Твой ход, писательница

Глава 1

«Внимание! Книга содержит откровенные эротические сцены, BDSM-тематику и психологическое давление. Не рекомендуется лицам до 18 лет и людям с чувствительной психикой.»

Все персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими (или жившими) людьми случайно. Все события — плод воображения автора.

Он вставил в меня свой огромный член, и я задохнулась от внезапного, всепоглощающего напора — как будто внутри разорвалась граната удовольствия, горячая и неумолимая. Мои бёдра инстинктивно сжались вокруг него, ногти впились в его спину, оставляя следы, которые завтра он будет носить как трофеи. Он замер на миг, давая мне привыкнуть, его дыхание обожгло шею, а потом начал двигаться — медленно, глубоко, с той уверенной ритмикой, от которой мир сузился до одного: до нас, до этого скольжения, до стонов, которые рвались из меня против воли.

Чёрт, слишком идеально. Слишком порно. Читательницы взвоют от восторга, но я-то знаю: в реале так не бывает. Кто-нибудь обязательно чихнёт, или телефон зазвонит, или — блин — ногу сведёт судорогой. Нужно добавить реализма. Может, она случайно укусит его за плечо? Или он скажет что-то глупое вроде "О, да, детка, вот так"?

Я сидела в своей любимой кофейне на Арбате, той самой, где окна огромные, как экраны кинотеатра, и можно целыми часами пялиться на улицу, не вызывая подозрений. В руках — большая кружка латте, которая уже остыла, потому что я забыла о ней минут двадцать назад. На экране ноутбука — новая глава, где эта сцена как раз пыталась обрести форму. Глаза мои были устремлены в окно, но на самом деле я ничего не видела. В голове крутилась картинка: его руки на её бёдрах, её спина выгибается...

Я всегда здесь сижу по одной простой причине: дома писать не получается. Дома — это диван, кот, который требует внимания каждые пять минут, холодильник в трёх шагах и бесконечный соблазн открыть сериал «на фоне». А здесь — шум кофемашины, чужие разговоры, запах корицы и ванили, и главное — люди за окном. Живые, настоящие, спешащие, целующиеся, ругающиеся, обнимающиеся. Я смотрю на них и краду детали: как он поправляет ей прядь волос, как она смеётся, запрокидывая голову, как они идут, не отрываясь друг от друга руками. Всё это потом оседает в книгах — в жестах, в взглядах, в том, как герои касаются друг друга.

Я — Катя. Двадцать четыре года, автор пяти бестселлеров под псевдонимом Кира Вулф. Мои книги стоят в разделе «эротика» в крупных магазинах, их читают в метро, пряча обложку, и обсуждают в закрытых телеграм-чатах с названиями вроде «Горячие страницы 18+». Критики называют меня «новой голос эротического романа», фанатки пишут, что после моих книг «муж наконец-то понял, что клитор — это не кнопка турбо на пульте». А я сижу здесь, в старом свитере и джинсах, с волосами, собранными в небрежный пучок, и выгляжу как обычная фрилансерша, которая, наверное, пишет курсовые на заказ.

Ирония в том, что весь этот огонь, все эти сцены, от которых у читательниц краснеют уши, рождаются в голове у девушки, у которой в реальной жизни секса было ровно два раза. Первый — в одиннадцатом классе, в квартире одноклассника, пока родители были на даче: быстро, неловко, больно и с ощущением, что «ну вот, теперь я тоже взрослая». Второй — на втором курсе универа, с парнем, который казался романтичным, а оказался спринтером: сорок секунд, «ой, прости», и вопрос «а ты кончила?». С тех пор — ничего. Ни одного свидания, которое бы закончилось в постели. Ни одного мужчины, который бы заставил забыть про ноутбук хотя бы на ночь.

Но это меня не парит. Совсем. Потому что я знаю: хорошая эротика — это не про то, сколько раз ты это делала, а про то, насколько хорошо ты умеешь чувствовать. А чувствовать я умею. Я читаю исследования, смотрю интервью с сексологами, листаю форумы (анонимно, конечно), слушаю подруг, которые рассказывают подробности за бокалом вина. И главное — я умею фантазировать. Так ярко, что иногда сама краснею за свои мысли в общественных местах.

Эта кофейня — мой офис, мой кабинет, мой личный кинотеатр. Здесь я пишу лучше всего. Только три человека знают, кто я на самом деле и чем занимаюсь. Первый — это моя подруга и фанатка в одном флаконе, Лера. Она была первой, кто прочёл мою самую первую рукопись ещё в универе, когда я стеснялась даже себе признаться, что пишу не просто «романчик», а откровенную эротику. Лера тогда сказала: «Катюх, это огонь, отправляй нафиг издательству», и я отправила. С тех пор она читает всё в черновиках, орёт в голосовых «БОЖЕ, ЭТА СЦЕНА МЕНЯ УБИЛА», а потом требует спойлеры к следующей книге.

Остальные двое — сотрудники этой кофейни, Кира и Миша. Кира — бариста с татуировками на руках и вечной улыбкой, которая готовит мне латте с двойным эспрессо без вопросов, даже если я сижу здесь с открытия до закрытия. Она узнала случайно: год назад забыла здесь ноутбук, вернулась ночью, а Кира как раз закрывалась и увидела открытую страницу с довольно... откровенным абзацем. Я думала, всё, пиздец, теперь будет косо смотреть. А она просто сказала: «Круто пишешь. Я твою "Ночь без правил" читала, не знала, что ты — это Кира Вулф». С тех пор она мой личный ангел-хранитель: если места у окна заняты, волшебным образом освобождает, и никогда не подпускает к моему столику слишком любопытных.

Миша — официант, вечный студент-филолог, который носит очки в толстой оправе и цитирует Набокова в перерывах. Он узнал от Киры, но ведёт себя так, будто это государственная тайна. Иногда подливает кофе бесплатно и шепчет: «Сегодня вдохновение пришло?» Или приносит круассан «от шефа» в дни, когда я особенно хмурая. Они оба — мои соучастники. Здесь я в безопасности. Здесь можно быть Кирой Вулф, не надевая маску.

А все остальные видят просто девушку с ноутбуком, которая пьёт слишком много кофе и иногда странно смотрит в окно.

И вот именно в этот момент, когда я всё ещё была внутри своей сцены — горячей, мокрой, с его руками на моих бёдрах, — в мой идеальный кадр влез он.