещё не веря в то, что мне это не снится. Не попал же я, в самом деле, в какой-то там чужеродный мир!

- Кстати, имя моё Боислав. По отцу Никитич, – решил представиться богатырь. – Я из дружины князя Елизара, что прибыла к морю встречать гостей заморских.

- Рад знакомству! – только и произнёс я, продолжая думать, что это всё мне лишь снится. Но, даже когда я ущипнул себя, то не проснулся, а боль ощутил вполне правдоподобно.

- Напомни-ка ещё раз, как тебя там?.. - меж тем переспросил Боислав.

- Даниэль, по батюшке Александрович, - ответил я ему в его же духе.

- Ох, ну и имечко у тебя, конечно… вроде как похоже на наше, а вроде и нет. Ты уж не серчай, мил человек. Но я буду звать тебя Данилой.

- Хорошо, - не желая спорить с богатырём, согласился я. Ведь меня, в общем-то, все так и звали, поэтому привыкать не приходилось.

Тем временем плотный туман начал рассеиваться, явив моему взору множество таких же, как Боислав, вооруженных людей, что ходили по берегу, добивая остатки нечисти, представитель которой совсем недавно набросился на меня.

Глядя на могучих воителей, я понял, что все они до единого были богатырями, скорее всего, соратниками Боислава, той самой дружиной князя, о которой он обмолвился.

- Ну что ж, пойдём к остальным, - пригласил меня Боислав. – Наверняка твои друзья - купцы, волнуются о тебе.

- Эм, Боислав, но я не купец вовсе, - решил признаться я, слегка приподняв руку, как в школе за партой.

- Хм, а кто же тогда? – тут же насторожился богатырь, нахмурив брови. - И как сюда попал?

- Я самый обычный человек. Но вот как сюда попал… и сам, честно говоря, не знаю! Думается мне, всё дело в этом странном тумане. Ведь именно после его появления я каким-то макаром оказался здесь.

Мои оправдания, кажется, сильно запутали богатыря, а потому он, более не пытаясь вникнуть в суть моих слов, сказал:

- Ладно уж, по ходу дела разберёмся! А теперь пойдём с нами, если, конечно, не хочешь оставаться тут один. Места тут гиблые, небезопасные. Так что решайся быстрее.

Я согласился с богатырём. Не хотелось бы мне оставаться совсем одному, в месте, где бродит столько нечисти. А потому я, закинув за плечо ружьё, быстренько покидал в рюкзак всё самое необходимое: питьё, фонарик, зажигалку, «повербанк» для зарядки телефона, а также набил патронташ патронами. Но вот машину решил оставить. Хоть тогда я и думал, что всё это прикольный красочный сон, но в мире средневековья вряд ли бы поняли, как работает современная техника. Не хватало, чтобы из-за автомобиля меня посчитали каким-нибудь колдуном. А то ещё сожгут на костре, ни в чём не разобравшись. Зато мне предоставили коня, чтобы отправиться в путь-дорогу, ведущую в земли самого светлого князя Елизара.

Глава 3

Славный град Кижич встретил нас высокими дубовыми стенами, сторожевыми башнями да исполинскими воротами, что распахнулись, едва стража завидела приближающийся отряд богатыря Боислава. Всё здесь было ладно скроено - брёвнышко к брёвнышку, дощечка к дощечке. А уж когда мы переступили порог, перед нами раскинулся настоящий древнерусский город, точь-в-точь как в моих представлениях об оном.

Золотые купола сверкали на солнце, заливая улицы тёплым светом, и от этого весь Кижич казался волшебным, словно сошедшим со страниц сказки.

Мы вышли на главную улицу, от которой, как ручейки, вились малые улочки, полные самого разнообразного люда – от ремесленников и купцов до знати, разодетой так пышно, словно индюки на ярмарке. Кстати, ярмарка тут тоже имелась, и от неё тянулись самые разнообразные запахи: печево, сладости, копчёная рыба, жареное мясо. Впору было бежать туда да подкрепиться, только вот наш главный совсем не обращал внимания ни на умопомрачительные запахи, ни на людей, что сновали туда и сюда, ни на бурчание голодных животов своей дружины.

Хлопая глазами и желая вставить хоть какое-то словечко, я громко спросил, обращаясь к Боиславу.

