Ты принадлежишь мне

Глава 1.

— Ох, Богдан… Тебе нравится как я двигаюсь?

— Безусловно, детка! Ты самая лучшая!

— Правда?

— Если совру — быть мне до конца своих дней импотентом.

Девица рассмеялась, затем схватила Богдана за затылок и накинулась на его рот, целуя жадно и горячо.

А я стою за их спинами и смотрю на их похотливые игрища, как на какой-то шабаш, не в силах поверить в то, что вижу.

Мой муж. Наша соседка Вероника. Вместе. В нашей спальне! Развлекаются, пока я сверхурочно пашу на работе и тащу на пятый этаж пакеты с продуктами.

— Возьми же меня, мой лев, я вся горю, не могу…

— Твоя писечка мокрая? Хочет большой и толстый член?

— Ещё как! Разве не слышишь, как она умоляюще хлюпает?

Опять послышался смех, шуршание простыней и скрип кровати — я наблюдаю, как она, абсолютно не стесняясь, полезла пальчиками в трусы к Богдану. А тот, в свою очередь, довольно зарычал, заложив руки за голову, словно падишах.

Стоп. Это что? Моё бельё? На ней?!

Присматриваюсь, вижу знакомые трусики и лифчик, с трудом натянутые на большую задницу и силиконовые сиськи.

Оно жутко дорогое, нежно-фиалкового цвета. Я на него несколько месяцев копила, берегла на особый день. Новенькое! Даже ещё бирочку не срезала, а эта корова пляшет в нём сверху на моём муже, пошло дрыгая задницей.

— Нравится моё бельишко?

— Дикий секс!

— О, спасибо, дорогой, приберегла специально для тебя.

Наклонилась и языком провела по его щеке, заурчав, будто тигрица.

Вот шалава!

— Поскачешь на мне?

— Это моё самое любимое занятие.

Довольная, Вероника оседлала бёдра мужа. И тут я познаю ещё одно шокирующее открытие — муж без костылей. Он совершенно легко и без боли может сгибать и разгибать свою якобы больную ногу, которую травмировал во время аварии.

Неужели всё это время Богдан меня обманывал?

Да он резвится под ней как олимпийский чемпион, только что выигравший медаль. Здоровее некуда!
Неужели лишь пользовался мной, притворяясь тяжело больным?

Остановите время. Сотрите с лица земли этот мир. У меня нет слов!

В душе буря, а на глазах наворачиваются слёзы.

Пакеты с продуктами падают из моих рук, раздаётся грохот и сладкая парочка оборачивается.

На их лицах сто и одна эмоция. Первым, конечно же, оживает Богдан. Отстраняется резко, натягивая трусы на возбуждённый член, а Вероника начинает в панике искать одежду.

— Настя? Настюша! Ты… Рано что-то.

Смотрю на него и вижу перед собой мерзкого слизняка.

— Урод, — говорю прямо, — кобель вонючий и лгун!

— Настюша, ну не перегибай…

Вероника, наконец, находит своё платье, пытается спрятать под ним моё бельё.

Я смотрю на неё с отвращением, мечтая выдрать ей все её наращенные патлы и сделать из них веник.

— Я это… Я всё объясню! — чешет затылок озадаченно. — Мы это... разыграть тебя хотели! Вот!

— Аплодирую стоя. Шутка вышла что надо! Ты хоть понимаешь, как гадко и нелепо звучат твои слова?

— Ну не принимай всё близко к сердцу, я же только тебя одну люблю! Правда, заюш!

Смотрю в его рожу бесстыжую, красную от стыда и губной помады этой шалавы, на которой остались отпечатки её силиконовых губищ, замахиваюсь и отвешиваю пощёчину.

— Дура, спятила?!

Хватается за скулу, негодуя. Теперь смотрит на меня с бешенством, как на врага.

Наклоняюсь, подбираю яйца из пластикового контейнера, те, что уцелели, бросаю их прямо в бесстыжую рожу предателя.

Надо было не ладонью, а кулаком двинуть. И, как бонус, коленом между ног, чтобы и там все яйца к чёртовой матери в омлет превратились!

Звучит приятный звук, наполненный хрустом, и сырой желток, вместе с белком, растекается по всему лицу Богдана отвратительной жижей.

Надеюсь, хоть одно яйцо в контейнере оказалось просроченным и это было именно оно.

На удивление, так и есть!

Впервые в жизни я была рада, что меня на рынке надурили, подложив просрочку.

— Боже, Настя, какая дрянь!

— Специально для тебя, милый, яйца по акции, как ты меня и научил — быть экономной во всём!

— Ты за это точно ответишь!

Меня не волнуют его угрозы, я перебиваю их финальной фразой:

— Между нами всё кончено! Развод, Богдан. И иди к чёрту!

— Стерва гребаная, ты пожалеешь! Я ослеп, кажется, ничего не вижу. Скорлупа в глаза попала! — стремглав несётся в ванную.

Плевать. Разворачиваюсь, иду в комнату за своими вещами.

К сожалению, пока мы ругались, Вероника успела улизнуть. Но я и в неё смогла запустить парочку яиц.

— Курица драная!

Только попадись мне на глаза…

***

Собираю вещи, стараясь не рыдать, но чувствую себя так, будто по мне прошлись катком.

Два года мы женаты. Два!

Я не хотела замуж выходить так рано, но Богдан был настойчив. Он сам лез ко мне с предложением, всячески уговаривал, торопя события.

Что ж, в конце концов я сдалась, потому что ухаживал он красиво.

Цветы, шампанское, романтический ужин под открытым небом… Всё это трогало за живое, как в каком-то кино о любви. Однако, потом я поняла, какого змея пригрела на своей шее! Самого настоящего альфонса.

Какими же мы, женщины, порой, глупыми бываем из-за своих чувств.

Засовываю в чемодан бельё, косметику, вещи первой необходимости. Под руки попадается наша свадебная фотография, стоящая на трюмо. Не думая, я бросаю её в стену, разбивая вдребезги.

— Прощай, Богдан! Какой же сволочью ты оказался. Привёл эту прошмандовку в нашу спальню и чпокал в моём белье!

Ладно это, но, его больная нога… Он и правда скакал под ней как сайгак по пустыне, ни капельки не выглядя несчастным мучеником.

А мне жаловался, что он чуть ли теперь не инвалид пожизненно!

Богдан полгода назад попал в аварию. У него было сотрясение и перелом ноги. С тех пор муж часто жаловался на головные боли и боли в ноге, из-за этого, охая и ахая, продолжал ходить на костылях, из-за чего его уволили с работы.

Глава 2.

— Да нафиг тебе нужен этот безработный неудачник? Жлоб и слюнтяй! Олень похотливый! Я, кстати, не удивлена такому раскладу событий. Спустя полгода после аварии его будто подменили.

Вытираю лицо платком, с согласием киваю Дарине.

Мы сидим у неё дома, на кухне, пьём вино, закусывая шоколадом. Я ей душу изливаю, делясь всем тем, что сегодня произошло и своим отношением к Бодану на данный момент.

— Бросай его и… А знаешь что! — внезапно её глаза загорелись. — Поехали со мной в отпуск!

— Куда?

— В Италию! Слушай, отпадная идея. Летим!

