В галактиках опасных и диких...

В галактиках опасных и диких...

– Пираты, настоящие пираты! – бормотал доцент Флинт, скорчившись над результатом голосования Ученого совета по его диссертации «Охрана редких инопланетных животных. Зеленая кракозябра». Он глотал написанные слова, давился ими и снова возвращался к фразе, которая гласила: совершеннейшая ересь, зеленых кракозябр в природе не существует.

Решение выражало единогласное мнение комиссии.

– Зеленых кракозябр им не существует! Да эти фраера дальше курорта на Филлике никуда не летали!

К ученым Флинт был несправедлив. Научно-исследовательские экспедиции забирались достаточно далеко, но, по слухам, зеленые кракозябры водились лишь там, куда долетали только настоящие пираты. Однако самая главная проблема, судя по реакции Ученого совета, заключалась в другом – кракозябра была мифическим зверем, ее существование официальная наука отрицала.

Флинт сжал ладонь. Отсутствие в ней тяжести любимого бластера отозвалось в душе привычной болью. Что поделать, ходить с оружием в расстегнутой кобуре, как в прежние веселые деньки любил делать капитан Флинт, гражданскому лицу не полагалось. Да и признаться, выглядело странно для скромного доцента НИИ экологии дальнего космоса.

– Я убью кракозябру и кину ее тушу к ногам этих ученых сморчков, якорь им в глотку! Нет, лучше доставлю живой!

Флинт потряс в воздухе старинной картой, где крестиком была обозначена планета обитания зеленых кракозябр. Древний заповедник этих тварей, давным-давно забытый экологами. Голографическое изображение замигало, грозя вот-вот погаснуть. Капитан выругался, и уже очень осторожно положил прямоугольник проектора на стол.

…Купленный на последние деньги рыдван носил гордое имя «Прелестная грешница». На грешницу, тем более прелестную, он походил как корова на балерину. Флинт с тоской вспомнил обводы своего прежнего корабля, запертого на складе космической полиции в качестве вещественного доказательства, и решил:

– Будешь «Зеленой кракозяброй».

Самым простым делом оказалось собрать команду. Каждый из бывших подчиненных как будто ждал его звонка, выражая радость и бурную благодарность на предложение отправиться к чертям в ад, чтобы добыть зеленую кракозябру. Флинт с удовлетворением отметил, что после приснопамятной отсидки на Тау Кита все рвались нарушать закон с удвоенным энтузиазмом. Правда, сейчас они собирались стать всего лишь браконьерами – сущая мелочь по сравнению с прежними уголовными деяниями на космических дорогах. Но лиха беда начало! Сомнения выказал только старший помощник. Он минут пять думал, менять ли ему кресло управляющего в Центральном банке Земли на неверную палубу пиратского корабля, однако обещание капитана раздобыть по случаю сундук с сокровищами лично для него  решило дело.

– Я с вами, капитан!

– Всегда был жадным, – проворчал Флинт, нажимая значок отбоя. – Тысяча акул ему в печенку!

В рубке было накурено. Сквозь дымовую  завесу центральные мониторы бесстрастно демонстрировали величие Вселенной. Гремел сводный хор галактик, звезды пахли ландышами, а ветер дальних странствий кружил голову. Капитан вдыхал полной грудью, глядя на звездные скопления впереди, полные галактик, опасных и диких. Капитан вдруг почувствовал себя первопроходцем. Решение доказать Ученому совету свою правоту обернулось чем-то совершенно другим. Он услышал Зов. Что его позвало – галактические просторы ли, жажда приключений, может, криминальное шило в заднице, он не знал, но ощущение было совершенно сумасшедшее. И оно ему нравилось. А еще где-то там бродила зеленая кракозябра.

– Полный вперед! – вскричал капитан.

«Зеленая  кракозябра» в ответ заскрежетала всеми шпангоутами, дернулась вперед. И остановилась.

– Движок накрылся, – мрачно доложил механик через полчаса.

– Плохая примета, – заметил старший помощник. – Пути не будет.

До ближайшей станции с помощью силовой сети их дотолкал проходивший мимо торговец.

– Какой позор! – бормотал капитан Флинт, сжимая рукоять верного бластера. На его рукояти вспыхивала и тут же пропадала выгравированная надпись: «От адмирала Дрейка капитану Флинту. Семь акул ему в печенку!»

– Может, ограбим? – предложил помощник. – Заодно и деньги на ремонт будут. А лучше, возьмем сам корабль!

– Давно на Тау Кита не загорал? – поинтересовался Флинт. – Не боишься, что опять там прятаться придется?

– Да этот фраер в белой футболке давно про нас забыл!

– Некоторые дела срока давности не имеют.

Зловещие нотки в голосе капитана очень органично подчеркнули плавающие в рубке клубы табачного дыма. Помощник закашлялся и промолчал.

Станция пиратской не была, но капитана Флинта там знали очень хорошо. Именно поэтому, наверное, двигатель «Зеленой кракозябры» местные механики взялись починить в счет будущей добычи.

– Кусок кожи кракозябры, достаточный для пошива ботинок выходного скафандра, ваш! Для всей смены! – торжественно произнес капитан. – Слово пирата!

И осекся. Механики сделали вид, что не заметили оговорки.

Корабль обещали починить через два дня. Все это время Флинт с командой зависали в ближайшей портовой таверне, омывая изголодавшееся по настоящей выпивке нутро галлонами рома.

– Рому мне! – снова и снова требовал капитан Флинт, стуча кулаком по столу в такт суровой пиратской песни, которую ревели собравшиеся.

- Пятнадцать человек на сундук мертвеца!

Скупая слеза катилась по небритой щеке капитана.

– И бутылка рома!

– Рому мне!

– Пей! И дьявол тебя доведет до конца!

Капитан самозабвенно выстукивал ритм по тяжелой пластиковой столешнице.

Глаза его уже налились дурной кровью, наверное, поэтому он и не заметил человека, подсевшего к нему за стол.

– Простите, уважаемый капитан, – человек подергал Флинта за рукав камзола.

Еще несколько лет назад осмелившийся на такое улетел бы от молодецкого удара, что стало бы началом славной драки, которую потом завсегдатаи вспоминали бы с ностальгией. Однако после знакомства с пришельцем в белой футболке с надписью Make Love Not War капитан Флинт зарекся реагировать именно так.