Ты – мой подарок

1

- Арсений?! Что ты делаешь в моей кровати?!!

- Можно просто Арс. И мы не в твоей кровати, принцесса, а в моей.

- Что?!

Осматриваюсь. Я правда в чужой спальне.

Рядом самый желанный для девчонок универа парень - Арс Щербинский. Он же сын крупного бизнесмена нашего города.

По слухам - опасный, циничный, закрытый. Короче, не слишком приятный тип.

Удивляюсь, что девушки о нем мечтают.

Но больше меня поражает вид из большого панорамного окна - горы и лес.

- Где мы, черт возьми?! Что происходит?

- Убавь звук, принцесса. Хочу поспать еще час, - здоровенный брюнет по-кошачьи тянется, - лег под утро.

- Да?! А может, тебе сказку рассказать?

- Было бы неплохо. Ты ведь журналист. Книги пишешь?

- Это разные специальности!

- Я в курсе. Но они похожи. Так что, расскажешь?

Не открывая глаз, переворачивается на спину. Это что кубики?..

Черт, он очень спортивный и сильный. Может, лучше не ругаться с ним? Как-то задобрить? Но у меня всё кипит!

- Это из-за интервью, да? Хотел ответить на вопросы газеты вместо отца, а я отказалась! Как посмела, да? Еще и правду сказала в лицо! Теперь ты мстишь?! Меня будут искать!

- А говоришь, не пишешь книги. Что дальше? Люблю триллеры.

Он вскидывает руку, и я невольно отшатываюсь. Но Арс лишь сгибает ее и опускает на глаза. От света.

- Мы не поговорим, пока ты не выспишься?

- Иногда ты догадливая.

Гора мышц засыпает.

Если судить объективно - он красавец. Мускулы, хоть анатомию изучай. Высокий рост. Черты лица довольно тонкие для мужчины - скулы, нос. А вот губы полноваты… И глубокие темные глаза.

Они метали в меня молнии пару недель назад. Я смогла задеть его за живое?..

***

Две недели назад.

Антон Андреевич Щербинский владеет половиной нашего города.

Может, это громко сказано, ведь Красноярск хоть не Москва, но тоже не мелкий городок.

Однако Щербинскому принадлежит многое - сеть супермаркетов, торговые центры, отели в прибрежной зоне.

Начинал бизнесмен с нуля, у него были простые родители. Отец лесник, мать швея. А он создал империю.

Сейчас ему за шестьдесят. Всю жизнь женат на одной женщине и у него целых пять сыновей.

- Антон Андреич - легендарная личность, Агния. О нем слышал каждый в нашем городе. Тираж с интервью разлетится, а в интернете материал станет вирусным.

Моя начальница мечтательно вздыхает. Ей под пятьдесят, и она то ли слишком любит свое дело, то ли не хочет ничего менять. А тем временем новостная газета почти убыточная.

Сюда берут всех желающих. Вот меня приняли в двадцать лет и без опыта. Правда, я учусь на журналистике.

- Он согласится со мной встретиться? - кривлюсь скептически.

- Ну, твой отец тоже не маленький человек. Пусть договорится.

Да, у папы бизнес в городе. Но черт, хочется быть самостоятельной в двадцать лет!

- Попробую для начала сама…

Надо ли говорить, что общалась я с десятым помощником секретаря? Девушка внимательно меня выслушала, записала все мои данные. Обещала перезвонить.

Честно, я не слишком надеялась.

Даже расстроилась немного, и это заметила Лада - молодая жена моего отца.

С мачехой у нас чудесные отношения. И думаю, именно она попросила папу позвонить и договориться со Щербинским.

Связалась со мной уже его личная секретарша.

И вот я перед одним из офисов группы компаний "Щербинский". Новое, стильное, но ничем не примечательное здание. Фасад в темных тонах.

У Антона Андреевича нет главного офиса, и он не афиширует, где бывает. Возможно, в большинстве случаев его вообще нет в городе.

А сейчас он здесь?

Ох, не зря в моей голове все время был знак вопроса. Ведь в кабинете меня ждал совсем не Щербинский!

Вернее, Щербинский, но не тот!

Охранник назвал номер кабинета. Никаких приемных и секретарей здесь. Просто черная двустворчатая дверь.

Поправляю серый пиджак, светлую блузку. Сегодня я оделась в деловом стиле.

Еще на мне юбка в мелкую складку длиной до середины икр, ботильоны. Волосы собрала в невысокий хвост.

Приемлемо для общения со статусным человеком в возрасте.

Но на стук ответил молодой голос!

- Да, входите.

Еще с надеждой открываю дверь. Может, это какой-то помощник.

