Трое в лодке, не считая гитары

Глава 1. Есть контакт

Февральский Питер, несмотря на серость и промозглость, был, как всегда, прекрасен. И прогулки по его улицам в любую погоду могли поднять настроение одним только проскользнувшим отголоском песни уличного музыканта, озябшими пальцами в митенках перебирающего струны гитары или ласкающего клавиши синтезатора.

Во всяком случае, эти звуки так действовали именно на неё, торопящуюся домой с последней пары уже в вечерних сумерках студентку экономфака Лену. Ответственная, уверенная в себе, общительная и очень симпатичная девятнадцатилетняя блондинка с серо-зелеными глазами хоть и не связала свою жизнь с музыкой, но была близка к ней настолько, что ей казалось, что музыка с самого рождения жила в ней. Она очень здорово пела, достаточно прилично для самоучки играла на гитаре, мечтала освоить ещё множество музыкальных инструментов, но этой мечте, судя по тому, как складывалась её жизнь, так и суждено было остаться мечтой. Выбрав для себя весьма приземлённую профессию, она уже и не надеялась приблизиться к этой мечте хоть на миллиметр, смирившись с тем, что она в музыкальном мире — лишь наблюдатель, ценитель и, что называется, «потребитель контента». Вместе с университетскими подругами она посетила множество концертов известных музыкантов, и переезд в Петербург для учёбы в университете как нельзя лучше этому поспособствовал. Однако эта атмосфера такой близкой, такой манящей музыкальной «тусовки», которая витала в воздухе, благодаря уличным музыкантам, не давала ей покоя и бередила душу всякий раз, когда она слышала аккорды одной из любимых песен, раздающиеся прямо посреди Невского проспекта и пересекающих его улочек. Вот и сейчас, идя по Садовой к станции метро «Гостиный двор», Лена потеплее укуталась в воротник пальто и с наслаждением прикрыла глаза, услышав звуки саксофона, раздававшиеся где-то вдалеке. Уличные фонари, которые уже давно зажглись, жёлтые гирлянды, окутывающие голые ветви деревьев, хруст уже подтаявшего грязноватого снега под подошвами тяжёлых ботинок и полная безмятежность молодости, царившая в её душе — это именно то, что необходимо было ей сейчас для того, чтобы её мозг отдохнул и разгрузился от той кучи информации, которая вывалилась на неё за тяжёлый учебный день.

Одна из её одногруппниц и, по совместительству, подруга и соседка по квартире по имени Алина прямо с пар направилась на свидание со своим парнем, а другая подруга-одногруппница и соседка по квартире Женя ускакала куда-то на очередной мастер-класс по чему-то суперприкладному и творческому. Кажется, сегодня они расписывают глиняные кружки. Зимние каникулы закончились всего два дня назад, а казалось, будто бы их и не было. Все они на время каникул разъезжались по родным городам, и Лена за эти две недели ужасно соскучилась по Питеру. И, возможно, именно поэтому она, не дойдя до метро всего какой-то десяток метров, развернулась на сто восемьдесят градусов и направилась в сторону любимого бара.

«Контакт-бар» был одним из тех мест, где она чувствовала себя в своей тарелке всегда, каким бы ни было её настроение. Сегодня настроение было довольно неплохим, но усталость от рутины уже успела дать о себе знать.

Придя в любимый бар, она села на красный кожаный диванчик и раскрыла перед собой учебный ноутбук. Уже через двадцать минут она была полностью погружена в чтение, размеренно потягивая через трубочку любимый латте с кленовым сиропом. Из-за этой размеренности она и вздрогнула от неожиданности, услышав достаточно звонкий, но приятный мужской голос прямо перед собой.

— Ну, привет, мисс «хочу всё знать», — с доброжелательной усмешкой произнёс голос.

Лена тут же метнула немного испуганный взгляд из-под длинной густой прямой чёлки вперед поверх экрана ноутбука. На диванчике напротив сидел симпатичный улыбающийся молодой человек. Его голубые добрые глаза приветливо блестели, а расслабленная поза, в которой он сидел, говорила о том, что за словом этот субъект точно в карман не полезет. В общем, он очень располагал к себе, поэтому Лена улыбнулась в ответ незваному гостю:

— Ну, почему же прямо-таки всё. Достаточно будет и того, чтобы знать чуть больше, чем все остальные, — в тон ему отозвалась она и откинулась на спинку диванчика, приняв не менее расслабленную позу, причём весьма кстати, поскольку за двадцать минут сидения в сгорбленном состоянии ее спина уже достаточно сильно затекла.

Парень широко улыбнулся в ответ и протянул ладонь для рукопожатия:

— Денис.

— Лена, — легонько сжала его руку в приветственном жесте девушка, отметив про себя мягкость и даже бархатистость его теплой ладони.

— Часто здесь бываешь? — Уже немного серьезнее поинтересовался он, чуть подавшись вперед, сцепив перед собой руки в замок на столе.

— Частенько, — закрыла крышку ноутбука она, подумав, что не очень вежливо будет отвлекаться на светящийся экран, когда с тобой так заинтересованно разговаривает симпатяга напротив. И затем она также отлепила спину от дивана и подалась немного вперед, поднимая со стола стакан с латте, и отпила через трубочку немного сладкого напитка. — Учусь неподалёку. А ты?

— А я больше по другим заведениям, — неопределённо отозвался он, — свожу тебя как-нибудь туда, где мне нравится больше, чем здесь, — улыбнулся он, излучая невероятную самоуверенность. — Ну а из более приземлённого предпочитаю бар «Killfish».

Этот бар Лена знала, но от университета он находился дальше, чем «Контакт», а потому там она бывала всего пару раз с одногруппниками, в то время как в «Контакт» она частенько наведывалась и без компании. Однако из всего сказанного Денисом её больше всего заинтересовало совсем другое.

