Ты предатель, папа!

Глава 1

- Мама, мамочка!

В динамике телефона слышен голос дочери, в котором сквозит ужас.

- Я домой приехала раньше… хотела сделать сюрприз… а здесь… мамочка!

Я сжала телефон в пальцах и только и могла, что стоять, открывая и закрывая рот.

- Что там, Даш? Только не молчи!

- Здесь папа… и тётя Алла. Голые… в вашей постели!

Голосок дочери сорвался. Я сорвалась следом и помчалась к машине.

А через полчаса меня ждало самое огромное потрясение в жизни. Даше не привиделось. Её отец и вправду изменял мне с моей лучшей подругой.

«Ты предатель, папа!» - три слова, которые выкрикнула дочь отцу.

И мне нечего к ним прибавить…

Разгуливая вдоль полок гипермаркета, я выбирала продукты, складывая их в тележку, а заодно продумывала, что ещё будет нужно прикупить для отпуска, в который мы собирались через неделю всей семьёй.

Я, мой муж Лев, наша с ним дочь четырнадцати лет Даша - вот компания, которой было всюду и везде уютно и хорошо. Мы планировали посетить север нашей огромной родины, побывать там, куда придётся добираться с приключениями. Обычно предпочитали ездить с комфортом, но сейчас выбрали довольно труднодоступные места для путешествия и с азартом обсуждали момент, когда сядем в самолёт, долетим до пункта назначения, а дальше отправимся на перекладных в городок, где даже летом было довольно прохладно.

Улыбнувшись самой себе, я положила в тележку сразу целую упаковку злаковых батончиков. Это был отличный перекус для всей честной компании в длительных переездах и переходах, которых у нас было запланировано весьма много.

- Олесич, привет, ты дома сейчас? - спросила у меня Юля, моя двоюродная сестра, когда я уже собиралась направиться к кассовой ленте, по пути заглянув в отдел с экипировкой для путешественников.

Две «пенки», на которых мы обычно спали в палатках, изрядно поистрепались, нужно было обзавестись новыми.

- Привет, уже не дома, - откликнулась я. - Буду у тебя через полчаса, как и договаривались, а что?

К сестре я должна была заскочить за термосами, которые она пообещала дать с собой на всякий случай. А ещё для того, чтобы послушать её мужа Диму. Тот должен был дать нам инструкции, что называется, из первых уст.

- Да ничего… Я сейчас мимо ехала, Лёвина машина у подъезда стоит. Думала тебя забрать, раз ты ещё дома. Но раз уже ушла…

Я нахмурилась и взглянула на часы. Лев ещё был на работе, это знала точно. Муж вообще был весьма ответственным, и если рабочее время длилось ровно до четырёх, его из офиса было не выкурить.

- Ты, наверное, ошиблась, - сказала, направляясь в отдел, где продавались товары для туризма. - Лёва точно не может быть дома.

Юля хмыкнула.

- Может, заехал за чем-то? В любом случае, это всё ерунда. Уже направляюсь к себе, приезжай.

Она отключила связь, а я приостановилась, потому что внутри что-то противно царапнуло. Я знала, что если бы Лёва заскочил домой с работы, он обязательно бы меня об этом уведомил. Значит, Юля ошиблась и просто перепутала машины.

Добравшись до нужного отдела, я стала выбирать «пенку». Ещё было нужно обзавестись какими-нибудь приятными и полезными мелочами, которые непременно пригодятся в поездке. Собирались арендовать большую машину для того, чтобы добраться до берега Баренцева моря, а это значило, что багажа можно было прихватить с избытком. Ну а то, что придётся переплатить в аэропорту - ерунда. В последние пару лет доходы нашей семьи выросли. Лёва перешёл на новую должность, мой маленький бизнес тоже пошёл в гору. Так что мы вполне могли позволить себе маленькие «роскоши».

Я взяла в руки термокружку и повертела её в руках. Смешной принт как нельзя лучше подходил Дашке. Она обожала зайцев. Казалось, её комната - это целый склад для пушистиков самых разных мастей и размеров. Зайчиками-игрушками была полна её детская, которую наша со Львом малышка запрещала так называть. Ведь дочери было уже целых четырнадцать лет, а значит, она уже никакой не ребёнок.

Раздался звонок на телефон, и я, вытащив его из сумки, улыбнулась. А вот и «не ребёнок» собственной персоной. Дашка уехала со сборной по гимнастике в Москву. Ей в сопровождение мы отрядили мою маму, которая всё никак не могла смириться с тем, что внучка уезжает так далеко одна. И все мои и Лёвины попытки убедить её, что рядом всегда сборная и опытные тренеры, никакого эффекта не оказывали.

- Да, Дашунь? - ответила я на звонок и тут же замерла от ужаса, который сквозил в каждом слове, которые стала выкрикивать мне дочь:

- Мама, мамочка!

В её голосе слышалась такая оторопь, смешанная с истерикой, что у меня мороз по спине побежал. Что могло случиться? Я была неправа и мне стоило самой поехать с Дашей на эти сборы?

- Я домой приехала раньше… - затараторила дочь. - Хотела сделать сюрприз, ничего вам с папой не сказала. И вот… бабушка пошла в магазин, а я поднялась наверх. - Она буквально захлёбывалась словами. - А здесь… мамочка..!

Я стояла и хлопала губами, как выброшенная на берег рыба. Что могла увидеть Дашка, поднявшись в квартиру? Вспомнились слова Юльки о том, что она видела машину Льва у подъезда. Он тоже приехал с работы, ничего мне об этом не сказав, а в квартире ему стало плохо?

Мои пальцы впились в равнодушный пластик. Я держалась за ручку тележки с такой силой, как будто только её наличие могло спасти от того, чтобы я не свалилась в пропасть.

- Что там, Даш? Только не молчи! - взмолилась я, делая шаг в сторону, но так и не отпуская ручку. - Что там? Что-то серьёзное?

- Здесь папа… - откликнулась дочь, и у меня пол стал уходить из-под ног.

Она увидела что-то страшное. Со Львом случилась какая-то беда! Так думала я до момента, когда Даша добавила сдавленно:

Глава 2

Даша обнаружилась сидящей на лавке возле подъезда. Машина Льва действительно стояла там, где он обычно её и оставлял. Сердце моё, бешено колотящееся всю дорогу до дома, замедлило свой ход, а потом показалось, что оно и вовсе остановилось. Глядя на дочь, я понимала, в каком состоянии она находится.

Рядом с ней сидела моя мама. Она обняла Дашу одной рукой, а второй прижимала к себе буханку хлеба. Видимо, за нею она и отправилась в магазин, а дочь в это время поднялась к нам и увидела то, что совсем не предназначалось для её глаз.

- Мама! - увидев, что я приехала, Даша подскочила с места и, подбежав ко мне, вцепилась руками в мою одежду.

Дочь была одного роста со мной, но сейчас мне почудилось, будто она такая крохотная и беззащитная, что ей не четырнадцать лет, а от силы три.

- Так… так, всё в порядке, всё хорошо, - начала я успокаивать её, но эффект вышел прямо противоположным.

Даша запрокинула голову, посмотрела на меня и сказала твёрдо:

- Ничего не хорошо! Я уже всё бабушке рассказала. Он там! Он с тётей Аллой!

Сердце снова стало разгонять бег. Картинки, замелькавшие перед глазами, вызывали тошноту.

- Давай сделаем так. Я поднимусь сейчас туда и… - осеклась, не зная, как продолжить.

Я поднимусь, чтобы убедиться в том, что мой муж мне изменяет? А потом позову тебя и мы… Сделаем что? Выставим его за дверь? Как вообще это происходит в семьях, где мужчины не могут удержать своё хозяйство в штанах? И не просто ложатся в постель с другой, но ещё и выбирают для этого одного из самых близких людей семьи? Снова захотелось застонать от понимания, что Лев спал не с кем-нибудь, а с Аллой. И как часто у них это происходило, да ещё и в нашей квартире? Лёва знал, что меня не будет пару часов. Они с Аллусей договорились встретиться у нас с весьма конкретной целью. Это была разовая «акция», или Лев мне изменял на постоянной основе? Только с Аллой, или любовниц было много?

Вопросы роились, проносились в голове со скоростью света. Сменялись один другим и казалось, нет этому ни конца, ни края. Но я должна была получить ответы на всё…

- Мам, я иду с тобой, - так и не дождавшись продолжения, сказала Даша уверенно.

Отстранившись от меня, кивнула на мою маму.

- А бабушка пусть пока посидит здесь с моими вещами.

Я только сейчас заметила чемоданчик Дашки, сиротливо стоящий чуть поодаль. Тащить с собой дочь, не зная, что мы можем там увидеть, было глупо. Но я знала Дашу - если она сказала, что пойдёт, то её не отговоришь.