Но кроме парня здесь никого нет, и я знаю его. Мы учимся в одном универе.

- Мне… сказали, что я смогу поговорить с Антоном Андреевичем.

- Здесь только Арсений Антонович.

Они всех мужчин в семье называют на А? Глупая мысль…

- Очень жаль, что интервью не состоится, - только и могу сказать.

- Ну почему же? - Арсений вскидывает темную бровь. - Проходите Агния Степановна. Присаживайтесь.

И вот тут мне бы реально сесть и взять интервью хотя бы у сына Щербинского. Лучше, чем ничего. Ведь все равно пришла.

Но вдруг становится обидно, что мне вот так, без предупреждения сменили собеседника. Да и Арсений добавляет…

- У меня на вас есть полчаса. Начинайте быстрее.

И смотрит так пристально. С вопросом.

Выдыхаю.

- Простите, но я рассчитывала поговорить с вашим отцом. И вопросы для него подготовила.

- Задайте их мне.

- Для вас они не подойдут, - пожимаю плечами, - ведь не вы создали империю с нуля.

Говорю просто по факту. Брюнет усмехается.

- Вы правы. Не я. Давайте следующий вопрос.

- Мне важно мнение по этому вопросу, - не поддаюсь приказу, - как вы считаете, сейчас у молодежи есть шанс построить бизнес с нуля? Особенно в офлайне. Мы не берем всяких блогеров…

- Я понял вас, - он перебивает, - а вы меня нет, похоже. Вот вам как, легко краситься в блондинку?

Он сумасшедший? Озираюсь - где там дверь, чтобы мне быстро сбежать…

Ведь я, скажем прямо, не блондинка! Я натуральная брюнетка, в отца. У меня черные глаза, черные волосы, которые я ни разу в жизни не красила.

2

На инстинкте выставляю руки вперед и толкаю парня. Сильнее, чем он ожидал. Я хожу в тренажерный зал.

Он резко вдыхает. Но тон оставляет небрежный.

- Полегче, принцесса.

- Я тебе не принцесса!

Вскидываю руку. Собираюсь ткнуть указательным пальцем ему в грудь.

Что он ожидает, не знаю. Но он ловит меня за запястье.

- Ты упустила шанс оживить вашу газету.

Закатываю глаза.

- Не думаю. Но польза могла быть - читатели с бессонницей уснули бы на втором абзаце интервью с тобой!

- Со мной еще никто быстро не засыпал.

Звук двери как будто приводит Арсения в себя. Он медленно отпускает мою руку.

На пороге тоже брюнет, немного старше. В ослабленном галстуке и белой рубашке с закатанными рукавами.

- Ого, - только и говорит он, - зайди, когда закончите.

Уходит, демонстрируя мощную спину.

Я потираю запястье. Он держал крепко, но не больно. Но все равно осталось некомфортное ощущение.

- Не знаю, где и когда ты самоутверждаешься, - качаю головой, - может быть, когда пожилых преподов отчитывают за то, что поставили тебе пропуск. И доводят в деканате почти до инфаркта.

- Что?.. - его взгляд дергается.

Не ожидал, что скажу вот так в лицо? Но весь поток видел состояние Алевтины Михайловны.

- Писать про это я не буду, не волнуйся. Не хочу позорить преподавателя. Да и не пропустит это главный.

- А так бы с удовольствием записывала сплетни?

- Сплетни?! Да я сестре-медику звонила, спрашивала - как до скорой ей помочь!

- Я разберусь. А ты… Садись в свою китайскую машинку и уезжай.

- С огромной радостью!

Из офиса я выскочила на адреналине и легком страхе, что меня догонят. Расправятся со мной.

Белый Хавал моргнул мне фарами в поддержке. Я уезжала все дальше и дальше от Щербинского-младшего и думала, что больше никогда с ним не заговорю.

Я ошибалась.

***

Настоящее время

Похищение человека - серьезная статья. Обычный гражданин побоялся бы такое делать. Но что ожидать от Щербинских?

Про Арса и его братьев ходят самые разные слухи. Про их отца я вообще молчу.

Обезвредить его, пока спит? Как там - тупым предметом по голове?

Боже, я сама становлюсь криминальной! Для начала просто осмотрюсь… Где мы находимся?

Это дом. Одноэтажный, но большой.

Добавляют пространства высокие потолки с деревянными балками. Тут много воздуха.

А еще здесь тепло, невероятно тепло, и пахнет деревом и чем-то хвойным.

Большие окна - от пола до потолка - смотрят прямо в заснеженный лес. Такой вид я заметила в спальне, и в гостиной так же.

