Твоя жена тебе не пара

Часть 1

Марианна открыла мне сразу. Как будто только и делала, что ждала моего визита. А я тянула с ним, намеренно откладывая тот момент, когда передо мною предстанет любовница моего мужа. Когда я начну вести с нею беседу, хотя единственное, чего мне хотелось, увидев её улыбающуюся физиономию, - вцепиться в неё и располосовать до неузнаваемости.

- Я знала, что ты появишься, - проговорила Марианна, Мари, как её называл мой муж Кирилл, после чего развернулась и направилась внутрь квартиры.

В прошлый раз, когда я поймала Кира на горяченьком, он снимал своей распрекрасной Марианне гораздо более скромные апартаменты. Да и денег у нас тогда было не так чтобы очень много. Это за последние пару лет Михайлов стал зарабатывать в разы больше, сменив опостылевшее место, на котором трудился с тех пор, как окончил институт, на более перспективное.

- Чаю не предлагаю, разговор вряд ли растянется надолго, - проговорила Мари.

За эти два года, что мы не виделись, она похорошела и расцвела ещё больше. Из двадцатилетней девчонки, которая смотрела на мир и Кирилла чистыми голубыми глазищами, она превратилась в настоящую красавицу. Разве что сделала это не без помощи хирургов и уколов красоты. Не пренебрегала ни филлерами, ни надутыми губами, правда, стоило признаться самой себе, всё было сделано без перебора и только украсило Марианну, убрав те крохотные недостатки, что имелись в её внешности до косметологических вмешательств.

- Ты же в курсе, что у Кирилла маленькая дочь? - начала я, войдя следом за Марианной на кухню.

Это было уютное помещение, с кучей навороченной техники. Я так и представляла, как Мари готовит здесь ужин, чтобы наскоро попотчевать им Кирилла, приезжающего к ней после работы. А потом они идут в спальню. Наверняка здесь есть комната с настоящим сексодромом, на котором можно лежать хоть вдоль, хоть поперёк. И не только лежать…

- Я в курсе, конечно, - кивнула Марианна. - И если, точнее когда, Кир ко мне уйдёт, я не буду против того, чтобы он с нею виделся. Пока не хочу детей, так что можешь не волноваться - в жизни Алисы он принимать участие будет.

Она говорила о таких серьёзных вещах совершенно спокойным размеренным тоном. Вонзала в моё сердце тысячи и тысячи игл, и, как мне казалось, отдавала себе отчёт в том, что делает мне непомерно больно. Наслаждалась ли при этом Мари? Я не знала. Но предполагала, что долю садистического удовольствия она всё же испытывает. Просто невозможно его не ощущать, когда напротив стоит тридцатилетняя несчастная жена, немного расплывшаяся после беременности и родов, а ты, такая стройная, как статуэтка, красивая, словно фарфоровая куколка, вещаешь ей о том, что вскоре её муж от неё уйдёт.

- Мой муж собирается жить с тобой? - задала я вопрос, отчаянно ругая себя за то, как жалко при этом прозвучал голос.

- Собирается, - пожала она плечами. - И я думала, ты знаешь. Иначе бы тебя здесь не было.

Она легко и грациозно опустилась на стул и сложила длинные ноги в щиколотках, вытянув их перед собою. Я могла бы сейчас устроить этой стерве разнос. Вцепиться в её блондинистые локоны, чуть подвитые на концах, выдрать пару клоков… Но это ничего бы не решило. Напротив, оттолкнуло бы Кира ещё сильнее.

Нет, муж вовсе не бегал от меня, как от прокажённой. Он знал, что я в курсе его второй измены, его повторных отношений с Марианной. Михайлов полностью выполнял свои обязательства, касающиеся дочери, но между нами, как между мужем и женой, была огромная пропасть. Она появилась далеко не сразу, влюбился муж в Мари не тотчас, как они встретились вновь… Кстати, а как это случилось?

- Почему вы с ним сошлись опять? - спросила я, решив, что мне станет легче, если буду знать обо всём подробнее.

- Это стечение обстоятельств. Пересеклись у общих знакомых, даже не знали, что так получится.

Она снова пожала точёными плечиками. Я невольно засмотрелась на то, как двигается и ведёт себя Марианна. Словно каждый её жест и каждый взгляд были доведёнными до совершенства. Но это не выглядело наигранно. Напротив, всё было очень органичным и настоящим. Не зря Кирилл, увидев Мари снова, на неё повёлся.

