Утраченные Цветы

Часть 1. Кэтрин

Шум генераторов наполнял пустые, полутёмные коридоры Убежища 69. Этот звук был первым, который слышали родившиеся здесь дети, и последним, что слышали умирающие старики. Вездесущий шум, люди не знали, что такое тишина. 

Было ещё слишком рано, система освещения не перешла на дневной режим, оттого и пустота: большая часть трёх сотен населения убежища спала. Мои шаги гулко разносились по пустым залам, заставляя чувствовать себя не слишком уютно. Каждый желающий за сотню коридоров услышит! Конечно, я, знатная любительница поспать, просто так из жилого блока не вылезу. 

Вчера я где-то посеяла сборник коротких рассказов, который нам задали прочесть в школе. И была уверена: обронённая мною вчера книга была под одной из скамеек столовой. Когда я, пройдя привычный лабиринт из переплетающихся между собой одинаковых коридоров, добралась до столовой, то вздохнула с облегчением. Я пришла достаточно рано и никто из класса C ещё не встал и не вышел на рабочую смену, а значит, моё маленькое вторжение окажется незамеченным.
Работала лишь половина ламп, экономя энергию на ночном режиме. Стараясь не скрипеть подошвой обуви о блестящий белый пол, я заглядывала всюду, мне была нужна эта чёртова книжка! Но, к сожалению, поиски мои так и не увенчались успехом. Одна за другой, серые металлические скамьи подходили к концу. 

Нагнувшись над последней и уже не надеясь что-либо увидеть, я отпрыгнула назад. Ладно бы книжка, но там была большая, противная крыса. Впрочем, по картинкам, что нам показывали в школе, она не слишком подходила. Розовая шкурка не имела ни единой ворсинки, жирный хвост раздваивался к концу. Прямо на меня уставился один большой чёрный глаз без зрачка. Изо рта торчали два кривых коричневатых зуба. 

Меня передёрнуло от вида этого создания, а что ещё ужаснее — эта тварь сидела на моей книге! Первой мыслью было позвать кого-нибудь из класса F, но её я сразу отвергла — сразу появится вопрос, а что же я тут забыла в такую рань? За оставленную не в том месте вещь, что принадлежала библиотеке, могло здорово достаться. Вторая идея мне понравилась больше — попытаться спугнуть крысу, или же выманить чем-то вкусненьким. Вот только это и не понадобилось. Продолжавшая тупо смотреть на меня крыса с резким, хриплым, отдалённо напоминавшим писк звуком соскочила с коричневатого переплёта и понеслась через столовую к стойке, где жители убежища брали пищу, приготовленную членами класса С. Тварь шустро юркнула в темноту за стойкой и была такова. 

Зато книга нашлась! Я взяла в руки сборник, который был подписан как "Сборник коротких рассказов для основной школы", отряхнула от успевшей осесть пыли и торопливо покинула столовую, начавшую постепенно подключать лампы, переходя на дневной режим. 

В коридорах начали появляться первые люди, убежище наполнилось негромкими разговорами и скрипом шагов по белому полу. Следуя за рыжими полосами на серых стенах, я добралась до жилого блока класса B. Нырнув в отделение, отведённое нашей семье Гриффинстоунов и пробравшись в свою комнату, никого, к счастью, не разбудив, я окинула взглядом этот вечный бардак. 

Стол был завален исписанными и изрисованными бумагами, поверх них лежало с десяток школьных учебников. На стенах висели старые картины, нарисованные художниками класса B. Это были изображения поверхности, такие, какими их ещё помнили люди Убежища 69. На порядком наскучивший белый пол был постелен зелёный ковёр, словно живая трава выросла прямо здесь. Быстро свалив в синюю школьную сумку нужные тетрадки и книжки и решив не завтракать, я перекинула её через плечо. Дверь вновь бесшумно скользнула в сторону, выпуская меня в просторный зал. 

Из него можно было попасть в комнату любого члена семьи Гриффинстоунов, а одна, самая крупная дверь, вела к другим коридорам. Через неё я и вышла, направившись в школьное отделение. 
Несколько десятков детей разного возраста шли в том же направлении, с подобными синей сумкой на плече и униформой несовершеннолетнего члена Убежища. Это было серой кофтой и того же цвета штанами у мальчиков с полосками цвета класса, у девочек же были тёмно-серые юбки. Но у каждого была нашивка на груди с буквой класса: A, B, C, D или F. 

