У смерти под крылом

Пролог

Холодно… Жуть как холодно в старом, обветшалом доме, ледяной постели и безумно одинокой душе…

- Больше не бояться… - Стуча беззубыми деснами, шептала для своего успокоения. – И решать самой…

Дрова закончились два дня назад, еда, вода – с утра все вымерзло насквозь, вслед за неожиданно сильно ударившим морозом. Днем, пока светило солнце, я успела доковылять до могилы матери, чтобы попрощаться. Кто знает, встретимся ли мы на том свете?

Родственников у матери не было – всех прибрала война, сначала одна, а затем вторая. Мать увезла меня в восточную Сибирь еще в начале революции, скрывая в чреве от вездесущих большевиков, зачатую на стороне от морганатической жены, дочь великого князя - Михаила Александровича Романова – так и не отрекшегося от престола, как и не занявшего его.

Деревня Веселкино, что разрастется за долгие годы до большого села, а потом так же незаметно вымрет к настоящему времени, приняла нас настороженно, но вскоре смягчилась. Батенька мой (не кровный, а тот, что по юности своей и горячности, прикрыл грех матери скорой женитьбой), Егор Викторович, ушел из нашей жизни вместе со второю мировой. Мы же с матерью выживали, как могли, помогая всем селом фронту.

Всю жизнь меня одергивали, наказывали и тайно, пока отец не видел, воспитывали во мне «великую княжну», что в разумении матери вот-вот обретет престол, стоит только воцариться обратно династии Романовых, что иммигрировали из России. В бесконечных «нельзя» и «не положено» я дожила до самой матушкиной смерти, так и не заведя себе ни мужа, ни детей.

После похорон, о семье можно было даже не мечтать – кому нужна пятидесятилетняя девственница? Детей не народит, а слава белой вдовы, за многие годы превратившаяся в истовое убеждение, широким транспарантом висела в умах всех лиц мужского пола деревни.

Спасала лишь школа, в которой я с великим удовольствием преподавала французский язык и уроки труда, скорее по привычке, чем по надобности оберегая страшную тайну своего появления на свет.

Чем же я прогневала бога, что не прибрал мою душу вслед за матерью, щедрой рукой отвесив мне столь долгий срок? Единственный живой участник войны, награжденный медалью за самоотверженный труд в период Великой Отечественной войны, ветеран труда, заслуженный учитель России, проработавшая в школе до восьмидесяти шести лет, и лично ругавшая проклятущее правительство, за её закрытие по прямой линии с президентом, вынуждена умирать в нищете, голоде и холоде…

Вместе с разгоряченными мыслями, в тело начало прокрадываться тепло, усыпляя-убаюкивая истерзанную душу. Может быть, есть еще шанс, что я через месяц встречу своё столетие?

Через два дня её нашли – маленькую, тоненькую, свернувшуюся в клубок в собственной постели. Это Олег, её последний выпускник, привез детей на каникулы проведать родителей и задался вопросом, почему в доме учительницы уже какой день не топится печь. Он же и организовывал похороны, разместив белую вдову рядом с её родителями.

Глава 1

- Луна! - Кто-то нещадно тормошил меня, ввинчиваясь в мозг тонким девичьим голоском. - Луна, очнись же! Не бросай меня одну, пожалуйста!

Тело болело, словно я попала под копыта табуну лошадей. В чугунной голове звонко отражался от стенок черепной коробки этот странный голос, зовущий какую-то Луну. При чем здесь спутник Земли, я не понимала. Да и не до этого мне было.

Тяжелые веки открылись со скрипом. Я начала вспоминать, что засыпала в промороженном доме, но сейчас никакого холода точно не чувствовала. Наоборот, было жарко. Кто-то растопил печь, пока я спала? Сквозь мутноватую пленку в поле зрения попал расплывчатый силуэт.

Картинка понемногу начала приобретать четкость и краски, а я попыталась вернуть себе речь.

