Твой сводный кошмар

Пролог

Мия

– Мия! Ну сколько можно собираться?

Рита врывается в мою комнату без стука, как к себе домой. Мы дружим со школы, и её чувство личного пространства давно даёт сбой.

– Я вообще не собиралась, – говорю я, закрывая ноутбук с недописанным рефератом. – Ты меня заставила.

– Правильно сделала. Хватит уже хоронить себя в учёбе. Тебе восемнадцать, ты молодая, красивая... – Она подходит к моему шкафу и начинает профессиональным взглядом инспектировать вешалки. – О, это возьмём.

Из шкафа летит платье. Я ловлю его рефлекторно.

– Рит, это слишком открытое.

– Для библиотеки – да. Для вечеринки в особняке Раджеповых – самое то.

Я замираю.

– Чьём особняке?

Раджеповы.

Мама работает уборщицей у человека с такой же фамилией. Только вот о её работе никто не знает. Я не распространяюсь о том, насколько нам трудно живётся. И что маме приходится работать прислугой.

– Да что тебе скажет фамилия, – Рита закатывает глаза. – Главное, что тусовка будет огонь!

Я хочу сказать, что мне всё равно, чей это особняк, и что я лучше досмотрю сериал. Но Рита уже расстёгивает молнию на моём домашнем платье.

Через сорок минут мы стоим перед трёхэтажным домом, который выглядит так, будто его построили для съёмок фильма про миллионеров. Колонны. Фонтаны. Подъездная дорожка, заставленная машинами. Каждая из них стоит столько, сколько мне не заработать за год.

– Видишь? – Рита кивает на толпу у входа. – Там девчонки с нашего универа. Катька с юрфака, Ленка из эконом-группы...

Я вижу. И чувствую, как внутри всё сжимается. Потому что Катька с юрфака смотрит на моё платье так, будто я в пижаме.

– Пошли, – Рита тащит меня за руку. – Главное – расслабься и получай удовольствие.

Внутри играет музыка. Громкая, модная, под которую хочется двигаться. Люди толпятся у бара, на лестнице, на балконах. Дорогой парфюм смешивается с запахом алкоголя. Кто-то смеётся слишком громко. Кто-то целуется в углу, не стесняясь.

Я чувствую себя муравьём, который случайно заполз в витрину ювелирного магазина. Рита знакомит меня с какими-то парнями и девушками. Протягивает мне бокал с чем-то прозрачным. Пахнет вкусно, но я не пью.

Взглядов так много, что хочется заползти в раковину и не выползать из неё. Примерно пару лет. А ещё от них хочется помыться.

– Я в туалет, – говорю я Рите.

– Окей, я пока найду нам выпить!

Я пробираюсь сквозь толпу. Натыкаюсь на чьи-то локти, извиняюсь. На первом этаже заветная комната занята. Как заявляет парень у двери – кто-то заперся там и не выходит уже минут двадцать.

– Наверх иди, – советует незнакомая девушка, заметив моё замешательство. – Там тоже есть.

И я иду. Шум остаётся внизу. Все звуки приглушаются, доносятся как из-под воды.

Я поднимаюсь по ступеням и попадаю в просторный холл. С двух сторон двери.

Какая окажется той самой?

Я подхожу к первой двери справа. Поворачиваю ручку. Приоткрываю... И тут же закрываю.

Это спальня. И там… Там на кровати трое. ТРОЕ!

Да, в спальне очень темно, но силуэты отпечатываются на сетчатке. Два парня и девушка.

Боже, как это забыть?

Щёки жжёт. Я прикладываю прохладные дрожащие пальцы, чтобы остудить кожу.

На той стороне холла распахнутые стеклянные двери на балкон. Возле выхода стоят две девушки. Они общаются громко, совершенно никого не стесняясь.

– Ты видела Таира сегодня? – спрашивает одна.

– Да, и даже подошла.

– Серьёзно? Вы переспали? Уже?

– Мне не позволили даже предложить! – жалуется брюнетка, затягиваясь тонкой сигаретой. – Меня оттеснила толпа бешеных поклонниц.

– И ты позволила? – недоумевает вторая в белом нереально коротком платье. – Нужно было вцепиться в него и тащить сразу в спальню.

– Вечер в самом разгаре. Уверена, у меня ещё будет шанс. Говорят, он в этом хорош.

– Девчонки говорят, что у него там огромный... – хихикает вторая.