В отпуск? Прямо сейчас? Звучит как нечто из ряда фантастики.

— Это безумие… Дел невпроворот.

— Летим, Настя, отказы не принимаются! Развеешься, чтобы забыть гада, врагам назло! Не стоит Богдан твоих слёз. А мы… Мы тебя преобразим, — она окинула меня с головы до ног и улыбнулась, — точно! Ну-ка иди сюда!

Схватив меня за руку, Дарина подвела меня к зеркалу. Мы вдвоём уставились на моё отражение и она нахмурилась.

— Посмотри на себя, ты выглядишь как сорокалетний библиотекарь, давно в салоне была?

— В парикмахерской регулярно. Времени нет, ты же знаешь. Я на свою квартиру мечтала накопить.

Кстати, эти деньги лежат у меня на карте. Богдан о ней ничего не знает. Так, откладывала потихоньку с каждой зарплаты по несколько тысяч, за несколько лет там уже приличная сумма набежала.

Сейчас не передать словами как я рада, что не рассказала ему об этом. Хоть какая-то подушка безопасности у меня есть.

Что ж… А теперь я смело могу потратить немного денег оттуда на себя и на долгожданный отпуск!

— Квартира — это хорошо, но и себя баловать нужно, — задумчиво тянет Дарина, трогая мои волосы, что-то в мыслях прикидывает насчёт вариантов стрижки или причёски. — Ты очень красивая. У тебя кукольная внешность, чисто Барби! Надо всего лишь это подчеркнуть…

Дарина ловит меня за плечи, разворачивает лицом к себе. Её голос наполнен нотками азарта и веселья:

— Причёску новую сделаем, макияж, шмоточки. Купим тебе бикини и устроим фотосессию под пальмами, что скажешь?

— Это что-то нереальное для меня, мечта…

— Бери срочно отгул и погнали! Богдан, когда увидит твои фото и новую тебя, будет биться головой о стену от того, какой же он дебил.

***

Я осталась с ночёвкой у Дарины, а утром позвонила начальнице, вымаливая отпуск. Он у меня намечался в следующем месяце, но позарез нужен был сейчас.

Хотела взять отпуск в августе, чтобы сделать уборку в квартире, кое-что там обновить и поехать к маме Богдана в деревню, помочь ей с огурцами и прочим хозяйством. Теперь пусть этот здоровый лоб сам решает все свои проблемы.

От него в телефоне я увидела множество пропущенных звонков, сообщений, которые я не открывала. Единственное, что я ему написала:

“Я подала на развод. Если у тебя закончились чистые носки или щи в холодильнике — отныне обращайся к нашей шалавистой соседке”.

Пусть теперь Вероника станет его рабыней. Фу, как же я на него зла!

Мне очень повезло, Светлана Юрьевна пребывала в хорошем настроении, поэтому дала добро. Я поменялась с Виолеттой местами, и проблем не возникло.

В ЗАГСе мне сказали, что дадут нашей паре месяц на примирение, поэтому придётся запастись терпением. Хорошо, что две недели из этого срока я проведу не здесь, а в стране, полной страсти и удивительных контрастов.

Поверить не могу, я еду в отпуск… Лечу за границу! Это был спонтанный шаг, но меня всю трясёт от эмоций. Как же хорошо иногда выйти из зоны комфорта и совершить нечто спонтанное, сумасшедшее.

Номер Богдана я вообще заблокировала. Мне без разницы, что с ним происходит сейчас. Хочу начать новую жизнь. Ухожу в отрыв и буду жить для себя, наверстывая упущенное.

То, что он сделал, простить невозможно. С таким подлым, гнилым человеком нужно немедленно рвать все связи.

Как и думала, было же предчувствие, что не надо торопить события со свадьбой! Богдан уговорил. Я совершила ошибку. Получила урок жизни.

Когда я оставалась один на один со своими мыслями и тревогами, мне было очень тяжело… Дарина советовала, чтобы я не поддавалась наплыву, блокировала чувства, напоминая себе, что Богдан — подонок.

Мне было больно и горько. Поэтому нужно было отвлекаться, дать себе понять, что в мире есть много удивительного. Увы, я не видела ничего, кроме дома и работы за последний год… Я выжала из себя все соки. Моя жизнь стала серой рутиной.

Дела постепенно решались. Дарина ждала меня в кафе “Уютный дворик”, где мы выпили кофе, затем подруга объявила о наших грандиозных планах.

— Рада, что ты договорилась с начальницей, а я, между прочим, уже купила билеты и забронировала отель.

— Серьёзно?

— Летим сначала в Рим, там тусим несколько дней, а потом на жаркие пляжи Римини.

Моё сердце забилось быстрее от предвкушения, даже ладони вспотели.

— Времени мало, а мне нечего надеть…

— Будем исправлять ситуацию! — весело заявила Дарина, потащив меня в салон красоты. — Готовься, детка, к удивительным переменам…


***

Доминик

Я скучающе сидел в своём роскошном бизнес-джете, возвращаясь из Москвы обратно в Италию. Важная для меня сделка завершилась успешно, теперь можно расслабиться, уйти в отрыв на пару дней.

Как отметить старт ещё одного крупного бизнеса? Развернуть джет и рвануть на Карибские острова, сняв виллу на берегу лазурного океана?

Или закатить знойную тусовку на своей яхте в Неаполе, полной горячих цыпочек в купальниках?

За окном иллюминатора чистое голубое небо с белыми пушистыми облаками, а вокруг меня царила атмосфера изыска и роскоши, словно я находился в парящем дворце.

Этот самолёт был не просто транспортным средством, он был частью моего образа жизни, символом моего статуса и власти.

Салон джета был оформлен с утонченным вкусом: мягкие кожаные кресла, мебель и отделка стен из натурального дерева, дорогие ковры.

Глава 3.

— Чёрт возьми, чёрт возьми! Это ты?! Настя? Девушка, немедленно признавайтесь, куда вы дели Анастасию Лобанову!

Даринка подлетает к примерочной и шутя хватает меня за плечи, шокировано рассматривая мой новый имидж.

Я смеюсь. Неужели подруга не преувеличивает? Неужели я правда так хороша?

— Не Лобанова, а Степанова. При первой же возможности верну себе девичью фамилию.

— Офигеть… — продолжает изумлённо бормотать. — Почему мы раньше этого не сделали?

Пожимаю плечами.

— Наверно потому, что Богдан был против, чтобы я одевалась ярко и стильно, ведь это привлечёт внимание. Он меня страшно ревновал!

— Поэтому одел тебя в балахон.

— Да нет же, не совсем так, — поправляю, — начальница на работе будто застряла в каменном веке, требуя от нас строгий дресс-код.

— Но Богдаша тебя пилил, согласись?

Тяжко вздыхаю, припоминая его недовольства, если он видел на мне юбку или платье короче колен яркой расцветки.

— Знаешь, ты права. Не понимаю, где на тот момент был мой характер…

— Только не кори себя, он опытный манипулятор, на жалость давил своей болячкой. Что было, то было. Не заморачивайся! Двинула ему костылём, яйцами тухлыми закидала и подала на развод — считай, исправилась. А теперь, ещё раз посмотри на себя в зеркало и скажи — ты довольна собой?