- Пить…

Собственный голос мне не понравился. Но тут к сухим губам прижался влажный ободок кружки. Я неистово вцепилась в глиняные бока, жадно насыщаясь влагой. Моя спасительница же молчать не стала.

- Прости, Луна. Мне пришлось добавить в воду две твоих ягоды Мьяли. Они быстрее восстановят твою магию, что ушла на лечение. Неделя вступительных экзаменов почти закончилась – завтра последний день. – Девушка тяжело вздохнула. – Я решила без тебя не пытаться поступать. Мы вместе приехали сюда – вместе и поступим.

Вода действительно оказалась чуть кисловатой, но как же божественно она освежала и придавала сил моим старым мощам! Пленку с глаз как рукой сняло, и тут, окинув помещение взором, я начала покрываться нервными мурашками. Дом этот точно не мой. И комнаты такой в моем доме отродясь не было. И девушка эта определенно мне не знакома. Я нервно облизнула сухие губы, а тут уже и волосы на коже зашевелились от осознания, что пока я спала, у меня выросли зубы.

Нет! Этого не может быть! Я посмотрела на тонкие руки с молодой бледной кожей и чуть было не раскричалась. Нервный смешок вырвался непроизвольно, но на вопросительный взгляд девушки, я отмерла.

- Прости, пожалуйста, я не помню кто я, и кто ты и что произошло. – Глазами осматриваю старое, застиранное шерстяное одеяло, боясь поднять взгляд и увидеть вспыхнувшее ко мне недоверие. Но, облегченно вздыхаю, когда девушка подает голос.

- Луна! Это же я, Кара. Видать и вправду тот маг хорошо тебя приложил. Вернее, его конь. Вернее, это не он сам, а ты к нему полезла. В смысле, к коню, не к магу. – Она закрыла ладонью лицо. – Совсем запуталась. Ты помнишь, как увидела коня мага, и я тебя не могла остановить? Просто помутнение какое-то. Как зачарованная шла, никого не слышала. А он, то есть конь, копытом тебя в грудь. Так страшно…

Мне тоже сделалось жутковато… Мысли испуганными пташками вспорхнули и разлетелись по голове, пытаясь собрать осколки воспоминаний. Разум поглотила темнота, где мелькали короткие кадры из жизни девушки, тело которой я по неволе заняла. Словно в калейдоскопе картинки приближались, отдалялись, строились в замысловатые фигуры, вызывая головокружение. Пока, наконец, не собрались в один строгий ряд, чтобы замелькать перед моим взором с немыслимой скоростью. Удивительно, но я успевала все просмотреть, понять и впитать.

Глава 2

Все же тяжело воспринимать чужую жизнь сквозь призму собственной. Во многом она не совпала, ох, да почти во всем!

Любимый ребенок, счастливые родители, много смеха и радости. Болезнь матери, затем смерть. Непроходящее горе отца, чуть не сгоревшего от переживаний. Заботливая соседка, что змеей в пушистой шкуре проскользнула в дом, прикармливая, окружая мнимой опекой. Милое щебетание и сюсюканье, и расчетливые косые взгляды на единственного ей родного человека.

Когда бедная девчонка осталась за порогом отчего дома, лишь тогда осознала, что забота была ложью, а доверие, оказанное чужой тетке – слишком щедрым жестом, приведшим к катастрофе.

Отец ничего и слушать не хотел из уст очерненной перед ним дочери. С разочарованием прогнал её, кинув напоследок мешочек с монетами на первое время. Их как раз хватило, чтобы добраться до Торна – небольшого города, в котором был филиал Лиаренской Академии магии. Луна достигла возраста первой проверки на магию, хотя у родителей ее отродясь не было. Но (можно же помечтать?), вдруг бы в ней неожиданно проснулась хоть капля дара, и тогда она бы могла пройти годовое обучение по бытовой магии. А там уже можно устроиться прислугой в благородный дом, и даже, возможно, набиться в помощницы какому-нибудь магу, а то и в компаньонки!