У меня гордо рыжела «B». Я принадлежала к второму по важности классу убежища. Все из этого класса становились выдающимися медиками, художниками или писателями. Без нас это убежище задыхалось бы в серости без книг и картин, или чахло от болезней. Впрочем, я не относилась с таким презрением к низшим классам, как относились мои однокурсники. 

Дети класса F — изгои. Их вечно дразнят из-за низкого происхождения, им суждено стать чистильщиками убежища и выполнять самую грязную работу. Везунчики из этого класса занимаются обеспечением убежища, следят за исправностью путей сырья нижних уровней. Дети из класса D — это люди, которые будут стоять на страже порядка убежища, охранники. Класс C — из этих детей выйдут отличные повара или садовники. Самый важный класс — класс А — состоит из лучших учёных: биологов, радиологов, технологов. Они развивают технологии всех классов: создают новые установки для растительных плантаций, новое медицинское оборудование. Благодаря этой системе никому не приходится мучиться при выборе профессии, а также не может быть недостатка работников… 
...это то, что нам говорят на занятиях. Но я не вижу в себе супер-врача, писателя или художника. Впрочем, семья настояла, чтобы я училась на врача, как и все Гриффинстоуны.

Настенные зудильники издали такое привычное *ззз*, возвещая о начале занятий. Я вовремя добралась до двери третьего курса и ворвалась внутрь буквально за секунду до начала. Пройдя к своему месту мимо скучающих одноклассников, я начала рыться в сумке в поисках нужных предметов. Найдя учебник и записи по биологии, я бросила их на рыжий стол и села на такой же рыжий стул. В помещение вошла Лифтия Аркинс — учитель биологии класса C. Я открыла книгу на первой попавшейся странице и удивилась совпадению: там была изображена крыса. Совсем не такая, какую я видела ранее, но всё равно омерзительная. А говорили-то, что ничего не повлияет, и когда люди выйдут на поверхность, очищенную от ядовитого газа, всё будет как прежде, человечество получит второй шанс. Похоже, класс А немного просчитались. Если эта тварь с поверхности как-то пробралась в убежище, то… Может пробраться и кто-то другой? А может и выбраться. Довольно заманчивая мысль…

*ззз*
Третьи занятия подошли к концу. Мельком взглянув на свою руку, я поняла, что измазалась в чернилах ручки. Ну двадцать четвёртый век же, могли бы и придумать что-то лучше! На обеденный перерыв всех из класса выпроводили в столовую школьного отделения, из которой приятно пахло варёными картоквами. Следуя за толпой, я добралась до рыжих столов класса B и заняла свободное место. На белой тарелке исходили паром жёлтые овощи, разломив которые внутри можно найти крупные семечки и с удовольствием похрустеть. Взявшись было за столовые принадлежности, я была вынуждена ещё немного отложить трапезу.

 — Пс, Кэт! — позвал меня кто-то. — Слышала новости?

Повернув голову на голос, я увидела Сайли — подругу из класса C. Улыбнувшись ей, я отрицательно покачала головой.

 — Говорят, в убежище проник человек с поверхности! — быстро зашептала сплетница. — Он взломал какую-то резервную дверь! У Анди же связи с ребятами из D, так вот они ей всякого порассказали! А той что секретничать, она со мной поделилась. Говорили, что человек был одет в уродливые драные шкуры! Но с собой у него была куча всяких опасных штук! Пистолеты и ещё что-то в этом роде… Ой, а ещё ножи всякие! Вечером сам Смотритель к нему придёт! Да, его же заперли на нижних этажах, в камерах временного заключения! Они давно не пользовались, может, ненадёжные! А, так вот, у этого дикаря была гора непонятных вещиц, наверно собрал где-то, что ещё до выпущенного газа осталось, как использовать не знает и таскает как безделушки!.. Вот бы посмотреть на него, да? Раньше же были эти... зоопарки, там всяких животных диких держали, вот и у нас можно организовать такое!

Сайли только дай посплетничать, как заговорит, так не заткнёшь. Так, вполуха слушая болтливую подругу, я прикончила свой обед и узнала все новости убежища за десять минут. Большая часть историй, конечно, лишь слухи и вымысел, а такому верить себе дороже, но про гостя интересно. На нижних этажах, говоришь? Хм…
Мне всегда было интересно узнать, что же творится на поверхности. И теперь есть возможность. Неизвестно, правда ли то, что сказала Сайли. Всё-таки спустя три сотни лет после Конца это первое известие с поверхности. После очередного сигнала настенных зудильников, все дети поднялись со своих места и начали неторопливой толпой вытекать каждый через свою дверь. Ученики первого курса — через белую дверь, второго курса — через серую, а третьего — моего курса — через тёмно-серую.
После биологии дальше по расписанию была история Поверхности. Снова эти рассказы о древних правителях… Какая кому разница, они всё равно погибли сотни лет назад!..