- По какому поводу гулянье?

- Ну как же, сегодня Иван Купала, - ответил он мне так, словно это было даже для меня очевидно, хотя я буквально был не в теме. – Или там, откуда ты родом, про такой праздник не слыхивали?

Я пожал плечами, не зная, что сказать, а Боислав не стал заострять на этом внимание.

- И что же, мы, в честь праздника, даже на ярмарку не заглянем? – решил попытать удачу я.

- Извини, брат. Но князь ждать не любит, да и дело мы своё не закончили, - он покосился на идущих вслед за нами заморских купцов, как и я, таращившихся по сторонам с небывалым интересом.

Тяжко вздохнув, спорить я не решился. А потому пришлось смириться.

Через какое-то время мы подошли к терему князя, обнесённому высоченной изгородью, за которой ничего было не разглядеть, как бы я не пытался. У ворот нас встретили стражники, оказавшиеся не такими дружелюбными, как стражи на входе в город. Оно и понятно: охранять самого князя это вам не шутки, за любой проступок и головы можно было лишиться. А потому они тщательно отрабатывали свой хлеб, глядя на нас подозрительными и унылыми мордами.

Меж тем Боислав, предостерегая меня, произнёс:

- Ты смотри, рот понапрасну не открывай. Говорить буду я. А то ляпнешь что-нибудь не то, сразу беду накличешь.

Я весь внутренне подобрался, надеясь, что мой острый язык будет смирно сидеть за зубами.

В тереме нас встретил щуплый мужичок в дорогих одеждах, который тут же засуетился вокруг заморских купцов, заискивающе улыбаясь:

- Здравствуйте, гости дорогие! Располагайтесь, чувствуйте себя как дома.

Было в этом мужичке что-то, что мне сразу не понравилось. И дело было не в том, что он мордой не вышел, или как-то странно выглядел. Нет! Скорее всего, мне не по нраву пришлась эта слащавая манера, это стремление угодить кому-либо, используя лесть, как оружие.

- Неужели это и есть князь? – брезгливо спросил я у Боислава, на что тот, сморщившись, посмотрел на меня, как на дурачка.

- Ты что! Типун тебе на язык! – бросил мне в ответ богатырь. – Это боярин Кривобор, приближённый князя. Можно даже сказать, что он десница нашего славного князя.

- Фух! – шумно выдохнул я, когда богатырь опроверг мои скверные догадки. - У меня даже от сердца отлегло.

- Ага, - одобрительно кивнул Боислав, и мне показалось, что в этом вопросе – относительно слащавой, тщедушной личности, наши с ним мнения совпадали.

Знавал я в своём мире много таких «представительных» людей, готовых обворовать народ до нитки, лишь бы себе потеплее устроиться. Хорошо, что князь – не он. Не хотелось бы думать, что княжеством руководил такой ушлый типчик. Ведь по нему сразу было видно, что кровушки у народа он попивал достаточно, ну и воровством наверняка не брезговал.

- Что ж, пойдём, Данила, - позвал меня Боислав. – Поговорим с боярином, а там уж узнаем, как нам с тобой быть.

Делать было нечего, я молча последовал за Боиславом, а он, подойдя к боярину, начал молвить.

- Кривобор, а где бы нам князя сыскать? – спросил богатырь, на что тот, зыркнув, как вздорная баба, нехотя ответил:

- У князья-батюшки появились срочные дела! Вот и оставил он меня тут за главного.

- Хм, тогда ты подскажи, как мне быть с нашим гостем?

- С каким ещё гостем? – в упор стараясь не замечать меня, ответил Кривобор. - Всех гостей я уже принял, и распределил по покоям.

- Так вот ещё один, – Боислав указал на меня.

- Здрасти! – я не знал, как мне себя вести с этим прыщом на мягком месте, а потому лишь нашёл в себе силы поздороваться.

Боярин же, окинув меня брезгливым взглядом, с ноткой презрения произнёс:

- А он точно гость? В лохмотьях каких-то... Не крестьянин, случаем? Не нравится мне он что-то…

- Дык, разве можно так? Судить человека по одёжке?! – вступился за меня Боислав, однако сам точно так же и поступил при нашей встрече. Но, в отличие от боярина, богатырь хотя бы не вёл себя так высокомерно.

