Трофей для короля демонов

ГЛАВА 1. Молодые короли

В тот момент я поняла, что жизнь кончена.

Все планы, построенные годы назад, рухнули в одночасье. Все, что связывало меня с прошлым, перестало существовать.

Не осталось ничего, кроме его глубоких, как океан, синих глаз. Его красивого, словно у статуи какого-нибудь древнего бога, лица... И его наглой самодовольной ухмылки — такой одновременно страшно раздражающей и дико привлекательной, какая могла быть только у него. Когда не знаешь, то ли вмазать ему побольнее хочется, то ли поцеловать.

Тогда я не могла сопротивляться его чарам. Да и сейчас вряд ли многое изменилось. Однако я научилась делать вид, что он на меня никак не влияет. И как же приятно осознавать, насколько сильно его это бесит!

— Угомонись, демон! Меня тоже не радует наша встреча, — было первым, что я сказала, столкнувшись с ним в коридоре впервые за последние месяцы и увидев его искаженное ненавистью лицо.

— Вообще-то, это мой дом! — возмутился он. — По какому праву ты расхаживаешь в нем, будто хозяйка?

— По такому, что скоро он тоже станет моим, — заявила я. — Или ты забыл, ради чего меня сюда привели?

По мелькнувшей на его лице растерянности поняла, что действительно забыл. Нет, ну это ж надо! А ведь именно из-за него я теперь вынуждена жить здесь! Точнее, из-за его магии, оказавшейся слишком сильной для моих защитных барьеров.

Одно ментальное внушение с его стороны — и мои чувства мне больше не принадлежат.

Один безумный поцелуй с моей стороны — и узы истинной пары с моим прежним женихом разорваны раз и навсегда.

Один миг — и мое будущее решено окончательно и бесповоротно.

Теперь я, Элинея аль Лазар Имиде из благородного народа светлых эльфов великого Эльфхейма, вынуждена жить в королевском замке Багрового мира среди рогатых демонов и отвратительных темных магов в качестве ЕГО трофея! Этого… черта синеглазого! А он, видите ли, забыл!

— Ни стыда ни совести! Верно говорят про демонов — вы такие бесстыдники! — возмутилась я и отпихнула его в сторону… Ну, точнее, попыталась — эта ходячая гора стальных мускулов даже не колыхнулась. — Пропусти! Я, между прочим, опаздываю на представление! Хочу полюбоваться на твое грандиозное поражение.

Догадавшись, что я говорю о первом туре состязаний, который должен начаться с минуты на минуту и на котором я, как приз для победителя, должна обязательно присутствовать, демон наклонился ко мне и растянул губы в широкой ухмылке.

— Не дождешься. Ты же знаешь, я не проиграю. Мне нет равных по силе соперников.

Невольно засмотрелась на его сапфировые глаза, находящиеся так близко от моего лица, но тут же опомнилась и преувеличенно небрежно фыркнула:

— Ну ты уж постарайся! Не хочу терпеть рядом с собой такого мужа, как ты!

Явно не ожидая такого ответа, демон отшатнулся и наконец пропустил меня к выходу.

Я уверенно ступала вперед, точно зная, что он смотрит мне вслед. А сама надеялась, что мое глупое сердце отдается таким громким эхом лишь в моих ушах, а не по всему залу.

Было несложно признаться самой себе, что он меня волновал. Но куда сложнее смириться с тем, как несправедливо со мной обошлись, лишив права выбора! А всему виной глупое недоразумение и подлость одного несносного демона.

Четыре месяца назад…

— Я счастлива! — воскликнула я, вторя радостным крикам чаек, пролетавших над нами.

— Даже не сомневаюсь, — усмехнулась Ронни. — Твоя улыбка сияет ярче, чем у всех знаменитостей вместе взятых! Да и ты ведь сама скоро станешь одной из них, — она указала на толпу людей, неотрывно сопровождавших нас в течение всей нашей прогулки с подругой.

Если приглядеться, в их руках и впрямь можно было заметить записывающие артефакты. Скорее всего, уже сегодня вся Империя будет знать где и с кем я проводила этот день.

— Ну и пусть! — отмахнулась я. — Меня переполняет радость, я готова разделить ее хоть со всей вселенной! Ты даже не представляешь, Ронни. После встречи с Лестаром мне, кажется, даже дышать легче стало. Будто бы я была рождена для него, ради того, чтобы быть с ним. Понимаешь?

— Не особо, — призналась подруга. — Но ведь так оно и должно быть, правда? Вы истинная пара, а значит, рождены друг для друга. То, что ты чувствуешь, нормально.

Нормально? Ее слова звучали слишком обыденно для того, чтобы описать мои чувства. Но ее сложно за это винить. Будучи наполовину гномкой, едва ли ей суждено ощутить на себе всю прелесть эльфийского благословения. Почувствовать каково это, принадлежать кому-то душой и телом и знать, что это взаимно. Ощущать себя любимой несмотря ни на что, единой со своей второй половинкой, наконец-то цельной. Чувствовать себя по-настоящему живой только рядом с ним и понимать, что время без него не имеет значения…

— А знаешь, давай дадим интервью, — решилась я. — Они же этого ждут? Хочу, чтобы все знали, как я счастлива!

Я развернулась и направилась к толпе репортеров, но Ронни удержала меня за руку и осадила:

— Ты просто надышалась морским воздухом, Эли. Должна признать, он и правда освежает. Хорошо, что Лестар оказался более рассудительным и приставил меня к тебе. Хоть у кого-то из вас двоих не отшибло напрочь мозги из-за этой влюбленности.

— Что плохого в том, чтобы быть влюбленной?

— А то, что это напрочь отрубает весь здравый смысл и чувство самосохранения. Этих людей стоит опасаться, а не бежать к ним навстречу с распростертыми объятиями. Вот что бы сейчас с тобой было, если бы не я?

Каштановые волосы подруги, убранные в хвост, бешено метались на ветру за ее спиной. только челка прикрывала карие глаза, полные решимости увести меня отсюда любой ценой.

Я безмятежно улыбнулась ей, решив не спорить. Мне даже немного жаль ее. Она просто не понимает, каково это — встретить свою истинную пару, того, кто является твоей настоящей половинкой, предназначенной самой судьбой. Того, кто всегда поддержит и поймет, кто будет рядом до самого конца. Но я ее не виню, не каждому дано испытать подобное. Даже нам, эльфам, не всегда везет. Можно много веков прожить рядом со своей половинкой и не заметить ее, не почувствовать. А можно все потерять в один момент, разрушить одной лишь изменой…

1.2

— За вами тоже следят репортеры? — спросила Ронни. — Давайте уже поскорее уйдем отсюда. Меня раздражает их внимание.

— Это бесполезно, от этих проныр все равно не скрыться, — отмахнулся Сапфир. — Думаю, они работают с провидцами из народа дроу. А этим продажным гадалкам плевать на сохранность чужой личной жизни. Им известно обо всех сенсациях еще задолго до того, как те произойдут. Так что просто расслабься, коротышка, и начинай привыкать к чужому вниманию.

— О сенсациях им, возможно, известно. Но не о том, в каком из многочисленных столичных переулков мы затеряемся, если решим от них улизнуть, — возразила Ронни, а потом вдруг замерла. — Стоп! Что?! Как ты меня сейчас назвал?!

Подруга встала в боевую стойку и приготовилась отстаивать честь всех низкорослых народов Империи. Сапфир на это лишь насмешливо поднял бровь, чем сильнее раззадорил Ронни.

— Вы же не будете драться на глазах у всех? — с опаской проговорила я. — Нам не нужны скандалы.

Уж не этой ли сенсации они ждали? Ох, упаси нас Старшие! Лучше бы я и впрямь просто дала им интервью…

— А почему бы и нет? — дерзко заявила подруга. — Пусть наши свидетели запечатлеют на своих артефактах, как полугномка надирает зад бесстыжему демонюге! Может хоть это собьет спесь со всех темных!

Она уже приготовилась нападать, как Лестар внезапно встал перед ней, загородив собой друга:

— Не делай глупостей, Ронни. Эти репортеры здесь не только по мою душу.

— Ну конечно, еще по душу Эли. Она ведь твоя невеста и будущая королева Эльфхейма, — пожала плечами Ронни, но отступать не собиралась.

— Не только. Среди нас вообще-то есть еще один будущий король.

— Кто? Он что ли? — подняв брови, подруга ткнула пальцем в демона.

— Вообще-то Сапфир у нас — сын короля демонов, если ты не забыла, — отзеркалил ее выражение Лестар.

— Нда-а, потрепанную морду своего принца демоны мне точно не простят… — заключила Ронни и опустила кулаки, растеряв весь боевой настрой.

— Спасибо, конечно, что стремишься защитить мою честь, — усмехнулся Сапфир. — Все темные тебе должны быть теперь по гроб жизни обязаны. Но можно было не стараться. Я не принц и никогда им не был. В нашем мире власть не передается по наследству, а отнимается силой. Для этого проводятся Великие Игры, где любой желающий демон может продемонстрировать свое мастерство и любым способом завоевать победу. А также трон и уважение подданных. Ну или страх — ведь только силой можно заставить слабых тебе подчиняться.

— Ну и варварство! — презрительно выдала я.

— Зато честно, — пожал плечами он. — Всяко лучше, чем уповать на снисхождение каких-то священных деревьев.

— Как ты смеешь насмехаться над порядками моего народа!

Но демон меня будто не услышал, пребывая где-то глубоко в собственных мыслях, и сказал:

— Так или иначе, я все равно не собираюсь принимать участие в этом безумии. У меня есть гораздо более интересные планы, чем провести остаток жизни на неудобном троне, занимаясь скучными делами и общаясь с надоедливыми придворными.

Я с недоумением покачала головой.

Временами я вообще его не понимала. Будучи выходцем из другого мира, он часто говорил очень странные, а иногда и вовсе возмутительные вещи. Оттого и удивительно, как такому благовоспитанному и высоконравственному светлому эльфу как Лестар, удалось сдружиться с этим бесстыжим и бесчестным темным демоном.

— Но так ведь нельзя! — не сдержала я искреннего изумления. — Ты обязан следовать правилам! На тебя, как на сына нынешнего правителя наложена ответственность, которую ты не имеешь права избегать. Наверняка многие ждут твоего участия. Неужели ты готов так просто взять и подвести своего отца?

Сапфир рывком приблизился ко мне и угрожающе навис сверху. Его лицо перекосилось от гнева и боли, а на месте чувственной улыбки появился хищный оскал. Словно я невольно растревожила не успевшую еще затянуться рану где-то внутри него.

— Не смей указывать мне, что я обязан делать. Легко тебе, законопослушной светлой эльфийке, судить о том, о чем не имеешь ни малейшего понятия. Поэтому советую тебе хорошенько подумать, прежде чем пытаться поставить меня на место.

— Это ты мне так рот затыкаешь?!

— Ты еще не знаешь, как я могу заткнуть рот, — хмыкнул Сапфир.

Прошел всего лишь жалкий миг, но все кардинально изменилось. Время будто замерло, и я почувствовала… нечто необъяснимое. Мысли исчезли из головы, а тело перестало слушаться. Я, будто марионетка, которую дергали за ниточки, послушно шагнула навстречу Сапфиру и прижалась к его крепкой широкой груди. Хотелось утонуть в его объятиях и этом запахе — свежем, бодрящем и таком насыщенном, как после грозы.

Казалось, весь мир перестал существовать, потонув во тьме чужеродной магии. Не осталось ничего, кроме его ярко-синих, будто бескрайнее небо, глаз и моего сбившегося дыхания. А потом его горячие губы прикоснулись к моим.

Меня будто молнией поразило, я задрожала от избытка чувств. Его ладонь легла на мой затылок, не позволяя отстраниться. Но я и сама лишь отчаяннее льнула к нему, желая углубить поцелуй. Эмоции пронизывали насквозь, не позволяя оторваться от этих губ. И лишь на грани сознания беспомощной птичкой билась мысль: «О нет, что же я творю?..» Но, так и не сумев пробиться сквозь пелену ментальных чар, она быстро затихла.

Его сильные руки, сжимающие меня в объятиях, ощущались как самое естественное, что только могло быть на свете. Так хотелось почувствовать их на своей коже. Вот бы избавиться от этой одежды… Горячее дыхание Сапфира обжигало. Его язык, умело ласкающий мой, будоражил кровь. Тепло его тела манило. Я стремилась к нему, как мотылек к огню, и плевать, если этот огонь меня погубит…

Все закончилось так же внезапно, как и началось. Я обнаружила себя стоящей в одиночестве, абсолютно потерянной и ослепленной вспышками записывающих артефактов. Вокруг столпились прохожие, тыча в меня пальцами и выкрикивая оскорбления. А рядом до кровавых кулаков дрались двое лучших друзей.

ГЛАВА 2. Потери и возможности

Было сложно разобраться, кто на кого первым напал. Да это и неважно! Я не поверила глазам, увидев, как отчаянно дерется Лестар — тот, кто, как я всегда считала, даже мухи обидеть не способен.

Лестар… Теперь уже не мой.

О, Старшие, что же я наделала? Это катастрофа!

Все, к чему я так стремилась, все, чего желала, теперь утеряно навсегда. Еще несколько минут назад я была совершенно счастлива, а теперь опозорена на всю Империю. И во всем виноват Сапфир!