Здесь немного мебели. Вся она из полированного темного дерева, отражающего свет огромных окон.

В центре гостиной – большой камин из серого камня. В нем уютно пляшут языки пламени, рядом лежит пушистый белый ковер.

Этот дом как будто обставляли с любовью.

Но мне сейчас не это интересно. Так что иду дальше.

Из гостиной расходятся коридоры, ведущие к другим комнатам. Дом кажется бесконечным.

Он построен так, чтобы человек чувствовал себя защищенным от внешней дикой природы.

Но я защищенной себя не чувствую. Быстро прохожу по самому длинному коридору к прихожей и… хочу открыть дверь, но она заперта.

Надо ли говорить, что все окна литые и без ручек?.. Боже! Он правда похитил меня?!

Кухня в доме открытая и современная. С островом посередине и барными стульями. Здесь тоже дерево и камень, но с вкраплениями блестящего металла, стекла. Видно, что она оснащена по последнему слову техники.

Не знаю, зачем пришла на кухню. Выпить воды? Или хоть что-то съесть, чтобы не свалиться в обморок?

Но аппетита нет от слова совсем.

Зато на кухне есть окошко с форточкой! Боковое, еле приметное. Я чуть не вскрикиваю от радости.

Сдерживаю себя, чтобы не разбудить мажора-похитителя.

Проснулась я одетой… На мне лосины и теплый коричневый свитер, в которых я вчера вышла прогуляться. И кажется, я видела свой пуховик в прихожей.

На цыпочках бегу туда.

Ага, тут и мои зимние кроссовки. Одеваюсь, обуваюсь - а теперь быстро к окну!

Форточка здесь сверху и небольшая. Но мне хватит! Главное, я без труда открываю ее.

Изнутри я заберусь туда со стула, а потом просто спрыгну в сугроб. Надеюсь, что ничего себе не сломаю.

План был отличным. И все шло хорошо, пока я… не застряла. Надо было снять пуховик и выкинуть! А потом лезть самой.

Но я полезла сразу в верхней одежде и застряла в районе бедер. Теперь вишу вниз головой!

Тяну себя за пуховик, но до конца он не вытягивается.

Зато видок у меня со стороны кухни!

Почему я про это подумала, да потому что слышу громкий голос.

- Вот так и выглядит журналистика. Или… Нет, для той задницы, которая творится в делах вашей газетенки, твоя - слишком красивая.

Интересно, головой вниз можно закатить глаза? Ставлю эксперимент. Можно!

3

- Мм! - барахтаюсь и тяну пуховик.

Может, еще успею выскочить и дать деру? Бегаю я быстро.

- Да, папарацци тебе не стать, госпожа Строганова. Слишком фигуристая.

Я не толстая, но фигура у меня «песочные часы». Досталась от мамы.

- Я не собираюсь… вторгаться… в чье-то личное пространство, - ворчу с трудом.

- А я, пожалуй, вторгнусь.

Ну вот, его руки на моих бедрах. Шанс упущен!

Арсений усаживает меня на свое плечо и медленно тянет из форточки. Я не сопротивляюсь, а то мне еще живот защемит створкой.

- Вот так, принцесса.

Он ставит меня на ноги, а я шиплю:

- Не называй меня так!

- Там внизу если что плитка, и снег сверху рыхлый. Можно шею сломать. Больно будет… Агния.

Хмурюсь.

- Еще неизвестно, что ты со мной будешь делать. Зачем я тебе?! Неужели настолько обидела? В тебе есть хоть что-то человеческое?! Скоро новый год! Время чудес!

- Ну значит, ты - мой новогодний подарок.

Он делает шаг вперед и тянет руки к моему пуховику.

- Нет!!!

Отступаю, но некуда. За моей спиной стена.

Сердце выпрыгивает, когда он все-таки касается моей верхней одежды и снимает ее. И сквозняком окатывает. Ежусь.

Арс захлопывает форточку.

- Давай без глупостей, принцесса. Позавтракаем и сходим погулять.

- Ты сумасшедший?!

- На последнем чек-апе сказали, что я совершенно здоров.

- Это потому, что ты платно его проходил! - кричу ему в спину.

- У них была мотивация что-то найти и полечить.

Парень уходит с моим пуховиком. Хочет подальше спрятать?

Но возвращается быстро.

- Умеешь готовить?

- Что?..

- Запас продуктов приличный, но готовить придется самим.

- Придется? Ты издеваешься?! Что ты придумал, какой подарок? То есть я теперь с тобой навсегда?

Арс отвлекся от холодильника. Смотрит сначала на мои губы, а потом в глаза.

- Навсегда с тобой я вряд ли выдержу. Но новый год встретим здесь.