Долгожданный *ззз* объявил об окончании занятий, наконец-то! Я пулей рванула из школьного отсека, удостоившись недовольного взгляда какого-то учителя из A. В коридорах было довольно много людей, но в основеом из классов A и B, C тоже изредко встречались. Чем ниже класс — тем длиннее рабочий день. Когда я подошла к двери моей комнаты, ожидая автоматического открытия, я услышала голос мамы:

 — Как в школе, милая? — её голос был таким родным. Мягкий и спокойный.

 — Да как обычно, — пожала я плечами, разворачиваясь.

 — А знаешь, что сегодня за день? — улыбнулась мама, откинув за плечо прядь завитых каштановых волос.

 — Неа, — да и по правде, сейчас мне было всё равно, там же человек с поверхности!

 — Смотри, — она протянула мне руку с лежащими на них чёрными очками. — Они твои, представляешь? Сразу после твоего ухода пришел человек и передал их тебе. Приведи себя в порядок и пойдём их настраивать под тебя.

 — Это… Те очки, о которых я думаю? — каждому жителю, в которых Смотритель видел в будущем пользу, выдавались особые очки.

Можно было зажечь стёкла, как фонарь, слушать радио Убежища, в оправе были наушники, можно было… Да много чего можно было, это же как маленький компьютер!

 — Очки-ДОС, да, — кивнула мать. — Их нужно только подключить к твоей нервной системе, и ты станешь одним из почётнейших членов Убежища 69. Это большая честь.

 — Но… — С какого это это перепугу я — почётный член? — Почему Смотритель решил выдать их мне?

 — Это знает только он, — пожала плечами Сири. — Возможно, он увидел твои отметки в обучении.

Училась я не то чтобы плохо, так, средне. Я ничем не выделялась, и от внезапного внимания Смотрителя мне стало немного не по себе.

 — Может быть… Ладно, я сейчас приду, — любом случае ДОС — Дополнительное Оборудование Системы — крайне полезная вещь. Потом узнаю, что же привлекло Смотрителя.

Через несколько минут длинные каштановые волосы уже были собраны в хвост, а рюкзак отброшен подальше. Моя мать ждала меня у двери в коридоры и отдала мне очки.

 — Я доведу тебя до отсека техников, домой вернешься сама. Мне надо бежать, на работе что-то стряслось.

 — Хорошо. Что случилось? — Я всегда была любопытной.

Моя мать была врачом, и очень надеялась, что я пойду по её стопам.

 — Пока не знаю, — немного раздражённо ответила та. — Давай скорее, ты готова?

 — Да, — я убрала за ухо выпавшую прядь и кивнула.

Мы вышли в коридор и пошли вдоль красной полосы на стенах. В Убежище каждый класс живёт и работает отдельно, а попасть в отделение класса можно, следуя полосам на стенам. Красные вели к отделению А, оранжевые к В, жёлтые — С, зелёные — D, голубой — к E, а к F классу вели синие.

У двери в отделение класса А нас перехватил человек в голубой форме охранника убежища.

 — Куда? — коротко спросил он.

Я продемонстрировала ему очки, на что он кивнул и пропустил нас. Я впервые была в отделении А. Здесь всё выглядело… Лучше? На стенах ни пятнышка, всё блестело в свете ламп.

Теперь моя мать достала что-то вроде карты Убежища и уверенно повела меня мимо дверей, словно каждый день после работы заходила в чужое отделение прогуляться. Наконец остановившись у одной из многочисленных дверей, она нажала красную кнопку чуть правее и с той стороны послышался тихий гудок.

 — Вы на установку ДОС? — из-за двери выглянул пожилой мужчина в таких же очках, что я сейчас держала в руках.

 — Да, — Сири быстро кивнула и подтолкнула меня в помещение. — Надеюсь, моё присутствие не требуется?

 — Нет, но если вас не будет по окончанию операции и девочка не очнётся, то мы доставим её домой сами. Отпускать детей в чужом отделении без старших запрещено.

