Я натирал кружку в ожидании твоего прихода. Ты всегда приходила после самого запарного времени, словно боясь всей этой толпы и толкучки в кофейне. Иногда я словно чувствовал то, как ты подходишь к нужной улице. Вот уже перешла дорогу, сразу мысленно выбирая напиток, который хочешь взять сегодня.
Сейчас ты вытираешь свои ботиночки, цвета шоколада о коврик перед массивной дверью, которую давно стоило поменять на стеклянную. Я продолжал смотреть на дверь. А вдруг ты сегодня не придёшь? А вдруг ты вообще больше никогда не зайдешь в мою кофейню?
Интересно. Где ты работаешь? Чем занимаешься после? Есть ли у тебя хобби?
Дверь бесшумно открылась. Я смотрел на тебя. Что-же ты видишь в этот момент? Ты слышишь, как сильно начало биться моё сердце, а дыхание участилось? Нужно отвести взгляд или улыбнуться. Я улыбнулся.
Ты стояла на пороге в своем сером пальто, сбивая с плеч мелкие капли осеннего дождя, поспешно закрывая зонт, пару раз ударив его кончиком об пол. Раз, два. И повесить на вешалку. Всё как обычно.
Кофейня «Твой заказ» была моим миром. Её открыл мой отец двадцать лет назад, и с тех пор запах свежемолотого кофе стал моим первым воспоминанием о доме. После его ухода эти стены стали моей кожей, а старый эспрессо-аппарат – продолжением рук. Я знал каждую трещину на паркете, каждый след от чашки на деревянной стойке. И вот уже три месяца ты была самым прекрасным и загадочным элементом этого мира. Моего мира.
Ты подошла к стойке, не поднимая глаз.
– Латте с кокосом, пожалуйста. С собой, – сказала ты, и твой голос был тише шелеста падающих листьев за окном. Хотел бы я услышать своё имя твоим голосом. Хоть раз. Потом можно и умереть спокойно. Большего просить не буду.
– Почти сделано! – проговорил я явно с излишним энтузиазмом. Идиот.
Я кивнул и повернулся к машине. Мои руки сами знали, что делать, но сегодня они работали с особым тщанием. Я чувствовал твой взгляд на своей спине. Ты всегда так делала – наблюдала за процессом, словно пыталась разгадать какой-то секрет. Когда я повернулся, чтобы передать тебе стаканчик с идеальным тюльпаном на пенке, наши пальцы едва не соприкоснулись.
Я почувствовал исходящее от тебя тепло. Если бы ты приходила в час пик, видела бы, что я больше никому не передавал стакан из рук в руки, просто ставил на стойку. Ты оплатила заказ, кинув тихое “Спасибо”, и вот тогда случилось чудо. Вместо того чтобы сразу уйти, ты подняла на меня глаза. В них было что-то новое – не просто вежливость, а настоящий интерес.
– Вы знаете, я давно хотела спросить...
Мое сердце сделало сальто. Что ты спросишь? Может… Что я делаю после закрытия? Есть ли у меня девушка? Как меня зовут? Что за бред, конечно ты знаешь, как меня зовую. Этот чертов бейджик никогда не снимался с фартука. Ты улыбнулась.
– У вас лучший латте в городе… – пошла с козырей. Подхалимка. Ну давай уже, что ты хочешь спросить.
– Меня зовут Клер, – сказала ты неожиданно. – А то я хожу сюда три месяца, а мы даже не познакомились.
– Норман, – ответил я, чувствуя, как что-то щелкает внутри. Мне протянуть руку? Господи, конечно нет. Если я пожму ей руку сейчас, это будет странно – Норман. Рад знакомству.
– Да, так написано на вашем бейджике – ты усмехнулась, а я почувствовал, как кровь отливает от лица. Что за бред я несу.
Ты достала телефон, и твои пальцы заплясали по экрану. Хочу быть твоим телефоном. Что? Фу, Норман. Веди себя как мужчина!?
– Я часто опаздываю на работу, а без вашего кофе проснуться до конца не могу… – Давай я буду готовить тебе кофе, пока ты спишь! Нееееет. Держи себя в руках. Просто дослушай, Норман.
– Можете дать свой номер? Я бы отправляла вам свой заказ заранее. – Мои пальцы нервно постукивали по стопке салфеток под стойкой. Посмотрел на тебя, на твои пальцы, сжимающие телефон, на твои губы, подрагивающие от смущения. И понял, что готов на любую глупость, лишь бы этот момент не заканчивался.
