Ты всё узнаешь утром

Пролог

Мне нужно дойти до конца этой огромной, темной комнаты. Я не знаю зачем, знаю - необходимо. Бесконечные стены утопают во мраке, пряча углы и тайны, разжигая тем мои страхи. Делаю шаг. Еще один...

На удивление они даются легко, несмотря на то, что шагаю практически наощупь. Подстегнутая удачей делаю еще пять и замираю, прислушавшись…

Стук собственного сердца разносится эхом в пустой комнате. Или это не сердце? Или сердце, но не мое…

Эта мысль неожиданно согревает, дарит надежду, придает уверенности и сил. Вытянув вперед руки, чуть разведя их в стороны, я делаю еще несколько шагов, неестественно высоко поднимая ноги и плавно ступая босыми ступнями, пока лицо не столкнулось с преградой, шлепнувшей меня по щекам. Едва уловимый скрип и легкое дуновение.

Тяжесть, налившаяся в ногах, не дает сдвинуться с места. Чувствуя беспомощность и жалость к себе, свожу руки и обхватываю преграду, за секунду до этого понимая, ЧЕГО коснутся мои пальцы. Ноги. В моих руках две ноги. В каждой по одной. Чьи-то холодные, неживые ступни…

– Нет, нет, пожалуйста, я не хочу… – слышу я свое хныканье.

В комнате становится светлее, словно кто-то неведомый вожделеет, когда я подниму вверх глаза, чтобы увидеть лицо висевшего человека и для этого подсвечивает мне. В полной безысходности я поднимаю голову и цепенею от ужаса…

Глава 1

Муж долго не спускался. Подняв голову, чтобы звук моего голоса добрался до второго этажа, крикнула ему: «Я ушла» и выскочила из дома, поскольку спешила. На крыльце лежала кукла. Маленькая, тряпичная, с нитками вместо волос. Хмурое серое небо тужилось, грозя испустить на нас очередную порцию осадков, я на секунду замешкалась, раздумывая, не вернуться ли за зонтом, запахнула пальто, стянув пояс, и тогда увидела ее. Она лежала на верхней ступени, правая нога чуть свешивалась вниз. Я на бегу подхватила ее, унося с собой в машину. Запустила двигатель и принялась вертеть ее в руках.

Тряпичный уродец, судя по разрисованной фломастерами мордахе, - девочка. Все бы ничего, возможно даже вообразить, что она мила, если бы к шее куклы не была привязана холщовая нитка опоясывающая ее. Очень уж она напоминала веревку, точнее петлю, смотрясь от этого жутковато. Я осмотрелась по сторонам, прикидывая историю возникновения куклы на моем крыльце. Кто-то из соседских детей оставил ее или бросил за ненадобностью, но… почему у нас на крыльце? Приятелями здесь мы еще не обзавелись, даже по-соседски ни к кому в гости не заглядывали, так же, как и соседи к нам. Поверить в то, что детишки развлекают себя подобными забавами, изготовленными своими руками, я напрочь отказывалась. Допустим, куклу изготовила чья-то старомодная бабушка, бабули они и не обязаны быть современными, тогда к чему дурацкая веревка на шее? Эта петля вообще не выдерживает никакой критики.

Я откинула козырек и уставилась в зеркало, подняв куклу так, чтобы мы смотрелись в него одновременно. Абсолютно никакого сходства. Если и предположить, что кукла предназначалась нашей семье, а если быть точной - мне, то это определенно не я. Волосы у нее из светлых ниток, оттенок моих обозвать затрудняюсь, сейчас принято говорить: цвета шоколада. Ни разрез глаз, ни изгиб губ не напомнили моих даже смутно. Возможно, творец и не пытался воссоздать чью-то копию, но выходило, что все же заморачивался. Зрачки старательно выведены зеленым фломастером, брови изогнуты в коричневом, красный бантик губ слегка вздернут в правую сторону. Кем бы ни был этот таинственный человек, подкинувший куклу, смею заметить, впечатление произвел: вместо того чтобы ехать спокойно на работу, сижу в машине - головоломки решаю. Я немного покачала ее за веревку-петлю и зашвырнула на заднее сиденье, решив не забивать себе голову ерундой.

Выехала с территории своего участка и тогда заметила его. Валентин Петрович, наш сосед по прозвищу Херальд, стоял в своем палисаднике, сложив на черенок лопаты руки, и наблюдал как я проезжаю. Херальдом он стал с легкой руки одной из жилички поселка. На одном из собраний жильцов, во время обсуждения его «достижений», она обронила: «Просто Харальд Суровый, да и только!», сравнив его со славным викингом. Кто-то подхватил, перефразировал, найдя это забавным, заменив одну букву, с тех пор его иначе и не звали. Личностью он был легендарной, заслужив себе скандальную репутацию упертого самодура, успев насолить всем и всюду.