Глава 2. Кто дружит с музыкантами, знает толк

— Мы с Андреем вчера такое кино отличное посмотрели, — щебетала на ухо Ленке светловолосая кареглазая и вертлявая Алина, не переставая, почти всю скучную пару по «Теории игр».

— То-то ты домой ночевать не явилась, — со смешком отозвалась Лена, — видимо, там был целый сериал, — метнула она взгляд хитро прищуренных глаз в подругу.
Алина шутливо пнула её локтем.

— Ой, всё. Хоть и не рассказывай тебе ничего. Вот теперь возьму и не приглашу тебя никуда сегодня!

— А я и не пойду с тобой никуда сегодня, — ухмыльнулась Ленка, оставшаяся довольной тем, как оставила подругу с её шантажистскими настроениями в дураках.

— Чего это вдруг? У тебя есть планы? Где, с кем? — Алина округлила глаза и заговорщически понизила голос, а затем придвинулась ещё ближе к Лене, ожидая услышать подробный отчёт о грядущих похождениях подруги.
Но Лена, похоже, откровенничать была не в настроении.

— Планы есть, но пока не знаю где и во сколько, — сухо отозвалась она и сделала вид, что внимательно слушает преподавателя.

— Тебе не помешает глянуть в толковом словаре слово «планы», — съязвила подруга, немного обиженно поведя плечом. — Ну, хотя бы о том, с кем — ты представление имеешь, надеюсь? — Прищурилась она и примирительно задела Лену локтем.

— Скорее да, чем нет, — расплывчато ответила Лена. Сама не зная, почему, распространяться о вчерашнем интересном знакомстве она особенно не хотела.

— Ну а если этот Скорееда Чемнет тебя кинет, ты пойдёшь со мной, Женькой и Андреем на концерт друзей Андрея? — Сдавшись, раскрыла неудавшуюся интригу Алина. Карие глаза испытующе уставились на Лену, давая ей понять, что отказа эта назойливая соседка по парте и по квартире не примет. Лена снисходительно улыбнулась и отозвалась:

— Ты знаешь мои слабые места и бессовестно этим пользуешься, — после сказанного она отметила торжествующий вид Алины, однако поторопилась добавить: — Но это только в том случае, если мои планы действительно потерпят крушение.

«Что может быть вполне вероятным», — мысленно добавила Лена, с большим скепсисом относясь к перспективе того, что Денис свяжется с ней сегодня, даже не взяв у неё номера телефона и не оставив своего.

***

Время шло, но Денис так и не дал о себе знать. Лена сидела на кухне за столом и разочарованно болтала ногой, допивая свой уже холодный чай, с завидной частотой обновляя страничку в соцсети, подозревая, что этот тот самый канал связи, по которому у этого самоуверенного молодого человека есть хоть какой-то шанс выйти на неё сегодня. Время близилось к шести вечера, Алина с Женей уже вовсю красились и наряжались, а Лена, поглядывая в их сторону, всё ждала, когда же Алина соизволит напомнить ей об их договорённости, поскольку самой ей совесть почему-то не позволяла просто взять и забить на возможную встречу. Сама не зная, почему, она верила этому человеку, с которым была знакома всего какой-то десяток минут. Он выглядел очень открытым, искренним и уверенным в себе, и совсем не был похож на человека, который раздает обещания направо и налево, не подкрепляя их целенаправленными действиями. Что ж, судя по всему, первое впечатление оказалось обманчивым. Алина, будто прочтя её мысли, крикнула ей из прихожей, где она марафетилась у большого зеркала:

— Собирайся, Леныч, твой друг в пролёте сегодня, он упустил свой шанс, — тоном, не терпящим возражений, заявила она. И Лена со смутным ощущением того, что так и должно было случиться, пошлёпала в свою комнату собираться.

Почти в семь вечера девушки уже подходили к клубу «Космонавт», где планировался концерт группы друзей Алинкиного парня Андрея, который был на два года старше и учился на первом курсе магистратуры того же факультета и специальности, на которой учились и девчонки. Андрей родился и вырос в Питере, и Алина с обожанием внимала каждому его слову: мнение Андрея было истиной в последней инстанции, а всё, что он предлагает — самое гениальное и оригинальное, что можно только себе представить. Лена не была в восторге от Андрея, но с пониманием относилась к тому, как Алина его воспринимала — она ведь была влюблена, и такое поведение было вполне простительным, хотя для неё самой, Лены, мало приемлемым. То ли она никогда ещё по-настоящему не влюблялась, то ли это «растворение» в другом человеке действительно выглядело симптомом какой-нибудь душевной болезни. Девушка вполне отдавала себе отчёт в том, что, скорее всего, всё-таки первое, при этом неустанно заставляя себя помнить, что слова Алины надо делить как минимум на два. Судя по её рассказам, им предстоит сегодня знакомство с творчеством кавер-группы «Аррива», которая существует уже много лет и имеет достаточно внушительную популярность в городе, выступая на различных мероприятиях города, праздниках, фестивалях и даже давая сольные концерты, как, например, сегодня.