- Хорошо, - всё же приняла я решение. - Постоишь в лифтовом холле, а я зайду в квартиру.

Это был компромисс, на который дочь согласилась. Я понимала, почему она хочет быть рядом - знала, что её поддержка в эти минуты очень нужна. Но также осознавала, что не позволю своему ребёнку вновь стать свидетелем отвратительных сцен.

- Идём, - сказала ей и её ладонь тут же скользнула в мою руку.

Подойдя к маме, которая так и сидела, впиваясь пальцами в пакет с хлебом, я не удержалась и всхлипнула. Она ведь обожала Льва, считала его своим сыном. Для нее это тоже удар.

- Мам… мы наверх. Посидишь здесь? - спросила у неё, стараясь, чтобы голос мой не дрогнул.

Вся эта ситуация напоминала что-то сюрреалистичное. Мы втроём внизу, а там, на седьмом этаже, в квартире происходит бог знает что. И так страшно просто подняться и увидеть всё собственными глазами.

- Я ему задам… я ему так задам! - проговорила мама, правда, в голосе её не слышалось и капли воинственности.

Лишь только та боль, которую я сама ощущала всей душой.

- Идём, - повторила я Даше и мы направились ко входу в подъезд.

Каких сил мне стоило просто подняться в лифте и, оставив дочь в холле, подойти к двери в собственную квартиру, не знали даже небеса. Выудив из сумочки ключи, я вставила один из них в замочную скважину и повернула. Но ничего не произошло. Дверь была не заперта. Видимо, Даша, когда увидела отца с Аллой, просто закрыла её и убежала. И почему я не расспросила у дочери обо всех обстоятельствах произошедшего? Виной тому был шок, в котором мы обе пребывали. Но сейчас у меня был шанс разузнать обо всём из первых уст.

Открыв дверь, я невольно охнула. В прихожей обнаружились туфли Аллы, рядом - ботинки Льва.

- Есть кто дома?

Это был дурацкий вопрос, но я его задала. Сразу поняла, что в спальне никого нет. Она просматривалась с того места, где я находилась, переступив порог квартиры. Мало того, постель находилась именно в таком состоянии, в котором я оставила её утром, заправив после сна.

- О, Олесёнок, - отозвался Лев, распахнув дверь кухни.

За столом, немного растерянная и ошалевшая, сидела Алла. Она быстро взяла себя в руки и, улыбнувшись, поднялась мне навстречу.

- А мы тут чай собирались пить, - добавил муж.

Я жадно и цепко смотрела за каждой его эмоцией, ловила оттенки лжи в словах, но, кажется, всё было ровно так же, как и обычно.

- Я же забыла, что ты к Юльке поедешь, - улыбнувшись, сказала Аллуся. - Заскочила к вам, а тебя нет. Зато Лёва раньше с работы вернулся.

Они переглянулись. Мельком, но мне хватило этого, чтобы увидеть немой диалог, быстро произошедший между Львом и Аллой.

- А ты чего так рано? - спросил муж, подойдя ко мне и приобняв за плечи. - Вроде к сестре собиралась, а это обычно надолго.

Он улыбнулся, как делал это всегда - открыто, по-мальчишески. Смотрел на меня с любовью, а я только и могла, что растерянно хлопать глазами, не зная, что сказать.

От необходимости отвечать меня избавила Даша. Она появилась в прихожей следом за мной и, когда я повернулась к ней, увидела, какое отчаяние сквозит во взгляде дочери.

- Не только мама рано… но и я! Я приехала полчаса назад и всё видела, папа! Теперь я знаю, что ты предатель!

Глава 3

Удивление на лице мужа было столь огромным, что я на мгновение поверила в его искренность. Вот ведь Лев, стоит передо мной, такой же, как и обычно. А рядом с ним Алла… тот человек, которого я знала полжизни. Это ведь с нею я шла на роды, потому что хотела избавить от неприятного зрелища мужа. Это она стояла в церкви рядом со мной, держа на руках Дашку, и давая обещание перед богом быть ей второй матерью. Господи! Какой ужас, если сбудется то, что озвучила моя дочь. Если Лев и Алла действительно легли в постель…

- Дашунь… Ты что? - удивился Лёва. - Как ты приехала полчаса назад? Куда? Ты была здесь?

На его лице было настолько искреннее недоумение, что усомниться в нём было почти невозможно. Я сама перевела взгляд на лицо дочери и, высвободившись из объятий мужа, отошла к Даше.

Сейчас я была ей очень нужна, как и она - мне.

- Да! - выкрикнула Дашка. - Я была здесь и видела, как вы вдвоём, - она ткнула пальцем сначала в отца, потом - в Аллу, - были голыми в постели!

Я физически ощущала, в каком истерическом настроении пребывает дочь. И понимала её на все сто. Это побудило меня встряхнуться и заставило взять себя в руки. Я взрослая и со всем справлюсь. В отличие от Дашки.

- Котик, давай успокоимся, - сказала, повернувшись к ней.

Для меня сейчас главным было привести дочь в чувство. Она не должна с этим сталкиваться, она - не я.

- Иди, спустись к бабушке и побудь с ней. Я здесь сама со всем разберусь.

Скольких сил мне стоило растянуть губы в насквозь фальшивой улыбке, не знал никто. Но я сделала это, чем хоть немного отрезвила Дашу.

- Я буду внизу, - всхлипнув, сказала она и, понуро опустив плечи, ушла.

Сделав несколько рваных вдохов, я призвала на помощь все силы и, вновь повернувшись ко Льву и Алле, сказала:

- Идём на кухню. Нам нужно многое обсудить.

Они снова переглянулись, что опять меня царапнуло. Но если представить, что Даша вдруг что-то себе придумала, то восприняла бы я эти переглядывания настолько остро? Я ведь доверяла Льву и Алле на все сто. Они могли обмениваться шутками вроде «Что за кума, коль под кумом не была?» и я в этот момент стояла рядом и тоже смеялась, как и они. Последнее, что мне пришло бы в голову - приревновать мужа к Алле…

- Аллусь, Лёва… Ситуация следующая, - сказала я, когда мы устроились за столом на кухне. - Мне позвонила Даша и сказала, что поднялась наверх, когда приехала со сборов… - Я сделала паузу, подбирая слова, затем продолжила: - И увидела вас… в постели. Без одежды.

Сказав это, замерла. Вновь представила, что увидела Даша, когда зашла домой… Накрыл такой ужас, что мурашки пошли по коже. Моя девочка там, внизу, знает, что я сейчас говорю с её отцом об измене. Как ей смириться с мыслью, что весь её маленький мир может быть разрушен?

- Господи, какая глупость! - нервно хохотнула Алла. - Я приехала к тебе, забыла, что ты будешь у Юли. Лёва уже вернулся домой, встретил меня и предложил выпить чаю.

Она указала на чашки, от которых всё ещё шёл пар. Повторила то, что уже мне сказала, и эта история была весьма складной. Не увидь Даша отца с крёстной в кровати, я бы даже ухом не повела, застав их за совместным чаепитием.

- Она мне мстит, - вдруг сказал Лёва и, прикрыв глаза, покачал головой.

Мы с Аллусей синхронно воззрились на него, не понимая, о чём речь. Кто кому мстит? Он о Даше? Какие глупости! Она ведь обожала отца, и эти чувства были полностью взаимными. Так о чём сейчас шла речь?

- Я всё понимаю, подростковый возраст и всё такое, - продолжил Лев. - Но это ни в какие ворота не лезет, Олесь. Я с ней немного повздорил перед тем, как она уехала на сборы. Вот она теперь мне мстит за это. Придумала какую-то ерунду и отрывается на мне!

Ударив кулаком по столу, Лёва поднялся на ноги и отошёл к окну. Заложил руки в карманы простых спортивных шортов, которые обычно носил дома, и добавил:

- Нужно будет сводить её к психологу. Помнишь, из-за чего случился сыр-бор накануне её отъезда? - спросил Лев, повернувшись ко мне. - Из-за какой-то ерунды, когда я пошутил по поводу её подруги Наташи! И вот Дашка решила мне отомстить. Ладно я… справлюсь. Но она умудрилась вовлечь в это ещё и Аллу…

Глава 4

- Это глупости! И неправда! - резко, как будто сейчас речь шла о том, что на мою дочь напали и едва ли не собираются её убить, сказала я.

- Ты ей веришь? - изумился муж. - Ты веришь в то, что я мог… с Аллой? Да она мне практически сестра!

Он возмущался и это звучало настолько искренне, что сомнения одолели меня с головой. Да, я должна была выбрать какую-то сторону, но когда вот так, с разбегу, невольно погрузилась в эту ужасающую ситуацию, требовать от меня каких-то сиюминутных действий, способных разрушить всё до основания, не стоило. Очень легко взять огнемёт и сжечь всё дотла. И очень тяжело потом выстроить всё заново. Если не невозможно.