От возможных перспектив захватывало дух, а буйная фантазия девушки столкнула её с Карой. Они быстро подружились, обещая друг другу помогать, в случае успеха одной и провала другой. Так, назвавшись между собой сестрами, они в складчину сняли самую дешевую комнату в таверне средней руки, вечерами отмывая горы посуды от остатков, и намывая зал.

Хозяин был приветливым, не склочным толстяком, безумно влюбленным в свою жену – повариху. Сирра Рута была ему под стать – пышногрудая хохотушка. Её пироги раскупались, не успев попасть в недра огромной печи. А какими они были вкусными!

Желудок вывел жалобную руладу, а я, наконец, смогла вынырнуть из воспоминаний. Зачем мне не дали переродиться в моем мире, и почему боги этого мира переселили меня именно в это тело – для меня осталось загадкой. Что же, на то я и учитель, чтобы спокойно во всем разобраться.

Глава 3

- Очнулась! Вот и хорошо! – Улыбнулась мне подружка, придвигая поближе к кровати стул, и протягивая в руках чашку с ароматным бульоном и ломоть свежего хлеба с румяной корочкой. Собака Павлова во мне сделала стойку и с визгом продалась рефлексам за возможность насытиться.

И лишь годами вдалбливаемые матерью правила этикета не позволили шумно прихлебывать и набивать рот хлебным мякишем, раскидывая по постели крошки. Словно она стояла рядом со мной, строгим взглядом оценивая каждое моё движение, я поднялась, осматривая тонкую хлопковую сорочку и взглядом разыскивая сундук, прячущийся за кроватью.

Накинула на себя серенькое платье, пусть и не новое, но довольно опрятное. Перед едой необходимо умыться и прополоскать рот настоем трав – это местное изобретение позволяло обойтись без чистки зубов – удаляло и отбеливало все на раз.

- Я в уборную. – Пискнула подруге по приключениям, и скрылась за дверью.

Так, если я правильно помню – слева от выхода из комнаты, вторая дверь. Воспоминания не обманули – деревянный трон с углублением и небольшой бочкой воды с болтающимся в ней черпаком, служили для определенных нужд. А небольшое корытце на столике рядом с кувшином – для умывания. В деревянной емкости так же было предусмотрено отверстие для слива.

Подсмотрела из воспоминаний – в отчем доме Луны подача воды обеспечивалась артефактами. Заряд магии для бытовых нужд пополнялся раз в год, и стоил немало. Теперь уже и я хотела взглянуть на уровень магии этой девушки. Надеюсь, что повезет.

Прополоскав молодые зубы отваром и тщательно умывшись, вернулась к ожидающей Каре. Она так и не притронулась к еде, что принесла.

- Я вспомнила, Кара, и о тебе, и о себе. Спасибо, что не бросила меня. – Я покосилась на нетронутую чашку. – Ты поела?

- Да, сирра Рута накормила меня на кухне, а это передала для тебя. – Девушка заметно повеселела и счастливо улыбалась. – Как ты себя чувствуешь? Готова ли завтра очаровать всю приемную комиссию?

Я, устроившаяся чинно и благородно испробовать кулинарный шедевр сирры Руты, чуть не подавилась хлебушком. За окном вечерело, а это значит, что нужно спускаться вниз, чтобы помогать в уборке. Пусть сирр Норн и добрый, но, если у нас завтра все получится – отплатить ему ленью за приют и еду будет недостойно по меркам любого мира.

Аккуратно допив остатки бульона из чашки и стряхнув с подола крошки в неё же, я решительно поднялась.

- Нам нужно спуститься и помочь. – Кара вышла вслед за мной из комнаты, полная энтузиазма и вдохновения от предстоящего. Нужно было немножко остудить её пыл, а то она так точно сегодня не уснет, и будет завтра вялым овощем. – Если завтра кто-то из нас не поступит, сирра Рута обещала принять нас на работу, пока мы подыскиваем место получше. Хотя и у нее работать – это большая честь, учитывая, какие слухи ходят о тавернах на окраине.

