Убийство некроманта

Глава 1.

1.

Шли в темноте друг за другом, осторожно обходя дом прямо по раскисшей от слякоти земле, продираясь сквозь кусты, росшие под окнами. Нина вела рукой по шершавой деревянной стене, чувствуя, как под пальцами осыпаются облупившиеся частички старой краски. Шли медленно. Нина напряженно вглядывалась перед собой, надеясь, что под ноги не попадется рытвина или валяющийся кое-где хозяйственный хлам. Шуметь было нельзя ни в коем случае, иначе это могло свести все их усилия на нет. Ночь была ясной. На небе ярким жирным блином повисла полная луна, деревенскую улицу освещали редкие фонари, но здесь, в тени дома, с трудом угадывались очертания предметов. Нина в очередной раз пожалела о том, что у неё нет способности видеть в темноте, как у низшей нечисти или оборотней. Первым шел мелкий бес Анчут, за ним след в след ступала Нина, а сзади слышался шорох неуверенных шагов испуганной хозяйки дома.

Они прибыли в деревню сегодня вечером и несколько часов, пока дожидались полуночи, выслушивали жалобы хозяйки на странные дела, творящиеся в доме и во дворе.Немолодая женщина, открывшая им дверь по указанному Анчутом адресу, представилась Ольгой. Пустила их в необжитую, но тепло натопленную кухню. Вернее, только Нину, – Анчута, как низшую нечисть, она не замечала вовсе.

– Вас как зовут? – обратилась она к девушке. – Вы от Марийки?

– Здравствуйте, Нина. Да, от нее. Она сказала беда у вас тут в старом доме, сказала, возможно, я смогу помочь.

– Ой, девонька, на тебя одна надежда. Я уже и к участковому обращалась и к батюшке… Ничего не помогает. Муж мой намекает, что санитары помогут… смеется, а сам-то ехать сюда отказывается.

Она горестно вздохнула и принялась хлопотать по кухне. Наполнила водой и поставила на плиту старенький эмалированный чайник с божьей коровкой на пузатом белом боку. Достала из шкафчика две кружки, сахарницу и упаковку печенья. Нина присела за стол, украдкой рассматривая женщину. На вид ей было около шестидесяти. Светлые волосы собраны сзади в обычный хвост, фигура крепкая, спортивная. Одета в черную байковую кофту с какой-то надписью и узкие джинсы, на ногах кроссовки. Подтянутая, аккуратная, она дисгармонировала с этой обветшалой, кое-как прибранной кухней. Выглядела в ней чужой.

– Это ваш дом, вы постоянно здесь живете? – спросила Нина у женщины, вертя головой по сторонам и рассматривая обстановку. Анчут присел на подоконник возле давно немытого окна, найдя там место среди пустых стеклянных банок.

– Нет. Это дом моего отца, – ответила Ольга и присела за стол вместе с Ниной в ожидании пока закипит чайник.

– А где он сейчас?

– Папа умер, в прошлом году, – сказала Ольга и замолчала, задумавшись о чем-то своем.

– Так. Хорошо, – прервала ее молчание Нина, – вернее, хорошего тут мало, конечно. Давайте вы мне расскажите все самого начала и по порядку. И про отца, и, главное, про дом.

Ольга, залив в двух щербатых кружках чайные пакетики кипятком, принялась неторопливо излагать свою историю. Сказала, что мать ее умерла давно от несчастного случая – попала под автобус зимой. Ольге тогда было четырнадцать. Пока не закончила деревенскую школу, жили здесь с отцом вдвоем. Потом уехала в город, поступила в институт, вышла замуж. Отец остался жить один. Кого только ему не сватали со всей округи, благо не алкоголик и к работе справный, но ни с кем всерьез он так и не сошелся. Конечно Ольга приезжала с мужем его навещать, особенно в последние годы. Продукты привозили, лекарства, но ночевать почти никогда не оставались, а он и не настаивал. Если бы мама была жива, так они, конечно, и внука брали бы на лето и в целом общались бы ближе, скорее всего. Но уже как есть, ничего не исправишь. Ольга вздохнула, в голосе зазвучали слезы: «Так и умер один, похоронили на местном кладбище».

– А дом? Что с домом стало? – уточнила Нина, делая большой глоток чая из кружки, украдкой бросая взгляды на Анчута.

– После смерти отца в доме никто не жил. Приезжали изредка посмотреть, все ли в порядке, не поселились ли бомжи, не растащили ли местные алкоголики остатки имущества. Когда-никогда косили бурьян во дворе – но на этом всё. Год стояла одинокая хата, но дом без хозяев быстро ветшает, поэтому решили его продать, пока он еще представляет хоть какую-то ценность. Приехала сюда еще летом, начала порядки наводить, придавать недвижимости товарный вид. И как-то ночью я заметила, что во дворе дома происходят странные, необъяснимые вещи.

Женщина поежилась, как от холода. Хотя печка была натоплена жарко, а у Нины от горячего пота на лбу даже выступила испарина. По лицу Ольги было видно, что она сильно испугана и этот рассказ дается ей нелегко.

– Стала я замечать, что иногда ночью во двор кто-то приходит. Следы на мокрой земле остаются, как от маленьких женских туфель с каблучком. Летом, бывает, в одну ночь все цветы на клумбе вымерзнут, хотя ночи стоят теплые. Но чаще всего я слышу женский плач.

Женщина обернулась на икону, висящую в углу, и несколько раз размашисто перекрестилась. Помолчала, собираясь с духом, и продолжила:

– И такой громкий жалобный плач, аж сердце разрывается от тоски. Выглядываю на улицу – никого, только старые качели на березе качаются, как будто на них кто-то сидит. И плач с той стороны, и причитания. Страшно, ужас как.

2.

Подойдя к углу дома, Анчут остановился в тени. Нина подошла и тоже остановилась.

Глава 2.

1.

Нина сидела в кресле, подтянув коленки к самому подбородку и смотрела в заснеженное окно. Настроение было так себе. Вчера ей поступил новый заказ на работу. И нет, не из главного управления статистики, в котором Нина по инерции продолжала просиживать джинсы.

Почти каждый день она думала о том, что ей надо уволиться и уйти на фриланс. Но постоянно находились какие-то отговорки. Дело в том, что фриланс пока был хоть и доходный, но в нашем мире не совсем легальный. Не станешь же писать в налоговой декларации, что получила десять золотых монет, а именно 24,5 граммов золота 750-й пробы, в качестве платы за разговор с умершей в 1896 году Вересковой Татьяной Михайловной, по поводу спрятанного в фундаменте дома наследства.

Да что там нелегальный, этот фриланс для простых людей в принципе необъясним! Кто поверит, что в наше современное, насквозь инновационное и технологизированное время, возможен разговор с умершими? Кто в здравом уме спокойно примет к сведению существование ведьм, магов, домовых или пророков? А ведь на самом деле они никуда не делись, а продолжают существовать и вполне активно действовать вот тут, прямо у нас под носом. Кто-кто, а Нина об этом знала не понаслышке. Да что там знала, сама была одной из них.

Прошлой весной, после событий, произошедших с Ниной в гродненском старом замке, вся ее жизнь круто изменилась. Нина вздохнула, погрузившись в воспоминания.

Чудом ей удалось остановить своего друга Варгана на полпути и вернуть его обратно из мира Нави (мира мертвых) в мир Яви (мир живых). По какой причене страж миров книзь Бай решил вмешаться и подарить ее другу оборотню еще одну десятую жизнь - Нина не знала. Возможно, за такой щедрый подарочек в будущем еще придется заплатить немалую цену. Во всяком случае, перед возвращением в свое кошачье царство Варагн ее об этом предупредил.

Всем вместе им удалось остановить активированное пророчество, не дав ему свершиться, и помешать книжной ведьме Любовь Аркадьевне установить новый мировой порядок, стерев границу между мирами.

Собаки Ставры и Гавры, стражи царства мертвых, убили ведьму по приказу князя Бая и утащили ее душу в мир Нави, владения Чернобога.

У Нины несбывшееся пророчество навсегда оставило след не только в памяти, но и на руке – в виде татуировки.

А кроме того, изо всех сил стараясь помочь Варгану, Нина обнаружила у себя способность при помощи магического перстня Василька, доставшегося ей в наследство от бабушки, открывать проход в мир Нави, где, приложив определенные усилия, она могла поговорить с умершими.

Об этой ее способности очень скоро стало широко известно в магическом мире – не без помощи ее друга мелкого беса Анчута, как подозревала Нина. И ее стали привлекать к выполнению заказов, так или иначе связанных с загробным миром. Не бесплатно, конечно, уж Анчут за этим следил более чем пристально.

Когда-то она спасла жизнь мелкому бесу и теперь, согласно укладу, он должен был вернуть ей долг. И пока Анчут не спасет в ответ жизнь Нины, бес чувствовал себя обязанным и постоянно ошивался рядом, чтобы вдруг случайно не упустить первую же представившуюся возможность. Со временем Нина привыкла к его присутствию, и они подружились.

После тех событий Нина долго размышляла о судьбе своей бабушки. Не так-то просто переварить новость, обрушившуюся на тебя, как ведро холодной воды, что твоя родная бабушка была не просто милой пожилой и очень доброй женщиной, какой она осталась в Нининой памяти – а самой настоящей природной ведьмой. Еще и довольно могущественной.

Нина несколько раз пыталась завести об этом разговор с родителями, но после нескольких неудачных попыток поняла, что родители ни о чем не догадываются и вообще не в курсе проявления каких-либо магических способностей среди родственников. А вот сама Нина оказалась девушкой не простой, хотя кто знает, сколько бы ее собственные способности дремали еще в ней, никак не проявляясь, если бы не та роковая цепь случайностей, произошедшая с ней прошлой весной.

Много думала Нина и о словах книжной ведьмы Любовь Аркадьевны, которые та произнесла о ее бабушке незадолго до смерти:

«Старая ведьма Нинка первой сообразила, что к чему. Думаю, она и настояла назвать свою внучку Ниной – что в переводе с ассирийского обозначает «царица». Сразу планировала принести ее в жертву и призвать с помощью Василька в наш мир Чернобога. Вот ведь черная душа! Родную внучку не пожалела. Хотя врать не буду, что было у нее в голове, неизвестно. Может, она ожидала, что вместе с остальными мертвыми и внучка вернется, поэтому не боялась. А может, наплевать ей было на девочку…»

Нет! Нет и нет! Нина аж зажмурилась, отгоняя дурные мысли, настойчиво проникавшие в ее голову. Это просто невозможно! Это противоречит всем законам мироздания. Бабушка была просто физически не способна на такое коварство. Если бы она и решилась на такой страшный ритуал, чтобы вернуть свою семью, значит была точно уверена, что внучка не пострадает!

Снежинки падали, прилипали к стеклу, быстро превращались в капли, соединялись по две-три и неровными струйками стекали вниз. Нина ненавидела такую погоду. Хуже нет чем ветер и снег при плюсовой температуре. Но настроение портила не только погода, тревожил ее вчерашний заказ.

***

Молодой человек через Анчута назначил ей встречу. Они встретились вчера вечером в известном гродненском баре в центре города. Там за бокалом вина молодой, очень симпатичный сын некроманта, представившийся Александром, поведал ей свою историю.

Глава 3.

Нина подробно рассказала подруге про встречу в баре с Александром и про его заказ.

Марийка отставила чашку с чаем и принялась барабанить пальчиками по столу.

– То есть, я правильно понимаю, что он всерьез считает, что кто-то убил некроманта в нашем городе, в гостинице и обставил смерть как несчастный случай?

– Да именно так его сын и предполагает.

– А обстоятельства смерти?

– По его словам, отец поскользнулся на мокрой плитке, упал, разбил голову и истек кровью.

– Очень подозрительно. Чтобы некромант умер от потери крови? Ни за что не поверю.

– Вот и он так считает.

Марийка замолчала о чем-то задумавшись. Нина ее молчание не прерывала и тоже размышляла, тасуя в голове факты, которые ей сообщил Александр.

– А как звали некроманта? – спросила она у Нины. – Ты запомнила?

– Я записала. – Нина провела пальцем по экрану телефона, чтобы его разблокировать и открыла приложение Блокнот. – Его звали Владимир Федоров.