- Дашка ни разу не была замечена во лжи! - сказала я, поднимаясь с места. - И уж простите, но да… Я хочу всё проверить.

Выдерживать и дальше то напряжение, что сковывало меня по рукам и ногам, я не смогла. Промчалась вихрем в спальню, сдёрнула покрывало. Постель была точно такой же, какой я оставляла её каждодневно, отправляясь на работу.

- Олесь… Олесь, ну ты что? - воззвал ко мне Лев.

- Я согласна с Лёвой, - подала голос Алла. - Не в том, чтобы обвинять Дашу, ты не подумай. Просто она подросток… она стала точить зуб на отца. И вот, во что это вылилось.

Едва дослушав, я метнулась в ванную. После секса ведь принимают душ, не так ли? Здесь тоже всё было нетронутым. Никаких влажных полотенец, отправленных в стиральную машинку. Никаких волос на раковине и всех тех атрибутов, которые обычно сопровождают купальные «истории». Да и что у Льва, что у Аллы не имелось вида, будто они только что принимали душ.

- Олеся, Господи, пожалуйста, просто мне поверь! - взмолился муж, когда я перебежала в сторону кухни и стала рыться в мусорном ведре.

И здесь всё то же было ровно таким, каким оставалось утром! Выброшенные упаковки из-под двух круассанов, что мы съели со Львом на завтрак, и всё. Их я отметила отдельно, потому что поставила себе пометку в следующий раз сделать к утреннему кофе что-то более основательное.

- Просто поверь мне…. нам! - попросил Лёва, когда мне показалось, что я начинаю сходить с ума.

Взял меня за плечи и легонько встряхнул. Я стояла, глядя на него. Переводила глаза на Аллу, потом обратно на мужа и не понимала, что творится. Оглушённая новостями, ошарашенная тем, что со мною вообще всё это может происходить, я не знала, что мне стоит предпринять.

- Что ты предлагаешь мне сделать дальше? - спросила, обращаясь ко Льву. - Сейчас Даша поднимется в квартиру и будет снова истерить и повторять, что она видела вас, занимающихся сексом.

Сказанное меня настолько ужаснуло в который раз, что я высвободилась из рук мужа и отошла.

- Вы же знаете, что если это действительно так, то между нами всё… конец?

Я очень старалась не эмоционировать, но голос меня подвёл. Всхлип, который сопровождал сказанное, был весьма красноречивым.

- Олесь… Да как ты вообще можешь в это верить? - выстонала Алла, качая головой. - Лев прав, он мне почти брат. Это просто немыслимо - подозревать нас в подобном!

Я мысленно досчитала до пяти и опять повернулась к мужу.

- Тогда повторю свой вопрос: как ты видишь дальнейшее развитие событий? Ты будешь говорить с Дашей? Учти - это придется сделать в моём присутствии в любом случае!

Лёва тут же закивал.

- Конечно, в твоём, и конечно, мы будем с ней говорить. Придумать такое - ну надо же!

Он подошёл ко мне и снова попытался обнять. Я замотала головой, не давая ему этого сделать.

- Я ещё ни в чём не разобралась, Лёва. Но планирую это сделать. И мне бы очень хотелось, чтобы Даша действительно всё увиденное придумала.

Я вспомнила, как дочь рассказывала мне о том, что стряслось. Сыграть такое просто ради мести отцу из-за сказанных слов о её подруге? Господи, да это ведь немыслимо! Но не менее немыслимо понимать, что Лев и Аллуся могли творить такое за моей спиной!

- Ты давно пришла? - спросила у Аллы, давая себе моральный пинок, чтобы хоть немного прийти в себя и продолжить выяснять те вещи, которые могли, или уже перевернули мою жизнь на сто восемьдесят градусов.

- Я… не знаю… Перед тем, как ты приехала, а что? - удивилась Алла.

- То, что если ты здесь почти час, то чем вы занимались со Львом? А если меньше, то почему тебя не видели моя мама и Даша?

Аллуся снова переглянулась с моим мужем. Она была растеряна, вот только понять, связано ли это чувство с тем, что их обоих обвиняли в настолько тяжком преступлении, или с реальным соучастием в грехе, от которого было не отмыться, я не знала.

- Я зашла со стороны садика, Олеся… И никого не видела у подъезда. И вообще… мне очень горько сейчас понимать, что ты вообще способна подозревать меня в таких кошмарных вещах.

Я не смогла больше стоять на ногах. Они подкашивались, а голова кружилась. Упав на стул, подняла голову и взглянула на Аллу и Льва. Они были такими близкими и родными! Как же мне смириться с мыслью, что эти двое могли ложиться в постель, которую я делила со Львом? Или с осознанием, что Дашка могла настолько крупно соврать?

- Я позову дочь. Пусть поднимется в квартиру, она устала с дороги, - сказала я, встав на ноги.

И хоть сделать было это тяжело, я справилась.

- Конечно, зови, - тут же откликнулся Лев. - Очень хочется поговорить с этой несносной девчонкой! Пусть извинится за то, какую ерунду не только надумала, что ещё и успела вложить в твою голову.

Глава 5

- Этого не будет! - ответила ему уверенно. - Никаких извинений вы у неё требовать не станете, пока я не буду уверена в том, что Даша лжёт.

Сказав это и проигнорировав тяжёлый вздох, больше похожий на стон, со стороны мужа, я набрала номер дочери и проговорила в трубку:

- Мы ждём тебя дома, Дашуль.

Она ответила коротко:

- Сейчас буду.

И потекли те секунды, когда я чувствовала себя как на иголках. Всё смотрела и смотрела на Льва и Аллу, и каждый взгляд на них приводил меня в ещё большую растерянность. Подруга была так расстроена из-за происходящего, что такой, пожалуй, я не видела её даже в момент их развода с мужем Германом.

- Мам! Я бабушку отправила домой, - раздался голос Даши от двери в квартиру, и я ринулась к дочери.

Взяла её за плечи и всмотрелась в любимое личико. Она была собрана и спокойна, это хоть немного сбросило тот груз, что лежал у меня на душе.

- Мы с твоим папой и тётей Аллой побеседовали. Они отрицают… ну, всё то, что ты видела. Я вроде всё проверила…

Я говорила и понимала, как абсурдно всё это звучит. И с каждым словом чувствовала, что Даша отстраняется.

- Ты мне не веришь? - спросила она, и столько ледяного спокойствия было в её голосе, что мне стало окончательно не по себе.

- Я хочу разобраться во всём, Даш. Но тебя обижать не позволю в любом случае.

Она хмыкнула и вдруг… пошла на кухню. Моя маленькая храбрая девочка, у которой мне ещё стоило поучиться. Зайдя следом за ней, я встала так, чтобы оказаться между нею и Аллой со Львом. Молчание между нами всеми угнетало, но я попросту не понимала, с чего начать.

- Дашенька, что ты такое придумала, а? - обратился к дочери Лев, когда пауза затянулась настолько, что мне почудилось, будто мы все попали в вакуум.

- Папа, я ничего нового тебе не скажу. Ты предатель! Я всё видела! Видела вас двоих в постели!

Спокойствие оказалось наносным. В голоске Даши прорезались нотки истерики.

- Дашунь, спокойно. Я на твоей стороне и я с тобой, - сказала, обернувшись.

Нет, я не должна была стоять между нею и Аллой со Львом. Я должна была быть рядом. Сделав шаг к дочери, я обняла её одной рукой. Почувствовала, что Даша дрожит, а потом услышала рваный судорожный вздох.

- Я тебе верю, - сказала ей.

Говорила то, что чувствую. Даже если дочь лжёт - в чём я уже очень сомневалась - ей нужно, чтобы я была рядом.

- В смысле, ты ей веришь? - воскликнула Алла, вскакивая с места. - Олесь… ты что? У подростков такое бывает. Знаешь, Тоша тоже мне выдавал всякое! Но рушить из-за этого ту дружбу, которой столько лет?

Она подошла ко мне и Даше, схватила меня за руку и впилась взглядом в моё лицо. Её глаза буквально пылали криком: поверь! Поверь в то, что всё это просто какое-то недоразумение. Жуткое, странное, страшное… но не имеющее к реальности никакого отношения.

- Дарья устала с дороги, - сказала я, призывая на помощь все силы. - Ей нужно отдохнуть.

Снова со стороны дочери послышался судорожный всхлип, в котором я чувствовала облегчение. Я всё делала правильно.

- Алла, до встречи, - обратилась к подруге. - Лев, тебя прошу переночевать у родителей. Или где тебе будет удобно.