– Правда? Насколько? – первая чуть не давится сигаретой. Её глаза расширяются.

– Ну, по рассказам...

Девушки замечают меня и замолкают. Бросают докуренные сигареты с балкона. Косятся друг на друга, снова на меня. Смеются и спускаются вниз.

Можно выдохнуть. Не люблю подобные разговоры. Обсуждать кого-то за спиной, да ещё и так громко, кажется мне неприличным. Тем более интимные подробности чьей-то жизни.

Я вздыхаю и иду на балкон. Каблуки звонко стучат по плитке. Опираюсь на вычурные перила и делаю вдох. В нос бьёт крепкий запах табака.

Я оборачиваюсь, и встречаюсь взглядом с высоким парнем. Он стоит, прислонившись к стене спиной. В тени от двери. В самом незаметном месте. Расслабленный, будто это его дом. Будто этот мир принадлежит ему.

Тут же вспоминаю девушек, бесстыдно обсуждавших кого-то. Он точно это слышал. Я уверена. И теперь подумает, что я одна из них.

– Это была не я, – произношу я, но голос почему-то хрипнет.

– Не ты? – он прищуривается.

От этого взгляда волоски на руках встают дыбом.

– Это не я обсуждала... такое.

– А, – он безразлично пожимает плечами. – Не такая. Я понял.

Незнакомец стряхивает пепел прямо на пол, хотя рядом с ним, на столике стоит пепельница.

Мне бы отвернуться, но я не могу перестать смотреть на него. Лунный свет мягко очерчивает его скулы и прямой нос. Небрежную причёску. Заметный кадык. Дорогую майку. Одна его рука в кармане джинсов.

Он делает затяжку. Выдыхает дым в мою сторону.

– Ты их слышала? – спрашивает он, пока я отмахиваюсь от табачного дыма.

– Кого? – переспрашиваю я, но тут же понимаю. – Тех девушек? Да. Слышала.

– Было интересно?

– Не очень.

– Да. Мне тоже скучно, – кивает он. Тушит бычок о деревянные перила и достаёт новую сигарету.

Зажимает её зубами и чиркает зажигалкой.

– Я – тот, о ком они говорили.

В этой фразе нет самодовольства или гордости. Просто факт. Обыденный и скучный.

Глава 1

Мия

Я вырываю руку, и его пальцы разжимаются. Он не отпускает, нет. Просто не ожидает от меня сопротивления.

– Вы с ума сошли? – мой голос дрожит, как и я сама.

«Переспим».

«Расскажешь подругам какой у меня…»

– Я не сплю с первым встречным.

– Ха, – выдыхает он и ухмыляется. – Все вы так говорите. А потом извиваетесь и стонете подо мной. Не изображай из себя целку. Ты ведь здесь ради секса со мной.

– Что за бред, – я делаю шаг назад.

Медленно отхожу от него. Бросаю взгляды на лестницу, в надежде, что кто-то появится. Но никого нет.

– Я вас даже не знаю.

– Вот как, – он усмехается и сокращает расстояние между нами одним шагом.

Пячусь. Каблук цепляется за ворс ковра. Я теряю равновесие и заваливаюсь назад. Хватаюсь за воздух, в попытке спастись.

Он оказывается быстрее. Его ладонь подхватывает меня под поясницу. Меня впечатывает в твёрдый торс. Всем телом чувствую каждую его напряжённую мышцу. Одежда этому не помеха.

Сердце стучит в горле. Голова кружится. А в горле внезапно становится сухо.

В меня впиваются серые глаза. И я не могу перестать смотреть в них. Они… как сталь. Или небо перед грозой. Глубокий серый цвет с лёгкой синевой возле зрачка.

Он ставит меня на место. Отходит на шаг. Осматривает оценивающе. С видом эксперта. Как товар. И кривит губы в ядовитой усмешке.

– Неуклюжая и нищая. Если ты здесь не для того, чтобы потрахаться со мной, то что ты здесь забыла?

Он приподнимает бровь. Достаёт из кармана джинсов пачку. Выбивает из неё одну сигарету. Достаёт её губами. И сразу прикуривает. В доме.

Мерзкие слова заставляют меня скривиться. Меня будто в грязи вываляли. Я открываю рот, чтобы сказать всё, что думаю о таких как он. Но закрываю.

Какой толк в том, что я выскажусь? Словами до таких как он не достучаться. Зато разозлить можно. И тогда для меня ситуация может стать опаснее.