Дарина разворачивает меня лицом к зеркалу, у меня дыхание перехватывает.

Довольна ли я? Ещё бы! Сложно подобрать нужные слова, чтобы описать всю ту гамму чувств, которую я сейчас испытываю. Я даже плакать начинаю, от того, какой красивой, женственной, сексуальной я могу быть.

На мне элегантное, красное платье в пол с открытым декольте из нежнейшего материала. Оно так безупречно сидит на моей фигуре, что кажется, будто у меня талия как у осы. А грудь какой большой выглядит за счёт правильного фасона! Визуально, это плюс ещё один размер. Бесплатно и без операций.

Не знала, что хорошие, дорогие вещи действительно могут скрыть недостатки, подарив тебе достоинства. Вот что значит качество. А я думала, люди — глупые, переплачивают только за громкое имя бренда.

Волосы — мягкие, шелковистые, после салонных процедур, сияют, словно их посыпали мелкой бриллиантовой крошкой. Прибавили густоту и объём.

А грамотно подобранный макияж сделал меня живой куклой.

На высоких каблуках я выглядела как настоящая модель. Эти бархатные туфельки на тонкой шпильке сразили меня наповал, и практически довели до слёз.

— Эй, дорогая, ты чего? Ну-ну! Дай обниму.

— Спасибо, Дарина, спасибо… Если бы не ты…

— Хорош мокроту разводить, макияж потечёт. Я сейчас за шампанским сгоняю, отметим великое дело! Хотя нет, погоди… Чего мелочиться? Вызову такси, рванём в ресторан.

Я с согласием киваю, не снимая платье, прямо так иду на кассу. Прошу лишь, чтобы бирочку отрезали.

Расплачиваемся за покупки, довольные спешим к выходу.

— Простите, вы забыли! — неожиданно девушка-продавец догоняет нас у стеклянных дверей бутика, вручая небольшой розовый пакет.

— Что там?

— Спасибо большое! — подруга забирает у неё пакет и хихикает, вытаскивая меня на улицу. — Твои сексуальные трусики!

— Что-что?

— Это подарок от меня! Я купила тебе купальник для фотосессии.

— Какой фотосессии?

— Которую мы уже через несколько дней проведём на роскошном пляже в Римини.

***

Оставшееся время пролетело незаметно, всё было готово к отдыху мечты — чемоданы собраны, документы в порядке, билеты куплены.

Накануне вылета мы сплетничали, обсуждая, грандиозные планы — чем будем заниматься, какие места посмотрим, какие блюда попробуем и что привезём домой в качестве сувениров.

Утром были стремительные сборы, а потом дорога в аэропорт. И вот, к раннему утру следующего дня мы прибыли в Италию.

Впечатления были безумными! Я испытывала трепет и волнение, покидая терминал, садясь в такси, которое доставило нас прямиком в отель, расположенный в центре Рима.

Отель был сказочным. Всё кругом было красочным, необычным, хранившим в себе настоящий дух Италии, которым я пропитывалась от и до.

Два дня мы исследовали Рим, путешествуя по самым популярным местам, а затем, поехали в другой отель, расположенный на берегу моря.

— Ну как тебе место?

— Без слов. Просто ущипни меня, я наверно сплю…

Мы двинулись по территории курортного комплекса, и я буквально утонула в красоте этого места. Вид на море был потрясающим: волны ласково прикасались к пляжу, создавая нежный шум, который моментально унес меня в другой мир. Я никогда раньше не видела такой яркой и насыщенной голубизны воды, поэтому старалась насладиться каждой минутой, проведённой здесь.

Отель сам по себе казался маленьким уголком рая. Белоснежные здания с террасами и балконами, увешанными цветами, возвышались над морем. Архитектура, казалось, вписывалась в природу, и оттенки зданий менялись под воздействием солнечных лучей. Самое главное, здесь было тихо, живописно и безумно красиво…

Подходя к ресепшену, я не могла перестать улыбаться. Впечатления, словно звездопад, осыпали меня, и я едва справлялась с эмоциями.

Зарегистрировавшись, мы получили ключи от номера и, первым делом, надев купальники, побежали к пляжу, чтобы устроить там долгожданную фотосессию в купальниках.

На улице стояла жара… Но на пляже, у воды, нас встретил освежающий ветерок. Дарина бросила пляжные сумки на шезлонг, доставая телефон.

— Давай, детка, покажи класс!

Сперва я смущалась, когда сняла с себя сарафан, но, стоило мне только увидеть заинтересованные взгляды проходящих мимо мужчин, стала более раскованной.

Они смотрели на меня с огоньком и улыбались! Это меня вдохновило, придало уверенности в борьбе со своим страхом, комплексами, смущением.

— Настя, ты реально бомба! Круче любой топ модели! Розовый тебе к лицу, кстати. Удачный фасон купальника подобрали.

Подбадривала меня подруга, щёлкая камерой.

Глава 4.

За несколько дней моего пребывания в Италии, меня неустанно донимают неизвестные номера. Но я их блокирую, отправляя в чёрный список! Потому что знаю, кто это может быть — мой подонок бывший муж.

Он продолжает надо мной издеваться, звонит с разных номеров, пишет сообщения, но я их даже не открываю. Наверно уже увидел мои отпускные фото. О как оживился!

А сейчас я со своей лучшей подругой собираюсь в самый модный клуб Италии. Я побываю на вечеринке среди элиты и увижу другую жизнь — звучит безумно волнительно! Когда я в последний раз позволяла себе подобные излишества? Честно? Никогда… С тех пор как вышла замуж.

Сборы заняли несколько часов — Дарина тщательно подбирала платья, порхала над макияжем и причёской для нас двоих. Из её слов, мы должны выглядеть безупречно.

Получилось очень даже ничего…

Подойдя к зеркалу, чтобы оценить конечный результат, я увидела там неподражаемую, эффектную девушку в красном платье из шелковистого материала на тонких лямках, длиной чуть выше колен.

До середины бедра тянулся разрез, добавляя образу пикантности. Важной деталью послужила чёрная бархатная сумочка и чёрные бархатные босоножки на тонкой шпильке.

Я была в восторге от своих кудрей! Дарина уложила волосы так, что они казались ненастоящими, а накладным шиньоном, при этом выглядели натурально, пышно, и эффектно.

Мои большие синие глаза подчеркнули серые тени со стрелками, а тушь добавила густоты ресницам.

— Какие у тебя пухлые губки, — восхитилась Дарина, подкрашивая мои губы розовой помадой, — ты — вся как лакомый кусочек!

Я улыбнулась и раскраснелась.

— Да ладно, ты тоже выглядишь шикарно! — подмигнула я ей, пробежав взглядом по её серебристому топу и чёрной кожаной юбке. — Такая модная.

— Всё готово, пора выдвигаться. Только что получила сообщение — такси ждёт нас у входа в отель.

— Фух! — я присела на дорожку, шутя. — Надеюсь, обойдётся без приключений.

— Не переживай, место солидное, там повсюду охрана. Администрация отеля не стала бы рисковать своей шкурой, чтобы подложить свинью двум очаровательным туристкам. Но я на всякий случай я всё-таки возьму баллончик.