— Интересно, на концерт кавер-группы серьёзно наберется настолько внушительная толпа, чтобы заполнить «Космонавт»? — С сомнением спросила Лена, останавливаясь перед самым входом в клуб и оглядывая внушительных размеров здание. Кроме того, она уже была в этом клубе на концерте Animal Джаz и была весьма удивлена, что у Андрея в друзьях оказалась музыкальная группа с настолько большим потенциалом, чтобы давать концерты в подобных местах.
— Увидишь, — усмехнулась в ответ Алина и, увидев приближающего слева Андрея, помахала ему рукой и расплылась в блаженной улыбке. Подойдя к ним, Андрей, высокий брюнет в черном полупальто с высоким воротником, коротко поцеловал Алину, сдержанно кивнул нам в знак приветствия и протянул руку к входной двери:

Глава 3. Неспящие в Питере

Лена лежала с открытыми глазами в постели и никак не могла заставить их закрыться. Стоило ей это сделать, как ее веки тут же, будто находясь на невидимой пружине, «отпружинивали» обратно. Сегодня был очень яркий вечер, и её, хоть и привыкшую к тому, что её жизнь полна постоянных неожиданностей, сюрпризов и разнообразных активностей, этот вечер всё же сумел удивить и затронуть очень чувствительные струны её души. С детства она привыкла к тому, что всё, за что бы она ни взялась, ей удаётся, к тому, чтобы высказывать своё мнение открыто, что, к слову, она умела делать как в весьма корректной, так и в откровенно враждебной форме, к тому, чтобы дружить искренне, бескорыстно и преданно, к тому, чтобы принимать только взвешенные решения и не бросаться в омут с головой. Возможно, именно поэтому ей было так сложно влюбиться так, чтобы дать себе право на ошибку, чтобы открыться человеку и раствориться в захлестнувших чувствах, не боясь, что это ни к чему не приведёт или приведёт к чему-то, о чём она потом горько пожалеет. Ей всегда было очень комфортно в своем «белом пальто». И тот маленький бунтарь, который жил где-то под этим «пальто», самозабвенно боролся со своей такой благоразумной оболочкой, строго судившей людей, которые просто плывут по течению и идут по пути гедонизма, ищут своё счастье, совершая ошибку за ошибкой и легко прощая себе их, и рвался наружу всю Ленину жизнь, но так и оставался на вторых ролях. Видит Бог, ей хотелось отдаться эмоциям и просто поплыть по течению, но здравый смысл всегда был её веслом и, несмотря на порывы ветра, кидавшие её лодку туда-сюда всю её сознательную жизнь, помогал ей выгрести даже из самой бескомпромиссной бури.
И другой реальности Лена себе не представляла, ведь жизнь, подкидывающая ей за вызовом вызов, учила её идти до конца и завершать начатое, не отвлекаясь на всякую ерунду. Как говорится, сделай дело и гуляй смело. Только вот, как бы тривиально это ни звучало, вместо «прогулок» тут и там поджидали новые «дела».
Сегодняшний же вечер выбивался из множества других потому, что этот непривычный трепет, охвативший её тело и душу, захватил даже её разум.

Сегодня ей очень не хотелось ни о чём думать, и ей почти удалось отключить в себе это навязчивое желание контролировать всё происходящее, когда у входа в метро Денис, провожавший её после концерта, остановился и, взяв её ладонь в свою, слегка потянул девушку на себя, после чего, приблизившись к её уху, сказал:

— Ты нравишься мне, Лена. И не делай вид, что не заметила этого, — и легонько коснулся губами её щеки, обдав горячим дыханием её ухо и верхнюю часть шеи. И в этот момент она почувствовала такое упоительное легкое головокружение и горячую пульсацию под кожей лица, что ей хотелось продлить этот миг ещё хотя бы на несколько секунд. Она легонько улыбнулась в ответ, направив взгляд парню прямо в глаза из-под челки, придавленной мягкой вязаной шапкой.

— Ты, и правда, смог меня удивить. И я даже не знаю, что может удивить меня сильнее, чем этот вечер, — она стояла перед ним, а он всё не выпускал её ладонь из своей руки, и его голубые глаза сверкали, отражая свет уличных фонарей.

— Вызов принят, — широко улыбнулся он и, трепетно сжав её ладонь на пару секунд, отпустил её, глядя куда-то поверх её головы, что ему не составляло никакого труда, ведь он был выше неё, наверное, на полголовы, а ведь и сама Лена была отнюдь не маленькой. Лена обернулась и увидела, что к ним приближаются Алина, Женя и Андрей.

— Куда ушуршали, голубки? — Звонко пропела Алина, стоило им поравняться с прощающейся парочкой. Денис задорно улыбнулся, а Лену, кажется, подобное обращение немного смутило.

— Курлы-курлы, — ответил он Алине и показал язык. Алина махнула на него рукой и закатила глаза.

— И вот так всегда. По-человечески он разговаривать не умеет, имей в виду, Лен, — с сарказмом отозвалась на кривляния Дениса Алина, обращаясь при этом к подруге.

— Курлы? — Непонимающе подняла брови Лена, пожав плечами, и бросила взгляд на своего нового знакомого, будто спрашивая у него, понимает ли он слова этого странного человека, который не умеет разговаривать на их голубином. Услышав сдавленный смешок Женьки, она увидела, как искренне засмеялся Денис в ответ на её, Ленкин, неожиданный ответ, поддерживающий его игру, и ей показалось, что в этот самый момент его взгляд на неё стал ещё теплее.

— Жаль прерывать вашу содержательную беседу, но нам уже пора домой. До закрытия метро осталось меньше часа, — напомнила всем Женя, и Лена, пока Алина прощалась с Андреем, сказала Денису:

— Мне действительно пора. Хотелось бы сказать, что я тебе позвоню, но у меня по-прежнему нет твоего номера телефона, — усмехнулась она, метнув в него пытливый взгляд.

— Ты знаешь больше, чем тебе кажется, — подмигнул в ответ Денис. — Скоро увидимся, — он попрощался с девчонками, кивнул головой Андрею, и девушки с парнями разошлись в разные стороны: парни — обратно в сторону клуба, а девушки — в метро.

И сейчас, когда Лена лежала в постели, а её глаза упорно не хотели закрываться, она переместила свой взгляд с потолка на тумбочку, где в низком стаканчике стояла розовая роза на очень коротком стебельке, настолько коротком, что смогла поместиться в карман её пальто, где она и нашла её, опустив руку в карман в поисках проездного, войдя в метро. Стебелёк был обернут сложенным вдвое маленьким листком бумаги, на котором были написаны одиннадцать цифр, а ниже — слово «цветы», напротив которого стояла галочка. И в памяти всплыло окончание всей этой истории.

