Тьма внутри света

Глава 1

Мир Света. Утро.

Я стояла в своей комнате перед высоким зеркалом, затянутым тонкой серебристой рамкой, и слушала тишину. Весь дом будто затаил дыхание в ожидании праздника — дня, когда я должна принять светлую магию. Каждый житель в двадцать лет должен явиться на церемонию.

Сквозь белоснежную тюль мягко пробивались солнечные лучи, рисуя на стенах золотистые узоры. Белое платье в пол нежно переливалось при каждом моем движении.

Длинные светло-русые волосы струились по спине завитыми кудрями. Нежный макияж подчёркивал мои голубые глаза, придавая взгляду мягкость и невинность. Всё было идеально. Почти…идеально.

Внезапно тишину разорвал чёткий стук в дверь. Она медленно открылась, и на пороге появилась мама. На ней был строгий, но изящный костюм: широкие белые брюки и лёгкая блузка, мягко струящаяся по фигуре. Её лицо озарила гордая, спокойная улыбка.

— Какая ты у меня красавица, — сказала она, входя в комнату.

— Спасибо, — прошептала я, вновь переводя взгляд на своё отражение. — Я так переживаю.

— Ева, всё будет хорошо, — произнесла мама, подойдя ближе и глядя на меня через зеркало. — Обувайся. Нам пора выезжать.

Она развернулась и вышла, прикрыв за собой дверь. Я осталась одна — с собой, со своими мыслями. У ног стояли белоснежные туфли на невысоком каблуке.

Внутри что-то дрожало. Страх, что сила не придёт ко мне, цепко держал меня, сжимая грудь. Мысли о том, что я должна быть идеальной, не покидали голову. Здесь всё требовало идеальности. Чистоты. Покорности.

В мире Света каждый обязан носить одежду только светлых оттенко, а чаще всего – белого цвета — символа чистоты и послушания. Законы пронизывали нашу жизнь. Главное из них: беспрекословное повиновение родителям до тех пор, пока ты не станешь женой. Только тогда ты обретёшь самостоятельность — или её подобие.

Нарушителей ждал позор и изгнание в мир Тьмы. Там, говорили, всё иначе: шумные улицы, ночи, полные музыки и страстей, алкоголь, сигареты, смех и слёзы, и — тёмная магия. Та, что разрушает. Та, что пожирает. Та, которая может испепелить любого, кто встанет у неё на пути. Особенно мага из мира Света.

Я должна бояться. Я пыталась. Но... интерес не покидал меня. Как бы я ни убеждала себя, что там, за пределами, живут только убийцы и безумцы, что тьма — это зло... Что-то внутри шептало:

«А если всё не так?»

Белая машина скользила по гладкой дороге. Салон был наполнен мягким ароматом ландыша — мама всегда оставляла каплю духов на воротнике. Мы ехали молча. Я смотрела в окно, наблюдая, как Город Света медленно пробуждается. Здания из белого камня отражали утренние лучи, улицы были выметены до скрипа, а прохожие — такие же белые, гладкие, безупречные, как всё вокруг.

Мир Света не терпел пятен.

Мы подъехали к центральной площади. Она напоминала храм, открытый небесам. Белоснежная сцена, широкие ступени, колонны, уходящие ввысь. Люди в белой одежде, сверкающей на солнце, сдержанно переговаривались, будто боялись нарушить священность момента.

Сегодня здесь собрались - старейшины, родители и те, кто, как я, ещё только ожидал своей очереди.

Меня окликнули. Имя прозвучало громко и чётко. Я поднялась по ступеням, чувствуя, как сердце бьётся всё сильнее.

В центре сцены стоял старейшина. В его руках — Кулон Пробуждения. Прозрачный, как лед, он висел на тонкой серебряной цепочке, и внутри него спал цвет. Голубой — символ светлой силы, спокойной и созидающей.

В мире Света магия делится на две стихии - вода и воздух. В редких случаях – кому-то выпадало что-то новое. Энергия солнца. Свет, который ослеплял всех вокруг. Но уже как несколькостолетий, этой магии никто не встречал.

Старейшина подошёл ближе, обвёл меня серьёзным взглядом и надел кулон мне на шею.

На мгновение всё стихло.

И тут...

Кулон вспыхнул.

Но не мягким голубым светом. А багровым. Ярким, как пламя. Страшным. Живым.

Толпа ахнула. Мама вскрикнула.

Свет стал насыщеннее, будто внутри кулона загорелся настоящий огонь. От жара кольцо цепочки словно обожгло кожу, и я почувствовала резкую обжигающую боль.

Я подняла руку к шее — и замерла. На шее сбокупроступила метка. Чёрная, будто выжженная. Форма пламени. Живая, пульсирующая.

Магия Тьмы.

Огонь.

Толпа замерла. Кто-то отшатнулся. Кто-то отводил взгляд. Мир, который только что казался мне таким знакомым, начал рассыпаться в тишине.

А я стояла, обжигаемая собственной силой, не зная — это проклятие или... начало чего-то большего.

Красный свет кулона гас, но след от него остался — на моей шее, на коже, на душе. Метка огня будто впиталась в меня, стала частью, чужой и пугающей. Сцена, на которой я стояла, превратилась в центр, в котором замерло всё — время, люди, даже дыхание.

Старейшины переглядывались. Их лица были спокойны, но глаза... В них был страх. Тревога, которую не хотелось показывать миру.

Один из них, в мантии чуть более серебристой, чем у других, подошёл к моей маме и мягко взял её за локоть, отводя в сторону. Они заговорили вполголоса. Я не слышала слов, но по выражению лица мамы понимала — ничего хорошего ей не говорят.