Ты уже моя

Глава 1

- Оля, я там стирку запустила, - сказала Катя, застёгивая сапоги на высоком каблуке. - Достань, пожалуйста, как будет готово.

- Да без проблем, - ответила я, выходя из кухни с чашкой горячего чая.

Катя задержалась у зеркала в прихожей, поправляя сумочку и выбившуюся прядь волос. На лице - лёгкая усталость, смешанная с привычной спешкой.

- Я вообще здесь ничего не успеваю, - пожаловалась она. - С тех пор как мы переехали в Москву, время будто с ума сошло. Летит в бешеном темпе. Пока доедешь до нужного места - полдня пройдёт.

- Москва не умеет ждать, - заметила я и сделала глоток чая. Он был слишком горячим, но я даже не почувствовала.

- Вот именно, - кивнула Катя. - Тут либо бежишь вместе со всеми, либо остаёшься позади.

Она на секунду посмотрела на меня внимательнее, словно собиралась что-то спросить, но передумала.

- Ладно, я побежала. Не скучай, - сказала она уже с порога. - И не забудь про стирку.

- Не забуду, - улыбнулась я.

Дверь закрылась, и квартира сразу стала тише. Прошёл уже три месяца с тех пор, как мы с Катей жили в нашей новой съёмной квартире в столице. После прохождения обучения в банке, по моей просьбе, меня перевели в один из московских филиалов. Это решение далось легко. Возвращаться домой в ближайшее время я не хотела и не планировала.

Меньше всего мне хотелось случайно встретить Диму.
Или, тем более, Максима.

Максим не искал меня. Не звонил. Не писал. После моего короткого прощального сообщения - тишина. Абсолютная. Такая, которая сначала ранит, а потом притупляет боль, превращая её в глухое, привычное эхо.

Я, как любая влюблённая девушка, в глубине души всё же верила: он найдёт меня.
Скажет, что всё это неправда.
Что он не изменял.
Что я - единственная.
Что он всегда был только моим.

Глупые, розовые мечты. Красивые, но пустые.

Реальность оказалась проще и жестче: если человек хочет - он ищет. Если молчит - значит, уже сделал выбор.

Свои чувства к нему я закрыла глубоко внутри, аккуратно, будто убрала в дальний ящик. Не выбросила - просто спрятала. Мне казалось, так будет легче. Не думать. Не вспоминать. Не возвращаться мыслями туда, где больше нет нас.

У Кати жизнь в столице била ключом. Её блогерская карьера стремительно пошла в гору: предложения о сотрудничестве сыпались одно за другим, фотосессии, встречи, съёмки - график был расписан на недели вперёд. Дома я видела её редко, чаще всего - мельком, между сборами и короткими паузами на кофе.

Вообще, с её доходом Катя уже давно могла спокойно снять квартиру в центре, но она была твёрдо убеждена, что нам лучше жить вместе. Что вдвоём проще. Надёжнее. Мы будем поддерживать друг друга, пока окончательно не встанем на ноги.
Точнее - пока я не встану.

Меня это трогало. И одновременно немного пугало - её уверенность в нас двоих, когда я сама ещё только училась быть уверенной в себе.

На новой работе у меня всё складывалось неплохо. Я быстро втянулась, разобралась в процессах, чувствовала, что справляюсь. Но было одно «но», которое портило общее впечатление.

Мой руководитель.

Владислав Владимирович был человеком своеобразным - со своим жёстким подходом к работе и к людям. На вид он был старше меня лет на пять-семь, но точного возраста я не знала. В нём чувствовалась уверенность человека, который давно привык, что его слушают и не спорят.

Высокий, тёмноволосый, хорошо сложенный - вначале он мне даже понравился. В нём было что-то притягательное: собранность, спокойствие, внутренняя сила. Но довольно быстро я поняла, почему большинство сотрудников стараются держаться от него на расстоянии и обходят стороной.

Он был жёстким и давящим. Всё должно было выполняться строго по его диктовке - без вопросов, без обсуждений, без права на собственное мнение. Его спокойствие оказывалось не уравновешенностью, а формой контроля.

Владислав Владимирович считал, что я недостаточно опытна. И при каждом удобном случае напоминал мне об этом - нравоучениями, замечаниями, иногда даже откровенно снисходительным тоном, будто разговаривал не с коллегой, а с неопытной студенткой.

- В теории вы, Ольга, рассуждаете правильно, - любил повторять он, слегка откидываясь на спинку кресла, - но практика - это совсем другое. У вас пока слишком мало опыта в данном вопросе.

Он произносил это спокойно, без раздражения, и именно в этом было самое неприятное. Не крик. Не давление. А уверенность в том, что его мнение - единственно верное.

Я сжимала зубы и кивала, хотя внутри росло раздражение. Я знала, что умею больше, чем он думает. Просто пока не позволяла себе это показать.

Каждый такой разговор был маленьким испытанием - не сорваться, не закрыться, не снова почувствовать себя «недостаточной». Но, в отличие от прошлого, теперь я не собиралась отступать.

Глава 2

Зайдя в офис, я сразу поймала на себе несколько взглядов коллег. Машинально поправила новый костюм - юбка и пиджак сидели идеально, подчёркивая фигуру, но не переходя границу дозволенного. На работе я всегда носила каблуки: в них я чувствовала себя собраннее, увереннее. Сегодня на мне были чёрные лодочки - строгие, без намёка на легкомыслие.

И всё равно я чувствовала: меня рассматривают.

- Оля, - ко мне с тревожным видом подошла Настя, - тебя Влад искал. И… он сегодня не в духе.

