Укуси меня, вампир!

глава 1

Лимонные пироженки – это то, что я обожаю больше всего на свете! Их нежный, слегка кисловатый вкус напоминает мне солнечные летние дни, проведенные на даче у бабушки. Помню, как мы вместе готовили тесто, смешивая муку с сахаром, а потом бабушка осторожно выдавливала свежий лимонный сок прямо в миску, наполняя кухню свежестью и ароматом лета. Каждый кусочек таял во рту, оставляя после себя приятное послевкусие, которое хотелось ощущать снова и снова…

Эти маленькие кулинарные шедевры стали символом домашнего тепла и заботы. Когда я ем лимонное пирожное, я чувствую себя счастливым ребенком, окруженным любовью близких. Даже спустя годы, каждый раз пробуя этот десерт, я словно возвращаюсь в прошлое, наполненное радостью и беззаботностью. Лимонные пирожные для меня – это не просто сладость, это целая вселенная воспоминаний и эмоций, которые согревают душу и сердце.

Эти мысли преследовали меня все то время, что я выпекала сей десерт на кухне Барнаульского техникума, и я с улыбкой взглянула на свое творение – аккуратные песочные корзинки с лимонным кремом, украшенные свежей лимонной цедрой сверху.

Куратор будет в восторге!

- Насть, долго тебе ещё? – Лерка, моя одногруппница, вопросительно приподняла смоляную бровь.

Я довольно улыбнулась, махая ей розовым испачканным фартуком:

- Всё! Осталось убрать в холодильник, и с утра можно выставлять на витрину!

Я любовно погладила поднос, полностью уставленный небольшими тарталетками.

В ответ Лерка недовольно поджала губы, жалуясь:

- Вот ты шустрая! Мне ещё как минимум пару часов придется угрохать на этот чертов шоколадный торт!

Поэтому – то я и выбрала в качестве экзаменационной работы мои лимонные пирожные – просто, быстро и вкусно!

Убрав в охлаждение готовые десерты, я лишь счастливо пожала плечами, и довольно улыбаясь, попрощалась с ней:

- Я в тебя верю! Ну а теперь я тебя покидаю!

И со злорадным хохотом помчалась в раздевалку.

На запястье болтались ручки бумажного пакета, внутри которого лежала парочка таких же пирожных, которые я прихватила с собой дабы скрасить вечер перед сном.

На улице уже давно стемнело, и прохладный осенний воздух проникал за шиворот джинсовки, неприятно царапая кожу.

Я поежилась, находу одной рукой запахивая джинсовку поплотнее, и, оглянувшись по сторонам, перебежала дорогу на красный.

Кругом никого, так что не страшно! А то, что камеры на четырех столбах висят, регулируя перекресток – так вообще плевать, они не работают! Летом меня тут чуть лихач не сбил, так вот написала я через Госуслуги на него заявление в прокуратуру, которое потом в ГИБДД отправили – без толку, сказали мне, что водителя врядли найдут, а камеры все-таки не рабочие! Так что, раз другие нарушают, чем я хуже? К тому же я сейчас не ставлю под угрозу чью-то жизнь!

Ну, разве что только свою…

Огни скромной пятиэтажки были все ближе, и я ускорила шаг, кляня себя за то что принялась за пирожные так поздно – а все из-за треклятого доклада по истории древнего мира, который я задолжала нашей историчке Вере Ивановне! Если б не пришлось сегодня в срочном порядке хвосты подтягивать, то за пирожные я бы раньше принялась и не пришлось бы идти по темноте домой!

На улице, почему-то, ни души. Спят все, что-ли?

Для молодежи это обычно самое желанное время – гулянки осенью с горячительными напитками для моих ровесников как лакомый кусочек пирога для меня.

А сейчас я вдруг осознала, что иду по темному переулку, шурша в пустынной тишине, совершенно одна.

- Где мой мобильник? – пробормотала я себе под нос, чертыхаясь и вздрагивая от каждого шороха.

Дурацкий бумажный пакет!

Надо было Оле, соседке по комнате, с которой мы на пару снимали двушку, написать и предупредить, где я. На всякий случай.

К моему несчастью, мобильник я так и не нашла. Ведь он не в сумке и не в кармане куртки… а на верхней полке шкафчика в раздевалке!

Вот же… Капуша!

- Ты идиотка, Настя! Вот надо же было так глупо потерять телефон! – кляла я себя вслух, стараясь отогнать непрошенные мурашки по коже.

Как – никак, а все-таки мне было страшно, поэтому я старалась отвлечь саму себя разговорами с самой собой, чтобы отвлечь подсознание от своих страхов.

Но видимо моему желанию добраться домой целой и невредимой не суждено было сбыться, поскольку в следующее мгновение передо мной откуда ни возьмись выросла черная высокая тень, в которую я конечно же врезалась, охнув от неожиданности:

- Мать твою! – я недовольно потирала ушибленный нос, со злостью оглядывая высокую фигуру в черном. – По сторонам смотреть не учили, или что?

Недовольству моему не было предела, как и отсутствию чувства самосохранения, видимо, поэтому я воинственно уставилась на этого… этого… гада в общем!

- Ты-ы-ы-ы… - замогильным шепотом раздалось над моим ухом, и я с удивлением осознала, что фигура, секунду назад стоявшая передо мной, вдруг пропала.

А спиной я чувствовала холод Арктики.

Ну, не совсем спиной, немного ниже, да.

Пятой точкой, в общем. Ей досталось больше всего.

Я резко развернулась, и, все также воинственно настроенная, пробубнила:

- И нечего так прижиматься, это вообще-то мое личное пространство!

На меня уставились два краснючих таких глаза, и этот тип с удивлением приподнял брови:

- Что? – Уже более спокойно произнес незнакомец, с непониманием уставившись на меня.

- Обкуренный, что-ли? Че глаза такие красные? - не церемонясь, продолжила я.

А парнишка-то симпатичный, однако!

Эх, жалко, что наркоман! Так бы заарканила, и плевать что на улице познакомились – таких в наших краях днем с огнем не сыщешь! А этот черт непонятно откуда вылез, но красивый…

Хоть и темно на улице, да со зрением у меня всё в порядке, так что разглядеть темные вьющиеся волосы, задорно падающие на высокий лоб, высокие скулы и хищную улыбку мне удалось.

Так, СТОП!