Ты мой сон

Ты мой сон

1 глава. Второй бал

-Солия! Солия, где ты, непослушная девчонка?– резкий визгливый голос матери заставил девушку поморщится и, отложив книгу, выйти из своего укрытия.

-Я здесь, матушка,– смиренно сказала девушка.

-Почему тебя постоянно нужно ждать?– возмутилась баронесса Эклей, гневно раздувая ноздри и схватив дочь за руку, потащила ее в главный холл их городского дома, который был не настолько большим и помпезным, как бы ей хотелось. Солия закатила глаза и покорно перебирала ногами, чтобы поспеть за стремительным шагом матери. Справедливости ради, она была готова к выходу уже пол часа и присела в небольшой гостиной почитать, пока ее младшая сестра заканчивала свой туалет.

-Ты специально нас задерживаешь?– прошипела Ивони, нетерпеливо постукивая носком туфли по деревянному полу,– Хочешь, чтобы я опоздала на бал и меня представили герцогу последней.

-Тогда есть вероятность, что он тебя запомнит,– тонко улыбнулась Солия,– хотя в таком платье тебя не запомнит только склеротик.

-Зато тебя, в твоём платье не то что запомнить, заметить сложно,– ядовито ответила сестричка, расправляя пышную юбку своего розово-желто-сиреневого платья, расшитую огромными искусственными цветами.

-Солия! Прекрати паясничать мы и так из-за тебя опоздаем,– воскликнула мать,– Где накидки? Фетия!

-Уже несу, баронесса,– пропыхтела краснощекая служанка, расправляя розовую шёлковую накидку для Ивони.

Солия только глаза закатила. Спорить с матерью было бесполезно. Она уже давно назначила старшую дочь виновницей во всех бедах, потому что она похожа на отца, а тот у нее по жизни кругом виноват.

Наконец дамы были полностью готовы к выходу. Платья, прически, накидки и маленькие сумочки были на месте. Наблюдавший за сборами из кресла барон Эклей, с кислым лицом поднялся, одернул свой парадный кафтан и вывел жену и дочерей из дома, усадив в ожидающий их нанятый закрытый экипаж. Юбки жены и младшей дочери, заняли почти все пространство внутри и им с Солией пришлось ютиться у самого окна, чтобы ненароком не помять или не испортить эти произведения портняжного искусства, от которых в глазах рябило.

Солия уныло смотрела в окно, на темные улицы из освещения на которых были только фонари, проезжающих мимо экипажей и окна скромных домов, прилипших друг другу вдоль узкой улицы. Их городской дом находился далеко от той части города, где широкие, освещенные фонарями улицы, прятали за заборами большие богатые дома, где были ухоженные парки и милые торговые улочки с уютными трактирами и открытыми верандами, где день и ночь кипела жизнь и высокородные лорды и леди праздно проводили время, соря деньгами, доставшимися им от славных предков. К сожалению, барон Эклей не относился к тем счастливчикам, его предки не были ни славными воинами, ни крупными землевладельцами, его предки были королевскими ловчими. Дело почетное, но не очень прибыльное. Все чем он располагал это небольшое поместье, пожалованное монархом его прадеду за отличную службу, приносящее скромный доход и баронский титул полученный тогда же. После получения титула новоиспеченный барон отошёл от дел и стал разводить и тренировать гончих борзых, пользующихся огромной популярностью в королевстве. Это и стало основным доходом баронства Эклей. На достойную жизнь хватало, но не более. Этот факт вызывал у матери Солии бесконечное раздражение и головную боль. Она всю жизнь хотела приобщиться к тем, для кого роскошь была обыденностью и раз самой ей не посчастливилось удачно выйти замуж за представителя древнего рода, то она вознамерилась отдать за него свою дочь. Младшую. Старшая, по ее мнению не заслуживает такого счастья, ей и барон сойдёт.

Солия не возражала, она давно поняла, что это бесполезно и только нервы себе портить, хотя ее и возмущала позиция матери. Девушка была довольно миловидна и приданое у нее было приличное. Отец постарался обеспечить дочерей, не слушая стенания жены, которой приходилось экономить, по ее словам, буквально на всем. Так что Солия могла бы претендовать и на графа, если бы ее начали вывозить в свет, как положено по возрасту. Но мать приняла решение этого не делать, а ждать, когда Ивони достигнет брачного возраста и вывозить их вместе, так что Солии и баронет мог не достаться, так как она к тому времени будет считаться почти старой девой. Поэтому девушка настояла, чтобы поступить в королевскую академию учиться. Мать была, естественно против, но Солию поддержал отец и она как раз перед первым выездом на бал получила красивую грамоту с королевской печатью, об окончании академии.

-Ах, матушка я так волнуюсь, что я скажу, когда меня представят герцогу? Я наверное умру от волнения,– стенала Ивони. У нее с уст уже неделю не сходило имя герцога Сайвора, с тех пор, как прошел слух, что он будет на приеме у графа Вулия. Это вызвало ажиотаж не только в ее семье, но и по всей столице. Герцог считался фигурой легендарной и таинственной, как в принципе и все герцоги в их королевстве, которых в лицо знали немногие. Они никогда не посещали балы и прочие приемы, даже во дворце, а тут один придет на прием к графу! Естественно, после такого сообщения, вся столица на ушах стояла, а ее маменька два дня лежала в постели, обложившись нюхательными солями, когда получила приглашение на прием к графу Вулию, хотя лично с ними знакомы не были ни она, ни отец.

Отцу, как и Солии, это приглашение показалось подозрительным, но их даже слушать не стали. Маменька с Ивони, со скоростью гончих рванули по модисткам, заказывать себе роскошные наряды по последней моде. Солия ограничилась собственным гардеробом, к которому она родительницу не подпускала, и с молчаливого согласия отца, платья и прочую одежду всегда заказывала сама, исходя из собственного вкуса. Мать обижалась на нее за это, но Солия была готова терпеть вечное нытье и придирки, лишь бы не быть похожей на сдобное пирожное с кремом, которые она, к слову сказать, терпеть не могла.