Твой ход

Глава 1.

Знаете, что общего между идеальной легендой и хорошим лифчиком?

Они оба должны идеально сидеть. Если болтается - ты проиграла. Если жмет - ты слишком напряжена, и это видно за милю. А если подобрала идеально - мир у твоих ног, детка. Или, в моем случае, у твоих туфель от Маноло Бланик.

Я смотрю на свое отражение в зеркальной стене лифта, который возносит меня на вершину швейцарских Альп. Вершину в прямом и переносном смысле. Шале, куда я направляюсь, стоит столько, что можно купить небольшой остров. Или оплатить четыре года обучения Софи в Лондонской школе экономики плюс трехкомнатную квартиру рядом с Гайд-парком, чтобы ей не приходилось толкаться в метро с плебеями.

Привет, я Лиза. Элизабет для паспортов, Лиз для любовников и «Бета» для тех, кто знает обо мне вещи, за которые меня можно посадить лет на двадцать. Или наградить медалью. Смотря в какой юрисдикции проснуться.

Сегодня я - Клара. Клара Кёлер. У меня диплом Лозанны, папа-банкрот и глаза наивной лани. Волосы - платиновый блонд, уложенные в невинный пучок. А нет, это было в прошлый раз. Позапрошлый я была жгучей брюнеткой, а год назад - шатенкой с каре. Волосы - лучший способ сбросить кожу, не оставляя следов. В этот раз я решила стать рыжей. Настоящей, глубокой, как осенний клен. Софи говорит, мне идет. Софи вообще считает, что мне идет все, и это делает ее худшим советчиком по имиджу, но лучшей сестрой на свете.

Моя суперспособность - становиться той женщиной, которую мужчина хочет видеть. Для этого нужно всего три вещи: идеальный образ, идеальный акцент и полное отсутствие чувства собственного достоинства хотя бы на вечер. Мое собственное достоинство лежит в сейфовом депозите в Женеве и выходит на свет только когда я одна.

Моя сегодняшняя цель - Аркадий Доронин. Русский олигарх с комплексом царя и вкусом, застрявшим в девяностых. Он коллекционирует девушек, картины и криптовалюту в порядке возрастания стоимости коллекции.

Обычно моя работа выглядит иначе. Компромат это моя стихия, мой хлеб, мое шампанское по утрам. Снять на видео, записать разговор, найти спрятанный счет, вычислить любовницу, о которой жена не знает. Я создаю легенды и разрушаю репутации с грацией балерины и цинизмом прокурора. Это искусство, детка. Я могла бы вести мастер-класс «Как уничтожить мужчину, заставив его думать, что он сам во всем виноват».

Но сегодня особый случай. Сегодня мне нужно не создать, а украсть. Сид-фразу от его криптокошелька, где лежит столько биткоинов, что даже я, циничная до мозга костей, присвистнула, увидев цифру в техдокументации. Двенадцать слов, которые откроют доступ к состоянию, превышающему ВВП небольшой страны.

Я кружила Доронина три недели. Три гребаных недели улыбок, случайных «совпадений» в ресторанах, украденных взглядов через зал. Я изучила его расписание, его привычки, его слабости. Я знаю, что у него аллергия на клубнику, но он ест ее, потому что это «статусно». Я знаю, что его брак - фикция, а дочь учится в Бостоне и ненавидит отца. Я знаю, что он хранит пароль от первого уровня защиты в заметках на телефоне под именем «Рецепт ухи». Я знаю, что он хранит ключ - тот самый, физический ключ - на шее, под рубашкой, как реликвию.

Три недели. За это время можно выучить основы португальского, прочитать «Войну и мир», влюбиться и разлюбить. Или, в моем случае, заставить мужчину поверить, что я - женщина его мечты, хотя на самом деле я просто жду момента, чтобы стащить у него с шеи ключ на пару миллиардов. Некоторые мои коллеги умудряются за тот же срок выйти замуж, развестись и получить гражданство. Ну или умереть. Я предпочитаю создавать только успешные операции. Например, как эта.

Мой клиент - голос за семью печатями, деньги - на счете в неотслеживаемом банке. Меня не волнует, кто он. Меня волнует, что вторая половина гонорара позволит Софи не думать о деньгах еще год. А через год я придумаю что-нибудь еще. Я всегда придумываю.

Лифт открывается, и я делаю вдох. Не глубокий - это выдает волнение. Включаю «Клару».

- О, какая красота! - шепчу я, выходя в холл, устланный коврами ручной работы. Мой голос звучит на полтона выше обычного, дыхание чуть чаще. Идеальная имитация девушки, которая впечатляется деньгами, но слишком воспитана, чтобы просить их напрямую.

Вечеринка уже в разгаре. Здесь пахнет деньгами. Не теми, что заработаны потом. Они пахнут кожей и табаком. Здесь запах денег, которые свалились с неба в девяносто первом и с тех пор только приумножались, питаясь воздухом офшоров. Это тонкий, неуловимый аромат - смесь трюфелей, Chanel №5 (ненавижу их) и легкой затхлости вещей, которые никогда не использовались по назначению.

Я беру бокал с шампанским с подноса проходящего официанта. Не пью. Просто держу, создавая иллюзию. Моя норма - ноль промилле, когда я работаю. Алкоголь притупляет не рефлексы. Он притупляет цинизм, а цинизм - единственная вещь, которая держит меня живой в этой профессии.

Я двигаюсь сквозь толпу, как рыба в прозрачной воде. Улыбаюсь нужным людям, игнорирую ненужных. Моя цель - сесть на диван в зоне видимости Доронина, закинуть ногу на ногу и сделать вид, что я увлечена разговором с пожилым банкиром из Цюриха, который уже дважды пытался ущипнуть меня за задницу.

- …и тогда я сказал министру: «Герр Штраус, если вы не можете отличить активы от пассивов, может быть, вам стоит вернуться в школу», - банкир смеется собственной шутке, обнажая дорогие коронки.

Я вежливо улыбаюсь. Его рука снова ложится мне на колено. Я не двигаюсь. Через три минуты он устанет и переключится на брюнетку у бара. Всегда так происходит.