Я посмотрела на мужа, на его лице проступили такое возмущение и такая оторопь, что я снова начала сомневаться. Ожидала чего угодно - взрыва со стороны Лёвы, когда он пошлёт меня ко всем чертям после моих слов. Того, что он опять начнёт заверять меня в том, что Даша лжёт. Но он, поднявшись следом за Аллой, которая отошла и стояла сейчас чуть в стороне, сказал:

- Хорошо, будь по-твоему, Олесь. И я очень надеюсь, что это недоразумение мы обсудим позже, когда всё устаканится.

Лев просто вышел из кухни, оставляя мне чувство, что я была к нему несправедлива. Но сейчас выбор был сделан. Я показала, что буду со своей дочерью, даже если она всё это придумала.

- Мне очень жаль, что всё… дошло до подобного, - сказала Аллуся и тоже вышла из кухни.

Мы с Дашкой остались вдвоём. Пока я чутко прислушивалась к тому, как подруга выходит из квартиры и как Лев собирается, чтобы уехать, дочь тяжело опустилась на стул и, закрыв руками лицо, беззвучно разрыдалась.

- Котик… Даш, ты что? Я с тобой. Я рядом, - проговорила, присаживаясь на коленях возле неё и отчаянно желая впитать в себя хоть часть того, что испытывала моя малышка.

- Я знаю мам… знаю… - шепнула она, но рук от лица не отняла.

А я только и смогла, что обнять её ноги и положить голову ей на колени. Мне было так тошно, хоть волком вой. Но позволить себе сейчас рыдать - означало принести Даше ещё больше моральных страданий. Я должна была быть сильной, даже если от меня на это требовался максимум усилий.

Наконец, за Львом тоже закрылась дверь. Муж ушёл… Я не могла даже предположить, что ждёт нас дальше. Но ощущала, что жизнь моя сломалась и распалась на части. Даже если Даша соврала и мы с мужем и Аллой будем общаться и дальше, всё уже никогда не будет прежним. Всё уже не цельное и не такое, каким было раньше. Не такое, каким должно было быть всегда.

- Мам… спасибо… спасибо, что поверила, - сказала Даша, начав гладить меня по волосам.

И я не смогла больше сдерживаться. Тоже разрыдалась, сотрясаясь всем телом.

Ощущала себя сейчас сломанной, разобранной на части. И как собрать себя обратно по кускам не представляла.

Глава 6

Когда дочь ушла в душ, я снова приступила к обыску квартиры. Чувствовала себя так мерзко, как гребаный Коломбо, которому изменила жена, а он, несмотря на то, что все указывало на ее неверность, все жаждал найти подтверждение обратному.

Снова перетряхнула постель. От белья пахло кондиционером с ароматом орхидей. Я вспомнила, как забавлялся Лев, отмечая, что мои цветы на подоконниках ничем не пахнут, так хотя бы во сне я буду представлять, что у них имеется запах. Пристально осмотрела каждый сантиметр кровати на предмет волос и прочего. Ничего не находилось.

Простонав, я сдёрнула бельё и бросила его на пол. Отправлю в стиралку сразу, как Даша выйдет из ванной. Сев в кресло, я растерла заплаканное лицо руками. Что мне делать дальше? Нанять детектива? Наверное, это будет самым верным решением, ведь сейчас, когда Лев поживет один, ничто не помешает ему встречаться с Аллой на вполне свободных началах.

Во рту появился противный привкус, как будто мне насильно влили в него горькую полынь. Как же все это ужасно!

- Мам! - позвала меня Даша, и я отняла руки от лица.

Заставила себя улыбнуться и покачала головой. Взгляд дочери остановился на постельном белье, сваленном в кучу. Я вскочила на ноги и, собрав вещи с пола, сказала:

- Сейчас закину в машинку, потом… ты наверное, голодна?

Дашка судорожно сглотнула и помотала головой.

- Не голодна, но давай поговорим.

И снова я отметила то, какой вдруг взрослой стала дочь. Видимо, это событие изрядно подтолкнуло её к тому, чтобы вырасти за мгновение ока.

- Хорошо, тогда я загляну к тебе, как только справлюсь со стиркой, - ответила ей и, натянуто улыбнувшись снова, ушла в ванную.

Здесь ещё раз всё тщательно осмотрела, хотя следы пребывания в душе дочери уже стёрли бы то, что могло остаться после совместных водных процедур Льва и Аллы. Тут же перед глазами появилась картинка, как они не раз мылись то в этой ванной, то, скажем, у Аллуси. А может, всё ещё более фатально и окажется, что они встречаются уже не один месяц. Например, снимают отель, куда приезжает Лёва после работы, а сам лжёт мне, что он задержался…

Запустив машинку, я села на бортик ванны и приглушённо застонала. Меня охватила дрожь, тело заходило ходуном. Так… Надо было взять себя в руки, потому что я нужна Даше… Прежде всего - ей, а потом уже самой себе.

- Дашунь, - выйдя из ванной и выписав себе пару мысленных оплеух, позвала я дочь, которая сидела на краю постели, уставившись в одну точку перед собой.

Она так и не разобрала вещи - чемоданчик, с которым уезжала на сборы, стоял чуть поодаль.

- Я не пойму, что теперь будет, - сказала Даша, когда я зашла и устроилась напротив неё.

Её слова, вроде бы такие простые, на самом деле являлись основополагающими в самой тяжёлой ситуации, которая только могла с нами приключиться. Потому что я тоже не понимала, что теперь будет.

- Я не знаю, - ответила ей, разведя руками. - Но ты должна понимать, что наши разговоры с твоим отцом - неизбежны. Я бы хотела тебе сказать, что он не перестанет быть твоей папой, несмотря на то, что натворил…

- Но он предатель! Я не знаю, как мы с ним сможем общаться дальше!

Она буквально упала на спину и закрыла лицо руками.

- Как он мог так с тобой? А, мам? Я не понимаю! - раздался её приглушённый голос.

Вот и я не понимала. Если у него кончилась любовь и они вдруг с Аллой осознали, что между ними есть чувства, то зачем эта вся грязь за моей спиной? Лев мог ведь со мной откровенно поговорить и рассказать обо всём. Я подумала об этом и горько улыбнулась. Конечно, данный разговор повлёк бы за собой крах и нашей с ним жизни, и моей дружбы с Аллусей. Но ведь сейчас всё вышло ещё более кошмарно…

- Даш… понимаешь… папа говорит, что между ними ничего не было. И я осмотрела квартиру и не нашла никаких улик, - аккуратно сказала дочери, когда опять поняла, что мою душу охватывают сомнения.

Она тут же села на кровати и посмотрела на меня то ли с опаской, то ли с осуждением.

- Я всё видела своими глазами! Они были… там! И да, мама, я уже достаточно взрослая, чтобы понимать, чем могут заниматься люди в таких позах и без одежды.

- Тише… тише! - взмолилась я, прикрывая глаза. - Я верю тебе! Верю, что ты всё это видела… Но мне нужно самой убедиться, пойми! Иначе меня будут одолевать сомнения…

Да, я стану сомневаться, не потеряла ли я двух близких людей просто так. Значит, выход один - уже завтра я найду детектива.

- Я думала сегодня поехать ночевать к бабушке, - буркнула Даша. - Но потом поняла, что тебя здесь одну оставлять нельзя.

Она пересела ко мне, умостившись на подлокотнике кресла. Обняла меня одной рукой и предложила:

- Давай или вместе к ней поедем, или закажем что-то из кафе и посмотрим комедию.

Предложение было по-детски непосредственным, но я ухватилась за него, несмотря на то, что понимала: ничего из перечисленного мне не поможет. Ехать к матери - означало подвергнуться новым расспросам, к которым я пока была не готова. Заказывать еду и пытаться хохотать над фильмом - да мне кусок в горло не полезет. Но это могло меня отвлечь хоть ненадолго.

- Заказывай тогда что-нибудь на своё усмотрение, - чуть повернувшись к Даше, сказала я. - И выбирай фильм. А я тоже ополоснусь и приду.

Я вернулась в ванную. Хотелось смыть с себя всю ту мерзость, которая липла к коже, как противная паутина, полная дохлых мух. А потом попробуем с Дашей переключиться на еду и фильм. И хоть немного придём в себя.

Спала я в эту ночь отвратительно. Мы с Дашкой легли вдвоём на её кровати. Один раз я даже проснулась от того, что мне из-за стены в нашу с Львом спальню послышались стоны. Вскочила на постели, но оказалось, что это был просто сон. Отвратительный морок.

Кое-как пролежав в полудрёме, я встала в пять утра. Первым делом проверила телефон, но ни звонков, ни сообщений от мужа или Аллы на экране не было. Может, они прекрасно развлекались вдвоём, и им было плевать на то, что я чувствую. И что чувствует Даша…

Глава 7

Очень хреново… Я не удержалась и горько усмехнулась. Он и представить не мог, каково мне в этот момент, и «хреново» - было самым слабым эпитетом.