- Что?! Две недели! Ты представляешь, что сделает мой отец!

- Будешь звонить ему и писать.

- Ты больной?!

- Ну ты же не хочешь для него проблем.

- Угрожаешь мне?

- Констатирую факт.

Черт!!! Трудностей для папы я правда не хочу. Он только начал жить счастливо! С Ладой, малышами. Мы с сестрой-близняшкой Марианной поступили в университеты. Она в Питере.

В нашей семье все хорошо!

- Так ты готовить умеешь?

Ну ладно! Киваю.

- Да.

- Сделай нам на двоих омлет. И не беги, дорога только через лес. Не выживешь.

- И даже не запрешь, - киваю на форточку, - как все окна и двери.

Щербинский усмехается.

- Они закрыты не от тебя. Для безопасности. Тут правда глушь.

Уходит… Боже мой!

Он псих?.. Ну если объективно, сомневаюсь. Эта семья под прицелом всех сплетников города. И если бы один из наследников был не в себе, об этом бы знали.

Дружок моей сестры был с ним в одной компании. Ничего такого не рассказывал.

Но если он психически здоров, то что происходит?

Допустим, он так сильно обиделся. Хоть и верится с трудом, что такого можно задеть за живое.

Но допустим. Зачем ему возиться со мной самому? Отдал бы на расправу своим людям… Ежусь от одной мысли.

А тут вдвоем, в глуши. Еще и готовить некому.

Хмыкаю. Ну, будет вам омлет, господин Щербинский!

Все это очень странно. Даже будь он тупо извращенцем, ему необязательно красть девушку с одного с ним универа, у которой отец и куча родни.

Потому что есть тысячи девушек, которые поедут с ним куда угодно и будут делать все, что скажет. И сопротивляться правдоподобно.

Ну или я что-то не понимаю в этом во всем. У меня обычного-то секса никогда не было.

Арс появляется, когда уже все готово. Омлет допекается в аэрогриле, кофе сварился.

- Пахнет неплохо.

Великий комплимент.

- Я умею готовить, - поднимаю подбородок.

- Это радует.

Посмотрим, как ты будешь смеяться.

Из джемпера и брюк он переоделся в спортивные широкие штаны и футболку. Тоже черные. Любимый цвет?

Ну, идет он ему на все сто. Хоть и делает каким-то еще более мрачным.

И этот почти черный взгляд, который ловлю на себе, пока достаю омлет и выкладываю на тарелку. Что у него в мыслях…

Вижу, как дергается кадык парня от вида пушистого омлета. Проголодался "дорогой".

- Дай ему несколько секунд остыть, я пока налью кофе.

Беру заранее приготовленную чашку. Арс на меня косится, но слушается.

Наконец, у меня все готово. Ставлю бежевую чашечку перед такой же тарелкой с омлетом. Здесь красивая посуда.

- Пожалуйста, господин… - он вскидывает на меня взгляд, а я заканчиваю, - Щербинский.

- Спасибо.

Сухо, но все же благодарит. А я еле скрываю довольную улыбку.

Довольную не от его благодарности, конечно.

Омлет выглядит безумно аппетитно. Воздушный, желтый, с помидорами и сыром.

Холодильник действительно забит продуктами, причем качественными. Даже жаль было их портить.

Арс пробует один кусочек. Другой. Я наблюдаю, легонько вскинув брови.

- Что за?.. Блять!

Откидывает вилку, жадно глотает кофе. Снова кривится.

- Пиздец! Где вода?!

Встал, шарит по полкам и шкафчикам. Но все бутылочки воды по 0,5 я собрала в пакет и унесла в гостиную. Из холодильника, в том числе.

- В кране есть. Наверное, - хлопаю ресницами.

- Черт!

Он наклоняется, припадает губами к серебристому носику и включает воду. Жадно пьет. По самым желанным в нашем универе мужским губами бегут струйки.

Ха-х.

Я не робкого десятка вообще. Но посреди леса, наедине с похитителем, это очень смелое поведение. Наверно, я уже просто в отчаянии?..

4

Арсений отрывается от воды. Прижимает на секунду кулак к губам.

- Ледяная, - объясняет хрипло, - ну я ожидал какой-то подвох.

Ой, да ладно. Слюни-то бежали от вида моего омлета.

- А что такое? - невинно моргаю.

- Ты всю соль израсходовала, или что-то осталось?

Хмурюсь, пожимаю плечами.

- Да обычно вроде бы... Что, пересолила? Влюбилась, наверное, как говорит моя бабушка.

- В кого? - уточняет быстро.

- Ну как? Здесь только один "принц". Мечта всех девушек. Не удержалась я, прости.