— Очуметь, Ленка, какой этот странный товарищ, оказывается, романтик, — присвистнула Женька.

Глава 4. Буду песни вам петь и вином угощать

Вот уже два дня Лена жила своей жизнью, ходя на занятия в университет и выполняя задание за заданием, которые посыпались на ее голову от весьма придирчивого преподавателя по менеджменту, и, где-то в уголках разума мечтая о том, чтобы кто-то вырвал её из этой тягомотины, из которой саму себя вырвать ей не позволяла совесть, она тоскливо поглядывала на экран мобильника в ожидании, когда же её экстравагантный знакомый вновь напомнит о себе. Почему-то вариант самой написать ему она даже не рассматривала. Эти пару дней она была занята тем, что много училась, общалась со школьными подругами в соцсетях и морально готовилась к отмечанию с университетскими товарищами так называемого «экватора», который они собирались отмечать еще осенью, но решили по причине всеобщей неорганизованности отложить до момента, когда будет закрыта зимняя сессия. Причём готовилась она не только морально, но и принимала весьма активное участие в его организации наравне со старостой группы. Именно поэтому так странно для неё самой было ощущать собственную безынициативность в общении с Денисом. Ей безумно приятно было его внимание, но занимать такую привычную для неё по жизни активную жизненную позицию в этой ситуации она как-то остерегалась. Со всей этой подготовкой к экватору и учебным завалом ей удалось совсем запамятовать, что сегодня — День всех влюблённых.
И, несмотря на то томительное ожидание, с которым она желала получить весточку от обаятельного барабанщика, она вздрогнула, услышав вибрацию телефона, которая отвлекла её от экрана ноутбука.

«Привет, Королева ботанического сада :-Р Чем занята?», — прочла она на экране и усмехнулась.

«Ну, во-первых, только нам самим можно себя так называть. А во-вторых, учёбой :-D», — быстро набрала ответное сообщение она.

«Ох уж эта неуёмная тяга к знаниям! Но, если ты вдруг хотела бы разбавить свой «ботанический» день Святого Валентина чем-то менее полезным, чем труды Мескона, то я бы предложил тебе провести этот вечер вместе», — прочла она ответ Дениса и с легким трепетом в душе улыбнулась.

«А откуда ты знаешь, чьи труды я сейчас изучаю?», — с интересом осведомилась она.

«А это мой маленький секрет :-Р Я бы хотел пригласить тебя провести этот вечер вдвоём, но, к сожалению, у нас на сегодня запланирована репетиция с ребятами. Поэтому я приглашаю тебя поприсутствовать на ней и разбавить нашу бородатую компанию эстрогеном)», — прочла она на экране и почувствовала, как вспотели её ладони от предвкушения.

Бородатым, конечно, Дениса не назовёшь, но легкая щетина на его лице всё-таки имелась. Заметно было, что росту массивной бороды его бледноватый и светловолосый типаж не слишком способствует. Вряд ли Денис мог догадаться, насколько заманчиво прозвучало для неё его приглашение, и она точно бы не променяла его на уединенный вечер в каком-нибудь ресторане. Она будет на музыкальной репетиции группы, прямо «на кухне» этого манящего процесса! Ну что за интересный намечается вечер! Абсолютно потеряв интерес к ноутбуку, она взяла обеими руками телефон, и, сев на кровать и откинувшись спиной на подушку, улыбаясь, ответила: «Пиши адрес».

Репетиционная база ребят находилась в центре Питера, на Пушкинской. Это было очень здорово, потому что центр Питера был её, Лениной, безусловной любовью. И дополнительный повод вернуться сюда во внеурочное время радовал её и вдохновлял. Ей нужно было подъехать туда к семи вечера, и у неё оставалось не так много времени на сборы, а выглядеть хотелось…как-то соответствующе, что ли. Лена надела кожаные легинсы с высокой талией, которые отлично подчеркивали стройность и длину её ног, и зелёный кроп-топ с длинным рукавом, подчеркивающий её серо-зеленые глаза. Выпрямив волосы утюжком, она немного подвела верхнее веко жидкой подводкой, подкрасила ресницы и уже через полтора часа после сообщения Дениса покинула квартиру, где, по счастливому стечению обстоятельств, на момент её сборов никого из подруг не было.

Добравшись на метро до станции «Маяковская», она по пути заскочила в одну знакомую пиццерию, где делали самую вкусную пиццу «Четыре сыра» из всех, что она пробовала. Решив, что такой знак внимания придётся по душе ребятам из группы, она заказала пару мясных и две сырных пиццы и, дождавшись своего заказа, направилась с ним по адресу, который ей написал Денис. Однако, придя на место, она увидела вокруг себя только жилые дома. Ни намёка на коммерческое помещение, ни одного признака того, что где-то поблизости вершится музыкальная магия. После того, как Лена нашла нужный номер дома на фасаде, ей не оставалось ничего другого, кроме как подойти к парадной и нажать на одну-единственную кнопку дверного звонка на панели домофона, другие кнопки, как в обычных многоквартирных домах, там просто-напросто отсутствовали.

Спустя несколько секунд она услышала щелчок — это открылся замок входной двери. Она огляделась по сторонам, сама не зная, что именно ожидая увидеть, и с небольшой опаской шагнула внутрь. Поднявшись по широкой старинной мраморной лестнице, украшавшей в Питере часто даже дома с замшелыми коммунальными квартирами, которые, казалось, не сможет привести в чувство даже хороший капитальный ремонт, Лена, подняв голову, столкнулась с взглядом Дениса, стоявшего у распахнутой двери и улыбавшегося так, будто он не верил, что она действительно придёт.

— Ты принесла вкусняшки?! — По этому его радостному полувопросу-полуутверждению Лена поняла, почему у него был такой удивленный взгляд, когда он увидел её на лестнице.