- Я не против поговорить, - сказала, пожав плечами. - Посидим в кафе? Но у меня не слишком много времени.

Лев посмотрел на меня глазами побитой собаки. Казалось, он хочет сказать что-то, но сдерживается. И я малодушно добавила, поторопив его и опасаясь услышать самое страшное:

- Идём, я действительно тороплюсь.

Конечно, соврала. На работе завалов не было и, пожалуй, мне именно сейчас стоило посвятить всё время тому, чтобы разобраться в стремительно падающую в тартарары семейную жизнь. Но я ещё сутки назад была уверена в том, что мой быт и мой брак нерушимы. Привыкнуть к тому, что это не так, с размаху не получалось.

Мы со Львом расположились в кафе, которое работало круглосуточно. Посетителей в столь ранний час не было, лишь только сонный обслуживающий персонал, почти не обративший на нас внимания, лениво передвигался по залу.

Я села за столик и когда стала листать меню, поняла, что руки мои подрагивают.

- Как Дашка? - спросил Лев, и прежде, чем я бы ответила, добавил: - Я вчера был неправ в том, что о ней говорил. Но пойми, пожалуйста, когда слышишь то, чего не было…

Я вскинула руку, прося его, чтобы он не продолжал. Сейчас опять по кругу обсуждать это - последнее, чего мне хотелось.

- Лёва, я пока ни в чём не разобралась, - сказала ему, когда выбрала блюдо на завтрак наобум.

И была уверена, что к нему не притронусь. Но мне так нужно было совершать какие-то действия, которые бы обманчиво вернули меня в состояние обыденности и покоя.

- Я знаю. И понимаю, как тебе сейчас тяжело, - сказал с жаром муж. - Я готов дать тебе время, я готов делать, что скажешь! Хочешь, я поговорю с дочерью?

- Нет!

Я выкрикнула это слово, чем немало перепугала направляющегося к нам официанта.

- Нет, - добавила тише. - Сейчас самое последнее, что тебе стоит делать, - это трогать Дашу. Она и так с ума сходит от того, что не может находиться в квартире, где…

Замолчав, я побарабанила пальцами по столу. Потом собралась и продиктовала официанту, что хочу заказать.

Лев спрашивал меня о том, что ему делать, но я этого не знала. Могла лишь сказать одно: наш запланированный отпуск, в который собирались, теперь точно не сбудется. За это было отдельно обидно. Я ведь так к нему готовилась… столько планов, столько радости от предстоящей поездки.

- Надо ли говорить, что ни на какое путешествие теперь рассчитывать не приходится? - спросила я у Льва.

Он прикрыл глаза и покачал головой.

- Это всё такой абсурд… Всё, что случилось. С какой стороны ни посмотри - катастрофа.

С этим я была полностью согласна, но знать не знала, что со всем делать. Бежать подавать на развод на основании того, что сказала Даша, но с чем категорически не соглашался Лев? Не сейчас. Не в тот момент, когда у меня нет никаких доказательств.

- Мне тоже очень плохо, Лёва, - сказала я, даже не взглянув на то, что поставил передо мною и мужем официант. - Плохо, когда представляю, как вы с Аллой могли… в нашей с тобой супружеской постели…

- У нас с ней ничего не было! Господи, родная, как ты вообще можешь такое представить?! - воскликнул Лев.

- В том и дело, что никак, - ответила я ему. - Ты сейчас выглядишь очень искренним, но и реакция Даши такая, что её не подделаешь, Лёва. Я в полном раздрае. Я на стороне дочери, потому что она ещё незрелая и не такая взрослая, какой ей хочется казаться. Но я в раздрае, потому что не видела ни одного доказательства того, как вы с Аллой провернули самое страшное предательство за моей спиной.

- Их и не может быть. Слышишь? Их просто не может быть!

Он откинулся на спинку стула. Выглядел таким обессиленным, таким по-настоящему расстроенным, что у меня сердце отозвалось на это участившимся стуком.

- Давай уедем вдвоём? М? - вдруг предложил Лев, ошарашивая меня столь неуместным предложением.

Взять и оставить Дашу, когда она на пике переживаний, а самим укатить в тот отпуск, которого ждала с нетерпением и дочь?

- Дашуля пока придёт в себя, а мы попробуем побыть вместе, как раньше, - добавил он с какой-то истеричностью.

- Предлагаешь устроить нам медовый месяц, пока наш ребёнок здесь страдает от того, что она видела? - поинтересовалась я, приподняв бровь.

Лев тяжело вздохнул и тихо простонал.

- Разве я хоть раз за все годы, что мы вместе, дал тебе повод во мне усомниться? - спросил он меня.

Я помотала головой. Лёва был идеальным мужем. Во всём и всегда. Он даже хозяйство со мной на двоих поделил, когда я стала подниматься по карьерной лестнице. Да и до этого момента постоянно норовил снять меня хоть часть обязанностей, которые я добровольно на себя возложила и была им даже рада.

Он присутствовал при рождении Даши. Он всегда был рядом, всегда смотрел со мной в одну сторону.

- Не дал, Лёва… в том и дело. Но и Дашка никогда ничего подобного не придумывала.

Отодвинув стул, я поднялась на ноги. Оставаться и дальше здесь и вести этот разговор было слишком тяжело.

- Я хочу побыть вне тебя и Аллы и подумать обо всём этом, хорошо? А дальше опять соберёмся и станем говорить на ту тему, с которой бы я не пожелала столкнуться даже самому заклятому врагу.

Сказав это, я не просто ушла, а фактически сбежала. Срочный поиск детектива - вот моё спасение. И я знала, кто мне с этим сможет помочь.

Глава 8

Иван Кременский был тем, кто помог мне на старте открытия моего бизнеса. В прошлом неприметный одноклассник, Иван очень изменился со школьных времён. Потому, когда мы с ним встретились после длительного перерыва, я была весьма удивлена тем, каким Кременский передо мною предстал.

Вот и сейчас, стоило только Ивану войти в небольшой ресторанчик, где мы уговорились встретиться и обсудить детали того щекотливого дела, по которому я его позвала на встречу, я в очередной раз удивилась сама себе. О Ване, однокласснике, который ничем особенным не отличался, сейчас не шло и речи. Передо мной с улыбкой стоял молодой мужчина, которого хоть сейчас - на обложку журнала. Одет модно, но с легкой небрежностью. Очков как ни бывало, на запястье дорогие часы. Да и вообще выражение лица уверенное, как будто Кременский знал - возжелай он, и ему под ноги упадёт весь мир.

- Ты сказала, что у тебя важное дело, привет, - поздоровался он, устраиваясь напротив.

От официанта отмахнулся, да так, что тот сразу понял: пока к нашему столику лучше не подходить.

- Привет, - поздоровалась я, отпивая глоток воды, которую успела заказать до прихода Ивана, потому что приехала загодя. - Да, у меня важное дело и… весьма интимное.

Кременский вскинул брови, в его глазах заплясали чертенята. Ещё во время прошлых наших встреч я поняла, что Иван обзавёлся не только новым внешним видом, но и, ко всему, отменным чувством юмора, которое иногда носило оттенки на грани фола.

- Как хорошо, что я как раз разошёлся с девушкой, так что выкладывай всё интимное, что у тебя есть.

Я почувствовала, как щёки мои опалило румянцем. Конечно, могла просто по телефону сказать, что мне нужно помочь найти детектива, на которого я бы могла положиться, но дело и вправду было слишком щекотливым.

- Не красней, а то становишься похожа на ту Олеську, которую я знал в детстве, - сказал Кременский.

- И какой была та Олеська? - неожиданно для себя включилась я в игру.

- М-м-м… Ты всегда отличалась от других. Помню твои волосы… такие длинные, что им явно завидовали все девочки в классе.

Это был совершенно неуместный разговор, но отчего-то мне становилось легче и легче с каждым произнесённым словом. Крохотные отклики воспоминаний вызывали ностальгию и возвращали в прошлое. Там, где не было всего этого кошмара.

- Ну, сейчас бы, значит, им понравилась моя причёска, - улыбнулась я, заведя за ухо прядь каре. - И если переходить к делу… то мне нужна помощь с поиском хорошего детектива, - всё же вернула я наш разговор в нужное русло.

Иван тут же нахмурился и буквально вцепился в моё лицо глазами.

- У тебя случилось что-то серьёзное? Нужен кто-то, кто занимается промышленным шпионажем? - спросил он.

Я невольно округлила глаза и рассмеялась. То, о чём я уже готова была рассказать Кременскому, промышленным шпионажем я бы точно не назвала.

- Нет, это… личное. Дело в том, что моя дочь… она уверяет, что видела своего отца - моего мужа - с другой женщиной.

Подробностей, разумеется, я избегала. Во-первых, вываливать на голову чужому человеку грязное бельё моей семейной жизни - последнее, что я стала бы делать в любом случае. Во-вторых, опять говорить о случившемся было выше моих сил.