- Мой муж говорил тебе о чувствах? - решила я добить саму себя, раз уж всё и так зашло дальше некуда.

Я спрашивала об этом не просто так. Помнила первый поход Кирилла налево. Да, тогда у нас были определённые трудности в отношениях, которые и привели к тому, что Михайлов увлёкся этой молоденькой девчонкой, но сейчас ведь всё было иначе. Мы много работали над тем, чтобы наша семья лишь крепла с каждым днём, а вышло вон как… Он не просто сошёлся с Марианной… Он наверняка в неё начал влюбляться. Я это ощущала всем своим нутром.

- Зачем ты об этом спрашиваешь? - ответила вопросом на вопрос Мари.

Щёки её при этом заалели, и я поняла: попала точно в цель.

- Нет, я правда не понимаю. Это ведь, должно быть, очень больно… - задумчиво проговорила Марианна.

- Очень больно, когда два месяца назад ты рожаешь мужу дочь, а вскоре оказывается, что он ложится в постель с другой? - хмыкнула я, не сдержавшись. - Да, поверь мне, приятного в этом мало.

- Так зачем ты занимаешься этим эмоциональным онанизмом? Или тебе будет легче, если я скажу, что буквально вчера вечером Кирилл отвёл меня в ресторан, где признался в любви? А потом сказал, что если его чувства взаимны, он сделает всё, чтобы развестись с тобой как можно скорее и жениться на мне?

Фыркнув, Мари закатила глаза. Это тоже выглядело органичным и даже красивым. Или может, всё дело в том, что я невольно ищу и нахожу подтверждение тому, что Кирилл уходит от меня не просто так, а у его поступка есть веские основания? Разница в возрасте, причём приличная? Да, она имелась, но играла, скорее, не на моей стороне, а против. То, что Марианна в рот ему наверняка смотрела и выполняла все прихоти, особенно постельные? Наверняка и в этом не ошибусь, если предположу, что именно так всё и обстоит. Я ведь знала, что Кирилл очень охоч до секса. А в последние полгода с этим у нас были конкретные такие проблемы. Сохранение, поздние месяцы беременности, довольно непростые роды… Да я даже сейчас, когда прошло довольно много времени после рождения Алиски, не могла и помыслить об интиме.

Часть 2

На следующий день, возвращаясь после прогулки с Алиской, подходя к дверям в подъезд, я первым делом увидела нашу машину, припаркованную у дома. Обычно в это время Кир был на работе, и что сейчас делал в нашей квартире, воспользовавшись моим с дочкой отсутствием, оставалось только гадать. Но я очень надеялась, что если муж и заехал за оставшимися вещами, то сделал это без своей Марианны.

Добравшись до входной двери, я поняла, что у меня сердце не на месте - так сильно оно колотилось. Когда же вошла в прихожую, тут же нашла глазами обувь Кира. Пара кроссовок в гордом одиночестве. Фух.

Сам муж обнаружился в нашей спальне, из которой вышел и тут же принялся помогать мне с коляской. Завёз её вглубь квартиры, вынул из неё Алиску, которую устроил на сгибе локтя.

- Что ты здесь делаешь? - потребовала я ответа безо всяких приветствий.

Михайлов пожал плечами.

- Вернулся домой, - ответил он, как ни в чём не бывало.

Я посмотрела, куда он указывает рукой. Ага, всё ясно. Притащил обратно шмотки, сумка из-под которых и валялась в углу прихожей. Это разозлило, но вновь паковать барахло Кирилла, выставлять его прочь, а потом менять замки было такой себе идеей. Зато в голову пришла другая, которая мне ну очень понравилась.

- Это ненадолго, - пообещала я Кириллу. - Но пока ты здесь, посиди с дочерью. Мне нужно отлучиться на какое-то время.

Брови мужа приподнялись. За два месяца с момента родов я отходила от Алиски дай бог на полчаса, которые тратила на то, чтобы понежиться в ванне.

- На какое время? - не без опаски в голосе уточнил Кирилл.

Я пожала плечами и, прихватив с собой зонтик, потому что собирался дождь, ответила:

- А что такое? Ты боишься не справиться, папаша?