Дарина запихала в сумочку небольшой флакончик, напоминающий лак для волос, хихикнув, поймала меня за руку и мы вышли из номера.

Время в пути пролетело незаметно, и вот перед нами открылись двери самого престижного ночного клуба Римини.

Войдя внутрь, мы словно попали в другой мир — всё в заведении буквально пестрило роскошью, пафосом, стилем. Внутри играла громкая, ритмичная музыка, пахло духами, алкоголем и пряным дымом.

Оказавшись в главном зале, наполовину заполненным людьми, у меня закружилась голова от волнения и массы впечатлений.

— Вот это уровень, правда? — шокировано прошептала Дарина. — Я сейчас сбегаю за напитками, а ты осмотрись, найди наш столик.

Пробираясь сквозь толпу, я любовалась людьми и интерьером. Это и правда был другой уровень, далёкий от нашего привычного окружения.

Стройные девицы в яркой одежде, фигуристые и сексапильные, развлекали здешних мужчин своей внешностью и соблазнительными движениями. А мужики были все как на подбор — высокие, темноволосые, сильные. Настоящие итальянские мачо.

Гости заведения беззаботно отрывались на танцплощадке с яркими неоновыми огнями, или отдыхали возле бара, где улыбчивый бармен ловко разливал напитки.

Я нашла наш столик, присела, чтобы перевести дух. Поскорей бы Дарина вернулась, в горле пересохло. А вот и она! Счастливая и сияющая, как звёздочка, покручивая бёдрами и заодно пританцовывая, двигается ко мне.

— Вот твой мартини, очень вкусный! Ну, давай, за отдых, что ли?

— Да уж, свершилось! Я не верю, что я на отдыхе. Это место невероятное!

Мы чокаемся, хихикаем, пьём наши напитки, а потом Даринка тащит меня на танцпол под зажигательный трек. И опять мужчины не сводят с нас глаз. Мне кажется, мы точно здесь самые яркие персоны вечеринки.

Алкоголь действует на меня быстро, и вот я уже беспечно отдаюсь ритму танцевальной музыки, уносящей меня выше неба. Уже становится неважным всё — как я двигаюсь, как на меня, облизываясь, смотрят здешние мачо, я просто живу здесь и сейчас. Для себя, любимой. Имею право хоть раз в жизни делать то, что захочу!

Наши движения смелые, изящные, заводные. Мы танцуем друг напротив друга, затмевая собой даже самых прожженных итальянских львиц. Один трек, второй… Даринка вдруг ловит меня за локоть и указывает куда-то в сторону випок:

— Смотри, какой… Ох, Настя! Какой хищный красавчик положил на тебя глаз!

Я посмотрела в то место, куда указала подруга, и, кажется, забыла, как дышать, ощутив энергетику силы и опасности…


***

— Он уже минут десять смотрит на тебя, не отрываясь. До чего же горяч и серьёзен! Умереть не встать…

В клубе темно, я практически не вижу его лицо, только силуэт его внушительной фигуры, которую бесподобно облегает чёрный, дорогой костюм.

— И что?

— Запал, похоже… Мама дорогая, вот это уровень! — сглатывает нервно и сама вся трясется.

— Ну и что! — повторяю с безразличием. — Мне всё равно! Хватит с меня мужиков, тем более всяких там альф. Я хочу отрываться! Пить, танцевать и наслаждаться своей свободой!

— У него там охрана, прикинь. Вот это лбы! Выглядит как мафиози. Ну и рожи у них. Опасные и серьёзные, ближе, чем на километр не подходи. Следят внимательно за обстановкой.

— А он что?

Желания долго рассматривать роскошного мачо нет. Сочтёт ещё как положительный ответ на его бесстыжее разглядывание моей попки в красном, шёлковом платье.

— Продолжает пялиться, будто под гипнозом. Виски, похоже, пьёт лениво. Выглядит важно, держит марку. Он точно при деньгах! Может владелец клуба?

— Дарин, забей на него, — отмахиваюсь. — Ну куда нам до такого господина? Иностранец. Богатый. Наверняка у него воз и ещё маленькая тележка любовниц. Лучше вообще не связываться с итальянскими мужчинами. Не будем крутить интрижки. Всего лишь развеемся, отдохнём и домой.

Глава 5.

— Разошлись все. Все до единого! У меня заложница…

Его слова прозвучали так ясно и убедительно, что я не могла не подчиниться этому приказу, даже, когда они звучали на итальянском, я сразу поняла, чего хочет этот бандит.

Напряжение вокруг меня достигло предела, когда я почувствовала близость загадочного незнакомца. Под его прикосновениями я словно загорелась, а внутри меня рождалось странное чувство, которого я никогда не испытывала.

— Отпустите меня, — с дрожью в голосе прошептала, понимая, что это уже не шутки. Всё по-настоящему. — Мне не нужны проблемы.

Он что-то закричал своим подельникам, начал двигаться в сторону выхода, утягивая меня за собой.

Его сильная рука, с длинными, изящными пальцами, всё так же властно сжимала моё бедро, поэтому кожа горела даже сквозь платье от его касаний.

Мужчина крепко держал меня в своём плену, обнимая сзади, вынуждая забывать обо всём на свете и покрываться мурашками.

Оставшиеся люди в зале притихли, словно мыши, уступая нам дорогу. Перед ними словно вышагивал могущественный лев — безупречный и бесстрашный хищник, которому все кругом поклонялись и боялись до смерти.

В зале, в полутьме, мелькали силуэты мощных фигур, держа обстановку под контролем в пользу “льва”.

Что это за банда? Его люди? Кто они? Кто этот человек?

В моей голове вихрем кружился поток вопросов.

И главный вопрос — отпустит ли он меня?

Или убьёт…

Он назвал меня заложницей. Вспомнив, как это бывает в кино, от заложников чаще всего избавляются, потому что они — всегда фактические свидетели. Меня накрыло ещё большей волной паники.

Пока я ничего не понимала, надеялась только на настоящее чудо.

Конечно я была уверена, это был ОН. Тот самый наглый красавчик из вип зоны, потребовавший, чтобы я подошла к нему. А я, вместо покорности, задела его эго.

И вот он… пришёл мстить.

— Давай, кукла, поживее! Тебе нужно на воздух, у тебя сердце сейчас из груди выпрыгнет, колотится как у зайца! — я услышала его сексуальный смешок.

Надо же, ещё и насмехаться находит время. Вот это он хам, конечно!

Тем временем, я слышала его горячее дыхание у своего виска, он был так близко… кошмарно близко. Он мог делать со мной всё, что хочет.

Незнакомец сначала касался дулом пистолета моей шее, демонстрируя всем присутствующим, что не шутит, но, когда мы начали двигаться к выходу, он упёрся пистолетом мне в ягодицы.

Это уже перебор.

Огромное, твёрдое дуло уверенно воткнулось мне практически между ног. Он ещё и извращенец!

— Тогда убери пистолет, если ты этого не хочешь, — осмелилась вступить с ним в диалог, офигевая от его наглости.

— Уже давно убрал, — коснулся языком ушка, я чуть не застонала! Разумеется, так проявился у меня шок. — У меня заканчивается терпение, я жесть как хочу остаться с тобой наедине...