- Там еще есть яйца.

- Угу. Но результат будет такой же. Любовь так быстро не проходит. По крайней мере, у меня.

В своей жизни я ни в кого не влюблялась. Но это не его дело.

Щербинский усмехается. Подходит ко мне на другую сторону кухни. Склоняется и… касается прохладными губами моих губ. Коротко, на две секунды. Я в шоке.

- Теперь иди в душ, влюбленная принцесса, - говорит низким голосом, - мечтай там обо мне и мастурбируй.

У меня вспыхивают щеки. Я не привыкла к таким разговорам.

Шарахаюсь от него. Жду, что шлепнет по заднице напоследок. Но ничего такого не происходит.

- В спальне есть новая одежда твоего размера! - кричит Щербинский вслед. - Я пока займусь завтраком.

В душе думаю немного поплакать, но слез нет, только злость и раздражение. А выйдя и переодевшись, решаю объявить голодовку.

Вряд ли в его планы входит, что я тут упаду в обморок или заболею. Может, он правда надеется, что я смирюсь и буду получать удовольствие? Вон вещами запасся на все случаи жизни.

Я надела тонкий серый джемпер и джинсы. Не выхожу из спальни, чтобы не чувствовать запахи.

Арсений приходит через пятнадцать минут.

- Яичница готова.

Да уже чувствую этот запах.

- Не буду.

- Есть хлопья.

- Я ничего не буду есть!

Щербинский вздыхает, как будто это я его держу взаперти. Уходит.

Ну и черт с ним. Через несколько дней поймет, что я не шучу.

Дней… Боже.

Отхожу к окну. Смотрю вдаль, глубоко дышу. Живот урчит - чтоб его!

А за спиной раздаются шаги и аромат такой, что я чуть прямо сейчас не падаю в обморок. Яичница, бекон или колбаса, свежий кофе.

Слышу, как что-то лязгает.

Поднос о тумбочку.

- Решил поухаживать за мной? – хмурюсь. - Зря.

- Не страдай херней, принцесса. Сядь и поешь.

- Я не принцесса! – разворачиваюсь.

Бекон, конечно, нарезан топорно, яичница тоже не идеальна. Но все так аппетитно по-мужски. А от кофе вообще невероятный запах.

У меня так сводит живот, что я хватаюсь за него. Вот теперь слезы на глаза наворачиваются.

Арс кивает на поднос.

- Быстро есть!

- Ты не сможешь меня заставить! - сглатываю.

- Но ты же хочешь. Посолил я, кстати, нормально.

- Не удивлена, что ты не способен в кого-то влюбиться.

- Ты знаешь, какой я?

- Да уж наслышана!

- Тогда должна понимать, что твои манипуляции меня не трогают.

- Манипуляции?!

- Делаешь хуже только самой себе. Подумай о родителях.

- Не смей говорить про них!

Хотела бы я посмотреть в глаза тем, кто его воспитал. Впрочем, они, наверно, не лучше.

Арсений отходит к окну. Засовывает руки в карманы. Опирается задницей о подоконник и смотрит.

- Так и будешь здесь торчать? - поднимаю брови.

- Прослежу, чтобы ты не испортила еду. Не хочу готовить заново.

- Какой предусмотрительный!

- Есть такое.

- Ой блин!

Мне кое-что приходит в голову от всей этой "заботы".

- Хочешь сохранить меня в целостности и сохранности? Что ты задумал? Получить выкуп за меня?

Вообще, мой папа не беден.

Арсений резко выдыхает и… смеется. Запрокидывает голову, демонстрирует мощную шею. А еще белоснежные ровные зубы.

Он идеален, создала же природа такое. И наделила таким характером!

- Мы прилетели сюда на личном вертолете последней марки. Представляешь, сколько стоит такой? Дела у Строганова идут хорошо, но зачем мне его деньги? - он рассуждает без пафоса, спокойно. - И кстати, помни про вертолет, когда еще раз захочешь сбежать.

- Значит, возвращаемся к началу - ты псих.

- Поешь.

Мой желудок издает вопль. Конечно, тут такие запахи.

- Ты не отстанешь?

- У меня куча времени.

Выдыхаю. Сажусь на кровать вместе с подносом. В конце концов мне понадобятся силы.

Яичница вкусная, без каких-либо сюрпризов.

- Родители в курсе, как ты собрался встречать новый год? Поощряют? Раз тебе позволено для таких целей использовать семейные вертолеты и дома.

- С чего ты взяла, что дом семейный? - темный взгляд дрогнул.

Уже начинаю замечать, когда хоть немного пробиваюсь через его защиту.