Не знаю, что он сделал, но его магия соблазнения напрочь смела мои ментальные щиты, вынудила, подчинила, сделала из меня безмозглую куклу, повисшую у него на шее! Подумать страшно — я готова была раздеться прямо здесь, при всех!.. Да как он только посмел!!!

Стало до боли обидно. Лестар, мой истинный, мой любимый… Я изменила ему и потеряла навсегда.

Что этот демон со мной сотворил? Как он это сделал? Зачем?..

— А ну, прекратите немедленно! — воскликнула Ронни и кинулась разнимать парней.

К моему удивлению, это ей удалось не сразу. А уж она — та еще силачка, хоть по виду и не скажешь!

Сапфир угомонился первым. Бросив на меня странный взгляд, он отошел в сторону. Это к лучшему. Видеть его больше не желаю, не то что рядом стоять.

А Лестар… Теперь он даже не смотрел на меня, больше занятый тем, что поправлял на себе помятый и испачканный костюм. Да мне и самой было стыдно взглянуть ему в глаза, но все же часть меня, та самая, что любила его искренне и трепетно, ждала от него поддержки и утешения. Ведь я ни в чем не виновата, он должен это понимать! Сапфир что-то вытворил со мной, ударил исподтишка, надругался надо мной…

— Тише, Эли. Мы со всем разберемся, — произнесла Ронни, осторожно приобнимая меня за плечи. — Обещаю, все будет хорошо. Тебе нужно успокоиться.

Лишь теперь я заметила, как сильно меня трясло — то ли от нервов, то ли от внезапной атаки на мою ментальную защиту. А по щекам ручьем текли горькие слезы.

— Давай уведем тебя отсюда. Пойдем домой, — мягко, будто ребенку предложила она.

— Нет. Я не могу домой, — снова запаниковала я. — Там ведь…

Я растерянно огляделась по сторонам, понимая, что надежды на спасение нет. Не было никого, кто не видел того, что здесь произошло. Репортеры сделали свое дело, запечатлели долгожданную сенсацию — мой позор, мое грехопадение. Дома мне уже никто не поможет, все от меня отвернутся. Ведь я совершила ужасное преступление — нарушила сакральные традиции своего народа и предала свою истинную пару.

Никто не поверит, что это было сделано против моей воли, что мною управлял этот мерзкий демон. Ведь не существует таких чар, от которых бы не защитили прочнейшие ментальные щиты рода Имиде — самых известных и уважаемых придворных менталистов Эльфхейма.

— Ну что, доволен? — процедил Лестар, обращаясь к демону. — Так, значит, ты поступаешь с друзьями? Прилюдно унижаешь, бьешь в спину. Чего молчишь? Ты это все устроил, тебе и нести ответственность. Решай теперь, как спасти Эли.

Сапфир невесело усмехнулся:

— Как же легко ты сваливаешь на меня свои проблемы.

— Да ты!..

— Так, остановитесь оба! — снова встряла Ронни. — Нам надо уходить отсюда. Немедленно!

Толпа начала подступать к нам со всех сторон, осыпая непрерывной очередью самых бестактных вопросов. Оставался лишь один путь отступления — воспользоваться артефактом мгновенной телепортации. Нужно только решить, куда именно перемещаться.

— Лестар прав, мы не можем забрать с собой Эли, — произнесла Ронни — единственная из нас, кто еще сохранял здравый рассудок. — Нужно увести ее в безопасное место. Спрятать.

— От собственных сородичей, да? — догадался Сапфир и, хмыкнув, повернулся ко мне. — Забавно, что твоя честность и законопослушность ничего для них не значит! Одна ошибка, и ты навсегда для них потеряна.

— Да прекрати ты, наконец! — осадил его Лестар. — Мы не можем взять ее с собой в Эльфхейм, пойми. После всего, что случилось, ей будет там только хуже. И не смей пенять на нас. Ты сам заварил эту кашу, тебе и расхлебывать!

Каша… Вот, значит, как теперь называется все то, что было между нами.

— Как скажешь… друг, — вынужденно согласился Сапфир, скрежетнув от гнева зубами. — Думаю, у меня есть на примете такое местечко.

Демон приблизился и нагло притянул меня к себе, а затем тут же, не давая опомниться, активировал артефакт.

Я бросила прощальный взгляд на Лестара, но так и не смогла разглядеть в его глазах тех же чувств, что одолевали меня: боли, злости на несправедливость, страха, разрывающей сердце тоски. Лишь разочарование и усталость, столь несвойственные юному эльфийскому принцу, казалось, добавили его облику несколько лишних лет. И даже тот незначительный отголосок грусти на дне его зеленых глаз мне, скорее всего, просто почудился…

Магия перемещения отступила, и я обнаружила, что все вокруг переменилось. Морская гладь превратилась в темно-желтое цветочное поле. Величественный императорский дворец на горизонте сменился на багровые горные пики и каменные крыши домов. А небо вместо голубого стало алым.

И гадать не надо, где мы — Багровый мир, родина демонов.

2.2

Я оттолкнула от себя Сапфира и с ненавистью прошипела:

— Не прикасайся ко мне! Никогда больше!

Демон послушно отступил и даже поднял руки ладонями вперед. Но на его лице отчетливо читалась насмешка, из-за чего во мне вновь вскипела злость.

— Ненавижу тебя, понял! Ты мне всю жизнь сломал! Никогда тебя за это не прощу! Проваливай отсюда и оставь меня в покое! Видеть тебя больше не могу!

Нечто темное промелькнуло во взгляде Сапфира, но он благоразумно промолчал и с безразличным видом пошел в сторону городской стены.

Его реакция меня настолько ошеломила, что я с запинкой проронила:

— К-куда это ты?

— Домой, — не оборачиваясь, ответил он. — Но ты, если хочешь, можешь оставаться здесь и продолжать психовать. Вам же, эльфам, вроде привычнее среди цветов и деревьев. Может, в своей родной стихии как раз и успокоишься. Только должен предупредить, — он вдруг остановился. — Наш мир не такой гостеприимный, как ваш. В этих прекрасных цветочках, на которых ты стоишь, живут очень опасные насекомые. Их яд способен даже дракона вырубить, не говоря уже о хрупкой эльфийке. Они просыпаются ночью, а до заката осталось всего ничего.

Я снова оглянулась на цветочное поле, но теперь уже с опаской. Ну уж нет, я здесь не останусь! Хотя терпеть общество этого демона тоже мало приятного. Но отныне забота обо мне — его обязанность. Пусть пожинает плоды своих трудов. А уж я-то придумаю, как отомстить ему за все мои страдания!

Смирив гордость, я все же последовала за Сапфиром. Запоздало пришло в голову, что про насекомых он мог все выдумать, лишь бы не мучиться потом моими поисками и не брать на душу еще один грех… Хотя когда это демонов волновали собственные грехи?

Наверное, я просто слишком привыкла ему доверять. А ведь это именно он и познакомил меня когда-то с Лестаром. Я, как и многие девушки из моего окружения, мечтательно вздыхала о прекрасном принце, даже не надеясь стать той, на кого он обратит внимание. А Сапфир просто взял и сам привел меня к нему, заявив, что я — истинная пара Лестара. Ко всеобщему удивлению, это оказалось правдой. Но если подумать, откуда бы постороннему, да еще и демону о подобном знать?

Неужели он с самого начала все это замышлял? И просто выжидал удачный момент, чтобы побольнее ударить в спину? Решил посмеяться над нами, мирными и скромными светлыми, что ценят традиции превыше всего и с презрением относятся к ним — этим буйным и несдержанным темных, стремящихся к бесконечным разрушениям.

Что ж, ему это удалось. Разве стоило от демона ждать доброты и искренности? Но больнее всего было не столько от его поступка, сколько от того, что последовало после. Лестар сам отправил меня сюда, в это мрачное гнилое место, полное таких же отвратительных бесчестных подлецов, как Сапфир. Просто взял и отказался от меня и всего, что нас раньше связывало!

Я прекрасно знаю, как эльфы относятся к изменам, — такое нельзя простить и это небезосновательно. Но неужели он и впрямь верит, что я могла пойти на такое осознанно? Лестар не стал защищать меня перед другими эльфами, хотя мог бы. И даже не попытался остановить тот поток клеветы в мою сторону, который неизбежно последует после всего, что успели зафиксировать репортеры. Ему плевать на мою честь, на мое достоинство. Вместо того, чтобы попытаться решить проблему, как и полагалось жениху, он просто сбагрил меня в руки Сапфиру и даже не попрощался! Выставил себя перед всеми жертвой, хотя именно я пострадала больше всех!

Мне ведь теперь никогда не вернуться домой. Больше никогда не увидеть родных, не побывать в тех местах, что я раньше любила. Теперь все потеряно навсегда…

Новая боль пронзила сердце, и я невольно всхлипнула. Демон с подозрением покосился на меня, но, к счастью, сдержал свои ехидные комментарии.

Я прикусила губу, заставив себя подавить рыдания. Нельзя, чтобы он видел меня такой. Пускай сейчас я слаба, но не сдамся! Я непременно найду способ ему отомстить!

Довольно скоро мы оказались в городе демонов. Поглощенная безрадостными мыслями, я почти не обращала внимания на городские красоты, хотя посмотреть здесь и правда было на что. Обилие камня и стекла производило несколько гнетущее впечатление, но величественность и уникальность строений восхищала. Стоило признать, строить демоны умели.

В молчании мы преодолели несколько кварталов и наконец оказались у входа в высокую мрачную башню. Как и многое здесь, выглядела она не очень-то приветливо. Разве что рядом с крыльцом располагался весьма симпатичный и совсем не вписывающийся в обстановку цветник.

Почему-то от этого сделалось еще более жутко. По спине поползли мурашки. Неужели он намерен меня здесь запереть, будто пленницу?

Сапфир громко постучал в дверь, а потов вдруг вздрогнул и замер, прислушиваясь. Позади башни что-то явно происходило. Оттуда доносился чей-то громкий голос, объявляющий выход новых участников, а следом прогремели аплодисменты.

Что там? Какое-то мероприятие?

Я с любопытством глянула на демона, надеясь получить от него ответ, но тот вдруг подтолкнул меня к двери в башню, а сам бегом спустился с крыльца.

— Стой, что ты задумал?

— Я исполнил свой долг — привел тебя к той, кто сможет о тебе позаботиться. А мне пора в Академию. Прощай! — махнул рукой Сапфир.

И тогда я поняла, мероприятие, от которого он сбегает — Великие Игры. Вероятно, прямо сейчас там проходит отбор участников.

Но как же… Неужели он так просто оставит меня одну в незнакомом мире? Особенно после всего, что натворил? Ну уж нет, я его так просто не отпущу! Как я смогу ему отомстить, если он будет где-то далеко?

Артефакт телепортации, показавшийся из его кармана, подтвердил мои опасения.

Демон уже принялся его настраивать, когда я кинулась к нему.

— Стой! Как ты смеешь бросать меня?! — я влетела в облако магических светлячков, чтобы задержать его, но мои руки ухватили лишь воздух. Его силуэт растворялся у меня на глазах, но я понадеялась, что он еще может меня услышать. — Ты бесчувственный бессовестный чурбан! Ты мне всю жизнь испортил и даже прощения не попросил! Я этого так не оставлю, слышишь? Ты мне за все ответишь!

2.3

Изнутри башня показалось гораздо уютнее. Здесь преобладали привычные моему взору светлые оттенки и растительные элементы. Гостиная, в которой мы остановились, благоухала знакомыми цветами из моего родного мира, а вкус чая раскрывался терпкими нотками и согревал изнутри. Сразу как-то спокойнее стало. Будто я и не покидала Эльфхейм…

Мысль о недостижимом доме снова заставила меня всхлипнуть.

— Уже предвкушаю драматичную историю, — протянула женщина, обратив на меня испытующий взгляд.

На мгновение лицо женщины показалось мне знакомым. Могла ли я прежде ее где-то встречать? Чья-то родственница? Знакомая знакомых? Нет, вряд ли… С Багровым миром и ее обитателями меня точно ничего не связывало. По крайней мере, до этого дня. Я вообще не подозревала, что здесь может оказаться кто-то из моих сородичей. Уж точно не добровольно.

Словно угадав мои мысли, женщина решила представиться:

— Должно быть, я в твоих глазах выгляжу не очень опрятно, — она небрежно перекинула свои длинные волосы за плечи. — Но, признаться честно, я сегодня не намеревалась принимать у себя гостей или выступать перед своим народом. Могу же я хотя бы раз в десять лет устроить себе выходной?

Вопрос был явно риторическим и не требовал моего ответа, но слова, которые произнесла незнакомка натолкнули меня на одну догадку…

А ведь она совсем не незнакомка! Передо мной сидела Диора — самая известная и могущественная женщина моего народа, покровительница всех эльфов, одна из четырех Старших.

Ее изображения встречались в Эльфхейме буквально на каждом шагу: статуи, фрески, портреты. Не говоря уже о снимках с различных публичных мероприятий. Для большинства эльфов она — настоящая икона стиля. На нее равняются, ей поклоняются, ее боготворят.