– Конечно, – я взял твой телефон и ввел свой номер в новый контакт. – Пишите в любое время.
Ты посмотрела на экран, потом снова на меня. Твоя улыбка стала еще шире.
– Спасибо, Норман. До завтра. – Да! Это ёбаная победа! Она сказала моё имя? Что, я сказал, что мне больше ничего не нужно? Хрена лысого. Теперь я хочу больше!
Внутри я пищал от радости, как маленькая девочка, но снаружи держал снисходительную улыбку ангела.
– Нет проблем, удачного дня! – я помахал рукой, смотря тебе в спину.
Когда ты ушла, я еще долго стоял, глядя на дверь. Воздух в кофейне все еще пах твоими духами – бергамотом и чем-то неуловимо сладким. Я сделал глубокий вдох и шумно выдохнул.
Теперь остается ждать. Но ждать пришлось не долго. Телефон почти сразу завибрировал. От этого звука в моей груди словно образовалась дыра.
«Норман, это Клер. Спасибо за кофе и за понимание. До завтра :)»
Я почувствовал, как мои пальцы невольно сжимают телефон. Он казался невесомым, как бабочка, которая вот-вот упорхнёт. Но я крепко сжимал его, чувствуя, как пульсирует кровь в пальцах. Маленькая пиксельная улыбка в конце твоего сообщения словно ожила и заплясала перед глазами. Ты написала. Действительно написала. И этот смайлик… он был не просто проявлением вежливости, а скорее тайным, волнующим обещанием.
«Жду», – напечатал я в ответ, но тут же почувствовал укол сожаления. Слишком резко, слишком сухо. Нужно было добавить искру, капельку тепла.
«С нетерпением жду вашего заказа», – добавил я вторым сообщением, с облегчением выдохнув. Так гораздо лучше.
И в этот момент меня накрыла волна такой безудержной мальчишеской радости, что я не мог усидеть на месте. Энергия била ключом. Я забыв о приличиях, сделал то, чего не позволял себе с самого детства: развернулся на месте в настоящем пируэте, широко раскинув руки.
Утренняя толпа в «Твоем заказе», на следующий день, была как приливная волна – шумная, неумолимая и слегка сметающая все на своем пути. Я работал на автомате: улыбался, кивал, принимал платежи, и мои руки сами создавали латте, капучино и рафы, пока голова была занята одним-единственным вопросом. Придешь ли ты сегодня?
После вчерашнего дурацкого пируэта я чувствовал себя одновременно и дуралейским героем ромкома, и застенчивой главной героиней. Давай, Норман. Яйца в кулак! Ты серьезный и взрослый мужчина. Тебе 25 и ты должен быть холодным и загадочным. Такие девчонкам заходят?
Когда последний клиент с радостным вздохом унес свой капучино, в кофейне наступила хрупкая тишина, нарушаемая лишь шипением паромашины. И в этой тишине прозвучал спасительный звук. Сообщение.
«Доброе утро. Мой обычный, пожалуйста.» - Да. Ты сегодня придешь. Я тут-же взглянул в зеркало, которое было так тяжело установить в маленькой кофейне. Ведь все посетители хотят фоткать себя с кружкой кофе в полный рост. Ладно.
Сегодня я выглядел на все сто! Пусть и немного измотан утренним потоком. Голубые глаза горят от предвкушения. Волосы собраны на затылке в идеальный пучок. Даже слишком идеальный… Аккуратно вытащил несколько светлых прядок, улыбаясь своему отражению. Так-то лучше!
Выдох облегчения, который я неосознанно задерживал, вырвался из моей груди. Но тон был сдержанным, даже более формальным, чем вчера. Никаких смайликов. Никаких намеков на вчерашнюю насмешку.
«Конечно, уже готовлю. Жду вас.» – ответил я, стараясь соответствовать ее тону, но внутри все пело. Ты придешь.
Я сделал твой латте с кокосом с особой тщательностью, вывел на пенке даже не тюльпан, а сердечко. Господи, это же прямой намёк на мои чувства! Сразу прикрыл свой позор крышкой для одноразового стаканчика. Может кофе поднимет тебе настроение? Может, ты улыбнешься?
Дверь открылась точно в то время, когда я безжалостно защелкнул крышку на стакане. Но ты была другой. Никакой спешки с зонтом, никакого сбивания капель. Ты вошла медленно, словно неся на плечах невидимый груз.