Застройщик нашего поселка и не подозревал, какое счастье ему привалило вместе с выигранным тендером на этот кусок земли. На месте развалившегося колхоза с остатками населения в численности четыре двора, был запланирован современный, коттеджный поселок. Не просто запланирован, а благополучно построен и воплощен в жизнь. Строить такие поселки дело прибыльное, народ охотно потянулся на природу, выбираясь из шумных мегаполисов. Территорию было задумано увеличить, выкупив у имеющихся тут хозяев их покосившиеся, требующие вложений дома. Предприимчивые жители согласились, изрядно завысив цену, с радостью избавившись от обременявшего жилья. Оно и понятно: до ближайшего магазина шлепать несколько километров, проходящий автобус ездит только в летний период, когда начинается сезон «садов». В школу и детские сады только в город, на электричке, а это опять же три километра пешком, через лес, до станции.

Исключением стал лишь Валентин Петрович. Уж как с ним не бились, какие блага не сулили – бесполезно. В итоге среди ровного ряда коттеджей и таунхаусов, бельмом в глазу зияет старый бревенчатый дом, признаться довольно добротный. Поначалу Херальд отравлял жизнь строителям, жалуясь в различные инстанции, теперь добрался до жителей поселка. Машины его раздражали, людей он откровенно ненавидел, всякий раз оскорбляя попавшихся ему на глаза. Взрослые жители поселка у него ходили в капиталистах, те, что помоложе, звались - шантрапой, дети исключительно - буржуйские чертенята.

Соседство в виде бревенчатого, деревенского дома мне показалось очень милым. Участок меня вполне устроил: близость к лесу, к природе; из-за забора тянулись высокие сосны, прямое соседство только с одной стороны, что это будет за сосед, я тогда и не подозревала, склонив мужа к выбору именно этого дома. Заселились мы три месяца назад, одними из последних, успев за лето насладиться «потрясающим» характером Валентина Петровича. В довесок к хозяину бревенчатого дома прилагался косматый, неухоженный, крупный пес, напоминающий среднеазиатскую сторожевую. Белый, с пятном на голове кобель раздражал округу громким лаем и в исключительных случаях завыванием. Жители песика побаивались, предпочитали обходить стороной и его, и хозяина, если тем вздумалось прогуляться по округе. У меня пес вызывал оторопь, только если мы оказывались в досягаемой близости, в остальных случаях я его жалела, за недокормленный и облезлый вид.

Поравнявшись с бдящим за мной соседом, первое, о чем я подумала: «уж не дедуля ли подкинул мне эту чертову куклу?» Не далее, чем пару дней назад, мы с ним крупно повздорили. Причиной нашей размолвки явился как раз его милый пес, скулящий всю ночь. Утром я сделал старику замечание, что не мешало бы кормить собаку лучше, на что получила однозначный совет не совать свой нос в чужие дела, высказанный в довольно жесткой форме. Он проводил мой автомобиль тяжелым взглядом, казалось еще секунда и залепит булыжником вслед.

В офисе за утренним кофе, я то и дело возвращалась мыслями к непрошенному «подкидышу» гадая, кому обязана столь необычным вниманием, пока не погрузилась в работу с головой.

Глава 2

Через пару часов пришло сообщение от мужа: «Сдал колеса в сервис, готовность только завтра. Сможешь меня сегодня забрать?». «Конечно, заеду в шесть», набрала я. В ответ получила смайл с сердечками вместо глаз, довольно получилась улыбкой и послала ему поцелуй.

Освободилась я ближе к половине шестого, сразу намерившись ехать за Глебом: опоздать не боялась – уверена еще буду его ждать, но задерживаться не стоило. И как водится – угодила в пробку, стоило только свернуть на Бебеля. Машины ехали в три полосы, сплошным потоком, с прямо-таки черепашьей скоростью.

Я потянулась к приемнику, желая добавить звук, и почувствовала на себе чей-то взгляд. Молодой парень, юнец, ехавший в соседнем ряду, пялился на меня из окон своей тачки. Поймав мой взгляд, он принялся подмигивать, постукивая по рулю рукой, и залихватски улыбаться. Переполнявший его восторг я не разделила и отвернулась, сосредоточившись на дороге. Далеко впереди зажегся зеленый, машины поочередно трогались, очередь дошла и до меня: продвинуться удалось на десяток метров. Левый ряд продвинулся и того меньше, что показалось мне несколько странным, обычно движение в нем оживленнее. Весельчак из соседнего ряда подъехал к впереди идущей машине вплотную, оставив расстояние в несколько миллиметров, но и это не помогло, чтобы оказаться со мной «окно в окно», так сказать. Он подался всем корпусом тела вперед, высматривая меня, и теперь уже махал рукой, привлекая внимание и продолжая лыбиться изо всех сил.