- Так… с конкретной женщиной? Она её знает?

- Да. Это моя лучшая подруга. И по совместительству крёстная мама Дарьи.

Иван постучал по столу пальцами, дал знак официанту, чтобы тот подошёл.

- Чувствую, что без бокала чего-нибудь эдакого здесь не обойдётся. Будешь? - спросил он меня.

Я задумалась. В принципе, могла позволить себе немного расслабиться, да и уже нуждалась в этом. Смогу ли сегодня думать о небольшом заказе, который оставил клиент для моей фотостудии? Вряд ли.

- А давай, - кивнула я Кременскому.

После того, как мы заказали по бокалу вина и сырную тарелку, Иван продолжил свои расспросы.

- Я так понимаю, что твоя дочь видела своего отца и крёстную в какой-то пикантной ситуации? - аккуратно уточнил Кременский, попутно просматривая что-то в телефоне.

- Да, но можно я не стану обрисовывать всё конкретно? - спросила в ответ. - Да и к делу это отношения никакого не имеет.

Иван вскинул на меня взгляд и, внимательно посмотрев мне в глаза, ответил:

- Разрешаю.

После чего расплылся в настолько чертовски обаятельной улыбке, что я сразу поняла: он шутит и пытается тем самым разрядить обстановку. Вино, которое очень быстро принёс официант, тоже сделало своё дело. Я едва отпила глоток, как поняла, что эфемерное чувство расслабленности растекается по венам.

Это было совершенно неправильно - запивать свои проблемы алкоголем, но сейчас мне эта встреча и этот лёгкий вкус с нотками цитруса принёс настоящее облегчение.

- Спасибо, - в тон Ивану ответила я. - И повторюсь - да, моя дочь видела отца с крёстной в весьма пикантной ситуации.

- И твой муж всё отрицает? - Кременский вновь посерьёзнел, вертя в руках бокал.

- Не просто отрицает. Он обвинил Дашку во лжи, сказал, что она ему мстит за какую-то их ссору. Но понимаешь, дочь не такая! - с жаром сказала я.

- Понимаю, конечно, - кивнул Иван. - Продолжай.

- Ну а дальше всё просто - я проверила всё: спальню, ванную, мусорное ведро… Они или успели спрятать улики, или, вероятно, что Лёва всё же не соврал.

Поняв, что сказала лишнего, из чего можно было наделать уйму выводов, я прикусила нижнюю губу. Кременский, надо отдать ему должное, хранил непроницаемое выражение лица. Он выслушал меня и, отпив ещё глоток вина, некоторое время молчал.

- Тебе нужно во всём разобраться. Есть человек, который в этом поможет. Он как раз мой должник, так что просто обязан сработать чётко и быстро, - наконец, изрёк Иван, набирая чей-то номер.

- Я готова заплатить сколько нужно… - начала я, но Кременский показал мне жестом «тчшшш».

А к вечеру того же дня я обзавелась детективом и приняла решение по поводу поездки, с которой было очень жаль расставаться.

Глава 9

И снова я с головой погрузилась в подготовку, только теперь делала это с ещё большим рвением, чем до этого момента. Совместное с дочерью путешествие виделось мне неким избавлением от того груза, что лежал на плечах тяжеленной, в несколько пудов, ношей. Казалось, едва мы окунёмся в северную красоту природы, как все печали как рукой снимет, хотя бы на те несколько дней, что мы побудем вдали от родного города.

Мама восприняла новости о поездке благодушно. У меня появилась мысль взять её с собой, раз уже Лев с нами не ехал, но я её отмела. Во-первых, мне хотелось побыть с Дашей исключительно вдвоём. А во-вторых, мама и сама не стремилась к тому, чтобы покидать привычные стены своей квартиры.

- Вы со Львом больше не говорили? - спросила она, когда пришла ко мне, чтобы помочь с готовкой обеда, пока я возилась с чемоданами.

- Не говорили, - помотала я головой. - Да и не хочется мне сейчас его ни слышать, ни видеть.

Я лишь написала ему сообщение, в котором уведомила мужа о наших с Дашей планах. Сделала это специально - чтобы у него уже завелись мыслишки относительно того, как они с Аллой будут беспрепятственно встречаться, пока мы отсутствуем.

Новости Лёва воспринял нормально, хоть и посетовал в ответ, что не может быть с нами там, куда мы так хотели поехать втроём.

- Ладно, - вздохнула мама.

Она как-то особенно остро переживала предательство зятя. Любила его, как собственного сына, да ещё, ко всему, ей было очень обидно и за меня, и за Дашу.

- Мамуль, не переживай… Всё обязательно наладится, - сказала я, сопровождая слова улыбкой, пока она сосредоточенно нарезала капусту для борща.

Она кивнула, но по виду мамы я видела, что одними словами её было не успокоить. Однако я действительно считала, что лучший лекарь в этом случае - время. А пока смысла перебирать все события и обсасывать их по сотому кругу не имелось.

Я снова вернулась к своему занятию по упаковыванию вещей, но не успела сделать ровным счётом ничего, когда услышала звонок от Дашки. Телефон разразился мелодией, которая была установлена для контакта дочери, а сердце моё отчего-то зашлось от быстрого стука. Вроде ничего необычного: дочь просто звонила мне, чтобы сообщить, что выезжает домой после тренировки, а у меня тревога уже зашкалила. Видимо, всему виной было то происшествие, которое мы все до сих пор переживали и с которым вряд ли способны были совладать в ближайшее время.

- Алло? - как можно спокойнее ответила я на звонок и тут же услышала голос Даши, в котором снова сквозили те нотки истерики, от которых по спине моей мгновенно побежала толпа мурашек.

- Мама! Она была здесь! - выкрикнула дочь в трубку.

Я растерянно присела на край дивана и уставилась прямо перед собой. Уже знала, о ком речь, но всё равно тупо переспросила:

- Кто был?

- Алла! Любовница папы! - снова воскликнула дочь.

- Так, спокойно! Тише! Что она говорила? Почему вообще поехала к тебе?

Задавая эти вопросы, я вскочила на ноги и стала собираться. Вместо страха, который помимо воли появился, когда услышала голос дочери, теперь внутри у меня разливалась злость. Алла поехала не ко мне с разговором. Она отправилась на разборки с моей дочерью!

- Говорила, что я поступаю очень плохо, ведь разрушаю собственную семью. И что мне это обязательно аукнется. И ещё, что вашу дружбу я тоже разрушила. Я! Ты слышишь, мама? Не они, а я!

Мне почудилось, что дочь взрыднула. А может, так и было, и сейчас моя малышка одна, на улице, готовая реветь оттого, что её несправедливо обвинили.

- Я сейчас приеду, - заверила её. - Сядь на ту скамейку, которая рядом с памятником, хорошо? Я сейчас же приеду и тебя заберу.

Сама уже выскочила в прихожую и начала спешно натягивать кроссовки. Из кухни выглянула озадаченная мама.

- Олесь… случилось что-то? - спросила она, и на лице появился испуг.

Эти эмоции, которые испытывали мои самые родные люди по вине тех, кто не мог удержаться от того, чтобы прыгнуть в постель, вызвали у меня даже не злость, а самую настоящую агрессию. Если не сказать - желание убивать.

- Ничего не случилось, мамуль. Дашка проездной забыла, - соврала я как ни в чём не бывало. - Поеду её заберу.

И чтобы не погружаться в те объяснения, которые лишь сильнее всё запутают, я выбежала из квартиры и помчалась к Дашке.

Привезя дочь домой и высадив её возле двери в подъезд, я сказала:

- Скоро вернусь.

Прежде, чем Даша стала бы задавать вопросы, я направилась к той, кто уже напросился если не на ненависть с моей стороны, то к весьма схожему чувству.

Сев в машину и немного успокоившись, Дашка рассказала простую историю. Она закончила тренировку и уже собиралась ехать домой, когда её окликнула Алла, прибывшая к спортивному центру, в котором занималась моя дочь. А дальше… дальше последовал монолог, в ходе которого её крёстная то пыталась воззвать к совести Даши, то обвиняла её напропалую.

Каюсь, я не раз думала о том, что Алла во всей этой ситуации ведёт себя так, словно хочет показать - мне не стоит сомневаться в словах дочери о том, что она увидела накануне. Она затихарилась, она даже не пыталась выйти со мной на контакт. Но, как выяснилось, просто отошла в сторону и после не придумала ничего лучше, чем нанести удар по самому уязвимому человеку.

Едва подъехав к дому Аллы, я увидела её саму. Она как раз только-только припарковала машину во дворе и выходила из неё. Подлетев к ней и встав рядом, я выскочила из авто и окрикнула некогда лучшую подругу:

- Алл! Ну-ка стой… У меня есть пара слов, которые тебе совсем не помешает услышать!