— Ну, я подумала, что вы, должно быть, после учёбы и перед репетицией будете голодны, и решила… — Она огляделась, проходя в прихожую, и немного стушевалась. Репетиционной базой тут и не пахло — она вошла в обыкновенную жилую квартиру: прихожая, длинный широкий коридор с картинами на стенах и шкафом-купе. Лена непонимающе посмотрела на Дениса. — Ты сказал, что приглашаешь меня на репетицию. Но мы, похоже, у тебя дома? — Он прищурилась, чувствуя некоторое недоверие, от которого засосало под ложечкой.

Глава 5. Вместе весело шагать

Скинув девочкам смс о том, что она в порядке и уже едет домой, Лена спустилась в метро. Села в вагон и, чувствуя, что уже такой привычный шум поезда начинает её убаюкивать, прикрыла глаза. Вагон был почти пуст, и Лена вальяжно развалилась на сидении.

Удивительно, как легко сегодня ей удалось позабыть о течении времени. Несмотря на небольшое внутреннее напряжение, в котором она всё-таки пребывала в течение вечера, чувства, которые он оставил после себя, были очень приятными. Ей нравилась та лёгкость, с которой Денис протоптал дорожку в её жизнь за такой короткий срок — и Лену, безусловно, подкупала его непосредственность, хоть и слегка обескураживало то, насколько ему легко даётся публичное проявление чувств — ей это давалось в разы тяжелее, несмотря на всю её коммуникабельность и открытость. Ну и, конечно же, не укрылась от её внимания и та разительная перемена, произошедшая в нём, стоило обрубить воздушность этого вечера появившемуся внезапно неприветливому «клетчатому» брюнету. Лена даже представить себе не могла, насколько тяжёлым может стать взгляд этого «рубахи-парня» при виде собственного же вроде как родного человека.
Из этого она сделала очевидный вывод, что отношения у них явно так себе. Однако причина подобных отношений стала для неё довольно интригующей загадкой. Хотя, конечно, с таким маловоспитанным великовозрастным братцем, который не утруждается даже поздороваться, в принципе, и удивляться нечему. Так что, возможно, никакой загадки тут и нет: как говорится, как аукнется — так и откликнется.

Дома её встретила только Женя. Алина, очевидно, осталась у Андрея, и рыжая соседка в одиночестве цедила чай в кухне, сидя в единственном мягком кресле, которое было в их квартире, поджав под себя ноги. По какому-то негласному правилу их дома в этом кресле всегда оказывалась та из девушек, которой в данный момент было грустнее всего. Почему-то никому из девчонок не приходило в голову занять это кресло у кухонного стола первой, если свободны обыкновенные стулья.

— Что случилось? — Обеспокоенно спросила Лена, даже не поздоровавшись, едва повесив на крючок в прихожей слегка присыпанную снегом куртку и пройдя в кухню.

Женя оторвала взгляд от телефона, в который только что напряжённо всматривалась, и легонько улыбнулась подруге, поправив рукой огромную копну мелких рыжих кудряшек, рассыпавшихся по её бледным округлым плечам:

— Да ничего, — и прихлебнула из кружки чай, оглядывая заинтересованным взглядом прикид своей только что явившейся подруги. — И откуда это мы такие нарядные?

— Ты мне зубы-то не заговаривай, — безапелляционно заявила Лена, усаживаясь на свободный стул. — Если ничего, то что ты делаешь в «страдалесле»?

— Надо поменять ему название, — засмеялась Женька. — А то уже и присесть в это кресло без страданий как-то неловко. Серьёзно, ничего не случилось. — Женя повернула телефон экраном вниз, показав этим подруге, что теперь её внимание целиком и полностью принадлежит ей. — Рассказывай, давай, где тебя носило, потому что с кем тебя носило, я, ясен пень, догадываюсь и так.

— Я была у Дениса дома, — будничным тоном отозвалась Лена и тут же встала со стула, решив и себе заварить чайку.

Женя картинно «поперхнулась» чаем и звучно поставила кружку на стол.

— Че-е-его? Вы точно голубки, а не кролики?

— Что ты несёшь, — засмеялась Лена, разворачиваясь к ней с уже налитым в кружку чаем, и оперлась пятой точкой о столешницу, сделала глоток. — У него дома находится репетиционная база «Арривы», и он приглашал меня на репетицию.

Там и остальные ребята из группы были.

— Тю, блин, — разочарованно протянула Женя. — То есть, совсем никакой романтики?

Лена замешкалась на секунду. Она провела чудесный вечер дня Святого Валентина в приятной компании, Алина проводила его с Андреем, а Женя одиноко просиживала его дома на кухне в обтянутом голубым велюром «страдалесле», и Ленино волнующее романтическое повествование сейчас будет, пожалуй, совсем не к месту.

— Ничего сверхъестественного, — расплывчато ответила она, и снова прихлебнула из кружки чаю. — Зато вот познакомилась с его старшим братом. Ну, или типа того.

Женя заинтересованно вскинула брови:

— Типа того — это как?

— Ну, это типа я знаю, как его зовут, хотя он не представлялся, а он видел меня, но не интересовался моим именем, потому что даже поздороваться не соизволил. –

С небольшим неудовольствием ответила Лена.

— Ну и невежа, — неодобрительно покачала головой подруга.

— Да вообще, какой-то Доктор Зло. — Усмехнулась Лена. — Взгляд такой колючий, знаешь, как будто проткнуть им хочет. Синеглазый клетчатый монстр.

— Это же насколько внимательно ты его рассматривала, что умудрилась разглядеть цвет его глаз, — прищурилась Женя, прихлебывая из кружки, и взяла печенье из вазочки.

Лена снова замешкалась на секунду. Она и сама не отдавала себе отчёта в том, что действительно довольно внимательно его рассмотрела, и только сейчас, когда об этом сказала Женя, осознала это.