Нина подняла голову и посмотрела на подругу. Та молчала, в ее глазах явно читалось удивление.

– Тот самый Федоров? – наконец спросила она.

– Что значит тот самый? Я никакого Федорова не знаю.

– Ну да, конечно же тот самый, какой же еще. Таких совпадений, чтобы и имя, и фамилия, да еще и некромант… – Марийка не могла усидеть на месте. Она поднялась из-за стола и взволнованно расхаживала по кухне.

– Ты его знаешь? – спросила Нина, пытаясь заглянуть Марийке в лицо, чтобы понять, что ее так сильно взволновало.

Но та ходила по кухне от одной стены к другой, глядя перед собой невидящим взглядом и продолжала монотонно рассуждать вслух, то ли поясняя для Нины некоторые факты, то ли просто упорядочивая их у себя в памяти:

– Владимир Федоров очень сильный черный маг. Некромантия – это не его основная специальность, к оживлению мертвых он, наверное, только в последние годы пристрастился. Когда-то долгое время жил в Гродно.

Его даже судили здесь, как иностранного шпиона. Представляешь? Вот смеху-то было в магическом сообществе. Сериалов в те времена не было, так все в суд тогда ходили как в театр на представление.

Даже не знаю, для чего Владимир в этом цирке участвовал. Впрочем, он всегда был склонен к лишнему пафосу и дешевым драмам. А может, просто придуривался. В молодости Владимир был ярким представителем белорусского драматического общества. Так сказать, местная богема.

Представляю какие лица были у охранников тюрьмы, когда на следующе утро заключенный просто исчез из камеры. Дело тогда замяли, конечно. Тем более, что родственников у Федорова не было, и судьбой его никто не интересовался. С тех пор в Беларуси его больше никто не видел. В Чехию, скорее всего, переехал, как и вся их братия.

– Да, да. Александр говорил, что они с отцом жили в Праге, – подтвердила Нина, но Марийка ее не слушала.

– Упал и голову разбил – такая же бредовая версия, как и то, что сто лет назад он работал на людскую иностранную разведку, – продолжала размышлять вслух Марийка. – Но поверить в то, что кто-то здесь в нашей глуши смог убить могучего колдуна, совершенно не оставив никаких следов, тоже невозможно. Дело конечно очень странное. Ты, кстати, на заказ согласилась?

– Я? На какой заказ? Ааа… пока нет, – Нина даже не сразу нашлась, что ответить, так неожиданно ведьма прервала свои размышления и задала вопрос. – Взяла три дня на «подумать».

– О чем будешь думать?

– О том нужен ли мне такой опыт или нет. Все ж таки убийство, если это действительно убийство, а не несчастный случай – не рядовое происшествие. Александр этот тоже не внушает доверия… Но самое главное – некромант. Никогда еще не разговаривала в Нави с душами мертвых колдунов. Хватит ли у меня для этого сил? Это вообще в принципе возможно? У меня в таких делах совсем мало опыта. Поэтому я сказала, что перезвоню Александру через три дня. А сама поехала к тебе за советом.

– Я разговаривать с мертвыми не умею, поэтому точно ответить на твой вопрос не могу. Но думаю, что это возможно. Общий принцип с душами мертвой нечисти, такой же, как и с душами обычных людей. Умирая, все вместе, взявшись за руки, следуют в Навь. Хватит ли у тебя сил? Кто знает? Не поймешь, пока не попробуешь. Даже не знаю, что тебе и посоветовать.

Марийка в раздумьях наморщила брови, почесала перламутровыми ноготками лоб, сделала еще кружок по кухне и выдала:

– Когда я не знаю, что мне делать, я спрашиваю у карт. Давай и в этот раз поступим так же. Глядишь, над картами и мне какое озарение о будущем придет. Я же все-таки тоже какая-никакая прорицательница.

Нина с сомнением поджала губы. Она никогда не верила, ни в гадания, ни в таро расклады… Хотя с другой стороны совсем недавно она и в магию не верила тоже.

– Что ж ладно, давай посмотрим, что твои карты скажут.

Марийка взяла в руки колоду карт, лежащую на комоде.

– Давай перейдем в другую комнату. На кухне не могу правильно настроиться, – сказала Марийка и, перетасовывая в руках колоду, пошла в гостиную. Нина последовала за ней.

Глава 4.

– Анчут, нельзя же так пугать, я из-за тебя поседею раньше времени. Как ты нас нашел?

– Ну для этого есть много способов, но на самом деле, не застав тебя дома, я просто догадался. Так ты торт возьмешь мне или нет? Вкусный он, кстати? Выглядит аппетитно.

Анчут попытался засунуть свой палец Нине прямо в тарелку, но та его ловко перехватила.

– Сейчас закажу, не лезь. Пиво, уж прости, брать не буду, а то официант меня с таким странным заказом запомнит. А мне это совершенно ни к чему.

– С такой яркой подругой никто тебя не запомнит, – сказал Анчут кивком головы указывая на Марийку, сидящую за барной стойкой. – Сегодня все запомнят только ее. Бармен с официантом уж точно.

Нина подняла руку, подзывая официанта и попросила повторить чизкейк и добавить к нему облепиховый чай. Анчут довольно закивал с другой стороны стола. Официант его, понятное дело, не видел.

Через какое-то время вернулась Марийка, держа в руках высокий стакан с разноцветной жидкостью, замысловато украшенный фруктами и трубочками. На лице ее явно читалось недовольство.

– Что случилось, Мария, Вам не понравился коктейль? Надо было выплеснуть его прямо в лицо этому криворукому неумехе, – кивнул Анчут в сторону бармена.

– Привет, Анчут, коктейль как раз-таки в порядке, – Марийка отодвинула кресло и села рядом с Ниной, делая большой глоток из высокого стакана. – А вот с барменом явно что-то не то.

– Что ты имеешь ввиду, – заинтересовалась Нина, оглядываясь. – Бармен как бармен. Симпатичный. Стоит, стаканы протирает.

– Вот именно, а я между прочим приворотную магию почти до третьего уровня догнала, сил потратила уйму, аж вспотела вся, а ему хоть бы хны. Он уже должен был с туманным взглядом, капая слюной на пол, за мной идти как бычок на веревочке. А он стаканы протирает.

– Ну и что? Марийка, ты конечно девушка видная, тут ничего не скажешь. Но может он, правда, предпочитает другой типаж, или любимая жена дома… Да может он вообще в конце концов гей! – возмутилось Нина.

– Да хоть Папа Римский! На воздействие третьего уровня он должен был хоть как-то среагировать. Хоть на десять минут, хоть невсерьёз, но должен был увлечься. А он ванильно-вежливый и все. В глаза смотрит, собака, и не хочет меня!

Видно было, что Марийка зла и разочарована. Нина улыбнулась:

– А тебе прям каждого первого надо соблазнять?

– Нина, не тупи, – вмешался в разговор Анчут, – Мария говорит, что здесь магия не действует.

– Амулеты может какие защитные или что?… Я в этом не очень-то понимаю, – растерянно сказала Нина, переводя взгляд с одного на другого.

– Может и амулеты, кто его знает, но что-то тут явно не чисто.

– По крайней мере, конкретно на этом Олеге, который за стойкой стоит, никаких амулетов не было. Если что и есть, то сразу на всем помещении. Какая-то хитрая блокировка. Магия не блокируется, колдуй сколько хочешь, только вот воздействия нет. Как будто все сразу развеивается. Даже и не знаю, кто в Гродно так чаровать может, никогда раньше с таким не сталкивалась.

– Ну так и ресторан открылся совсем недавно. Ты вот в нем сегодня первый раз, – улыбнулась Нина.

– И скорее всего в последний, – недовольно фыркнула Марийка.

– А это ты зря, – не согласился с ней Анчут, – иногда такие места очень даже нужны. И для схрону и для переговоров важных, да и вообще много для чего могут понадобиться. Тем более место вроде приятное. Мне здесь нравится.

– А может, ты и прав, – Марийка в очередной раз огляделась по сторонам. Вы только в магическом сообществе помалкивайте об этом. Если никто ничего не знает, тем лучше. В наше время, кто владеет информацией – владеет миром.

– Ну это не только в наше время, это можно сказать во все времена.

– Ну хорошо, а если тут магия не действует, то как тогда в гостинице могли колдуна убить? Ну то есть могли, конечно, но тогда только обычными средствами, без помощи магии…– вмешалась в разговор Нина

– Обычными средствами опытного некроманта? Сомневаюсь, что это возможно.

– Практически, может, и нет, но теоретически – очень даже да.

– А может, магия только в ресторане не действует? А в гостинице все обычно?

– Может и так…

– А может, это был действительно несчастный случай? Может, не было никакого убийства и пожилой человек действительно просто поскользнулся на мокрой плитке. Упал и разбил себе голову. Ведь бывает же такое в обычной жизни, – с робкой надеждой предположила Нина.

– Бывает. Всё бывает. Вот давай и выясним, заодно и денежек немного заработаем, –обрадовался Анчут, – а еще не помешает разузнать побольше об этом месте. Незаметно поинтересоваться, невзначай поспрашивать.

– Давай, Анчут, ты этим и займешься, – сказала Марийка, – у меня незаметно не получается.

– Слушайте, но так это же все время, а мне ответ Александру нужно уже завтра дать. Принимаю я заказ или нет.

– Блин… Александр этот вообще не к месту – скривилась Марийка.

– Почему не к месту? Мы тут исключительно из-за него собрались, –хмыкнул бес.

Глава 5.

Нина подъехала к «дому с лилиями» на такси вместе с Анчутом примерно около 23.00. Они договорились встретиться с Александром в ресторане на первом этаже. Нина волновалась, Анчут как мог подбадривал ее, но не слишком успешно.

Иногда Нина задавалась вопросом, почему у нее, жутко боящейся всей этой кладбищенской бытовухи, не склонной к готически страстям, такой странный дар. Разговаривать с умершими. Ведь она даже фильмы ужасов не любила, а мертвецов остерегалась, как любая нормальная женщина.

В последнее время, во многом благодаря Анчуту, бояться их она перестала. Но все равно каждый раз испытывала чувство омерзения при виде всех этих повешенных, застреленных, задушенных обитателей мира Нави. Хотя в мире мертвых вообще всё выглядело жутковато. На то она и Навь.

В ресторане играла приятная музыка, свет горящих свечей, призванный добавлять романтики, выглядел красиво, но с ролью своей справлялся плохо. В прочем, дело конечно не в свечах, Нина прекрасно это понимала. Дело было в цели их визита, который к романтике не имел никакого отношения.

– Добрый вечер, рад вас видеть, – Александр поднялся с кресла им на встречу. Посторонился пропустить Анчута, отодвинул стул для Нины.

– Сомневаюсь, что он будет добрым, поэтому – здравствуйте, – Нина слегка улыбнулась Александру и присела за стол.

Оглядела зал, людей было совсем немного. А что за знакомая фигура в дальнем углу? Марийка. Ну конечно, кто бы сомневался. Специально ее никто не приглашал, и время встречи никто не сообщал, но Марийка ведьма ушлая, еще и прорицательница. Сама назначила встречу здесь какому-то кавалеру. Делает вид, что с ними не знакома. Ужинают. Нина усмехнулась и слегка кивнула подруге. Та поморщилась, сделав вид, что от вина.

– Вы голодны, ужинать будете? – обратился к Нине Александр.

– Нет.

– Да, – одновременно с Ниной ответил Анчут. – Нам тут еще час торчать, я же с голода умру, закажите мне пива с острыми ребрышками.

– Хорошо, – улыбнулся сын некроманта. – А вы, Нина?

– Я буду красное вино… любое… на ваше усмотрение. Нужно успокоить нервы.

Пока ожидали заказ, Анчут рассказывал, что ему удалось узнать по своим каналам.

– Так как времени у меня было всего-ничего, то и узнал я не много, – начал он. – Фактически, а не по документам, владельцем гостиничного комплекса является Януш Михайлович Радивиловский. Человек он непростой, поэтому нигде в официальных бумагах не светится.

– Человек?

– Это я образно. Почти уверен, что нет. Что за фигура выяснить пока не удалось. Слухи ходят, что великий чародей.

– Так может поэтому здесь магия не действует?

