Ты - Мой, Я - Твоя

ТЫ - МОЯ НАДЕЖДА

ТЫ - МОЯ НАДЕЖДА

Где ты была эти дни, где твое алиби?

Ни слова о любви более

Ведь я болен тобой уже давно, и не найти покоя...

Прости, обещаю хранить

Остатки нашего с тобой прежнего, нежного бережно… 

Об одном прошу: утешь душу грешную

Об одном молю: спой мне колыбельную

Я велю всем птицам замолчать

Лишь бы ты была со мною нежной, как и прежде

Krec “Нежность” 

СПУСТЯ 3 ГОДА ПОСЛЕ СОБЫТИЙ В РОМАНЕ “ТЫ - МОЯ НАДЕЖДА”

Руслана Баринова не зря называли королем ночной столицы. Десятки модных ресторанов, ночных клубов и баров принадлежали ему. Как глаголет песня известного недорэпера: самые лучшие тусовки проводились именно в “империи” Баринова. Неплохо для паренька из трущоб?! Из всех его прошлых незаконных дел, оставил себе только “модельное агентство”. А так, вполне его можно назвать законопослушным бизнесменом. Не, ну а чего ему от хорошей прибыли отказываться?! У него ребенок подрастает. Ее еще на ноги поднимать надо. А планов на двухлетнюю Наденьку у него масса. 

Его бизнес процветал, подрастала дочь, и он вполне был доволен своей жизнью. Кроме одной ее сферы: личной. Его жена Алиса, его идейный творческий вдохновитель по части организации самых зрелищных шоу в его заведениях, в последнее время не слишком радовала супруга. По-простому – с ней жить стало невыносимо! За тринадцать лет брака разное у них бывало: и хорошее, и плохое. Часто по вине самого Руслана. Однако вот уже третий год он – примерный семьянин. Клялся ей и божился, что больше не будет поводов для ревности. И он верен своему слову. Он уже и так прогнулся ради жены настолько, что осталось разве что пылинки с нее сдувать. Чего ей, черт ее дери, не хватает?! 

Алиса в последнее время постоянно рычит на него и тупо срывается. Скандал за скандалом. Руслан отказывался верить, что их брак держится только на огромной любви к их долгожданной дочери. Да, им не просто. Оба с характером и неуступчивые. Тем не менее, Баринов вопреки всей той дурости, что он творил в прошлом, жену свою любил. А скандалы… в какой семье их нет? Просто что-то в последнее время их стало слишком много. 

Семейный ужин четы Бариновых проходил в звенящей тишине. Каждый ковырялся в своей тарелке и не желал разговаривать. Руслан с грустью осознавал, что так больше продолжаться не может. Надо было что-то решать и разговаривать, а это означало только одно: очередного мучительного скандала не избежать. А у него, откровенно сказать, больше не было сил выносить еще одну ссору. Только вот и отмалчиваться, как часто бывало у них в прошлом – тоже не вариант. Сложно на протяжении всего брака сохранять безоблачные отношения. Только и отказываться от своей супруги у Руслана не было желания. 

– Алиса, – первым начал сложный разговор Баринов. – В чем дело? 

– Ты о чем? 

– Что с тобой происходит в последнее время?

– Я не понимаю, о чем ты, – отмахнулась жена. 

– Лисенок, не придуривайся. Я ж тебе не тупой. Я же вижу, что-то не так. Скажи, в чем претензия? 

– Ты придумываешь, – сказала жена, нервно теребя воротник своего модного дорогого платья.

А если… нет, клялись же друг другу, что больше никаких левых людей в их отношениях. Она бы так не поступила с ним. Хотя… Алиса молодая, эффектная женщина. Баринов же не слепой и все подмечает, как на ее выступлениях в клубе на его супругу мужики слюни пускают. А он… ему уже за сорок, мог и надоесть молодой супруге. 

– У тебя кто-то есть? – выдохнул на одном дыхании. В нем боролись два чувства. Желание знать правду и желание, чтобы она никогда не отвечала ему на этот вопрос. И он не мог определить, какое из них сильнее. Только вот прошли те времена, когда он убегал от проблем в семейной жизни. Если у жены появился молодой любовник… то пусть молится, потому что Баринов его найдет. Алисе ничего не сделает, а его похоронит в безымянной могиле. 