«Вот дуралей!», невольно улыбнулась я и снова отвернулась, делая вид, что ничего не замечаю вокруг. Это мне прекрасно удавалось, пока не свернула на светофоре, планируя выбраться на параллельную улицу, в надежде миновать затор. Стоило свернуть, как я услышала раздавшийся звук автомобильного клаксона и уставилась в зеркало: серый Опель улыбчивого парня пытался втиснуться вправо, требуя, чтобы его немедленно пропустили. Таковой желающий нашелся, вероятно, решив не связываться, а быстрее отделаться от придурка, создававшего аварийную ситуацию. На следующем перекрестке я повернула налево, как и задумала, лицезрев кативший за мной Опель. Безусловно, приятно, когда тебе оказывают внимание мужчины, это воодушевляет и напоминает, что ты еще симпатичная, а главное - молодая девушка, но в данной ситуации навязчивость начинала раздражать.

– Эко тебя понесло, молодая девушка! – призвала я себя к порядку. – Едет себе человек по делам… ну улыбнулся разок…

Не тут-то было! Вскоре парень сумел меня нагнать и вновь поравнялся, продолжая скалиться. Теперь он вертел в руке телефон, делая мне знаки и давая понять, что жаждет обменяться номерами. Проигнорировав намеки, я попыталась ускориться - движение здесь позволяло - парень перестроился в мой ряд, слишком близко следуя за мной. Небезопасно.

В таких случаях хочется неожиданно надавить на тормоз, чтобы проучить. Может и вправду? Как жахнуть! Секундный порыв так и остался порывом, трусоватость тому виной, лень или здравый смысл, но аргументы в виде последующих за таким поступком хлопотах и потраченном напрасно времени, моментально охладили мой пыл. Да и гробить машину, пытаясь что-то доказать зарвавшемуся мальчишке, удовольствие сомнительное.

До отеля мужа оставалось чуть больше километра, Оптимист, как мысленно окрестила его я, сопровождал меня, не отставая. В опускавшихся сумерках, лицо его становилось едва различимо сквозь два стекла, лишь белевшая зубами улыбка отчетливо виднелась в зеркале. Интересно, когда ему надоест? Господи, а мне что - интересно?

– Бред полнейший! – высказалась я и запретила себе смотреть в зеркало.

Парковка отеля, прямо у главного входа, приветливо встретила наличием свободных мест. Я приткнула машину и досадливо поморщилась: рядом парковался Опель. Стараясь не обращать внимания, борясь с искушением посмотреть в его сторону – не отцепится, набрала мужу, сообщив, что жду его. Глушить машину и выходить из нее не стала тем более, сидела уставившись в экран телефона, просматривая накопившиеся письма.

Чего-то подобного я ожидала и все равно вздрогнула, услышав стук в окно. Повернула голову. Вместо лица парня на меня смотрел пузатый букет лиловых тюльпанов. Нажимаю на клавишу стеклоподъёмника.

– Ах! Воскликнула она и растаяла, – произнесла я в открытое окно. – Это для самой прекрасной девушки на свете, произнес он и протянул ей цветы… Так вы себе это представляете?

Парень убрал букет от лица: улыбка сидела как приклеенная. Юношеская, дерзкая, шла ему необыкновенно. Похоже он об этом подозревал и пользовался этим своим козырем напропалую. Ежик коротких волос лихо взлохмачен, прямой, чуть с горбинкой нос, светлые глаза, высокий лоб и лет ему казалось больше, чем я решила ранее. Мои слова его ничуть не смутили, он занёс руку, сложив на крыше моего автомобиля, по-прежнему держа в ней букет, выразительно присвистнул и заключил:

– Да ты просто красотка!

Он только сейчас это выяснил? Тогда какого хрена гонялся за мной, идиот...

– Вам скучно? – поинтересовалась я и добавила: – Мне нет. Всего хорошего!

Дверь я на всякий случай заблокировала, нажала повторно клавишу - стекло поплыло вверх. На секунду испугалась: «А ну, как сунет руки в полузакрытое окно и станет удерживать!». Глупые мысли. Парень сделал шаг назад и бухнулся на колени – джинсы точно испачкал – выставил вперед одну руку, держа букет второй, стукнул себя в область сердца, мол сгорает от любви.

«Позёр!», – фыркнула я. Ситуация становилась неловкой.

– Подсуетились, цветочки раздобыли, я оценила, спасибо. А теперь до свидания, молодой человек, – высказалась я, не заботясь слышит он меня или нет и для верности взмахнула согнутой ладонью, прогоняя его от машины. Дескать, вали уже.

Глава 3

Зеркало никогда не лжет, так ведь? Собираясь на работу, я вспомнила недавний треп со Светкой. Она утверждала, что нам пора колоть уколы красоты. Вздор! Ни ранних морщин, ни кругов под глазами, даже маломальского прыщика не вижу. Объективно, больше двадцати пяти, ну хорошо, шести, мне не дашь. Пусть катится со своими уколами в… к косметологу.

