Глава 1
― Ну, как она? Присмирела? ― донесся до меня глухой равнодушный голос папеньки этого бренного тела.
― Ещё бы ей не присмиреть, мы влили в неё два флакона успокоительного!
― Это всё твоя вина. Ты неправильно воспитала дочь, Розалинда. Как она только посмела вякнуть поперек моего слова, ― рыкнул злобно этот недоотец. ― Посмотрите на эту гадину неблагодарную. Выдаем замуж за приличного молодого, что характерно, лорда, а она нос воротит!
«Маменька» уныло вздохнула, покорно принимая вообще-то совсем несправедливое обвинение.
Мачеха умудрилась так сильно замордовать, то есть, завоспитать свою падчерицу, что та реально и пискнуть лишний раз боялась. И вовсе не возражала против никакого брака.
А вот «вякнуть» посмела уже я, когда пару месяцев назад очнулась в этом теле и узнала, как сильно вляпалась, и всю остальную неприглядную суть.
― Согласна, кошмар.
И я тоже согласна. Ещё какой кошмар. Особенно семейка Адамсон. Кстати, это их реальная фамилия и очень соответствует чернейшему статусу.
― Откройте. Хочу видеть эту мерзавку.
Ох, блин. А вот я видеть этого гада совсем не хотела! Вот чего ему не сидится в своём кабинете на заднице ровно? Занимался бы и дальше своими бумажками и не трогал меня лишний раз.
Стиснув зубы, нехотя обернулась к двери. Щелкнул замок, дверь распахнулась рывком, будто её толкнули нехило с ноги, вон, аж побелка с потолка посыпалась.
На пороге предстал высокий, золотовласый и довольно не страшный на лицо мужчина лет сорока, всё портили рыбьи блекло-голубые глаза и искривленные в презрении пухлые для мужчины губы.
Позади со злорадным выражением на лошадином лице маячила мачеха.
Вздохнув про себя, ещё более нехотя, на грани приличий согнула колени.
― Асоль! ― проскрежетал зубами папенька. ― Почему с тобой вечно какие-то проблемы?!
------->
1.1.
Нормально вообще? Я ему и слова сказать не успела, да и не собиралась.
― Чтобы завтра ни словом, ни делом не смела позорить наш род. Тебе и так повезло, что, когда померла твоя вертихвостка-мать, тебе дозволили жить в этом доме, а не передали в работный дом удовольствий на потеху.
И ты вместе с мачехой не перестаешь в этом упрекать. Бесит.
― Род Додинг оказал тебе великую честь, согласившись на брак с их молодым наследником, ты в ногах должна валяться, руки лорду целовать, а не носом крутить.
― Тьфу. Позорище! ― собачкой поддакнула за его плечом мачеха.
― Завтра ты выйдешь замуж, и только пусть Додинги мне заикнутся о твоём недостойном поведении. Только пусть намекнут, Асоль, ― опустил красноречиво ладонь на прикрепленный к поясу боевой кнут.
Спина фантомно заныла. Прекрасно она помнила жестокую ласку этой гадости.
Смерив меня взглядом, тот недовольно дернул щекой и, развернувшись, чуть не сбив с ног мачеху, тяжелым шагом наконец вымелся из помещения.
Маменька, гордо вздернув нос, приказала закрыть дверь обратно на ключ, и я наконец осталась одна.
И слава богу, а то я бы не удивилась, если бы эта гадина попыталась на меня руку поднять, чтобы самоутвердиться за счет бедняжки, как делала это перманентно на протяжении множества лет.
Вздохнув, повернулась к окну, за которым на улице сновали туда-сюда слуги, готовясь к брачному ритуалу.
Помрачнев, покачала головой. Пусть не надеются. Не бывать этому браку с мерзким отродьем Додиков. Не допущу. Сбегу при первой же возможности.
У меня почти всё было готово. К сожалению, единственное, что сильно омрачало, — брачной церемонии не избежать. Но после неё… Пусть ищет этот Додик на пару с Адамсами ветра в поле!
------->