Какой стон? Это должен был быть вопиющий крик ужаса, но в ситуации, когда твоя жизнь находится в опасности, мозг и тело может выдать странные вещи.

Кстати, на русском он говорит неплохо. Весьма неплохо. Даже не стесняется выдавать современный сленг — откуда только таких слов нахватался? Наверно часто бывает в России. Я бы сказала у него идеальная речь, не считая акцента.

Ох, этот дерзкий голос с хрипотцой сводит меня с ума…

Голос порочного дьявола, какой-то.

— Не убрал! — возмутилась. — Я до сих пор чувствую твой ствол!

Выкрикнула в пылу эмоций, только потом поняла, что эта фраза может иметь пошлый подтекст, и раскраснелась.

О мои ягодицы нагло продолжает тереться его пушка, насильно заставляя мои трусики мокреть.

Я вдруг поняла, какой именно это был ствол — о, ужас! Определённо, не для стрельбы пулями.

Мне хотелось сгореть от стыда. Это была ширинка его брюк — такая большая и жесткая, выпирающая большим бугром. Я не могла поверить, что он настоящий.

И я чувствовал его… Прижималась к нему попкой. Точнее, мужчина прижимал меня к себе насильно, не оставляя мне выбора. Поэтому я чувствовала жар и стыд. А ещё непонятные ощущения в трусиках.

— Мой ствол? И как он тебе? Хочешь… почувствовать его в себе? Ощутить глубокое проникновение и познать все вершины удовольствия, Барби?

Засранец хрипло рассмеялся, затем твёрдо добавил, но уже без шуток, шлёпнув меня по бедру:

— Я тебя хочу.

— Что?

Мои ноги подкосились, я чуть не упала — он держал.

В подтверждении своих слов, итальянец неожиданно поцеловал меня в шею.

Чёрт возьми, что он только творит…

Его губы — настоящее исчадье ада.

Пылкие, горячие, упругие.

Ну за что мне это наказание?

***

— Я ничего не хочу, тем более ваш ствол!

Дёргаюсь резко — неудачная попытка. Держит как в капкане. Мне что теперь умереть в его объятиях, которые скоро точно сожгут меня заживо?!

Какой же он всё-таки мускулистый и горячий… А этот голос? Словно громовые раскаты в тихую ночь.

— Ты находилась в клубе моего врага, поэтому отныне ты принадлежишь мне. Возьму тебя как трофей!

— Да как такое возможно? Что вы несёте?

— Мне можно всё! — усмехается нагло и вдыхает запах моих волос. — Барби… Пахнешь сладкими конфетами…

— Хватит называть меня Барби! — возмущению нет предела.

— Тогда может кукла?

— Не то и не другое. Бррр!

— Ты похожа на Барби, значит будешь Барби.

— А вы похожи на шакала, значит будете шакалом!

Господи, Настя, остановись.

Не могу держать себя в руках. Этот ужасающий тип странно на меня влияет. Я с ним становлюсь сама не своя.

Но в этот раз я сдерживаюсь кое-как. Молчу, кусая губы до крови, ибо моё сердце сейчас выскочит из груди из-за переизбытка адреналина.

— Мм, какая интересная штучка попалась в мои сети. Ты штучка, значит с характером? Люблю таких… Секс с тобой будет острым и на грани!

— Перестаньте говорить разные гадости и отпустите меня, в конце концов!

Глава 6.

— Готова отправиться в рай, детка?

Низкий, с хриплыми нотками голос, опасно шелестит рядом с моим ухом.

Вздрагиваю, постепенно прихожу в себя после глубокого сна, но всё равно вижу темноту.

Однако отчётливо ощущаю чужое, властное присутствие, которое превращает мою кровь в венах в настоящий кипяток.

— Спорим твои трусики ужасно мокрые?

— Где я?! — дёргаю руками и ногами, но понимаю, они связаны шёлковыми лентами, а на моих глазах плотная повязка.

Под телом ощущаю прохладу шелкового постельного белья. Воздух неизвестного места, в котором я сейчас нахожусь, пропитан терпкими нотками вина, шоколада и ванили.

В ответ на мой требовательный вопрос, слышу лишь вальяжный смешок.

Я полностью лишена зрения, но моё воображение рисует этого нахального мужчину, темноволосого и высокого, мускулистого, который ведёт себя как хищник.

Он двигается грациозно и ассоциируется у меня с огромной пантерой.

Кружит вокруг меня, изучая каждое моё движение, вдох и выдох, стоны волнения, которые застыли на моих губах, и каждую мурашку, выступившую на коже под шелковой сорочкой, пропитавшейся запахом его власти.

Я не вижу, но чувствую, с какой запредельной жаждой он меня рассматривает.

Дерзкий, горячий, жутко опасный и влиятельный мужчина!

Перед глазами проносятся обрывки ночи.

Я его пленница…

Он похитил меня. Взял в заложницы и увёз в неизвестном направлении, чтобы устроить мне грешные пытки.

Кровать рядом со мной прогибается под внушительным весом.

Он рядом. Прямо надо мной. Моё лицо и губы ласкает жаркое дыхание, отчего низ живота волнительно сжимается, во рту пересыхает, а сердце замедляет ритм.

— Хочу сорвать с тебя всё бельишко. А потом… Ты будешь извиваться подо мной и сладко стонать!

Шепчет мне это безумие, а я не могу дышать. Его опасная близость убивает. Заставляет тело выдавать странные реакции. Делает голову пустой, лишённой всяких здравых мыслей.

Я начинаю забывать всё. Всё абсолютно, когда его губы вдруг касаются моего плеча, оставляя на коже обжигающий поцелуй.

Это заставляет меня выгнуть спину, и, честно, я больше не контролирую себя. С моих приоткрытых губ срывается тихий стон.

Мой пленитель бранится, а потом дотрагивается до моего подбородка и хрипло произносит:

— Какая же ты горячая! Я без ума от тебя, Барби! Держусь из последних сил, чтобы не разорвать твою маленькую, аппетитную попку.

Дразнит меня. Мучает. Трётся губами о мои губы, продолжая жарко дышать мне в лицо, и доводит до сумасшествия своими действиями, своей порочной игрой, в которую втянул меня поневоле.

— Но сперва я разорву твои трусики на мелкие кусочки… Нагуляю аппетит перед грандиозным пиром!

— Это безумие…

— Безумие — это ты.

Его дыхание скользит по моей щеке, по шее, замирая на плече.

— Убила. Наповал. С первого взгляда. Как только увидел — всё! Понял, моей станешь.

Чувствую, как его зубы слегка кусают моё плечико, и я даже вскрикиваю, но только усиливаю его напор.

А через меня словно проходят электрические импульсы тока, погружая в абсолютное наваждение.

— Невыносимо сильно хочу взять тебя!

Он впивается зубами в лямку шёлковой сорочки и с голодным рыком стаскивает её с меня, оголяя грудь.

— Прошу, прекратите, — дышу через раз, — отпустите меня!

Со мной точно нечто странное происходит. Причина — он.

Его присутствие, его мощное влияние и природная сексуальность.

Я боюсь его. Ненавижу!

Но хочу…

Горячие губы властвующе скользят по коже, вторгаясь на запретную территорию.