– Может и поэтому. И, на самом деле, не действует она только в ресторане. А в гостинице все как обычно. Колдуй – не хочу.

– Интересно…

– Да, интересно, но с этим мы разберемся позже. А раз в номерах магия действует обычно, то думаю сегодня никаких проблем быть не должно.

– Ой не знаю, Анчут, у меня дурные предчувствия.

– Ниночка, золотце, не волнуйся. Ну что может случиться? Мы же рядом. Все будет хорошо.

Нина обреченно кивнула и сделала небольшой глоток из бокала, принесенного официантом. Вино было неожиданно крепким, густым и сладким.

– Сто лет не пила сладкое вино, – сказала она, поднимая благодарный взгляд на Александра. – Сейчас это действительно то, что нужно.

Анчут принялся с аппетитом обгрызать пряные ребрышки, не забывая прихлебывать пиво из высокой кружки, поэтому объяснения свои временно прекратил.

– А вы в каком номере остановились? – спросила Нина у Александра.

– Тут интересная система, – оживился сын некроманта. – Бутик-отель в котором всего восемь номеров. Каждый из них отделан в своем стиле, имеет совершенно не похожий на другие номера интерьер. У комнат есть даже свои собственные названия.

– Интересно…

– Так вот, номер в котором останавливался мой отец, называется «Кабинет». Он расположен на третьем этаже в мансарде. Сдать мне его – отказались. Впрочем, как я понял, его пока никому сдают. Не знаю по каким причинам. Может ждут, что еще какие-то следственные действия будут проводиться, может по другим причинам. Мне никто ничего объяснять не стал.

– А может он просто занят? Или забронирован?

– Вряд ли. Я сегодня целый день в отеле. В номер никто не заходит, не выходит, даже горничная. Ключ постоянно висит на ресепшене. Думаю, он пустует.

– Может и так, – согласилась Нина. – Так, а какой номер сняли вы?

– «Комнату путешественника», – Александр усмехнулся. – Да, представьте себе, она именно так и называется. Это соседний номер с «Кабинетом», буквально через стенку.

– Отлично. Я надеюсь, все должно пройти хорошо. Нет, я почти уверена, что все пройдет хорошо.

Минут через сорок, за пару минут до полуночи, покончив с вином и ужином, они втроем поднялись в номер к Александру. Уже было успокоившуюся и разомлевшую от вина и разговоров Нину опять начало ощутимо потряхивать. Мысль о предстоящем колдовстве поднимала уровень адреналина в крови, а тот, в свою очередь гнал сердце вскачь и выветривал из сознания алкоголь.

Глава 6.

Освещение стало гораздо хуже. Люстра, горевшая за спиной Нины, не могла охватить все помещение, которое сейчас будто раздвинулось и стало значительно больше, чем то, в которое она зашла изначально.

Обстановка комнаты тонула во мраке, но можно было с уверенностью сказать, что это – спальня.

Основное пространство занимала огромная кровать. Резные деревянные столбики поддерживали тяжелые складки бархатного балдахина. Сверху навалены пухлые белые подушки с кружевными оборками. Край толстенной перины свесился на пол. Справа окно, занавешенное такими же тяжелыми, как балдахин, шторами. Под окном атаманка с круглыми, вывернутыми подлокотниками. Перед ней низкий пуфик для ног на изогнутых ножках. Слева зеркало в багетной раме, а под ним туалетный столик, заставленный немыслимым количеством баночек и шкатулок.

Нина переводила взгляд с предмета на предмет, запоминая детали обстановки. Стены обиты тканью с мелким узором: переплетенные веточки, цветочки, райские птички. Под ногами добротный, но пыльный дубовый паркет.

Обстановка богатая, спальня, похоже, женская. Вот только никакого мертвого некроманта в поле зрения не наблюдается. Вообще никого нет. И эта ужасная давящая тишина, которая всегда сопровождает Навь. Как будто через уши в голову натолкали вату.

Нина сосредотачивает все свое внимание на полу, на том месте, где как ей кажется, должны были найти мертвого некроманта, открывает рот и зовет:

– Владимир Федоров...

Тишина. Нина не слышит своего голоса. Не пугается, знает, что здесь так всегда. Но также знает, что если сосредоточится и изо всех сил напрячься, то ее беззвучный зов услышат в Нави. Поэтому она, набрав в грудь побольше воздуха, повторила:

– Владимир Федоров!

Невидимая вата была уже не только в ушах, но и во рту. Эта вата гасила все звуки, поглощала их, как песок поглощает воду. Быстро без остатка.

В комнате ничего не происходило. Ветер из открытого окна беззвучно колыхал тяжелую занавеску. Нина собрала все свои силы и крикнула безмолвно, как в кошмаре:

– Федоров!

Внезапно прямо перед лицом возникла женщина в длинном домашнем платье с белым кружевным воротничком. Темные волосы прикрывают плечи. Лицо бледное, ни кровиночки. Фигура стройная, можно сказать молодая, а лицо все в глубоких морщинах, как у старухи. Глаза блестят сумасшедшим огнем. Под ними огромные почти черные круги. Нижняя губа и подбородок дрожит.

Женщина смотрит прямо на Нину. Во взгляде ее отчетливо пылает ненависть. Она открывает рот, что-то яростно говорит, но Нина ничего не слышит. В голове по-прежнему вата. Закончив гневную тираду, женщина внезапно протягивает вперед руки и со всей силы толкает Нину в грудь.

Та, чтобы не потерять равновесие, делает несколько шагов назад, неловко размахивает руками, цепляется каблуком за складку ковра и падает на спину…

***

Издалека в ее сознание врывается голос Анчута.

– Нина, Нина! Да что вы стоите? Александр, некромант ты недоделанный, положи ее на кровать.

Нина открыла глаза и поморщилась. Малейшее движение отдавалась головной болью в затылке.

– Подождите, – слабым голосом сказала она, – не трогайте.

Закрыла глаза, пытаясь остановить кружащуюся каруселью комнату. Нина почувствовала, как чьи-то руки подхватили ее и положили на кровать. Она приоткрыла глаза убедиться, что эта не та кровать с балдахином, которую видела в Нави. Не та. Обычная кровать в номере у Александра. Зебры на стенах плясать перестали, но голова продолжала болеть.

Молодой человек налил ей в стакан воды из бутылки, стоящей на тумбочке. Нина сделала несколько глотков, вытерла капли с подбородка.

– Ну что там? Что там? – рядом подпрыгивал от нетерпения Анчут. – Видела его?

– Не видела, – выдохнула она. – Там что-то странное. Спальня и женщина, а Владимира Федорова нет.

– Странно… – озадачился Анчут. – Дом, ясное дело, старый. Наверняка здесь куча народу перемёрло. Но он же тоже… должен быть.

– Не знаю должен ли… но его там нет. Или я не дозвалась.

– А ты звала?

– Конечно, Анчут, что за глупые вопросы, – разозлилась Нина. Хотела рывком сесть на кровати, но приступ головной боли вернул ее на подушки.

– Конечно, конечно… Ты лежи. Это я так, – Анчут похлопал ее по руке. – Просто не ожидал я. Ну, думал, может некромант в Нави силен и разговаривать с тобой не станет, а то и нападет…

– Что?!!

– Да не. Ну как нападет? Это я так. Зачем ему нападать? Да и не просто это из Нави в Явь мертвому дотянуться…

– Не просто? Вон как меня эта тетка толкнула, чуть не убила… Анчут… – ошарашено произнесла Нина и перевела взгляд на Александра. – А что, если и твоего отца она… Толкнула, он и упал, как я … только не так удачно.

– Что за тетка? – нахмурился Александр. – Рассказывай все подробно.

Нина села повыше на подушках и, потирая пальцами виски, принялась излагать все что видела в Нави в мельчайших подробностях.

Анчут озадаченно поскреб пальцами подбородок.

Глава 7.

Нина открыла глаза, в комнате было еще темно. Кот стоял на краю кровати, выпустив когти на всех четырех лапах. Шерсть на загривке топорщилась, хвост раздулся до невероятных размеров. Он угрожающе шипел, глядя на дверь. Нина посмотрела в том же направлении, но ничего подозрительного не увидела. Может мышь какая? Что его так напугало? Нина посмотрела на часы: 02.45. Глухая ночь. В комнате тишина, в отеле тоже.

Она аккуратно встала с кровати, прошла на цыпочках несколько шагов, выглянула в коридор. Входная дверь чуть приоткрыта. Это еще что такое? Нина точно помнила, что перед тем, как лечь спать, закрывала входную дверь на ключ.

Маркиз перестал шипеть, но выглядел все еще взъерошено. Нина успокаивающе погладила его по голове. Стараясь двигаться бесшумно, пошла к входной двери. Ей было страшновато, но не слишком. Она не верила, что в отеле мимо охраны и ресепшена мог пройти вор или маньяк. А если нет, то чего бояться? Может подвыпивший гость перепутал комнату?

Подошла к двери, остановилась, прислушалась. Тихо. Ни шагов, ни разговоров, ни шороха. Осторожно, чтобы не скрипнула, приоткрыла двери шире и выглянула.

По коридору, спиной к Нине, шла женщина. Вот сейчас стало страшно. Нина рефлекторно закрыла руками рот. Ей не то чтобы хотелось вскрикнуть или позвать на помощь, скорее сдержать участившееся вдруг дыхание. Единственная причина, почему она сразу же не захлопнула дверь обратно и не повернула ключ на несколько оборотов – страх привлечь к себе внимание, Нине хотелось остаться незамеченной.

Женщина никуда не торопилась, шла уверенно и спокойно, как у себя дома. На ней было длинное узкое платье чуть ниже колен. Волосы собраны в гладкую прическу. На плечах меховое манто. Одета по моде прошлого века. Нина не очень-то разбиралась, но в похожие наряды одевались героини исторических сериалов времен октябрьской революции.

А может в отеле проводится ретро вечеринка? И это припозднившаяся гостья в карнавальном костюме? Но Нина была уверена, что если женщина обернется, то лицо ее окажется знакомым… Изможденное морщинистое лицо женщины из Нави.

Она свернула за угол и исчезла на лестнице. Нина собралась с духом и решила последовать за ней. В коридоре горел мягкий приглушенный свет. Нина, как была босиком и в пижаме, осторожно выбралась из комнаты и тихонько, стараясь не шуметь, подошла к лестнице. Увидела спину поднимающейся на третий этаж женщины. Когда та скрылась из виду, тихонько последовала за ней.

Выглянула в коридор третьего этажа. Дверь в один из номеров приоткрыта. Нина колебалась стоит ли подойти заглянуть или все же лучше вернуться к себе и не нарываться на неприятности. Любопытство победило.

Пройдя несколько метров дальше по коридору, Нина поняла какой из номеров открыт. Тот самый «кабинет», в котором нашли мертвого некроманта. Через узкую щель Нина заглянула в комнату. Незнакомка была там. Она стояла спиной к Нине возле письменного стола. Свет не горел, но уличные фонари освещали комнату через окно. Женщина сняла меховую накидку, бросила ее на стоящее возле стены кресло. Отодвинула от стола стул и села. Поза ее была усталой и какой-то обреченной: опущенные сутулые плечи, тяжелая голова, которую она подперла обеими руками, задумчиво глядя в окно.

Сердце у Нины колотилось так сильно, что она боялась – его стук слышно в соседних номерах. Нина наблюдала за странной женщиной через приоткрытую дверь. Та, посидев минутку, открыла сумочку, висящую через плечо, и достала круглую блестящую коробочку, напоминающую пудреницу. С печальным вздохом открыла и посмотрела внутрь. Зачерпнула пальчиком немного белой пудры, облизала.

Нина стояла не дыша, понимая, что нужно уходить пока ее не заметили, но боялась сдвинуться с места. Женщина, не выпуская пудреницу из рук, поднялась. Обернулась. Нина успела отпрянуть от двери и стояла спиной к стене, пытаясь справиться с волнением. Медленно шаг за шагом она отступала к лестнице и, никем не замеченная, юркнула к себе на этаж.

Все это было очень-очень странно. И подозрительно. Женщина та же, что она видела в Нави? Или другая. На этот раз лицо она толком не разглядела, поэтому с уверенностью сказать не могла. Телосложением и фигурой очень похожа.