– Ты готова?

Глеб уже одетый стоит в дверях спальни. Люблю этот серый костюм: глаза мужа смотрятся темнее, глубже, а медовые крапинки по краям - ярче.

– Ты вовремя, – улыбаюсь ему, поднимаю волосы и поворачиваюсь спиной.

Бегунок молнии скользит вверх, Глеб, опустив мне на плечи руки, шепчет: «Ты прекрасна».

– Я прогрею твою машину, не задерживайся.

Задерживаться действительно не стоило, ведь сначала нужно доставить на службу Глеба. Кокетливо пустив в воздух облако духов, а потом встав под него, я еще раз взглянула в зеркало и пошла вниз. Настроение – блеск, хоть сейчас в бой: творить, создавать, сеять прекрасное в массы.

Даже не берусь представить, что могло бы испортить мою гармонию с миром, что не так часто бывало по утрам. В это утро не справились с этой задачей: стрелка, поехавшая по чулкам, - вернулась, переодела, не потратив при этом и капельки нервов, забытая мужем, на комоде прихожей, чашка с остатками кофе – напевая отнесла ее в мойку.

Когда я обувалась в сапоги, раздался автомобильный сигнал – Глеб торопит. Подхватила с вешалки пальто, сунула руки в рукава, как всегда на бегу запахивая его, вышла. Муж уже развернулся и выехал на дорогу. Закрыла дом, сбежала с крыльца, запнулась, чуть не потеряв равновесие, и развела в стороны руки, взмахнув сумочкой. Удержалась на ногах и спорно засеменила вперед, на ходу убирая ключи в сумку, поэтому и пропустила приближение пса.

Услышала надрывный лай, с ужасом понимая, что пес уже в двух шагах, резко повернулась. Мы испугались оба. Он - на секунду отскочил назад, разразившись еще более громким лаем, вперемешку с рычанием, скаля желтые зубы, и тут же снова бросаясь в атаку, выискивая, как ко мне лучше подступиться. И я - от неожиданности сжавшись, закрываясь руками, понимая, что все делаю неправильно. Отчаянно топаю ногой и кричу ему:

– Фу! Место!

– Ну-ка, фу! Сука, фу, я сказал, – слышу я голос мужа.

Одновременно с ним, сухим голосом раздается приказ от хозяина пса: «Ко мне, Джек, ко мне». Бегущий к нам Глеб на секунду отражается в зрачках собаки, в этот момент пес прыгает и сбивает меня с ног. Я закрываю глаза, прячу голову в ворот пальто, ожидая, что он вцепится в меня пастью. Чувствую передние лапы пса на своем теле, пошевелить рукой или ногой – боюсь, не сделать бы хуже.

Вид поверженного врага успокоил его, или же голос хозяина, но кусать меня пес не стал. Немного потоптался на мне, гавкнул отрывисто два раза, словно докладывал о победе, и резко задышал, пуская мне на пальто слюну. В этот момент подбежал Глеб, схватил собаку за ошейник и со всей дури откинул в сторону. Пес повизгивая перекрутился, встал на лапы и кинулся к хозяину. Ткнулся ему лбом в ногу и снова бросился атаковать нас с громким лаем. Глеб в это время подхватил меня за руки и поднял с земли.

– Джек, ко мне, – раздался суровый окрик соседа.

Херальд стоял в трех метрах, глядя на нас из-под кустистых седых бровей, стуча палкой в дорожку, призывая пса успокоиться. Он просто стоял и презрительно смотрел на нас, создавая впечатление, что он в сговоре со своим Джеком. Собака, наконец, успокоилась и села в ногах хозяина, поглядывая то на него, то на нас. Глеб в это время был сосредоточен на мне: пытался отряхнуть пальто, интересовался не больно ли мне и видеть Херальда не мог.

– Вот что, старик, сделаем так, – повернулся к нему муж, тыча в его сторону пальцем. – Сейчас ты забираешь своего пса, и вы оба убираетесь с нашего участка! Еще раз такое повторится, пеняй на себя. Завел животину, так следи за ней!

Последние слова он почти кричал. Пес, услышав крик, вновь разволновался и начал скулить, поглядывая на хозяина, не иначе спрашивал разрешения наброситься. Извинений мы так и не дождались. Сосед обвел нас глазами, сглотнул, готовясь что-то сказать, а в итоге взял собаку за ошейник и пошел с ней на свою территорию.

– Ты как? – взял меня за лицо муж. Чмокнул в нос, прижал к себе и поинтересовался: – Сильно испугалась?

– Нормально, – пискнула я, понемногу приходя в себя, имея в виду и то и другое.