Невероятно! Могла ли я представить, что буду вот так вот запросто сидеть в гостях у самой известной и почитаемой эльфийской волшебницы и распивать с ней вместе чай? Конечно, нет! А вот Сапфир ее, выходит, откуда-то знает, раз осмелился так нагло заявиться на ее порог…

Некоторые народы, особенно те, что не могли похвастать большой продолжительностью жизни, принимали своих Старших за настоящих богов. Эльфы же в большинстве своем и сами превосходили возрастом Диору, поэтому чаще всего воспринимали ее, скорее, за хранительницу светлой магии и древних эльфийских традиций. Правда, вот в чем главный парадокс: сама Диора никогда не соблюдала наших традиций, выйдя замуж за Бонарта, демонического Старшего, и поселившись в его мире, в обители темной магии и воинственных существ.

И все же на родине ее продолжали почитать, а к ее мнению прислушивались даже древнейшие эльфы. Эх… вот если бы часом ранее она случайно оказалась в столице, то точно вышла на мою защиту. Но, к несчастью, у нее сегодня выходной…

— Простите, что не признала вас сразу, высокочтимая, — виновато потупила я взгляд. — Столько всего навалилось… Сегодня явно не мой день.

— Все в порядке, не извиняйся, — махнула она рукой. — Лучше расскажи о своей беде. И кто был тот демон, что бросил тебя здесь одну?

Выбросив из головы лишние мысли, я поведала хозяйке башни свою историю. Представилась, рассказала о Лестаре, наших планах на совместное будущее и о проделках Сапфира, которые от этого самого будущего не оставили и следа. О том унижении, которому он меня подверг на глазах у многомиллионной публики. И о том, как я здесь оказалась.

Стоило поделиться своими проблемами, как на душе сразу полегчало. По крайней мере, слезы лить из-за этого демона рогатого я больше не собиралась. Вот только по-прежнему не представляла, что теперь делать со своей жизнью.

— Да уж, вот так повороты нам подкидывает судьба, — мягко улыбнулась Диора. — Но знаешь, судьба судьбой, а я считаю, что виновник не должен уйти безнаказанным.

— Полностью согласна. Но вот проблема — он уже ушел.

— Ничего, это ненадолго, — отмахнулась Старшая. — Пусть потешит свою иллюзию свободы. Совсем скоро у него не останется иного пути, кроме как вернуться и принять участие в Играх. Вот увидишь.

— Почему вы так уверены? — прищурилась я. Но тут же спохватилась, вспомнив, с кем говорю: — Прошу прощения, высокочтимая, если проявила к вашим словам недоверие, просто…

— Ничего, я понимаю, все в порядке. И перестань меня так называть. Для тебя я просто Диора. Отныне мы станем гораздо ближе, чем ты могла себе представить.

— Что вы имеете в виду?

Старшая подалась вперед и заговорчески произнесла:

— Я знаю, как тебе помочь проучить этого негодника.

ГЛАВА 3. Ценный приз

— Нет! — категорично воскликнула я, выслушав предложение Диоры.

— У тебя все козыри на руках, Элинея, — терпеливо произнесла она. — Ты знаешь его больное место, так и сыграй на этом. Нет мести лучше и проще, чем приблизить то, чего Сапфир так опасается. Не придется даже изощряться!

— Вы предлагаете мне стать его женой! Женой того, кого я ненавижу всем сердцем!

— Поверь, это ни к чему тебя не обяжет. Да и не женой вовсе, а трофеем для победителя Великих Игр. Ценным, редким, желанным. По крайней мере, для большинства участников. Сапфир же, зная, какой приз его ждет, еще больше возненавидит свое положение, но ничего уже поделать не сможет — ловушка для него захлопнется, — она театрально сцепила руки в замок, изображая эту самую ловушку.

— Но почему вы так уверены? Откуда вам знать, что он действительно вернется к началу Игр?

— Не забывай, я ведь Старшая всем эльфам, а не только светлым.

И правда. Временами я, да и многие мои сородичи забывали, что между нами и народом дроу имеется крепкое родство. Давным-давно они отреклись от светлой магии и стали следовать темным заветам. Но те сыграли с ними злую шутку, вместо желанной силы разрушения подарив им незначительный на первый взгляд, но очень странный дар — способность предсказывать будущее. Причем не любое будущее, а только плохое: несчастья, беды… и, конечно, как точно выразился Сапфир, громкие сенсации.

Теперь я посмотрела на Диору иначе. Она предвидит возвращение Сапфира, поскольку для него это станет главной неудачей всей жизни? Или потому, что появится еще более неприятное обстоятельство в виде меня рядом с ним? В таком случае, не было ли все это подстроено изначально? Не Сапфиром, конечно, — тот и вовсе терпеть не может все, что связано с этим миром и ни за что бы не пошел на сговор с Диорой даже ради того, чтобы подшутить надо мной. Но вот сама Старшая, наверняка зная о том, что грядет, не стала вмешиваться сразу и дождалась, когда я сама к ней приду и попрошу о помощи. Чтобы в результате обернуть всю ситуацию себе на пользу.

Я покачала головой. Нет, это уже больше на паранойю смахивает. Никто не обязан был меня спасать. И уж точно не стоило ожидать этого от самой Старшей. По всей Империи у миллионов различных существ каждую минуту случаются и более серьезные неприятности, чем у меня. Но, к сожалению, это не значит, что кто-то другой обязан их все предотвращать.

И все же идея Диоры поистине абсурдна! Кому я сделаю лучше, если стану женой Сапфира? Уж точно не себе.

— Уверена, можно найти другой способ, — попыталась я возразить. — Если месть Сапфиру предполагает скорую с ним встречу, то я бы предпочла и вовсе ее не допустить.

— Такое нельзя прощать. Обидчик должен быть наказан, — повелительно рубанула рукой Старшая. — Хочешь ты того или нет, но вам все равно суждено встретиться. Подумай, хочешь ли ты, чтобы эта встреча произошла внезапно и наиболее неприятным для тебя образом или же на твоих собственных условиях, когда ты будешь к этому готова?

Я надолго задумалась. Не хотелось признавать, но в словах Диоры имелся смысл. К тому же, я приняла их за пророчество, а от него отмахнуться было не так-то просто.

Но трофей… Я, Элинея аль Лазар Имиде, та, кого еще недавно ждала судьба эльфийской королевы, уважаемой и почитаемой своим народом, теперь вынуждена довольствоваться унизительным титулом трофея! Главным призом победителю, тому, кто одержит верх в высшей степени безнравственном кровавом состязании.

С другой стороны, для меня это единственная возможность сохранить свой статус. Ведь по итогу этих Великих Игр я тоже стану королевой. Правда, уже совсем другого мира и совсем другого народа.

Власть дает возможности. С нею мне удастся отомстить Сапфиру так, как я пожелаю нужным. Любым изощренным способом. Вот только станут ли демоны мне подчиняться? Будут ли они любить и уважать меня так же, как эльфы?

Я одернула сама себя. Нет, как эльфы мне не надо! Если их любовь столь зыбка и недолговечна, что один жалкий проступок способен навсегда ее уничтожить, то я без нее обойдусь! Но могут ли демоны даровать мне то, чего я хочу?

Перед глазами у меня имелся прекрасный пример. Диора столько десятилетий живет здесь, наверняка местные ценят ее не меньше, чем ее супруга. Будь все иначе, покинула бы она свой родной мир? Осталась бы здесь добровольно?

Наконец, не найдя другого варианта, я решилась:

— Хорошо, Диора. Я доверюсь вашей мудрости. Хотя, не стану скрывать, мне очень не по душе вся эта затея.

— Понимаю, — она одарила меня теплой улыбкой. По ее выражению лица сложно было понять, насколько она довольна моим ответом. — Но я гарантирую, что из всех вариантов предложила тебе самый оптимальный.

Смиренно приняв такое объяснение, я благодарно поклонилась.

3.2

Стоило мне дать свое согласие, как жизнь сразу понеслась своим чередом. Меня поселили в Багровом замке, в резиденции короля Аметиста, выделили просторные покои с видом на городскую площадь и отдали в мое распоряжение несколько служанок, а также пару крепких и, как меня заверили, надежных телохранителей. В общем, обеспечили всеми удобствами и окружили комфортом.

Первое время мои слуги оставались моими главными помощниками везде и во всем. Они сопровождали меня в замке, показывали достопримечательности в городе и не спускали с меня глаз даже при редких встречах с Диорой. С некоторыми из них мы даже сдружились, и я перестала смотреть на демонов, как на врагов. Все-таки враг у меня лишь один. И даже того я когда-то считала своим добрым другом.

Однако вскоре таких коротких и однообразных вылазок мне стало мало. Стены замка нагоняли тоску, а удивительные виды огромного и красивого города больше не вызывали прежнего восторга. За новостями я следить перестала, боясь столкнуться с неприятными сплетнями о себе. А все, с кем общалась раньше, будто бы навсегда вычеркнули меня из своей жизни. Я будто бы оказалась в каком-то вакууме, поэтому решила попытаться завести знакомство с кем-нибудь на улице. Однако Яни, моя старшая горничная, тут же пресекла это.

— Лучше не подходите к ним, госпожа. Они не стоят вашего внимания.

— Если я сама решила к ним подойти, значит стоят, — возразила я. — Или ты намекаешь на то, что я не могу принимать взвешенные рациональные решения?

— В сообразности ваших решений я не сомневаюсь, госпожа, но речь не о них, — не вняла моим словам Яни. — Речь о вашей безопасности. Сейчас ваша сохранность — наш высший приоритет. Мы не имеем права подвергать вас риску.

Поглядев на своих охранников, бесстрастно, но неумолимо преграждающих мне путь к безобидным горожанам, я с досадой потерла лоб. Выходит, я слишком недооценила свое положение. Я полагала, что обрела хоть какую-то свободу и власть, что моя жизнь хотя бы немного приблизилась к той, что была у меня прежде. Я почти смогла отринуть прошлые обиды, обжиться, привыкнуть к новой реальности и забыть о тех несчастьях, что привели меня сюда. Но мне вновь напомнили: я — пленница, всего лишь трофей. И, пока Игры не закончатся, я так и останусь безвольным призом, который надо охранять от всех и вся. Сдувать с меня пылинки, беречь как зеницу ока и ни в коем случае не позволить никому мне навредить.

После этого инцидента я пробовала просить помощи у Диоры, но та была солидарна с моими спутниками.

— Потерпи еще немного, милая. Понимаю, это нелегко, но очень скоро все изменится. Поверь мне.

— Прошло уже три месяца! — воскликнула я, мечась по комнате в негодовании. — Скоро начнутся Игры, а его все нет. Я уже давно могла устроить свою жизнь где-нибудь в другом месте. Да хоть в той же Облачной Академии, куда сбежал сам Сапфир! Она огромная, мы бы даже не пересеклись там. А у меня возник бы шанс изменить свою судьбу. Построить карьеру, выучиться магии, стать самодостаточной и независимой. Но вместо этого мне приходится ждать и терпеть, терпеть и ждать. Ну сколько можно?

— Боюсь, дорогая моя, Облачная Академия — худший вариант из возможных, — с сочувствием произнесла Старшая. — Ты ведь не забыла, как остальные восприняли твою ситуацию? Это здесь тебя все любят и дорожат тобой. Это здесь никого не волнует твое прошлое. Но там, все было бы иначе. Эльфы, люди, гномы и другие светлые народы — представь, сколько из них ежедневно сопровождали бы каждое твое появление презрением и насмешками. А ведь твой бывший возлюбленный тоже учится там.

— Лестар? — со смесью боли и какой-то необъяснимой надежды спросила я, замерев на месте.

В тот день, когда он решил не обременять себя неудобной проблемой в моем лице и сбагрил Сапфиру, я решила навсегда выбросить его из своей головы. С тех пор я старательно избегала мыслей о нем, и, казалось, мне действительно удалось его забыть. Но вот опять. Упоминание о нем нещадно разбередило рану, что не успела зажить. Три месяца — слишком короткий срок…

Однако удивляло не это. Он бросил меня, когда я так сильно в нем нуждалась, мои боль и обида обоснованы. Но тех сильных чувств, что связывали нас, той любви, что казалась нерушимой, больше не было в моем сердце. Даже ненависти не осталось — только разочарование. Я была о нем слишком хорошего мнения, а он не оправдал моих надежд.

Нас всегда учили, что нет ничего важнее истинной пары. Что это, буквально, половинка сердца, неотъемлемая часть души. Самое ценное сокровище, расставание с которым причиняет сильнейшую боль и надолго выводит из равновесия. Но я больше переживала о своей загубленной репутации и почти не думала о бывшем женихе. Будто все, что было между нами, являлось фальшивым, наведенным… Таким же, как демонические чары соблазнения.

Диора подтвердила:

— Да, этого мальчика отправили в Академию к его телохранительнице.

— Ронни… — проговорила я. По лучшей подруге я скучала сильнее всего. Она единственная, кто искренне желал мне помочь.

— Кажется, так ее зовут, — кивнула Старшая. — Окажись вы вместе в ограниченном пространстве междумирья, отрезанной от всей Империи Академии, представь, какой переполох случился бы. Вы вдвоем — бывшие жених и невеста. Ты изменила ему с его лучшим другом, и никому на свете не доказать обратное. Никому в Академии не встать на твою защиту. Ведь ты больше не представляешь ничьих интересов.

Я вздохнула, признавая ее правоту. Если уж говорить начистоту, без Лестара я действительно ничего из себя не представляла. Все наши достижения были совместными, но именно он был будущим королем и надеждой всего Эльфхейма. А я так, всего лишь приложение к нему. И для других важна лишь до тех пор, пока имею значение для самого Лестара.