Нина вернулась к себе в комнату. Дверь она оставила приоткрытой, но осторожный Маркиз в коридор не пошел, а ждал ее на пороге. Она подхватила на руки уже успокоившегося кота и вместе с ним вернулась в кровать под одеяло.

От мысли будить по среди ночи Александра и рассказывать ему о том, что в отеле, как у себя дома по ночам ходят призраки – Нина отказалась сразу же. Такие новости подождут утра. Тем более, возвращаться прямо сейчас на третий этаж, чтобы постучаться в комнату Александра, Нина не смогла бы даже под страхом смерти.

Завтра надо обо всем рассказать Анчуту. Может у него есть какие-то соображения на этот счет? Может к завтрашнему утру он соберет больше информации о нынешнем владельце здания и его прошлых жильцах?

Маркиз окончательно успокоился и громко урчал, вытянувшись под одеялом во весь свой не маленький по кошачьим меркам рост. Поглаживая его мягкую шерсть, Нина постепенно успокоилась и не заметила, как уснула.

Ночное происшествие не помешало Нине проспать крепким здоровым сном почти до обеда. Благо сегодня был выходной и никаких важных дел не планировалось. Поэтому, проснувшись, она вдоволь повалялась с телефоном в руках на широкой удобной кровати. Потом неспеша приняла душ, уложила волосы и нанесла легкий макияж.

Глава 8.

Александр зашел в ресторан быстрым решительным шагом, видно, что торопился. Нина едва успела доесть блинчики и заказать вторую чашку кофе. Он увидел ее ещё с улицы через большое окно, поэтому, не оглядываясь, сразу направился к ее столику.

– Привет, – сказал он, присаживаясь на кресло.

– Привет, – улыбнулась Нина.

Александр был одет в черные джинсы и белую рубашку. Того ослепительно-белого оттенка, от которого становится больно глазам. Кажется, сейчас он согнет руку в локте, ткань захрустит и из складок посыплется иней.

– Как прошла ночь в отеле? О чем хотела поговорить? – вино, выпитое вчерашним вечером, заменило обращение друг к другу с «вы» на «ты».

– Вот как раз об этом я и хотела поговорить.

И Нина рассказал ему все, что видела ночью.

– Ты уверена, что это призрак? – Александр задал вопрос, не глядя ей в глаза, погруженный в свои мысли.

– Не уверена, – Нина вздохнула, – вот скажите, вы… ты хоть раз видел призраков?

– Лично я нет, хотя, говорят, в Праге этого добра навалом, но как-то не довелось…

– А я видела, несколько раз. Это каждый раз по-разному. Зависит и от возраста эманации и от его скажем… типа. Призрак – это общее название не упокоенной души, а ведь есть нюансы. Человек это или животное? Смерть наступила давно или недавно? Некоторую нежить, являющуюся людям по ночам, те тоже по незнанию называют призраками. И много чего еще. Вот у нас в старом замке есть призрак обезьянки. Она мало того, что животное, так еще и умерла несколько сотен лет назад. На вид совсем бесплотная, белая, прозрачная… как сигаретный дым.

– Очень интересно.

Нина только сейчас поняла, что он вышел из свое задумчивости и смотрит на нее в упор. Встретившись с ним взглядом, Нина в очередной раз поразилась такому светлому цвету глаз. Очень необычно, таких она раньше не встречала. Интересно, у его отца были такие же? Нина отвела взгляд и продолжила:

– А вот вчерашняя женщина, она выглядела очень даже реально, просто… не уместно. Она вела себя здесь хозяйкой, а не гостьей... Да, я не слышала, как под ее шагами скрипел пол и не видела, как для того, чтобы пройти в комнату она открывает или закрывает двери, но она не выглядела бесплотной. По крайней мере издалека.

– А лицо? Ты когда-нибудь видела ее раньше. Сможешь узнать если встретишь?

– К сожалению, как раз лицо я не разглядела…

– Дела… – Александр задумчиво забарабанил пальцами по столу. – Я живу тут уже больше недели и ничего подобного не видел. Правда, я ночами по коридорам не шастаю.

– Так и я не шастаю, – обиделась Нина.

– Я не то имел ввиду, ты, наоборот, молодец. Только взялась за дело, сразу результаты.

Он положил свою руку поверх Нининой, и девушка вздрогнула, как от удара током. Александр руку сразу убрал и сделал вид, что не заметил, как запылали ее щеки.

– А кроме того, – поспешил сгладить неловкость Нина, – сегодня я познакомилась с очень приятной горничной Лизой. Думаю, она может нам помочь.

– Лиза, да, очаровательная девчушка. Я тоже с ней знаком и даже приглашал ее в кино. Правда, она отказалась.

– Вот как?

– Ну да… я же тут совсем одинокий турист, нужен же мне кто-нибудь из местных в качестве гида, – улыбнулся Александр.

«Ну да, ну да…» – подумала про себя Нина. Хотя, с другой стороны, чему она удивляется.

– А ты не знаешь где Анчут? Обещал нам помогать, а сам прохлаждается невесть где.

– Анчут просил передать, что будет вечером, сейчас у него какие-то дела.

У Нины губы сами собой сложились в саркастическую улыбку. Конечно. У всех дела.

– Времени у нас не много, я знаю, что вы спешите вернуться домой. Хорошо бы нам сегодня ночью все и прояснить. Жду всех сегодня вечером ближе к полуночи у себя в номере, – взяла Нина деловой тон.

– Хорошо, – сразу согласился Александр.

– Хотя нет, давай лучше у тебя. Твой номер на третьем этаже, совсем рядом с «кабинетом». Если женщина придет, наблюдать за ней будет удобнее.

Вечером Нина решила еще раз зайти поговорить с Александром по поводу его отца, узнать больше подробностей о его жизни в целом и о визите в Беларусь в частности. Она поднялась на третий этаж и постучала в номер. Ей никто не ответил. Постучала сильнее. Прислушалась. В номере Александра было тихо, а в соседнем работал пылесос. Дверь в него была немного приоткрыта. Нина заглянула в узкую щель. Горничная с пылесосом проводила уборку. Лиза! Отлично. Нина открыла дверь и зашла.

– Привет, – громко сказала она.

Лиза обернулась и выключила пылесос.

– Привет.

– Я к своему другу заходила в соседний номер. Но там закрыто, – Нина крутилась по сторонам, разглядывая интерьер, – захотела одним глазком глянуть на эту комнату. В отеле все номера разные и в каждом такой интересный интерьер.

– Да. Эта комната называется «кабинет» – сказала Лиза, не препятствуя Нине ходить и осматриваться.

Номер оформлен в классическом стиле. На стенах обои с клетчатым рисунком. Люстра на потолке подчеркивает приверженность к классике. Но, основное внимание в этой комнате привлекает к себе секретер. Ночью при свете фонарей Нине показалось, что это письменный стол, но нет, это именно что секретер со множеством ящиков для хранения и откидной столешницей.

Глава 9.

1.

Цифры на часах сменяли друг друга, время приближалось к полуночи. Дверь в комнату Александра решили плотно не закрывать, чтобы потом звуком замка не спугнуть ночных гостей, если таковые появятся. Лампы в номере не зажигали, обстановку тускло освещали уличные фонари. На полу отчетлива виднелась желтая полоска света, попадающего через приоткрытую дверь из общего коридора.

Нина сидела в низком кресле лицом к дверям, Александр напротив нее на кровати, Анчут устроился на подоконнике. Они беседовали между собой на какие-то общие темы, но постепенно разговор затих. Все сидели погруженные в свои мысли. Напряжение нарастало. В отеле было тихо, немногочисленные гости разошлись по номерам и, видимо, готовились ко сну. Уже примерно с полчаса в коридоре никто не появлялся.

Вдруг желтая полоска на полу на секунду стала черной. Кто-то заслонил свет.

– Похоже, это она, – шепотом сказала Нина, тихонько поднимаясь с кресла.

Первым возле двери оказался Анчут и выглянул на коридор. За ним, открывая двери чуть шире, на мгновение показались Нина с Александром, чтобы тут же опять спрятаться в номер.

Женщина в том же платье и манто, в котором Нина видела ее вчера ночью, стояла прислонившись спиной к дверям «кабинета». Она прятала лицо в руках. Плечи ее мелко тряслись. Похоже, она плакала. Совершенно беззвучно.

Через несколько минут она развернулась к двери, открыла маленькую сумочку, висящую на плече, запустила туда руку и достала ключ. Довольно большой и совсем несовременный. В комнате у Нины и Александра были совершенно обычные замки, с простыми ключами. Но кто знает, может разные интерьеры предполагают и разные замки?

Женщина открыла двери и скрылась в номере. Не звякнул ключ, не скрипнули петли, не стучали каблуки по деревянному полу – все происходящее было похоже на сцену из «немого кино».

Анчут, Александр и Нина аккуратно, на цыпочках, вышли из своего номера в коридор, но как бы они не старались двигаться также беззвучно, как женщина в манто, у них не получалось. Дверь в «кабинет» женщина оставила открытой. Троица переглядывалась, пытаясь договориться взглядами о плане дальнейших действий, но получалось плохо.

Они тихонько подошли к приоткрытой двери кабинета. Женщина сидела на стуле перед откинутой крышкой секретера. Перед ней стояла пудреница, рядом лежала тонкая стеклянная трубка. Незнакомка открыла пудреницу. Посмотрела внутрь долгим взглядом. Перевернула, постучала ей о столешницу, пытаясь высыпать остатки на полированную поверхность. Безрезультатно. Женщина провела пальцем внутри, облизала чистый палец и опять беззвучно зарыдала.

Нина стояла в приоткрытых дверях комнаты, забыв о том, что надо скрываться. Происходящее завораживало ее. Она не могла оторвать взгляд от несчастной. Сзади в затылок ей дышал Александр.

Вдруг женщина уронила руки на колени, подняла голову и посмотрела прямо Нине в лицо. В ее глазах полыхнуло безумие. Она кинулась к дверям. С места, одним большим прыжком, как дикий зверь, буквально через мгновенье оказавшись прямо перед ними. Нина попятилась назад, пока не уткнулась в Александра, стоящего за ее спиной.

Женщина открывала рот в беззвучном крике. Нина увидела ее заплаканное лицо в метре перед собой и, несмотря на слабое освещение, смогла рассмотреть его в мельчайших подробностях. Сомнений больше не было, именно эту женщина она видела в Нави.

Бледное морщинистое лицо перекошено гримасой ярости. Глаза блестят безумием, рот с узкими губами шевелится, как будто выплёвывает какие-то проклятья. Но до Нины не доносится не звука. Вдруг женщина поднимает руку и начинает тыкать в них пальцем. И Нина понимает, что вся эта почти физически ощутимая волна ненависти направлена не на нее, а на Александра.

Нина пытается прочесть слова по губам, она не большой в этом специалист, но ей кажется что женщина среди прочих постоянно повторяет слова: «глаза», «ненавижу» и «убью». Это все так похоже на то, что она видела в Нави, что девушка невольно косится на свои руки – не горит ли синим цветом камень? Но нет, артефакт выглядит, как обычное украшение.

Она оборачивается на Александра, на лице его явно читается ужас.

Вдруг свет, льющийся из окна номера, заслоняет силуэт, похожий на зверя. Кошку? Но почему такую огромную? Тишину взрывает резкий звук бьющегося стекла. Нина инстинктивно выталкивает Александра на коридор под яркий свет горящих в коридоре светильников. Анчут резко захлопывает дверь в номер. Александр стоит неподвижно, как статуя и лишь прерывистое, тяжелое дыхание, говорит о том, что он живой, но сильно испуганный. Нина тянет его за руку в номер. Он не сопротивляется. И только оказавшись в номере, повернув ключ в замке на несколько оборотов, она чувствует себя пусть в относительной, но безопасности. Александр тоже постепенно успокаивается.

– Что это было? Господи…

Нина усаживает его на кровать.

– Воды? – спрашивает она.

– Нет, не надо. Все нормально, – Александр справляется с собой. Дыхание его выравнивается, становится не таким шумным. Глаза приобретают осмысленное выражение.

– Это был призрак. Насколько я понимаю. И да, я ее узнала. Эта та женщина, которая вытолкнула меня из Нави позавчера ночью.