- На арендный он абсолютно не похож. Твои папа и мама знают, что ты здесь запираешь девушек?

Губы парня на миг сжимаются.

- Не трогай мою мать!

- Ты же про мою семью говоришь.

- Я не сказал про них ничего плохого.

Хмурюсь и просто ем дальше. Все-таки не стоит сильно его злить.

Кофе остыл, но все равно вкусный. Странно, что я сейчас это чувствую. Мне бы биться в истерике.

Но я доедаю завтрак. Смотрю на Щербинского.

- Доволен?

- Вполне. С тебя мытье посуды.

- Что?!

- Ну, это когда остатки еды смывают, чтобы дальше пользоваться. Чистая посуда не сама по себе появляется в шкафу, принцесса.

Я в сотый раз закатываю глаза.

- Кто бы говорил! Наследник частных вертолетов!

- На кухне есть посудомоечная машина. Если ты понимаешь, о чем я.

Вот невозмутимый!

Ладно, хоть чем-то займусь. Беру тарелку и, кинув в Арса злой взгляд (а хотелось бы тарелку!), иду на кухню. Загружаю в посудомойку все грязные предметы после наших двух завтраков. Включаю.

Именно на этой секунде появляется Арс. Что это он держит?

- Твой телефон, - озвучивает мои мысли, - он заряжен, только без глупостей.

5

Разблокировав, вижу, что написала сестра. Хочет что-то мне рассказать про Давыдова - это ее наставник по врачебной практике и друга нашего отца.

Это не срочно.

Ни папа, ни Лада мне, к счастью, не звонили. Или наоборот лучше бы они уже искали меня?..

- Позвони отцу и скажи, что уехала. Вернешься после праздников.

- Вернее, улетела. На вертолете. И не факт, что вернусь.

- У тебя есть парень?

- Какое твое дело?!

- Значит, скажи, что уехала с подругой.

- Что там тебе значит?.. Я не хочу врать семье и тебя выгораживать!

- Для всех так будет лучше, поверь.

- Расскажи мне всё! Чтобы я верила!

Я помню только, что вышла купить кофе. Недалеко от дома шикарная точка с напитками и выпечкой. Я отвлеклась от подготовки к зачету…

- У меня сегодня зачет! - таращусь на Арсения.

Зарубежная литература… Там такая преподша, что мое похищение не будет уважительной причиной.

- Зачет тебе поставили. Звони.

- Ваша семья всех преподов держит в страхе?!

Мажор шагает ко мне.

- Может быть, и тебе немного испугаться? Звони. Так будет лучше для всех. И поставь на громкую.

Я не хочу, чтобы папа связывался с этой семейкой. Жму вызов…

- Пап…

С разговором лучше не затягивать, а то мне позвонит Лада. Перед ней что-то сыграть будет трудно. Вот папа не так хорошо разбирается в эмоциях.

- Ну хоть одна позвонила. Как жизнь? Приедешь к нам?

- Па… - тараторю. - Меня не будет до января. Милена пригласила на Байкал. Помнишь, я говорила, у ее дяди база.

- Ну да. А сессия?

- Я к ней допущена. Сдам после праздников.

- Денег-то надо?

- Ты давал…

- Ну хорошо. На связи.

- Пишите мне… Трубку не всегда смогу взять.

- Слушаюсь, коза. Пока.

Быстро отключаюсь, потому что из горла рвется всхлип. Выдыхаю. Жмурюсь, чтоб остановить слезы.

Когда открываю глаза, вижу перед собой ходящие ходуном желваки Арса. Что ему не нравится?

- Я сделала, как ты приказал. Не трогай моих родственников!

Парень ведет плечами и вот он уже снова само спокойствие. Хмыкает.

- Не собирался. Значит, коза?

- Не смей так меня называть! - тычу в него пальцем.

- Тихо. Мне больше нравится - принцесса.

- А мне - дебил!

Швыряю в него телефон. Ловит.

- Идем гулять? - поднимает бровь.

- В тебе вообще есть хоть что-то человеческое?!

- Я сделал тебе допуск к сессии. Могла бы поблагодарить.

- Что?!!

Ладно, из дома я выйти хочу. Чтобы оценить обстановку.

- Оденься теплее. В прихожей через десять минут.

Хоть мы проснулись вместе, наши вещи лежат в разных комнатах. Мои там, где мы были утром. Где спальня Щербинского - не знаю и знать не хочу. Зачем он лег со мной в первую ночь, тоже.

В ванной я себя осмотрела - никаких синяков, ссадин. В… интимном месте тоже.

Секса между нами не было. Но в огромном доме он почему-то лег рядом со мной.

