Узнай меня, если сможешь

Глава 1. В очках или без

Ненавижу ходить в очках! Мало того что в них мир можно увидеть только строго по прямой, а то, что за пределами оправы, расплывается в нечёткую картинку, так ещё они и до такой степени уродуют моё симпатичное личико, что в зеркало смотреть печально.

А контактные линзы окулист мне носить запрещает. Не иначе как из зависти эта злая тётка так решила, думала я в ранней юности, а сейчас понимаю, что доктор заботится о моём здоровье. С роговицей что-то, линзы носить больно и вредно. И приходится прятаться за эти жуткие окуляры.

В любой оптике удивляются тому, что существуют такие лица, как моё, на котором любая оправа смотрится как маска, изменяющая внешность кардинально и далеко не в лучшую сторону.

— Но зато из вас получится прекрасный секретный агент или шпион, — попытался меня как-то утешить весёлый дедёчка-продавец. — Стоит очки надеть — и никто не узнает.

Я в ответ промолчала и решила в эту оптику больше не ходить. Издевается, гад! Конечно, слепой шпион — идеальный шпион! С моими-то минус пять. А если в очках, то такого уродливого шпиона за уродство поймают, а не за шпионство.

Вот так и мучаюсь. Что лучше: быть слепой, но красивой? Или зрячей, но страшненькой? В институте всё-таки выбираю очки. Дома тоже, чтобы в углы не врезаться. А вот на прогулках предпочитаю не пугать народ. 

Да и забавно это иногда. Иду я такая красивая по сказочному миру: навстречу мне тени плывут, чудовища тянутся, цветные картинки повсюду... Если забыть, что на самом деле это люди, автобусы и плакаты рекламы, то вообще замечательно. Правда, из-за своего плохого зрения я в неловкие ситуации часто попадаю. 

Однажды я гуляла по парку, а навстречу мне дедушка шагает с беленькой козочкой. Я умилилась:

— Какая красавица! Неужели вы её на балконе держите?

— Зачем на балконе? — удивился дедушка женским голосом. — В квартире живёт. И вообще, это кобель.

Я на минутку надела очки, и дедушка с козой превратились в женщину с догом на поводке. Правда, увидев меня в очках, женщина ойкнула и поспешила уйти, а кобель, сволочь, хвост поджал и заскулил.

Или в другой раз. Девушка в ярком костюмчике с коляской шагала мне навстречу, я с любопытством в коляску заглянула — одеяла разноцветные.

— Кто у вас, мальчик или девочка? — вежливо поинтересовалась я.

— Я тротуар делать. Я просто плита везу, — обиженно отозвался грубый голос с акцентом.

Надела очки — оказалось, что это не мамочка с коляской, а таджик-рабочий толкает тачку полную разноцветной каменной плитки. Увидев меня в очках, он ещё ускорился, покатил свою тачку почти бегом, испуганно оглядываясь через плечо.

И как мне такой жить? И на операцию по восстановлению роговицы денег ни у меня, ни у родителей нет. 

«Вот институт закончишь, найдёшь хорошую работу… Заработаешь», — вздыхает мама. Я тоже вздыхаю. 

Это ещё года три страшненькой ходить. К счастью, учусь я на программиста, а там сногсшибательная внешность не нужна. Я даже в очках не самая страшненькая на курсе.

И вообще, не всё в моей жизни так плохо и грустно. Например, у меня есть брат. Самый лучший брат на свете! Данила. Он старше меня на пять лет и живёт в другом городе, работает в какой-то крутой фирме. Он бы подкинул мне деньжат на операцию с радостью, но я не прошу. Ему тоже жить надо, ипотека, кредит за машину… Подождёт моя красота.

А на каникулы я, наконец, поехала к Даниле в гости. Одна, как полноценный взрослый человек. Первый раз на самолёте. Нервничала жутко. Да ещё всю дорогу решала, как мне в новый город выйти: в очках, чтобы самой его рассмотреть, или без очков, чтобы город на меня полюбовался. Решила всё-таки без очков. Братик же меня встретит, доведёт в случае чего. 

А братишка у меня красивый, ему вот любые очки идут, хотя ему и не нужны. Как-то даже неприлично, если к нему подойдёт очкастая дурнушка.

Я получила багаж, вышла в зал ожидания и засунула очки в сумку. Что я, брата так не узнаю? Брат же! Родная кровь! Да я его из тысячи угадаю, даже с учётом того, что не видела два года.