- А ты берёшь меня на понт? - переложив Алиску удобнее, поинтересовался Михайлов.

- Так всё же справишься и посидишь, - без тени вопроса в словах, сказала я. - Отлично. Не забудь её поскорее переодеть, чтобы у дочери не было теплового удара, - напутствовала я мужа, после чего вышла из квартиры.

На сердце моём было тяжело, но я решительно направилась, сама не зная, куда, чтобы не дать слабину и не вернуться обратно. В морозилке были запасы молока, которые я сделала, расцеживаясь постоянно. На всякий случай, если мне придётся, например, пить антибиотики и ненадолго прекращать грудное вскармливание, были куплены бутылочки в достаточном количестве. Подгузники Алиске Кир менять умел, так что проблем с тем, чтобы он посидел с дочерью, а я могла пару-тройку часов посвятить себе, ни у меня, ни у Михайлова возникнуть было не должно. Но знала бы я, чем завершится этот день…

Идея позвать Лерку, чтобы составить план ближайших действий, пришла мне минут через десять бесцельного блуждания по парку. Подруга, разумеется, как и всегда, заявив, что одна голова хорошо, а две - это практически женский совет, против которого не устоит ни один мужик, предложила встретиться в кафе.

С неба уже начал накрапывать противный мелкий дождик, поэтому приглашение посидеть в тепле, выпить что-нибудь вроде молочного коктейля и поболтать с пользой для дела, я восприняла с радостью.

- Итак! Всё по порядку! Срочно рассказывай! - велела мне Парамонова, которая разве что не припрыгивала от нетерпения на месте.

Пока мы ждали заказ, я поведала ей и о явлении мужа, и о том, что оставила с ним Алиску. Когда говорила об этом, в сердце кольнуло тревогой, потому я спешно переключилась на ту тему, которая совсем недавно казалась мне несбыточной. Развод. И стоило только Лерке закивать одобрительно, как раздался звонок от Михайлова.

Я с огромным трудом удержалась от того, чтобы не схватить телефон и не ответить на входящий вызов. Когда же прошло несколько секунд, подошла и тут же услышала на фоне надрывный крик дочери.

- Алиса голодна! - безо всяких предисловий заявил Михайлов, процедив эти слова в трубку.

- И что? Ты не сможешь её накормить? - поинтересовалась я.

- У меня ещё сисек не отросло, если ты не заметила! - рявкнул муж. - Тише-тише, сейчас мама придёт, - проговорил он следом, обращаясь к дочери, которая, судя по её крикам, вопила уже не первую минуту.

- Мама не придёт, - отрезала я, начиная злиться. - У мамы важные дела. А сиськи у тебя даже если и отрастут, можешь радовать ими Мари, но никак не Алису! Потому что в морозилке есть молоко, а в кухонном ящике бутылочки. Один раз дочь поест так, в этом нет ничего страшного.

Мне показалось, что в тишине, которая послышалась в ответ, было столько угрозы, что в любой другой ситуации я бы даже испугалась. Но не сейчас. Потому что не сделала ничего из того, за что могла бы испытывать хоть каплю вины, чёрт бы всё побрал!

- Хорошо, - ответил после паузы Михайлов и отключил связь.

А я, отложив телефон и чувствуя себя не в своей тарелке, проговорила, глядя на Лерку:

- Давай делами займёмся, чтобы я отвлеклась и мы с тобой встретились не без пользы, - попросила Парамонову.

Она кивнула и, открыв на мобильном каталог адвокатов, начала зачитывать вслух краткие резюме.

Вернулась я домой через два часа, справедливо посудив, что с одинарным кормлением Михайлов уж точно справится, а когда будет выставлен мною за дверь, я уже продолжу ухаживать за дочерью в привычном нам обеим режиме.

Как только вошла в квартиру, сразу поняла, что в ней есть кто-то посторонний. И, судя по разношенной женской обуви, что стояла в прихожей, это была, слава всем святым, не Марианна. Потому что в противном случае я даже не стану смеяться над её отвратительным вкусом, позволяющим надевать настолько растоптанные шлёпанцы, а просто выволоку за порог за волосы.

- Ещё можно пустышечку давать. А если не берёт, так мёдом смазать, - услышала я жуткие вещи, когда разулась и прошествовала в детскую.