— Полегче что-нибудь спроси, — растерянно отозвалась она.

— А почему клетчатый? — Нахмурила брови Женя, спустив, наконец, ноги с кресла, и нырнула ступнями в мягкие мохнатые тапочки.

— Костюм у него такой был, из шотландки, знаешь, в клеточку, — хорошо, что хоть на этот вопрос у неё был вполне обоснованный ответ.

Глава 6. Полегчало

— Экономическая система нашей страны имеет не слишком надежный базис — природные ресурсы. Ненадежный потому, что природные ресурсы конечны и очень медленно восполняемы. А надстройка, формирующаяся на основе такого базиса, имеет целью его подкрепление и, к сожалению, эту машину можно перенаправить лишь весьма большим волевым политическим усилием. По факту, среди факторов производства сейчас серьёзный перевес имеет земля — а таким образом очень сложно формировать сбалансированную экономическую систему. Хочется верить, что высокий потенциал нашей экономики всё-таки раскроется в сферах, не смежных с ресурсной, и её рентный характер будет переориентирован в высокоэффективное и высокотехнологичное русло с мощной социально-ориентированной политикой. — Завершила свою презентацию Лена.

Преподаватель «Актуальных вопросов экономической теории» кивнул головой и сказал:

— Что ж, ты отлично поработала над анализом современной экономической системы страны, и меня очень радует, что ты по итогу позитивно оцениваешь потенциал нашей экономики, — улыбнулся Сергей Михайлович. — У кого-то есть вопросы? — Обратился он к аудитории. Вопросов не последовало. Преподаватель оглядел аудиторию и добавил, обращаясь к Лене: — Тогда я задам свой: какую сферу экономики ты считаешь наиболее заслуживающей внимания в нашей стране в данный момент?

Лена задумалась всего на пару секунд и ответила:

— Космос, наверное, ну и, соответственно, компьютерная промышленность. Космическая промышленность, спутники, связь и цифровизация. Это то, что позволит обеспечить и оборонные, и интеллектуальные нужды, а также повысить эффективность всего производства и социального взаимодействия. Наличие собственного программного обеспечения, компьютеров и надежных интернета и спутниковой связи — на мой взгляд, основа современной экономической, да и политической безопасности. — Лена сделала паузу, а затем добавила: — Ну и дороги уже нормальные сделать по всей стране, в конце концов. А то на ракете к бабуле в деревню не доберешься.

Преподаватель улыбнулся.

— Принято. Садись, отлично, — ответил он, опустив глаза в журнал. Лена забрала свою флешку из университетского ноутбука и вернулась на своё место между Алиной и Женей.

Алина ткнула Лену в бок и шепотом сказала:

— Сегодня Андрей ночует у нас. Ну, точнее, у меня. Женьке я уже сказала, так что теперь говорю и тебе. На случай, чтобы никто из душа в одном полотенце не вышел, — со смешком добавила она.

— Понято, принято, — улыбнулась Лена в ответ. — Я вообще сегодня после пар подумываю в «Контакте» засесть. Не в том, что в интернете, а в том, что на Садовой, — с усмешкой добавила она. — Так что буду поздно.

— Господи, опять будешь свои рефераты в баре писать? Что за странная привычка, — закатила глаза Алина. — В барах парней цепляют, а ты свои научные труды ваяешь.

— А где я, по-твоему, познакомилась с Денисом? — Прошептала с сарказмом Лена.

Алина удивлённо вскинула брови и спросила:

— На концерте, разве нет?

— Нет, — загадочно улыбнулась Лена. — Это и был тот самый «Скорееда Чемнет», с которым у меня была назначена встреча в день концерта.

— Да ладно! — Алина изменилась в лице. Почему-то её взгляд стал напряжённым и немного растерянным. — Интересное кино.

— И что же в нём такого интересного? — спросила Лена, теперь уже сама будучи заинтригованной.

— Да ничего, — ответила она, явно удерживая себя от того, чтобы взять в руки мобильник. — Просто он оказался хитрее, чем я предполагала.

— Ты о том, что он обманом заставил меня прийти на концерт, попросив вас меня привести?

— Почти. Он не просил привести конкретно тебя. Он уже давно просил меня познакомить его с какой-нибудь моей подругой. И я сказала, что у меня две подруги, и вот, в день накануне концерта он попросил привести обеих. Я не знала, что с тобой он уже знаком. — Нахмурилась Алина и всё-таки взяла в руки телефон.

Лене показалось немного странной подобная реакция на такую невинную хитрость парня, желающего удивить понравившуюся девушку. Но с Алиной часто так — её реакцию не всегда можно предугадать. Взрывной темперамент вкупе с острым язычком и живым умом делали своё дело: дружба с ней была яркой, но очень энергозатратной. И Лене, как человеку, который привык говорить, что думает, беречь хрупкий мир было достаточно непросто.

Всё воскресенье от Дениса не было ни слуху, ни духу. Сегодня тоже. Учебный день подходил к концу, а он по-прежнему молчал. Честно говоря, ей очень хотелось с ним пообщаться, но рука почему-то не поднималась самой написать сообщение или позвонить. Когда Лена вышла из университета, было уже шесть вечера. Она погрязла в мыслях и планах, и буквально на автомате, не замечая ничего вокруг, вошла в бар и направилась прямо к своему любимому столику.
Заняв стол, она заказала привычный латте с кленовым сиропом и, не открывая ноутбук, решила позвонить в клуб «Бохо», в котором в эту пятницу планировалась их студенческая вечеринка по случаю экватора, чтобы уточнить меню.
Только она набрала номер телефона и нажала кнопку вызова, как вдруг справа позади себя, со стороны барной стойки, услышала знакомый голос, от которого у неё почему-то резко похолодело в груди. Она осторожно обернулась, чтобы незаметно подглядеть и понять, не ошиблась ли она. Официант поставил на её столик кофе, однако она совсем не обратила на него внимания.