– Идем, тебе нужно переодеться, – повел меня Глеб за руку к дому.

Через десять минут мы отъезжали от дома.

– Думаю, все же придется ставить забор, – сделал вывод Глеб.

– Мы же договорились о живой изгороди, – забеспокоилась я.

– По-твоему, я должен спокойно смотреть, как тебе угрожает опасность?

– Никакой опасности, подумаешь, немного облаял пес…

– Немного облаял?! – муж сбавил скорость и повернулся ко мне. – Ты серьезно? Да он чуть тебя не растерзал!

Я засмеялась, пытаясь перевести разговор в шутку - не хватало, чтобы он себя накрутил. Разумеется, я испугалась, но и событие из этого делать не стоило. Все живы, ничего страшного не произошло. Так или иначе, старик наш сосед, никуда от него не деться, нужно идти на компромиссы. Будет рецидив, там и посмотрим, как воздействовать. На мое оживление Глеб никак не отреагировал, в том смысле, что не счел нужным поддерживать, немного покачал головой и добавил скорость. Довольно своевременно, потому как особо нетерпеливые граждане, едущие позади, уже начали сигналить.

– Ты преувеличиваешь, дорогой, – как можно мягче сказала я, и перевела тему: – Ты не забыл, что тебе сегодня нужно заехать в магазин?

Глава 4

Гости приехали вовремя, сказалась пунктуальность Новиковых. У этих все по плану. Две семейные пары – Королёвы и Новиковы – прикатили на машине последних. Мы высыпали на улицу их встречать, дружным трио (Светка, как и обещала, приехала еще днем, опоздав на каких-то полчаса).

– Здрасьте-приехали, – покачала я головой, вместо приветствия. – Это кто ж из вас в трезвенники записался?

– Я! – воскликнула довольная Ленка Новикова. Мы обнялись, поцеловались сначала с ней, затем последовала череда чмоканий с остальными гостями, а когда все, наконец, перецеловались и нажались друг другу руки, Лена объяснила свое воздержание: – В мае идем за третьим.

Тут все бросились их поздравлять, плавно перемещаясь в дом, мужчины подшучивать над Серегой, мужем Елены, называя его «отец-героин» (у Новиковых уже имелось две дочери, с разницей в четыре года). После легкой экскурсии по дому, устроенной для гостей Глебом, компания вернулась в гостиную, объединённую с кухней.

– А вы, когда за маленьким соберетесь? – ввернула Ленка. – В таком доме не слышать детских голосов, это я вам скажу, ребята, - грех.

Мы планировали, оставив вопрос до переезда в собственный дом, вот он у нас есть… Все эти гонки за карьерой, сытой жизнью. Я растеряно уставилась на Глеба: «а и правда, когда?», наверное, уже «нам просто хорошо вдвоем» - недостаточно.

– Не беспокойся, Лен, мы работаем над этим, замаливаем грехи считай каждую ночь, – шутливым тоном заверил ее Глеб.

– Может вас научить, как это нужно делать? – заржал Серёга.

Светка в этом месте закатила глаза и хлопнула в ладоши, скомандовав:

– Так, народ, все за стол!

Для начала в ход пошли легкие закуски, мужчины наполнили бокалы, Дима Королёв не успел закончить тост - раздался звонок в дверь. Володя. Светка, завидев его в досягаемой близости, скуксилась и принялась налегать на текилу, зная, Вовка - сторонник трезвого образа жизни. Глупость несусветная, только себе хуже сделает, а завтра еще и с больной головой сляжет.

Через час мужчины высыпали на улицу готовить мясо, Володя остался с нами, ухаживал за Светкой, параллельно потчуя её очередной порцией познаний: разговор шел о текиле. Сначала коснулся производства напитка, затем Вовка не удержался и вставил количество содержавшихся калорий, глядя на Светку со значением. Та улыбнулась блаженно, сложила подбородок на свою руку, и шепнула в ответ:

– Вов, беги к дядькам. Тети про роды разговаривать будут. Или тебе есть что про них рассказать?

Вовка уже было открыл рот (уверена и в этой теме ему нет равных), но вовремя сообразил, что Светка издевается, разочарованно поджал губы и в самом деле сбежал на улицу. Ни про какие роды разговаривать она, конечно, не хотела и поднявшую тему Лену, бесцеремонно перебила, заговорив с Аней Королёвой про их отпуск на Кипре.

Я решила, что девчонки какое-то время прекрасно обойдутся без меня. Взяла огромное блюдо, накинула кардиган и вышла к мужчинам. У них уже пахло мясом, из колонки доносился «Led Zeppelin», они обсуждали что-то, смеясь и перебивая музыку. Я подошла и встала рядом с мужем:

– Как вы тут, не замерзли?

– А сама чего в одной кофте? – заметил Глеб.

– Я на минутку, – продемонстрировала я блюдо и положила его на столик у барбекю.