И пока Кривобор размышлял, как со мной быть, из моего кармана внезапно раздалась громкая мелодия будильника на моём телефоне, что немало напугало этого напыщенного индюка, зовущегося боярином.

- Колдун! – взвизгнул боярин, подпрыгнув от неожиданности. – Стража, схватить его!

Вот, чёрт. Этот дурацкий будильник и раньше меня бесил, но теперь он и вовсе превзошёл сам себя, вовлекая меня в неприятности.

На визг Кривобора сбежались стражники и тут же скрутили меня.

- В темницу! – завопил боярин. - Заковать колдуна!

- Кривобор, одумайся! – попытался заступиться за меня Боислав. - Сначала разобраться надобно бы. А не рубить с плеча.

Боярин, надувшись, скривился пуще прежнего, и, глядя на богатыря, которому и до плеча не доходил, с важным видом начал тыкать пальцем, похожим на высохшую ветку, в его сторону.

Глава 4

Пока я томился в темнице, уже наступил вечер. Это было заметно по тому маленькому проёму в стене, откуда поступал скудный дневной свет. И сейчас он будто иссяк совсем.

Пока я гадал о том, когда меня отсюда выпустят, и выпустят ли вообще, к окошку прилетела какая-то чёрная птица, а точнее, ворон, что, взглянув на меня умными глазами, начал вещать человеческим голосом.

- Ну, здравствуй, добрый молодец! Вот я и нашёл тебя!

Услышав такое от птицы, я от неожиданности даже перекрестился. Может, кукуха от голода слетела? Или ещё какая напасть? Не каждый день со мной птицы разговаривают.

- Что, испужался? – смешливо спросил он. – Не бойся, я тебе не наврежу.

- Чур тебя! – воскликнул я, осенив себя крестным знаменем.

- Ой, на меня эти штуки не работают! – отбрехался ворон. – Я ж не нечисть какая-то! Я помочь тебе хочу.

- Помочь? – удивился я. – И как же это? Ты меня извини, но я при всей своей изворотливости в эту щёлку не пролезу.

- А это мы ещё посмотрим, - продолжил издеваться пернатый.

- Ладно, - теперь уже и я был готов поторговаться. – Но не за красивые же глаза ты тут расшаркиваться передо мной будешь? Что тебе надо? Душу али тело?

- Ни то, и ни другое, – недовольно каркнул ворон. - За твоё спасение, самое большое, моя хозяйка может попросить у тебя одно одолжение.

- Хозяйка? – тут же навострил уши я. – А она красивая?

Мне показалось, или ворон театрально закатил глаза.

- Ладно, я пошутил. И всё-таки я был прав! Тебе и твоей хозяйке что-то от меня нужно…

- А ты думал, что мы тебя просто так спасать будем?! Долг платежом красен, если ты позабыл.

- Ну не знаю, стоит ли тебе доверять? Откуда мне знать, что ты, в лучшем случае, не плод моего воображения? А в худшем… Я и предположить боюсь!

- Если не хочешь принимать мою помощь, можешь остаться тут и просидеть в темнице пару дней, а быть может недель, а то и месяцев. Вряд ли князь узнает о тебе в ближайшее время. Кривобор знает своё дело, и уж если на кого зуб заточит… Так что решайся сейчас.

«Ой, не к добру это» - пронеслась мысль в голове, но перспектива гнить здесь вовсе не радовала. А потому, подумав, я согласился.

- А, давай! Чем чёрт не шутит!

- Вот и славно, - деловито каркнул ворон. - А теперь отойди в сторону. Сейчас я вытащу тебя отсюда…

Я изумлённо взглянул на эту удивительную птицу, а она, выщипнув из крыла чёрное перо, бросила его на пол. Я следил за тем, как оно, плавно кружа в воздухе, медленно опустилось на землю и начало покачиваться, притягивая к себе все тени, что были в моей темнице. А здесь этого добра было предостаточно. Я продолжал завороженно наблюдать, как прямо посреди моей «камеры» понемногу, по маленькой капле, вырастал небольшой омут, манивший и отталкивающий своей непроглядностью одновременно.