Вот, теперь другое дело. Мечтательное выражение из глаз подруги пропало, сменив розовую пелену на решительность и ответственность. Мечты – это, конечно очень хорошо. Вот только, когда витаешь в облаках – падать вниз намного больнее. А вот если ты идешь к своей цели, путь и небольшими, но шагами, гораздо проще воспринимается провал – по крайней мере настроенные воздушные замки на поломанные крылья не валятся.

Уснули мы далеко за полночь, уставшие, но довольные похвалой хозяина и твердого обещания принять нас назад в случае, если мечтам не суждено будет сбыться.

Глава 4

Утро выдалось суматошным, благодаря стараниям одной неугомонной девушки, которая во что бы то ни стало, решила добраться до ворот Академии в числе первых.

Ей-богу, проще было класс семиклассников призвать к порядку, нежели остудить кипящие эмоции Кары. Увещевания, обещания и даже угрозы ни к чему не приводили. Она одна заменяла собой табор цыган, что однажды наведались к нам в село. Тогда в кутерьме их мельтешащих лиц многие потеряли не только деньги из карманов и скотину во дворах, но и наивную дуреху, только окончившую девятый класс, что повелась на уговоры красивых смуглых парней.

Благо сотворить с девчонкой ничего не успели – как только увидели погоню из вооруженных подручным инструментом мужчин из села – высадили беглянку на обочину и прибавили скоростей. Мать кровиночку щедро отходила ремнем и до самой осени посадила за учебники, не забывая нагружать еще и хозяйственными делами. Маришка уже замужем, двое парнишек у неё, муж хозяйственный, дом – полная чаша. Вовремя её мать успела уму-разуму научить.

Вот и сейчас, мне жуть как хотелось вылить на этот ураган, по имени Кара, ведерко холодной воды, чтобы охолонулась уже, успокоилась, и стала посерьезней. В конце концов, если она начнет так себя вести при людях, положительного мнения о себе у преподавателей не составит уже никогда.

Все-таки нервозность меня тоже начала настигать. Ком в горле мешал спокойно думать, а от переживаний начало покалывать в животе. Ситуацию спасла сирра Рута, что вручила нам сверток со свежими пирожками и вытолкала навстречу судьбе за порог таверны. Вещи остались в комнате – хозяйка ждала нас обратно с любыми вестями.

- Мне страшно. – Вцепилась в мою руку Кара, я поневоле тоже потеряла контроль над своими эмоциями. Но тут же подобралась – негоже сдаваться в самом начале пути.

— Вот погонят нас поганой метлой после проверки, тогда и будем ныть! – Высказалась в сердцах. – А сейчас нужно дойти уже до ворот, а там – война план покажет!

- Что ты сказала? – Удивленно посмотрела на меня девушка.

- Есть такое мудрое изречение у одного из магов… - Неуверенно промямлила я. – Читала, не помню только в какой из книг. В общем, это значит, что на месте в ситуации разберемся, а пока глазами ничего не видели – нечего и бояться.

После моего выступления мы пошли в сторону злополучной Академии уже бодрее. А почему злополучной? Да потому, что не одни мы такие умные – решили с раннего утра в последний день проверки заявиться!

Множество детей лет пятнадцати – семнадцати разнообразной расцветки, половой и расовой принадлежности, с сопровождением и без оного, толпились около закрытых ворот. Я очень постаралась отстраниться от бедлама, по-другому и не скажешь, творящегося вокруг.

Фыркающие, высокомерно задирающие нос и пренебрежительно смотрящие на окружающее пространство – это, скорее всего, богатенькая элита, что приехала сюда на каретах и вынуждена была стоять рядом с детьми из простых семей.