– Дела… – удивленно произносит Анчут.

Нина уже и забыла про его существование.

Глава 10.

2.

Нина с утра позвонила подруге. Сказала, что нужно посоветоваться по поводу «дела некроманта», что есть несколько вопросов по ее, Марийкиной, специальности. Договорились, что Нина заедет вечером, возможно не одна. Марийка на все с удовольствием согласилась и сказала, что будет ждать их с нетерпением.

Ехать решили на Нининой машине после работы. Она подхватила Александра с Анчутом возле гостиницы и уверенно выехала из города в знакомом направлении к дому, в котором проживала ее подруга.

Ехали молча. Нина удивлялась стечению обстоятельств при котором им все же пришлось обратиться с этим странным делом – смертью некроманта – к Марийке. К ее пребольшому удовольствию. Она ведь с самого начала хотела участвовать и все еще оставалась в стороне исключительно из-за упрямства Анчута. Нина не могла разобраться двигала Анчутом одна лишь жадность и скверный характер или у него были на то свои причины, которыми он не спешил делиться с Ниной. В целом у них не то чтобы были тайны друг от друга, но болтливым мелкого беса назвать было трудно.

Марийка встретила их возле ворот, придерживая за ошейник Портоса, рвущегося со всей своей собачьей радостью к приехавшим гостям, поздороваться.

– Вот это у вас охранник. С таким, наверное, ничего не страшно, – вежливо восхитился Александр, выходя из машины, глядя на хозяйку коттеджа.

Марийка замерла, как будто смутившись. Было похоже, что она совершенно не ожидала увидеть тут Александра. Но уже через секунду взяла себя в руки и просияла гостеприимной улыбкой.

– Да уж охранник. Разве что до смерти всех грабителей залижет. На большее это добряк не способен. Портос, фу, место! – дернула она за ошейник собаку, пытаясь призвать к порядку.

Следом за Александром выбрались из машины Нина с Анчутом. Нина потрепала Портоса по ушам, чмокнула в щеку подругу и пошла закрывать ворота.

– Здравствуйте, я хозяйка этого поместья и его охраны – Мария, – церемонно сказала девушка и протянула Александру тонкие пальцы для рукопожатия.

– Очень приятно. Александр, – ответил сын некроманта, пристально разглядывая Марийкино лицо.

– Ну пойдемте в дом, – смутилась от его взгляда Марийка и, отпустив немного успокоившегося пса, пошла к крыльцу, предлагая остальным следовать за ней.

В доме Марийка задержалась в прихожей, поджидая Нину.

– Почему ты мне не сказала, что он тоже приедет? – зашептала она на ухо подруге.

– Я же предупреждала, что буду не одна, – удивилась та.

– Я подумала, что ты имеешь ввиду Анчута.

– А это проблема? Ты вроде очень хотела в этом деле поучаствовать и даже какую-то долю гонорара получить.

Марийка замялась.

– Да, нет. Не проблема, я просто не ожидала…

–Ты прекрасно выглядишь, если ты об этом, – засмеялась Нина.

– Я не об этом. Впрочем, ладно. Приехали все вместе – и хорошо.

Девушки вошли в гостиную, объединенную с кухней. Два помещения разделял между собой большой обеденный стол. Александр провел пальцами по столешнице и одобрительно кивнул головой.

– Карельская береза? Потрясающей экземпляр, почти цельная поверхность такого размера – это большая редкость.

– Спасибо, – Мария польщено улыбалась.

Александр с интересом осматривал интерьер.

– Чай будете? Или кофе? – спросила хозяйка, обращаясь ко всем одновременно.

– Мы тут немного своего привезли, – ответила Нина, – а мне, если можно, чай.

Нина стала распаковывать привезенный Александром пакет, в котором оказались фрукты, большая коробка конфет, упаковка твердого сыра, две бутылки вина, несколько банок пива и апельсиновый сок. Мария, включив чайник, присоединилась к подруге и принялась накрывать на стол.

– У вас очень красивый дом, – сказал Александр, разливая вино по бокалам.

– Спасибо, – ответила Марийка, сверкая белозубой улыбкой.

– И вы тоже, – Александр в очередной раз посмотрел долгим взглядом на ее лицо, - мне кажется мы встречались с вами раньше.

Марийка отвела глаза, но через мгновенье взяла себя в руки и посмотрела на Александра, выдерживая его взгляд.

– Вы думаете? Может все же я вам кого-то напоминаю? Я почти уверена, что мы с вами раньше не встречались, если только мельком.

– Может быть… Но вряд ли. Где-то на краю сознания мельтешит воспоминание, не могу его ухватить.

– А мне кажется, что Марийка просто вылитая Элизабет Тейлер в молодости, – вмешалась в разговор Нина. – Я когда натыкаюсь на ретро кино с ее участием, прям вздрагиваю.

– Да, действительно. Сходство с Элизабет Тейлер присутствует тоже.

– Не суть, – деланно засмущалась красотка Марийка и обвела сидящих за столом любопытным взглядом – давайте перейдем уже к делу, которое привело вас ко мне.

Александр положил на стол и передвинул к Марийке карточку, которую они привезли с собой.

Девушка взяла ее в руки и удивленной вскинула брови. Несколько минут она молча рассматривала карту со всех сторон. Потом положила ее перед собой на стол и подняла глаза на ожидающих ее вердикта гостей.

Глава 11.

3.

– Так-так-так… – задумчиво пробормотала черноволосая ведьма, постукивая ноготками по столешнице. – Давайте подытожим, что мы имеем на сегодняшний момент. Александр – начинайте, у вас, как у представителя мужского пола, с логикой должно быть все в порядке.

Анчут обиженно скривил губы, но вмешиваться не стал. Молодой человек еле заметно приосанился и принялся излагать:

«Несколько дней назад, мне сообщили о смерти отца в этом городе, предложили приехать забрать тело и совершить все необходимые формальности. Я прибыл незамедлительно и обнаружил в этом, как выражается местная полиция «несчастном случае», подозрительные моменты.

Обратился за помощью к местной «специалистке», чтобы вызвать дух отца из загробного мира и поговорить с ним. Первая же попытка оказалась неудачной и вместо отца, в загробном мире Нави мы обнаружили зловещего вида женщину. Поселившись в гостинице и понаблюдав несколько ночей, пришли к выводу, что женщина, вопреки расхожему мнению «что это невозможно», спокойно перемещается между мирами Нави и Яви и расхаживает по ночам в отеле в качестве призрака.

Кроме того, в вещах отца обнаружилась вот эта вот карта, с изображением женщины, что свидетельствует о том, что отец ее знал и, возможно, остановился именно в этом городе и именно в этой гостинице – не случайно…»

Александр замолчал, видимо перебирая в памяти детали произошедшего.

– В облике женщины было что-то необычное? – попыталась помочь ему Марийка.

– Два раза я видела у нее в руках пудренницу, но не похоже, что в ней было какое-то косметическое средство, – вмешалась Нина.

– Не пудра, а что...? Наркотики? Кокаин…? Кстати! – вдруг просияла Марийка. – Карта «Дьявол», среди прочего, указывает и на лихорадочную одержимость, сильное увлечение, приносящее вред человеку. Может так же указывать на необратимость зависимости, то есть наркоманию! Александр, у вашего отца не было увлечения наркотическими веществами?

Голубые глаза Александра расширились от удивления:

– Нет. Никогда ничего такого не замечал. У него было много пороков и дурных привычек – но наркомания? Почти уверен, что нет.

– А мужчина на карте, тот что в роли Адама, вам не знаком?

Молодой человек поднял карту со стола и еще раз внимательно вгляделся в изображение.

– Не знаком. Впервые вижу. И это точно не мой отец!

– Хм… что еще? вспоминайте! – подбодрила их Марийка.

– Александр, а у вашего отца был такой же необычный цвет глаз, как и у вас? – спросила Нина, осененная вдруг неожиданной мыслью.

– Да, а что?

– Женщина, увидев вас, пришла в ярость и принялась биться в истерике и беззвучно орать. Мне кажется по губам можно было прочитать слово «глаза», повторяющиеся несколько раз. Может она сопоставила цвет глаз и догадалась о вашем родстве?

– Может быть… Так ты, Нина, полагаешь, что это она виновата в смерти отца?

– Не знаю… – задумалась девушка. – Пока никаких доказательств у нас нет… Какие-нибудь еще необычные вещи были у твоего отца с собой? Помимо этой карты?

– Ничего такого не было. Обычный дорожный набор, который берет с собой любой человек, уезжающий на несколько дней.

– А антикварный деревянный чемоданчик? Лиза, горничная, говорила, что видела в руках у вашего отца очень старинную и интересную вещь накануне убийства.

– Чемоданчик? Антикварный? Расскажите поподробней, – глаза Марийки прямо светились любопытством.

Александр переводил удивленный взгляд с одной девушки на другую.

– Какой чемоданчик? О чем вы говорите? Мне про это совершенно ничего не известно. В комнате ничего такого не было, полиция мне тоже ни о каких изъятых вещах не сообщала… Не понимаю, о чем вы…

– Что ж, надо будет детальнее расспросить Лизу, – Нина опять задумалась, пытаясь вспомнить какие-нибудь еще важные детали произошедшего, которые они могли упустить. – Марийка, а что ты думаешь по поводу зверя, прыгнувшего ночью на окно и вспугнувшего призрака?

Марийка скептически поджала губы и почесала наморщенный носик.

– А вы все-таки уверены, что это был зверь? Или тень странной формы, напоминающей зверя?

– Я не знаю… – растерялась Нина.

– Если зверь, то соглашусь с Анчутом, что это оборотень. Потому что обычных зверей такого размера в центре города, мне пока встречать не приходилось.

– А оборотней?

– Тоже не часто, но все же это более вероятно, чем сбегающий по ночам из зоопарка тигр.

Тут Марийка хлопнула себя по лбу и с раздосадованным видом вскочила из-за стола!

– Почему вы не напоминаете мне про пирог? Я же испекла для вас лимонный чизкейк с меренгой и оставила в холодильнике охлаждаться.

– Как мы могли напомнить о том, о чем не имели ни малейшего понятия! – засмеялась Нина.

– Не знаю, как-нибудь да могли.

Марийка открыла дверку высокого современного холодильника, тяжелую, будто от сейфа и, привстав на цыпочки, проворно достала из холодильника большое блюдо с пирогом.

Глава 12.

1.

По прямой как стрела четырехполосной трассе несся, рассекая ветер, Маринкин серебристый внедорожник. Нине приходило на ум сравнение с пулей, выпущенной из револьвера, пока они вдруг на большом перекрестке не свернули налево. Девушка улыбнулась своим мыслям: «да, пуля так бы не смогла». Но все равно, ехать – одно удовольствие.

Марийка сидела за рулем и тихонько подпевала Элвису Пресли, звучащему из колонок, скрытно расположенных по всей машине. Нину забавляло пристрастие такой во всех отношениях современной Марийки, к ретро музыке. Сама Нина сидела рядом с подругой на переднем сиденье и жмурилась от светящего прямо в глаза солнца. Слов она не знала, а так бы тоже подпевала, песня ей нравилась.

Александр и Анчут с комфортом устроились сзади, а из багажника, отделенного от салона сеткой, шумно дышал довольный жизнью Портос. Для его собачьего счастья вообще было немного нужно: была бы рядом хозяйка и не урчало бы в пустом желудке.

Выехали к Марийкиной наставнице на машине поздним утром. Дорога из Гродно до озера Нарочь занимает примерно четыре часа. К ночи планировали вернуться обратно, но Нина на всякий случай оставила горничной Лизе инструкции по поводу кормления оставшегося в гостинице кота Маркиза.

Приближаясь к озеру, дорога нырнула в лес.

Ах, что это был за лес!

Нина с удовольствием любовалась им из окна: мощным, великолепным, глубокого темно-зеленого цвета, с легким золотистым отливом. Деревья высились, точно башни; они, казалось, достигали небес. Здесь были немыслимо огромные сосны, а также дубы, клены и еще какие-то другие деревья, сложно было точно определить из окна. Их ветви чуть колыхались под легким ветерком, наполняя воздух дивным ароматом.