Рядом с кроваткой, в которой мирно спала Алиска, стояли Кирилл и какая-то незнакомая мне женщина. А в самой квартире отчего-то пахло жжённым пластиком.

Часть 3

Вчера к Марианне он не пошёл. Переночевал у друга, потому что знал одно: если появится у Мари на пороге, это будет обозначать, что он окончательно сделал свой выбор.

Какое-то время, когда Аня выставила его вон, Кирилл чувствовал себя обиженным великовозрастным ребёнком. Это было неправильно, и Кир это понимал, но ничего не мог с собою поделать. У них с женой всё было прекрасно, но лишь до момента, когда беременность не стала Ане настолько в тягость, что её уже не хватало ни на что. Не говоря уже про секс, отсутствие которого Михайлов воспринимал очень остро.

Были и разговоры, точнее, его намёки. Были и попытки удовлетворяться без жены, в гордом одиночестве, однако совсем скоро у Кирилла, как у собаки Павлова, на подобное осталась лишь одна реакция - словно его регулярно били током. А так и до импотенции было недалеко.

Встречу с Марианной у общих знакомых Кир воспринял как знак свыше. Первое время ещё совесть не позволяла окунуться в любовный угар, но когда тормоза сорвало, Михайлов, наконец, пришёл к тому, чего так долго желал. Тогда уже и мыслишки появились: а правильно ли они с женой поступили, когда прошли через его измену, что тоже не появилась на ровном месте, а имела чёткие причины? Он думал об этом, а изнутри его снедали угрызения совести: как можно жалеть о сделанном, если результатом этого примирения стала их Алиска, в которой он души не чаял?

И вот сейчас он снова был изгнан Аней, на этот раз, видимо, навсегда. Конечно, он останется отцом их дочери, но о том, чтобы спасти их трещащий по всем швам брак, пожалуй, можно забыть.

Кир, немного пораздумав, всё же отправился к Мари, собираясь сказать ей, что с этих пор они будут жить вместе. Он хотел посмотреть на реакцию молодой любовницы на эту новость. Ведь одно дело встречаться в свободном режиме, а другое - быть бок о бок и вести совместный быт.

Когда вошёл в квартиру, открыв дверь своим ключом, первое, что увидел - грязный след от мужского ботинка в прихожей. В последний раз, когда он здесь был, возле входной двери было чисто, а оставить его сам Кир не мог. В том, что касалось чистоты, он был весьма педантичным.

Пока разувался, в голове зароились воспоминания о том, как они с Мари встретились у приятелей. Она тогда была в компании странного мужика, который был старше неё чуть ли не раза в три. Но на все вопросы о нём Марианна отвечала, что это просто друг. До сего момента в личное пространство любовницы Михайлов не лез. Но если они будут вместе не только делить постель, но и жизнь, такие вопросы придётся брать на контроль.

- О! Кирюша! - не скрывая удивления, воскликнула Мари, когда он вошёл в комнату без стука.

Раз уж велика вероятность того, что они будут теперь жить на одной площади, пусть привыкает.

- Маш… я же просил не дымить здесь кальяном… - проговорил он, глядя на то, как Марианна встаёт с дивана, на котором сидела, курила ароматный табак и что-то смотрела в ноутбуке.

- А я - просила не называть меня Машей, - парировала она.

Быстро убрала всё, отнесла на кухню раскалённые угли и вернулась.

Когда он снимал для Марианны эту квартиру, особенным условием со стороны арендодателей было отсутствие курящих людей в помещении. И Кирилл клялся и божился им, что ни шумных вечеринок, ни каких-либо нарушений договора по части «дымовых завес» здесь не будет.

- Он не остаётся в виде запаха, - заверила его Мари, подходя и начиная ластиться к нему, как кошечка.

Михайлов, прижав её к себе одной рукой, всё равно строго проговорил:

- И тем не менее, я не разрешаю здесь дымить…

- Но они приедут проверять квартиру совсем нескоро! - запротестовала Мари.

- Я не разрешаю. Я! Услышь меня, пожалуйста.

Возможно, сказано это было довольно строго, но Марианне, на удивление, это понравилось. Нравилось и Киру, особенно когда Мари об него потёрлась. Однако, возбуждение, которое любовница вызвала, исчезло, стоило только ей сказать:

- Слушаюсь, папочка.