Я не успела посмотреть геолокацию в телефоне, да он бы и не дал. Но раз это вертолет, а не самолет, то мы еще где-то в Сибири. Тайга?

- Мы в Горном Алтае, - отвечает на мой вопрос Арсений, когда выходим из дома.

Я прямо поверх джинсов и свитера надела стеганый бежевый комбинезон. Он был среди новой одежды. Еще шапку цвета горького шоколада и свои зимние кроссовки.

На Щербинском только объемный черных пуховик поверх домашней одежды. Расстегнутый еще. Не мерзнет.

Что он вообще такое?

- Хотела здесь побывать зимой. Но не так.

- И не со мной.

- Какой догадливый! - хмыкаю. - Арс… все же, зачем я тебе? Как минимум половина моих одногруппниц скакали бы от восторга сейчас. А может, даже большая часть девушек универа.

- Большая часть девушек универа? Многовато даже для этого дома.

- Ой!

Мистер-логика! Отворачиваюсь от него и смотрю на что-то более приятное.

Как же здесь…

Морозный воздух щиплет щеки, но он такой свежий, что дышать им одно удовольствие.

Вокруг простирается белый нетронутый снег. Он искрится под холодно-синим но почему-то таким уютным небом.

Высокие, покрытые еловыми лапами деревья стоят стеной. Заснеженный лес кажется бесконечным и молчаливым. Ни души, ни звука, кроме скрипа наших шагов и легкого шелеста ветра в ветвях.

Нетронутая природа…

Только чуть поодаль видно вмешательство человека. А именно - большая расчищенная площадка. Для вертолета.

Это средство связи с миром здесь. А также мой тюремщик и билет в никуда.

Сейчас его нет. Видимо, пилот вернулся обратно в город.

- Как вы меня похитили? - имею в виду Арса и его людей. - Я не заметила следов удара. Чувствовала себя нормально утром… Ну, физически. То есть вы меня ничем не накачали?

Арсений идет рядом, его широкие плечи кажутся еще массивнее в объемной куртке. Он хмурится, смотрит куда-то вдаль.

Ловлю себя на мысли, что даже в этой глуши он чувствует себя уверенно, словно посреди комфортного мегаполиса.

- Тебе не дали ничего, что могло бы навредить, - отвечает, как будто экономит слова.

- А подробнее? Я абсолютно ничего не помню… Зашла, купила кофе и французскую булочку. Не успела толком поесть.

- Прости, но булочек здесь нет. Можешь попробовать испечь.

- Ты издеваешься?! Меня волнуют совсем не булочки!

- Какая разница, как ты попала сюда? Дело сделано, и ты никак не пострадала. Сама говоришь.

- Я не пострадала?! Правда? Да у меня психологическая травма теперь!

Не сговариваясь, идем вперед по плотному снегу. Дорожки нет, но ноги не проваливаются. Местность уходит вверх. Это что-то типа небольшой горы.

Арс молчит. Я размышляю, как его расколоть, но ничего не придумываю.

6

Наконец мы доходим до вершины пригорка, и у меня на секунду захватывает дух. Впереди обрыв. Заснеженный, с порослью леса. А вдали узкая горная река. Сейчас она скованна темно-синим льдом.

Боже мой, как красиво. Находиться бы здесь при других обстоятельствах… В душе просыпается обида.

- Ну что, наслаждаешься видом? - нарушаю тишину, стараясь придать голосу максимально язвительную интонацию. - Необязательно было гонять вертолет, хватило бы какого-то подвала! Для твоих извращений… - сглатываю. - Или ты думал, я тут от скуки начну роман писать про красоту гор?

Он поворачивает голову, и в черных глазах вспыхивают искорки.

- Почему бы нет? У тебя есть все условия для вдохновения. Природа, уединение… и персональный муз, - он усмехается, имея в виду себя.

- Муз? Скорее надзиратель. И вдохновляет меня только мысль, как бы скорее отсюда убраться, - фыркаю я, скрещивая руки на груди.

- Принцесса, не ты ли недавно говорила про время чудес? - его голос становится чуть ниже. - Неужели ты не чувствуешь эту магию? Воздух, предвкушение праздника, мы вдвоем…

- Я чувствую только обморожение от твоего "праздника" и нарастающее желание выцарапать тебе глаза, - огрызаюсь, хотя внутри что-то екает.

- А ты попробуй расслабиться. Может, тебе понравится. Ты же любишь приключения?

- Приключения, а не аресты с конфискацией свободы! Да и вообще, откуда тебе знать, что я люблю! Вот я прекрасно знаю, что люблю, а что нет. И ты теперь в списке "нет"!