Последние же, напоминали стаю растрепанных воробьев, что в погоне за крошками толкаются, махают крыльями и норовят клюнуть соседа побольнее. Ан нет, есть еще и отдельная стайка средней прослойки населения – сороки, что обвесили себя нарядами, бусами и прочими украшениями, дабы привлечь к себе внимание возможных женихов. М-да… Попугаев вытряхнули из клетки, а собрать обратно не торопятся…

В воздухе ощутимо запахло возможным конфликтом – и он не заставил себя долго ждать. Одна из самок попугаев, особо агрессивного оперения, решила привлечь к себе внимание самым незамысловатым способом: унизь другого – возвысься сам.

Невысокую, тоненькую девочку, что скромно и разумно держалась от всех ареалов обитания агрессивных существ, попросту толкнула в лужу холеная ручка, увешанная браслетами.

- Смотри, где стоишь! – Задрала подбородок повыше разряженная девушка, и демонстративно приблизилась к кругу элиты. – Вечно эта нищета лезет под ноги к тем, кому ноги целовать должна!

Я спокойно… Спокойно, я сказала! Подошла к пытающейся подняться девушке. Подала свою руку и, глядя в испуганные, быстро увлажняющиеся глаза, поставила её на ноги. Платью уже ничем не помочь – серая грязь налипла комками на подол сзади, спину и даже длинную косу.

- Не переживай, внешний вид на уровень магии вряд ли повлияет. – По-доброму улыбнулась девушке, пытаясь приободрить. – Если хочешь, мы зайдем вместе с тобой последними.

- Да-да! – Закивала Кара.

- Конечно последними! – Громко фыркнула обидчица и вульгарно рассмеялась. – Таких как вы, отдельной очередью принимают с черного входа! Там еще вывеска висит о найме слуг!

Разноцветная стая расхохоталась в унисон своей предводительнице, а в рядах элиты наметился раскол – одни предпочли отвернуться и не унижать свое достоинство подобной сценой, другие же повелись на выходку и улыбались, глядя на бесплатное представление.

Серые же воробушки, что еще недавно делили места поближе к более богатым поступающим, неодобрительно качали головой, намекая на дурную славу, что будет мешать жить. Но и сожалеющих тоже было немало. Как бы то ни было, в глазах каждого из них читалось облегчение, что подошли мы, и им не придется брать эту ответственность на себя.

«Чтоб ты провалилась, невоспитанная хамка!» - Пронеслось у меня в голове в адрес зарвавшейся девицы.

Громкая трель невидимых колокольчиков пронеслась по округе, привлекая к себе внимание, и вот, ажурные створки кованых ворот сами по себе начали разъезжаться в стороны. Я невольно улыбнулась – в моем мире этого слаженного «А-а-ах...!» никто бы не услышал, электричество – наше всё!

Глава 5

Открывшиеся полностью ворота жалобно тренькнули и затихли. Зато загудела толпа, хлынув потоком в незаполненное пространство. Мы так и остались на том месте, около испачканной девочки, за что были неожиданно вознаграждены. Шествие превратилось в давку, отовсюду слышались ругань и сдавленные вскрики, но самое интересное, что волна поступающих так и не смогла ступить на территорию, попросту нахлынув и отпрянув обратно. В давке пострадали многие – аристократы, что решили идти первыми, и первыми же были придавлены к невидимой преграде. Попали в передрягу и напомаженные девицы, коих успели помять и потискать напирающие следом малообеспеченные парни.

По ту сторону ограды появился высокий, статный мужчина, со слегка посеребренными висками. Бегло оглядел будущее поколение яркими, синими опалами глаз, и… скривился нисколько не стесняясь. О да, как я его сейчас понимала – стоит опустить полог – и его сметут, собьют с ног и затопчут, даже не оглянувшись.

- Всем поступающим построиться в одну шеренгу! – Раздался над нашими головами голос. Красивый, бархатный, чуть рокочущий. – И запомните: все, кто сможет пройти через эту преграду, моментально лишаются всех титулов и богатств. Здесь все вы – ученики, а не то, что вам наговорили ваши родители в пылу родительской заботы. Отрабатывать данное нарушение будут все одинаково, - тут он очень ехидно улыбнулся, посмотрев в нашу сторону, - хозяйственный двор будет рад помощи в уборке за животными.