– Можно и так сказать, – ухмыльнулась Алиса и пожала плечами. 

Как ножом по сердцу. Не может быть! Он же все сделал так, как она того хотела! Алиса рвалась на сцену – он ей дал эту возможность, хотела реализовываться в карьере – пожалуйста! Алиса билась за равные партнерские отношения – Руслан ей это дал… От чего, черт возьми, снова в их браке возникает болючая тема измены?! 

– Я тебе надоел? Муж стал раздражать, да Лисенок?! – спросил прямо, в лоб. Не, ну а че? Он, конечно, был уверен в собственной неотразимости, но вот идиотизмом никогда не страдал. Да и у самого рыло в пушку перед ней. А с его стороны было бы, наверное, глупо надеяться, что жена до конца его дней будет увлечена только им. Но вот Баринов все равно надеялся. Потому что знал, каково это… жить без Алисы. Он пробовал, ему не понравилось. Будет снова драться. За нее. За них. За дочь.

– Руслан, не начинай, мы можем просто спокойно поужинать? – шикнула жена, со злостью откинув столовые приборы. Шум звона резанул по оголенным нервам, как треск их разваливающегося брака. 

– Уже не нужен, да, Лисенок? Кто он?

– Руслан, ты не знаешь, о чем говоришь, – устало ответила жена и закрыла лицо ладонями. – Не накручивай себя даром. Давай завтра обо всем поговорим. Сегодня я устала.

– Сколько? – спросил он. – У вас все серьезно? Или так… интрижка… Я просто хочу знать, сколько мне еще терпеть? 

– Перестань, Руслан, прошу тебя. 

– Дочь я тебе не отдам. Можешь даже не надеяться. И развода ты не получишь. Так что уясни одну простую вещь, Лисенок. Ты моя жена. Ею была, ею и останешься. А «красавчика» твоего я найду. И когда я это сделаю… короче, ты поняла. Я все сказал, – отрезал Руслан, со злостью бросил бумажную салфетку, встал из-за стола и уже собирался выходить из столовой, когда услышал ее тихое:

ТЫ – МОЯ ЛЮБОВЬ

ТЫ – МОЯ ЛЮБОВЬ

Я однажды проснусь,

А вокруг мир другой,

Светел, чист,

Бесконечно прекрасен.

А на троне высоком -

Царица любовь,

А на меньшее я не согласен.

Николай Носков “На меньшее я не согласен”

ЧЕРЕЗ 5 ЛЕТ ПОСЛЕ СОБЫТИЙ В РОМАНЕ “ТЫ - МОЯ ЛЮБОВЬ”

Он почуял его приближение сразу. Незнакомец еще даже не успел подойти ближе, но старая волчья натура не дремлет. Он не подал виду, просто продолжил делать свое дело. Даже не оборачиваясь, уже знал… пришли по его душу…

На берегу Тихого океана под ритмичный шум прибоя обросший немолодой мужчина усиленно обтачивал деревянные бока будущего небольшого катера. Вещь должна выйти основательная. Плавные линии корпуса уже почти готовы. Сможет разгоняться на сорок узлов и скользить по воде на любых скоростях, практически не переходя в глиссирование. Осталось отшлифовать и залакировать дерево до зеркального блеска. В планах нашпиговать кокпит катера, чтобы напоминал салон дорогого автомобиля из шестидесятых. Такие катера можно загнать не только аристократам, но и любителям водных видов спорта.

Его катера ручной работы, в которых под классическим обликом скрывалась современная начинка, давно уже стали популярными у знатоков. Его маленькая мастерская по производству морских судов разрослась. Много нельзя. Слишком опасно. Поэтому он держался в тени. Только знатоки и истинные ценители водных “красавцев” знали адрес его мастерской. Он прекрасно понимал, что его прошлая жизнь в любой момент может аукнуться. За себя никогда не боялся. Умирать не страшно. А вот за близких.. он отдал все, что у него было, чтобы дать им нормальную жизнь. И терять это не намерен…

– Еще не сдох, волчара старый?! – услышал голос лысого балбеса. Смотри-ка. Нашел его. За тридевять земель обнаружил. Упертый щенок. И жизнью ему обязан, но и пробивающимися прядями седых волос тоже. Сколько нервов ему стоил этот спесивый гаденыш!

