Упади семь раз

ГЛАВА ПЕРВАЯ, в которой падает один, но с именем другого

ЛИЯ     ЛИН

ГЛАВА ПЕРВАЯ,

в которой падает один, но с именем другого

Вместо введения

В начале было Слово…

Первая строка Нового Завета

          Я остервенело долбила пересохшую почву штыковой лопатой. Пот и слёзы без остановки струились по лицу. Утерев грязной ладонью разъедающую глаза солёную влагу, я сделала на миг передышку. До могилы яма ещё явно не дотягивала. Руки отчаянно жгло, но больше всего болело что-то, чему нет названия. Даже в «Большой медицинской энциклопедии». Завёрнутый в чёрный полиэтилен труп лежал рядом. Необычно жаркий июльский вечер потихоньку выплавлялся, отливался, перетекал в белую ночь. Господи, какой бы ты ни был, за что мне это? Обычной женщине, домохозяйке, матери троих детей? Никогда не нарушавшей закон.

Протянув лопату подруге, я, выкарабкиваясь из неглубокой ямы, без сил упала на пожухший от жары подлесок.

          - Твоя очередь, Надь. Аньку уговаривать бесполезно. А земля пересохла капитально: долби не долби, копать трудно.

          Слова вырывались с хрипом: напомнила о себе моя астма. Никогда,  - дала себе я слово, - никогда больше я не приду в мастерскую к Надьке…

-1-

Тысяча мышей не заменят одного слона.

Китайская народная пословица

Моя лучшая подруга, довольно известная певица Аня (которую вся страна знает как Мадмуазель Андре) методично набирала номер моего же мобильного телефона. Ответ «Сори, зе моубайл намба из темпорэри блокд. Плиз, кол бэк лейта...» её категорически не устраивал.

Анька злилась, что не может мне дозвониться. Она вообще не отличалась особым терпением. А тут случай вопиющей безалаберности с моей стороны. Мы клятвенно договорились встретиться сегодня вечером в мастерской Надьки, нашей общей подруги-художницы. Невский, 127, вход по стуку со двора, на первом этаже - налево. Именно в этом «намоленном» сердечными откровениями месте, среди картин и творческого беспорядка проходили все наши бабьи посиделки. Но меня не было ни в семь, ни в восемь вечера. Хотя в то время я была не слишком далеко. В десяти минутах ходьбы. А поскольку я человек довольно пунктуальный и опаздываю не сказать что редко, но несильно, подруги стали тревожиться. Анька искренне, Надька - притворно. Она-то знала, где я, но хитро помалкивала.

Уж лучше бы я была с подругами в ту среду! Может быть, не случилась бы та история, которую нам всем пришлось в итоге расхлёбывать. Но если бы люди знали будущее, то не делали бы ошибок и писали свою жизнь, как хочется... И Бог бы, наверное, заскучал. Видимо поэтому, судьба по велению свыше подкинула нам для разгадки не меньшие хитросплетения, чем толкуются в «Книге перемен». В книге, так неожиданно открывшейся для меня именно в эти сутки.

Но тогда я ещё не знала, что впереди - убийства, предательства и подставы, и что мой мир изменится до такой степени. В тот вечер я впервые за десять лет влюбилась. И ни о чём, кроме влюблённости, не думала и не хотела помнить.

Оглядываясь назад, когда пишу об этом, я понимаю, что жизнь могла бы выбрать совершенно другое русло. Но если бы мне предложили возможность что-то изменить в прошлом, то вряд ли бы я теперь согласилась. Вместе с горечью и изменами ко мне в гости прокралось большущее счастье. «Самые лучшие события входят в нашу жизнь под маской неудач» - эта фраза выручала меня в сложные минуты. Когда я падала, когда не было сил подняться.

Иногда мне кажется - всё плохое, что происходит в нашей жизни - жертва. Цена за то хорошее, что будет. И это «будет», как ни странно, началось именно тогда, когда я просто не пришла на встречу. «Продинамила» подруг в лучшем стиле Ани. Она, кстати, особенно выказывала беспокойство в виде всяческих нехороших слов в мой адрес. Настоящая подруга - что с неё взять.

С немецкой педантичностью (это у неё в крови от бабушки) и настойчивостью дятла-шизофреника (а это уже из-за шоу-бизнеса) Анька неустанно долбила мой номер.

- Не, Надин, ну представь, опять у Лейки телефон заблокирован. Вот сама послушай, набираю...: «...зе моубайл намба из темпорари блокд, плиз кол бэк лейта.  Абонент временно недоступен. Пожалуйста...». Уже час как «блокд», когда же это темпорэри закончится... - от противно-скрипучего голоса Аньки холсты в мастерской моей второй лучшей подруги -  художницы съёживались на подрамниках.

Если бы я была там, то непременно сказала бы подругам, что в английском у девушки на записи жуткий акцент. Но я-то была совершенно в другом месте. И мой мобильный уже был коварно отключён.

Анька продолжала злиться на повторяющееся «...плиз кол бэк лейта...».

Надя обернулась и гаркнула на неё:

- Андре!

Аня вздрогнула. Её в домашней обстановке от сценического псевдонима тошнило. А Надька решила испытать подружку по полной:

ГЛАВА ВТОРАЯ, в которой морально и материально падаем все мы, в глазах друг друга. Также в этой главе падает от харакири кот - с некошерным именем

ГЛАВА  ВТОРАЯ,

в которой морально и материально падаем все мы, в глазах друг друга. Также в этой главе падает от харакири кот - с некошерным именем

-1-

В недруге стрела, что во пне,

а в друге, что во мне.