Муж притянул меня к себе и обхватил двумя руками, встав позади меня. Аппетитные стейки румянились, испуская сок, Серега и Дима замолчали, кинулись их переворачивать, лишь Вовка по инерции болтал. Глеб немного покачался, не выпуская меня из объятий, и шепнул на ухо: «Люблю тебя». Я прикрыла глаза на секунду и сморщила нос, а когда открыла их, готовясь бежать в дом, повернула голову и увидела Херальда, стоящего рядом с собачей будкой. Недовольство, и это еще мягко сказано, читалось на его изрезанном морщинами лице. Сосед хмурился, испепеляя нас взглядом.

– Кажется, сосед недоволен, что у нас гости, – шепнула я мужу. Он повернул голову, удостоив старика беглым взглядом и немного заносчиво, произнес:

– Придется ему это как-то пережить.

– Может сделать музыку тише?

– Вот хрен ему, время детское, – не проникся Глеб.

– Как знаешь, – убрала я его руки с плеч. – Я пошла, не задерживайтесь.

Вечер обещал быть чудесным. Мужчины вернулись, внеся полное блюдо стейков, мы ужинали, болтая, темы крутились вокруг нашего нового жилья. Разумеется, не обошли вниманием и соседа. Гости строили предположения, одно интереснее другого, касаемо его личности. Удивлялись как нам с ним живется и охотно давали советы, какую линию общения с ним выбрать. С каждым новым советом фантазия друзей прогрессировала, разговор больше напоминал балаган, но зато насмеялись от души.

Поужинав стали играть в «Крокодил» - идея принадлежала Светке. Поначалу мужики отбрыкивались, уговаривали нас на покер, но Светлана Юрьевна осталась непреклонна и достала карточки для игры. Особенно повеселил Димка Королёв: его ассоциации, так же, как и изображение некоторых слов, рождали гомерический хохот у всей компании. В перерывах курильщики бегали на улицу, всякий раз зажигая новый фонарь, точнее он вспыхивал сам, благодаря датчикам.

После одного из таких перерывов, курильщики, чета Королёвых и Светка, вернулись в дом и заявили, что теперь вспомним старую, добрую игру – фанты. Игра нашла отклик в сердцах присутствующих, все с удовольствием включились. Поначалу задания не блистали оригинальностью, пока не дошла очередь до Димы Королёва. Димка затейник еще тот – загадал Володе пойти к соседу, на предмет прочтения лекции по теме: «Как жить в цивилизованном обществе». Поначалу я идею забраковала, возмутившись.

Глава 5

Вдвоём нам удалось убедить его вернуться в дом. Светка шла к нам, но увидев, что мы возвращаемся, осталась ждать у забора. Только мы вошли, среди гостей повисла пауза. Глеб плеснул себе виски на половину стакана и осушил его залпом. Ожили девчонки, наперебой обсуждая соседа, пользуясь эпитетами: «ненормальный», «больной на голову» и прочее в том же духе. Мужики попытались что-то советовать, но разговор не клеился, потому как ни я, ни Глеб не принимали в нем участия.

– Дикость какая-то! – подвела Ленка, косясь почему-то на Глеба, следом сообщив что они уезжают.

С ними уехали Королёвы, как и планировалось изначально. Глеб сидел на диване с отрешенным видом, но еще злился, держа ярость в себе. Я машинально убирала со стола, Света загружала посудомойку.

– Ну, я это… поехал, – привлек внимание Вовка и пряча глаза, быстро заговорил: – Вы не подумайте, что я сбегаю и все такое, просто я действительно хотел пораньше, к тому же завтра…

– Все в порядке, Вов, – перебила я, успев про него забыть. – Давай, я провожу.

Я не закрывала дверь, решив дождаться пока гость сядет в машину. Он еще не успел отъехать, я увидела свет фар. «Полиция», подумала я, так и оказалось. Володя тронулся, выехал на дорожку, луч его фар выхватил автомобиль, идущий навстречу, подтверждая мои домыслы.

Экипаж прибыл целенаправленно к нашу дому и остановился, я ждала в дверях. Двое молодых полицейских, довольно внушительного вида, подошли и представились по форме, предварительно поздоровавшись.

– Соседи слышали выстрел, вам что-то известно по этому поводу? – обратился один из них.

– Юля, кто там? – услышала я голос Светы из коридора.

– Все нормально, это полиция, – отозвалась я, повернув голову, и опять повернулась к ним: – Стрелял сосед, вероятно, из ружья. Угодил нам в фонарь.

– Он адекватен? Я имею в виду: не пьян, в употреблении запрещенных веществ не замечен?

– Нет, не думаю. Ему лет семьдесят, наверное, его раздражал и фонарь, и наши гости.

– Жилье никому не покидать, – наказал он. – Мы скоро вернемся.