Он шумно вдыхает, я не представляю, что сейчас будет!

Его упругие губы, от которых пахнет мятой и табаком, накрывают мой сосок, всасывая в рот.

Ощущения невероятные…

Я чувствую его язык — такой большой, горячий, смелый. Он пускает его в ход, подчиняя себе новые территории.

Он играет с моим телом, как с телом куклы-марионетки. Самое интересное, оно подчиняется ему охотно. Почти мгновенно. С удивительной, шокирующей отзывчивостью.

Наверно поэтому, что он знает, как обращаться с женщинами, как свести их с ума и заставить потерять голову за секунду.

Знает какие-то особенные секреты, поэтому может завоевать сердце абсолютно любой девушки.

Доминик проводит языком по моей груди, застывая у соска. Выжидает несколько секунд, затем порочно проводит по нему языком, вынуждая кожу буквально тонуть в мурашках.

— Ты на вкус как мармеладная конфета.

Лизнул ареолу.

Ещё.

И ещё.

— Пожалуйста, хватит! — мой голос дрожит, сердце сейчас выскочит из груди — какие же это сильные ощущения.

Я такого не испытывала, никогда в жизни.

От его прикосновений хочется умереть.

— Я же только начал, самое интересное впереди! Или ты уже готова кончить?

Наклонился. Ещё раз лизнул сосок. И быстро прикусил его зубами, я взвизгнула.

С ума сойти… Ощущения на грани. Боль пронзает сладость — не знала, что так бывает.

Доминик целует мою грудь, мой сосок, делая это безумно обходительно, чувственно. Я теряю счёт времени, слышу только его глубокое дыхание и бешеное биение собственного сердца.

Он только начал, говорит? А я уже готова взорваться, разлетевшись на сотню мелких искорок! Если это только начало, что будет дальше?

— Я устрою тебе целый метеоритный дождь удовольствия, если ты доверишься мне.

А вот и ответ на вопрос.

— Если ты станешь моей, я брошу к твоим ногам весь мир.

Я чуть не закричала во всё горло «да», когда он опять поцеловал сосок, прикусив его, а потом облизнул, но заставила себя подумать о Богдане, как он тоже мне много чего обещал.

Мужчинам нельзя верить. Сказочники они и бабники!

Сначала нужно устроить проверку временем — главное правило, которое я почерпнула из своего горького опыта первой любви, первых серьёзных отношений.

Доминик двинулся ниже, снимая с меня сорочку до конца.

Глава 7.

— Ты жаркая девочка, такая отзывчивая и горячая! — шепчет с восторгом. — Хочется тебя трахать бесконечно долго! Я бы сутками из постели не вылазил, если бы не работа.

Мы отрываемся от слияний наших языков.

Кажется, мои губы зверски припухли и болят. В порыве самого лучшего в моей жизни поцелуя, даже не заметила, как его пальцы опять вторглись в мои трусики.

Целуя меня, Доминик поглаживал пальцем мой клитор — бугорок, который стал твёрдым, как морской камешек.

Как только он понимал, что я готова кончить, он останавливался.

Изверг…

Затем он начал спускаться ниже, лаская покрытые влагой складочки, уверенно двигаясь ниже, к той местности, которую намеревался жёстко взять себе.

Я затаила дыхание, понимая, что сейчас он в меня войдёт…

Лоно уже было полностью готово — сочилось влагой, дрожало и горело от жажды получить разрядку.

— Работа? Какая работа? Кто вы по профессии?

Меня жутко штормит, не только от того, где сейчас находятся его пальцы, а то, с кем у меня сейчас будет секс.

Незнакомцем, о котором я ничего не знаю, кроме того, что он держит в страхе целую страну.

Поэтому я начинаю болтать о чём-то, стараясь переключиться, оторваться от похоти.

На мои вопросы он просто раскатисто смеётся.

— Забавная штучка, моя интуиция меня не подвела. Открыть тебе секрет? У меня нюх как у зверя на редкие, эксклюзивные вещи.

Он назвал меня вещью? Обидно звучит.

— Я, прежде всего, живой человек. Личность с правами, которую защищает закон!

— Ты слишком много болтаешь. Расслабься, раздвигай ножки шире и получай удовольствие. Такой шанс, провести ночь с самим Доменико Феррози, выпадает только избранным.

— Вы слишком высокого мнения о себе…

Доминик покрутил пальцем вокруг отверстия жаждущей плоти и медленно надавил, погружаясь…

— Боже!!!

Это был крик.

Крик-стон, предательски вылетевший из меня моему врагу на радость.

— Ты понятия не имеешь кто тебя сейчас целует, Барби, раз не боишься изрекать из своего ротика дерзкие словечки. За такое я устраиваю адскую порку, обычно! Но мне это нравится… Ты мне нравишься такой, какая ты есть. Это заводит. Как игра. Конечно я устрою тебе порку! Ты уже довыпендривалась, но в следующий раз. Сейчас я просто буду тебя мучить… Мучить сладко и на пределе!

Его палец тараном врывается в лоно, заставляя зашипеть, выгнуть спину и приоткрыть рот.

— Ахххх…

— Дааа! Я слышу стон. Стон счастья! Продолжай кричать, Барби…

***

Он медленно начал двигаться во мне, играя пальцем с моим изнывающим влагалищем, я попыталась закусить губы, чтобы больше не стонать — ни в коем случае!

Но он накрыл мой рот своим, головокружительно, дерзко поцеловав.

— Сладенькая… Охуенная… Ты действительно эксклюзив!

Этот нахал, очевидно, спятил. Никакой я не эксклюзив. Просто немного косметики, брендовое платье, выпивка для развязного языка — во мне нет ничего особенного, я, на самом деле обычная девушка из обычной семьи. А он считает иначе! Надо же…

Чем же я покорила сердце безжалостного мафиози?

— Почему на мне повязка, сними сейчас же!

Пальцы мужчины сжимаются вокруг моей шеи — грубо, остро. Он устраивает мне очередные качели.

— Приказывать имею права только я.

Рычит, чуть смыкая сильные пальцы на тонкой шее, а потом опять дерзко целует.

Пальцы мерзавца продолжают сводить с ума, двигаясь внутри волшебно.

Он надавливает сильнее, входит глубже — перед глазами кратковременная разноцветная вспышка.

Кошмар, хочу ещё!

— В тебе столько смазки, охуеть просто… Ты безумно красива, когда возбуждена. Вкусная девочка, моя слабость. Моя… Ты моя, Настя, только моя!

Настя…

Внутри меня всё ёкает, крутится бешено, когда с его губ слетает моё имя, озвученное его прохладным, терпким голосом, с итальянским акцентом.

— Ошибаешься, я тебя не хочу!

Я буду бороться до последнего. Это неправильно!

Недопустимо испытывать чувства к тому, кто считает себя центром мира.

— Девушки которые не хотят так не текут! — закрывает наш бурный спор действительно весомым аргументом.

А потом он резко вводит в меня два пальца, одновременно нажимая на клитор, и я захлебываюсь от долгожданного финала.

— Кричи громче, Барби, не сдерживайся со мной. Никогда!