Русская поговорка

- ...Ну, Борь, ну извини, что так рано - очень надо. Ну, пожалуйста, мне больше попросить-то некого. А кабанчик при такой жаре стухнет, - вполне правдоподобно ныла я в трубку. - Ну, всё что захочешь, Борь... Что-о-о? Я подумаю. В девять, Невский, 127. Да от силы минут двадцать займёт. Только помоги загрузить.

Злая, как все мои свекрови вместе взятые, я, закончив разговор, недобро посмотрела на подруг.

- Что он в обмен захотел? - Надька поёжилась под моим взглядом.

- Большой и чистой любви, скотина лысая. Я не тебе, Надь. Хотя и ты скотина. Нелысая, но порядочная. Подругой называешься, ага. Да чтоб я хоть раз ещё зашла к тебе сюда, здоровьем Сары Моисеевны клянусь!

Мы истерически расхохотались. Сказывалось чудовищное напряжение после бессонной ночи.

- Нет, Борька - мужик, конечно, неплохой, - сквозь смех стала рассуждать я. - Но ведь только с кузнецом приду на сеновал. А ещё лучше - домой приведу. Пусть детки отыграются всласть. Хотя нет, жалко Борьку, долго он не выдержит, - устало протянула я. - Хорошо ещё, я про «свинячьи подарки» от бабки с дедом Забавы сто раз ему рассказывала. Никаких подозрений. Скажу, что закинули вечером к Надьке в мастерскую по пути - времени не было куда-то пристраивать. Так, осталось самое сложное - дозвониться до Дашки. И почему интересно всё должны расхлёбывать только мои знакомые? Мертвец ведь в твоей мастерской, Надь?

- Ань, да отлей же ты полбокала Лейке, не жмотись, - быстро нашлась с ответом Надежда. - Видишь, устал человек, на своих бросаться начал.

До этого мы больше двух часов заматывали труп в чёрную полиэтиленовую плёнку, пытаясь добиться подобия нужной формы. Получалось плохо, спелёнатый мертвец с трудом походил на свиную тушу.

Мы выбились из сил, Андре сдалась первой. Усевшись на стул, она начала помогать нам советами.

Однако, как ни странно, именно Аньке, а не Надежде с её художественным видением пришла в голову идея зафиксировать тело  обрезками багета, чтобы имитировать заморозку. И привязать к трупу пару дощечек. Вместо свиных ног. Или у свиней лапы? Зоология позвоночных не зря мне никогда не давалась.

В восемь утра, медленно трезвея и всё больше мрачнея после чудовищной ночи, я наблюдала за тем, как Надька - уже по моему совету -отмывает пол хлоркой, затем нашатырным спиртом. Засохшая кровь удалялась плохо. Кинжал удалось оттереть намного быстрее.

- Ладно, в случае чего скажу, что киноварь разлила, - поднимаясь, Надька смахнула выступивший пот. - Что-то мне опять плохо.

- Зато этому сейчас лучше всех, - Андре ткнула в свёрток пальчиком. - Лежит себе там. Ему уже хорошо, он мёртвенький, переживать не надо. А мы тут - мучайся. Лейка, да звони же ты своей докторше - сил нет, как свалить отсюда хочется.

- Не докторше, а патологоанатомше, - огрызнулась я. - Трупам доктора как-то не особо нужны. Дашка раньше восьми не встаёт - это я точно знаю. И к телефону не подойдёт. А если подойдёт - то пошлёт меня с моим поросёнком куда подальше. Подождём ещё минут пятнадцать.

- Как вы с Дашкой познакомились? Ты про неё почти ничего не рассказывала... - Андре всё-таки хотела узнать подробности про предстоящую операцию «Стас-Стас» (в честь трёх сказочных поросят, по предложению Надин).

Вот ведь неугомонная, а всё профессиональное любопытство и любовь к сплетням. Вздохнув, я с некоторым внутренним протестом отхлебнула коньяка, перелитого от Аньки (вдруг Надька не врала, когда упомянула букет болезней - чем чёрт не шутит?  Ну да ладно, коньяк сам себе дезинфекция), и начала короткий пересказ истории, восходящей к моей студенческой юности и второму замужеству.

-2-

Эти мертвые камни у нас под ногами

Прежде были зрачками пленительных глаз.

Омар Хайям

Впервые мы повстречались с Дашкой, когда я ещё была студенткой биологического факультета ЛГУ. На четвёртом курсе анатомию человека нам читал Игорь Захарович Билич - женатый на своей профессии старенький профессор с мировым именем. Дашка подрабатывала лаборанткой на кафедре, которой он руководил. Лаборанты получали возможность после года работы льготно сдавать экзамены.

Фанатично влюблённый в анатомию профессор вбивал в наши головы непослушную латынь, с удовольствием демонстрируя все тонкости строения человеческого тела на формалиновых препаратах и скелетах. Вот никогда не подозревала, что не только у каждого позвонка есть своё собственное название, но и у каждого отростка этого позвонка, у каждой впадины, выпуклости, бугорка. И всё - на латыни. Я даже не пыталась хоть что-то запомнить, с ужасом думая о предстоящем экзамене.

Хуже всего был лабораторный практикум. Лаборантка Даша приносила препараты в широких колбах, напоминающих десятилитровые банки с притёртыми крышками. Плавающие в формалине обесцвеченные сердца, половые органы, почки снились мне по ночам на фоне отвратительного, стойко-удушливого запаха. Я пыталась представить, что когда-то эти органы были частью живых тел. Что вот этот мозг думал, а эта печень - фильтровала кровь. Бедный Йорик, Гамлет тебя в таком разобранном по кускам виде не узнал бы. Одно хорошо: после практических занятий есть не хотелось совсем.