Михайлов поморщился и, высвободившись из объятий Марианны, отошёл к дивану. Устроился на нём, мельком взглянул на экран ноутбука. Опять какие-то аниме или как там это называется…

- Не нужно так ко мне обращаться, ты же знаешь, - сказал Кир и прежде, чем Мари бы ответила, добавил: - Как ты посмотришь на то, чтобы мы съехались? Я уйду от жены и перееду сюда. Придётся тебе, конечно, потесниться… но вроде ты была не против, чтобы я оставался здесь ночевать. А я предлагаю не только ночёвки, но и совместную жизнь.

Он растянул губы в улыбке, но она очень быстро померкла, когда Кирилл увидел по реакции Марианны: она совсем не рада тому, что услышала.

Даже показалось, что на лице Мари мелькнуло что-то вроде испуга. Интересно даже стало, чего она опасалась? Совместного быта, или того, что её свободная жизнь завершится? Но ведь Марианна должна была понимать, когда они вместе искали эту квартиру и она настаивала на том, что апартаменты должны быть недешёвыми, - в бирюльки он играть не будет и рано или поздно сделает свой выбор. Тем более, что жена обо всём узнала довольно быстро, чему сейчас, по факту, он был только рад.

- Что там за грязь от мужского ботинка в прихожей? - прежде, чем Мари бы ответила, спросил Кир приглушённо.

Она облизнула пересохшие губы и, подойдя к нему, опустилась на пол, обняв его ноги и прижавшись к ним щекой.

- Папочка ревнует, - промурлыкала Марианна.

Кирилл сцепил челюсти.

- Не смей меня так называть! - рявкнул он. - Что там за след? - поинтересовался, ощутимо потянув за волосы на затылке Мари, чтобы она повернула лицо к нему.

- Ай! - возмутилась она, но всё же посмотрела на Михайлова.

В глазах Мари расползлась чернота. Что было причиной этому? Кирилл не знал. Но казалось, что во взгляде и страсть, и испуг, и возбуждение сразу. Этот коктейль сводил с ума и одновременно сбивал с толку.

- У меня был сантехник. В ванной труба текла. Я не стала тебя отвлекать, - чуть обиженно проговорила Марианна. - А курить я больше не буду.

Часть 4

- О! И куда мы сложим твои вещи? - словно бы ужаснулась Марианна, стоило только Киру внести пожитки в квартиру.

- В смысле - куда? Шкафов же куча.

- Так я распределила по ним то, что привезла с собой… - пролепетала Мари. - Ладно, я что-нибудь придумаю.

Она шагнула к нему и, поластившись, взглянула в лицо Михайлова. Темы приезда его матери не касалась, умная девочка, но Кир, несмотря на то, что вымотался и устал, всё же спросил:

- Сколько она тебе предлагала?

Обняв его крепче, Марианна пожала плечами.

- Я не уточняла. Не знаю… Может там мне даже бы на новый телефон не хватило, - хихикнула она, давая понять, что это шутка.

Кирилл немного напрягся. Новый телефон? Не зря о нём заговорила Марианна. Он уже знал этот ход, который она проворачивала, когда ей было что-то нужно.

- Это не тот, что стоит порядка ста пятидесяти косарей? - уточнил он.

- Угу, мур-мур, - кивнула Мари и потёрлась о его грудь щекой.

Михайлов вздохнул. Получал он теперь, конечно, гораздо больше, чем на предыдущем месте, но эти шикарные апартаменты сжирали много средств. И одно дело, когда он просто вкладывался в текущие расходы семьи, и совсем другое - давать на содержание ребёнка фиксированную сумму. Конечно, он не станет снабжать крохами Аню и Алису и у него появится ещё одна внушительная дыра в бюджете.

- Потом обсудим, - сказал он, взяв Мари за подбородок и приподняв её лицо.

В глазах Марианны лишь на мгновение мелькнуло разочарование, но она очень быстро с ним справилась.

- Порадуешь меня ужином? - спросил он.

Мари кивнула.

- Идём, как раз суши привезли не так давно, - ответила ему.

И теперь уже настала очередь Кирилла сдерживаться, чтобы не скривиться. Японская кухня, которую обожала Марианна, уже достала его до печёнок…

***

Мама и Лера, видимо, решили, что должны быть рядом со мной едва ли не двадцать четыре на семь. И хоть я в этом так отчаянно не нуждалась, была благодарна им за то, что они, позабыв о своих делах, постоянно крутятся возле меня.