Теперь все изменилось. Диора права, в Академии меня никто бы не принял. Я стала бы презренным изгоем для всех — и для бывших союзников, и для недремлющих врагов.

Но что теперь делать? Такая бесцельная и совершенно бессмысленная жизнь не по мне. Да и чем дальше шло время, тем сильнее я сомневалась в принятом решении. Правильно ли я сделала, что поддалась уговорам Диоры?

ГЛАВА 4. Сговор

Вблизи мужчина казался еще более устрашающим. От него прямо-таки волнами исходила сила. И не только физическая. Его магия, как и у всех демонов, определенно являлась темной, но даже мне, всегда гордившейся своей высокой чувствительностью, оказалось сложно распознать ее специализацию.

Незнакомец был явно старше, чем я ожидала. А возможно, это просто едва заметная седина на висках его так старила. Но в остальном он выглядел весьма молодо: лицо без единой морщинки, с довольно крупными, но гармоничными чертами, а в каре-зеленых глазах искрился живой ум. И все же не стоило забывать, что демоны, равно как и эльфы, относились к долгоживущим расам, поэтому внешность мало что могла поведать об их возрасте.

Тем не менее, ни опыт прожитых лет, скрытых под маской быстро регенерирующей кожи, ни трудное прошлое, отразившееся на посеребренных волосах, ни даже победа в отборочном туре не давали ему права обращаться ко мне столь неуважительно.

Я гордо вскинула голову и холодно произнесла:

— Могло бы и понравиться, если бы вы удосужились хоть немного потрудиться и узнать имя той, за кого будете сражаться.

— Не обольщайтесь, милочка. Я вовсе не ради вас решил участвовать, — губы демона искривились в снисходительной усмешке. — Моя цель — Багровый трон. И я готов растерзать каждого, кто встанет у меня на пути.

Не оценив его стремлений, я пожала плечами и развернулась, чтобы уйти. Мне нечего сказать тому, кто не желает проявить хоть чуточку вежливости. Права была Яни, не стоит мне заговаривать с другими демонами.

Внезапно я услышала звон металла и резко обернулась. Мои охранники скрестили копья перед лицом незнакомца, не позволяя тому слишком сильно приблизиться ко мне. Лишь его рука была протянута в мою сторону, а на ней виднелись засохшие пятна крови его недавних соперников…

Меня передернуло. Этот наглец пытался коснуться меня без моего позволения?!

Теперь я по-настоящему оценила постоянное присутствие рядом со мной телохранителей. Хотя бы иногда они и впрямь могут оказаться полезными. Правда, что-то мне подсказывало, что захоти этот демон причинить мне реальный вред, мои охранники вряд ли смогли бы хоть как-то его остановить.

— Мне жаль, что я вас расстроил, — произнес мужчина, скрежетнув зубами от досады, и опустил руку. — Если позволите, я бы все же хотел узнать ваше имя.

Вот пристал… И чего ему от меня нужно? Да причем так сильно, что ради этого он готов на время усмирить свою гордость и вести диалог по моим правилам. Интересно…

Чуть подумав, я все же сжалилась:

— Можете звать меня Элинея.

— Я запомню, — на удивление серьезно пообещал демон. — Мое имя Нефрит.

— Хотела бы сказать, что мне приятно, но увы, — лениво развела я руками. — Не люблю лгать.

— А вот это правильно, — оценил собеседник. — Тогда я готов сделать так, Элинея, чтобы ваше мнение обо мне изменилось. К примеру, предложить вам кое-что настолько ценное, от чего вы не сможете отказаться.

Я смерила Нефрита скептическим взглядом:

— Если вы говорите о драгоценностях, деньгах, дворцах и прочем, то прошу вас, можете не утруждаться. Мое положение сейчас такое, что я не испытываю нужды совершенно ни в чем…

— И даже в свободе?

Я замолчала на полуслове. А потом враждебно отозвалась:

— Что вы можете в этом понимать?

— О, поверьте, Элинея, мне известно лучше многих в Империи, каково это быть запертым в четырех стенах без возможности выбраться на волю, вдохнуть полной грудью свежий воздух и просто пойти туда, где за мной не будут следить десятки глаз бдительных охранников.

Мы с ним синхронно, не сговариваясь, скосили взгляды на моих воинственных сопровождающих. Но те бесстрастно смотрели прямо перед собой, не обращая на нас никакого внимания.

— Вы тоже являетесь кем-то высокопоставленным? — предположила я. То, насколько проникновенно он описывал мои собственные ощущения, не могли не подтверждать — он слишком хорошо знает, о чем говорит. А значит точно переживал подобное.

— Можно и так сказать, — не стал вдаваться в подробности Нефрит. — В любом случае, уверяю вас, в моих силах исполнить ваше самое сокровенное желание.

— Сомневаюсь, — недоверчиво усмехнулась я.

— А зря. Багровому королю многое под силу. В том числе изменить правила Великих Игр и отпустить восвояси трофей.

— Ах вот оно что! Ну тогда желаю удачи! — искренне пожелала я. Ведь если его намерения искренни, а помыслы чисты, то может, мое положение не так уж плохо. Мне даруют свободу по окончании Игр, и я смогу начать свою жизнь с чистого листа.

— Одной удачи для победы недостаточно. А вот ваша поддержка может изменить многое, — вкрадчиво начал Нефрит.

— И что же вы хотите? Сами понимаете, моих возможностей не так уж много, а прав — и того меньше.

— Ошибаетесь, Элинея, — на его лице вновь мелькнуло насмешливое снисхождение. Будто во мне он видел всего лишь малолетнюю дурочку, которая ничего не смыслит в этой жизни. — Вы слишком сильно недооцениваете свое положение. Да, статус трофея накладывает слишком много ограничений, ваша судьба буквально зависит от результата Игр. Но при этом вы гораздо выше по иерархии, чем многие другие в этом мире. Вы уже гарантированно станете членом королевской семьи, в то время как даже сам король еще не определен. И ваше влияние уже сейчас достаточно велико.

Я скептически хмыкнула. В чем-то он, конечно, прав, но говорить о том, что у меня имелось какое-то влияние… Да не смешите меня! Все вокруг видят во мне лишь чужачку и до сих пор косятся, как на любопытную диковинку. «Вот, глядите, сейчас она снова ляпнет что-то невпопад, и мы все повеселимся! Или снова поведет себя странно, перепутав назначение каких-нибудь очевидных предметов, и можно будет потом своих товарищей развлечь новыми анекдотами…»

Когда тебя не воспринимают всерьез, разве можно говорить о каком-то влиянии? Смешно!

Однако Нефрит не унимался:

— Поверьте, в ваших силах самой определить свою будущую судьбу. И начать вы можете уже сейчас.

4.2

Ну что за дешевый ход! Говорит прямо как типичный предсказатель из народа дроу. Я-то надеялась, он сможет стать мне полезным. А он, как и все остальные просто смеется надо мной!

Я уже порывалась уйти, бросив на прощание пару нелестных отзывов о нашем бестолковом разговоре и моем впустую потраченном из-за него времени, как Нефрит снова протянул ко мне руку.

На этот раз мои охранники не успели ничего предпринять. Движение Нефрита было настолько молниеносным, а его хватка на моей руке столь крепкой, что моим спутникам оставалось лишь растерянно переминаться с ноги на ногу, опасаясь предпринять хоть что-то действенное, чтобы мне не навредить.

Я испуганно замерла, не решаясь ни осадить его, ни вырваться.

— Прошу вас, Элинея. Поверьте мне, — с нажимом проговорил Нефрит. Его хватка чуть ослабла, однако руку мою он не выпустил. — Я всего лишь хочу, чтобы своего фаворита вы выбрали сердцем. Разве справедливо, что им является тот, кто вас сюда привел, запер вас здесь, лишил свободы? Или вы что-то испытываете к нему? Если это так, то…

— Что-о?! — возмущенно протянула я. — Каким таким фаворитом?! Да этот негодяй не стоит даже пыли из-под моих ног! Я бы в жизни его не выбрала!

— И все же, оглянитесь вокруг. Разве не замечали вы, что для всех демонов единственным достойным победителем является Сапфир? А ведь его даже здесь нет. Мелкий паршивец струсил, сбежал, поджав хвост, — или что там у него за демонические отростки? Он отказался от участия в Играх, и все равно весь мир ждет его возвращения, бесконечно откладывая начало состязаний! Разве не кажется вам это как минимум странным?

Так и было. Я неоднократно об этом задумывалась, но ничего конкретного понять не смогла. Мои служанки искренне восхищались Сапфиром и часто обсуждали его, замолкая лишь при моем приближении — уж они-то знали, как сильно меня раздражает любое упоминание о нем. Даже мои телохранители верили в его непобедимость, что уж говорить об остальных! То, что он силен, я знала не понаслышке — не каждый способен сломить мои ментальные щиты одной лишь внезапной атакой. Но что-то мне подсказывало, что дело тут не только в силе.

— Великие Игры — давняя традиция нашего мира, — продолжил Нефрит. — Однако она уже давно стала чисто символической. Вам, должно быть, никто не рассказывал, что уже многие тысячелетия они служат просто глупым фарсом, чтобы развлечь публику, не более. Ведь Багровым миром давно правит одна и та же династия. Нынешний правитель, король Аметист, завоевал свое место в этом мире благодаря участию в точно таких же Великих Играх, как до него это сделал его собственный отец, а также многие поколения их предков. Как думаете, имеются ли у Сапфира при таком положении дел шансы проиграть?

Внутри меня все похолодело от осознания того, во что я по глупости своей вляпалась. А Диора ведь меня даже не предупредила! Она наоборот настаивала, что Сапфир, как бы сильно ни пытался, не сможет избежать своей судьбы. Уж не потому ли, что никакой судьбы и вовсе нет? Все заранее подстроено! И Сапфир явно об этом знал, раз сбежал отсюда, едва заметив что-то подозрительное.

А мне тогда как прикажете быть? Я стала трофеем Игр, решив таким образом позлить Сапфира, усугубить его участь в отместку за все, что он мне сделал. Уверена, он не меньше меня не желал бы нашего брака, что вынудило бы его пойти на проигрыш. Я уже готова была представить свое ликование, когда целый мир оказался бы свидетелем его позора. Ему пришлось бы на собственной шкуре познать то, что испытала я в тот день три месяца назад!

Однако если исход соревнования заранее предрешен, если Сапфир действительно по всем параметрам единственный возможный победитель этих Игр, разве сдастся он так просто? Позволит ли мне уйти?

Все еще не отпуская мою руку, Нефрит приблизился ко мне. Он был настолько высоким, что приходилось запрокидывать голову назад, чтобы просто посмотреть ему в глаза. Это было крайне неудобно, а от его руки по моему предплечью расползался колючий холод. И что-то мне подсказывало, что связано это с его странной магией.

— Все может измениться, если окружающие увидят, что вашим фаворитом стал кто-то помимо Сапфира, — вкрадчиво произнес демон. — Они начнут задумываться об альтернативном развитии событий. С гораздо большим энтузиазмом примут нового претендента.

— Мне казалось, вы и без моей помощи пользуетесь всеобщей любовью, — кивнула я в сторону арены, где еще недавно прошел отборочный поединок под оглушительные овации зрителей.

— Именно это дает мне веру в собственную победу. Я достаточно силен, чтобы сразить Сапфира в поединке один на один. Но мне важна и ваша поддержка. Чтобы все знали, что вы болеете за меня, а не за него.

Я задумалась, попытавшись взвесить все за и против. Его просьба казалась сущей мелочью и, к тому же, отличной возможностью дополнительно позлить Сапфира. Однако Нефрит за меня так цеплялся, будто я его последняя надежда…

Кстати, цеплялся буквально, ведь его рука все еще держала мою, что в большей степени неприлично. И, помимо этого, где-то на грани сознания я внезапно уловила постороннее давление на мои ментальные щиты. Даже гадать не нужно, от кого оно исходило.

— Что вы себе позволяете?! — воскликнула я, выдергивая руку из хватки демона.

К счастью, это удалось мне легко, — Нефрит не стал меня удерживать.

Мои телохранители, — будто все это время только и ждали момента, — снова выступили передо мной, теперь уже полностью загородив меня собой. За их широкими спинами мне даже не видно было собеседника.

Тот невозмутимо произнес:

— Всего лишь хотел проверить надежность вашей защиты. Но должен вас предупредить, вероятно, я буду не единственным, кто решит позволить себе подобное. Наверняка найдутся и другие, кто захочет вломиться в вашу прелестную головушку.

Я скривилась, внутренне дрожа от страха и отвращения.

— К чему вы клоните?

— Мне бы хотелось предотвратить повторение подобного. Все же, если вы согласитесь стать моей союзницей, то ваша защита станет моим приоритетом. Любому, кто попытается вам навредить, придется иметь дело со мной. Поэтому вот, прошу вас, примите его.

ГЛАВА 5. Непримиримые

Последующие дни стремительно сменяли друг друга, практически сливаясь воедино. В моей жизни и не думало ничего меняться. Ровно до этого момента.