Они ушли к дому Херальда, я накинула кардиган и вышла на крыльцо, с него лучше видно. Ко мне присоединилась Светка:

– К соседу пошли?

– Ага. Глеб где?

– Сидит. Попросила не высовываться, вроде проникся.

– Спасибо, Свет.

– Господи, мне-то за что? – всплеснула она руками и прижалась ко мне, обхватив меня за талию.

Мы постояли так, вглядываясь в темноту. Освещения фонариков с дороги хватило, чтобы разглядеть, как полицейские скрылись в доме старика, почти сразу, как тот открыл дверь. Причем открыл он ее, незамедлительно, стоило им постучать.

– Юль, – протянула подружка и толкнула меня бедром в бок. – Это ж надо: кино и немцы. Кому расскажи, не поверят. Я чуть не уписалась от страха.

Мы немного «посмеялись в ус», вероятно не от большого ума, потому как люди обычно в таких ситуациях не хихикают, и вернулись в дом. Беспокойство, а с ним и нервоз, у меня сошли на нет, благодаря подружке. Света уселась на диван, я прошла в зону кухни, поставила чайник. Глеб по-прежнему вертел в руках стакан.

– Только не говори, что готова простить ему эту выходку, – поднял на меня глаза муж и отпил щедрый глоток.

Внешне, казалось, он абсолютно спокоен, но я видела - держит себя «в рамках». Этому он отлично обучился на службе, как-никак лицо, пусть и не самого лучшего, но и не среди отстающих, отелей города. Категоричный ответ означал бы одно – спор, не согласие, заводить его сейчас точно не стоило. Заварив пузатый чайник напитка, я достала три чашки, поставила на низкий столик у дивана и спокойно предложила:

– Давайте пить чай. А соседа оставим полиции, пусть сами с ним разбираются.

– Готова, готова, – ухмыльнулся Глеб, глядя на меня. Эта ухмылка мне совсем не понравилась. – Собачку ведь простила, уверен даже не заикнешься полиции про этот случай.

– Тот случай не имеет отношения к произошедшему сегодня. Если его посадят в тюрьму? Он же старик, для него это печальный исход.

– Никто его не заставлял устраивать тут Чикаго! – повысил голос муж. Отставил стакан, поднялся и заявил мне в лицо: – Я не собираюсь жить в страхе за твою и мою жизнь. Сосед перегнул палку. Он что вообразил: ему все можно?!

Последнюю фразу он почти кричал. Светка хмурилась, но не вмешивалась, налила чай и вцепилась в чашку, ощущая дискомфорт, от того, что стала свидетелем нашей размолвки.

– Глеб, ты пьян, – констатировала я ему.

– Хорошо – хорошо, – согласился муж. Отступил от меня, покачнулся и двинул к выходу из комнаты. Уже в дверях развернулся, вскинул руки и, кивая головой, заявил с сарказмом: – Я пьян, глуп и совершенно не смыслю в соседях. Спокойной ночи, дамы. Надеюсь, обойдется без боевых действий.

Мы еще чаевничали со Светой, тихо переговариваясь, когда полицейские вернулись. Глеб уже успел завалиться спать. Один мужчина остался на улице, осматривать место происшествия, второй вошел в дом.

– Я должен вас опросить, – сказал он, держа в руках ручку и бумагу, закрепленную на пластиковом держателе. – Где вы находились в тот момент, когда производились выстрелы?

Я ответила на этот вопрос, так же, как и на последующие за ним. Мужчина, звали его Олег Евгеньевич, все записал за мной и предложил подписать бумагу. Следом он опросил Светку, уже не так дотошно, чувствовалось для галочки. К нам присоединился второй полицейский, они немного переговорили между собой, я предложила им чай. Отказались.

Глава 6

Мужчина поднялся, обвел нас взглядом, сходу сообразив кто в нашей компании главный, возможно сыграла роль папка, хотя с ней охотнее ассоциируются разного рода секретари да помощники, и протянул мне руку:

– Артемий Яковлевич.

– Юлия Викторовна, – протянула я свою, заглядывая в его серые глаза, в надежде сообразить настоящий оттенок или все-таки линзы. Он пожал ее, присовокупив:

– Будем знакомы.

На моих девчонок, Артемий (имечко тоже под стать) произвел не меньшее впечатление. Вика съежилась, стараясь стать неприметной, Светка сразу подобралась, одновременно пытаясь выглядеть раскрепощенно, и нацепила свою самую магическую улыбку. Когда я их представила, она пересохшим горлом изрекла:

– Очень приятно.

Тут же слегка скривилась, досадуя на осипший голос, и вновь прикрылась сладкой улыбкой.

– Воды? – заботливо поинтересовался Артемий Яковлевич.