В общем, иду я такая красивая, правда, не вижу, смотрит ли на меня с восторгом весь аэропорт. Но Данилу замечаю, прямо ноги сами к нему и несут. А он стоит — такой высокий, красивый — недалеко от выхода, солнце из стеклянных дверей на него падает, освещает ореолом. Плечи широкие, ноги длинные, атлет, Аполлон. Красавец он у нас всё-таки. Ох, как же я по нему соскучилась. Ускоряю шаг, перехожу на бег. Секунда — и я вешу у Данилы на шее. Радостно чмокая сначала в одну, потом в другую щёку.

— Привет! Привет! Заждался? Скучал? Всё! Теперь я только твоя на этот месяц. А ты обещал мне какой-то сюрприз!

Но Данила почему-то как закаменел и обнимать меня в ответ не спешил, а висеть на шее, когда тебя и не пытаются поддержать, не очень-то удобно. Чего это он? Он же всегда любил хватать меня на руки и кружить, как маленькую. Или я тяжёлая стала? Но уж чего-чего, а мою стройную фигурку очки не портят! Или они, лёжа в сумке, лишний вес добавляют?

Я отцепилась и посмотрела брату в лицо. Вблизи я относительно нормально вижу, а ещё хорошо могу определить рад мне человек или не рад.

Этот человек был то ли ошарашен, то ли ошеломлён от счастья. Передо мной было изумлённое, совершенно растерянное симпатичное лицо парня. Совершенно чужого незнакомого парня.

— Привет! — отмер он наконец.

Окинул меня взглядом и улыбнулся. Так улыбнулся, что у меня аж сердце застучало сильнее в три раза. И вовсе не от смущения или стыда. Хотя от этого тоже. Но парень был так чертовски хорош собой, что чувство невольного восторга оттеснило все другие. Как и мой брат, он был высокий, плечистый и красивый, но было в нём ещё нечто такое, отчего вновь хотелось повиснуть у него на шее, даже невзирая на то, что я впервые в жизни его вижу.

— Я тебя не знаю, но, кажется, скучал, — продолжал улыбаться парень, тоже облизывая меня взглядом.

Я стояла по-прежнему в паре сантиметров от него, почти лицом к лицу. Подняв голову, словно жду, что он меня поцелует. И, кажется, он как раз это и собирался сделать.

Глава 2. Свидание или нет

Оказалось, что Кира с Данилой встречаются уже год, у них всё серьёзно, живут они вместе и собираются пожениться. Кира мне понравилась. Она была умная, весёлая, интересная. И, действительно, любила Данилу. Мы с ней быстро подружились.

Моя метаморфоза с очками показалась ей очень забавной. Кира долго ахала и удивлялась, что впервые видит такие кардинальные изменения во внешности, что это наверняка неудачная оправа, и потащила меня на следующий день в дорогущую оптику. 

— Это будет тебе подарок от меня на все предыдущие дни рождения, что мы были с тобой незнакомы, — заявила она.

И, конечно, ни она, ни местные консультанты, что жаждали продать нам самые дорогие очки, которые «идеально подходят всем», были неприятно разочарованы тем, что любая, даже самая стильная, брендовая оправа превращает моё симпатичное курносое личико с тонкими чертами в лицо-блин дурнушки из комиксов и комедий про ботаничек-неудачниц. Даже нос как будто картошкой становится, а щёки лоснятся.

— Наверное, на мне проклятье, — вздохнула я, откладывая очередные очки. — Чары необратимой близорукости.

— Значит, тебе нужен прекрасный принц, который расколдует, — радостно объявила Кира. — Наверное, он должен тебя поцеловать, не взирая, на очки, и ты навсегда превратишься в принцессу.

— А если этого не случится до восхода третьей луны, навсегда останусь ужасным троллем, — зловеще произнесла я, горько про себя усмехнувшись. Буквально на днях очередной принц сбежал, испугавшись. И теперь при встрече даже не смотрит в мою сторону.

В гости к сестре Кирилл забегал часто, почти каждый день. И моё глупое сердечко каждый раз стремилось вырваться из груди ему навстречу.

Кира приобняла меня, заметив, что я погрустнела.

— Не переживай, Ника. Найдётся ещё мальчишка, который будет смотреть не только на внешность, полюбит тебя. А потом ты снимешь очки, и он поймёт, какой джекпот отхватил.