Внезапная встреча с Сапфиром посреди коридора Багрового замка застала меня врасплох. Сколько бы мне ни твердили о ее неизбежности, я до последнего отказывалась верить и надеялась, что больше никогда не столкнусь с этой наглой самоуверенной ухмылкой демона и такими пронзительными синими глазами, что внутри все начинало трепетать. От страха ли, от волнения — неизвестно. А ведь я успела позабыть, насколько они яркие…

Часть меня с предвкушением ожидала реакции Сапфира на мою маленькую месть, жаждала увидеть на его лице злость и разочарование, а другая — опасалась того же самого, словно мне не хотелось его огорчать…

Глупость какая! Я планомерно шла к этому дню вот уже больше трех месяцев — именно столько времени прошло с тех самых пор, как он разрушил мою жизнь и бросил меня одну в чужом мире. Нет причин для сожалений!

Меня почти не удивило то, как быстро все завертелось с появлением Сапфира. Отборочные испытания завершились еще несколько недель назад, после чего любые приготовления к Играм резко прекратились. Весь город будто бы затаился в ожидании свежих новостей. И вот они грянули.

С Облачной Академией случилась беда, и всем учащимся и работникам пришлось спешно покинуть ее. Я даже рада, что не поступила туда, ведь это все равно ничего бы не изменило. Рано или поздно судьба бы вновь привела меня сюда.

И теперь внезапно объявили о начале Великих Игр, а мне, как Трофею, следовало занять почетное и самое заметное место на трибунах. Чтобы не только зрители меня видели, но и сами участники не забывали о том, какой приз смогут заполучить в случае победы. И речь не только обо мне.

С самого утра служанки принялись виться вокруг меня с утроенным энтузиазмом, помогая мне наряжаться и прихорашиваться. Сегодня по мастерству они даже превзошли самих себя, соорудив из моих длинных платиновых волос настоящее произведение искусства. Макияж был ярче обычного, но отлично подчеркивал изумрудные глаза. А вот наряд мне не понравился — слишком уж глубоким оказался вырез на серебристом платье, а продольный разрез на юбке почти полностью открывал ноги. Однако, стоило признать, в нем я выглядела на все сто!

Но в тот момент я и представить не могла, к чему меня готовили. Думала, что меня ожидает какой-нибудь ужин в компании высокородных гостей или даже аудиенция у самого короля Аметиста — ведь за все время моего пребывания здесь он так и не сумел уделить мне немного времени.

Что ж, в чем-то я оказалась права.

Стоя на балконе Багрового замка и наблюдая за тем, как внизу полным ходом развернулась подготовка к Играм, я услышала голос моей служанки Яни:

— Госпожа Элинея, проследуйте, пожалуйста, за нами. Его величество хочет вас видеть.

В полном молчании, сопровождаемом лишь ритмичными звуками шагов моих охранников, мы спустились на пару этажей и вошли в огромный зал с высокими узорчатыми сводами. В облицованном мрамором стенах и полах отражался свет множества горящих факелов. А эхо шагов моих спутников стало казаться еще громче.

В самом центре зала перед высоким троном, будто бы целиком вытесанным из огромного кровавого цвета мрамора, замерло двое высоких мужчин. Оба они имели похожие и довольно примечательные витые рога, по которым легко было определить, что являлись они друг другу родственниками. Очевидно, отцом и сыном. Только один из них был седовласым и носил расшитый золотом торжественный камзол пурпурного цвета. А другой, темноволосый, был одет в простого кроя костюм, напоминающий студенческую форму. И вели они разговор на повышенных тонах, да так увлеченно, что, казалось, совсем не заметили нашего появления.

— Я, конечно, все понимаю, папа, — эхом разносился по залу голос Сапфира, — тебе важно было во что бы то ни стало заманить меня сюда, на Игры. Но зачем было приплетать ее?!

— А чем она тебя не устраивает? Красивая, молодая, энергичная девушка. Вполне сойдет на роль будущей королевы.

А-а, так они обо мне говорят… Не хотелось знать, какого обо мне на самом деле мнения эти демоны. Вряд ли хорошего. Но и прервать разговор короля с сыном я не могла.

Впрочем, Сапфир не обманул моих ожиданий:

— Серьезно?! Забыл, кто она?

Король Аметист сурово молчал, предлагая сыну самому ответить на свои вопросы. И Сапфир не преминул это сделать:

— Она эльфийка, папа! Да к тому же светлая! Что она будет делать в королевстве бесконечных войн, кровавых битв и жестокости?

— Ты о ней так беспокоишься? — насмешливо вздернул бровь король. — Право слово, не стоит. Посмотри на Диору, она живет здесь с самых… Ох, Старшие, я и забыл, сколько лет с тех пор прошло! — задумчиво почесал подбородок король. — И при этом прекрасно себя чувствует, заметь! Домой не стремится. Так почему ты решил, что другая светлая эльфийка не перенесет подобных потрясений?

— Да плевать мне, перенесет или нет! — вспылил Сапфир. — Ты хоть понимаешь, чем это может обернуться? Она испортит все, что наши предки выстраивали многие тысячелетия!

Король хмыкнул и скрестил руки на груди:

— Мне казалось, тебе самому не очень-то по душе наши исконные традиции. Чем ты там хотел заниматься? Бороздить просторы вселенной верхом на драконе и открывать новые миры? Ха! Достойная профессия для сына короля демонов, ничего не скажешь! Ученый и исследователь… Вот только ты, кажется, забыл, что дракон у тебя боевой, а не туристический. И демоны миры не открывают, а завоевывают.

— Это уже неважно, — хмуро отмахнулся Сапфир. — Раз я здесь, то готов смириться со своей судьбой и стать твоим преемником. Но при одном условии — избавься от трофея.

— Ты забываешься, сын мой, — сурово нахмурился король Аметист. — Ты пока еще не преемник, чтобы выставлять мне условия. Тебе для этого надо сначала победить, доказать, что ты достоин стать правителем. И не передо мной доказать, а перед своими будущими подданными, перед народом, которым ты собираешься править.

5.2

На миг воцарилась тишина — такая же гулкая, как удаляющееся эхо шагов Сапфира. Которая вскоре нарушилась словами короля Аметиста:

— Прости меня, дитя, за этот разговор, свидетелем которого ты стала. Мне, право слово, очень неловко за то, что тебе пришлось все это выслушать, — однако смущенным при этом он не выглядел.

Может, меня за этим и позвали? Чтобы показать, как на самом деле ко мне относится Сапфир? Чтобы не питала ложных иллюзий в отношении него? Что ж, у меня их и так давно не осталось. А ненавидеть его еще сильнее значит уделять ему слишком много внимания. Перебьется!

Король вдруг поманил меня рукой:

— Прошу, подойди ко мне, Элинея.

Я послушалась и приблизилась к нему. В одиночку. Мои сопровождающие так и застыли неподвижными статуями у входа, старательно делая вид, что их не существует.

Вблизи сходство короля со своим сыном стало просто поразительным. То же лицо, пусть и чуть более морщинистое, чем у юноши. Тот же разрез глаз. Только их цвет отличался — фиолетовый оттенок делал взгляд короля более мягким и дружелюбным. А может, мне это лишь казалось, особенно после того холодного мрака, в который меня окунул взгляд Сапфира.

— Сегодня произойдет самое значимое за последние века событие нашего мира — открытие Великих Игр! Представительнице другого народа, вероятно, сложно постичь всю масштабность и весомость этого мероприятия, но это и не важно. Для тебя его значимость в другом. Ведь с этого момента будет решаться не только судьба Багрового мира, но и твоя собственная.

Вся та торжественность, с которой говорил король, почему-то заставила меня нервничать. Я невольно заметила:

— Вы так говорите, будто моя судьба едва ли не важнее судьбы целого мира.

— Потому что так и есть, — удивил меня король демонов. — Ведь кое-что в твоей жизни изменится уже сейчас.

Он махнул куда-то в сторону, и из теней зала показалась служанка, несущая в руках какую-то шкатулку. Открыв ее, король достал оттуда серебряный венец, инкрустированный множеством довольно крупных драгоценных камней. Казалось, здесь были все возможные виды камней: и изумруды, и рубины, и даже бриллианты.

— Эти камни символизируют имена всех предыдущих правителей Багрового мира. И да, нынешних тоже, — задорно подмигнув, пояснил король Аметист. — Возможно, тебе уже известны наши поверья, но кое-что я повторю. — Он вскинул голову и торжественно продекламировал: — «Души демонов подобны драгоценным камням. Они не ведают ни страха, ни жалости. Но они чисты и многогранны — их беспощадность к врагам столь же сильна, сколь и чувства к любовникам. И это их главная слабость, ведь разбить каменное сердце в разы проще, чем сердце из плоти».

Эти слова я и правда уже когда-то слышала. От Сапфира. И потому стало несколько неловко услышать их вновь от его отца. Это что, какой-то намек на ранимость демонов? Предупреждает меня, чтобы я была помягче с его сыном, не обижала его? Ну так он и сам кого угодно обидеть может! Тоже мне!..

— Как ты понимаешь, дитя, — продолжил король уже обычным тоном, — эти слова — просто лирика. Смысла в них не так уж много, а правды и того меньше. Но дело не в этом. При рождении всем демонам дают имена, созвучные с названием драгоценных камней, которые характеризуют основные качества личности. Такие имена называют именем души. После, по мере взросления, демоны приобретают новые имена и титулы, а истинные забываются. Вот и зовут, например, нашего Старшего не Берилл, как при рождении, а Бонарт, как почитаемого полководца.

— Но вас называют по первому имени, — осторожно заметила я.

— Это правда, — кивнул король. — Но только потому, что на королей данное правило не действует. Сейчас в нашем мире идет правление Аметиста. И это не только мое имя, это также название эпохи и моего камня души. Хочется верить, что мое правление и правда принесло этому миру больше гармонии, духовности и миролюбия.

Король вздохнул, а я задумалась. Мне не так уж много было известно об истории демонов, но самым очевидным всегда оставалось одно — этот народ всегда считали самой воинственной расой. Они беспрестанно вели войны и захватывали новые миры, чему совсем недавно поучал сына сам король. Вот только нельзя отрицать того, что в последнее время их политика и впрямь несколько смягчилась. Можно даже сказать, что демоны действительно стали более миролюбивы. Хотя бы по отношению к другим.

Невольно вспомнилось имя Сапфира. Камень его души считался символом мудрости и справедливости, что никак, к сожалению, не соотносилось с характером хозяина… Он довольно молод и, вероятно поэтому, еще не успел приобрести себе новое имя или титул, сохранив истинное. А может, его просто не хотели менять, поскольку все верили, что скоро ему тоже суждено стать королем? Вот так самонадеянность!

Но что же тогда с Нефритом, согласно значению, совершенным и бессмертным? Уж он-то определенно пожил достаточно, чтобы успеть к этому моменту прославиться как-то иначе. Неужели он так сильно верит в свою победу, что намеренно вернулся к имени души? Что это, если не та же самонадеянность?

Вот только почему-то в его случае смеяться мне совсем не хотелось… И для чего тогда ему так сильно полагаться на мою помощь?

— Данный венец, — перебил мои мысли король, — является своего рода отражением нашей истории. Именно это и есть настоящий трофей Великих Игр. И он теперь твой. Береги его. И да привнесет твое правление свет и жизнь в наш бренный мир!

ГЛАВА 6. Открытие Игр

Сапфир

— Леди и джентльмены! Дамы и господа! Приветствую вас всех на самом знаменательном событии в истории Багрового мира! Если вы сейчас присутствуете здесь, — не важно, среди зрителей или среди участников, — можете быть уверены, у вас уже есть повод благодарить за это судьбу! Ведь вам повезло стать свидетелями редкого мероприятия, проходящего лишь один раз в пять сотен лет. И это… Великие! Игры!

Голос ведущего раздавался со всех сторон. Что удивительно, его роль исполнял вовсе не демон, что было бы логично для такого серьезного, чисто демонического мероприятия, а темнокожий дроу. Сомнений быть не могло — даже со своего места за спинами других участников, готовящихся выйти на арену для первичного представления, я мог хорошо разглядеть его длинные острые уши, смешно торчащие из-под черной кепки.

— Что это за клоун? — вырвалось у меня.

— А, это Пир. Наш ведущий на время Игр, — ответил один из соперников, стоящий ко мне ближе всех.

Я посмотрел на него и сразу же узнал. Это был Топаз — мой старый приятель, с которым мы когда-то вместе учились боевым искусствам при дворе. Раньше мы часто устраивали с ним тренировочные спарринги, иногда не только для учебы, но и просто ради интереса. Разумеется, в нашем счете за мной числилось на порядок больше побед. Но нельзя не признать, что он всегда был весьма одарен физически. Не удивлюсь, если еще встречусь с ним в финале. Но к тому времени он, скорее всего, уже прославится под другим именем.

Мы обменялись крепким рукопожатием.

— Рад видеть тебя, Сапфир, — вполне искренне поприветствовал он меня. — Мы уж начали гадать, вернешься ли вообще. Многие верили, что ты испугался испытаний и сбежал. Но эти дураки постоянно ерунду несут — по себе судят, видать. Я-то в тебе не сомневался. Вопрос был лишь в том, успеешь ли к началу. Но видимо, распорядители только тебя и ждали.

Он говорил это без капли иронии или насмешки. Простое наблюдение, меткое замечание. Топаз вообще слыл весьма бесхитростным демоном. Это в нем всегда и подкупало. От него можно не ждать удара в спину или разговоров за спиной.

— Видимо, — так же просто подтвердил я. А потом вернулся к обсуждению ведущего: — И кто же пустил сюда этого индюка?