- Не бойся! – спокойно пояснил ворон. - Этот омут - путь к твоему спасению. Но, перед тем, как ты решишь туда нырнуть, советую набрать в грудь побольше воздуха.

Подозрительно поглядывая, на сомнительный выход на волю, я решил всё-таки узнать у ворона его имя.

- А звать-то тебя хоть как?

- Карлушей меня кличет хозяйка, - тут же представился ворон. - Я верный помощник своей хозяйки Ядвиги! А теперь поспеши, если хочешь на свободу! Я уже слышу, что сюда идёт стража…

«Ядвига?» - что-то не давало покоя мне в этом имени, оно казалось смутно знакомым, причём не с лучшей стороны, но рассуждать особо было некогда.

Набрав в грудь побольше воздуха по совету загадочной птицы, я нырнул в чёрный омут, даже не предполагая, куда он меня, в конце концов, выведет.

***

Оказавшись по ту сторону магического омута, я почувствовал, как всё моё тело обволакивает прохладная вода. А ещё через миг я понял, что оказался на дне какого-то водоёма, вероятно озера, весь окутанный в водоросли. Теперь стало понятно, почему Карлуша советовал мне задержать дыхание.

Стоило поторопиться и выплыть на поверхность, пока я ещё мог. Оттолкнувшись от дна, я приложил все свои силы, чтобы добраться до берега. Но едва моя голова показалась над поверхностью воды, как нечто невероятное набросилось на неё, вцепившись в волосы. Я уже приготовился истошно заорать, сорвав с головы это нечто, оказавшееся обычным плетёным венком с горящей в его центре восковой свечой; как неожиданно встретился взглядом с глазами такой необычайной небесной синевы, что даже сам крик застрял у меня в горле.

На меня, испуганно вытаращив глаза, смотрела девушка невиданной красоты. И, кажется, она тоже собиралась закричать…

Глава 5

Пару мгновений мы с девушкой молча смотрели друг на друга в изумлении, а затем она, вскрикнув, бросилась бежать.

- Водяной! – закричала она во весь голос, и её крик тут же подхватили другие девушки, которые неподалёку пускали по воде такие же венки из живых цветов.

Девчата умчались прочь, крича что-то о водяном, который хочет утащить их на дно. Но я-то им не был! И всё же, надо было признать, что своим внезапным появлением я испортил девушкам весь праздник Иван Купала.

Ну да ладно, Бог с ними… Пускай разносят слухи о водяном, а я к тому времени уже успею уйти отсюда, от греха подальше. Стоило мне только об этом подумать, как тут же увидел знакомую чёрную птицу, которая заговорила человеческим голосом.

- Вот ты где, - без особого энтузиазма произнёс Карлуша, всем своим видом показывая, что ему на меня как бы… всё равно. – Иди за мной, да поторапливайся! А то, чую, горемычный, ты уже и тут успел набедокурить.

Возразить мне было нечего. А потому, тяжело вздохнув, я нехотя поплёлся за ним, по пути стряхивая с себя прилипшие к одежде водоросли.

***

Этот пернатый мучитель заставил меня блуждать по тёмному лесу всю ночь. И лишь с рассветом, когда я уже полностью выбился из сил, он, наконец, соизволил вывести меня на просторную поляну, хитро спрятанную в самой чаще леса.

Я аж диву давался, насколько здесь всё было просторно и светло, что сразу стало ясно: без помощи колдовства тут явно не обошлось.

Поляну эту пересекал журчащий ручеёк, берущий своё начало из кристально чистого озера, в котором плескались рыбы. Над цветами кружили бабочки и пчёлы, а в густой изумрудной траве копошились меленькие зверьки. И сам воздух… Он был так свеж, что, кажется, лишь вдохнув его, можно было исцелиться от всех недугов.

У озера стояла небольшая избушка, ограждённая лёгкой изгородью. А на крыльце домика меня дожидалась видная женщина с чёрными как смола волосами, возраст которой я не определил бы ни за что на свете.

- Ядвига? – спросил я, прищурившись.

- Ну, здравствуй, Даниэль! – приветливо кивнула мне хозяйка, затейливо улыбнувшись. – Аль мне называть тебя Данила?