Нина сразу ощутила этот запах, едва приоткрыв окно. Ей тут же захотелось открыть все окна, чтобы ветер вольно гулял по салону автомобиля и можно было полной грудью вдыхать живительный лесной воздух. Жаль время года этому не способствовало. Сюда нужно обязательно приехать летом.

– Здесь так здорово, не удивительно, что ведьма из верховных жриц захотела поселиться в таком лесу. Наверняка природную силу здесь можно черпать прямо из воздуха, особо не напрягаясь. Так еще и большое озеро рядом!

– О да, место супер, – ответила Марийка подруге, – скоро уже приедем.

– А дорога там нормальная?

– Где?

– Дальше в лесу. Хотя у тебя внедорожник, но все же. Не хотелось бы застрять в буреломе.

– Не беспокойся, – засмеялась Марийка, – дорога отличная до самого конца.

Пропетляв еще несколько километров по лесу, они выехали к небольшой лубочного вида деревеньке, расположенной прямо на маленьком полуострове со всех сторон окруженной озером. Бревенчатые избы, огородики за домом, узкие извилистые улочки... А впереди виднелась самая настоящая мельница.

– Все. Приехали, выгружаемся!

– Уже? – не поверила глазам Нина, – Что это такое?

– Это туристический комплекс Наносы. А по-твоему ведьма должна жить в лесной чаще в избушке на курьих ножках? Талантливые и сильные ведьмы, всегда хорошо в жизни устраиваются. Ну любимым мы комфорт и удобства, что уж тут поделать.

Нина во все глаза рассматривала лежавшую перед ней деревеньку. Она выглядела очень необычно, как игрушечная. Все вышли из машины, Марийка открыла заднюю дверь и одела на Портоса намордник и поводок.

– Антонина Ивановна, к которой мы приехали, является директором этого чудного места.

Марийка с собакой на поводке пошла вперед, попутно проводя мини экскурсию, остальные последовали за ней.

– Дома, построенные из природного камня и натуральных бревен, являются реконструкцией деревни XIX века. Конечно, на стопроцентную историческую идентичность данная деревенька не претендуют, скорее это можно назвать романтической реконструкцией, которая довольно органично совместила в себе элементы аутентичного зодчества и современных технологий. Тем не менее, при строительстве и отделке использовано много оригинальных вещей и изделий ручной работы.

– Мария, а почему ты нам сразу не сказала куда мы едем?

– Сюрприз хотела сделать.

– И надо признать, сюрприз удался!

Нина с любопытством вертела головой по сторонам.

– А еще в этой деревне вы не найдете электрических чайников, микроволновок и телевизоров, зато есть самовары, печь и погреб! А хлеб пекут из муки смеленой на местной мельнице. В общем, мама постаралась на славу и обустроила вокруг себя место максимально способствующее колдовству, еще и приносящее деньги! Высший пилотаж я считаю.

– Мама? – Нина изумленно уставилась на Марийку.

– Да. Но это уже второй сюрприз.

– Господи, Мария. Скажи, что с сюрпризами на сегодня все? Как по мне, их и так уже достаточно.

Мария загадочно улыбнулась и ничего не ответила.

Через несколько минут их компания вышла на небольшую деревенскую площадь и остановилась перед добротным бревенчатым домом.

На резном крыльце стояла высокая статная женщина. Темные волосы собраны в высокий пучок, на плечи небрежно наброшен лисий полушубок. Женщина была немолода, но безусловно очень красива. Той породистой красотой, которую не портят ни года, ни морщины. Впрочем, морщин на ее лице почти не было, а в карих глазах вишнях, точно таких же, как и у Марийки, плескался молодой задор и живое любопытство.

Глава 13.

2.

Они сидели в кухне-столовой за большим обеденным столом. В печь недавно подкинули дрова, и та чуть слышно гудела из-за заслонки, разгораясь жарче.

Антонина Ивановна пристально разглядывала карту, привезенную Александром и хмурилась. Все молчали, ожидая ее вердикта. Портос дремал на полу, пригревшись на мягкой овечьей шкуре, постеленной специально для него возле печки.

– Изображение хорошее, четкое, – задумчиво произнесла ведьма, – плохо то, что женщина изображена на нем не одна. Еще хуже то, что это не просто изображение, а карта таро, отлично заряженная предыдущим владельцем колоды. Это мне может помешать.

– Но вы попробуете? – не выдержав, задал вопрос Александр.

Ведьма бросила на него неодобрительный взгляд и вернулась к созерцанию карты.

– Но, да. Я попробую, – сказала она через небольшую паузу.

Ведьма поднялась из-за стола и пошла в комнату. Нина вопрошающе посмотрела на Марийку, пытаясь взглядом спросить, что им делать дальше. Идти следом? Ждать здесь?

Марийка еле заметно пожала плечами. Пауза затягивалась.

– Мам, а можно мы посмотрим? – спросила она громко.

– Только ведьмы!

– Пошли, пошли, – обрадованно зашептала она Нине, – а вы, мальчики, здесь подождите, не думаю, что это долго.

– Но я же заинтересованное лицо…– попытался возразить Александр, но Марийка бросила на него такой взгляд, что он смиренно замолк.

Окно в комнате плотно занавешено шторой, поэтому детали обстановки Нине толком разглядеть не удалось. С уверенностью Нина могла утверждать лишь то, что эта комната использовалась, как рабочий кабинет Антонины Ивановны.

В комнате вдоль стены стоял большой угловой диван, обтянутый черной кожей. Напротив – массивный письменный стол, стеллажи с папками, шкафы во всю стену. На столе лежал тонкий современный ноутбук, рядом принтер, аккуратной стопкой на краю сложены бумаги.

Конечно, она ведь управляющая целым туристическим комплексом, – вспомнила Нина. Сейчас не сезон, но в летние месяцы деревня, надо думать, бурлит жизнью. Место и в самом деле замечательное, наверняка, пользуется спросом, как у местных жителей, так и у иностранных туристов.

В полумраке Нина не сразу заметила, что кабинет разделяет большой стеллаж, образуя скрытый от посторонних глаз закуток.

Там стоял туалетный столик с большим зеркалом. Антонина Ивановна зажигала стоящие на нем свечи. Их было много. Двенадцать – сосчитала Нина. Все свечи разных размеров и цветов: одни – большие толстые белые, похожие на березовые поленья, другие – красные, несколько штук желтых, как будто скрученных прямо из пчелиных сот. Свечи ярко осветили зеркало и женщин, стоящих перед ним.

Антонина указала им на стоящую вдоль стены лавку.

– Не стойте за спиной, сядьте так, чтобы в зеркале не отражаться.

Девушки поспешно переместились, а хозяйка туристического комплекса села на деревянный стул с высокой резной спинкой, стоящий перед туалетным столиком.

Женщина достала из выдвижной полки какие-то мешочки с травами, вынула из них мелкие ароматные веточки и цветочки, потерла их в пальцах, что-то шепча над осыпающимися на стол крошками. Из специальной шкатулочки достала камешки и косточки. Перебирала и мусолила их пальцами, потом размашисто сыпанула на стол. Что-то похожее Нина видела прошлой весной в доме у бабы Веры незадолго до ее смерти.

За тем ведьма положила на полированную поверхность столика карту так, чтобы изображение на ней отразилось в зеркале. Ведьма закрыла глаза, вытянула ладони и принялась читать заклинание.

По мере того как голос ее звучал громче и увереннее, Нина почти физически ощутила напряжение пространства вокруг. Почти увидела, как к пальцам ведьмы потянулись ниточки силы. Их становилось все больше, натяжение росло и, через какое-то время, ей даже послышался легкий звон струн.

Со своего места Нина не могла увидеть саму карту, лежащую на столе, ее прикрывали ладони Антонины, но зато хорошо видела ее отражение в зеркале.

Вдруг рисунок в зеркале дрогнул. Нина моргнула, напрягла зрение… Нет, не показалось, рисунок на карте двигался. Изображение как будто увеличилось в размерах. Да. Действительно, отражение росло прямо на глазах.

Женщина на карте завертела головой, подняла к лицу руки. Нине даже почудилось звяканье цепи на ее шее. Незнакомка оглядывалась по сторонам, пока не встретилась взглядом с Антониной, которая уже престала читать заклинания, открыла глаза и поднесла лицо почти к самому стеклу, устанавливая с изображением зрительный контакт.

Отражение сделало шаг на встречу, протянуло руку. Ее лицо явно выражало любопытство.

Как вдруг ожил Дьявол, сидевший на камне. Он дернул за цепь, которой была прикована женщина, с такой силой, что та не удержалась на ногах и упала. Страшное существо с козлиными рогами сделало взмах крыльями и одним прыжком перемахнуло с камня прямо к разделявшему их с ведьмой стеклу. Долгую секунду смотрело ведьме в лицо, а потом подняло руку с горящим факелом и ткнуло им ей в глаза.

Вся поверхность зеркала взорвалась ярким огнем. Нина на мгновенье ослепла. Когда девушка проморгалась и смахнула с ресниц выступившие от яркого света слезы, зеркало было уже совершенно обычным и отражало только лицо Антонины и горящие на столике свечи. Ведьма недовольно поджимала губы, о чем-то размышляя. Молча, погруженная в свои мысли, погасила свечи и, не обращая ни на кого внимания, пошла обратно в кухню-гостиную. Потрясенные увиденным девушки последовали следом.

Глава 14.

3.

Решено было остаться ночевать в деревне. Для этих целей Антонина Ивановна выделила им один из свободных гостевых домиков.

По началу Нине казалось, что все дома в деревне сейчас не заняты и никаких туристов нет. Однако, когда начало темнеть, в некоторых окнах зажегся свет, откуда-то потянуло вкусным запаха дыма и шашлыка.

Нина сидела на заднем дворе гостевого домика. У ее ног лежал довольный и усталый Портос. Вот уж кто вдоволь набегался по берегу озера, гоняя по камышам перепуганных уток.

Нина свернулась, поджав под себя ноги, в плетеной кресло-качалке под навесом, удобно закутавшись в плед, и любовалась звездным небом. Запах шашлыка вернул ее к мыслям о Марийке и Александре уехавшим в город за мясом, но так пока и не вернувшимся. Есть Нине не хотелось, но обстановка вокруг как будто уговаривала пожарить что-нибудь на открытом огне. В деревне было тихо и связь с природой чувствовалась очень остро.

Следующей пришла в голову мысль, что совсем не обязательно ждать Александра, а можно, и это будет даже правильнее, разжечь мангал самой, чтобы к тому времени когда они привезут шашлык, угли уже были готовы.

Анчут пропал по своим делам еще днем. Сказал, что у него в этом краю очень много знакомых и среди озерниц, и среди обитателей леса, поэтому его на ужин можно не ждать, он появится только вечером к самому ритуалу.

Хозяйка комплекса Антонина Ивановна, после того как показала им гостевой домик, в котором они могут переночевать все вместе, пояснила, что ритуал будет проводиться в полночь на берегу озера, при условии ясного неба и достаточном количестве лунного света.

– Жаль, конечно, что не полнолуние, но уж как есть. Звать специально я вас не буду, если хотите посмотреть, приходите без пятнадцати двенадцать на главный пляж. Если не хотите, я ритуал сама проведу и о результатах сообщу.

Но им, конечно же, очень хотелось поприсутствовать и все увидеть своими глазами. Еще бы, такое приключение! Да и поучиться у старшей ведьмы всегда есть чему. Как для Нины, так это вообще большая удача и неоценимый опыт.

Но до полуночи нужно было чем-то заниматься. Они все вместе прогулялись по деревне и по берегу вдоль озера. После прогулки осмотрели дом и обнаружили на заднем дворе комфортную террасу и добротный мангал, а рядом с мангалом аккуратную поленницу вкусно пахнущую сосновой смолой.

Кому-то из них, скорее всего Александру, пришла в голову мысль скоротать вечер за шашлыками.

Марийка вызвалась сопроводить сына некроманта в город за покупками. Нина на пару с Портосом остались дожидаться их в деревне.

Дрова были сухие, и Нина разожгла мангал без труда. Как только огонь хорошенько разгорелся и уютно подсветил прохладный осенний вечер жарким трескучими пламенем, вернулись Марийка и Александр.

Быстренько разобрав покупки и наскоро накрыв на стол, все трое удобно устроились на веранде, глядя в горящий огонь и медленно протягивая кто пиво, а кто вино.