Топаз пожал плечами:

— Да как-то знаешь, он уже давно тут ошивался. Ходили слухи, что ставки на Игры принимал, все уже успели привыкнуть к нему. Говорливый парнишка, решили к делу пристроить, чтоб не болтался просто так без дела.

— Это кому же, интересно, такая идея в голову пришла?

Знакомый снова неопределенно повел плечами:

— Да кто ж его знает! Может, сам себя как-то пропихнул, заболтал распорядителей. Не знаю. В любом случае, никто против особо не высказывался. Да и что такого, если он другой расы?

Да ничего, собственно. Разве что у меня такими темпами скоро аллергия на эльфов разовьется…

До сих пор не понимаю, как отец мог позволить Диоре решать, кого ставить на место трофея. Ладно бы демоницу какую подыскали — или уж на крайний случай человеческую девушку. Но светлую эльфийку! Да не просто какую-то случайную, а именно Эли! Ту, с кем меня и без того связывало слишком многое.

Невозможная… Кто мог представить, что рядом с ней моя магия взбунтуется? Ведь никогда прежде такого не случалось, я всегда отлично контролировал свои способности! Но в тот день абсолютно все пошло наперекосяк: известие от отца о скором начале Великих Игр, беспечная прогулка Лестара по столице, а еще спор о том, что вообще никого, кроме меня не касалось.

Эли всегда умела задеть за живое — уж не знаю, откуда у нее такой талант, и почему именно она так на меня действует. Так разозлила этой своей правильностью!.. Да еще и ментальные щиты зачем-то ослабила! Ну не сумасшедшая ли?

А теперь нам обоим предстоит расхлебывать последствия того злополучного дня. Я предпочел бы никогда с ней больше не встречаться, но судьба в последнее время идет вразрез с моими желаниями. И центром всех этих бед стала Эли.

Она — буквально олицетворение всех моих неудач и поражений. Их причина и следствие. Ее магия призвана восстанавливать и беречь, но рядом с ней рушится все, что было построено с таким трудом и упорством: мое спокойствие, моя сила, мое будущее…

Ведущий тем временем продолжил, прервав мои мысли:

— Да начнутся Великие Игры! И пусть победа достанется сильнейшему! Ведь его ждет не только трон короля демонов, но и очаровательный трофей, Элинея аль Лазар Имиде, в прошлом — влиятельная и родовитая придворная дама Эльфхейма, а в будущем — прекраснейшая королева Багрового мира!

Следом прогремели аплодисменты, публика заверещала от радости и восторга. Даже не представляю, что должна была испытывать в этот момент сама Эли, сидящая там на трибунах среди всех этих беснующихся демонов. Учитывая то, что ни влияние, ни родовитость не уберегли ее от соблазняющих чар демона, а красота — такое себе преимущество в открытом противостоянии. Скорее уж, недостаток, приносящий ее обладательнице дополнительные проблемы.

— Что-то развелось у нас тут эльфов в последнее время. Что светлых, что темных — все одно, — заметил другой мой соперник, с которым я не был знаком. — Уж не хотят ли они нас захватить?

— Да ты в любой букашке готов врага увидеть! — насмешливо фыркнул его товарищ, тоже мне неизвестный.

Они оба выглядели удивительно похожими: одинаково невысокие, но жилистые и с хвостами позади. Даже размахивали они ими почти синхронно. Единственным отличием был цвет одежды — на первом был бледно-розовый жилет, надетый на голое тело, а на втором — такой же зеленый. Ни рогов, ни крыльев у них не было, что говорило о невысоком происхождении.

— Смею заметить, что в прошлый раз моя настороженность была не напрасной, — заявил первый.

— Ну конечно, Кварц! — съязвил второй. — Тот таракан не просто так свалился в твою тарелку. Он хотел ее сожрать, чтобы вырасти большим и сильным, а потом уже сожрать тебя! Эта угроза определенно стоила того, чтобы перевернуть стол вверх дном и расколошматить весь пол табуретом…

6.2

Элинея

Корона сияла на моей голове, привлекая внимание каждого участника состязаний. И я знала, что вовсе не мной они заинтересованы. Что ж, так даже лучше.

Надев на меня этот венец, король Аметист даровал мне власть — ту самую, к которой стремятся участники. Заполучить победу для них значило получить меня. И власть, которая теперь ко мне прилагалась. Хитрый ход. Выходит, Нефрит не соврал.

Участники на арене сменялись один за другим. Где-то на фоне шумели зрители, что-то восторженно выкрикивая своим любимчикам. Но я почти никого не замечала, погруженная в собственные мысли, которые внезапно прервала сидящая рядом Диора:

— Посмотри на него! Ну разве не красавец?

Я подняла глаза на арену, и у меня перехватило дыхание. А зрители, тем временем, заверещали еще неистовее.

Пришел черед Сапфира явить себя во всей красе перед публикой. И тот действительно справился с этим на ура.

Он рассекал над трибунами верхом на своей бесподобной драконице цвета закатного неба. Однако та не отвлекала все внимание на себя, а наоборот, еще больше подчеркивала исключительную мужественность и красоту своего наездника.

На демоне были только темные штаны и синяя жилетка без застежек. Остальные участники были облачены в подобную форму, однако на некоторых она смотрелась, скорее комично, на других же вполне сносно. И лишь на Сапфире, казалось, выгодно подчеркивала его самые важные качества — крепкое тело воина, готовое к любой битве. Жилетка выделяла его мускулистый торс и полностью открывала сильные руки, способные ловко управляться с любым тяжелым оружием. Может, прежде он и не участвовал в настоящих сражениях, но, по мнению захлебывающихся от восторга зрителей, определенно был достоин повести за собой опытных воинов.

Сапфир явно наслаждался всеобщим вниманием и любовью публики. На его точеном лице застыло выражение довольства. Ветер трепал его черные кудри. Глаза сияли ярче любых драгоценных камней. Чувственные губы сложились в победную улыбку, словно он уже добился своей цели и завоевал первое место.

На мгновение наши с ним взгляды встретились. Хотя нас разделяло огромное расстояние, и я не могла быть уверена в направлении его взгляда, но всем своим нутром ощущала его на себе. Чувствовала, как от него по телу растекается неистовый жар. Особенно сильно горели щеки. Хотелось приложить к ним лед, чтобы никто ничего не заметил. К счастью, на меня и так никто не смотрел. Все взгляды были прикованы к будущему чемпиону Великих Игр.

Когда Сапфир улетел подальше к другой стороне стадиона, только тогда я наконец смогла вдохнуть полной грудью. А до сих пор будто бы забыла, как это делается…

— Ну? Что скажешь? — с какой-то особой гордостью спросила Диора, словно лично приложила руку к успехам Сапфира. — Сойдет ли этот претендент на роль твоего фаворита?

Я не ответила и отвела взгляд.

Понятия не имею, что сейчас произошло… Чувство было таким сильным и пронзительным, что, казалось, я теряю контроль над реальностью, и даже мои мысли мне больше не принадлежат. Похожее случилось в тот день, когда я лишилась всего. Когда Сапфир воздействовал на меня своей магией и заставил его поцеловать, а после привел сюда.

Может, именно в силе его чар залог всеобщей любви и восхищения? Но ведь на других демонов они не должны действовать, да и на мне всегда была сильная ментальная защита. Как и в тот, первый раз…

Додумать я не успела, поскольку Сапфир сделал какой-то ловкий трюк, выписав воздушную петлю и заставив зрителей захлебываться от восторга. Вот позер!..

— Нет, ты только представь, какой красивой парой вы будете! В нем есть все задатки царственности, а ты буквально рождена для этого. Правда, Сапфир — тот еще идеалист и упрямец, но с возрастом это уйдет, — продолжала Диора, а мне только и оставалось закатывать глаза.

Любой дурак поймет, что все это подстроено специально, и она с самого начала была намерена нас свести. Не стоило мне слушать ее… Как я могла быть столь слепа? Вероятно, виной всему моя вера, ведь Старшие для нас сродни божествам. Они — живые легенды и воплощение истинного могущества.

Интересно, ее сильно разочарует победа другого чемпиона? И что тогда она предпримет?

А вот, кстати, и он!

— А это еще кто? Почему он выступает последним? — с недоумением пробормотала Старшая.

— А это, дорогая моя, щель в доспехах Сапфира, — произнес Бонарт с некоторым самодовольством. — Гвоздь в его ботинке, червоточинка в рукояти меча… В общем, единственный из всех участников, кто представляет для него опасность, хотя сам он так не считает.

— Ты с ума сошел?! — испуганно воскликнула Диора. — Решил угробить собственного племянника?

— Ну, разумеется, нет, — заверил ее супруг. — Всего лишь хочу немного его проучить. Показать, что не все в жизни дается легко и просто. Иногда победу приходится буквально выгрызать зубами.

Он протянул руку и попытался приобнять Диору, но та раздраженно отмахнулась от него. План, который она так тщательно готовила, грозил быть разрушенным из-за вмешательства другого, не менее изощренного игрока.

Впервые за все время в Багровом мире я наблюдала ссору Старших. Прежде мне казалось, что их отношения идеальны, и у них просто не может быть конфликтов.

Но важнее даже не это. Кто бы мог подумать, что Сапфир окажется племянником самого Бонарта! Неудивительно, что у него столько самомнения… В таком случае, я полностью на стороне демонического Старшего! Сапфира необходимо проучить!

6.3

После очередного разъяренного шлепка Диоры Бонарт послушно убрал руку и вздохнул:

— Я просто хочу, чтобы он осознал, что ему дорого на самом деле, и сражался за это не на жизнь, а на смерть.

— Вот именно, на смерть! — разъяренно воскликнула Старшая. — Ты хоть понимаешь, к чему все это может привести? К его гибели! Неужели тебе плевать на жизнь своего единственного племянника?

— Его жизнь ничего не стоит, если в ней нет того, за что нужно бороться, — отрезал Бонарт. — И не нужно меня теперь попрекать пренебрежением к родственным связям. Мы отказались от них, когда принимали эту силу, помнишь?

— Но неужели тебя совсем не расстроит его смерть? — недоверчиво проронила Диора.

— Он демон. Война у него в крови. Без нее он и так погибнет, только медленнее. Взгляни на моего брата, как он угасает. Ему больше не за что бороться, силы по крупицам покидают его с каждым днем. Совсем скоро он полностью рассыпется… — в его голосе послышалось сожаление, хотя он и старался всеми силами казаться бесстрастным.

— Не война у него в крови, а темная магия, — со злостью выплюнула Старшая. — Это она толкает вас на безрассудства. Вы все надеетесь, что битва подарит вам вечную жизнь, но она же ее скорее и отнимет. Уж не лучше ли прожить пусть и короткую, но спокойную жизнь и умереть в окружении родных и близких, чем каждый раз играть с судьбой в кости на вечность, ставя на кон свою жизнь?

— Разве не это же сделала ты сама в тот день, когда получила свою силу?

— Вот потому я и знаю, о чем говорю. Просто… — замялась она и посмотрела на меня взглядом, полным смеси материнского тепла и тревоги. А потом сама прижалась к мужу в поисках утешения и вздохнула: — Кажется, с возрастом я становлюсь слишком сентиментальной.

Никогда не думала, что окажусь в одной ложе со Старшими. И уж точно представить не могла, как сильно меня потрясет их разговор, свидетелем которого я стала…

Всем известно, что демоны по природе своей слишком воинственны, что свою магию они предпочитают превращать в физическое преимущество, укрепляя свои тела. Но я никогда не подозревала о том, какую связь все это имеет на самом деле. И к чему это все может привести.

Вечная жизнь, полная сражений и риска погибнуть в любой момент. Или спокойная и размеренная, но слишком короткая жизнь простого смертного. Сама не знаю, что бы я выбрала, окажись перед подобным выбором.

Магия эльфов совсем другая. Она светлая, несет с собой рост и исцеление, но нам тоже необходимо постоянно ее куда-то применять. Раненые в битвах воины, разрушенные города, сожженные леса — все это помогает нам не погибнуть от интоксикации собственной магией. Значит ли это, что война и есть жизнь?

Но больше всего в услышанном поразило даже не это. Сапфиру может грозить гибель? Не секрет, что в Играх случались смерти, но в основной части испытаний они происходили редко. За исключением финального поединка. В нем выжить должен лишь один участник, и только он будет достоин короны и славы. Заключая сделку с Нефритом, я совсем не подумала о том, что Сапфир может его не пережить…

Что-то глубоко в душе отозвалось болью на эту мысль, противясь самой возможности подобного. Я жаждала мести и сейчас ее хочу, но смерть… Это в мои планы не входило.

Все еще растерянная я подняла голову и столкнулась с изучающим взглядом демонического Старшего. Однако прежде чем успела понять причину его внимания, он отвернулся к арене, где снова разливался соловьем ведущий:

— Нефрит из древнего Дома славных воинов известен своей несокрушимой силой, что в полной мере успел доказать ровно пять сотен лет назад на прошлых Великих Играх. И теперь у него будет шанс вновь проявить себя! Вы только посмотрите на его рога? Разве найдется кто-то, кто осмелится ему противостоять? А уж его громадная пепельно-серая драконица и вовсе само совершенство!

Несмотря на приличный возраст, этот демон совсем не выглядел старым. Да, он, конечно, не сравнится с молодым и горячим Сапфиром, находящимся в самом расцвете сил, у которого энергия льется через край и задора столько, что можно крушить небеса. Но его зрелая красота и спокойная уверенность, идущая от опыта, несомненно привлекала и завораживала не меньше.