Ураганная вспышка оргазма выбрасывает в другую вселенную…

Пальцы работают внутри быстро и ритмично. Чувствую ураганные сокращения, дрожь, и как дыхание перехватывает.

Я не испытывала такого никогда.

Это был такой мощный выброс энергии, что меня словно раскрошило.

Когда оргазм начал стихать, мой организм не выдержал нагрузки и я опять провалилась в сон…

***

Открыла глаза уже без повязки, находясь в какой-то незнакомой комнате с интерьером как во дворце.

Изысканная мебель из дорогого дерева, бархатные шторы, мягкие ковры — я сильно удивилась, обнаружив себя в данной обстановке.

Мне понадобилось ещё несколько секунд, чтобы прийти в себя после сна, особенно, после ночи бурного веселья.

Я села на кровати, коснувшись пальцами пульсирующего виска — состояние застрелиться охота.

Получается, это был сон?

Этот наглый итальянец издевался надо мной во сне, устроив невыносимые пытки, а потом до такого мощного оргазма довёл, что я потеряла сознание.

Сделав несколько вдохов, помассировав виски, я отметила, что моё зрение, наконец, избавилось от чёрных пятен, я пришла в норму.

Ещё раз обвела взглядом комнату и… всё ёкнуло в груди, когда я наткнулась на него.

Доминик.

Сидел напротив меня в кресле, вальяжно раскинув ноги, и ухмылялся, любуясь мною.

— Ну привет, Барби. Как тебе ночь? Выспалась?

Его низкий голос теперь был полон насмешливых ноток. Ставлю всё, что у меня есть, этот дьявол испытывал наслаждение, наблюдая за моей растерянностью, моими противоречивыми реакциями.

Глава 8.

Он запечатал мой рот своим, обжигая поцелуем.

Я не ожидала такого напора, я вообще не ожидала этого действия. Это означает лишь одно — он непредсказуемый, наглый, характерный тип.

Я не была к этому готова, поэтому забилась в его руках, пытаясь отстранится, но опять эта неведомая сила тянула меня к нему, как какое-то наваждение.

Я испытывала много опасных и противоречивых чувств.

Я должна была бороться не только с ним, но и с собой.

В моей голове вертелась уйма вопросов, на которые я не могла найти ответы.

Его ледяной взгляд пронзил меня насквозь. Я не могла двигаться, когда он так смотрел на меня почти черными глазами. Я словно срывалась и падала в бездну.

Наконец он отстранился, сжав пальцами мои скулы:

— Сладкий ротик… Мечтаю почувствовать его на своём члене…

А у меня есть кулак.

И он тоже мечтает.

Почувствовать на себе твою челюсть!

Хорошо, что я не сказала это вслух...

— Как самочувствие? — переходит на более мягкий тон, ослабевая хватку.

Не хочу с ним разговаривать. Я не подружка ему. Он мой враг!

Надо собраться, взять себя в руки. Я должна придумать план, чтобы выпутаться из этих опасных сетей, уехать обратно на родину.

Здесь, с ним, мне не место.

Я должна сосредоточиться, думать о побеге, а я… думаю о его губах, о накаченном, загорелом теле с эффектными татуировками, и этом диком, убийственно-горячем поцелуе от которого мои губы до сих горят и пульсируют.

— Где мы? Мне нужно позвонить.

— Ты в безопасности, об этом не волнуйся. Проголодалась? — указывает на столик с фруктами и подносом, накрытым серебряной крышкой.

Мне сейчас не до еды. Меня тошнит и я понятия не имею, где сейчас нахожусь, что со мной будет дальше.

В памяти проносятся моменты перестрелки в клубе, я молюсь, чтобы это тоже оказалось сном, как и развратные ласки с ним.

Дарина!!!

Сразу вспоминаю о важном!

— Мне нужно найти мою подругу Дарину.

Представляю, в каком ужасе она пребывает, узнав, что я пропала. Если она и сама не попала в беду.

Доминик кивнул, опуская вниз свои руки.

— Вы должны опустить меня, — набравшись смелости, почти потребовала, — мои друзья и родные будут обо мне волноваться, они поднимут на уши всю Италию, оно вам надо?

Я попыталась слукавить, а он вдруг взял и рассмеялся.

— Вы с мужем скоро разведетесь, а твоим родителям нет до тебя дела. Твой отец пропал без вести семь лет назад, мать живёт в Америке с другим мужчиной и рожает ему детей почти каждый год.

— Откуда….

Ещё даже суток не прошло, а он знает обо мне почти всё!

Экстрасенс грёбаный!

— У меня есть к тебе предложение, — скользит по мне раздевающим взглядом, — станешь моей девочкой на лето?

— Я…

— Обычно не спрашиваю, просто беру, что хочу… С тобой так, чисто формальность.

Что-то ухнуло внутри меня, как будто я и правда провалилась сквозь пол, а там время свободного падения составляет бесконечность.

Внутренние органы сжимаются и ты больше ничего не чувствуешь, кроме рвущего тебя в клочья адреналина.

— Очень странное предложение…

— И в чём же его странность? Реалии современного мира. Ты исполняешь любое моё желание, взамен получаешь дорогие цацки и живёшь в роскоши, ни в чём себе не отказывая.

Вот нахал!

Сразу понимаю, что к чему.

— Я не собираюсь спать с вами за деньги!

Эти богачи такие козлы напыщенные!

— Вот значит как? Удивляешь, Барби.

Он посмотрел на меня как-то иначе, с восхищением, что ли, и с удивлением.

— Все спят, а ты нет? Мне не послышалось?

— В смысле?

— Мне ещё никогда, ни разу не приходилось уговаривать девушек. Охотно даёт любая. Снимает с себя трусики и радостно запрыгивает на мой член...

Чувствую, как проклятая краска заливает моё лицо.

Пошлый и бесстыжий…

— Девушки вообще сами готовы мне платить за проведенные ночи... Им достаточно лишь просто моего внимания и секса со мной. Говорят, я в постели хорош.

Хвастается, глазом не моргнув. Или это он просто разжигает во мне интерес, а за ним и соблазн?

— Что ж, я запрошу такую цену, что вы станете банкротом.

— Я обожаю твоё остроумие, крошка! Дашь парочу уроков? — его глаза блестят в азарте как сапфиры, и он подмигивает игриво.

Трудно держать себя в руках. Он горячий и очаровательный, когда флиртует. Сразу таять начинаешь как сахар в кипятке.

— Верните меня в Россию и ваша просьба будет исполнена.

А в мечтах своих, тем временем, другое представляю. Ибо подбешивает!

Заведу на свою территорию и огрею хорошенько сковородой по голове, приземлив напыщенное эго. Здесь он, на своих землях, и царь, и бог.

— Дам, конечно. При условии, что вы вернёте меня обратно в Россию целой и невредимой вместе с Дариной.

— Хитрая попка! Верну, обещаю… Через девяносто дней, примерно.

Какой же он всё-таки странный и непонятный лично мне.

Как закрытая книга из секретного архива.

Или ему просто нравится играть с людьми, придумывая всевозможные игры! Забава такая! Когда есть власть, деньги, оружие.

— Почему через девяносто?