Возмущенные восклицания потонули в раздавшемся плаче той самой высокомерной прилипчивой девицы. Пока толпа не двигалась – она молчала, а теперь, когда абитуриенты начали исполнять приказ и строиться, девушка оказалась на всеобщем обозрении.

М-да… Видеть её было настолько же смешно, насколько и жалко. Прямо посередине невесть откуда взявшейся лужи (перед воротами её точно не было, когда мы подошли), она провалилась почти по пояс. Помятая, раскрасневшаяся от слез и обиды, будущая ученица сейчас пыталась надавить на жалость смеющейся толпы, не забывая еще и обвинять всех вокруг.

- Вы! Это вы виноваты! – Она резко ударила пальцами по грязной воде, взметнув в воздух капли и обрызгав себя и тех, кто недальновидно оказался рядом. – Как же я теперь в таком виде появлюсь перед комиссией…

- А закон бумеранга действует и в этом мире… - Прошептала я себе под нос.

- Чей закон? – Шепотом переспросила спасенная нами девушка. – Анг? Незнакомая мне фамилия. Или это титул?

— Это приспособление для охоты, оно возвращается к хозяину, если его правильно кинуть. – Ответила на автомате, и только потом поняла, что сказала. – В одной из книг вычитала, не помню уже в какой.

- Да, вычитала. – Согласилась со мной Кара. – И про план войны тоже.

На нас стали оборачиваться. Я чуть было не хлопнула себя по лбу за сорвавшиеся слова. Не хватало еще каких-нибудь обвинений в шпионаже на другую страну.

- Пойдем в строй, пока нас в самый хвост не определили. – Отвлекла девушек от темы, тем самым напомнив и остальным, что и они зазевались.

Пока мы болтали, пара воробушков все же сжалились над заплаканной, свергнутой с пьедестала самопровозглашенной королеве попугаев, и помогли ей выбраться из лужи. Вот уж вправду – не рой другому яму…

Цепочка поступающих все удлинялась и удлинялась, грозя заполнить и близлежащие улицы. Но, вот снова раздалось предупреждение тем, кто пройдет защитный полог, идти прямо ко входу и оставаться около крыльца.

«Лёд тронулся, господа!» - Совсем по-девичьи хихикнула я в собственных мыслях и начала продвигаться вслед за вереницей страждущих. Сердце замирало и тут же пускалось вскачь с каждым шагом, приближающим меня к развязке. Скоро все решится. Смогу ли я, узнав о наличии во мне магии, обучиться ей? А если её не будет? Что мне предпринять тогда?

И как вообще ею пользоваться, если до этого она никак себя не проявляла у Луны? Может быть, она начинает раскрываться только тогда, когда пройдешь через эти ворота? Или нужно какое-то специальное заклинание, ритуал, ну не кровопускание же?

- Я же четко всем сказал, что следует идти прямо к крыльцу. – Негромко пророкотал знакомый голос рядом с моим ухом. – Поднимите глаза и откройте их, чтобы определиться с направлением.

Как? Я уже прошла на территорию? Я? Вся я? Растерянно оглянулась назад, увидев счастливо схватившихся за руки и торопящихся ко мне девушек. Кара не стала скрывать охватившую её радость и кинулась меня обнимать. Давненько я не чувствовала себя в тесном кольце рук.

- Меня Нина зовут. – Нерешительно представилась мне спасенная девушка. Я с радостью приняла и её в наши с подругой объятья. Какое красивое имя, и такое родное…

- Идем к центральному входу! – Подогнал нас в спину сердитый голос. Нам пришлось повиноваться.