 — Хорошо, да, — моя мама явно торопилась, а потому, как только я переступила за рельсы двери, сразу исчезла из виду.

 — Не бойся, это не больно, — улыбнулся мне мужчина и указал на белое кресло с опущенной спинкой. — Садись и подожди немного. Тебе введут нужные препараты и ты будешь спать до конца подключения ДОС.

Я молча села на указанное место и оглядела помещение. Вокруг было множество столов и экранов, предназначение многих приборов было мне неизвестно, лишь несколько мы изучали на курсах. Здесь было несколько других людей в таких же белых халатах, как и первый мужчина. Спустя полминуты он вернулся с шприцом в руках. Он взял у меня очки, потом взял руку, закатал рукав серой кофты. Я почувствовала укол, а потом… 
А потом ничего уже не было. Только холод и темнота.

Часть 2. Айсири

Свет…

Девушка бежала так быстро, как могла, стараясь скрыться от преследователей. В ушах шумела кровь, лёгкие горели, дыхание стало быстрым и прерывистым. Стук собственного сердца почти полностью заглушал все звуки. Она неслась по белому коридору, проскальзывая между удивлёнными охранниками. Над головой меркали огни ламп. Резкие повороты: дважды направо, дважды налево...

Спасибо тебе, Пятый, я бы никогда не добралась сама!

Наконец она упёрлась в тупик, белую стену, такую же гладкую, как и остальные. Но на этой стене виднелось несколько трещин — от времени, наверное, потрескалась.
Или нет?
Рука метнулась к единственному на белой кофте карману и выхватила ключ-карту, перевернула нужной стороной. Кисть начала судорожно метаться между трещинами, нащупывая ту, что была приёмником.

Готово!

Карта с щелчком исчезла в одной из неровностей и стена медленно поползла в сторону.
Эти несколько секунд показались девушке вечностью.
За спиной она уже слышала топот и крики охранников, не менее десятка человек приказывали ей остановиться и подумать… Но что дальше? Даже если она сейчас остановится, дальше только один путь: переработка в Распылителе. Нарушителей режима в Убежище 7 не жаловали, все преступники отправлялись в маленькую комнату с серыми стенами. В одну секунду пол исчезал из-под их ног, и несчастные попадали в этот самый механизм. Эта машина распыляла их на молекулы и собирала вновь, но в другом виде. Как универсальное сырьё для производства еды, одежды…

Откуда она это знает? Она жила в одной комнате с Пятым — старым жителем убежища. Он рассказал ей множество историй… И он же придумал план побега из этого места.

Откуда Пятый услышал это? Да чёрт его знает…

Сосед рассказывал ей и страшилки на ночь, вроде легенды о том, почему же стены в Распылителе серые. Во всём Убежище 7 все вещи были белые. Полы, потолки, стены, одежда, посуда, приборы. А в той маленькой комнате серые. И легенда рассказывает о неудачливом преступнике, что неудачно упал в Распылитель и его распылило всюду по Убежищу, но на те стены попало больше всего его частичек. А его душа, так и не найдя покой, бродит по нижним уровням, беззвучно моля о помощи…

Девушка пулей метнулась в открывшееся отверстие и нажала на красную кнопку с надписью «close» с той стороны. Дверь начала закатываться назад… Но слишком медленно. Один из людей в белой каске запрыгнул в просвет между стеной и дверью в последний момент, рискуя оказаться раздавленным чудовищной силой механизма. Человек вскинул руку с электрошоком и бросился на беглянку. Не осознавая толком свои действия, девушка подняла руку с украденным у сторожа ключ-карт пистолетом и нажала на спусковой крючок.

Выстрел эхом прокатился по пустому коридору, больно ударил по ушам девушки и затих. Человек в белом замер, закряхтел и упал набок, подёргиваясь. Шлем гулко ударил по равнодушному металлическому полу. На груди, на белой одежде, распустился тёмно-алый цветок, всё увеличиваясь и увеличиваясь.

Она только что убила человека.

Всё ещё поднятая рука задрожала. Пистолет выпал, загремел по полу и замер. Тишина. Абсолютная тишина.

Девушка сделала шаг назад, продолжая смотреть на теперь уже неподвижное тело. Она упёрлась в стену и медленно опустилась на ледяной пол. Она только что отняла жизнь. Она — убийца.