Обсуждали предстоящую ночь. Обе девушки были очень воодушевлены, Александр находился в сомнениях.

– А вы уверены, что получится? – в который раз за сегодняшний день задавал он вопрос.

– Конечно нет, Алекс. Конечно, мы не уверены. Как можно быть уверенным на сто процентов? Ведь это сложный и энергозатратный ритуал. Тем более, что с первой попытки ничего не получилось.

– Хотя это странно, – вмешалась Марийка, – обычно у моей мамы всё получается с первого раза. Но ты не волнуйся, Алекс, шансы очень велики. Она могучая ведьма, хоть и выглядит как обычная женщина. Но пусть ее внешний вид тебя не обманывает, маме есть что сказать потустороннем миру.

– А кстати, Анчут не возвращался?

– Нет, пока не было. Но я за него не беспокоюсь, не пропадет.

Шашлыки были съедены, вино и пиво выпито, время приближалось к полуночи. Луна прочно заняла своё место на небосводе. Ну хоть за это можно было не волноваться. Необходимого для ритуала лунного света вокруг было предостаточно.

Все трое оделись потеплее, закутались в шарфы, Марийка даже перчатки натянула, и направились на берег озера.

Ещё с пригорка, не спускаясь на пляж, увидели внизу Антонину Ивановну. Женщина сооружала на берегу костры. Нина посчитала: двенадцать шалашиков из веток и брёвен почти возле самой воды. Три из них уже горело, возле четвертого Антонина Ивановна наклонилась, чиркая зажигалкой.

Марийка с Александром поспешили с пригорка по песку вниз к воде, Нина, наоборот, сбавила шаг, чтобы успеть полюбоваться на озеро. Его ночной вид завораживал.

Нарочь – самое большое озеро в Беларуси. Из-за его размера, а также чистейшей воды, озеро называют «Минским морем». Даже днем не всегда удавалось разглядеть его дальние берега, ночью же оно казалось поистине бескрайним.

Из-за отражения в воде казалось, что лес на берегу рос не только вверх, но и вниз. Лунная дорожка, прочерченная почти до середины, разгоняла влажный туман над водой, который легким одеялом окутывал воду. Ветра не было, тишину нарушали только редкие уханья птиц в лесу и тихий плеск воды у самого берега.

Они не стали подходить и заговаривать с ведьмой, чтобы не мешать ее приготовлениям. Остановились в стороне метров за десять.

– Анчута что-то не видать, – начала волноваться Нина, в который раз сетуя, что у нее с другом нет никакой связи для экстренных случаев.

Глава 15.

‌‌4. ‌‌‌ ‌‌ ‌‌‌‌ ‌‌‌ ‌‌‌ ‌‌‌‌ ‌‌‌‌‌ ‌‌‌‌

Все двенадцать костров уже полыхали на берегу, ярко освещая берег и стоящую перед ними ведьму.

Антонина Ивановна стояла у самой кромки воды, спиной к ним, лицом к озеру.

Внезапно Нина уловила, как в ночную тишину начинает вплетаться песня. Сначала совсем тихо, но постепенно все громче и громче. Голос ведьмы креп, вода отражала, усиливала звуки, и вот уже казалось, что у песни нет источника, она как будто рождалось прямо из воздуха.

Постепенно, повинуясь ритму мелодии, ведьма на берегу начала свой танец. Движения сначала медленные и плавные становились все более размашистыми и резкими.

Огонь в кострах разрастался, достигая в конечном итоге совсем неправдоподобных размеров. Языки пламени отражались в воде, и Нина ахнула, увидев, что их всполохи больше не хаотичны и они вплетаются в рисунок танца, повинуясь жестам Антонины.

Ведьма входила в транс и вела за собой всех присутствующих на ритуале. Нина уже не в полной мере осознавала себя и происходящее, но изо всех сил напрягала волю, чтобы удержать сознание ясным и запомнить все до мельчайших подробностей.

Она уже не видела Марийку и Александра, больше не вспоминала про Анчута, все ее естество было захвачено мелодией голоса и ритмом танца женщины, творящей колдовство.

Магические силы, накопленные в этих местах веками, в толще воды озера, в вековых деревьях леса, пришли в движение и отдавали свою силу той, которая взяла на себя смелость их потревожить. Будь на месте Антонины не такая опытная колдунья, не справилась бы с таким потоком. Сила снесла бы ее как щепку в водопад, закрутив и растерзав в своей пучине. Но Антонина и вправду была могучей колдуньей, и ей действительно было что сказать потустороннему миру. Ну если не сказать, то спеть уж точно.

Собрав на кончиках пальце ровно столько силы, сколько ей было нужно: ни больше, ни меньше, ведьма перестала танцевать и вытянула руки перед собой, держа ладони параллельно друг другу. Между ними, Нина не уследила откуда, появилась та самая карта с изображением женщины.

Антонина сделала шаг веред ступая прямо в воду и наклонила изображение так, чтобы оно отразилось в озере.

Отражение появилось на водной глади, и подхваченное лунной дорожкой, понеслось вперед, стремительно увеличиваясь в размерах.

Вдруг в какой-то миг из горизонтального оно сделалось вертикальным. И в лунном свете над озером появилась фигура женщины. Сначала ее силуэт был размытым, почти бесплотным. Фигура таяла в лунном свете, как сигаретный дым. Но постепенно, повинуясь воле ведьмы и алгоритму ритуала, образ женщины становился все более четким и различимым, как будто кто-то регулировал резкость в объективе.

И вот уже незнакомка из обнаженной женщины с цепью на шее превратилась в молодую девушку в черном узком платье с меховым манто на плечах.

Девушка была прелестна: тонкая, гибкая, с открытым улыбчивым лицом. Она заинтересовано смотрела на ведьму.

Антонина опустила руки и громко сказала:

– Назови свое имя!

Через небольшую паузу девушка произнесла звонким, как серебряный колокольчик голосом:

– Элеонора Крейцер. Дочь купцавторой гильдии, дворянина Владимира Николаевича Крейцера.

– Как и когда ты умерла?

Лицо девушки омрачилось, губы задрожали, под глазами появились темные круги, на лицо легли морщины. Буквально за несколько секунд от свежей молоденькой красавицы не осталось и следа. Над озером разнесся хриплый голос:

– Мой муж оказался не тем, за кого себя выдавал. Он совершал ужасные вещи. Я не могла с этим мириться, но и уйти от него не могла и пристрастилась к кокаину. Вскоре зависимость стала такой сильной, что начала разрушать мое тело и мою жизнь. Я тайно выносила из дома сначала ценные вещи, потом платья, одежду, бельё, обувь… Превратилась в послушное оружие чужой воли и окончательно потеряла свою. Стала избегать и ненавидеть мать, отца, брата, бабушку, которых раньше очень любила. Мой разум, отравленный кокаином, не выдержал, я пыталась наложить на себя руки. Попытка закончилась неудачно. Муж уехал за границу, а меня поместили в больницу для душевнобольных, где пытались лечить от зависимости. Через год я вернулась в свой дом и однажды ночью намеренно приняла слишком большую дозу снотворного и больше не проснулась.

Девушка закрыла лицо руками и зарыдала.

– Я больше не держу тебя, Элеонора. Возвращайся туда откуда пришла.

С этими словами, ведьма вкинула руки вверх и костры в ту же секунду погасли. Берег погрузился в темноту, освещаемый только мягким лунном светом. В лунной дорожке озера больше никого не было. Только легкий ветер тревожил воду, запуская по черной глади легкую серебристую рябь.

5.

Свидетели ритуала вернулись на веранду своего гостевого домика, Антонина Ивановна, не сказав им не слова и никак не комментирую события, удалилась к себе. Видимо считала, что сделанного и увиденного для ее гостей более чем достаточно.

Марийка вынесла на веранду несколько шерстяных пледов. Александр подкидывал дрова в почти успевший погаснуть мангал. Все трое молчали. Нина укутывалась в плед по самые брови, поджимала под себя ноги, дышала на свои ладони, но все равно не могла согреться. Ее знобило. Анчут так и не появился.

Глава 16.

1.

Анчут шел по берегу насвистывая себе под нос. Настроение было чудесным. Солнце нижним краем задевало зубчатый край леса и крошилось на озерную гладь красивыми огненно-рыжими всполохами.

Анчут втянул полной грудью свежий лесной воздух и отхлебнул темного пива, прихваченного с собой из поселка. «Лепота!» – подумал он про себя голосом Ивана Грозного из старого советского фильма.

Воздух был наполнен колдовской силой. В некоторых местах концентрация была такой густой, хоть ложкой ешь. Анчут жмурился от удовольствия. Он любил природу и жизнь в деревне, гораздо больше, чем город. Хотя в городе возможностей для заработка больше, да и пивной ресторан этот в Гродно, с собственной пивоварней… Как от него отказаться? Душу не обманешь.

Озерницы увидели Анчута издалека, но подплывать не спешили. Он нашел место где берег не был покрыт камышами и спустился к самой воде. Хитро ухмыльнулся, наклонился и ливанул пива из горлышка прямо в воду, потом вытянул руку с пакетом вперед, как бы демонстрируя, что он тут с гостинцами, а не с пустыми руками. Содержимое пакета звякнуло характерным звуком стеклотары, озвучивая всем известную истину: «Одна бутылка не звенит. А две звенят не так.»

На спокойной глади озера появилось волнение. Три дорожки расходящейся в разные стороны воды, какие бывают при движении моторной лодки, только гораздо меньших масштабов, потянулись из центра озера к берегу. Через несколько минут, вода рядом с берегом забурлила и из нее высунулась мокрая лохматая голова.

Под зеленой спутанной челкой блеснули хитрые глаза. Голова склонилась набок, пристально рассматривая Анчута, зачирикала.

– Ага, щаз! Хитренькие! – сказал Анчут и отступил на несколько шагов от воды. – Выходите на берег, разговор есть. Да и так давно не виделись.

Из воды торчало уже три лохматые головы. Чириканье усилилось.

– Да соскучился! А что? Не верите? Почему? Вы же девушки видные. От таких у любого крышу снесет, а я что ли исключение?

Озерницы выплыли уже совсем на мелководье, но выходить из воды не спешили.

– И хватит чирикать. Я знаю, что вы прекрасно можете разговаривать на чистейшем русском, нечего мне голову дурить.

– Холодно, Анчут на берегу. Смотри у нас платьица совсем легонькие – из озерной тины, – звонким приятным голосом сказала одна из девушек.

– Так вода же еще холоднее.

– Это для тебя. А для нас в воде комфортно при любой температуре.

– Ну как скажете. Мне не принципиально. Ася, как у вас дела вообще? Я вот тут не большой гостинчик прихватил…

Анчут протянул пакет в руки одной из озерниц, находящейся ближе всего к берегу. Та с любопытством заглянула внутрь.

– Пиво? Ну ты и мужлан Анчут. А где бусики? – засмеялась она.

– Нут уж увольте. Я этот развод знаю. Бусы подарил, считай женился. Я один раз так на русалочьи разговоры чуть не купился. Не у вас, правда, под Брестом. Мне там одна речная красавица так молодую и неопытную голову задурила, что я уже пошел ей эти бусы покупать. Хорошо, что по дороге лесовика встретил, тот мне разъяснил что к чему… Ну да это давняя история. Сейчас не об этом.

Озерницы вернули пустой пакет Анчуту, а сами уселись в воде возле берега на мелководье. Девушки отхлебывали пиво и насмешливо смотрели на Анчута.

– Да. ладно. Знаем мы, что бус от тебя не дождешься. И знаешь, не очень-то и хотелось. Муж из тебя получился бы так себе… – девушки звонко захохотали.

– Чего это? – притворно обиделся Анчут.

– Не обижайся, Леська шутит. Спасибо за пиво. Так, о чем ты поговорить пришел?

– Тут в лесу недалече семейство рысей-оборотней живет…

– Ну живет и что?

– От них в последнее время новостей никаких не было?

– Да какие новости? Все как обычно. Живут не тужат, никому не служат, – беззаботна отозвалась озерница Ася.

– Всем семейством? Все на месте?