Твое лицо было бледным, глаза припухшими, хоть ты их и прятала сегодня за темными очками, будто ты плохо спала или плакала. Они смотрели куда-то, вне этого мира. Внутри меня нарастало беспокойство.
– Доброе утро, – сказал я, и мой голос прозвучал тише обычного, почти бережно.
Ты лишь кивнула в ответ, не поднимая глаз. Подошла к стойке и молча взяла стаканчик. Наши пальцы не соприкоснулись.
Что же у тебя случилось? – закричала во мне каждая клеточка. Имею ли я право задать этот вопрос? Мы – владелец кофейни и клиентка. Ничего больше. Ноль. Но нужно…. Заткнись, Норман.
– Хорошего дня, – бросила ты, уже оплатив заказ и разворачиваясь к выходу.
– Клер, подожди… – сорвалось у меня. Ты обернулась, уставившись на меня сквозь очки. Я растерялся. Салфетки.
– С…салфетки

Я протянул тебе несколько салфеток, неуклюже скомкав их в руках. Ты взяла их, сунула в карман, не глядя, и кивнула.
– Спасибо.
И ты ушла. Быстро и тихо, оставив после себя не шлейф духов, а тяжелое облако чужой печали. Весь день я был сам не в себе. Готовил кофе, улыбался клиентам, но внутри все сверлила одна мысль: что-то не так. И я ничего не могу сделать. Ничего ведь?
Ближе к пяти, когда поток клиентов иссяк, я получил новое сообщение. Ожидал увидеть заказ на завтра. Но текст был другим.
«Норман, я около твоей кофейни. Сделай мне американо. И погорячее, пожалуйста, тут холодно.»
Около кофейни? Сейчас? Это было не по правилам. Но правила сейчас летели к черту. Почему не зайдешь? Почему ты стоишь у входа? Почему я всё-ещё не поменял эту дверь на стеклянную, как нормальные владельцы кофеен?!
Я быстро приготовил крепкий американо, как раз такой, какой пьют, чтобы взбодриться или прогнать хандру. Я написал «Без проблем, готово», но со вздохом принялся печатать продолжение. «Без проблем, готово. Самый горячий кофе, и пару испачканных пальцев»
Я уставился на экран в ужасе. Что я наделал? Это же откровенный скрытый подтекст! Или это я такой грязный извращенец? Она и так не в духе, а тут я со своими глупостями!
Я уже видел, как она пишет жалобу в книгу отзывов или просто перестает приходить.
Но ответ пришел почти мгновенно.
«Ого. Бариста Норман оказывает дополнительные услуги своими ловкими пальцами?» Я не поверил своим глазам и замер в ступоре. В ее тоне сквозила не злость, а… игра? Слабый, но огонек. Нихуя себе слабый!
«Только для избранных клиентов, которые сегодня явно были не в духе. И только при особых погодных условиях. Сегодня, например, выглядишь так, будто тебя нужно согреть.» – рискнул я.
Пауза. Потом:
«А что, предлагаешь? Кроме горячего кофе»
Кровь ударила в голову. Это был уже не просто флирт. Это была откровенная провокация. Наша переписка, которая еще утром была “в меру”, вдруг накалилась до предела.
«Для поднятия настроения и согрева в холодную погоду?»
«Да – ответила ты почти сразу. – Интересно.Эти ручки могут только кофе готовить?»
Машинально, совершенно не думая, написал ответ:
«Специалист высшей категории по разным делам руками. Но в последнее время практикуюсь исключительно на себе» – Что я ,блять, несу?
Сердце колотилось где-то в горле. Я ждал, что она наконец поставит меня на место или просто перестанет отвечать. Но вместо этого пришло ещё одно сообщение.
«И как успехи... в самостоятельной практике? Не заскучали без... живого материала для отработки навыков?»
Мир сузился до светящегося экрана. Я почувствовал легкое напряжение там, где не должен был чувствовать его сейчас. Или должен? Да точно должен! Ты меня совращаешь?
Моя фантазия, обычно робкая и несмелая, тут же нарисовала яркую, детальную картину. Как мои руки скользят по её волосам, едва касаясь шеи. Как они спускаются всё ниже…
Я ответил, пальцы дрожали так, что я трижды стирал написанное:
«Успехи так себе. Но со стороны всегда виднее»