– Ничего, – сухо отвечаю я. – Я ухожу. Всего хорошего.

Я делаю шаг в сторону лестницы. Ровно один шаг. И больше не успеваю ничего – даже подумать. Широкая ладонь обхватывает меня за талию. Притягивает к нему.

Спина упирается в его грудь.

– Не помню, чтобы я тебя отпускал.

Он затягивается сигаретой над моим ухом. Выдыхает дым мне в волосы.

– Что вы делаете?

Я пытаюсь вырываться, но он будто каменный – не могу разогнуть его руку.

– Добавляю тебе ценности, – усмехается он и снова затягивается. – Лучше пахнуть дорогими сигаретами, чем твоими дешёвыми духами.

Дешёвка, нищая, неуклюжая… как ещё он посмеет меня обозвать? Он такой же, как все богатенькие – высокомерный, самоуверенный и бессердечный. И я не собираюсь это терпеть. Хватит.

– Отпусти, и я уйду, – стараюсь, чтобы мой голос звучал спокойно, но под конец всё же прорываются нотки сарказма. – Не буду мозолить глаза своей бедностью.

Он смеётся, уткнувшись мне в волосы. Его огромная рука с зажатой между пальцами сигаретой приближается к моему лицу.

– На, попробуй хороший табак. Вряд ли ты когда-нибудь сможешь себе его позволить.

Я резко отворачиваюсь.

– Не курю. И в подачках не нуждаюсь.

– В подачках ты как раз нуждаешься. Не строй из себя недотрогу. Или ты себе так цену набиваешь?

– Иди ты!

Я дёргаюсь в попытке освободиться – безрезультатно.

Он вставляет сигарету себе в рот. Разворачивает меня одним резким движением.

Я оказываюсь прижатой к стене спиной. Одна его рука упирается в стену сбоку от моего лица. Другая скользит по талии.

– Забавно, как быстро ты перешла на ты, – говорит он одной стороной рта. В другой зажата сигарета.

Я открываю рот, но слова застревают. Хмурюсь, пытаясь понять по его лицу, что он имеет в виду. Но вижу только усмешку и смеющиеся глаза.

– Ноги раздвинешь так же быстро?

Его брови приподнимаются.

Кое-как протискиваю руки между нами – такая преграда лучше, чем никакая.

– Отпусти!

Под кончиками пальцев спокойно и размеренно стучит его сердце. А моё бьётся в бешеном ритме.

– Эта игра становится скучной. – Он прижимает меня так, что дыхание спирает. Или это от сигаретного дыма? – Закончила ломаться? Пора поиграть в более взрослые игры. В моей спальне.

– Нет.

Рука, только что прижимавшая меня, тянется к сигарете. Он стряхивает пепел на ковёр, вдавливает окурок в стену, расплющивая его. На щеках ходят желваки. В его глазах мелькает злость, но не на меня. На сигареты? На стены? На этот дом? А потом он снова натягивает маску цинизма на лицо.

А я ловлю себя на том, что чувствую пустоту. Странную нехватку тепла там, где он только что касался меня.

Так быть не должно. Это точно ненормальная реакция. Нужно бежать.

Я толкаю его в грудь. Но мне не удаётся сдвинуть его даже на миллиметр.

– Мне не отказывают, если ты не поняла, – он изгибает бровь.

– Я отказываю, – уверенно заявляю, но голос предательски подрагивает. – Я не буду спать с человеком, которого не люблю.

Он усмехается. А потом смеётся, запрокинув голову. Искренне хохочет.

Низкий хриплый смех вызывает волну мурашек на моей коже. Внизу живота ворочается странное ощущение тепла. Внутри всё дрожит в такт его смеху. Странно приятно. И неправильно.

Я не должна так реагировать на такой мусор, как он.

Нужно придумать, как выбраться из его объятий. Ничем хорошим это не закончится.

– Любовь… – выдавливает он сквозь смех. – Давно не слышал этого бреда. Ты забавная.

Он поддевает указательным пальцем локон моих волос. Наматывает и трёт волосы между пальцев. Подносит прядь волос к своему носу. Замирает на секунду.

В его глазах мелькает насмешка, но тут же сменяется злостью.

– Кто ты такая?

Я хмурюсь, а слова застревают в горле. Но он и не ждёт ответа.

– Слишком смелая, чтобы перечить мне. Посмотрим, насколько хватит твоей гордости.