С того момента, когда Светлана Петровна увезла вещи Кирилла, миновало два дня. Первое время смотреть на опустевшие полки шкафа было невыносимо трудно. Каждый раз, когда натыкалась взглядом на то место, где, например, лежали запонки мужа, или висела его рубашка, в груди появлялось щемящее чувство непередаваемой потери.

Но мне нужно было с этим свыкаться, потому что больше Кир ко мне не вернётся, что бы ни происходило в будущем.

- Вот! - заявила Лерка с порога, вручая мне пластиковую карточку. - До твоего дня рождения ещё долго, но подарок, считай, я тебе уже сделала.

Это был абонемент в спортивный клуб, куда я и сама подумывала записаться, но всё оттягивала момент и уговаривала себя, что после родов прошло не так много времени.

- Намекаешь, что мне прямо уже очень пора? - хмуро спросила у подруги.

- Нюр, ну ты что? У тебя отличная фигура! - фыркнула Лера и добавила, ткнув в карточку: - Она на год со свободным посещением.

Лерка взглянула на часы, что-то прикинула в мыслях и ошарашила:

- Смогу посидеть с Алиской часа три, а ты собирайся и дуй в спортзал. Кстати, учёные выяснили, что во время физической активности выделяется столько же эндорфинов, сколько во время поедания шоколада. Или даже больше… неважно! В общем, я мыть руки, а ты гоу собираться.

Она умчалась в ванную, я же направилась на кухню, где как раз сидела мама и смотрела телевизор. Рядом в люльке вовсю дрыхла Алиска.

- Лера пришла, - сообщила я матери, ответив на её молчаливый вопросительный взгляд. - Принесла мне абонемент в спортзал.

- О, вот как? Это отличные новости, - ответила мама и спрятала улыбку.

Так-так… похоже, они сговорились.

- Тёть Вер, и вы здесь? - притворно удивилась подруга, входя на кухню следом за мной. - А я как раз Нюрику говорю - посижу с Алиской, а она пусть идёт спортом заниматься. А вдвоём с вами мы вообще управимся! - преувеличенно бодро заявила Валерия.

Мама тут же закивала:

- Конечно, конечно. Иди, Анют. Мы с Лерочкой и малышку покормим, и чаю выпьем, и сериальчик посмотрим…

Я вскинула руки вверх, одновременно сдаваясь и говоря этим жестом: стоп, хватит! Я всё поняла!

- Хорошо! Но я максимум часа на полтора, - заявила заговорщицам, на что они переглянулись и, уже не скрываясь, удовлетворённо улыбнулись.

Спорт сделал из меня практически живой полутруп… В физическом смысле. В моральном же, напротив, я почувствовала, как и говорила подруга, такой прилив эндорфинов и лёгкости, какого не ощущала уже очень давно.

- Ань! - окликнул меня Кирилл, когда я подходила к дому со спортивной сумкой через плечо.

Оказалось, что с костюмом для занятий у меня всё не очень хорошо, следовало отправиться в магазин и прикупить себе новую одежду для спорта. А эту оставить на тот случай, когда скину хотя бы размер.

Обернувшись к Михайлову, я приподняла брови. Муж был растерян и рассержен, что читалось на его лице невооружённым взором.

- Привет, - поздоровалась я.

- Привет, - буркнул в ответ Кир. - А ты где была?

Я даже чуть не присела от такого вопроса, да ещё и заданного раздражённым тоном.

- Это не твоё дело, - отрезала в ответ.

- Моё, если в этот момент меня к моему же собственному ребёнку не пускают две женщины, на которых ты скинула Алиску!

Ах, я скинула Алиску! Ну, держись, Михайлов!

- Уж извини, но твоя супер-медовая няня сегодня была занята, так что пришлось вместо неё доверить дочь нормальным людям! Которые не станут совать ей в рот куски сахара или чего похуже! - рявкнула я и это хоть немного сбило спесь с мужа.

Он выдохнул и сказал:

- Хотя бы вместе с тобой они меня к Алисе пустят?

Я отвернулась и поджала губы. Было даже смешно, когда представляла, как Кирилл поднялся в квартиру, в расчёте на то, что я на месте, ведь мне не оторваться от дочери, а встретил сопротивление в лице Леры и мамы.