Глава 6

На верхней площадке огромного, скругленного, каменного крыльца нас встретила небольшая группа преподавателей, судя по тихим шепоткам прошедших учеников. Я невольно стиснула ладони девочек, напрягшись под взглядом одного из них. Одна из трех женщин так же не внушала доверие. Строгий взгляд, вульгарный для раннего утра макияж и точно такая же, непристойного покроя, одежда. Очень красивая, знающая себе цену, женщина. Не удивительно, что часть учеников не могли отвести от нее взгляды, забыв о собственных целях. Уж не знаю, что она преподает, но лишь бы не попасть к ней в ученицы.

Наконец, спустя пару десятков минут томительного ожидания, из открывшихся дверей появился… Дамблдор!

Это я от неожиданности так пошутила. На самом деле, в красоте и пылающей вокруг него харизме, этот мужчина переплюнул бы всех моделей мужского пола Земли вместе взятых. И я не просто так это утверждаю – теперь страдала уже женская половина, при том страдала явно, нисколько не артистично и даже, уж себе-то можно признаться, весьма убого. Я, несмотря на весь свой земной опыт просмотра телевизора в лучшие времена, тоже слегка залюбовалась. Ладно, не слегка. Хорошо, будем полностью честны – я ничем не отличилась и не выделилась из этой ничтожной толпы, пускающей слюни на красавца.

Его ярко-зеленые глаза и иссиня-черные волосы с абсолютно белоснежными прядями на висках, сразили меня наповал. Сейчас, стоя внизу, я готова была ползти за ним на коленях, куда бы он не решил пойти, дрожащими руками протягивая ему собственноручно вырванное из груди, трепыхающееся сердце.

Это чувство меня захватило, скрутило так сильно, что невозможно было вздохнуть, пока над площадкой не раздался его громыхающий голос.

- Кто этот смельчак, или совсем уж ущербный, что решился протащить в Академию вытяжку Гойи? Еще и догадался открыть!

Толпа вместе с нами резко сделала шаг назад, оставив на обозрение худого парня из элиты, что с удивлением вертел в своих руках маленький флакон. Он начал озираться по сторонам, пытаясь отыскать вручившего, но, не найдя такового, со всем смирением и обреченностью протянул опасную емкость в руки красавца под слаженное «А-а-ах!!!» и несколько обмороков.

Пара коротких рубленых фраз на незнакомом языке, пасс с прищелкиванием пальцами и, страшная субстанция исчезла с ладони, как по волшебству. Дамочка с ядреным макияжем тоже активно замахала руками, возвращая нас с небес на землю. Неземная краса как-то резко померкла, приглушилась. С предмета всеобщего обожания слетел весь блеск и сверкающая чешуя, оставив приятного глазу, не более, мужчину лет тридцати пяти.

- С тобой мы поговорим позднее. – Сверкнул жемчужными клыками в сторону невинного парня, он вновь поднялся на верх по ступенькам. – Автора этой шалости я исключу из списков уже к утру и выгоню с позором при всех учениках. Если же у озорника наберется хоть капля смелости зайти сегодня ко мне в кабинет и признаться, я могу и передумать. Разумеется, не без наказания.

«Рыцарей на этом турнире не нашлось...» - Мрачно констатировала я.

А главный преподаватель, заведующий, директор, ректор, (кто он тут?), продолжил то, что намеревался сделать до инцидента.

- Сейчас вас ожидает проверка на уровень резерва и направленность магии. – Он уже зашел внутрь, но голос всё еще раздавался рядом с нами, будто он никуда и не уходил. – Проходите в холл, строитесь так же, как перед воротами и заходите в зал только после того, как вас позовут.

Теперь уже никто не бежал вперед, наоборот, смельчаков заметно поубавилось, и многие старались отойти к середине шеренги. Я тоже не стала показывать свою храбрость и потянула девочек в третью четверть образовавшегося строя.

Это моя первая проба пера, поэтому, если вам понравилась история, поддержите, пожалуйста, муза звездочками. Он, в борьбе за собственную популярность, будет рад меня вытолкать из постели даже ночью. 😊