- До начала рабочего дня ещё пятнадцать минут, - с возмущением ответила я. - Или, по его мнению, я уже должна тут жить?

Я подняла взгляд на Настю - и замерла.
Она смотрела не на меня. За мою спину.

Испуганно.

- Вот чёрт… — прошептала я и медленно обернулась.

Злые зелёные глаза смотрели прямо на меня. Владислав Владимирович стоял слишком близко - сразу за моей спиной. Как я его не услышала, я так и не поняла. Настя, конечно, могла бы меня хотя бы предупредить, но она уже отступала в сторону, будто пыталась исчезнуть.

- Если я захочу, Ольга, - сказал он холодно, - вы тут не только жить будете.

Он говорил тихо, но каждое слово звучало как удар.

- Пройдёмте в мой кабинет.

Это не было приглашением.
Это был приказ.

Я кивнула, стараясь сохранить спокойствие, и пошла за ним по коридору, ощущая на себе взгляды коллег. Каблуки отчётливо стучали по полу - слишком громко в этой напряжённой тишине.

У дверей кабинета он придержал дверь, пропуская меня вперёд. Жест выглядел почти вежливым, но в нём не было ни капли учтивости - лишь демонстрация контроля.

Дверь за нами закрылась с глухим щелчком.

Кабинет Владислава Владимировича был таким же, как и он сам - строгим, холодным, выверенным до мелочей. Никакого лишнего: массивный стол, кожаное кресло, аккуратные стопки документов. Даже воздух здесь казался плотнее.

- Садитесь, - сказал он, не глядя на меня, и прошёл к столу.

Я села, выпрямив спину. Каблуки коснулись пола, и этот звук неожиданно показался мне слишком громким. Он не спешил начинать разговор. Намеренно. Листал бумаги, делал пометки, словно меня здесь не было.

Молчание затягивалось.

- Вы считаете допустимым обсуждать руководство в коридоре? - наконец произнёс он, не поднимая взгляда.

- Я обсуждала рабочий график, - спокойно ответила я. - И до начала рабочего дня оставалось пятнадцать минут.

Он медленно поднял глаза. Зелёные, холодные, цепкие.

- Вы слишком буквально воспринимаете регламент, Ольга, - сказал он. - Есть понятие дисциплины. И есть субординация.

- Я её не нарушала, - ответила я.

Владислав Владимирович откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на меня - так, будто рассматривал не сотрудника, а объект, который нужно сломать или подчинить.

На секунду в его глазах мелькнуло что-то острое. Интерес? Раздражение? Он подался вперёд, опершись ладонями о стол.

- Вы слишком быстро решили, что можете позволить себе больше, чем остальные, - сказал он тихо. - В Москве таких, как вы, сотни. Умных. Амбициозных. И очень заменяемых.

Слова были сказаны спокойно, без угроз - и от этого звучали ещё жёстче.

- Я не претендую на особое отношение, - ответила я. - Только на профессиональное.

Он усмехнулся.

- Ладно, - сказал он, - перейдём ближе к делу.

Он встал и обошёл стол. Я почувствовала, как напряглась, хотя внешне старалась оставаться спокойной. Он остановился рядом, слишком близко - я ощущала тепло его тела, запах дорогого парфюма.

- Я знаю, что вы переехали к нам из другого региона, - продолжил Владислав Владимирович, сцепив пальцы в замок. - И, как ни странно, именно это сейчас играет нам на руку.

Я напряглась, стараясь не выдать волнения.

- Один из важных клиентов хочет начать сотрудничество с нашим банком. Формально наш филиал не относится к его региону, - он сделал паузу, внимательно наблюдая за моей реакцией, - но у клиента есть особое условие.

Я подняла на него взгляд.

- Он настаивает, чтобы на переговорах присутствовали именно вы.

Слова прозвучали слишком чётко. Слишком выверенно. И слишком… тревожно.

- Я? - переспросила я, чувствуя, как внутри что-то холодно сжалось. - Можно узнать имя клиента?

Владислав Владимирович на секунду задержал взгляд на моём лице, словно считывал каждую мысль, каждое движение.

А в моей голове уже вихрем пронеслось сразу два имени.

Максим.
Дима.

По спине прокатилась волна жара, будто меня внезапно бросили в огонь, а потом - под ледяной душ. Во рту пересохло, ладони вспотели, и я с усилием сжала их, чтобы он этого не заметил.

- Пока нет, - спокойно ответил он. - Клиент предпочитает сохранять анонимность до личной встречи.

Это «пока» прозвучало как вызов.

- Почему именно я? - спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Он слегка наклонился вперёд.

- Потому что вы знаете регион. Менталитет. Людей. - Его взгляд скользнул по мне медленно, оценивающе. - И потому что клиент уверен, что вы… произведёте нужное впечатление.

Я почувствовала, как внутри поднимается тревожное предчувствие. Это не было совпадением. Слишком многое сходилось.

- Я имею право отказаться? - тихо спросила я.

Владислав Владимирович едва заметно приподнял бровь.

- Формально - да, - ответил он. - Но я бы не советовал. Такие клиенты появляются нечасто. И они любят, когда их условия выполняют.

Он сделал паузу, а затем добавил почти небрежно:

- Подумайте до завтра. Утром я жду ваш ответ.

Я поднялась, чувствуя, как подгибаются колени, но заставила себя выглядеть уверенно.

- Хорошо, - сказала я. - Я подумаю.

Когда я вышла из кабинета и закрыла за собой дверь, только тогда позволила себе выдохнуть.