- Называй, как угодно, - ответил ей я. – Полагаю, я вовсе не для того тебе понадобился, чтобы ты об этом справиться могла?

В этот момент ворон-проводник вспорхнул с изгороди и уселся на плечо своей хозяйки, в одно мгновение превратившись в плащ-накидку с густым вороньим оперением.

Я, с любопытством оценив подобный жест, снова обратился к Ядвиге.

- Так значит, всё это время ты и в самом деле повелевала этой птицей?

- Не совсем, - опровергла мои догадки Ядвига. – По сути, ты прав. Он подчиняется исключительно моей воле. Однако Карлуша… как бы тебе объяснить? Он не какой-то там колдовской предмет, и даже не птица... М-м, объясню попозже. Лады?

- Угу, - согласился я. – А ты, как я полагаю, ведьма?

- Колдунья, – не стала отпираться она. - Но не спеши пугаться - зла я тебе не причиню.

- Ну-ну! - недоверчиво хмыкнул я. – Так для чего ты помогла мне?

Ядвига устало покачала головой.

- Ох уж эта молодёжь… Отчего же вы все такие недоверчивые? Вечно вам всюду мерещатся подвохи и заговоры. Я ведь не какая-то там злая карга…

Я ещё раз окинул её оценивающим взглядом и даже облизнулся от напряжения. Уж больно хороша она была!

- Ну, каргой тебя, конечно, не назовёшь… Уж скорее наоборот! Если ты понимаешь, о чём я…

- Вот как? – оживилась ведьма. – Что ж, спасибо за похвалу. Но всё же, позволь мне сначала как следует принять тебя. Заходи в дом, поешь, отдохни. Небось, оголодал, просидев целый день в темнице.

Ядвига жестом велела мне последовать за ней, и я охотно принял её приглашение, несмотря на то, что собирался быть осторожным, поскольку со вчерашнего дня и крошки хлеба не съел.

Согнувшись в три погибели, я переступил порог низенькой двери, и оказался в тёмных сенях, а затем в светлой горнице.

- Проходи, не стесняйся, - пригласила меня за стол женщина, расстилая на его поверхности скатерть с дивным узором.

И как только она произнесла заветные слова, произошло чудо. На скатерти сами собой начали появляться яства, и уже через мгновение стол просто ломился от различных блюд.

Не думал я, что мне в этой жизни когда-то удастся увидеть настоящую скатерть-самобранку. Я аж, диву дался. М-да, Ядвига хорошо подготовилась к моему визиту. Интересно, почему она так рьяно пыталась угодить мне? Сначала вызволила меня из темницы, а теперь так тепло и гостеприимно принимала в своём доме. Зачем ей всё это было нужно? Какова будет цена за её помощь?

Конечно, я чуял во всём этом подвох, но умирать на голодный желудок всё равно не собирался. Тем более что блюда, которыми меня потчевали, были выше всяких похвал. Тут тебе и курочка жареная, и кролик тушёный, и утка запечённая. А уж грибочки солёные, да огурчики маринованные и вовсе были выше всяких похвал. Как оказалось, разговаривать на сытый желудок было в разы приятнее.

И вот, наевшись досыта, я устало откинулся на спинку лавки и, почёсывая набитое брюхо, наконец, почувствовал себя готовым к диалогу.

- Спасибо за хлеб – за соль. А теперь говори, что тебе от меня надобно?

Женщина сделала вид, что крайне удивлена.

- Вот так сразу?

- А чего тянуть-то? – пожал плечами я.

- А как же приласкать, приголубить? – наигранно всплеснула она ресницами. – Или ты из тех, кто без должных ухаживаний тащит бедных девиц в свою берлогу?

- Ой, да хватит тебе шутки шутить, - махнул я на неё рукой, понимая, что она со мной лишь забавляется. – Раз тебе что-то нужно от меня, так говори прямо. Не томи!

Ядвига хитро прищурилась, и её глаза заблестели, как у лисы.

- Ладно, так уж и быть, признаюсь! Есть у меня к тебе одна просьба…

- И какая же?

- Мне нужна твоя помощь в делах сердечных…

Честно сказать, это меня немного шокировало.

- Ты извини меня, конечно. Женщина ты видная… Я бы даже сказал, горячая. Но я, пожалуй, откажусь!