Беглянка закрыла лицо руками и медленно задышала, стараясь успокоиться.
Не помогло.
Тогда она начала вспоминать все известные ей техники восстановления душевного спококйствия.
Спустя несколько минут она смогла подняться и кое-как стоять на ногах. Девушка бросила взгляд на труп. В голове всплыли слова Пятого.

Снаружи главное — выжить. Нельзя забывать и о такой вещи, как обшаривание трупов. Это необходимо, равно как еда и вода.

Она подошла к телу и опустилась на колени. Запустила руку в карман на штанах, пошарила и выудила передатчик, какие-то бумаги. В нескольких других карманах обнаружились патроны калибра 5.7мм, и  батареи. Из-за пояса она вытянула длинный чёрный балисонг.
Быстро запихав в карман находки и нож за пояс, девушка поспешила отойти. Находиться рядом с покойником было не слишком приятно.

Это было непривычно. Стены коридора не были белыми, они были тёмно-серого цвета. На потолке висели круглые лампочки, а потому беглянка могла идти, не боясь врезаться в дверь Убежища. Через несколько минут девушка подошла к огромной двери в форме своеобразного колеса. В день Конца эта дверь закрылась и никогда не открывалась вновь. Она будет первым человеком из Убежища 7, вдохнувшим воздух внешнего мира. Если, конечно, радиация не убьёт её мгновенно, в чём она всё же сомневалась. Дома ей все твердили, что поверхность — просто выжженная радиацией пустыня, и люди навсегда останутся заперты в единственном выжившем Убежище — номер 7. Девушка надеялась, что всё это было ложью, поверхность не смертельно опасна, а убежищ ещё много.

Вздохнув, бывший житель Убежища 7 вынула из кармана нечто, что Пятый гордо называл телефоном, и провод. Подойдя к терминалу у двери, она нащупала отверстие для кабеля и запустила программу взлома. Она могла сделать это и вручную, Пятый много раз объяснял ей как, но чувствовала себя слишком усталой. На маленьком экране замелькали буквы и цифры, а через несколько секунд собрались в «radiation level: safe» и замерцала зелёная надпись «доступ открыт».

 — Какой оригинальный пароль для убежища, — фыркнула девушка и села за древнее кресло возле терминала.

Номер Убежища: 7.
Уровень радиации: Смертелен.
Связь с NVT: Отсутствует.
Система: Функционирует.
Дата: 23.06.2350
Функции:
Открытие шлюза
Оставить запись
История записей

 — Записи?

> История записей

Оставлена 3769 дней назад.
"Эй, там.
Если ты сбежал из седьмого. Всё, что нам говорили на протяжении веков — наглое враньё. Да, планета превращена в Пустошь, но здесь есть цивилизация. И другие убежища. Иди вперёд и не оглядывайся, всё лучше, чем сидеть в этой консервной банке.
Удачи, и не сдохни в канаве возле выхода, там полно радиоактивной массы, сжирает сволочь всё, я туда банку уронил."

Выходит, есть и другие, как я? А так хотелось быть первооткрывателем.

> Назад
> Открытие шлюза

Ожидание ответа от системы. Ждите…
До открытия: 3… 2… 1…

По ушам ударил жуткий скрип древних механизмов. Махина отодвинулась в сторону, медленно, словно торжественно. Боясь того, что может увидеть, беглянка зажмурилась.
Тонны металла с грохотом опустились в стороне от выхода. Ничто не накинулось и не начало терзать, жжения в лёгких от вдыхания отравленного воздуха тоже не чувствовалось.
Девушка открыла глаза. Перед ней предстал мир Пустоши. Не искажённый ложью. Она видела поверхность такой, какой она была. Во все стороны, настолько далеко, насколько только хватало глаз, простирался лес.
Мёртвый лес.
Похоже, люди недооценили силу атома, что попала в их руки. Даже спустя сотни лет, природа не смогла восстановить былую красоту.
А небо…

Ох…

Когда девушка высунула голову наружу и подняла взгляд к облакам, голова закружилась, к горлу подступила тошнота. В убежищах потолки были низкими, куда ни глянь, упрёшься в покртытый белой краской металл. А тут пространство было бесконечным. И бесконечно пустым.
Беглянка сделала несколько шагов вперёд. Перед ней открылся целый мир. И в этом мёртвом мире она была свободна. Да.
Подул лёгкий ветер, развевая по ветру чёрные волосы. Она свободна здесь, она может идти куда хочет, делать, что хочет…

Свобода.