Светка, разве что не мурлыча в ответ, извлекла сексуальное «да». С таким пылом, как будто он ей предложил выйти за него замуж, или как минимум завалиться в постель.

За водой отправился «галантный», а я деликатно напомнила присутствующим, зачем мы тут собрались.

– Итак, девушки, – начал хозяин, хлопнув в ладони. – Моя скромная обитель перед вами. Я вам выскажу свои пожелания, после вы тут основательно осмотритесь, Макс все покажет. Меня интересуют четыре помещения. Данное, – показал он в пол указательными пальцами обеих рук и пояснил: – Здесь будут проходить визиты, в том числе деловые, прошу это учесть. Мой кабинет. Моя спальня и моя ванная комната, их вам покажет Макс. Дизайн этих помещений должен быть заверен только мной. Все остальные полностью доверю вашему вкусу, уверен вы не подведёте.

Тут он улыбнулся той самой улыбкой, обещающей райское блаженство, что хотелось кинуться уверять: не подведем, господин. Максим внес три стакана воды на подносе, Светка схватила один, отпила глоток и прошлась по комнате до окна, держась словно на светском рауте.

– И да! – продолжил Артемий. – Договор должен быть составлен и подписан не позднее завтрашнего дня, этого же часа, ночью я улетаю в Китай на две недели. Выполнение всех обязательств рассчитываю получить до нового года. Засим откланиваюсь и передаю вас в распоряжение Макса.

Обзорная экскурсия по дому затянулась на час. Дом покидала в смешанных чувствах. Записанные в папку детали и пожелания давили грузом. Взяться за этот объект очень хотелось, однако сомнения присутствовали, внося сумятицу.

– Уфф… – на выдохе произнесла Светка. – Надо это дело срочно перекурить. Едем за ворота, чтоб не торчать тут под окнами.

Через триста метров мы остановились и высыпали из машин, встав у чужого забора. Светка закурила, Вика тоже достала сигарету, удивив меня и лишний раз подтвердив – внешность обманчива. Мое убеждение на ее счет о «домашней девочке», оказалось не более чем стереотип.

– Нет, ты видела? Видела?! – восторженно сияла Светка, игнорируя Вику в обращении. Выдохнула дым и мечтательно вывела: – Вот это я понимаю… мужчина. Ни козлина, ни скотина, а именно мужчина… так бы и прижала к груди.

Я укоризненно на нее глянула, намекая умерить пыл: не хватало еще новенькой вообразить о нас невесть что.

– Беремся? – с энтузиазмом поинтересовалась она.

– Вот уж не знаю. Работы порядком, а сроки сжаты, полтора месяца, – напомнила я. –Сомневаюсь, что успеем. Стоит ли рисковать…

– Да ладно тебе, вечно подстраховываешься. Успеем. Заморочки только в четырех помещениях, с остальными карт-бланш, справимся. Как считаешь, Вика, справимся? – подмигнула подружка девушке.

Светка подшучивала над ней, прекрасно понимая, что мнение девчонки всем интересно в последнюю очередь, но та восприняла вопрос всерьез. Откинула сигарету, чуть прищурилась и ответила:

– Невозможного не бывает. Грамотно распределить обязанности, привлечь достаточное количество сотрудников и работать.

– Вооот, – протянула Светлана Юрьевна, ткнув в меня пальцем. – И молодежь говорит - надо брать.

– Завтра обсужу с Полянским. Ладно, поехали. Заберешь Вику?

– Пока, – чмокнула меня Светка и повернулась к Вике: – Тебе куда?

– Ближе к метро высадишь, – не очень любезно отзовалась та и поплелась за ней в машину.

Следующий день дался мне не легко, зато к вечеру я имела на руках подписанный договор, три комплекта ключей от объекта, указания в каких случаях, с кем из них держать связь, плюс пожелание удачи от самого Артемия.

Утром следующего отправила на объект трех замерщиков и собрала дизайнеров обсуждать концепцию. Не осталась в стороне сама, закрепив за собой кабинет и «комнату для визитов», как обозвал ее заказчик.

– Понеслась! – радостно потерла руки Светка, любительница всего нового, сразу после собрания.

К работе приступили с рвением и азартом. И если тут все складывалось удачно, то дома…

В середине недели, по возвращении домой, я застала Глеба подпиливающего соседскую яблоню. От всех, торчащих на нашу половину участка веток, он избавился. Яблоня и без этого выглядевшая сиротливо, с остатками желто-красной листвы и сморщенных плодов, теперь смотрелась просто инвалидкой. На нашем доме красовался новый фонарь.

– Тебе не кажется, что это больше напоминает мышиную возню?

– Я облагораживаю свою территорию! – достаточно громко отрезал он. Перехватил ножовку и повернувшись в сторону дома Херальда, еще громче справился: – Или кто-то против?

Вечером мы почти не разговаривали, спали отвернувшись друг от друга.