Арсению явно плевать на эту мою тираду. Он замолкает и делает несколько шагов вперед, оставляя меня позади.

Смотрю на его спину, на чуть припорошенные снегом волосы, и в голове созревает план.

Наклоняюсь, быстро леплю из пушистого снега плотный комок. Не раздумывая, запускаю ему в спину.

Снежок мягко, но точно впечатывается, рассыпаясь белым облачком.

Арсений замирает. Медленно поворачивается. Его глаза сначала удивленно расширяются, а потом в них загорается опасный огонек.

- Ты это сейчас серьезно? - спрашивает он, поднимая бровь.

Я не сдерживаюсь и начинаю смеяться.

- Что, господин наследный принц Щербинский? Вы никак получили снежком первый раз в жизни? До этого никто не решался? Похоже, сам ты не знаешь, как снежок слепить! Я в безопасности!

И это было приглашение к бою. Через мгновение в меня летит ответный снаряд, чуть промахиваясь мимо шапки. Я пищу от неожиданности. Но тут же, подхватив еще снега, начинаю атаку.

Мы носимся по всей снежной округе. Смех смешивается с криками, снег летит во все стороны.

Это не просто игра, это настоящий выплеск эмоций! Моей злости, его… ну, кажется, просто забавы, но какая-то напряженность и с его стороны тоже есть.

Я чувствую, как щеки горят, а легкие раскрываются от бега. Захлестывает адреналин.

В какой-то момент решаю, что пора нанести сокрушительный удар. Подбегаю вплотную и намереваюсь хитро запустить горсть снега ему за шиворот.

Но Арсений оказывается быстрее…

Он ловит мои руки в свои, крепко сжимая запястья. Я пытаюсь вывернуться, барахтаюсь, и в результате мы теряем равновесие.

Как-то фоном понимаю, что Арс отпустил мои руки и своими закрыл мой затылок и спину. Прижал к себе.

Несколько секунд мы, обнявшись, кубарем катимся по глубокому снегу. В лицо летит холодная россыпь, крики вырываются из груди. И вот мы оказываемся лежащими в сугробе, я под ним, он надо мной.

Наши тела прижаты друг к другу. Ощущаю каждый изгиб его мускулистого тела даже через одежду.

Его дыхание опаляет мое лицо, глаза слишком близко, и в них что-то такое… дикое, первобытное.

Несмотря на всю свою злость, на абсурдное похищение, на весь этот кошмар, я чувствую, как по телу разливается горячая волна.

Близость этого парня будоражит что-то глубоко внутри меня, какую-то запретную чувственность, которую я старательно сдерживала.

Вернее, я не подозревала, что она вообще есть во мне.

В этот момент мир сужается до его глаз и ощущения его веса на мне. Мокрая одежда уже не кажется такой холодной.

Он отрывисто выдыхает, потом мягко улыбается, и улыбка эта какая-то… победная.

- Ну что, сдаешься? - шепчет он, и я чувствую, как мое сердце пропускает удар.

Я пытаюсь что-то ответить, но слова застревают в горле.

Он приподнимается, хватает меня, как какую-то безвольную куклу, и одним движением закидывает себе на плечо.

- Эй! Отпусти! - кричу в шоке

Начинаю колотить его руками по спине, но это бесполезно.

Его смех звучит где-то над моей головой. Он уверенно шагает обратно к дому. Несет меня, всю мокрую, всклокоченную и чертовски растрепанную, словно какой-то трофей.

Злость снова полыхает.

Но под ней, глубоко-глубоко, прячется это странное, необъяснимое чувство… То ли восторг, то ли предчувствие. А может, просто признание, что я вдруг чувствую себя живой.

И это странно.

Арс вносит меня прямиком в "мою" комнату.

- Переоденься в сухое. А лучше сначала залезь в теплую ванну.

- Для начала поставь меня!

- Ладно.

Кроссовки он с меня стянул в прихожей. Предусмотрительный!

Боится, что натопчу в его чудесном домике?

А может, набрать не просто ванну, а всю ванную комнату? Устроить потоп? Открыть кран и не закрывать полчаса?

Выдыхаю. Если рассудить трезво, это никак не поможет. А если поддаться странным эмоциям - мне не хочется портить что-то в этом доме. Он мне нравится.

В отличие от его отбитого хозяина!!!

- Может, у тебя еще есть шоколадная бомбочка? - поднимаю брови. - Я без них ванну не принимаю.

Дергаю вниз молнию на комбезе. Он поставил меня на пол, отошел, и я больше не прижата к его телу. Теперь чувствую только холод.

- Там есть пена для ванны, принцесса. Карамельная.

- Серьезно?!