Глава 7. Эквилибриум

Лена, отвлекшись на телефон, не заметила, как вышла из уборной спутница Виктора, и, сдвинув брови, читала о содержании термина «скопофилия». Ну какой же беспардонный кретин! Так уж выходило, что по жизни ей довольно нередко «везло» на дерзких и хамоватых собеседников — чего только стоила одна соседка по многоквартирному дому, в котором она выросла, живя с родителями и братом.
Эта женщина так часто позволяла себе абсолютно беспардонные комментарии относительно Лениной внешности, манеры одеваться, воспитания её и брата, взаимоотношений её родителей и всего прочего. Семья у Лены была вполне благополучная, но отец так часто был в разъездах из-за работы, что её маму воспринимали чуть ли не как мать-одиночку, а Лену и брата — вечно недосмотренными и недовоспитанными беспризорниками. Лену крайне возмущало такое отношение не столько к себе и брату, сколько к маме, потому что уж кто-кто, а она, много работающая и при этом успевающая дать тепло и любовь детям и редко появляющемуся дома мужу, уж точно не заслуживала подобных инсинуаций. Как раз таки достойное воспитание и нежелание выставить маму лишний раз в неприглядном свете и не позволяли ей тогда дать словесный отпор этой старой грымзе.

И в один из дней, когда десятилетняя Лена, расстроенная своим бессилием относительно очередного нелестного комментария сидевшей на лавочке вечно недовольной жизнью женщины, пришла домой, мама заметила её подавленное состояние и спросила, что её так расстроило. Лена, не привыкшая скрывать от мамы свои тревоги, поделилась с ней переживаниями, и мама, улыбнувшись, отозвалась:

— В следующий раз, когда она снова тебя заденет, можешь просто послать её в жопу.

— Мама! — Округлила глаза Лена в ответ на такой неожиданный мамин совет. — Она же только укрепится во мнении, что я дурно воспитана!

Мама засмеялась.

— А ты так ей и скажи, что это я тебе разрешила послать её в жопу. Она и так обо мне не лучшего мнения, так пускай хотя бы будет за что, — подмигнула она и отвернулась к печке, чтобы помешать суп, который варила.

С тех пор Лена не раз ещё слышала от этой странной женщины всякие гадости в свой адрес, но так ни разу и не послала её туда, куда посоветовала послать мама. Но и комментарии эти её теперь уже совсем не трогали. Просто сам факт того, что она свободна в том, чтобы выразить свою реакцию так, как сама считает правильным, и дать отпор, подарил ей какую-то внутреннюю силу, какую-то точку опоры, которая не давала её внутренней струне натягиваться до состояния надрыва. И доступность этой опции — просто «послать в жопу» тех, кто бессовестно и грубо доставляет ей душевный дискомфорт, не оглядываясь на их возраст, социальное и имущественное положение, очень грела ей душу.

И вот сейчас, когда в её жизни появился очередной раздражающий фактор в виде старшего брата парня, произведшего на неё такое приятное впечатление, ей, пожалуй, очень пригодится этот «джокер» в рукаве, заботливо подаренный ей когда-то её замечательной, такой свободной духом и чуткой мамой.
Жаль, что этот доморощенный психолог не остался просиживать свои филармонические штаны у себя дома, а припёрся в её любимый бар и сбил её рабочий настрой. Вся эта его сегодняшняя какофония затмила собой настойчиво терзающий её любопытство вот уже второй день вопрос: каким же музыкальным инструментом владеет этот невоспитанный тип?

Бег её мыслей нарушил телефонный звонок. Лена, взглянув на экран, улыбнулась, почувствовав теплые мурашки где-то в груди, и нажала на кнопку ответа:

— Привет.

— Привет, неуловимая, — услышала она улыбающийся голос Дениса на другом конце несуществующего провода.

— Почему неуловимая? Я всё в том же пруду, где ты поймал меня неделю назад, — с усмешкой отозвалась она.

— Я в курсе, просто надеялся встретить тебя совсем в другом районе города, в трехкомнатной квартире, где в одной комнате на кровати лежит очаровательная гитара, струны которой когда-то трогали очаровательные пальцы очаровательной девушки, — услышала она и почувствовала, как пропустило один удар её застучавшее чаще сердце, а кровь прилила к щекам.

— Что ты делаешь у меня дома? — В недоумении спросила она.

— Я приехал с Андреем, он поехал к Алине смотреть кино, ну а я увязался с ним, чтобы мы с тобой тоже могли глянуть их кинцо одним глазком. Но Алина, когда мы приехали, сказала, что после учёбы ты отправилась в бар. В общем, мой сюрприз не удался. — С легкой досадой в голосе ответил он. — Сейчас я уже захожу в метро и предлагаю тебе посмотреть какое-нибудь кино у меня дома, если ты не против.

Лена даже не пыталась над чем-то раздумывать. Приглашение было заманчивым, и ей очень хотелось, чтобы этот вечер завершился чем-то приятным. И она даже не сомневалась в том, что рядом с Денисом этот вечер точно окрасится яркими красками.

— Я — за, — ответила она, спустя пару секунд, — где встретимся?

— Огонь! Давай на «Маяковской», я буду там минут через сорок пять. — Ответил Денис с явным энтузиазмом.

Лена этот энтузиазм разделяла и, не рассиживаясь слишком долго, допила свой кофе, попутно позвонила в клуб, чтобы уточнить меню, расплатилась, и, собрав ноутбук, направилась в сторону станции «Маяковская», не став садиться в метро и лишать себя возможности с удовольствием пройтись по уютному центру вечернего Петербурга.

Когда она подходила к станции, Денис уже стоял наверху с пакетом из «Бургер Кинг» в руках, и Лена улыбнулась, видя, как блестят в ожидании его глаза в свете вечерних фонарей.