Глава 10

Она застыла, замерла, «зависла». На лице - выражение крайнего недоумения, да ещё и такого искреннего, что у меня возникло два вопроса. Алла всегда была такой актрисой? И действительно считала, что я останусь в стороне после сделанного ею?

- Олесь… - выдохнула он и неуверенно улыбнулась. - А я вот только от Дашки. Поздравляла её с днём ангела.

Сказанное ввело меня в полнейший ступор. Приостановившись возле Аллы, я смерила её взглядом.

- Так поздравила, что у меня ребёнок позвонил мне в полной истерике? - потребовала я ответа.

Брови подруги поползли наверх.

- В смысле, в истерике? Что случилось?

И опять это искреннее недоумение, чёрт бы всё побрал!

- Она сказала, что ты обвинила её в развале семьи! И что наговорила кучу всякого дерьма! Я здесь, чтобы сказать - если ты ещё хоть на шаг приблизишься к моей дочери, будешь иметь дело с полицией.

Алла вдруг всхлипнула и прикрыла глаза. Помотала головой и из груди её вырвался судорожный вздох.

- Олесь… ну что творится, я не понимаю? - спросила она тихо. - Я приехала к Даше, привезла ей подарок. Поздравила с днём ангела и сказала, что очень сожалею… Сожалею о том, как всё у нас вышло, ведь она мне как родная. Ты же знаешь, Тошка у меня себе на уме, ему отец ближе. К вашей со Львом дочери я относилась всегда, как к своей.

Она сделала паузу, переводя дух. Я знала Аллу довольно хорошо, и сейчас видела, что она находится в крайней степени волнения. Только с чем оно было связано? С тем, что переживала из-за разрушенных отношений? Или с тем, что я ей угрожала, и угрозы эти были весьма оправданы?

- Наверное, мне не стоило ей этого говорить, да? Просто отдать подарок и всё? Но я действительно очень сожалею о том, что наша семья рушится на глазах…

Наша семья. Я горько усмехнулась. Никакой нашей семьи больше не было. Любящие люди не творят такое, как Алла и Лев. Не нанимают детективов, чтобы следить друг за другом. Родные просто живут вместе и наслаждаются каждым мгновением. Делят горести и радости, печали и достижения. А то, во что превратилось наше общение, - это ад.

- Больше не подходи к Даше ни на шаг, - отчеканила я. - Ни с подарками, ни с сожалениями, ни, тем более, с лекциями. Оставь моего ребёнка в покое! Иначе я за себя не ручаюсь!

Развернувшись, я направилась к машине. Из меня словно разом выпустили воздух. Нужно было как можно скорее разобраться со своими сомнениями. И я очень надеялась на то, что детектив что-то выяснит. В противном случае я сама нацеплю на себя смирительную рубашку и отправлюсь в сумасшедший дом. Ведь впредь находиться в таком подвешенном состоянии попросту не смогу.

- Дашуль, ты как? - спросила я у дочери, которая откликнулась после короткого стука и разрешила войти.

Я заглянула к ней. Она сидела в кресле, на голове наушники. Вещи, которые принесла с тренировки валяются на кровати кучей.

- Я нормально, мам… уже успокоилась, - ответила она и улыбнулась.

Зайдя к ней в комнату, я тоже растянула губы в улыбке и, присев рядом на подлокотник, сказала:

- Мне пришлось съездить к тёте Алле. Она больше тебя не потревожит, обещаю.

Даша тут же вскинула на меня взгляд.

- Ты была… у неё? - спросила дочь, и в глазах её заплескались какие-то странные оттенки.

Я не могла вот так сразу понять, что за чувства испытывает Даша. Страх? Удивление? Удовлетворение?

- Конечно, была. Она довела моего ребёнка. Как ты думаешь, могла ли я остаться в стороне?

Я говорила эти слова с улыбкой, но сама очень чутко наблюдала за тем, как отреагирует дочь.

- Спасибо, - шепнула она и закусила губу.

И снова у меня возник вопрос: неужели сама Даша считала, что я не стала бы её защищать в этой ситуации?

- Какие глупости, малышка, - ответила, приобняв дочь за плечи. - Конечно, я всегда на твоей стороне. Кстати, - сказала и ненадолго замолчала, подбирая слова. - Алла сказала, что принесла тебе подарок. Это правда?

Даша тут же закивала.

- Да, но я его выбросила. Мне от неё ничего не нужно! Ни от папы, ни от его любовницы.

Она вскочила из кресла и, отойдя к постели, стала разбирать вещи для стирки. Я же некоторое время посидела, пребывая в том состоянии, которое, кажется, уже стало едва ли не моей второй кожей. Раздрай.

Что ж… как можно скорее - отдых. А после него, как я была уверена, появится какая-то информация, которая непременно разрубит этот гордиев узел.

Глава 11

Это были самые спокойные и умиротворённые десять дней за последние несколько месяцев. Иногда я жалела о том, что с нами не поехал Лев, но по большей части просто наслаждалась мгновениями, которые мы с Дашей проводили рядом друг с другом. И дочь наслаждалась ими не меньше моего.

О произошедшем мы не говорили, как будто отрезав это и оставив в прошлом. Жаль только, что просто так, по щелчку пальцев, избавиться от случившегося было невозможно. Я бы многое отдала за то, чтобы просто приехать домой и жить обычной жизнью, как и раньше, но понимала, что это из разряда несбыточных мечтаний.

- Не хочу уезжать, - буркнула Даша, когда мы с ней сидели и ждали объявления о посадке в самолёт.

- Я тоже, но что поделать? - сказала как можно беззаботнее. - Мы обязательно съездим куда-нибудь ещё.

- Правда? - спросила дочь.

Я увидела в её глазах тревогу, которой не было всё это время. Как понять, чего так опасалась дочь? Нет, я, конечно, осознавала, что она боится вновь столкнуться с той ситуацией, которая уже нанесла ей моральный вред, но ведь здесь и сейчас всё было хорошо. И в наших с нею отношениях не было ничего, что могло бы заставить Дашу тревожиться.

- Конечно, правда, - ответила я. - А что?

Она закусила нижнюю губу и вдруг проговорила:

- Не знаю, мам… Мне всё время кажется, что я потеряю не только папу, но и тебя.

Это удивило меня настолько, что брови помимо воли поползли наверх. Пришлось взять себя в руки и сказать размеренно:

- Меня ты не потеряешь никогда, родная. Обещаю.

В ответ в глазах дочери тревога хоть немного стала растворяться.

Моего детектива звали Артуром. Это был неприметный мужчина, при взгляде на которого даже в десятый раз возникало ощущение, что он уйдёт, а я даже не вспомню, как Артур выглядит.

- Здравствуйте, Олеся, - поздоровался он со мной, когда мы встретились в кафе.

В руках Артур держал тонкую папку, которую и положил перед собой, когда мы устроились за столиком. Я воззрилась на неё так, как смотрела бы на ядовитую змею. Там, в этой папке, содержались ответы на мои вопросы. Я не знала, чем занимался Лев, пока мы с Дашей отсутствовали. Он лишь взял за норму каждый вечер писать нам дежурные фразы с вопросом: «Как вам отдыхается?». На него я неизменно отвечала: «Хорошо». И в этом и состояло всё наше общение.

- Добрый вечер, Артур, - ответила я, поёрзав на стуле.

Хотелось схватить папку и ознакомиться с её содержимым, но одновременно я боялась. Боялась, потому что знала - после того, как увижу всё своими глазами, дороги назад не будет. И да - я уже поверила в то, что измена со стороны Льва имела место быть.

- Чем вы меня порадуете? - спросила я, когда мы заказали по чашке кофе.

- Смотря, что вам хотелось бы увидеть, - пожал плечами Артур. - Если факт того, что за это время ваш муж встречался с вашей подругой, скажем, в отеле, или у вас дома… то я вас расстрою. Объекты виделись лишь один раз. Поговорили около часа в небольшом ресторанчике. Не целовались, за руку не держались, вообще вели себя просто как знакомые люди.

Он сказал это, и меня словно ушатом ледяной воды охватило. Алла и Лев за это время… не воспользовались моим отсутствием ни разу?

- Держите, - протянул он мне папку, которую я начала с остервенением листать.

Фотографий было несколько - Лев возле здания, где располагался его офис. Лев рядом с домом своих родителей. И вот они вдвоём с Аллой - сидят напротив друг друга в ресторане.

- Есть ещё распечатки звонков и сообщений. - Он кивнул на папку, в которой действительно обнаружились несколько листков с непонятными цифрами. - Объекты созванивались лишь дважды. Сообщений не было. Мессенджеры, по понятным причинам, прочесть я не могу. Разговоры составили одну и две минуты соответственно.