Будто услышав мои мысли, Нефрит посмотрел в мою сторону и нашел взглядом меня. От него за версту веяло опасностью, в его силе не приходилось сомневаться. И все же было в этом нечто интригующее, но не такое мощное и прошибающее насквозь, как с Сапфиром, а умеренное, не путающее мысли и главное — не достигающее сердца…

ГЛАВА 7. Воинственная госпожа

Представление участников завершилось и плавно перетекло в первое испытание Игр. Все демоны вновь оседлали своих драконов и взлетели, окрасив багровые небеса в пестрые цвета.

— Правила просты, — объявил ведущий. — Нужно скинуть соперника на землю. Все те, кто спустя десять минут от начала испытания все еще будут в небе, остаются в Играх и переходят в следующий тур. Всем все ясно? — не дождавшись вопросов, ведущий дунул в свисток. — Тогда начали!

В следующий миг все пришло в движение. Яркие краски смешались, превратившись в неразборчивую мешанину цветов. И даже солнце заволокло мрачной пеленой. Воздух потяжелел от напряжения. Тут и там засверкали белые вспышки заклинаний. Казалось, что это просто началась гроза, и вот-вот хлынет дождь. Но вместо воды с неба капала кровь, а следом градом сыпались тела первых поверженных.

Оторопев, я напряженно вглядывалась в эту толпу, пытаясь отыскать в ней знакомые силуэты и цвета и мысленно успокаивая себя тем, что на первом состязании никто не умрет. По крайней мере, не должен — правилами не предусмотрено. Однако спокойствия это не добавляло, а разглядеть что-либо в хаосе воздушного сражения было весьма проблематично. Зато отлично можно расслышать крики и проклятья на языке демонов, полном грубых, отрывистых слов, а также звон клинков и мощные хлопки драконьих крыльев.

Больше всего пугало осознание — все эти демоны проливают сейчас кровь ради меня… Но такова традиция. И все же хотелось, чтобы все поскорее закончилось. Я не привыкла к такой жестокости, пусть для демонов она и была самой сутью.

Десять минут тянулись, будто десять лет. Наконец свист ведущего остановил состязание. За это время толпа участников поредела почти вдвое. И теперь я смогла различить, что и Сапфир, и Нефрит остались невредимыми парить в небе. Но облегчение смешалось с тревогой. Оба прошли в следующий тур, а значит, они стали на шаг ближе к тому, чтобы сразиться в будущем один на один.

Первое испытание Великих Игр подошло к концу, но праздник на этом не закончился. Все гости и участники были приглашены в замок на королевский фуршет. Столы ломились от обилия разнообразных яств. От одного вида на эту красоту у меня аж слюнки потекли! Скорее бы отвлечься от всех ужасов и потрясений, свалившихся сегодня на мою голову!

Тут я вдруг заприметила у ближайшего стола знакомую темноволосую макушку, правда теперь почему-то короткостриженную, и характерные смешанным расам слегка заостренные на концах ушки.

— Ронни? — неуверенно спросила я.

Полугномка обернулась и лучезарно заулыбалась:

— Эли!

Мы обнялись. От радости встречи у меня выступили слезы. Промокнув в уголках глаз, я воскликнула:

— Как же я по тебе соскучилась! А почему ты одна? Где же…

Я заозиралась в надежде увидеть еще одно знакомое лицо, но вот имя бывшего жениха так и не смогла себя заставить произнести вслух.

К счастью, Ронни этого не требовалось.

— Как ты понимаешь, я просто не могла позволить себе пропустить такое важное событие. Здесь же ты и Сапфир — мои близкие друзья! Правда, со мной никто больше не смог приехать. У остальных сейчас слишком много забот в Эльфхейме. Коронация, ты же понимаешь…

Я машинально кивнула, удивляясь тому, как быстро и незаметно пролетело время. Вроде бы еще вчера мы обсуждали будущее воцарение Лестара, и вот оно уже наступило.

Тут я обратила внимание на другие слова подруги.

— Погоди, ты сказала “остальные”?

— Д-даа?.. — чуть помедлив, протянула подруга, но так неуверенно, что было неясно, ответ это или вопрос.

— Да.

Подруга закашлялась, успев запихнуть в рот целую тарталетку. Надеялась избежать ответа? Ну уж нет!

Я скрестила руки на груди и молча ждала, когда она прожует, не сводя с нее тяжелого взгляда. Едва не поперхнувшись, Ронни дожевала и наконец сдалась:

— Поначалу Лестар не хотел меня отпускать, но я настояла на том, что мне необходим отпуск. Он мне и так немало работы обеспечил за время учебы в Академии. И, боюсь, он бы меня не отпустил, если бы… если бы не его новая невеста.

Сначала мне показалось, что я ослышалась. Из горла вырвался недоверчивый смешок. Невеста? Что за нелепость?

Не дав мне времени опомниться, Ронни продолжила:

— Она обещала помогать ему вместо меня и настояла на том, чтобы Лестар позволил мне хотя бы немного отдохнуть, проведать вас. Прости, Эли, — виновато затараторила она. — Мне очень жаль, что у вас с ним ничего не получилось, в то время как с другой все случилось так быстро и легко…

— Легко? Так говоришь, будто она ему истинная, — напряженно сказала я.

Вгляделась в лицо подруги, такое мягкое, почти девичье — и не скажешь, что за этой хрупкой невинностью скрывается смертоносная воительница, способная одним ударом пустить врагу кровь или без труда сломать все косточки в его теле. Талантов у нее было много, но вот притворство в их число не входило. А сейчас на ее лице было лишь выражение искреннего сочувствия.

Другого подтверждения и не требовалось — та неизвестная и есть настоящая истинная пара Лестара. Новая истинная… Как же так?!

7.2

Не секрет, что узы истинной любви у нашего народа — вещь весьма капризная. Кто-то может за всю жизнь так и не встретить свою вторую половинку, а кому-то повезет испытать эти узы несколько раз. Но даже так второй вариант — редкость, настоящее благословение богов! Особенно если учитывать, что этой связью дорожат, ее оберегают. Никому и в голову не придет решиться на разрыв подобных отношений, на измену. Ради чего? Сиюминутного удовольствия и вечного позора? Конечно, если не оказаться в ситуации схожей с моей, когда никакого выбора не остается…

Но даже так некоторым приходится десятилетиями ждать своей судьбы, пробуждения тех самых исключительных чувств, когда связь возникает мгновенно и не дает ни шанса избежать привязки к партнеру. Одного взгляда хватает, чтобы понять — вот он, тот, к кому вела судьба, без кого ты больше не представляешь своей жизни. В тот же миг все остальное становится неважным, внезапные чувства затмевают разум, связывают вас воедино. Отныне вы живете лишь друг для друга, и эта взаимность наделяет вас такой силой, что позволяет буквально горы свернуть.

Именно так было у нас с Лестаром… А теперь у него так с кем-то еще.

В груди моей будто образовался тугой комок невысказанных эмоций. Я не знала, что и думать по поводу услышанного. Что чувствовать? Ведь так не бывает, что кому-то везет так просто. Что кто-то приобретает все с такой легкостью, пока другой только и делает что без конца теряет, терпит поражение одно за другим.

Несправедливо!

— …в нижнем. А ты где сидела?

— А? — переспросила я. Так распереживалась, что прослушала часть того, что говорила подруга.

— Я говорю, из-за того, что приехала слишком поздно, пришлось брать билеты в нижний ряд. Не знала, что все более-менее хорошие места будут заняты.

— Тебе еще повезло! — хмыкнула я. — Слышала, некоторые демоны бронируют места на Игры за несколько столетий до их начала! Видимо, кто-то отказался в последний момент.

— Уверяю тебя, он не многое потерял! — фыркнула Ронни. — Сама понимаешь, там не очень-то удобно наблюдать за состязанием. Особенно низкорослой мне. Когда участники взлетают в небо, приходится сильно запрокидывать голову. А все вокруг еще и постоянно вскакивали со своих мест и без конца закрывали обзор то крыльями, то за… кхем... в общем, хвостами. Не думала, что демоны могут вести себя так несдержанно.

— Почему же ты не нашла меня перед началом? Я бы устроила тебя рядом с собой в королевской ложе. И мне не было бы так…

Я запнулась, не зная, как подобрать слова. Волнительно? Страшно? Одиноко? Пускай рядом со мной были Старшие, но это вовсе не те, кого бы я хотела видеть рядом с собой в день, когда жизнь переворачивается с ног на голову.

— Вместе нам было бы веселее, — закончила я мысль, скрыв за улыбкой печаль.

По глазам подруги было ясно, что она прекрасно поняла мои истинные чувства. Но, к счастью, поняла еще и то, что я не хотела об этом говорить, и перевела разговор в другое русло:

— О, да! Уж мы бы с тобой наверняка нашли что обсудить! Например, наглую выходку этого профана-ведущего. Нет, ты слышала, как он представил этого, как там его… Нефрита? Неужели всерьез считает, что среди демонов есть хоть кто-то, кто способен победить нашего Сапфира? А ведь он еще и судить их будет в конце каждого этапа состязаний! Как можно доверить такое дело тому, кто ничего в этом не смыслит?

Ох, Ронни… Знала бы ты…

— Но ведь он дроу, — осторожно напомнила я. — Сама понимаешь, у них особая чувствительность к будущему. Наверняка у него были свои основания так считать…

— Да что он там мог почувствовать? Что выручит меньше денег, если подтвердит очевидное? Сапфир лучший! Это ясно любому дураку! Речь идет о состязании профессионалов! А этот ведущий со своими предчувствиями пусть лучше откроет гадательную палатку и раздает свои дилетантские советы тем, кто захочет в них поверить. Хоть перестанет позориться так открыто.

Ронни распалялась все сильнее, чем привлекала к себе внимание окружающих. Демонов удивляло то, как яростно полугномка защищала своего фаворита, но большинство и сами готовы были вторить ей.

Кое-кто, однако, был явно не согласен.

— Рад, что на свете есть те, кто всегда позаботятся о твоих деньгах и моральном облике. Да еще и советом поделятся. Безвозмездно.

Мы с подругой синхронно обернулись. Перед нами стоял тот самый ведущий-дроу, которого так отчаянно ругала Ронни.

Среднего роста и довольно худощавый, но он все равно значительно превышал ростом миниатюрную Ронни. Белая, тщательно выглаженная рубашка оттеняла его темную кожу. Пепельные волосы были спрятаны под фетровой кепкой, которые, как я знала, были в моде в некоторых мирах Империи. И брюки на подтяжках только подтверждали тот факт, что мужчина неместный.

Ведущий сложил руки в карманы и вызывающе ухмылялся, не сводя глаз с подруги. Те у него, кстати, были серо-голубыми — нечастый оттенок у представителей его народа, отсылающий к тому прошлому, что роднил когда-то наши два народа.

— Вы так говорите, будто смыслите в Играх больше самих демонов, — продолжил он. — Не подскажете, сколько Великих Игр вы посетили до этого? А может, прожили в Багровом мире несколько лет, как я, и собрали достаточно сведений о том, кто из участников что из себя представляет?

Теперь, казалось, внимание всего зала приковано к нам. От удивления я потеряла дар речи, а вот Ронни ничуть не растерялась.

— Мне не требуется столько времени и усилий, чтобы понять очевидное, — заявила она. — Сапфир — лучший из всех претендентов. А вы, уважаемый как-вас-там, либо специально набиваете цену другому участнику, из своих корыстных побуждений, либо пытаетесь навести шумиху и рассорить болельщиков.

— Я всего лишь выполняю свою работу и уверен, что делаю это качественно. А имя мое запомнить несложно. Пир к вашим услугам, моя воинственная госпожа, — мужчина отвесил поклон.

Казалось, говорил он серьезно и вел себя вежливо. Но прячущиеся на дне его глаз ехидные смешинки не позволяли обмануться.

ГЛАВА 8. Под взрывы фейерверков

Сапфир отвел меня в сторону к тому самому столу, который другие гости активно избегали. Я с неудовольствием посмотрела на демона и отрезала:

— Я не обязана перед тобой объясняться.

— Может и нет, — не стал спорить он. — Но разве не понимаешь, к чему все может привести? Ты слишком явно демонстрируешь свое предпочтение одному фавориту, тем самым оказывая ему поддержку и отрезая для себя все остальные варианты. Та Эли, которую я знал, всегда была более осторожной…

— Значит, ты плохо меня знал! — вспылила я. — Ты мне никто! И хватит делать вид, что когда-то было иначе.

Взгляд Сапфира потяжелел, а на скулах заходили желваки. У него явно имелось иное мнение на этот счет, но все же он решил не продолжать перепалку на глазах у всех. На нас и так уже откровенно глазели.

— Ты ведь совсем его не знаешь, — понизив голос, продолжил Сапфир. — Неужели для тебя лучше стать женой кого угодно, лишь бы не моей?

— Он обещал мне свободу после финала. Никто другой ни за что не предложит мне подобного. А с тобой я вообще не желаю иметь ничего общего.

— Ну, конечно! Свободу! — усмехнулся он, проигнорировав последнюю фразу. — Он тебе и письменные гарантии предоставил с заверенной подписью, да?

— Мне казалось, демоны презирают бюрократию, — скрестила я руки. Уж данная особенность этого народа мне хорошо известна. — Вы же так дорожите своим словом. Как там говорится? “Сказано — сделано?” Неужели традиции врут?