– Да конечно на месте, куда им из такого чудесного леса податься. С лесовиком у них проблем никаких нет, живности для пропитания в лесу всем хватает, на людей не нападают. С Антониной как обычно по мелочам собачатся, – девушка захихикала, – смешное слово по отношению к котам.

– Только вроде дочка ихняя младшая учиться поехала, – вмешалась в разговор, третья озерница, до этого молчавшая.

– Учиться? На кого?

– На врача, который животных лечит. У них же с мамкой беда давно. Так лапы артритом перекрутило, еле ходит. К врачам обращаться наотрез отказывается. К ведьме Антонине – тоже. У них старая вражда какая-то. Вот Лизка и поехала сама учиться.

– Лизка?

– Елизавета. Зовут ее так.

– И где она учится?

– Да откуда мне знать? Мне не докладывают, а сама я в университетах не сильна. Хотя меня в медицинский, наверное, без экзаменов бы приняли, в кунсткамеру, – не весело усмехнулась девушка.

Вдруг вода рядом с берегом замутилась, закрутилось водоворотами и через несколько секунд из нее показалась лысая голова по форме похожая на кувшин. Одутловатое лицо скабрезно улыбалось.

Глава 17.

2.

Мельницу было видно из далека. Анчут шел бодрым шагом, поглядывая на небо, солнце почти полностью скрылось за лесом. Начинало темнеть. Мельница была высокой, метров двенадцать, не меньше. И это без учета огромных лопастей, гигантской ромашкой, раскинувшихся на быстро темнеющем небе. Первый этаж мельницы построен из деревянных брусьев, башня – каменная.

Большие деревянные лопасти не крутились. Было не понятно, действовал ли для размолки зерна старый механизм, приводимый в движение силой ветра и сейчас просто остановленный для ремонта. Или его давно заменили на электрический, и лопасти в принципе никогда не крутились, а использовались исключительно для стилистики под старину.

К мельнице вела аккуратная мощенная камнем дорога. На открытой местности ветер усилился. Анчут заметно продрог и уже очень жалел, что ввязался в эту авантюру.

Пивной хмель постепенно выветривался из головы, а вместе с ним и безбашенный кураж. Он не то чтобы опасался мельничную нежить, вряд ли там, под самым носом сильной ведьмы завелся кто-то опасный, но было неудобно идти туда одному, не спросив и не предупредив хозяйку. Все-таки они здесь в гостях.

От деревни потянуло вкусным древесным дымком, нагоняя мысли о сочном, приготовленном на углях, мясе…

«Может плюнуть на этих водных товарищей, развернуться и пойти в деревню? Но неудобно как-то… И так Баламутень сплетни грязные про нас распускает, а после такого откровенного надувательства, его вообще будет не заткнуть. Ладно, пойду одним глазком посмотрю, что там у них на этой чертовой мельнице. Может статься там и вообще никого нет, сломалась просто, а в башне ветер свистит, вот им и мерещится» – мысленно сам с собой беседовал Анчут.

Дорожка утыкалась в большие деревянные ворота, запертые на засов. Помимо засова на дверях болтался рыжий от ржавчины амбарный замок.

Не удивительно. Раз мельница не работает, естественно ее закрыли – не оставлять же ворота нараспашку. Закрытые ворота не были преградой для Анчута, но он пока не стал подходить к ним вплотную, а решил обойти строение по кругу.

Скрипели от ветра деревянные лопасти. Анчут прислушался, никаких других звуков, а уж тем более песни слышно не было. Хотя озерницы говорили, что поют только ночью и далеко не каждой. Окон внизу в деревянных стенах не было, но с обратной стороны здания тоже оказалась дверь, но гораздо меньших масштабов, чем главные ворота. Перед дверью – мощенная камнем площадка. С одной стороны возле стены лежал грудой сваленный старый деревянный хлам. Анчут стоял перед дверью, не решаясь подойти проверить закрыто или нет.

Интуиция уговаривала его развернуться и идти в деревню. Он колебался. Но со стороны озера, которые действительно было отсюда совсем недалеко, отчетливо доносился плеск воды. И вряд ли это были утки.

Анчут обернулся посмотреть, там ли Баламутень, но в сгущавшихся сумерках ничего разглядеть не удалось.

Перед дверью была проведена беловатая линия. Бес присел и вгляделся. Мел что ли? Охранный круг? Но он совсем не чувствует силового поля.

Анчут осторожно протянул руку, готовый в любой момент ее отдернуть, и провел пальцем по светлой черте. Ничего не случилось, только на кончике пальца осталась белая пыль. Анчут поднес руку к лицу, принюхался, растер в пальцах – действительно обычный мел. Он смелее потер каменную кладку, мел легко стирался. Странно, может дети рисовали?

Раздался тихий скрип, Анчут поднял взгляд. Дверь была приоткрыта. За дверью кто-то был? Сверкнули глаза, метнулась тень? Или показалось?

Анчут открыл дверь шире и заглянул внутрь.

Обстановка тонула почти в темноте. В центре помещения просматривалась деревянная винтовая лестница, ведущая наверх в башню. Немного света попадало на неё сверху, из окон, расположенных выше.

На лестнице стояла девочка. Маленькая, лет шесть-семь. Тоненькая хрупкая фигура, простенькое платьице чуть ниже колен, ручки прутики. Лица при таком освещении было не разглядеть.

– Ээй… – осторожно позвал Анчут.

Девочка не ответила.

– Привет, малышка, ты тут одна?

Анчут сделал осторожный шаг внутрь. Густые волосы девочки облаком окутывали плечи. Она стояла неподвижно, как каменная статуя. Казалось, даже не дышит.

В голове Анчута крутились мысли. Ей не холодно в летнем платье? Что она вообще здесь делает одна в темноте? Или она не одна? Странная история, надо уходить и выяснять подробности в деревне, пока тут чего не вышло.

Вдруг девочка открыла рот и тихонечко запела. Это была такая странная песня, без слов. Девочка напевала какой-то грустный, но такой прекрасный мотив. От него щемило сердце и на глаза наворачивались слезы. Хотелось подойти к ней. Песня ее журчала и обволакивала Анчута, успокаивала, как колыбельная, лишала воли.

Это непонятное душевное состояние очень не нравилось Анчуту. Он ощущал странное, в чем-то даже приятное волнение, к которому примешивался страх и некоторая доля отвращения. Чем дольше звучала песня, тем больше Анчут терял способность трезво оценивать ситуацию. Он огромным усилием воли, заставил себя сначала отвести взгляд от девочки, потом закрыть руками уши.

Надо бежать. Срочно, быстро. Спасать свою жизнь. Анчут, боясь повернуться спиной к лестнице, попятился к выходу. Как вдруг ветер с шумом захлопнул за ним входную дверь.

Глава 18.

3.

Пот холодной струйкой струился по его спине. Страшно было очень.

Справиться самому с такой тварью не удастся. Не хватит сил. Звать на помощь – нет возможности. Надо бежать. Надо отвлечь ее и бежать. Добраться каким-то образом до ворот с противоположной стороны мельницы.

Упырица с интересом рассматривала свою добычу. И внезапно прыгнула вперед. Анчут был готов. Отскочил в сторону и быстро-быстро на четвереньках рванул вдоль стены на противоположную сторону. Помещение было просторным, но заставленным. Анчут мчал как заяц, прыжками перемещаясь между деревянными ящиками, так чтобы тварь его не увидела. Буквально через несколько секунд он уже был у ворот. Естественно закрытых, он помнил и засов, и амбарный замок, виденный им снаружи, но запоры не помеха для нечисти, была бы дверь.

Анчут, видя перед собой цель, на бегу выдохнул заклинание открытия и прыгнул.

Больно ударился лбом и сполз на пол. Вместо ворот была, будто кирпичная стена. Не проходимая, никак не преодолимая, что с заклинанием, что без.

Обережный круг! Все же не просто меловая линия, детский рисунок, а силовое поле, наведенное сильнейшими чарами, закрывающее клетку гораздо надежнее чем двери сейфа. Только странное… но думать об этом было некогда.

Анчут поднялся на ноги и обернулся. Упырица медленно шла, выискивая добычу. Бес присел, забившись в самый темный угол.

Если с первого этажа не выбраться, значит нужно наверх в башню. Наверняка там есть выход на крышу. Все-таки Анчут маленький и легкий, а чудовище весом с доброго коня. Может быть, он сможет забраться туда, куда ему не будет доступа из-за большого веса и размера?

Лестница располагалась в центре помещения рядом с огромными каменными жерновами. Нужно было как-то отвлечь чудовище и попытаться прорваться. Высовываться было страшно, но необходимо. Анчут обмирая от ужаса выглянул. Упырица была рядом, но стояла спиной. Бес пошарил по полу, в поисках чего-нибудь, что можно кинуть. Старый мешок? Слишком легкий. Так, а это что? Обрезок доски – в самый раз!

Анчут размахнулся и далеко бросил его в сторону, почти не глядя. Удачно попал, доска ударилась во что-то металлическое и громко застучала. Упырица сразу же бросилась туда, а Анчут рванул к лестнице. Он бежал зная, что у него есть всего несколько секунд, потом тварь поймет, что ее обманули и развернется. Он долетел до лестницы, почти не касаясь земли ногами, и вскочил на ступеньки. Одна, другая, третья... За спиной зарычала упырица. Шерсть на загривке беса встала дыбом от ужаса. Только бы не споткнуться.

Только залетев на самый верх, Анчут позволил себе оглянуться. Чудовище отставало на несколько пролетов, но неслось вперед неотвратимо. Анчут выждал несколько секунд и выставил руку вперед, рисуя в воздухе перед собой знак заморозки.

Тварь споткнулась и отпрянула на несколько ступенек вниз, как будто неожиданно влетела в невидимую ледяную стену, но на ногах устояла, подняла лапы, зарычала.

Анчут вертел головой по сторонам в поисках укрытия. Ему не хватило бы сил удерживать ледяную стену перед чудовищем достаточное количество времени, а тварь приближалась. Тогда Анчут резко опустил руку и отпрыгнул. Как он и задумывал, упырица, застигнутая врасплох, ринулась вперед, но не удержалась на ногах, оступилась, рухнула на пол и скатилась вниз по ступеням на первый этаж мельницы. Снизу донесся оглушающий вой.

Анчут кошкой вскарабкался вверх по опорному столбу на самую крышу. Там находился открытый лаз к мельничным лопастям, через который проглядывало ночное небо. Проворно выбрался на крышу. Здесь свистел ледяной ветер, который сразу же кинулся на Анчута, стремясь сорвать его с крыши вниз. Бес вцепился в столб руками и ногами и, переводя дыхание, посмотрел вниз на лестницу.

Наверняка упырице не понадобится много времени, чтобы заново подняться и тогда станет ясно, сможет ли она выцарапать беса из его ненадежного укрытия или нет. Хоть бы нет. У Анчута были шансы. Вряд ли она умеет карабкаться вверх, как рысь. И допрыгнуть скорее всего не сможет тоже. Ох, хоть бы это оказалось правдой.

И тут Анчут вспомнил, как стер пальцем несколько сантиметров меловой линии на заднем дворе, прежде чем войти. До него дошло, что он наделал. Разрыв был небольшим, но при должном усердии и при наличии времени, упырица сможет увеличить разрыв и вырваться. О том, что чудовище может натворить в деревне, не хотелось и думать.

Тварь поднялась наверх, огляделась, задрала голову к крыше и обнаружила Анчута. Она недовольно зарычала и сделала несколько попыток допрыгнуть, поняла, что это невозможно и оставила Анчута в покое. Упырица вернулась на лестницу и пропала из вида. Естественно, она знала про разрыв круга, почувствовала сразу же, но отвлеклась на беса. Сейчас, повинуясь инстинктам, она будет предпринимать все возможное для того, чтобы вырваться на свободу.

Через какое-то время, дрожащий от страха и холода Анчут услышал глухие удары снизу. Они были такой силы, что у мельницы содрогались стены. Чудовище пыталось прорвать обережный круг.

Глава 7.

1.

Не смотря на насыщенный событиями вечер, Нина быстро уснула. Усталость и свежий воздух давали о себе знать. Но долго поспать ей не удалось.

Дверь ее комнаты широко распахнулась, влетела встревоженная Марийка.

– Нина, вставай, быстрее. Мама позвонила, сказала бегом к ней. Срочно.