- Это всё? - выдохнула, замечая, что голос мой пронизывает разочарование.

«Олеся, почему ты не радуешься? - хотелось спросить у самой себя. - Не могли ведь Алла и Лев знать, что за ними организована слежка. Значит, между ними действительно ничего не было?»

Но я понимала, что из этого следует. С большой вероятностью выходило, что Даша солгала.

- Да, Олеся, это всё, - кивнул Артур. - Я, конечно, продолжу слежку, но изо дня в день картина примерно такая - утром Лев едет на работу, откуда не выходит даже на обед. Вечером едет в квартиру родителей, где находится до утра. Несколько раз он на десять минут заезжал в магазин.

- И это вы выяснили один? - усмехнулась я, начиная искать хоть какое-то оправдание тому, что видела и слышала. - Вы же должны хоть когда-то спать? А пока вы спите, он может ездить к Алле!

Я снова услышала в собственном голосе разочарование и даже некоторую истеричность.

- Олеся, вы не знаете специфики моей работы. Конечно, для круглосуточного наблюдения есть те, кто меня сменяет на посту, - ответил спокойно Артур. - И если вы мне не доверяете, можете нанять другого детектива. Правда, подозреваю, что он вам выложит примерно такую же картину, что и я.

Рвано выдохнув, я откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Сколько надежд у меня было на то, что всё выяснится! Как часто я ловила себя на мысли о том, что мы приедем с Дашкой, я встречусь с Артуром и дальше меня ждёт развод и новая жизнь. Да, эти раздумья приносили боль, но определённость была всяко лучше, чем вот это состояние, в котором я зависла, как птица, попавшаяся в силки.

- Я продолжу наблюдение. Возможно, что-то выясню позже, - сказал Артур, допивая остатки кофе.

Он положил на столик деньги и поднялся. Я взглянула на него снизу-вверх, кусая губы от того, какое острое разочарование испытывала сейчас.

- Спасибо, - поблагодарила, хотя и появилось нелепое желание сказать, чтобы он прекращал бесполезную слежку. - Если что-то выясните, я хочу узнать об этом первая.

Артур кивнул и ушёл, а я осталась наедине с собой, этой чёртовой папкой и пониманием, что Даша действительно могла всё это придумать и оболгать Аллу и отца. Но как же мне смириться с этой мыслью? Как после этого общаться с дочерью?

Глава 12

- Я уже и забыл… как это, - вдохнув полной грудью, сказал Лев, который приехал домой, чтобы забрать некоторые вещи.

Мы созвонились накануне, и Лёва осторожно спросил, можно ли ему появиться на пороге родного жилища, потому что тратиться и дальше на то, что в изобилии лежало в шкафах, он считал нецелесообразным.

«Лучше вас снова отправлю куда-нибудь отдохнуть», - такое сообщение он написал после нашего разговора, и оно вызвало у меня лишь кривоватую усмешку.

Потому что до беседы с детективом я могла уверенно сказать, для чего именно ему нужно нас отправить куда подальше. А теперь вновь оказалась под перекрёстным огнём тысячи сомнений.

- Как это - что? - уточнила я, покосившись на объёмную сумку, с которой Лев пришёл за вещами.

- Как здесь чудесно пахнет… - ответил муж, тоже искривляя губы в улыбке.

- Это всего лишь борщ, - проговорила в ответ, отступая в сторону нашей комнаты.

- Нет. Это дом. И никакой не борщ, - произнёс Лёва и перевёл тему: - Даша точно не придёт раньше?

Я вздохнула и пожала плечами.

- Даже если придёт… Вам в любом случае нужно как-то налаживать отношения. Вы - самые родные друг другу люди.

Лев посмотрел на меня с долей удивления и сомнения, которое явственно проступило на лице.

- Не думаю, что она воспринимает меня именно так.

- Это пройдёт, - ответила я, правда и сама усомнилась в том, что сказала. - Что бы ты ни сделал, всё равно будешь оставаться её отцом всегда.

Муж как раз раскрыл поставленную на пол сумку и так и застыл возле шкафа. Из груди его вырвался судорожный вдох и он едва не простонал:

- В том и соль, что я ничего не делал!

Говорить об этом по сотому кругу именно сейчас я была не готова. Вскинула руку, жестом показывая, что разговор на этом завершён.

- Обсуждать это не станем, - сказала жёстко, хотя в груди снова появилось то чувство, благодаря которому мне казалось, что творится что-то жутко неправильное. - Собери, что нужно… и приходи, накормлю тебя обедом, - добавила примирительно.

После чего ретировалась на кухню.

- И вот это место… в нём какая-то такая энергетика… в общем, это надо чувствовать, - с восторгом рассказывала я Льву о нашем путешествии.

Сама как будто бы вновь была там, где мощь моря и океана чувствовалась на расстоянии. Муж слушал так внимательно, что даже забыл про остатки борща, который до этого с упоением уминал.

- Жаль, что меня там не было с вами, Олеся. Мне очень-очень жаль.

О, опять эта искренность, которую я слышала и в голосе Льва, и в голосе Аллы, когда они говорили со мной. Я бы многое отдала за то, чтобы она была неподдельной.

- Мам… А что тут происходит?

Голос Даши донёсся до нас с мужем так неожиданно, что мы аж подскочили, словно были застигнуты на месте убийства с ножами в руках. Дочь воззрилась на отца с таким изумлением, как будто видела его впервые. С ним она даже не поздоровалась, проигнорировав его короткое:

- Привет, доча…

Я набрала в грудь побольше воздуха. Ну не станем же мы в любом случае бегать друг от друга, в самом-то деле! Даже если Лев и Алла - предатели, я предпочту разойтись с ними цивильно, без битья посуды и выдранных волос.

- Происходит то, что твой папа заехал за вещами и я пригласила его пообедать. Ты будешь борщ? - как можно спокойнее спросила у дочери.

Она округлила глаза и посмотрела на меня так, словно я в одночасье стала врагом номер один.

- С ним я за один стол не сяду никогда! - выкрикнула Даша и умчалась к себе.

Я едва не застонала от того, как всё это отзывалось внутри.

- Мне, наверное, лучше уйти, - осторожно сказал Лев, когда я приложила руку ко лбу, потому что голову вдруг прострелило вспышкой боли.

- Думаю, да, - ответила уверенно.

- Хорошо, - проговорил муж. - Спасибо за обед… и за рассказ. Я как будто там с вами побывал.

Он поднялся из-за стола, а чувство неправильности всего происходящего стало точить меня изнутри. Какому богу молиться, чтобы он помог мне разобраться во всём? Кого нанять, чтобы он выяснил хоть что-то?

- До встречи, Лев, - ответила я, вставая со своего места следом за мужем. - Спишемся.

Через полминуты он ушёл. Я проводила его до двери, и когда закрыла ту за мужем, прислонилась к ней спиной.

- Даш! - окликнула дочь. - Ты обедать будешь?

Она выглянула из своей комнаты не сразу. Я даже успела пораздумать над тем, стоит ли её сейчас трогать и говорить об её отце, что называется, по горячим следам, или нет.

- Он ушёл? - спросила Дашка, когда я всё же отлепилась от двери и подошла к ней.

- Папа ушёл, да. Иди обедать.

Дочь сложила руки на груди и помотала головой.

- Не хочу, - отрезала она. - И не хочу, чтобы этот предатель вообще здесь хоть когда-то появлялся!

Я сжала переносицу пальцами. Мигрень лишь усилилась, никаких нервов у меня на всё это не хватало.

- Здесь папины вещи. Конечно, он их будет забирать. Так что давай… возьмём себя в руки и будем просто относиться ко всему не так эмоционально.

Теперь уже Даша смотрела и на меня так, как будто тоже готова была налепить мне на лоб клеймо «предательница».

- До ужина меня не трогай! - отчеканила она и, скрывшись в своей комнате, заперлась.

Я едва не взвыла и пошла на кухню прибраться. А потом - прогулка до торгового центра, где я смогу хоть на что-то переключиться.

Головная боль лишь усилилась и никакие таблетки не способны были мне помочь. Если дело так пойдёт дальше, я угожу в лучшем случае к врачу. В худшем - в психушку.

Взяв кофе, я присела за столик фудкорта и уныло посмотрела на вполне сносный, если верить внешнему виду, латте. Где-то бегали и шумели дети, и этот звук ещё острее отзывался в голове противной болью.

- Олеся? - обратился ко мне знакомый голос, когда я уже подумывала бросить латте здесь и просто уехать домой.

Я подняла взгляд и поняла, что рядом со мной стоит Герман, бывший муж Аллуси. Как-то так вышло, что их развод окончился и для нас со Львом тем, что мы свели общение с Германом к минимуму. Если теперь хоть как-то и пересекались, то в основном просто лайкали посты друг друга в соцсетях. На этом всё.