— Я ищу себе подружку для развлечений на период курортного сезона — то бишь девяносто дней. Это вакансия золотая, Барби, редкий шанс! Не упусти его. Соглашайся, и мы незабываемо проведём время вместе…

***

— Я позволю тебе забыться, забыть твоего сучонка мужа навеки-вечные! Даю слово, со мной ты больше его никогда не вспомнишь. Твои чувства к нему станут пустышкой.

Вот тут-то он и прощупывает моё слабое место… Так это делает умело, словно видит людей насквозь.

Конечно я хочу отомстить бывшему. Мечтаю! Хочу, чтобы он видел, как хороша моя жизнь и я купаюсь во внимании таких потрясных мужчин.

Видя мой задумчивый вид, Доминик хмыкает, убеждаясь, что двигается в правильном направлении.

— Твоя задача — доставлять мне удовольствие. Будешь хорошей девочкой, и с тобой ничего не случится. Курортный сезон закончится, я тебя отпущу, исполнив все твои желания!

Глава 9.

Наши тела слишком близко друг к другу. Я осознаю, моя ладонь совершенно спонтанно скользит по его животу, ощупывая его бесподобный пресс и татуировки.

Какая гладкая, горячая кожа… Под ней прощупываются стальные канаты мышц, необузданная мощь. Он очень сильный и спортивный. Такой форме можно только завидовать!

От него хорошо пахнет — это какой-то насыщенный, терпкий одеколон, немного запах моря и сигарет. Я от него быстро пьянею.

— Все твои дырочки будут моими. Поимею тебя всю и сожру как любимый десерт!

От сорочки не осталось почти ничего.

Я пыталась второй рукой её придержать, но это было бесполезно. Моя обнажённая грудь с бесстыже торчащими сосками маячила перед взором этого голодного секс-маньяка.

Мои руки были безвольно заведены за спину, прижаты между поясницей и спиной — нечем было прикрыться. Лицо стремительно наливалось краской, а пульс шалил больше ста ударов в минуту, когда он меня нагло лапал и совращал.

Дёрнулась. Прижалась к нему сама.

Чтобы хоть как-то закрыть обзор и не провоцировать Доминика, вспоминая свой сон, как он мучительно сладко покусывал и облизывал мои ареолы — я не вынесу этого снова!

Потому что мне стыдно. Я не должна его хотеть!

Это неправильные отношения. А как же разговоры, чтобы лучше узнать друг друга? Ужин, прогулки под звёздным небом, свидания? Он хочет трахнуть меня в первый же день нашей встречи, но я не такая!

— Вау! И что это было? Проголодалась? — обрадовался мой сексуальный мучитель моей вынужденной инициативе. — Мне нравится. Хочу ещё!

— Лучше остановитесь.

— Брось, хоть раз почувствуй, что значит секс с настоящим мужчиной, а не диванным тюленем. У тебя никогда, похоже, не было нормального мужика! Я вижу голод в твоих глазах и жажду неистового секса!

— Размечтался, — тихо пикнула. Наверно не услышал.

Это прозвучало обидно, но это, к сожалению, истина.

Доминик чётко описал Богдана, используя всего два слова.

О, кошмар! Нежели он даже такие подробности обо мне знает? Или импровизирует?

Доминик безжалостно растирал мою плоть, дразня и возбуждая, пока я не начала прерывисто дышать, тихо умоляя:

— Уходи…

— Почему ты сопротивляешься? Тебе же хорошо!

— Это так неправильно…

— Кто тебе такое сказал?

Запустил пальцы в волосы в районе затылка, к себе притянул, несколько раз очень нежно, короткими рывками поцеловал губы.

Пазу сделал.

Раздвинул мой рот осторожно и очертил припухшие от его дикого напора губки языком.

Что-то сладко заныло, запульсировало между ног…

Моё тело требовало немедленной разрядки.

Он сжал сильно мои волосы у корней — это был как сладкий взрыв, и сказал:

— Должен тебя огорчить или обрадовать, но твой сон был не сон, если что.

Он кусает меня за мочку с рыком, приводя в чувства, и отстраняется, не дав кончить.
— А реальность.

— Как??

У меня шок.

Начинает играть мелодия телефона, итальянец отвлекается, отвечая на звонок. В его руке появляется новомодный телефон, который он достал из кармана брюк.

Говорит с собеседником на итальянском, я обалдеваю как же сексуально звучит его голос именно на итальянском. Кажется, будто он создан быть таким — опасным, сексуальным, возбуждающим.

Во время непродолжительного общения, Доминик недовольно хмыкает, затем сбрасывает вызов, застёгивает ширинку, обращаясь ко мне:

— Нужно отойти, к сожалению, и прервать наше веселье. Приведи себя в порядок и поешь! Не выполнишь — видишь это ремень?

Хлопает ладонями по своим бёдрам, на которых красуется толстый кожаный ремень с тяжёлой, серебряной пряжкой.

— Он с удовольствием пройдется по твоей попке, только дай мне повод, крошка!

***

Мафиози ушёл.

Я отчётливо слышала, как щёлкнул замок снаружи — меня заперли.

Подхватила порванную ночнушку с пола, натянула на себя, пытаясь прикрыться — бесполезно. Дорогая, красивая вещь на выброс.

Этот демон испарился, но в комнате до сих пор парил его запах, отчего голова продолжала кружиться.

Мой живот ныл нещадно, между ног адски пульсировало. Я начала раздражаться, что он потрогал меня там, разогрел хорошенько и свалил. Как будто нарочно издевается!

А ещё он открыл страшную тайну — шалость в постели со связанными руками и повязкой на глазах, был не сон!

Он уже лапал меня. Целовал раньше. Более того, довёл до оргазма.

Но я почему-то была уверена, что мне это приснилось. Сознание было размыто выпивкой, вот чёрт!

Я смотрелась, прошлась по комнате, оценивая обстановку. Ноги были ватными, меня одолевала слабость. Я постоянно думала о том, что мне нужно избавиться от жара между ног. Возбуждённое состояние мне очень мешало!

Понять бы ещё, где я нахожусь….

Подойдя к окну, дёрнула штору, но там была темнота. Окошко какое-то небольшое, ну и где мы находимся? В бункере, что ли?

Боже мой, хоть бы он не оказался психопатом…

Мне стало моторошно, и возбуждение постепенно начало угасать. Я нашла ванную комнату — она была вся сделана из золота и мрамора, а полки забиты дорогими, брендовыми средствами.

Я встала под душ, вымылась хорошенько и освежилась. В комнате не нашла своих вещей — ни сумочки, ни телефона, ни одежды! Хорошо хоть халат в ванной висел. Я накинула его на себя, размер подошёл.

Попробовала поесть, но аппетита не было, поэтому я откусила кусочек тоста и выбрала запечатанную минеральную воду. Вдруг отравить вздумал! Или напичкал еду возбудителем с наркотой.

Дальше я начала бестолково мерить комнату шагами, прикидывая, что я могу сделать? Он мог притвориться кем угодно, соврав мне про условия. Вообще, почему я должна ему верить, что он отпустит меня в срок? А не убьёт…

Это так сильно вывело меня из себя, что я разозлилась и уже сама была готова его прибить.

Может попробовать?

Я видела у него за поясом штанов тяжёлый предмет…
Это дикость, безумие!