— Да плевать мне на традиции! Речь идет о твоем будущем! Поверить не могу, что ты так беспечно к нему относишься!

За окном вдруг загрохотало. А следом небеса осветило чередой красочных вспышек. Все те, кто еще секунду назад увлеченно следили за нашей ссорой, теперь потеряли к нам всякий интерес и ринулись на улицу, чтобы насладиться фейерверками.

Я же почти не обратила на это внимания, поглощенная ненавистью к демону напротив.

Как он смеет публично меня отчитывать?! Я ему что, рабыня какая-то? Неразумный ребенок? Котенок, которого можно взять за шкирку и встряхнуть, чтобы напомнить, кто тут хозяин? Он не имеет надо мной власти и никогда не будет!

— Мое будущее касается только меня! — воскликнула я. — И никого больше! Ты уже достаточно натворил своим вмешательством. Такая помощь мне не требуется.

Сапфир дернулся, как от удара. Что, неприятно, когда напоминают об ошибках?

Я самодовольно усмехнулась и направилась к выходу из зала. Нет смысла и дальше продолжать этот разговор.

Все вокруг только и делают, что указывают мне, как жить. Сапфир, который сам разрушил мою жизнь до основания, а теперь притворяется, будто его хоть немного беспокоит моя судьба. Диора, которая наплела что-то своим пророчеством, заманила в ловушку, а теперь сокрушается, что все идет не по плану. Еще и Ронни станет винить меня в том, что я не поддерживаю ее друга. Надоело!

Сколько можно относиться ко мне как к глупой марионетке?! Считают, что можно помыкать мною как угодно и им за это ничего не будет?! Не дождутся! Я сама буду решать, как мне жить. И даже если Нефрит не выполнит своего обещания, то сама найду способ уйти от него. Не верю, чтобы корона на моей голове не давала совсем никаких привилегий. Я добьюсь своего любой ценой!

Раздался очередной взрыв фейерверка, осветивший небо огненной вспышкой, и его эхо отдалось где-то в ногах. Все перед глазами покачнулось, каменные замковые стены задрожали, посуда зазвенела, и стекла задребезжали. Снаружи донеслись чьи-то крики. А в следующий миг ближайшее ко мне окно просто… лопнуло. Брызги стекла полетели в мою сторону, и тут до меня дошло — то был совсем не фейерверк.

Увернуться не было возможности, и укрыться негде — все столы остались позади меня. Я машинально вскинула руку, прикрывая лицо. Вспышка света, отразившись от бледно-зеленого камня на пальце, ослепила меня, и я зажмурилась.

Снова послышался чей-то крик, но я больше не могла разобрать, откуда он доносился. А потом меня просто сгребли в охапку. Щекой я почувствовала тепло чьей-то кожи. Чужое сердце колотилось так сильно, что на миг заглушило все остальные звуки. Время будто замедлилось… чтобы затем навсегда остановиться.

8.2

Сапфир

Безумная эльфийка. Бедовая… Вечно с ней что-то случается. И ведь не скажешь, что сама ищет неприятности, но те непременно ее находят.

Вот как сейчас.

Что это вообще было? Кто-то посмел взорвать Багровый замок? Да еще и в самый разгар праздника? Они что, смертники?! Думают, убьют всех, и это просто сойдет им с рук?!

Но, как бы сильно я ни злился, в данный момент все это не имело значения. Эли стояла слишком близко к эпицентру взрыва. Она могла погибнуть! Я не мог этого допустить!

Ее безопасность — моя ответственность. Я и так перед ней виноват, ведь когда-то сам, лично привел ее к Лестару. Моя способность соблазнения не только позволяет мне очаровывать, но и чувствовать связи между другими. Романтические, дружеские, вражеские… И, как выяснилось, узы истинной любви тоже.

Едва увидев Эли несколько лет назад, я сразу понял, чьей парой она является. А дальше только и оставалось, что сообщить об этом всем заинтересованным сторонам, и все завязалось само собой. В Эльфхейме, кажется, царит настоящий культ истинных пар. Все только и мечтают о том, чтобы встретить свою вторую половинку, денно и нощно посылая молитвы своим божественным деревьям… Бездельники, одним словом!

Два моих друга быстро воссоединились, нашли друг друга и свое счастье. А я очень гордился тем, что сумел найти более мирное и благопристойное применение своим способностям. Не все же мне разрушать и морочить головы… Но судьба и тут посмеялась надо мной, напомнив о темной демонической природе.

До сих пор не понимаю, что произошло в тот роковой день. Почему моя собственная магия, с которой я всегда так легко управлялся, внезапно взбунтовалась и вырвалась на свободу. Слишком многое навалилось на меня в тот момент, — этого нельзя отрицать, — и в теории я действительно мог сорваться. Но почему не выдержали ментальные щиты самой Элинеи? Она ведь не последняя эльфийка в Эльфхейме. Таких, как она, с рождения обеспечивают прочнейшей ментальной защитой. Ее не пробить даже Старшим!

Много недель в Академии я безуспешно гадал над этим вопросом, искал зацепки, надеясь получить хоть какую-то информацию о своих аномальных силах. А потом вдруг почувствовал новую истинную Лестара… Однако повторно на те же грабли наступать и вмешиваться в чужие отношения не собирался. К счастью, они разобрались между собой сами и теперь, насколько мне известно, совершенно неразлучны.

А Эли досталась мне… Буквально. Она повисла на моих руках, потеряв сознание после взрыва, но, к счастью, все еще дышала. На красивом лице застыло умиротворение. Длинные ресницы веером отбрасывали тени на белоснежные, словно фарфор, щеки. Светлые волосы рассыпались по плечам и груди, будто пледом окутывая нас обоих таким сладким манящим ароматом. Сердце ее билось ровно, а от стройного тела исходило равномерное тепло…

Я нахмурился. Странно, что размышляя о бесспорной красоте Эли, мне вдруг пришла в голову мысль о температуре ее тела. А потом меня осенило — в воздухе застыл неестественный холод. Не мороз, не прохлада. Это было чем-то… словно потусторонним.

Только теперь я заставил себя внимательно оглядеться. Все тот же Багровый замок, но… что-то в нем неуловимо изменилось. Стены и окна вновь были целыми, правда зал совсем опустел. Ни столов с угощениями, ни разодетых гостей — ни мертвых, ни живых. Лишь тишина и пустота вокруг. И это особенно пугало.

Все казалось искаженным и каким-то тусклым. Даже не черно-белым, а пресным, бесцветным. Будто сумасшедший художник вытянул из этого места все краски. На фоне всего этого розовые губы Эли выглядели особенно яркими. А внезапно распахнувшиеся зеленые глаза приковали к себе, как магнитом…

— Что случилось? — сипло выдохнула она. — Мы умерли?

Я невольно усмехнулся, в глубине души радуясь тому, что она впервые за долгое время не отталкивает меня, а напротив, так доверчиво жмется ко мне.

К единственному на свете живому источнику тепла.

— Кажется, да, — честно ответил я.

8.3

Элинея

Слова Сапфира мгновенно привели в чувства, заставив осознать происходящее. Был взрыв, а он… спас меня? Что-то не похоже… В любом случае ему не позволено так меня касаться.

Я вырвалась из его объятий и тут же пожалела об этом. Странный холод пронизывал насквозь, сковывая внутренности. Даже дыхание как будто стало казаться лишним. Я заставила себя сделать глубокий вдох. Выдох — ни облачка пара, ни даже намека…

— Где мы? — спросила я, обхватив себя руками. Но это не помогало. Казалось, я не чувствую сама себя. Что происходит?

— Понятия не имею, — признался Сапфир, еще раз оглянувшись. — Хотелось бы сказать, что дома, но…

Он посмотрел наверх и вдруг потрясенно замер. Я проследила за его взглядом и обомлела.

Багровый замок не имел потолка. Вместо него над нами зависла пугающая сине-зеленая воронка. Она двигалась, по ней пробегали вспышки молний, складываясь в проход, который будто вел куда-то…

— Портал? — предположила я.

— Не знаю, надо проверить, — сказал Сапфир и, схватив за руку, потащил к лестнице.

Мы спешно преодолевали этаж за этажом, будто от этого зависели наши жизни. Нас гнал вперед ужас, что подбирался к сердцу вместе с неестественным холодом. Но движение не помогало согреться, лишь отнимало силы и подпускало этот ужас еще ближе. Небо над нами оставалось неизменным, а воронка все такой же недосягаемой.

Сами не заметили, как оказались на крыше, но к порталу так и не приблизились. Остроконечная поверхность крыши исчезла, но вот звероподобные горгульи, что крепились чуть ниже кровли, невозмутимо сидели на своих местах, равнодушно взирая на пустой город.

— Вот бы сюда дракона, — пробормотал Сапфир, а потом громко свистнул и застыл в ожидании.

Минута. Две. Час. Не знаю, сколько времени прошло, но никто не появился. Вокруг нас все застыло. Ни дуновения ветерка, ни шороха листьев. Все будто вымерло, а мы оказались в какой-то декорации. Слишком похожей на нашу реальность, но совершенно неправильную. Чужую. И кажется, кроме нас здесь больше никого не было.

— Магия тоже не работает, — заключил Сапфир, складывая пальцы в заклинании левитации.

— Жаль демон мне достался бескрылый, — проворчала я. — Так бы просто взлетел да проверил.

— Зато у меня есть рога. Смотри какие богатые, ветвистые. Достояние Багрового мира. Хочешь потрогать?

Сапфир нервно усмехнулся и даже наклонился ко мне, чтобы мне было удобнее его щупать. Нашел время для веселья…

— Нет, — отшатнулась я. Нога вдруг соскользнула с края крыши, и я чуть не рухнула вниз.

Но демон успел меня удержать.

— Настолько не хочешь, что готова повторно умереть? — пошутил он, но лицо скривилось будто в муке.

Его глаза глядели столь пронзительно, что у меня дыхание сбилось. В этом странном месте они казались особенно яркими. Ярче, чем обычно. Даже магическая воронка в небе не превосходила их по яркости.

— Не думаю, что мы действительно мертвы, — ответила я наконец и выпрямилась.

Сапфир неохотно выпустил меня из объятий, а я невольно испытала сожаление. Проклятый холод… Нужно скорее выбираться отсюда, а то так недолго и привыкнуть к его объятиям. Нельзя забывать, сколько горя и бед он принес мне. Нельзя прощать!

— Может, уже признаешься? Хватит ломать комедию, — устало потребовала я.

— О чем ты?

— Что это за место? Куда ты нас завел?

— Хочешь сказать, это я во всем виноват?! — вполне искренне возмутился Сапфир.

— Скажешь, нет? — насмешливо спросила я. — Ясно же, что хочешь проучить меня за непослушание. Лишить свободы. Думаешь запереть меня здесь и оставить до финала. Чтобы я больше не лезла в вашу с Нефритом гонку. Не вмешивалась в дела мужчин, так? Они все сами решат, а мне только и останется потом стать женой победителя. Трофеем. Наградой. Бесправной рабыней!

— Да что ты несешь?! — взорвался Сапфир. — Я не имею к этому никакого отношения. Произошел взрыв, ты что, не помнишь? Ты стояла прямо на его пути. Тебя бы убило! Изрезало бы осколками окна. Я бросился на помощь… — он вдруг хмыкнул. — Возможно, глупо. Чем бы я помог? Но хотя бы просто укрыть от осколков, чтобы ты не так сильно пострадала, я мог. А потом… Нас перенесло сюда. Так же, как и ты, я понятия не имею, где мы находимся.

Я задумалась, продолжая впиваться взглядом в его лицо в поисках хоть малейшего намека на лукавство. Но его не было. Кажется, он полностью убежден в том, что сказал.

Действительно, произошел взрыв. Прямо на празднике! И, похоже, его скрыли за фейерверками. Никто сначала и не понял ничего. А потом стало слишком поздно.

Если бы именно взрыв привел нас в это место, то здесь наверняка были бы и другие. Но здесь только мы вдвоем и больше никого. Тогда что случилось с остальными? Как же Ронни? И Диора? А Сапфир, выходит, спас меня? Хотя накануне мы снова поссорились. И что важнее, похоже, ничуть не сожалел о сделанном.

В критической ситуации он без раздумий кинулся мне на помощь, несмотря на вражду между нами. Отбросил предубеждения, все прошлые обстоятельства и просто заслонил собой от взрыва.

На душе вдруг стало мерзко от осознания — на его месте я бы вряд ли так поступила.

Похоже, Ронни права, он лучший. Слишком хорош во всем. И пусть он демон с каменным сердцем и темной магией в крови, но душа его живее и светлее, чем даже у меня, светлой эльфийки…

Чувствуя себя донельзя неуютно, я пробормотала:

— Спасибо, Сапфир. Возможно, ты уберег меня от худшей участи. А возможно…

— А возможно, похоронил нас обоих заживо в этом странном месте, — закончил он за меня, невесело усмехнувшись. — Поверь, Эли, я правда хотел как лучше. Я правда стараюсь…

Он вдруг замолчал, почему-то решив не продолжать. С досадой покачал головой, и вся моя злость на него окончательно испарилась. Возможно, причиной тому усталость. Или страх, что ледяными иглами впивался в кожу. А может, понимание, что друг без друга в этом неприветливом месте нам не справиться.