– Не дождешься, – буркнул и улыбнулся. Давно не слышал его голос. Словно в прошлой жизни было, да уже и не вспомнить.

– Ну, привет, дед! – обойдя лодку и подойдя к нему ближе, протянул руку.

– За деда ответишь, щенок! – сказал он. Руки не подал. Просто схватил и обнял. По-отечески. Сам не думал, что настолько соскучится по лысому уроду. Отодвинул от себя, смерил взглядом: – Хвост есть?

– Обижаешь, – ответил Руслан Баринов. – Я тебя еле нашел, блин. Я вас в Южную Америку, помнится, отправлял, а вы в Панаму сбежали, – он посмотрел на лодку и постучал по ней. – Отличная вещь!

– Хорошая. Будет лучше. Ты зачем приехал? – Феликс сразу перешел к делу. Ему очень не хотелось тревожить судьбу. Счастье любит тишину. Им и так повезло как никому. Аллах был слишком снисходителен к Феликсу. Злить Всевышнего напрасно было бы неразумно. А отсутствием мудрости он не страдал. И так отвоевал у судьбы-злодейки второй шанс на жизнь… зубами выгрыз и отдавать никому не намерен. Даже ради лысого щенка, что не по крови, но по духу стал ему родным сыном.

– Новость у меня. Да не дергайся. Хвоста нет. Я был осторожен, – сказал Руслан, когда заметил, что он по привычке присматривается по сторонам.

– Какая?

– Дочь у меня. А недавно сын родился. Вот, держи, – Руслан вытащил из бумажника фотографию, на которой запечатлен Барин в обнимку с миловидной женой, улыбающаяся русоволосая девочка с карими глазами у него на руках и годовалый малыш. Феликс хмыкнул и пожал плечами.

– Поздравляю. А мне это зачем? – протянул фото обратно, но Руслан не взял.

– На память. Внуки все-таки, – хмыкнул Руслан своей знаменитой наглой улыбкой.

– Каждый раз жалею, что не придушил тебя голыми руками, когда была такая возможность, – процедил Феликс.

– Поздно пить Боржоми, дедуля, – засмеялся Руслан. Оба смотрели друг на друга с одной стороны с облегчением, с радостью встречи, с другой… с необъяснимой тоской и печалью. Нельзя им больше видеться. Оба понимают это. У них семьи, которых ценой своей жизни защищать будут.

– Феликс, слышь, я че приехал-то… Чисто у нас в области. Все враги наказаны и покоятся вечным сном в прохладном месте. Может… подумаешь и вернешься? – спросил Баринов. – Не, ну а че? Прошлую должность не обещаю, но мы с Вадиком…

– Что? Вадик? Ты с Севером скентовался? – два лысых дурня всю жизнь цапались насмерть, а тут на тебе “мы с Вадиком”. Феликс улыбнулся и покачал головой.

– Ну не прямо так… но… это... Север губернатором стал. Ты ж меня знаешь, я же дружу с нужными мне людьми. С тобой вот, например.

– Да-да. Очень я тебе сейчас нужен, что ты на край света ко мне приехал.

– Феликс… давай обратно, а? Ну хватит уже. Помотался по миру, оброс весь, ща в области все спокойно, гарантирую, да и Север подсобит. Решайся, ну! – не унимался Баринов.

– Руслан, оглянись вокруг, – сказал он. Баринов взглянул на простирающийся впереди него океан.

– И?

Феликс подставил умиротворенное лицо солёному ветру. Тёмный вздымающийся океан монотонно пульсировал, выбрасывая на берег прирученные волны, ярко-синие и холодные, обрамлённые кружевом из молочной пены. Чёрство-соленый запах особенно освежал сегодняшнее молодое утро. Здесь можно было задохнуться от несказанного простора, сияющего то синевой отраженных небес, то светло-голубой хрусталью распахнутой на сотни миль дали. Или заслушаться созвучиями прибоя, и сосредоточенно рассматривать расписанные кем-то ракушки, забыв обо всем на свете…

– Воздух чувствуешь? – спросил его Феликс, прикрыл веки и шумно вдохнул. – Это здесь все чисто и спокойно. А, главное, тихо. И вот так я хочу дальше жить. Спокойно.