— Вот ещё! Буду я каким-то джекпотом! Накоплю деньги на операцию, надену линзы и сама буду выбирать, кто мне нужен!

Кира спорить не стала, хотя, кажется, была несогласна.

Из оптики мы пошли в кафе, потом встретили Данилу после работы, и все дружно отправились на прогулку. Мне было очень здорово с братом и его невестой. Это были лучшие каникулы, и первая неделя в гостях у брата пролетела незаметно.

Только Кирилл немного омрачал моё беззаботное настроение. После разговора в аэропорту мы не перемолвились и парой фраз. Но не думать о Кирилле я не могла. Мне было грустно, что он не видит меня настоящую, но вместе с тем я радовалась. Кира права: пусть повезёт тому, кто не побоится моих очков. 

Но Кирилл мне нравился. Обманывать саму себя невозможно, я поняла, что этот парень мне понравился сразу, поэтому я жду, когда он придёт, хочу его увидеть. Я ненавидела себя за это, но ждала, втайне надеясь, что вот сейчас-то он меня точно узнает. И тогда… Впрочем, что будет тогда, я не загадывала. А Кирилл даже не смотрел на меня, а если и смотрел, то ни разу его взгляд не задержался дольше секунды. Он не давал себе шанса узнать меня.

Зато от Киры не укрылось, что я провожаю Кирилла взглядом.

— Не думаю, что мой братец тот, кто тебе нужен, — вздохнула она. — Я бы, конечно, была очень рада, если бы вы встречались, если бы у вас всё было так же хорошо, как у нас с Даном… Но Кирилл легкомысленный мальчишка. Ни одной юбки не пропускает. И все его подружки — пустоголовые дурочки со смазливыми мордашками. Может быть, он повзрослеет ещё, но пока не вздумай в него влюбляться.

Я кивала, но осознавала, что, кажется, уже поздно. Несмотря на то, что Кирилл меня очень обидел, та наша мимолётная встреча, его взгляд, его улыбка накрепко засели в моей памяти.

Кирилл был младше сестры на три года. И старше меня на два. Но казался намного взрослее. От него веяло уверенностью, самостоятельностью, силой. И к Кире он относился с неким покровительством, как Данила ко мне, будто он был старшим братом. И у них тоже были очень тёплые отношения.

Оказалось, Кирилл и Кира жили в соседнем подъезде того же дома, где Данила купил квартиру. И мой брат познакомился со своей невестой во дворе, возле мусорного бака. Они оба смеясь, вспоминая это романтичное знакомство. Кира пришла выносить мусор и услышала как в баке кто-то мяукает. В этот момент подошёл Данила, и они вместе спасли симпатичного рыжего котёнка, который теперь вальяжно бродил по квартире здоровенным полосатым котом, ласково именуясь — Тигр и явно гордясь, что свёл двух сердобольных человечков вместе.

После того как сестра переехала к Даниле, Кирилл хозяйничал дома один, их мать умерла несколько лет назад, а отец давно жил другой семьёй. Кира и Кирилл успешно выживали в одиночку, поддерживая друг друга и друг о друге заботясь. Кира была журналистом, а Кирилл заканчивал какой-то экономический вуз и подрабатывал, сначала, где придётся, а теперь в фирме Данилы на какой-то бухгалтерской должности.

— Вообще, Кирилл парень неплохой, — как-то заметил брат. — Серьёзности и рассудительности ему не хватает, это да, но в будущем много добьётся.

И сколько бы я ни старалась себя убедить, что мне нет никакого дела ни до настоящего, ни до будущего Кирилла, по-прежнему думала о нём гораздо больше, чем он заслуживал.

На вторую неделю моего пребывания в гостях, Кира уехала в командировку собирать материал о каком-то заводе в каком-то посёлке. Уехала с неохотой, но как она ни жаловалась, отказаться не могла, статья требовалась большая, на юбилей, и обещали прилично заплатить. Данила с утра до позднего вечера пропадал на работе, пообещав, что, когда Кира вернётся, он возьмёт несколько отгулов, и мы возобновим программу активного отдыха.

Кира собиралась так спешно, что забыла предупредить брата об отъезде. И когда Кирилл неожиданно появился на пороге и увидел, что никого, кроме меня и Тигра, нет, очень растерялся.

— Вот чёрт! — зло бросил он, когда услышал последние новости. — А я денег хотел у Киры занять…