Глава 8. Nothing else matters

Лена лежала на плече Дениса и усиленно следила за сюжетом фильма, который был хоть и интересным, но немного утомительным. В нём рассказывалось о том, как с помощью специального препарата человечество ежедневно подавляет свои эмоции, чтобы избежать войн и других конфликтов, эффективно существовать и работать, не отвлекаясь на всякую ерунду типа радости, боли, восхищения, любви и ненависти, возбуждения и сожаления. С антиутопиями у неё так и было: сколько бы раз она ни смотрела подобные фильмы, всегда в какой-то момент просто-напросто засыпала, несмотря на то что ей было интересно, чем всё закончится. На огромной кровати в спальне Дениса, где они разместились, чтобы посмотреть фильм, было мягко и уютно. А еще уютнее было на плече молчаливого и серьёзного парня, который завороженно следил за тем, что происходит на экране. Было заметно, что этот фильм явно входит в перечень его любимчиков. Лене показались очень интересными задумка и в целом тема фильма, но он, тем не менее, оставил странное послевкусие.

Когда запустились финальные титры, Лена искоса взглянула на молодого человека, поймала его такой близкий взгляд на себе и, улыбнувшись, сказала:

- Как здорово, что мы не принимаем «Прозиум», верно?

- Если бы мы его принимали, у тебя был бы шанс сегодня уехать от меня домой, - внимательно глядя на неё без тени улыбки, понизив тон голоса, отозвался он. Лена почувствовала мелкую дрожь где-то в груди, а в животе сжался комок напряжения. Она не могла разобрать, приятное это было ощущение или нет, но она была очень взволнована, и ей очень хотелось дать себе шанс разобраться в том, было это желание или настороженность. Потому что, кажется, оба эти чувства сейчас смешались в ней. Денис сократил расстояние между их лицами до нуля и прижался своими губами к её губам. Комок в животе стал тёплым и тяжёлым. Лена подалась навстречу губам Дениса и, приоткрыв губы, растворилась в поцелуе, почувствовав, как его горячий и мягкий язык проводит по её губам и проникает в её рот, будто алкогольный коктейль, который при первом же глотке приносит с собой в тело приятное тепло. Своей рукой, обнимающей девушку на протяжении всего фильма, пока она лежала на его плече, он одним движением развернул Лену и прижал к своему телу, и тут же обнял её и второй рукой за талию. Поцелуй стал требовательнее – и Лена чувствовала, как будоражат её разум ощущения от поглаживаний Дениса по её талии и спине.

Ощущения были поистине опьяняющие, но от сорока градусов по Траллесу они практически мгновенно спустились к нулю, когда за своей спиной Лена услышала настойчивый стук в дверь. Денис прервал поцелуй и с неудовольствием отозвался:

- Заходи.

Дверь открылась, и, разумеется, в проёме стоял Виктор. Его деловое выражение лица мгновенно превратилось в какое-то надменное, и Лена, отметив это, почувствовала легкое смущение: было очень сложно сделать вид, что их встречи каких-то три или четыре часа назад вовсе не было. Сама не зная, почему, она не хотела, чтобы Денис узнал о недавно состоявшемся между ней и его братом невежливом и откровенно враждебном разговоре тет-а-тет.

- Чего хотел? – С явным нетерпением в голосе осведомился Денис, приподнимаясь на локтях, а Лена и вовсе предпочла из лежачего положения переместиться в сидячее.

- Завтра и послезавтра прошу тебя не занимать репетиционную. Мне нужен неограниченный доступ к ней в любое моё свободное время, это важно. – Сухо ответил мужчина, и Лена, пользуясь моментом, окинула его коротким взглядом: на нём были серые трикотажные штаны и чёрная водолазка, которая облегала его крепкое подтянутое тело. В отличие от его брата, которого она видела в основном в мешковатых толстовках и просторных майках, Виктор производил впечатление человека, который большое внимание уделяет своему внешнему виду. Собственно, если он выступает во всяких там филармониях, это было неудивительно.

- Хорошо, отменю завтрашнюю репу, но в четверг тогда студия моя. В пятницу у нас выступление. – Так же сухо отозвался Денис, спускаясь с локтей на спину, тем самым давая брату понять, что разговор окончен. Лена всё это время, не зная, куда деть глаза, шарила ими по комнате и усиленно делала вид, что её здесь нет. Это было нетрудно, ведь своим игнорированием Виктор в этом ей только способствовал. Однако вскоре ей всё же пришлось метнуть в надменного мужчину удивленный взгляд, потому что Виктор вдруг сказал, уткнувшись в брата требовательным взглядом:

- Не представишь мне свою подругу? Я предпочитаю быть знакомым с людьми, которые ночуют в моём доме.

Денис поднял брови в удивлении и довольно быстро сменил положение с лежачего на сидячее, опершись спиной о спинку кровати.

- Во-первых, в нашем доме. А во-вторых, с каких пор тебе это вдруг стало интересно? – Задал риторический вопрос он и продолжил: - Это Лена.

Колючий холодок пощекотал спину Лены, и она слегка поёрзала спиной о спинку кровати, чтобы перестать чувствовать это неприятное ощущение.

- И я здесь не ночую. – Отчеканила она. - Проводи меня, пожалуйста, до метро. – Уже понизив голос, обратилась она к Денису.

- Ночуешь. Уже очень поздно, завтра тебе в универ, и тебе гораздо ближе будет добираться отсюда. – Тоном, не терпящим возражений, отозвался Денис.

- Мне всё равно, кто где ночует, и кому что удобнее, - равнодушно встрял в разговор Виктор. – Меня зовут Виктор, и я хочу на будущее попросить нашу гостью не устраивать себе экскурсий и ограничиться посещением только первого этажа и, при необходимости, цоколя.